Кто бы мог подумать


Новый успех программистов, специализирующихся в области искусственного интеллекта, стал на время сенсацией номер один. Им удалось невозможное: благодаря изобретенному ими алгоритму обработка больших данных позволила безошибочно установить, куда запропастилась бутылка с запечатанным в ней джином.

Как только его выпустили на свободу, джин сразу с благодарностью спросил: «С какого заветного желания начнем?» У ученых, понятно, тараканы в голове. Они не от мира сего. Не без трепета, они ответили: «Хотим, чтобы на Земле было море чистой возобновляемой энергии. Чтобы мы ее черпали прямо из Солнца. По какому-нибудь энергомосту, энергопроводу, что-то вроде этого».

Джин удивился: с такими просьбами к нему раньше не обращались. О золоте и дворцах – да. О власти и неотразимых влюбчивых красавицах – тоже да. Но чтобы натянуть провод от Земли до Солнца – никогда. Однако его дело маленькое. Его попросили – за ним не заржавеет.

«Будет сделано», – отчеканил он и принялся за исполнение желания. К загагулине гарпуна он прикрепил бесконечный моток оптоволокна и запустил всё с бешеной силой в лик светила.

Гарпун угодил Богу Солнца прямо в нос. От неожиданности того аж затрясло. А потом он чихнул.

Такого всплеска солнечной активности астрономы никогда раньше не регистрировали. Ураган энергии помчался в сторону планет. Она намертво выжгла Меркурий. Сорвала облачный покров с Венеры. Обезобразила Марс. Оставила метку на всех небесных телах вплоть до Нептуна. От Земли же не оставила ничего. Земля с ее удивительной, чудесной и чудаковатой человеческой цивилизацией просто перестала существовать.

(Из древнемондорфского эпоса)

 

– Пап, а пап, – канючил ребенок.

– Да, Солнышко, – отвечал ему отец.

– Ведь ты можешь всё, скажи. Скажи, пожалуйста. Ведь можешь? Мама говорила, что да.

– Если мама говорила, то да, могу, – легко поддался на разводку взрослый, уверенный в себе и много повидавший на своем веку глава семейства.

– Если так, перенеси вон тот валун сюда поближе к берегу, чтобы мы могли с ним играть, на нем загорать, с него прыгать.

Они всем семейством были на отдыхе в южных краях. В их распоряжении было всё, о чем можно только пожелать: дивное бархатистое солнце, теплое прирученное море, бесконечное золото пляжа, пританцовывающие бутылочные пальмы, тазики свежеприготовленных морских гадов. Но однообразие отдыха им уже начинало приедаться.

– Почему бы не сделать приятное сыну, – подумал образцовый папаша, – если это приемлемо по деньгам.

Уже через полтора часа тяжелый транспортный вертолет, зацепив валун, легко поднял его в воздух и поставил поближе к лягушатнику, как просили.

Все собравшиеся на берегу прыгали от восторга, визжали и аплодировали.

Люди не учли только одну малость: с ветхозаветных времен валун намертво запирал единственный вход в необъятных размеров подземные пещеры. Как только из горлышка выдернули запирающую его пробку, вода, пенясь и бушуя, устремилась вниз. Сначала море, превращавшее кусочек пустыни в лагуну, отступило на метр, на два, на несколько сотен. А затем просто исчезло. Как сдувшийся воздушный шарик.

(Из позднемондорфского фольклора)

 

Племя вымирало. Сил сопротивляться судьбе ни у кого не осталось. Уже три месяца не было дождя. Реки пересохли. Источники иссякли. Трава выгорела. Вся листва на деревьях и кустах высохла в труху. Дикие животные ушли. Домашние пали. Припасы закончились.

И тогда вождь племени решился на отчаянный шаг. Отправив шамана на дыбу, чтобы не мешал своими возражениями, он приказал воинам сбросить в пылающее жерло вулкана последние остатки воды из священного резервуара. Отчаявшись выдержать эту нечеловеческую пытку, члены племени проголосовали за то, чтобы рискнуть.

