Выпуск №1(62), 2012

Обращение главного редактора
no image

Вышел в свет первый в Новом году и 62-й по счету номер интернет-журнала «Вся Европа», издаваемого Европейским учебным институтом. Как и во всех предыдущих, в нем рассказывается о происходящем в Европейском Союзе и отношениях между Россией и ЕС. Анализируются последние события и новейшие тенденции в политической, экономической, социальной и культурной...

Вышел в свет первый в Новом году и 62-й по счету номер интернет-журнала «Вся Европа», издаваемого Европейским учебным институтом. Как и во всех предыдущих, в нем рассказывается о происходящем в Европейском Союзе и отношениях между Россией и ЕС. Анализируются последние события и новейшие тенденции в политической, экономической, социальной и культурной жизни и правоприменительной практике ЕС и его государств-членов, интересные для российского читателя. Как уже стало грустной традицией для всех последних выпусков журнала, и в предлагаемом вашему вниманию значительная часть материалов посвящена анализу того, что делается в ЕС для спасения зоны евро и преодоления кризиса суверенных долгов. Вроде бы к концу месяца чуть-чуть отпустило, и государства-члены смогли с облегчением перевести дух. Может быть, слишком рано. Или временно. Но, во всяком случае, массовый десант руководства стран ЕС и ведущих министров в Давос дал ощутимую отдачу. В политических и деловых кругах поверили, вернее, почти поверили, что в ЕС полны решимости справиться с брошенным им вызовом, и у них начинает получаться. Пускай и не очень. Однако свет в конце туннеля, похоже, все же забрезжил. Прежде всего, ЕС удалось избежать худшего, вновь накачав финансовую систему деньгами, — кризиса доверия среди банкиров и кредитной «ямы». Более 300 крупных и средних банков воспользовались дешевыми займами (под один процент на три года), предоставленными им Европейским центральным банком (ЕЦБ). На это у него ушло почти 500 млрд евро — 489, если быть точнее. В Брюсселе и Франкфурте исходят из того, что хотя бы часть этих средств будет брошена частным сектором на спасение европейской экономики. Во всяком случае, недавно назначенный новым председателем ЕЦБ Марио Драги выступал в Давосе очень уверенно и убедительно и произвел на всех нужное впечатление. Настолько благоприятное, что из-за океана даже прокомментировали: «Наконец-то ЕЦБ повел себя как настоящий центральный банк». Кроме того, график работы над созданием бюджетного союза пока выдерживается. Предварительная фаза согласований нового договора пройдена в штатном режиме. Без всплесков. Имеющиеся сомнения и разногласия не акцентируются. На поверхности все обстоит благополучно. К лету союз должен состояться. Одновременно у всех сложилось впечатление, что Германия готова инвестировать в спасение зоны евро с еще большей решимостью. Да и деньги МВФ должны вскоре подоспеть. Помимо этого, преддефолтное состояние Греции уже не пугает с такой силой, как раньше. С одной стороны, притерпелись. Все варианты просчитаны. И уже учтены рынком. С другой — ее спасают всем миром. Хотя и недостаточно. Но, по крайней мере, идя на списания и реструктуризацию долгов, помогают предотвратить развитие событий по худшему сценарию. Для ЕС. И, конечно, антикризисные меры гораздо настойчивее последнее время принимаются всеми странами ЕС. Примерно в одной стилистике. Небольшими, средними и даже крупнейшими. Такими, например, как Франция. Они касаются затягивания гаек применительно к бюджетной дисциплине, сокращения государственного и наднационального аппарата, отказа от дорогостоящих проектов и социальных программ, замораживания заработной платы, введения дополнительных налогов и поборов, распродажи государственной собственности и т.д. Кумулятивный эффект начинает сказываться. Настроения в регионе ЕС меняются. Во всяком случае, СМИ об этом трубят чуть ли не в один голос. Поменялась тональность высказываний и представителей экспертного сообщества. Правда, все это лишь одна сторона медали. Другой — является усиление социальной напряженности в обществе, рост протестного и забастовочного движения, переход политической инициативы в руки крайне правых и националистов. А ведь еще и проблему безработицы надо решать. И проблемой повышения экономической активности заниматься. Через призму того, что делается на уровне ЕС и происходит в отдельных странах, все эти вопросы, события, нюансы подробно анализируются на страницах журнала. Причем особенно большое внимание уделяется сопоставлению мнений евроскептиков и еврооптимистов. Тех, кто считает принимаемые меры достаточными, и тех, кто их критикует. Причем, самым беспощадным, нелицеприятным образом. В числе разбираемых сюжетов — признание лидирующей роли Германии в малой Европе и многочисленные упреки в ее адрес, попытки Италии вклиниться во франко-германский тандем и превратить его в триумвират, варианты возвращения Британии в европейскую политику и ее тихого или не очень развода с ЕС и многие другие. Вместе с тем, как и было обещано в конце прошлого года, выпуск начинается с подробнейшего исследования результатов последнего саммита Россия — ЕС. Он состоялся 15 декабря в Брюсселе и прошел в очень хорошей, можно даже сказать, дружеской атмосфере. Стороны сделали все, что в их силах, чтобы подвести положительный итог заканчивающемуся четырехлетнему периоду их взаимоотношений. Сама встреча в верхах был названа ими саммитом свершений. Наиболее весомое из них — завершение при поддержке ЕС бесконечной саги о вступлении России в ВТО. Однако за фасадом показного благополучия скрывается уйма проблем. Это и острейшие противоречия в связи с односторонними мерами Брюсселя по переформатированию рынка углеводородов и энергетического рынка в целом. И расхождения в оценке того, как и каким целям должна служить инициатива «Партнерство для модернизации». Тяжелые, затяжные, занудливые переговоры об отмене визового режима взаимных поездок и заключении нового базового соглашения. Различное видение того, в чем заключается политическая стабильность и социально-экономическое развитие стран общего соседства. Всего и не перечесть. Большинство из этих проблем скрупулезно разбираются в выпуске. Главный вывод — ими нужно не просто заниматься. Их надо решать. Безотлагательно. Нельзя оставлять их за спиной или откладывать в сторону. Они превращаются в постоянный раздражитель. Отягощают сотрудничество. Отравляют взаимоотношения. А чтобы успешно справиться с этой задачей, Москве и Брюсселю нужно договориться о самом важном — стратегическом видении их совместного развития. Большое место в выпуске отведено и другим актуальным темам. В нем подводится итог в целом вполне успешного председательства Польши в ЕС и дается краткое описание приоритетов нынешнего председательства Дании (в той степени, в какой Копенгаген стремится стоять у штурвала интеграционного объединения, попавшего в неспокойные воды кризиса). Дается прогноз того, как может развиваться внутриполитическая ситуация в Венгрии, о чем в Европе в последнее время говорится особенно много, с учетом непростых отношений, складывающихся у ее теперешнего руководства с ЕС. На чаше весов отмеривается меняющийся баланс между центробежными и центростремительными силами на Туманном Альбионе. Много материалов по различным аспектам проблем миграции. Причем, связанным не только с притоком отовсюду в ЕС иммигрантов, но и с усиливающимся оттоком мозгов и наиболее перспективных и подготовленных кадров. Журнал продолжает публикацию серии рождественских, новогодних материалов, с которыми будет приятно познакомиться читателям любого возраста, придерживающимся самых различных вкусов. Как и с любыми другими материалами номера, рисующими разнообразную, переменчивую, насыщенную жизнь европейцев в таких разных областях деятельности, как образование, наука, культура и отдых. Побольше вам приятных минут, дорогие читатели, которые вы проведете, знакомясь с новым выпуском. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России Екатерина ЭНТИНА, доцент НИУ ВШЭ
Дневник событий
no image
Интеграция

«В важнейших сферах общественной жизни участие 16 миллионов человек, ведущих свое происхождение от мигрантов, ныне улучшилось», – это констатировала Мария Бёмер, уполномоченный по делам мигрантов при правительстве ФРГ. Пожалуй, таков её главный комментарий к представленному ею докладу об успехах интеграции...

«В важнейших сферах общественной жизни участие 16 миллионов человек, ведущих свое происхождение от мигрантов, ныне улучшилось», – это констатировала Мария Бёмер, уполномоченный по делам мигрантов при правительстве ФРГ. Пожалуй, таков её главный комментарий к представленному ею докладу об успехах интеграции в ФРГ. Когда кто-то из дотошных журналистов поинтересовался, как эти успехи сопрягаются со снижением доли мигрантов среди государственных служащих, отмеченным за последние 5 лет, она быстро нашлась, что ответить: «В сфере средств массовой информации положение больше всего нуждается в исправлении». И правда, в СМИ мигрантов и их потомков насчитывается пренебрежимо мало – всего 1%. А на госслужбе – 9,9%. Ну и в чью пользу будет такое сравнение? Однако М.Бёмер была великодушна, заметив, что «всем нам надо работать, каждому в своей области». И с этим тоже не поспоришь. Как и с тем, что мигрантов немного в полиции, в школах, в различных ведомствах, явно меньше, чем в обществе в целом. Но исправляется ли такая ситуация? Да, хотя и не так споро, как многим хотелось бы. Среди «понаехавших» падает доля безработных, растет число успешно оканчивающих среднюю школу – это все неумолимая статистика. В вышеупомянутом докладе, самом всеобъемлющем в истории ФРГ исследовании подобного рода, на основании изучения 64 индикаторов делаются выводы о том, несколько сильно изменилась жизнь иммигрантов с 2005 года. Главный вывод документа объемом в 256 страниц: условия жизни «понаехавших» и коренных несколько сблизились, но различия, как и прежде, остаются значительными. Сбор данных проводился на основании репрезентативных социологических опросов. Давайте посмотрим на конкретные данные исследования. Например, в 2005 году не закончивших школу среди иммигрантов насчитывалось 5,1%, а в 2010 – 4,4%. Конечно, серьезным это улучшение назвать нельзя, тем более, что среди иммигрантов втрое больше число тех, кто бросает обучение, чем среди коренных немцев – 1,6%. Кстати, изменения к лучшему прослеживаются и в области безработицы: за тот же период среди «понаехавших» она снизилась с 25,1% до 15,8%. Согласитесь, что здесь улучшение заметно куда сильнее. Однако, так же точно как и в случае со школьным образованием, процент безработных среди коренных немцев заметно ниже – 7,7%. М.Бёмер считает большим успехом политики интеграции ситуацию в дошкольном образовании. Соответствующие учреждения посещают 94,9% детей в возрасте от трех до шести лет из немецких семей и 85,7% – из семей иммигрантов. Правда, с детьми ясельного возраста дело обстоит иначе: в семьях мигрантов такой возможностью пользуются лишь 12,2%. Интересно, что по сравнению с 2005 годом эта доля увеличилась на 34% – с 9,1%. В немецких же семьях ясли посещает 28% детей. К числу самых насущных перспективных задач М.Бёмер относит распространение среди мигрантов немецкого языка. «Он должен стать языком повседневного общения в каждой семье», – уверена она. Честно говоря, такое намерение настолько же позитивно, насколько трудновыполнимо. Но, как говорится, мечтать не вредно. А вот с реальностью такие благие намерения сопрягаются отнюдь не всегда. Мемет Килидж, уполномоченный по вопросам интеграции в парламентской фракции партии «зеленых», оценивает ситуацию куда более скептически. «Подготовка таких докладов – привычный стиль работы нынешнего правительства, – считает он. – Но задача госпожи Бёмер состоит не в том, чтобы представлять общественности статистические данные, а в том, чтобы предлагать решения насущных вопросов. Тут же все пойдет по накатанной колее: правительство выступит с очередными благопожеланиями, затем напечатает красочную брошюру с призывом «Возьмите на работу Айше и Аднана!», и этим все кончится». Правительство бездействует даже там, где ему, казалось бы, и карты в руки. Почему не растет доля иммигрантов среди государственных чиновников? Почему до сих пор не введена процедура упрощенного получения гражданства? Почему не принято решение об анонимном предоставлении документов претендентами на то или иное рабочее место, чтобы они избежали отказов только из-за своей принадлежности к мигрантам или выходцам из их семей?» Наверное, вопросы подобного рода можно было бы продолжить: повод для недовольства отыщется практически всегда, в этом и состоит задача политической оппозиции. Интереснее другое: чем же объясняются успехи в сфере интеграции – вне зависимости от того, велики они или не очень? Один из авторов доклада, берлинский профессор Рууд Копманс, сотрудник Научного центра социологических исследований, уверен, что это результат процесса естественной интеграции мигрантов в германское общество. И он ускоряется, поскольку сокращается приток «понаехавших». Только и всего? Да, подтверждает ученый, «процесс естественной ассимиляции не подрывается сильным притоком вновь прибывших. Этот напор мог бы уничтожить все успехи по интеграции давно живущих в Германии мигрантов». Что ж, статистика подтверждает эту точку зрения: 2010 год стал первым, когда число уехавших из Германии превысило число приехавших в неё. Разумеется, исследователи рынка труда тут же заговорили о том, что ФРГ столкнется с угрозой нехватки квалифицированной рабочей силы, если подобная тенденция сохранится. Возможно, но все же нет худа без добра: на положении иммигрантов и перспективах их интеграции в немецкое общество это сказалось позитивно. Несмотря на всю критику, это признает и оппозиция в лице Айдан Озогуз, заместительницы председателя Социал-демократической партии Германии и уполномоченной по вопросам интеграции в её парламентской фракции. «Прогресс в интеграции людей с иммигрантскими корнями в сфере труда и образования вполне заметен», – считает она. Хотя и не упускает возможности подчеркнуть, что при устройстве на работу у человека с ненемецким именем заметно меньше шансов найти место – даже при равной квалификации. По её мнению, постоянное подчеркивание происхождения приводит к созданию барьеров и изоляции, препятствующей полноценной интеграции. «Надо смотреть на конкретную ситуацию с безработицей или в образовании, а не на происхождение людей. Надо бороться за то, чтобы школу оканчивал каждый ученик, вне зависимости от того, из какой семьи он родом», – говорит А.Озогуз. Суждение вполне разумное. А вот вторая оппозиционная партия «зеленые» и в этом вопросе не может удержаться от своей излюбленной игры в квоты. Она выступает за то, чтобы каждый предприниматель получал разнарядку, по которой его обязывали бы иметь определенное число работников из иммигрантов. «Зеленым» кажется приемлемой цифра в 10%. Для сравнения: в Германии сейчас доля «понаехавших» составляет 19,6%. Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Персона

Начинать бизнес, да и жизнь в целом, с нуля, вынужден самый богатый житель Ирландии. Совсем недавно состояние магната Шона Куинна оценивалось в 4,7 миллиарда евро, в его многочисленных компаниях трудились около шести тысяч человек. Сегодня на счетах знаменитого ирландца осталось...