Не получится – они уйдут в мир иной все вместе с высоко поднятой головой. Получится – столб пара взметнется ввысь, пробудит забывших о них и уснувших богов, и те помогут ему превратиться в долгожданное грозовое облако и пролиться на землю сторицей благодатным дождем.

Увы, сработал первый из двух сценариев. Вулкан как будто ждал жертвоприношения. Проснулись не боги, а дремавшие в нем силы. Раздался оглушительный взрыв. В небо взметнулся столб огня и дыма, закрывший небо черной пеленой. А последовавшее извержение покрыло толстым слоем пепла и лавой не только становище, но и всю обитаемую часть суши.

Преклонив колени перед волею богов, погибли все. В живых не осталось ни одного человека, чтобы поведать тем, кто придет, может быть, когда-нибудь им на смену несколько прописных истин, о которых ни при каких обстоятельствах нельзя забывать. Нельзя и точка. Что не надо отказывать в доверии ни шаманам, ни провидцам. Что жить или умереть не решается голосованием. И любой риск, особенно когда ставки столь высоки, должен быть оправдан.

(Из домондорфских сказаний)

 

Капитану, офицерам и матросне крейсера остров пришелся по душе. Никогда раньше они не встречали такого изобилия всего, что только можно пожелать. Никогда прежде им не доводилось пить такую чистую, такую сладкую, бодрящую воду и вдыхать столь вкусный, ароматный и волнующий душу воздух. Всё на этом острове радовало глаз. Всё приводило в восхищение. Поэтому, не колеблясь, они загнали в лагуну крейсер, чтобы основательно отдохнуть после длительного перехода и полностью восстановить силы и внутреннее равновесие.

Пока часть народа обустраивала на берегу лагерь, остальные срубили достаточное количество высохших деревьев, нанесли валежник и разожгли отменный костер. После стольких месяцев, проведенных взаперти на судне в опостылевших каютах, им так хотелось погреться у всамделишного огня, пожарить настоящее свежее мясо и наесться им вдосталь, просто поблаженствовать, глядя на языки пламени.

Правда, испытываемое ими удовольствие не осталось без ложки дегтя, о чем служивые, увы, поняли с некоторым опозданием. Не успели они по-настоящему насладиться разведенным костром и всеми сопутствующими ему удовольствиями, как офицер по связи прибежал к капитану – тот велел докладывать о любом важном событии в центре незамедлительно – с ошеломляющим донесением.

Все мировые информационные агентства взахлеб сообщали, что одновременно горят Нью-Йорк, Сан-Франциско, Карачи, Париж, Лондон, Москва, Пекин, Токио и с десяток других городов. Где занялось нефтехранилище, где взорвался приличных размеров химзавод, а там, где не осталось критических объектов инфраструктуры и промышленности, полыхали торгово-развлекательные центры, склады, рынки и стадионы.

Такого еще в истории никогда не случалось. Это было невероятно. С позиций здравого смысла, ничего подобного – чтобы все разом – быть не могло. Тем не менее, факт есть факт: все выдающиеся центры человеческой культуры полыхали одновременно.

Однако капитан и его окружение пропустили сообщение офицера по связи мимо ушей. Им всё творящееся на Большой Земле давно надоело. Они устали. Ничто не могло испортить им заслуженный отдых. К тому же такой простой и незамысловатый. Ну, горят, ну, полыхают – они-то что могут сделать. В центре достаточно башковитых людей – разберутся.

Когда первый восторг прошел, и экипаж элементарно насытился великолепной примитивной кухней, капитан и его люди захотели отметить обретенную свободу еще чем-то эдаким, неординарным. «Вот бы устроить фейерверк», – подал кто-то шальную мысль. Для фейерверка не было ни шутих, ни других игрушечных приспособлений. Зато были ракеты и установки залпового огня.