Начинать бизнес, да и жизнь в целом, с нуля, вынужден самый богатый житель Ирландии. Совсем недавно состояние магната Шона Куинна оценивалось в 4,7 миллиарда евро, в его многочисленных компаниях трудились около шести тысяч человек. Сегодня на счетах знаменитого ирландца осталось всего 55,7 тысячи евро. Успешный бизнесмен 65-летний Шон Куинн слыл одним из символов недавнего процветания Ирландии. В молодости миллиардер «сделал себя сам»: унаследовав от отца карьер для добычи гравия и имея всего 100 фунтов стерлингов в виде стартового капитала, он быстро создал на «Зеленом острове» огромную империю, ответвления которой распространялись на многие страны Северной Европы и даже на Россию. Его фирмы производили строительные материалы, он владел энергетическими, химическими предприятиями, отелями, страховыми компаниями, торговал недвижимостью… Процветание корпорации «Куинн Груп» длилось до 2008 года, и ничто не предвещало беды. Но разразившийся в стране экономический кризис, вызванный огромным финансовым «пузырем» на рынке недвижимости, повлек за собой банкротство и национализацию одного из крупнейших банков – «Англо-Ирландского банка», в который магнат неосмотрительно продолжал вкладывать огромные деньги – всего около 3 миллиардов евро. Это кредитное учреждение обанкротилось и было национализировано правительством. Теперь Верховный суд признал банкротом и Ш.Куинна. Он войдет в современную историю как один из богатейших людей Европы, неожиданно потерпевший финансовый крах. Слабым утешением бизнесмену может служить моральная поддержка, выражаемая многими бывшими сотрудниками, которые благодарны ему за то, что в свое время он обеспечил их работой. Кстати В рамках политики жесткой экономии власти Ирландии безжалостно урезали всевозможные выплаты, бонусы, пособия по безработице и одновременно резко увеличили налоги. Всё это позволит сэкономить в ближайшие годы до 30 миллиардов евро и выйти из кризиса раньше, чем это удастся Греции и Португалии, надеются в Дублине. Ожидается, что уже в 2015 году дефицит государственного бюджета сократится до 3% ВВП. Меры экономии предпринимаются в Ирландии в соответствии с антикризисным планом, одобренным предыдущим ирландским правительством в обмен на финансовую помощь ЕС и Международного валютного фонда на сумму 85 миллиардов евро. №1(62), 2012
no image
Персона

или Почему британскому журналисту стыдно за свое поколение «Я принадлежу к самому жадному и себялюбивому поколению в истории, и нам надо стыдиться того, что мы оставим после себя». Это вполне искреннее, что сумею доказать, самобичевание принадлежит далеко не сентиментальному радиожурналисту...

или Почему британскому журналисту стыдно за свое поколение «Я принадлежу к самому жадному и себялюбивому поколению в истории, и нам надо стыдиться того, что мы оставим после себя». Это вполне искреннее, что сумею доказать, самобичевание принадлежит далеко не сентиментальному радиожурналисту – Джереми Паксману. Последние 40 лет он ведет передачи на Би-би-си и пишет книги. Судя по многочисленным наградами и титулам – он почетный доктор ряда университетов, а также гонорарам, составлявшим в иные годы семизначные цифры, Паксман является де-факто «лицом» (одним из лиц) этой телерадиокорпорации. Будучи столь узнаваемым лицом, Паксман находится под лупой у своих коллег, в частности, из бульварной «Сан». В апреле 2006 года газета опубликовала сведения о его доходах: за передачу «Ньюснайт» Паксман получил 800 тысяч фунтов стерлингов, за другую – «Юниверсити чэллендж» – еще 240 тысяч, что превысило один миллион. Утечка из бухгалтерских книг, наравне с аналогичным компроматом, выплеснувшимся в прессу, привела к началу внутреннего расследования на Би-би-си. Но оргвыводов не последовало. В документальном фильме, вышедшем в эфир в январе 2006 года, под названием «А кто Вы на самом деле?» излагается гипотеза: он потомок Роджера Паксмана, политика из Суффолка, жившего в XIV веке, который чуть видоизменил свою фамилию, взяв в качестве корня латинское слово pax, то есть «мир», чтобы впечатлить избирателей. Нынешний Паксман, по его утверждению, к политикам и партиям относится прохладно, если не сказать, придирчиво, что не отменяет его святой веры в достоинства демократии. Кстати, о демократии, позволяющей говорить о себе всю правду, не стесняясь. В разделе «Национальность» на сайте Википедия, где подробно, вдоль и поперек, описана эта незаурядная личность, указано, видимо, со слов самого Паксмана: «белый британец» (Ethnicity: White British). Паксман заслужил почти скандальную репутацию интервьюера-инквизитора за свою бесцеремонную манеру задавать нелицеприятные вопросы и повторять их с занудливой дотошностью, словно намеренно выводя собеседника из терпения. Был случай, когда во время интервью бывшего министра внутренних дел, ставшего впоследствии лидером партии тори, Паксман 14 раз задавал, пусть и в вариациях, один и тот же провокационный вопрос с явным расчетом вывести приглашенного в студию из равновесия и получить таким иезуитским способом некое подобие признания. Словом, Джереми Паксман – личность в британской журналистике и публичной жизни заметная. Тем любопытнее его недавние откровения, опубликованные в «Дейли мейл», в которых 61-летний профессиональный обозреватель, а значит, аналитик по определению, делится в стилистике исповедальной прозы своими выношенными за долгие годы мыслями о времени и о себе. Мысли – дерзкие, как и он сам, в том смысле, что Паксман безжалостно судит о собственном поколении – «бэби-бумерах», тех, кто родился в счастливые годы после войны, проводит параллели с достойными уважения предтечами и пророчит нерадостное завтра. Отправной точкой в своих размышлениях Паксман взял прогностическую статистику: сегодняшние молодые люди в Британии, достигнув возраста 65 лет, будут на 25% беднее своих родителей, не сумев аккумулировать за годы честного труда или непорочной службы такой же внушительный материальный достаток. И если родившийся через пять лет после войны, в мае 1950 года, Джереми Паксман есть плоть от плоти феномена baby boom, то современная молодежь будет вписана на скрижали истории, по его мнению, как поколение baby bust (bust = неудача, провал, банкротство). Вначале Паксман сравнивает бэби-бумеров (всех, родившихся в интервале между 1945 и 1965 годами) с теми, кто появился на свет после Первой мировой войны. На долю последних выпала Великая депрессия с ее безработицей, суповыми кухнями, эпидемией самоубийств, а затем мировая бойня библейских масштабов, когда приходили извещения со страшными словами: «погиб» или «пропал без вести». Как у поэта: «плохая им досталась доля». Напротив, послевоенное поколение, пишет автор, «большую часть своей юной жизни могло наслаждаться свободами 1960-х годов, не было вынуждено надевать униформу, и могло с полным основанием ожидать одного: более или мене уверенного роста своего благосостояния». Конечно, замечает Паксман, присутствовали «апокалипсические тревоги эпохи холодной войны», но никому из их поколения так и не пришлось воевать в «горячей» войне, а их жизнь так и не подверглась смертельной опасности. В то же время, ускоренный прогресс в медицине позволил осознать, что им суждено пережить своих родителей и при этом в престарелом возрасте отличаться более крепким здоровьем, чем они. У нашего поколения, констатирует Паксман, появились невиданные прежде возможности: собственные дома вместо аренды жилья; бытовой комфорт с олицетворявшими его стиральными машинами; чувство уверенности, связанное с гордостью общества – бесплатной Национальной системой здравоохранения; длинные отпуска, которые принято проводить не дома, а на дальних заморских курортах. «Наше поколение воистину было первым в истории, которое может называть себя одновременно и здоровым, и богатым», – резюмирует Паксман. И как оно распорядилось этими благами и этим шансом в жизни? Впало в грех потребительства, умозаключает Паксман. Наши родители ограничивали свои ожидания самым необходимым: утюг и холодильник. Мы же, пишет автор, должны были обязательно – в лепёшку расшибись – обзавестись морозильной камерой и телевизором с плоским экраном. Но даже не это самое обидное и тревожное: обладание материальными благами стало рассматриваться бэби-бумерами как их исконное неотъемлемое право. Акценты сместились. Идеалы поменялись. Когда Клемент Эттли, которого автор называет «едва ли не величайшим из премьер-министров Великобритании в XX веке», умер, то оставил после себя накоплений на семь тысяч фунтов стерлингов. Сегодня все иначе: экс-премьер Тони Блэр, указывает Паксман, – мультимиллионер, который занимается «проповедями» по всему миру. Или другой пример. Когда были разрушены башни-близнецы в Нью-Йорке и американцы вдруг осознали свою уязвимость, что посоветовал согражданам президент Джордж Буш-младший? «Отправляйтесь в Дисней Уорлд во Флориду. Возьмите с собой свои семьи и наслаждайтесь жизнью так, как мы хотим ею наслаждаться». К этому приведенному Паксманом эпизоду можно добавить и другой штрих: после того, как задымил первый небоскреб, перед обрушением, самым ходким товаром в окрестных лавчонках были дешевые одноразовые фотоаппараты: американцы спешили не на помощь тем, кто оказался в западне в зданиях, а хотели запечатлеть момент их гибели. Так сформировался психологический феномен бэби-бумеров: их главной меткой, главной отличительной чертой, по выражению Паксмана, стала «самопогруженность» (self-absorption), что можно перевести и как самовлюбленность, когда нет дела до окружающих. Отсюда и их шкала ценностей, учитывая, что они пришли на все готовое. Паксман приводит цитату из Фрэнсиса Беккета, исследователя из Кильского университета: «Их родители, старшие братье и сестры были озабочены получением права на медицинское обслуживание, образование, полную занятость и надежность своих сбережений… Бэби-бумеры сражались за право – и завоевали это право – носить длинные волосы и наслаждаться сексом». Что дальше? Нынешнее поколение находится изначально в проигрышном положении, считает Паксман. Два факта: в 1968 году, когда для бэби-бумеров пришла пора остепениться и начать вить свое гнездо, в Британии было построено 425 тысяч домов. Сравните: в 2010-м – всего 100 тысяч, это меньше чем даже в 1923 году. И еще: один миллион британцев в возрасте от 16 до 24 лет не имеет работы, что не удивительно, иронизирует Паксман, ведь их рабочие места уплыли «в Китай, Индию или Вьетнам». Перспективы молодого поколения печальны, ведь они могут стать и участниками, и жертвами конфликтов из-за распределения ресурсов – энергии и пресной воды, споров в связи с миграционными потоками или защитой окружающей среды, и новых религиозных войн. Но молодые – Паксман относит их к категории «невезучее поколение» – ничего не могут поделать, потому что все решают бэби-бумеры. Это бэби-бумеры голосуют на выборах, образуя большинство электората, предопределяя, кто будет наверху во власти. Это они поставляют политиков для занятия первых рядов в палате общин (зарезервированы для министров кабинета, в том числе и теневого). Это они заседают в советах директоров крупных компаний. Это они имеют финансовые возможности покупать квадратные метры, а затем сдавать их внаем тем, кто не может себе позволить собственное жилье. Это они продавили закон, по которому их нельзя уволить без их согласия по достижении возраста в 65 лет. Это они предпочитают зачастую жить в континентальной Европе, потому как там «климат мягче, а сигареты и выпивка дешевле». Это они, продолжая тренькать на своих гитарах из 1960-х, но, испытывая проблемы со здоровьем по старости, потребляют половину всех государственных дотаций, которыми финансируется Национальная система здравоохранения… Видный тори Дэвид Уиллеттс, до того как занял пост в кабинете Дэвида Камерона, вынес собственный обвинительный приговор послевоенному поколению счастливчиков: «Бэби-бумеры виновны в том, что допустили эпический провал попыток защитить интересы будущих поколений». …Концовка статьи Джереми Паксмана выдержана в его излюбленной стилистике. «Трудно обвинить это поколение в том, что оно считает – мир принадлежит им. Потому что мир действительно им принадлежит. Их дети и внуки посланы ими в разграбленный мир и, будучи по уши в долгах, они не могут даже помыслить о том, чтобы завести семью и обзавестись собственным домом». Наконец, оцените, заключительный аккорд Дж.Паксмана: «Меня поражает более всего то, что почему-то улицы не полнятся демонстрантами, требующими обязательной эвтаназии» (самовольного расставания с жизнью).   Постскриптум Не могу умолчать об одном личном и личностном моменте. В 1994 году проходил летнюю практику во Всемирной службе Би-би-си и регулярно наблюдал в телеэфире паксмановское священнодействие в стиле тавромахии. Сперва он бандерильями колол и раззадоривал свою очередную жертву, уготавливая ей финальный смертельный удар клинком под занавес интервью. Признаюсь, впечатляло (напоминало кредо Александра Невзорова из тогда еще не забывшихся «600 секунд»: «В доме повешенного говорят о верёвке»). Хотя я и поеживался. В качестве одного из творческих отчетов набросал стихотворные строки о том, как понял внушавшиеся мне и моим коллегам заповеди британской прессы. Присутствует там и пассаж о стиле ведения интервью Паксмана, не знавшего авторитетов и чаще всего забывавшего о политкорректности: ‘Take that Jeremy, that Paxman, He would chop ‘em, he would axe ‘em, Put his knee in their stomach and his words in their mouth…' В отечественной теле- и радиожурналистике есть немало подражателей Паксмана. Подчас неуклюжие. Нередко переходящие границу между дотошностью и хамством. Так и норовящие засунуть свою коленку в живот собеседнику. Наверное, и они имеют право быть. Если способны, как Джереми Паксман, критически оценивать себя и, по сути, пусть и в завуалированной форме, признаться: «Мне стыдно». Владимир МИХЕЕВ №1(62), 2012
no image
Персона

Штрихи к портрету несостоявшегося «радикального реформатора» «У него был плохой старт в жизни: он родился в хорошей семье». Эта хитрая ирония Джозефа Хеллера из его пронзительно неореалистичного и одновременно абсурдистского романа «Уловка-22» не в полной мере подходит Дэвиду Камерону. Да,...

Штрихи к портрету несостоявшегося «радикального реформатора» «У него был плохой старт в жизни: он родился в хорошей семье». Эта хитрая ирония Джозефа Хеллера из его пронзительно неореалистичного и одновременно абсурдистского романа «Уловка-22» не в полной мере подходит Дэвиду Камерону. Да, первые три года он прожил в одних из самых престижных районов Лондона – Кенсингтоне и Челси. Да, в доме был достаток, и не приходилось думать, что намазать на хлеб за завтраком. Но не всё, что окружало Дэвида, соответствовало английскому выражению, символизирующему беспечное довольство – «кексы и эль» (‘cakes and ale'). Дэвид был третьим ребенком в семье с четырьмя детьми. Иен, его отец, был рожден с деформированной ногой, ее впоследствии пришлось ампутировать. Вдобавок отец ослеп на один глаз. Однако он никогда не считал себя инвалидом и не жаловался на судьбу. В характере у матери было не меньше металла: будучи судьей, она однажды засудила собственную сестру Суомпи, фанатично преданную своим экологическим убеждениям, когда та незаконно протестовала против прокладки автомобильной трассы. В возрасте семи лет Дэвид пошел в эксклюзивную подготовительную школу в Хизердауне, гордившуюся тем, что среди ее учеников были принцы Эдвард и Эндрю. Затем прославленная школа в Итоне, предварительная кузница политической и деловой элиты Британии. В этот период жизни Дэвид не отличался особыми академическими успехами и «засветился» в школьной газете только один раз: когда во время коллективной поездки в Рим танцевал до упада под волынку и растянул себе сухожилие. Любопытный штрих: до того, как поступить в Оксфорд, попробовал себя «в деле» – сперва был помощником депутата парламента от консерваторов Тима Рэтбоуна, затем три года работал на морскую транспортную фирму в Гонконге, откуда, получив расчет, вернулся домой поездом – через весь Советский Союз и всю Европу. Как говорили в XIX веке русские дворяне, отправлявшие со двора своих отпрысков в дальние страны, ничто так не просвещает молодежь, как путешествия. В Оксфорде будущий премьер поспевал всюду. Его персональный учитель, тьютор, профессор Вернон Богданор, называл его «самым способным» из своих учеников, который уже тогда придерживался «умеренных и разумных консервативных взглядов». Дэвид был капитаном сборной своего колледжа по теннису, но и входил в гастрономический «клуб Буллингдон», известный невоздержанным отношением к спиртному и дурным поведением своих членов. Камерон предпочитает об этом не распространяться. Став дипломированным специалистом, постигшим первоосновы философии, экономики и политологии, Дэвид Камерон недолго колебался: не пойти ли ему по журналистской стезе или окунуться в банковскую сферу. В конечном счете, он выбрал работу по объявлению – аналитиком в департаменте исследований Консервативной партии Великобритании. С этой первой строчкой в его трудовой книжке связан показательный эпизод. Накануне собеседования при приеме на работу, которое состоялось в июне 1988 года, некто из Букингемского дворца позвонил в головной офис партии и сказал следующее: «Я знаю, что вы будете беседовать с Дэвидом Камероном. Я перепробовал все доводы, чтобы отговорить его идти в политику, но у меня ничего не вышло. Я звоню, чтобы сказать вам: вы повстречаете действительно замечательного молодого человека». Сам Камерон отрицает, что ему было заранее известно об этом телефонном звонке. Но его записные оппоненты всякий раз напоминают об этом эпизоде как о лишнем свидетельстве того, что путь наверх Дэвида Камерона был изначально выстлан красной ковровой дорожкой. Как аналитик, Камерон, если верить британской прессе, показал себе самобытным и трудолюбивым. Свои бумаги он готовил для тогдашнего теневого министра внутренних дел Дэвида Дэвиса, который в свою очередь составлял «домашние заготовки» для премьер-министра Джона Мейджора, когда тот выступал в палате общин на т.н. «часе вопросов–ответов». Работая в этой команде, Дэвид познакомился со своим нынешним канцлером казначейства Джорджем Осборном. Здесь Дэвид зарекомендовал себя с лучшей стороны, недаром Джон Мейджор отозвался о нем лестно: «исключительно способный и умный молодой человек». И похвалил его «хладнокровие и способность не терять голову в стрессовые моменты». Всякий, имеющий возможность и желание смотреть новостные блоки «Би-би-си уорлд», может регулярно наблюдать молниеносную вербальную реакцию Дэвида Камерона, при полном самообладании, во время пикировок с оппозицией в палате общин. Полемического опыта он набрался, поднаторев в пиаре в телекомпании «Карлтон», входящей в систему ITV. Вскоре он возглавил отдел внешних коммуникаций и превратился, по сути, в пресс-секретаря своего босса, Майкла Грина, который высоко отзывался о своем помощнике: из таких, по его словам, и выходят «члены совета директоров». В интервью газете «Индепендент» Грин охарактеризовал подающего надежды юношу хвалебной идиомой: «Он хорош, воистину хорош». Не менее хвалебные отзывы, как уже говорилось, звучат в адрес Дэвида Камерона за умение быть внимательным мужем и отцом. Верится, и вот почему. В 2001 году он женился на Саманте, дочери сэра Реджинальда Шеффилда, чье детство прошло в папином имении размером в 300 акров. Сейчас Саманта – негласная первая леди королевства – значится креативным директором фирмы «Смитсон'с», торгующей эксклюзивными канцелярскими товарами, да не где-нибудь, а на Бонд-стрит (в числе клиентов, чему удивляться, значатся Кейт Мосс и Наоми Кэмпбелл). Именно Саманте приписывается заслуга в том, что она превратила типичного «тори-мальчика» в более раскованного и мыслящего земными категориями политика. На заметку психоаналитикам: Саманта носит татуировку на лодыжке, училась в школе искусств в Бристоле, где ее научил играть в бильярд местный король рэпа по прозвищу Трикки. Будет непростительным упущением недооценить положительное влияние супруги на формирование и мировоззрений, и манер Дэвида, и тот, судя по всему, это понимает и следует заповедям добропорядочного семьянина. Не менее важен трагический эпизод в их семейной жизни, который не мог не оставить неизгладимый след на сознательном и подсознательном уровне. Их первенец, которого назвали Иван, родился с многочисленными врожденными пороками. Он нуждался в постоянном врачебном уходе. Медицина оказалась бессильна, и в феврале 2009 года мальчик умер. По свидетельству близких к семье Камеронов, этот страшный опыт, когда врачи и родители делали все, чтобы выходить младенца, но в итоге проиграли, и это сражение за жизнь многое изменило в характере Дэвида Камерона. Сейчас у него трое детей, и, несмотря на запредельную занятость премьера, никто не может упрекнуть его в том, что он плохой папа. И все же мнения окружающих людей о Дэвиде диаметрально противоположны. Да, друзья отзываются о нем как о хорошем семьянине, как о компанейском парне, который любит устраивать вечеринки в своем доме в графстве Оксфордшир и при этом отказывается говорить о политике. Другие же, из тех, что наблюдали его восхождение к вершине власти, напротив, по-прежнему называют Дэвида «скользким» и «безжалостно амбициозным», подразумевая, что ради карьеры он многое принес в жертву. Если его шеф в телекомпании «Карлтон» Майкл Грин пел его дифирамбы, то Иен Кинг, один из редакторов газеты «Сан» (забудем на минуту о ее бульварной сущности), называл его в ту пору «отравленной штучкой, скользким типом». А журналист из консервативной «Дейли телеграф» Джефф Рандал в свое заметке, датированной 2005 годом, писал, что он не доверил бы Камерону даже «карманные деньги своей дочери». Сделаем одно обобщающее отступление. Британское общество насквозь пропитано чувством историзма. Это естественное, на мой взгляд, последствие, во-первых, того, что у страны богатейшая и динамичная история, агрессивно перелопачивавшая судьбы миллионов людей, отчего «память рода» до сих пор всегда помещает каждого островитянина в общий цивилизационный контекст. А во-вторых, это последствие традиций свободомыслия, восходящие к Великой хартии вольностей, и обостренное чувство собственного достоинства, порождающее жизненную позицию всегда слегка отстраненного скептика. В итоге, как говорится, на выходе, получаем общество критически мыслящих людей, находящихся на другом полюсе от подверженных имперскому конформизму американцев. А значит, в Британии политик должен быть готов к тому, что он сумеет в лучшем случае завоевать симпатии, нередко с оговорками, только одной части избирателей, и никогда не сможет превратиться в универсального национального лидера восточного типа со всеми признаками обожаемого всеми и обладающего непререкаемым авторитетом вождя в стиле «отца нации». Дэвид Камерон, похоже, это давно осознал, к тому же всякий раз во время словесной перепалки в парламенте ему напоминают, что оппоненты и конкуренты дышат ему в лицо и затылок. Привычно проводить параллели и с Тони Блэром. Когда его приметили «делатели королей», старожилы в партии тори, тяжеловесы, политики с именем и авторитетом, решающие, кто будет лицом партии и будущим лидером, когда они в 2005 году сделали ставку на тщательно выбритом пареньке с дипломами Итона и Оксфорда, умеющем говорить не по бумажке (что стало его фирменным стилем), то Дэвид Камерон провозгласил себя «наследником Блэра». Схожего немало. Лидер лейбористов был самым молодым премьер-министром, но Камерон достиг сиятельных вершин, будучи его на полгода моложе. Оба считались модернистами и выставляли напоказ крепость семейных уз. Блэр въехал в резиденцию премьеров на Даунинг-стрит 10, демонстрируя свой чехол от гитары. Камерон красуется своим велосипедным шлемом… Дальше появляются различия, даже если не считать то, что Блэр воевал в Сербии и Ираке, а Камерон только в Ливии. Уже то, что на премьерство Камерона выпал глобальный финансовый кризис, высветивший прежде невидимые изъяны британской экономической модели, и системный сбой во взаимоотношениях с Евросоюзом, показывает, что им выпали разные роли. Камерон вынужден выступать все чаще в роли кризисного управляющего. И для защиты своих родовых, можно сказать, фамильных, доставшихся от Тэтчер, привилегий в рамках ЕС становиться в позу обороняющегося, что означает дальнейшее охлаждение отношений с континентальной Европой. Попытавшись, придя к власти, занять прагматичную позицию с британским акцентом: быть лояльным членом ЕС, но всегда иметь «особое мнение», Камерон ныне становится все больше похож на свою предшественницу, упирая не на узы, а на «самость». В свое время Камерон умело апеллировал к молодежной аудитории моложавым видом и постоянным подчеркиванием, что вместе с ним в большую политику придут желанные перемены. В этом угадывалась его схожесть, по внешним признакам, с Бараком Обамой: ставка на поколение пост-pepsi, пост-next, озабоченное грядущим климатическим коллапсом и находящееся в интимной близости с телекоммуникационными технологиями. Есть, правда, одна незадача: хотя Камерон и любит коммуницировать со своего Blackberry, но весьма прохладно относится и к Facebook, и к Twitter. Да еще объявился реальный соперник: не менее теле- и фотогеничный и языкастый лидер либеральных демократов Ник Клегг, молодой и энергичный, прекрасный семьянин, умница, да еще и еврофил. Теоретически, Дэвид Камерон мог бы попробовать повторить трюк Тони Блэра с его тезисом о «третьем пути» для лейбористов, что означало, в сухом остатке, заимствование, проще – обворовывание идейных оппонентов, если их правота по отдельной теме импонирует электорату. Не вышло. Прежде Камерон хотел предстать как носитель некоей новой философии. В последнее время он говорит, что его пугают люди, «одержимые идеями», и что он видят себя в роли «практичного человека, прагматика». На самом деле, и ранее за разговорами об осовременивании Британии и перефразом уже подистершегося тезиса «перемен – мы хотим перемен», можно было не усмотреть истинного Камерона, представляющего собой, как отмечают умудренные обозреватели, возврат к стародавней эпохе консервативной партии. Недаром Камерон ранее утверждал, что станет столь же «радикальным реформатором в социальной сфере, как Маргарет Тэтчер в области экономики». Этого не случилось, выношенная им прекраснодушная идея (см. «Большое общество» Дэвида Камерона: облако в штанах) зависла, ведь денег не хватает даже на залатывание дыр в бюджете, поскольку половина всех средств системы здравоохранения идет на обслуживание стареющего и болеющего населения… В каком-то смысле Дэвида Камерону не повезло. Выпавший ему исторический отрезок времени относится не к тучным, а к тощим годам. Камерон еще может измениться. Если обстоятельства позволят. Но сегодня он являет собой облегченную версию Тэтчер. Дэвид Камерон – это «Тэтчер лайт». Владимир МИХЕЕВ №1(62), 2012
no image
Иммиграция

Молодые жители Европы с высшим образованием в поисках работы потянулись за океан, в основном, в Аргентину. Их гонит туда экономический кризис, завершения которого пока не видно. Еще несколько лет назад Испания притягивала тысячи латиноамериканцев, переселявшихся на Пиренейский полуостров в поисках...

Молодые жители Европы с высшим образованием в поисках работы потянулись за океан, в основном, в Аргентину. Их гонит туда экономический кризис, завершения которого пока не видно. Еще несколько лет назад Испания притягивала тысячи латиноамериканцев, переселявшихся на Пиренейский полуостров в поисках лучшей жизни. А сегодня многие молодые испанцы отправляются за океан. Впрочем, в Аргентину, где европейским профессионалам пока сравнительно легко устроиться на подходящую работу, едут также итальянцы, французы, британцы и даже немцы. Они прибывают по студенческой или туристической визе. Единственное неудобство – один раз в три месяца приходится посещать соседний Уругвай для отметки в паспорте о пересечении границы. Большинство новоиспеченных иммигрантов, по их словам, мечтают вернуться на родину. Вот только не знают, когда это произойдет. №1(62), 2012
no image
Иммиграция

Пришлые не отнимают работу у местных, считают эксперты …Поначалу на ее долю, как иммигрантки из Латвии, выпали испытания на прочность, вспоминает сейчас Датса Гайле. Латвийское агентство, гарантировавшее ей кров и работодателя на новом месте, куда она отправилась, чтобы пустить корни...