Все в ожидании уставились на капитана. Тот, недолго думая, дал отмашку. Кутить, так кутить. Фейерверк получился на славу. Такого зрелища не увидишь на Большой Земле. Такой праздник случается раз в жизни. В огненном вихре ракеты взмывали вверх и бабахали неизвестно где в океане, но не очень далеко. А установки залпового огня раскрашивали ночь во все цвета радуги, заодно показательно уничтожая отколовшиеся от острова скалы и самые отдаленные холмы и пригорки.

В самый разгар веселья к капитану подскочил офицер по связи и сообщил, что повсюду на планете – в Штатах, России, Индии, Китае, на Ближнем Востоке, в Германии, Франции и далее по списку – взрываются склады с оружием. Все военные ведомства и службы безопасности стоят на ушах. Снаряды разлетаются на десятки километров. Ущерб неимоверный. Что делать, никто не знает.

Капитан и иже с ним было насторожились: как-то всё странно складывается – одно к одному. А потом плюнули: утро вечера мудренее.

Однако когда с рассветом экипаж проснулся после вчерашнего разгула, к лучшему явно ничего не изменилось. Глазам военных моряков предстало печальное зрелище. Часть острова – клочка Рая на Земле – была разрушена. Часть – напрочь выгорела. Донесения из Центра были такого же порядка. Множество военных баз и военных городков, разбросанных по всему свету и принадлежащих разным странам, были полностью уничтожены. Магистральные нефтепроводы и газопроводы вышли из строя. ЛЭПы не работали. От дивных девственных лесов, заказников, заповедников остались рожки да ножки. Над огромнейшими территориями вились черные смрадные столбы дыма.

Ошибиться было невозможно: между устроенным ими на острове шабашем и происходящим на материке была прямая связь. Но какая? И почему? И как это было возможно? Похоже, от ответов на эти вопросы теперь многое зависело. Не исключено, что и судьба того мирового порядка, который разваливался прямо на глазах.

Ответа на эти вопросы у капитана не было. Даже намека на него. Размышлениям на экзистенциальные темы ни в мореходке, которую он с блеском закончил, ни затем в Академии генштаба не учили. Но честь мундира непременно надо было поддержать и что делать, нащупать. Поэтому он пошел по проторенному пути.

– Офицера по связи ко мне. Доложите нам, что думают по поводу всех этих катаклизмов в основных столицах. Только коротко и самое главное.

Помощники офицера по связи и без указания свыше уже, не разгибаясь, перелопачивали эфир, мировую паутину и соцсети.

– Докладываю, – вытянулся во фрунт симпатичный молодой парень. – Никто ничего не понимает. Объяснений нет. Все в растерянности. В информационной сфере полный раздрай. Заявления, опровержения, взаимные обвинения и контр-опровержения следуют как из рога изобилия. Причем в самой разнузданной форме. Опасаются самого худшего.

На экспертном уровне превалируют три основных подхода. Первый. Это чья-то тщательно спланированная, беспрецедентная по масштабам провокация, призванная перевернуть всё в мире с ног на голову. Или, наоборот, поставить обратно на ноги.

Второй. Это дело рук международного терроризма. Его долгие годы все посильно пестовали и взращивали и в этом неплохо преуспели – он превратился в мирового игрока первой величины и неизменного ньюсмейкера. С ним заигрывали-заигрывали – и доигрались. Теперь расхлебывают.

Третий. Мир подошел к какой-то неведомой и непонятной черте, за которой неизвестно что. Все негативные тенденции, какие есть на планете, наложились друг на друга и дали такой спонтанный выброс.

– А что по поводу перспектив? – уточнил капитан, – Есть что-нибудь дельное? Полезное для нас? Что можно было бы взять на заметку? Что могло бы послужить отправной точкой?