Пришлые не отнимают работу у местных, считают эксперты …Поначалу на ее долю, как иммигрантки из Латвии, выпали испытания на прочность, вспоминает сейчас Датса Гайле. Латвийское агентство, гарантировавшее ей кров и работодателя на новом месте, куда она отправилась, чтобы пустить корни и остаться на ПМЖ, бессовестно обмануло. Ни жилья, ни работы. Ночуй под открытым небом, как бомж. Но Датса Гайле не сдалась. Ее упорство было вознаграждено. И пусть вначале она жила в крохотной комнатке, во всем себе отказывала, вскоре терпение и труд взяли свое. Она встала на ноги. Выписала в Британию своих детей. В 2009 году она поступила в университет в Нортхэмптоне, готовится получить диплом магистра делового администрирования. Здесь же, обучаясь в вузе, стала выпускать газету для латышской диаспоры, которая выходит 10-тысячным тиражом. «Я приехала ни с чем, – делится миссис Гайле. – Сегодня я сама работодатель, на меня работают четыре человека». Схожая линия судьбы у Агаты Вашевич, которая перебралась в Британию из Польши вместе с мужем в 2008 году. Начинала скромно: официанткой в кофейне «Старбакс». Были трудности, поскольку личный адрес электронной почты, по ее словам, отпугивал потенциальных работодателей, стоило им прочесть фамилию: Wasziewicz. Хитроумная Агата внесла коррективы: теперь ее фамилия звучала как Вашевич-Шмидт дос Сантос. Сработало. Стали приглашать на собеседования. Жизнь заладилась. Вскоре муж основал спортивную секцию по боевым искусствам, сам, как инструктор, тренирует желающих, а таковых немало. Она получила стабильную работу как переводчик. Агата убеждена, что «ни у кого не отняла его или ее рабочее место, потому что не так много специалистов, которые знают одновременно и польский, и португальский языки». В начале этого года вышел в свет солидный доклад Института экономических и социальных исследований, доказывающий на цифрах и фактах, что, на самом деле, нет никакой зависимости между ростом иммиграции и ростом безработицы. Вопреки распространенным предрассудкам: мол, понаехали тут, работу у коренных отнимают. При этом обнаруживается взаимосвязь между расширением наемной армии за счет мигрантов и повышением валового внутреннего продукта Британии. Таким образом, сделан очередной ход в заочной полемике между экспертным сообществом и анти-иммигрантской лоббистской группой Migration Watch, которая в своем докладе увязывает статистические данные: «В период с первого квартала по третий квартал 2011 года безработица среди молодежи в Британии выросла на 450 тысяч человек. В этот же период количество работников, прибывших из стран «восьмерки» (они вошли в состав Евросоюза в 2004 году), увеличилось на 600 тысяч». Авторы доклада оговариваются, что «перекличка цифр не есть еще доказательство», но едва ли уместно, на их взгляд, отвергать взаимосвязь между этим двумя явлениями. В качестве контраргумента противники Migration Watch ссылаются на другую статистику: безработица среди молодых британцев начала расти еще до 2004 года, и достигла пика в 2008-09 годах, когда волны миграции стихли. Зато 2010 год стал урожайным: на Британские острова перебрались 252 тысячи мигрантов. И это в самый разгар кризиса. Как одно из следствий, анти-иммигрантские настроения окрепли и стали фактором политический жизни. Нынешняя правящая коалиция тори и либеральных демократов пообещала ограничить приток переселенцев и довести его до нескольких десятков тысяч в год. Однако те же правительственные прогнозисты предсказывают, что в реальности этого сделать не удастся, и вплоть до 2016 года в среднем ежегодная миграция в Британию составит 140 тысяч. Для предотвращения эксцессов и воспитания толерантности правительству Камерона-Клегга можно посоветовать шире и настойчивее рекламировать положительный вклад мигрантов в рост ВВП. Примеры Датсы Гайле из Латвии и Агаты Вашевич-Шмидт дос Сантос из Польши вполне поучительны. Вадим ВИХРОВ №1(62), 2012
no image
Право

Вводные замечания Несмотря на большие достижения науки европейского и американского конституционного права, нельзя однозначно указать на так называемый конституционный момент. То есть, указать на условия, возникновение которых влечёт за собой принятие новой конституции или, по крайней мере, внесение настолько существенных...

Вводные замечания Несмотря на большие достижения науки европейского и американского конституционного права, нельзя однозначно указать на так называемый конституционный момент. То есть, указать на условия, возникновение которых влечёт за собой принятие новой конституции или, по крайней мере, внесение настолько существенных изменений, дополнений и поправок в действующую конституцию, чтобы можно было вести речь о её полном изменении. Я считаю, что в рамках полного изменения следует выделить два его вида: изменение формальное и материальное.*1 Первое совпадает с принятием нового основного закона. А со вторым мы имеем дело тогда, когда изменяются наиболее существенные положения данной конституции, её главные принципы, без принятия вместо неё нового правового акта. В этом контексте следует помнить, что принятие новой конституции в каждой стране является результирующей множества различных факторов. Если бы решающим был только один фактор либо если бы необходимость принятия новой конституции была обусловлена их совокупностью, мы легко могли бы сказать, когда в данном государстве следует принять основной закон. Но это не так. Существуют современные демократические государства, в которых нет конституции, а действующие в них главные политические силы не видят ни необходимости, ни возможности её принятия, несмотря на то, что в них возникли упомянутые выше предпосылки для её разработки. Примером может служить Израиль, в котором сразу же после возникновения государства было избрано Конституционное собрание. Но ему не удалось принять конституцию. На это повлияло несколько факторов, важнейшими из которых были: возражение религиозных партий против принятия норм высших, чем религиозные, отрицательное отношение политиков к судебному контролю над актами публичной власти, а также отсутствие общественного консенсуса относительно характера государства.*2   Cитуации, стимулирующие принятие новой конституции, или коренную реформу прежде действующей Выделяя предпосылки принятия конституции, я сосредоточусь на важнейших из них, чаще всего на практике приводящих к созданию конституции, а также чаще всего выделяемых в доктрине конституционного права отдельных государств в сравнительном праве. 1. Разрыв с прежним строем Не только первые конституции принимались для бесспорного, радикального разрыва с прежними принципами государственного и общественного устройства и принятия принципов новых, всеобще одобряемых. Тогда мы обычно имеем дело с революцией (напр. Американской революцией, Французской революцией 1789 г.) или ситуацией к ней приближенной (напр. в Польше в период Большого сейма 1788–1792). Новые принципы, собранные в конституции, должны в этом случае гарантировать определение направления развития государства и предотвратить возвращение ancien regime . Это нашло своё прямое выражение в преамбулах некоторых конституций. Примером может служить конституция Португалии 1974 г.: «25 апреля 1974 г. увенчивая длительное сопротивление португальского народа и выражая его глубокие чувства, Движение вооружённых сил свергло фашистский режим. Освобождение Португалии от диктатуры, гнёта и колониализма явилось революционной переменой и положило начало историческому перелому в португальском обществе. Революция вернула португальцам основные права и свободы. Пользуясь этими правами и свободами, законные представители народа собрались, чтобы разработать Конституцию, отвечающую стремлениям страны [...]. ” Другие конституции косвенно, давая понять, указывают на предпосылку своего принятия – например, конституция Греции 1975 г. указывает на её принятие « Пятым ревизионным собранием », что должно засвидетельствовать – « диктаторский режим никогда, в правовом значении, не отменил демократическое правление ».*3 Разрыв с прежним строем и изменение формы государства в направлении демократического государства может произойти под влиянием внешнего давления. В этом убеждают конституции, принятые после Второй мировой войны в побеждённых государствах оси – Германии и Японии.*4 Рассматриваемая предпосылка принятия конституции приводит к скорому окончанию работы над новым основным законом, если разрыв с прежним строем является внезапным, быстрым (революция, война, государственный переворот). Если же он идёт постепенно, эволюционно, то принятие конституции может растянуться во времени. В этом убеждает польский пример. В Польше, в отличие от многих других стран бывшего реального социализма, которые встали на путь изменения строя, конституция не была принята на пороге этого процесса. Продолжительность конституционной работы составила 8 лет (1989–1997).   2. Получение или обретение вновь независимости либо полного суверенитета Логическим последствием возникновения какого-либо демократического государства является возникновение в нём нового суверена, который определят принципы строя. В этом контексте конституция как акт, обладающий наивысшей юридической силой, является важным атрибутом суверенитета и независимости. Он подчеркивает разрыв с учреждениями прежнего государственного и общественного строя, его правовыми институтами, возникшими под чужим влиянием, а также является важным элементом в процессе определения идентичности данного государства, народа. Экземплификацией значения получения независимости является введение к Акту о форме правления Финляндии 1919 г., в котором читаем: «Учитывая, что Финляндия стала независимым и суверенным государством, признано необходимым развить и закрепить её строй при помощи новых установлений конституционного права, которое обеспечивает необходимую силу государства, расширяет власть органа, представляющего народ, и гарантирует права и свободы граждан силой закона [...]”. В свою очередь примером роли обретения независимости в качестве стимулятора новой конституции является введение в польскую Конституцию 1921 г., формулирующее это следующим образом: «Мы, Польский Народ, благодаря Провидение за освобождение от полуторавековой неволи […], настоящий Конституционный закон принимаем и устанавливаем ”. Подобную предпосылку мы находим во введении конституции Литвы 1992 г., в котором говорится: «Народ литовцев, который в прежние века создал Литовское Государство […], столетиями упорно защищал свою свободу и независимость […], волей граждан возрождённого Литовского Государства принимает и провозглашает настоящую конституцию».   3. Изменение варианта демократической формы государства Государство со стабильной демократической системой подвержено изменениям, а его институты приспосабливаются к изменяющейся социальной и экономической и т. п. действительности. Когда суверен решит, что данное право является тормозом гармоничного развития общества, а сфера необходимых изменений настолько широка, что должно наступить изменение формы государства, тогда он принимает новую конституцию (напр., отход от либерального государства и принятие концепции так называемого государства благосостояния). Это позволяет придать касающемуся государственного строя урегулированию комплексный характер и достаточно чётко наметить направление развития общества. Эту задачу удачно сформулировала преамбула к конституции Швейцарии 1999 г. в следующих словах : « [...] Швейцарский народ и кантоны [...] в стремлении к обновлению Федерации путём укрепления свободы и демократии, независимости и мира, в духе солидарности и открытости по отношению к миру [...] устанавливают настоящую конституцию». Тут следует добавить, что швейцарский пример показывает, как трудно в ситуации не носящих внезапного характера перемен принять конституцию. Здесь отсутствует какой-либо определенный момент вызывающий реакцию в виде необходимости новой конституции. Правда, её необходимость не подвергается сомнению, но одновременно кажется, что есть ещё немного времени на переговоры, обеспечивающие достижение более полного консенсуса, на нахождение лучших решений и т. п. В результате разработка новой швейцарской конституции заняла 30 лет. Также долго длилась работа и над новой финской конституцией, которая была принята в 1999 г. Однако не всегда тяжкий труд и продолжающиеся годами дебаты дают результат, примером чего может быть непринятие новой конституции в Германии после объединения, и в Австрии после длившейся на эту тему в течение 30 лет дискуссии. Ситуацию в Австрии в последней декаде ХХ в. образно описал Г. Шамбек: « [...] в 1992–1999 годах в Австрии у нас была коалиция СПА [социал-демократическая партия. – Прим. Б.Б.] и АНП [народная партия правого толка. – Прим. Б.Б.], которые располагали так называемым Конституционным большинством в Национальном Совете. В рамках этой коалиции господствовал даже консенсус относительно реформы федерации [...]. Однако реформа эта не была проведена, несмотря на эту парламентскую возможность и, несмотря на то, что была обещана реформа федерации в связи с вступлением Австрии в ЕС [...]! Когда я в то время на всех заседаниях высшего состава моей партии [...] просил голоса, чтобы требовать проведения реформы конституции, мне говорили : “Не дурите нам, пожалуйста, голову, у нас другие проблемы, а кроме того, в 12.00 пресс-конференция”. Любое другое политическое дело было важнее. [...] Это достойно сожаления, учитывая, что ранее обещалось нечто совсем иное».*5 Такой растянутый процесс принятия конституции в случае изменения варианта формы государства не имеет места, когда это изменение происходит в условиях острого общественно - политического кризиса. Он содействует более быстрому принятию новой конституции, примером чего может быть переход от IV к V республике во Франции.   Частота изменений конституции Частота изменений конституции, как полных, так и частичных в отдельных странах весьма неоднородна и зависит от многих факторов. Трудно в этом случае найти какие-то общие закономерности, управляющие этим процессом. Слишком большую роль играет здесь специфика практики общественного и государственного устройства отдельных государств. Можно, однако, попробовать указать на наиболее часто проявляющиеся факторы.   1. Пределы конституционного регулирования Ограничение предметов, охваченных конституционными нормами, способствует устойчивости данной конституции. В этом убеждает хотя бы пример конституции Соединённых Штатов 1787 г. или конституции Исландии 1944 г. Конституция изменяема трудней, чем иные правовые акты. Поэтому предметом её регулирования не должны быть текущие, временные дела, а также вопросы имеющие малую общественную значимость. Если они встречаются в конституции, это влечёт за собой необходимость её частого изменения. Ограничение предметов, регулируемых конституцией, делает её, правда, менее подверженной изменениям, но не должно заходить слишком далеко. Сегодня наверняка недостаточен был бы тот минимум, который определён в ст. 16 французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г., гласящий, что конституция должна гарантировать права личности и разделение властей. Конституция не может также ограничиваться описанием действительности, т.е. петрификацией существующей общественной, политической и экономической системы. Тогда её необходимо было бы перманентно изменять и постоянно фиксировать новые институты, иначе она стала бы тормозом развития и утратила своё значение.   2. Степень общего характера формулировок, содержащихся в конституции Чем более общими являются формулировки, содержащиеся в конституции и тем самым многозначными, тем её изменения происходят реже. «Уже Наполеон I констатировал, что лаконичная конституция более прочна и легче приспосабливается к условиям текущего момента. Позже выдающийся историк и политолог Жак Бенвиль писал, что когда однозначность права чрезмерно радикальна, она не благоприятствует компромиссам. А ведь политика постоянно требует отступлений и полумер».*6 Подтверждением этого тезиса может служить Конституция Соединённых Штатов 1787 г. Общий характер конституционных формулировок всегда обеспечивает нахождение консенсуса в их применении.*7 Это благоприятствует её постоянству, выполнению ею интеграционной функции. Ни одна конституция не лишена также пробелов, «иногда умышленно создаваемых для того, чтобы политические силы в государстве, а также парламент и правительство, как политические органы, могли свободно развивать свою деятельность».*8 При этом они должны учитывать актуальные реалии и взгляды, ценности, принимаемые в данное время обществом.   3. Степень судейской активности Здесь речь идёт о роли верховного суда или суда конституционного в приспособлении конституции к нуждам общественного развития. Чем более активен суд, дающий толкование положений конституции, тем легче избежать необходимости проведения изменения конституции, поскольку можно просто изменить значение, приписываемое её нормам. Убедительным доказательством, подтверждающим этот тезис, являются Соединённые Штаты. Там Верховный суд часто видоизменяет содержание конституционных норм в ходе их интерпретации. Э кземплификацией этого является отмена в 1954 г. расовой сегрегации в публичной школьной системе Соединённых Штатов в силу решения Верховного суда вынесенного, кстати, спустя почти 60 лет применения им иного толкования конституции. Это предотвратило социальные волнения и превращение конституции в ограничитель общественных перемен. Кроме США, судейская активность имеет место, например, в Германии и в Швейцарии. Один из немецких конституционалистов даже отметил, что не внесение изменений в конституцию, которые он назвал конституционно-политическим иммобилизмом, может повлечь за собой возникновение новой функции Федерального конституционного трибунала, заключающейся в приспособлении конституции к вызовам будущего.*9 К странам, в которых не наблюдается судейская активность, принадлежат Австралия и Япония. Но это не означает, что активность верховного суда или суда конституционного вообще исключает необходимость изменений конституции. Не всего можно достичь путём интерпретации права.   4. Степень «придания жесткости» конституции По порядку изменения конституций, детерминирующего их юридическую силу, Д. Брис в конце XIX века в своём труде Конституции (Constitutions) выделил конституции жёсткие и эластичные. Первые могут изменяться только в особом порядке, более сложном, чем в случае каких-либо иных правовых актов, и особенно обычных законов. Поэтому они имеют наивысшую юридическую силу в данном государстве. Эластичные (гибкие) конституции могут изменяться в порядке, аналогичном действующему при изменении обычных законов. Частота изменений конституции зависит от того, насколько более трудным, чем принятие закона, является её изменение. Правда, в каждой конституции предусмотрен особый порядок её изменения, более сложный, чем порядок принятия закона, но степень этих сложностей может быть различной. Относительно простым является решение, предусматривающее законодательную процедуру при полном или частичном изменении конституции, в принципе аналогичную принятию закона и ставящее лишь более высокие требования относительно необходимого большинства и кворума в парламенте (имеет место в Польше и в Германии). Изменение конституции тогда относительно лёгкое. Более сложные процедуры изменения конституции (как, например, в Соединённых Штатах, где принятие поправки требует одобрения квалифицированным большинством 2/3 голосов каждой из палат Конгресса и ратификации легислатурами ¾ штатов, или же предложения с требованием изменения конституции 2/3 легислатур штатов, созыва затем Конгрессом Конституционного конвента, который может принять поправки, с последующей ратификацией их легислатурами ¾ штатов) настолько усложняют внесение поправок, что они редки (в течение более 200 лет действия конституции принято лишь 27 поправок, в том числе первые 10 – касающиеся прав личности – сразу же после принятия конституции в 1791 г.).   5. Степень стабильности соотношения политических сил В государствах, в которых существует достаточно стабильное соотношение политических сил, по существу отсутствуют сколько-нибудь значимые группировки, заинтересованные в изменениях конституции, пока она выполняет свою правовую роль. А значит, господствует консенсус относительно того, что существующая конституция не требует полного изменения, а её частичные изменения должны удерживаться в необходимых границах, чтобы оградить законодателя от «пыла нормотворчества», приводящего к регрессу уровня законодательной деятельности.*10 Примером может служить Германия, где даже после объединения страны изменения основного закона были немногочисленны и, в сущности, ограничились необходимым минимумом. Стабильное соотношение политических сил детерминировало такие же ограниченные изменения в Соединённых Штатах со времён гражданской войны по сегодняшний день или же в Швейцарии в течение более полувека после окончания Второй мировой войны до принятия новой конституции в 1999 г.   6. Роль международного права Изменению толкования норм конституции может также служить ратификация желательных с общественной точки зрения международных договоров. Следует, однако, помнить о границах такого решения. Цель, которой является, например, как можно более скорая ратификация даже наиболее почётного международного договора, не оправдывает избрание «кратчайшего пути» и поисков сложной интерпретации оправдывающих обход чётких положений основного закона. Впрочем, такой порядок, рождающий многочисленные сомнения, мог бы в будущем явиться основанием для оспаривания этого договора. Поэтому было бы лучше ускорить саму законодательную работу в парламенте, связанную с изменениями конституции, чем доводить дело до обременённой недостатками ратификации без внесения этих изменений. Такой порядок деятельности – сначала изменения Конституции, и только потом ратификация договора – не является чем-то необычным, например, в случае процедуры ратификации норм первичного права ЕС (напр., Франция, Германия). Следует также помнить, что и в польской парламентской практике мы встречали соединение ратификации наиболее важных международных договоров с изменениями в Конституции. Некоторые конституции сами устанавливают непреодолимую границу толкования норм права и указывают на то, какие критерии, вытекающие из их содержания, следует применять. Например, Конституция Чешской Республики 1992 г. в ст. 9 ч. 3 устанавливает: «Интерпретация правовых норм не может вести к ограничению либо угрозе принципам демократического государства».   7. Степень соответствия конституции действительности Редко меняется конституция, вообще не соответствующая действительности. Такая конституция не встречается в демократических государствах. В принципе она не выполняет нормативной функции и является своего рода украшением. Она не применяется на практике и неизвестна гражданам.   Заключение Из приведенных рассуждений вытекает, что можно указать на факторы, задерживающие либо ускоряющие полное изменение конституции, а также возможно выделить ситуации, стимулирующие принятие новой конституции или коренную реформу прежде действующей. Однако из этого не следует, что в практике общественного и государственного строя данного демократического государства можно указать момент, в котором стоит ожидать полного изменения конституции. Самое большое, о чём можно говорить - это о большей или меньшей вероятности такого изменения, используя результаты сравнительно-правовых исследований и приводя конкретные его предпосылки. Богуслав БАНАШАК   *1 Подобный взгляд достаточно часто встречается в доктрине конституционного права. См. напр. L. K. Adamovich, B. Ch. Funk. Österreichisches Verfassungsrecht. Wien–New York, 1985. P. 98–99. *2 Более подробно на эту тему см. D. Avnon. The Israeli basic laws' (Potentially) Fatal Flaw. Israel Law Review. 1998. № 4. S. 538–539. *3 D. Tsatsos. Conditions of an Effective Constitution-making Process: The Case of the Greek Constitution of 1975 // M. Wyrzykowski (red.)/ Constitution-making Process / Warszawa, 1998. P. 101. *4 Подробнее на тему давления оказанного американскими военными властями в Японии см. J. M. Maki. The Japanese Constitutional Style // D. F. Henderson. The Constitution of Japan. Its First Twenty Years, 1947–1967. University of Washington Press, 1968. P. 8–11. *5 R. Mellinghoff, G. Morgenhalter, T. Puhl (red.). Die Erneuerung des Verfassungsstaates. Symposion aus Anlass des 60. Geburtstag von Professor Dr. Paul Kirchhof. Heidelberg, 2003. S. 127–128. *6 A. Sulikowski. Konstytucja... S. 56. *7 См. M.Morlok. Was heißt und zu welchem Ende studiert man Verfassungstheorie. Berlin, 1988. S. 104. *8 K. Działocha. Państwo.... S. 22. *9 H. P. Schneider. Die Deutschen haben wenig Talent zur Verfassungsreform, Neue Juristische Wochenschrift r. 1994. S. 562. *10 Так критически об изменениях в немецком основном законе высказался А. Фосскуле (A. Vosskuhle. Verfassungsstil und Verfassungsfunktion. Archiv des öffentlichen Rechts. Т. 119 [1994]. S. 35). №1(62), 2012
no image
Политика

Почему шотландские горцы забузили не на шутку? Демарш британского премьера Дэвида Камерона на брюссельском саммите прошлым декабрем, как и ожидалось, придал энергичный импульс двум прямо противоположным силам и тенденциям: центростремительным и центробежным, ставящим под вопрос крепость и целостность разом двух...

Почему шотландские горцы забузили не на шутку? Демарш британского премьера Дэвида Камерона на брюссельском саммите прошлым декабрем, как и ожидалось, придал энергичный импульс двум прямо противоположным силам и тенденциям: центростремительным и центробежным, ставящим под вопрос крепость и целостность разом двух во многом уникальных надгосударственных альянсов – Европейского Союза и Соединенного королевства. На одном полюсе, если следить за развитием событий, оказался вице-премьер Ник Клегг, пытающийся в пожарном порядке не допустить светской схизмы между Британией и Евросоюзом. На другом конце спектра – Алекс(андр) Сэлмонд, лидер Шотландской национальной партии (ШНП) и первый министр Шотландии, усмотревший в этом разладе с ЕС шанс на рекрутирование новых сторонников под знамена сецессии, то есть выхода горцев из семьи народов под крышей Соединенного королевства. Начнем с того, что партнер Камерона по коалиции выступил с подчеркнуто примирительной речью на примечательном слете 15 генералов от либералов со всех концов Европы, состоявшемся на Уайтхолле. Ник Клегг призвал внедрить, соединить, инкорпорировать, кому как нравится, все шесть документов о финансовой дисциплине, принятых на брюссельском саммите, в существующую законодательную базу ЕС. В этом случае появляется шанс на то, что Британия присоединится к фискальному союзу, – по крайней мере, такой вывод можно было сделать из заявления второго лица в кабинете министров, где представлены и тори, и либеральные демократы. «Урок, который мы извлекаем всякий раз в Европе, причем за это приходится платить, заключается в том, что вместе мы сильнее, а поодиночке слабее», – повторял банальности Ник Клегг, чтобы убедить интегристов, то есть поборников строительства подлинно единой Европы, в наличии у них союзников на Британских островах. В представлении главного либерального демократа Британии режим экономии и финансовая дисциплина сами по себе неспособны преодолеть беды сообщества – нужны меры, которые обеспечили бы реальный экономический рост в Евросоюзе. В числе тех, кто на лондонских посиделках внимал Клеггу, их проверенному единомышленнику, были влиятельный член Еврокомиссии, отвечающий за экономику и финансы, Олли Рен, прежний премьер-министр Дании Марк Рютте и министр экономики Германии Филип Рёслер. Последний сможет подтвердить, что вице-премьер островной державы, привычно выступающей в роли раскольника, звучал нарочито дружелюбно. Что контрастировало с прозвучавшим в это же время заявлением старшего партнера по коалиции, лидера тори Дэвида Камерона – он призвал покончить «с фундаментальным водоразделом (в ЕС) по части конкурентоспособности», что возможно только если экономики стран, слабых звеньев союза, окрепнут (каким образом, не предложено), а Германия как самая зажиточная поделится своим богатством с другими. Однако более резонансным стало другое заявление премьера от 8 января: правительство (федеральное) готово временно передать шотландскому парламенту все полномочия для проведения судьбоносного референдума об автономии. При соблюдении двух условий: первое, при решении о будущем статусе Шотландии возможен выбор только из двух вариантов: либо сохранение нынешней унии, либо разрыв и создание собственного суверенного государства; второе, дату референдума будут определять в Лондоне, а не в Эдинбурге (предлагается – конец 2013 года). Три дня спустя, 11 января, горцы отреагировали, притом жестко: Алекс Сэлмонд торжественно-угрожающе объявил, что намерен провести референдум по независимости Шотландии осенью 2014 года. Инициатором и организатором станет парламент, более известный под именем места, где он заседает, – Холируд, эдинбургский район, чье название произошло от искаженного англо-шотландского Haly Ruid, «Святой крест». Выбор даты не случаен: в этот год шотландцы будут отмечать 700-летие битвы под Бэннокберном, в которой военная удача сопутствовала горцам, и они в пух и прах разгромили армию английского короля Эдуарда II. Боевые действия длились еще десять лет, но это сражение стало своеобразной Курской дугой, переломившей ход национально-освободительной войны. В итоге 1 марта 1328 года был заключён Нортгемптонский мир, по которому Англия признавала независимость Шотландии. Не составляет труда понять коварный, как скажут в Лондоне, замысел Сэлмонда. Бэннокберн – это фокальная точка сопряжения интересов различных социальных групп в шотландском обществе, и он рассчитывает на фоне торжеств и неизбежного всплеска местнического патриотизма заручиться большинством на проводимом параллельно референдуме. Позволят ли? Министр по делам Шотландии Майкл Мор, сам из горцев, сказал, как отрезал: никаких законных прав проводить референдум у Холируда нет. Закон о деволюции (передачи части прав законодательному собранию Шотландии) от 1998 году безоговорочно устанавливает правило – Холируд не может принимать решения, подрывающие конституционные основы королевства, сиречь – единство составляющих его земель. В ответ на установку из Лондона официальный представитель ШНП парировал: у парламента в Эдинбурге достаточно легитимности, чтобы проводить плебисциты, но они готовы принять пальмовую ветвь Камерона, если тот откажется от своих оговорок. Далее последовала почти отповедь: «Условия проведения референдума не будут диктоваться правительством Соединенного королевства: эти времена прошли». Причины столь резкой отповеди ясны. Ограничив варианты ответов на вопрос о независимости двумя – «да» или «нет», кабинет Камерона отсекает наиболее проходной третий путь: максимальная автономизация Шотландии без формального выхода из союза. К этому могут склоняться многие жители горно-холмисто-озерного края. Опрос, проведенный в декабре службой «Ипсос Мори», показал, что за суверенитет выступают 38% шотландцев, но за сохранение унии готовы голосовать целых 58%. Однако, если ШНП предложит мягкий компромиссный вариант, то есть «третью опцию», которую окрестили «devo max» – максимальная деволюция, то окончательный расклад мнений далеко не предрешен. И еще: Камерон и его команда настаивают, чтобы референдум, коль скоро он представляется почти неизбежностью, состоялся уже в следующем году. Расчет прост: не позволить горским националистам свободу временного маневра для проведения эффективной кампании в пользу независимости. Административного ресурса у Камерона практически нет: у тори в парламенте Шотландии всего 15 мандатов из 129. Но есть союзники. Джоан Ламонт, лидер местных лейбористов, обвинила Сэлмонда в том, что он назначил дату референдума «в панике» и добавила: «Мы заслуживаем лучшего. Речь идет о будущем Шотландии, а не о карьере Алекса Сэлмонда». Более того, в Вестминстере произошло редкое единение основных соперников: Эд Милибэнд, лидер находящейся в оппозиции Лейбористской партии, не исключил вероятность того, что он появится на публике бок о бок с Дэвидом Камероном и будет вести кампанию под лозунгом «Нет!» Подпустил страшилку (до кучи) и канцлер казначейства Джордж Осборн: горцы, если вздумаете отсоединиться, то придется попрощаться с британским фунтом стерлингов. Переходите на евро, если не боитесь оказаться по уши в фискальных проблемах, иронизирует Осборн. Между тем, и в Шотландии происходит консолидация сил: в ближайшее время оформится движение в поддержку третьей опции – «devo max», инициаторами которого стали общественные деятели, представители профсоюзов, церкви и бизнеса. Это сила, с которой придется считаться. Это своего рода третья сила, способная даже в большей степени, нежели ШНП, объединить ряды колеблющихся и канализировать их амбиции. Не секрет, что эти амбиции покоятся на факте самодостаточности Шотландии, способной строить свое благополучие на нефтегазовых ресурсах Северного моря, которые в случае провозглашения независимости окажутся в эксклюзивной экономической зоне горского королевства. Таким образом, судьба Шотландии и Соединенного королевства в том виде, в каком оно пока существует, становится неизменным пунктом повестки дня британского кабинета на ближайшие два-три года. Кто возобладает: униаты или те, кому ласкает слух долгое эхо сшибки щитов под Бэннокберном?.. Владимир МИХЕЕВ №1(62), 2012
no image
Нововведения