– Тут царит та же неразбериха, – продолжил младший офицер. – В основном обсасываются два сценария. Один – грядет война всех против всех. Альтернативный – перед лицом общей опасности у человечества есть шанс образумиться, объединиться, создать единый фронт и начать, наконец, действовать разумно, рационально, во имя общего блага.

– Не густо, – вынес свой вердикт капитан, всем своим видом показывая, что, по крайней мере ему, ситуация понятна. – Переходим к главному. На коллегиальное решение ставлю вопрос о наших дальнейших действиях. Какие будут предложения? Приглашаю высказываться.

В воздухе сразу повисло неловкое молчание. «Идти под пули» никому не хотелось. И тут вперед выскочил боцман, заслуживший популярность на судне своими скабрезными наколками, и сходу выпалил:

– Уходить отсюда надо. Гиблое это место. И поскорее. Пока живы. А то не дай Бог.

В унисон ему раздалось еще несколько голосов:

– Да. Точно. Надо уходить. Что-то с этим островом не так. Он пьянит. Зачаровывает. Заставляет забыть обо всем на свете. Из-под его чар надо вырываться, не теряя ни секунды.

Им поддакнули два-три старших офицера, правда, несколько иначе подав всё дело, дабы не казалось, будто они чего-то там испугались:

– Вдруг нас ждут, на материке нужна наша помощь, на нас рассчитывают, а мы тут развлекаемся. Поднять якоря, и вся недолга.

– Не так прытко, – перебил их капитан, у которого в голове начал созревать несколько иной план. Слова офицера по связи об уникальности представившегося шанса упали на взрыхленную почву – у него была куча родных, близких и возлюбленных, живущих в самых разных уголках планеты, и всякие бредовые ограничения, которые начали с недавних пор вводиться, и раскручиваемая охота на ведьм его никак не устраивали. – Кто еще хочет высказаться?

Откликнувшись на его призыв, из толпы выступила группа самых молодых членов экипажа. И на крейсере они старались держаться особняком, и на острове быстро сбились в стаю.

– Очень похоже, – сказали они, – остров служит природным командным пунктом или мультипликатором. Всё, что делается на нем, вызывает цепную реакцию на материке, неимоверно усиленную, доведенную до абсурда. Чтобы в этом убедиться, достаточно в центре острова взорвать маленький фугас и посмотреть, что из этого получится. Судьба дарит нам действительно уникальный шанс. Оставаясь за сценой,  мы можем поставить человечество на колени и заставить объединиться, чтобы вместе противостоять общей неопознанной опасности. Этот шанс нельзя упустить ни в коем случае.

Капитан обвел взглядом сумеречные лица, сгрудившиеся вокруг него. Похоже, ни одно из предложенных решений не пользовалось безоговорочной поддержкой экипажа. Всё зависело от него и только от него.

– Закладываем фугас, – провозгласил он. – Инженерной бригаде быстро смотаться туда-сюда и установить дистанционно управляемое взрывное устройство в географическом центре острова. Все остальные – на корабль и готовиться к отплытию. Отчалим, как только команда выполнит задание и вернется. Отойдем в пределах видимости во избежание. Дальше будем действовать по обстоятельствам.

Когда крейсер оказался, как он посчитал, на безопасном расстоянии, капитан нажал кнопку. Как и все остальные, он рассчитывал услышать слабенький хлопок и увидеть небольшое серое, даже скорее, светло-серое облачко, поднимающееся над островом.

Каково же было всеобщее удивление, когда над ним вспух, стремительно расширяясь, колоссальный гриб, столь хорошо известный по документальным фильмам об испытаниях ядерного оружия.

– Безмозглые идиоты, – чертыхнулся несостоявшийся спаситель человечества, – мы же по-настоящему даже не исследовали остров, не проверили, чем он начинен, что там внутри.

Однако в этом теперь не было никакой необходимости. Как и в том, чтобы интересоваться, как там, на Большой Земле.

© Н.И.ТНЭЛМ