На это раз, по мнению германского Союза налогоплательщиков, с прибытком окажутся те, кто получает мало или средне. Хорошо зарабатывающие немцы обретут поистине микроскопическую выгоду – в некоторых случаях всего один евро в год. Но и те, кого можно отнести к...

На это раз, по мнению германского Союза налогоплательщиков, с прибытком окажутся те, кто получает мало или средне. Хорошо зарабатывающие немцы обретут поистине микроскопическую выгоду – в некоторых случаях всего один евро в год. Но и те, кого можно отнести к числу выигравших от преобразований, едва ли придут в большой восторг: на 125 евро в год не очень-то размахнешься. Не случайно Анита Кэдинг, эксперт Союза, считает предпринятые изменения косметическими. Перед Новым годом нетто-заработок за декабрь у многих германских работников оказался больше обычного – у кого на 12 евро, у кого на 34, в зависимости от суммы уплаченных налогов. Это было вызвано тем, что пересчет одного из параметров был проведен задним числом за предыдущие годы. С января 2012 прибавка станет откровенно издевательской – от 1 до 3 евро в месяц. Реформаторы, понимаешь… Кроме того, реформы реализованы так, что особенно выгадают в результате их проведения холостые и бездетные люди, платящие налоги по первому классу. К примеру, человек с месячным брутто-окладом в 3750 евро выгадает – страшно сказать! – около 124,2 евро в год. Щедро, да? Или вот еще одно сравнение: холостой человек с окладом в 1500 евро получит прибавку в 68 евро в год, а тот, кто зарабатывает 5800 евро в месяц – 47 евро в год. Вот такие масштабы. Понятно, что деньги эти все-таки дают, а не берут – и то слава богу. Но всерьез воспринимать подобные преобразования как-то не хочется. Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Нововведения

Все международные авиакомпании, самолеты которых совершают посадку или взлет с территории стран Европейского Союза, с 1 января 2012 года обязаны приобретать квоты на выбросы углекислого газа. Правомочность такого решения Европейской Комиссии подтвердил Суд ЕС. На долю авиатранспорта, по оценкам специалистов,...

Все международные авиакомпании, самолеты которых совершают посадку или взлет с территории стран Европейского Союза, с 1 января 2012 года обязаны приобретать квоты на выбросы углекислого газа. Правомочность такого решения Европейской Комиссии подтвердил Суд ЕС. На долю авиатранспорта, по оценкам специалистов, приходится 2% всех выбросов СО2 в атмосферу Земли, что способствует глобальному потеплению климата. Власти ЕС еще в 2003 году создали систему торговли квотами на выбросы углекислого газа, однако авиационный и морской транспорт не был охвачен ее условиями. Теперь нововведение распространяется и на авиакомпании стран, не входящих в Союз, что вызвало недовольство властей США, Канады, России, Китая, Индии, Бразилии и ряда других стран. Государственный секретарь США Хиллари Клинтон пригрозила принять «адекватные ответные меры». Необходимость приобретения экологических квот фактически означает дополнительный налог на авиационное горючее – керосин, побуждая авиакомпании включать эти расходы в стоимость билетов. Трансатлантический должен был подорожать для пассажиров на величину от двух до 12 евро, а по маршруту Париж-Пекин – на 7,52 евро. Впрочем, надбавка на авиабилеты будет в разы меньше, поскольку на первом этапе действия системы авиакомпаниям будет бесплатно предоставлено 85% всего объема приходящихся на них выбросов углекислого газа. Но с 2013 года размер этого подарка станет сокращаться. Совокупный объем квот сейчас оценивается в 500 миллионов евро, а к 2020 году эта цифра должна увеличиться примерно до 9 миллиардов евро. Предприняв этот шаг, вызвавший полемику, ЕС подтвердил свою авангардную роль в области защиты окружающей среды. На очереди – введение аналогичной меры на морском транспорте. №1(62), 2012
no image
Нововведения

Паломничество историков, и не только, обещает вызвать выставка исторических документов из «Секретного архива Ватикана» – одного из древнейших и богатейших в мире хранилищ уникальных фолиантов и тайных посланий. Эта необычная экспозиция открывается в Риме в феврале и продлится до сентября. Экспонаты разместятся в...

Паломничество историков, и не только, обещает вызвать выставка исторических документов из «Секретного архива Ватикана» – одного из древнейших и богатейших в мире хранилищ уникальных фолиантов и тайных посланий. Эта необычная экспозиция открывается в Риме в феврале и продлится до сентября. Экспонаты разместятся в Капитолийских музеях Рима. Выставка, приуроченная Ватиканом к 400-летию создания архива папой римским Павлом V, проводится впервые, и, не исключено, в последний раз в этом столетии. Интерес специалистов и широкой публики вызовут многие бесценные документы, письма и книги, охватывающие период с VIII века по наши дни. Большинство из них впервые покинут стены карликового города-государства. Чего только стоят, например, документы о суде инквизиции над «еретиком» Галилео Галилеем, утверждавшим, что Земля обращается вокруг Солнца, а не наоборот! Сохранилась одна из бумаг с подписью великого астронома. Большой интерес вызовет также послание на шёлке одной из китайских императриц Ватикану с просьбой принять ее в лоно католической церкви. Эта монаршая особа взяла христианское имя Елена. Впервые достоянием общественности станут документы, связанные с деятельностью папы Пия XII, которого до сих пор обвиняют в том, что он уклонялся от осуждения Холокоста во время Второй мировой войны. Ватикан упорно хранил эти бумаги в тайне, несмотря на требования многих историков и ряда влиятельных организаций Израиля предать их гласности. Словом, выставка 100 экспонатов станет одним из заметных событий в жизни не только Италии, но и других стран. Ведь речь идет о личных архивах многих глав Ватикана – именно так переводится с латыни слово secretum. №1(62), 2012
no image
В фокусе

Посту президента ФРГ в последние годы как-то уж совсем особенно не везет! Сперва с ним добровольно расстался Хорст Кёлер, сделавший это, впрочем, с полным достоинством и без всякого ущерба для репутации. Но уж то, что сейчас происходит вокруг нынешнего президента...

Посту президента ФРГ в последние годы как-то уж совсем особенно не везет! Сперва с ним добровольно расстался Хорст Кёлер, сделавший это, впрочем, с полным достоинством и без всякого ущерба для репутации. Но уж то, что сейчас происходит вокруг нынешнего президента Кристиана Вульфа, это просто немыслимая комбинация скверного водевиля и неталантливого голливудского фильма «про политику». Да и сам Вульф, погрязший во вранье и запирательстве, тоже хорош! Из «идеального зятя, любимца каждой немецкой тещи» он в считанные недели превратился в загнанного в угол человека. И удивительно не то, что ему сейчас доверяют всего 25% сограждан, а то, что их всё еще остается так много. С хроникой скандала и выдвигаемыми против Вульфа обвинениями можно познакомиться ниже*1. А теперь – о последних событиях вокруг «отца нации». … 19 января в 10:08 утра скопище афер, в которые впутано имя Кристиана Вульфа, обогатилось еще одной: прокуратура Ганновера, столицы земли Нижняя Саксония, правительство которой возглавлял в свое время нынешний президент, начала следствие против его многолетнего доверенного лица и до недавних пор официального представителя – Олафа Глезекера. Тот был заподозрен в том, что получал взятки от «лучшего ивент-менеджера Германии» Манфреда Шмидта. Дело закручено всерьез: обыски прошли в квартирах и офисах обоих подозреваемых – в Вюнсторфе, что под Ганновером, в Берлине и в Швейцарии. Доказательств пока не обнаружено. Но тут же встал вопрос ребром: а что было известно федеральному президенту? Почему это он перед самым Рождеством – 22 декабря – отправил Глезекера в отставку? Тот, кто давно занимается политикой, имеет достаточно развитое чутье, чтобы осознать особую опасность таких простых вопросов. Ведь Глезекер был настолько близок к Вульфу, что кое-кто подозревал: без такого помощника тому и президентом бы ни за что не стать. Да и Шмидт – это тоже не просто какой-то «менеджер с бугра». Знатоки считают его самым прожженным мастером своего дела во всей республике. А Вульф дружил с обоими. И так-таки совсем ничего не подозревал? А речь вообще-то идет об организации крупного события, проходившего трижды с 2007 по 2009 год, о «Диалоге между Севером и Югом», между двумя федеральными землями – Нижней Саксонией и Баден–Вюртембергом, где правительство тогда возглавлял нынешний член Европейской Комиссии Гюнтер Эттингер. В них принимал участие чуть ли не весь цвет германского бизнеса. И со многими из них Манфред Шмидт достаточно тесно знаком: в его банке данных недаром насчитывается 20 тысяч контактов, в том числе и частные телефоны «сильных людей» из мира бизнеса. Для справки: после того, как Вульф занял пост президента ФРГ, это событие было, прежде всего, отпраздновано им в тесном кругу в роскошной резиденции на берлинской Паризер-плац, что у самых Бранденбургских ворот. А принадлежит она… Вы правильно догадались, Манфреду Шмидту, кому же больше? Разве много в Германии таких людей, которые всего за один вечер могут созвать на обед десяток высокопоставленных гостей из мира политики? Гонорары за такие «организационные услуги», по мнению знатоков, доходят до 800 тысяч евро. Так вот нижнесаксонская прокуратура и подозревает, что «Диалог между Севером и Югом», который был деловой встречей, проводившейся на приватной основе, был профинансирован Глезекером, в то время статс-секретарем. Из государственной кассы. А ответной услугой могли стать недели приятного отпуска в солнечных краях. Глезекер не однажды гостил в принадлежащих Шмидту домах в Южной Франции и Испании. По-дружески? Может быть, а может – и нет… Но суть даже не в деньгах, а во вранье: земельное правительство не раз и не два отрицало всякое финансовое и организационное участие в этих диалогах, а тут вдруг нижнесаксонская статс-канцелярия «под протокол» признает: был грех, участвовали. Да-да, Олаф Глезекер еще вполне может «пойти паровозом», взяв все на себя. А Вульф – в очередной раз изобразить полнейшее незнание: я не я, и лошадь не моя. Но этот нехитрый трюк он уже пытался за последние недели проделать столько раз, что избиратель вправе задаться вопросом: а наш досточтимый президент, он вообще что-нибудь вокруг себя замечает? Доводится ли ему хоть изредка спускаться с облаков на грешную землю? Конечно, с юридической точки зрения многие обвинения, выдвигавшиеся в последние недели Вульфу, совершенно ненаказуемы. Но есть же еще и репутация, в конце концов! А некоторые вопросы пока так и остаются безответными. Конечно, о такой частности, как аренда Глезекером 44 студентов Ганноверской высшей медицинской школы для работы в гардеробе и раздачи гостям брошюр, Вульф мог и не знать: не царское это дело в мелочах копаться. Руководство школы, которое отрядило студентов, подрабатывающих в сервисной службе, думало, что речь идет о мероприятии, проводимом статс-канцелярией. А когда туда обратились с запросом о возмещении затрат в сумме 5245 евро, Глезекер наложил резолюцию «отказать». Да и то сказать, откуда у статс-канцелярии такие суммы для каких-то там студиозусов? А вот Шмидт, как подозревают, на упомянутом диалоге заработал не худо, многие сотни тысяч евро. Да, кстати, об отставке Глезекера. Вы думаете, его вышвырнули за дверь как нашкодившую кошку? Ага, щас. Ныне сей оборотистый человек пребывает в статусе временно ушедшего на пенсию политического чиновника – германский закон предусматривает эту возможность. Таким образом обычно пересиживают продутые выборы верные солдаты партии, ожидая, пока ответственные за кадры подберут им новое достойное место. Конкретно для Глезекера это означает то, что до конца марта он будет получать полный оклад, а потом 71,75%. Ганноверские товарищи по партии в связи с делами Вульфа пребывают в очевидной растерянности. Его преемник Давид Макалистер молчит как рыба. Хартмут Мёльринрг, министр финансов, занимавший этот пост и при Вульфе, уже отдувался за всех перед земельным парламентом и теперь тоже широко пользуется прекрасной возможностью промолчать. Уж очень неохота сравнительно незадолго до земельных выборов бегать по минному полю. Тем более, что у правящей партии и так найдется немало причин для головной боли: противники не упустят возможности насыпать ей соли на хвост. Берлинская оппозиция занимает сдержанную позицию: дескать, судьбу президента Германии может решить только сам Вульф. Молодая и задорная дама – генеральный секретарь СДПГ Андреа Налес – потребовала было отставки Вульфа, но многоопытный председатель партии Зигмар Габриэль дал ей прочихаться так, что её теперь тоже не видно и не слышно. Сама по себе отставка Вульфа «красно-зеленым» ничего не даст: до большинства в Федеральном Собрании им как до царствия небесного, и «черно-желтые» опять проведут своего кандидата. А вот нескончаемый скандал «товарищам», как именуют в Германии социал-демократов, очень даже на руку. В ближайшие 12 месяцев в Германии пройдут выборы в трех федеральных землях и, чем больше будут полоскать христианских демократов на всех уровнях, тем лучше. К тому же Вульф оказался настолько непрофессионален, что умудрился поссориться с прессой, точнее – с концерном «Шпрингера» и его «курицей, несущей золотые яйца» – самой многотиражной газетой республики – «Бильд». И теперь вся шпрингеровская рать с неприкрытым удовольствием пляшет у Вульфа на животе зажигательную хоту. Не отстают и другие газетчики – из профессиональной солидарности. Вульф же старается держаться от СМИ как можно дальше. А вот кого, действительно, жалко, так это миловидную супругу президента – Беттину. Каково-то ей, бедной, наблюдать за тем, как мордуют мужа, зная при этом, что все началось с кредита, который он взял на обустройство их дома. Хотелось, знаете ли, после развода с «бывшей» свить новое уютное гнездышко. Андрей ГОРЮХИН *1 Обвинения против Кристиана Вульфа Частный кредит: Ландтаг Нижней Саксонии сейчас занимается рассмотрением вопроса о том, нарушил ли Кристиан Вульф земельный закон, когда в 2008 году, будучи премьер-министром правительства, взял частный кредит у Эдит Гееркенс, жены своего друга-предпринимателя. С помощью этих полумиллиона евро Вульф оплатил покупку дома в Бургведеле. Ранее на слушаниях в ландтаге он отрицал, что находится с Эгоном Гееркенсом в деловых отношениях. Оппозиция считает этот кредит, как минимум, сомнительным, называя его «приватным гешефтом». Решение ландтага будет принято не ранее февраля. Банковский кредит: Чтобы выплатить займ, взятый у Эдит Гееркенс, в марте 2010 года Вульф получил кредит в «Баден–Вюртембергском банке» под сказочно низкие проценты – от 0,9 до 2,1. И только в декабре 2011 года переоформил его как долгосрочный ипотечный кредит. Против банка были выдвинуты обвинения в растрате средств и предоставлении необоснованных выгод. Но прокуратура не нашла в этих действиях никакого криминала, поэтому уголовное дело не возбуждалось. Тем не менее, оппозиция полна решимости выяснить вопрос, не были ли столь щедрые проценты связаны со служебным положением Вульфа, что уже являлось бы доказательством нарушения закона. Звонок в газету «Бильд»: 12 декабря Вульф пытался дозвониться до главного редактора газеты «Бильд» Кая Дикмана, чтобы как-то воспрепятствовать публикации материалов, рассказывающих о его кредитных историях. Когда это не получилось, он написал главному редактору электронное письмо, в котором угрожал «окончательным разрывом» и «войной» с шпрингеровским концерном, если эта «невероятная» истории будет обнародована. Юридических последствий эта история, по мнению берлинской прокуратуры, иметь не может: на попытку принуждения она все же не тянет. Поездки в отпуска: В декабре Вульф обнародовал список шести поездок в отпуск, которые он совершил с 2003 по 2010 год в компании своих друзей-предпринимателей. Ганноверская оппозиция хочет знать, полный ли это перечень, и не получал ли при этом Вульф возможность бесплатно жить в квартирах и домах этих людей. Прочие вопросы: Они появляются в прессе чуть ли не ежедневно – то зайдет речь о бонусных авиаперелетах, то о бесплатных ремонтах, то об особых условиях, всего не перечесть. Адвокаты Вульфа подробно и категорически отвергают все обвинения. В основном на том основании, что Вульф об этом ничего не знал. Не знал о том, что друг-предприниматель заплатил 400 евро за обустройство номера в люкс-отеле «Байришер хоф», в котором он должен был жить во время мюнхенского Октоберфеста? Вполне возможно, уж больно смешная сумма для людей такого круга. Не знал, что Беттина Вульф получила весьма выгодные условия для лизинга «Ауди Q3», как рассказала об этом «Берлинер цайтунг»? А этого вообще не было, утверждают адвокаты. Не знал, что на мюнхенский бал ездил в 2010 году за счет мармеладного концерна «Центис», который профинансировал проживание в том же «Байришер хоф»? Адвокаты отрицают и это. Хроника скандала 13 декабря: В «Бильд» впервые появились обвинения против Кристиана Вульфа в получении от частного лица займа в 500 тысяч евро, на которые был куплен личный дом Вульфов. Когда в 2010 году «зеленые» задавали Вульфу вопрос о том, в каких отношениях он находится с Эгоном Гееркенсом, тот отрицал всякую связь между ними. Через своего официального представителя президент сообщил, что тогда ответ на вопрос был «дан правильно». 14 декабря: Канцлер правительства ФРГ Ангела Меркель впервые поддержала Вульфа, заявив, что оказывает ему «полное доверие». В то же время всплыли новые детали связи между Вульфами и Гееркенсами. Вульф воспользовался помощью Гееркенса и тогда, когда погашал частный кредит с помощью банковского. В период с 2008 по 2009 год Эгон Гееркенс трижды входил в состав делегаций бизнесменов, которые возглавлял Вульф. 15 декабря: Вульф официально выразил сожаление по поводу того, что о его частном кредите «создалось превратное впечатление». В то же время он подчеркнул, что «в этом деле ему нечего скрывать». 16 декабря: Эгон Гееркенс признался в журнале «Шпигель», что он принимал участие в переговорах о предоставлении частного кредита. Адвокаты Вульфа и Геркенса в то же время подтвердили, что договор был заключен от имени Эдит Гееркенс. 17 декабря: Оппозиция ужесточила критику Вульфа и потребовала от него прояснить все оставшиеся вопросы об их взаимоотношениях с Гееркенсами. Специалисты в области конституционного права высказали предположения о том, что Вульф все же нарушил закон. 18 декабря: Вульф вновь отверг критику, вызванную тем, что он взял частный кредит. Он подчеркнул в беседе с телекомпанией «Миттельдойче рундфунк», что отвечает за свои действия. В то же время он признал, что шесть раз ездил в отпуск в гости к друзьям-предпринимателям. 19 декабря: Меркель еще раз поддержала Вульфа, заявив о «полнейшем доверии» к нему. В то же время всплыли новые истории, связанные с получение им денег от входивших в его окружение предпринимателей. По данным «Бильд», осенью 2007 года, во время кампании по выборам в ландтаг Нижней Саксонии, его приятель Карстен Машмайер оплатил публикацию рекламных объявлений о написанной Вульфом книге под заголовком «Лучше уж правда». Вульф через адвоката заявил, что ничего не знал об этом. 21 декабря: Вскрылись новые подробности об участии Эгона Гееркенса в переговорах о кредите. Правящая коалиция потребовала прекращения дебатов в ландтаге. 22 декабря: Вульф впервые публично сам высказался по поводу предъявляемых ему обвинений и принес извинения. Он попросил граждан сохранить доверие к его будущей работе. Олаф Глезекер был отправлен в отставку. «Шпигель» сообщил, что для расплаты с Гееркенсом Вульф взял кредит в банке на необычайно выгодных условиях. 27 декабря: Наблюдательный совет «Баден-Вюртембергского банка» потребовал разъяснений в связи с кредитом, предоставленным Вульфу, поскольку не был об этом проинформирован. «Вельт ам Зонтаг» написала о том, что кредит на обычных условиях был оформлен Вульфом только начиная с января 2012 года. 1 января: Вульф попытался воспрепятствовать публикации в «Бильд» дальнейших репортажей о его частном кредите, угрожая «окончательным разрывом». 2 января: Концерн «Шпрингера» в лице председателя правления Дёпфнера подтвердил факт угроз со стороны Вульфа. 4 января: Вульф дал телеинтервью, в котором признал свои ошибки, но отклонил требования об отставке. 5 января: «Бильд» попросила Вульфа обнародовать свое письмо в её адрес. Он это требование отклонил, мотивировав такой шаг тем, что «слова, сказанные в необычной эмоциональной ситуации, предназначались» только для главного редактора, а не для публики. 6 января: Общественности телеинтервью Вульфа показалось неубедительным, но большинство, тем не менее, согласилось дать ему еще один шанс. «Бильд» направила Вульфу текст его письма к ней, чтобы он «мог опираться не только на свою память». 9 января: По данным социологических опросов только каждый третий немец считает, что Вульф достойно представляет его интересы. 10 января: «Шпигель» предъявил Вульфу новые обвинения: продюсер Давид Гроневолд оказал издателю биографии политика поддержку в сумме 10 тысяч евро. Данные о том, на что именно был израсходован платеж, разнятся. Будучи премьер-министром правительства Нижней Саксонии, Вульф ратовал за развитие киноиндустрии. 19 января: Ганноверская прокуратура провела обыск в доме и бюро бывшего официального представителя президента Олафа Глезекера, обвиненного в коррупции. 21 января: Глава государства теряет доверие граждан. Лишь каждый четвертый немец верит в его искренность – на 43 процента меньше, чем при вступлении в должность. №1(62), 2012
no image
Дневник событий

Сокращение ВВП Греции по итогам 2011 года превзойдет 5,5%, сообщил премьер-министр страны Лукас Пападемос. По его словам, страна переживает «самую глубокую рецессию за свою историю». Таким образом, сокращение объема национальной экономики будет отмечено уже 4-й год подряд. Пока правительство, однако,...

Сокращение ВВП Греции по итогам 2011 года превзойдет 5,5%, сообщил премьер-министр страны Лукас Пападемос. По его словам, страна переживает «самую глубокую рецессию за свою историю». Таким образом, сокращение объема национальной экономики будет отмечено уже 4-й год подряд. Пока правительство, однако, не видит выхода из сложившегося положения за пределами традиционных мер жесткой экономии, прежде всего, путем стабилизации банковской системы. Финансовая дисциплина, сказал глава кабинета, выступая в Греко-американской торговой палате, позволит избежать бюджетных дефицитов, «которые и привели нас к этому кризису». В 2012 году он ожидает первых признаков профицитного бюджета, что в 2013 году позволит начать восстанавливать доверие к греческой экономике в целом. Л.Пападемос отметил также важность административной реформы, которая должна обеспечить улучшение механизма сбора налогов, бороться с уклонением от их уплаты, а также ускорить приватизацию. Она должна принести в казну до 2015 года 50 миллиардов евро. Показательно вместе с тем, что греки в своей массе не хотели бы выходить из зоны евро, хотя это существенно осложняет им преодоление нынешнего кризиса. Опросы населения показывают, что привержены единой европейской валюте до 80% греков. №1(62), 2012
no image
Дневник событий

Перед самым Новым годом – 28 декабря – шесть ведущих политических партий Боснии и Герцеговины, представляющих три основных народа этой бывшей югославской республики, договорились о формировании правительства. Это позволило положить конец политическому кризису, который длился с октября 2010 года, когда...

Перед самым Новым годом – 28 декабря – шесть ведущих политических партий Боснии и Герцеговины, представляющих три основных народа этой бывшей югославской республики, договорились о формировании правительства. Это позволило положить конец политическому кризису, который длился с октября 2010 года, когда там состоялись парламентские выборы. Мусульмане, хорваты и сербы договорились, что главой правительства будет представитель боснийских хорватов. На этот пост выдвинут 55-летний Векослав Беванда, представляющий Хорватский демократический союз, крупнейшую партию боснийских хорватов. Частью достигнутого компромисса станет проведение двух крупных реформ – утверждение закона о переписи населения и о распределении государственных субсидий. В целом этот пакет мер призван создать условия для возобновления диалога с ЕС и обсуждения с «двадцатью семью» дальнейших шагов по сближению. После этого Босния и Герцеговина сможет обратиться в Брюссель и попросить о предоставлении ей статуса страны-кандидата на прием в Союз. В принципе, главной задачей будущего боснийского правительства будет именно выстраивание отношений с ЕС, которые оказались замороженными из-за внутренних трудностей в Боснии и Герцеговине. №1(62), 2012
no image
Дневник событий

В масштабной склоке, которую Европейская Комиссия и Европейский Совет устроили из-за повышения зарплат брюссельским чиновникам, начался новый раунд. Помните классический английский детский стишок: «Шли Твидлди и Твидлдум войною друг на дружку, у Твидлдума Твидлди испортил погремушку…» В нашем случае погремушка...

В масштабной склоке, которую Европейская Комиссия и Европейский Совет устроили из-за повышения зарплат брюссельским чиновникам, начался новый раунд. Помните классический английский детский стишок: «Шли Твидлди и Твидлдум войною друг на дружку, у Твидлдума Твидлди испортил погремушку…» В нашем случае погремушка – это повышение жалования на 1,7%, а на роли Твидли и Твидлдума можете назначить исполнителей по своему усмотрению: смысл от этого не меняется. Так вот Европейская Комиссия, проявляя подлинно материнскую заботу о сотрудниках своего аппарата, решила подать в суд на Европейский Совет – синклит глав государств и правительств стран Единой Европы. Заместитель председателя Европейской Комиссии по вопросам межинституциональных отношений и управления Марош Шефкович заявил: «Комиссия сожалеет, что в ситуации, аналогичной той, что сложилась в 2009 году, она снова вынуждена обращаться в суд. Как Европейский Совет, так и Европейская Комиссия знают, что необходимо экономить на управленческих расходах. Но при этом такие меры экономии должны следовать предписаниям закона». А что же на сей счет говорит закон? Он говорит, что оклады чиновников Европейской Комиссии должны соответствовать тем, которые установлены национальными правительствами восьми стран – Германии, Франции, Великобритании, Италии, Нидерландов, Испании, Бельгии и Люксембурга – для собственных чиновников. И если их жалование повышают в странах, то и в Брюсселе надлежит поступать так же. Номинальное повышение жалованья прошло в пяти из названных стран – Бельгии (3,6%), Франции и Нидерландах (2%), а также Германии и Великобритании (1,3%). В Италии, Испании и Люксембурге оклады чиновникам сократили. Но национальные правительства повышать оклады не хотят, ссылаясь на чрезвычайную оговорку, предусматривающую «особо сложное экономическое и социальное положение». И в декабре минувшего года страны решили подать в суд на Европейскую Комиссию за то, что она их требования не выполняет, а жалование все же хочет повысить. Теперь Комиссия дает отповедь: мы дважды проверили, правомочно ли применение чрезвычайной оговорки? И пришли к выводу: нет! И свою позицию будем отстаивать в суде, ибо Европейский Совет покусился на то, чтобы нарушить статус служащего аппарата Европейской Комиссии. А чтобы не быть обвиненным в расточительности, Брюссель напомнил о предлагаемой им программе экономии. По его мнению, численность персонала всех органов ЕС можно сократить на 5%, продолжительность рабочей недели увеличить с 37,5 часов до 40 – заметим, при сохранении нынешней зарплаты – возраст выхода на пенсию поднять до 65 лет, а то и до 67 лет. Все эти меры должны снизить к 2020 году управленческие расходы более чем на миллиард евро, да еще дать ежегодную экономию в миллиард, уверен М.Шефкович. Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
Тенденции & прогнозы
no image
Без перевода

Spotlight Europe # 2011/05 – December 2011 When Mohamed Bouazizi, a Tunisian street vendor, set fire to himself a year ago on 17 December 2010 his suicide marked the start of the Arabellion. Since then the Arab World has been...

Spotlight Europe # 2011/05 – December 2011 When Mohamed Bouazizi, a Tunisian street vendor, set fire to himself a year ago on 17 December 2010 his suicide marked the start of the Arabellion. Since then the Arab World has been in turmoil and in a state of upheaval. The current EU Spotlight takes stock of the "Arab Awakening" and shows the challenges with which Europe will be confronted in 2012. Полный текст в формате PDF №1(62), 2012
no image
Без перевода

Editorial by Michael Emerson In June we did a first stocktaking, and promised to continue a monitoring of the Arab Revolution at six-monthly intervals. The score so far is three outright regime changes (Tunisia, Egypt, Libya), with two more in...

Editorial by Michael Emerson In June we did a first stocktaking, and promised to continue a monitoring of the Arab Revolution at six-monthly intervals. The score so far is three outright regime changes (Tunisia, Egypt, Libya), with two more in the pipeline still: Yemen experiencing a slow regime change of uncertain destination, and with Syria into its eight month of bloody repression. Note that all of these have been republics, whereas the monarchies of the region (Morocco, Jordan and the six Gulf states) have been spared so far, all making concessions to head off uprisings, either monetary manna in the case of the petro-monarchies, or some tentative political concessions in the non-petro-monarchies. Qualitatively the general observation is that the street has lost its fear, while by the same token the authoritarian leaderships themselves became fearful for their future, if not for their lives. Is it warranted to call this a Revolution? Scholars of revolutions differentiate between ‘great revolutions' on the one hand, and lesser events such as the coup d'etat, seizure of power after popular uprisings, civil war and diverse rebellions. All these events have been catalogued, and apparently total 690 greater and lesser revolutions in world history (Wikipedia, ‘list of revolutions'). The great revolutions are those that transform economic and social structures as well as political institutions. The lesser ones just see an uprising that overthrows the leadership. The Arab Spring beginning in 2011 easily passes as a set of lesser revolutions, but now the interesting question is whether it becomes a great revolution. The Arab Revolution of 2011 surely takes its place in the quite small number of revolutionary episodes in the world history that have had major regional or continental dimensions, and involved revolution by contagion between a number of states sharing some historical-cultural-geographic identity: 1789, 1848, 1917, 1989 of course, and the great decolonisation revolutions, first in Latin America between 1811 and 1821, and then in Africa and Asia after World War II. Already on these grounds the Arab Revolution has some claims to ‘greatness', since the revolutionary fervour swept through all the seventeen states from Morocco to Yemen, and very few of the 690 catalogued revolutions did this much. Scholars of the world's ‘great' revolutions, and of the political dynamics that follow in their wake, have sobering messages. The seminal work of Crane Brinton, in ‘The Anatomy of Revolution' (published in 1938), identified one recurrent model or syndrome with a sequence of stages, in which a popular uprising leads to violent confrontation and overthrow of the incumbent regime. Moderate democratically oriented factions take over intially but fail to control the political dynamics that have been released. The revolution is taken over by radical forces, which establishe control with brutal repression of dissidents and this leads into a new dictatorship that can last for a long time. Brinton worked out this model sequence after comparative review of several ‘great revolutions', with the French and Russian revolutions most plausibly fitting into this mould. One could add the Chinese revolution, starting in 1911 but maturing only after an interval of war into the Great Proletarian Cultural Revolution of the 1966 to 1976. Most recently and close to the Arab world, the Iranian Islamic revolution of 1978 also broadly fits the model. World history offers however a plethora of models, of which this is only one, although the track record of the ‘great revolutionary model' is undeniably impressive with the French, Russian, Chinese and Iranian revolutions. In the Arab Revolution the three clear-cut regime changes – Tunisia, Egypt, Libya - are half way into their revolutions. Will they mature into viable democracy, or just dysfunctional democracy, or will they radicalise along the dramatic course of the Brinton model, or relapse into the miserable condition of the failed state? Tunisia seems so far to be the best candidate for an emerging democratic solution. However in the Egyptian case there is now a four way struggle for power between moderate Muslim Brotherhood islamists, radical Salafist islamists, the army, and secular liberal factions. The confrontations now become ominous, notwithstanding the impressively conducted elections in recent weeks. The army, once the hero of the revolution, has become its enemy. The secular liberals are politically weak. The Salafists have jumped up from the sidelines into a major force. Where there has been terrible civil war, as in Libya, one has to fear very difficult outcomes. NATO and the West have invested hugely in a democratic outcome, but Iraq is a relevant reference with ongoing violent conflict in a formally democratic setting. For Syria and Yemen the references may also be Iraq, or worse, the failed state of Somalia. The six petro-monarchies of the Gulf have all avoided regime overthrow, although in Bahrain it became a prospect. All however have for now bought off revolution with monetary manna showered onto the people in great quantities. Yet this stores up trouble for later, creating ultimately unsustainable economies, and when the time comes for detox it will be very painful. Maybe they keep out of serious trouble for a decade more or so. Most of these states make at least slight gestures in the direction of constitutionalsiation of the monarchies. More serious steps in the direction of evolutionary constitutionalisation may be under way in Morocco and Jordan, where there is no manna to distribute. Election results in the last months have shown a clean sweep of successes for Islamist parties, the Muslim Brotherhood in Egypt, and for like-minded parties in Tunisia and Morocco, with similar sympathies evident also in Jordan and Kuwait. These parties are often referring to the Turkish AK model of moderate and democratic political Islam, and not radical Islam. If this is sustained and deepened as the leading political norm across the Arab world, replacing decades of repressive authoritarianism, it would qualify as a great, democratic revolution. But not so fast. In the central case of Egypt confrontation with the army and the spectacular rise of the Salafists signals that all options are open. Michael EMERSON, CEPS Senior Research Fellow CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 77 №1(62), 2012
no image
Без перевода

Предлагаем вашему вниманию очередной выпуск бюллетеня CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 77 Editorial by Michael Emerson: "The Arab Spring – Is it a Revolution?" Полный текст в формате PDF №1(62), 2012

Предлагаем вашему вниманию очередной выпуск бюллетеня CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 77 Editorial by Michael Emerson: "The Arab Spring – Is it a Revolution?" Полный текст в формате PDF №1(62), 2012
no image
УГОЛОК НАУКИ

Новая рамочная программа научных исследований – она получила название «Горизонт 2020» – рассчитана Европейской Комиссией на период с 2014 по 2020 год, и поставленные в ней цели смело можно назвать амбициозными. Взять хотя бы предусмотренное увеличение бюджета на 50% –...

Новая рамочная программа научных исследований – она получила название «Горизонт 2020» – рассчитана Европейской Комиссией на период с 2014 по 2020 год, и поставленные в ней цели смело можно назвать амбициозными. Взять хотя бы предусмотренное увеличение бюджета на 50% – до 80 миллиардов евро. Эта программа предусматривает три основных направления. Первое из них, названное «Отличные исследования» – должно способствовать проведению пионерных исследований. На эти цели выделено 24,6 миллиарда евро. Дотации, предоставляемые Европейскому исследовательскому совету*1 вырастут на 77% и достигнут 13,3 миллиарда евро. Темы исследований будут предлагать сами ученые. Второе приоритетное направление – «Рыночное лидерство», и на его финансирование предусматривается 17,9 миллиарда евро. Круг тем здесь будут определять представители бизнеса. Разумеется, достойное внимание будет уделено ключевым сферам, где развиваются высокие технологии – исследования космоса, биотехнологии, нанотехнологии, информатика и коммуникации, перспективные материалы. Сюда будут брошены средства в объеме 3,5 миллиарда евро, причем тем, кто посвятит свои усилия работе над этой тематикой, будет облегчено финансирование рисков. Пятнадцать процентов средств зарезервировано для помощи мелким и средним предприятиям. Они должны будут постараться, чтобы вывести на рынок больше инноваций, рожденных в тиши исследовательских центров. И содействие этому будет оказываться на всех этапах – от собственно исследований до пилотных проектов. Третье направление – под названием «Общественные вызовы» – охватывает здравоохранение, питание, энергетику, ресурсы, изменения климата. На исследования в области безопасности ядерной энергетики дополнительно выделен миллиард евро. ЕС обещает очень упростить систему поддержки научных исследований, ввести единые правила для всех систем оказания поддержки, адаптировать правила оценки предложений, проводя не всеобъемлющий контроль, а целенаправленный. Изменятся и правила расходования средств, сейчас достаточно зарегулированные. Отметим, что пока речь идет о предложениях Европейской Комиссии, которые еще будут утверждаться – и Советом Европы, и Европейским Парламентом – и только после этого будут учтены в общем объеме перспективных рамочных расходов на указанный период. Сергей ПЛЯСУНОВ *1 Европейский исследовательский совет (ЕИС) был образован в соответствии с 7-й рамочной программой исследований – основного инструмента финансирования научной деятельности, имеющегося в распоряжении Брюсселя. Она рассчитана на период с 2007 по 2013 год. Общий бюджет на этот период составляет 7,5 миллиарда евро, что равно 15% всего объема средств, заложенных в 7-ю рамочную программу. На протяжении периода действия программы бюджет ЕИС будет постоянно расти – с 300 миллионов евро в 2007 году до примерно 1,7 миллиарда в 2013 году. Всего ЕИС получил уже 26 тысяч заявок, и 2250 из них были сочтены достойными финансирования. Предполагается, что до конца 2005 года Совет выделит приблизительно 5 тысяч грантов. Среди их получателей сейчас насчитывается три лауреата Нобелевской премии в различных отраслях знаний. В период с 2008 по 2010 годы в результате исследований, проводившихся на средства, выделенные ЕИС, были подготовлены 1600 статей, опубликованных в авторитетнейших научных изданиях. Каждый ученый, получивший грант ЕИС, дает работу в среднем еще четырем коллегам, чем вносит вклад в подготовку нового поколения высококлассных исследователей. В то же время Совет нацелен на то, чтобы не просто распределять гранты, финансирующие наиболее перспективные исследования, но и оказывать влияние на формирование европейского научного пространства. Он привлекает высококлассных экспертов, выносящих оценки задуманным и уже проведенным исследованиям, устанавливает планку оценки успешности работы и распространяет информацию о наилучших результатах деятельности, объясняя причины успеха. №1(62), 2012
no image
УГОЛОК НАУКИ

Новое слово в медицине – «персонализированное», или «индивидуализированное» лекарство. В принципе, они должны отличаться от стандартной пилюли как отличается костюм, сшитый по вашей мерке от купленного на рынке. А как это выглядит на деле? Симпозиум, проведенный Австрийской академией наук, пришел...

Новое слово в медицине – «персонализированное», или «индивидуализированное» лекарство. В принципе, они должны отличаться от стандартной пилюли как отличается костюм, сшитый по вашей мерке от купленного на рынке. А как это выглядит на деле? Симпозиум, проведенный Австрийской академией наук, пришел к выводу: в онкологии с помощью этих новинок были достигнуты заметные успехи. Дело в том, что с помощью методов молекулярной биологии стал возможным учет индивидуальных характеристик заболевания, проявляющихся у конкретного пациента. И индивидуально подогнанное лекарство, если позволительно применить здесь такую терминологию, бьет уже не по площадям, а стреляет прицельно, что заметно эффективнее. Да к тому же позволяет избежать многих побочных эффектов, порой оказывающихся не менее опасными, чем то заболевание, которое пытаются излечить. Что должно «уметь» такое «индивидуализированное» лекарство? Оно должно воздействовать строго на опухолевые клетки, точно отличая их от окружающей ткани, причем не вообще, а именно у конкретного больного. Выбор терапии осуществляется с учетом специфических характеристик каждого пациента, что позволяет минимизировать побочные эффекты. Медикамент прицельно действует против определенного типа опухолей, вне зависимости от того, какой орган ими поражен. Скажем, появляется возможность использовать лекарство, эффективное в лечении карциномы молочной железы, для борьбы с карциномой простаты. Ведь оно будет воздействовать на конкретный подтип клеток карциномы, которые могут стать причиной появления опухоли и в других органах. Медики утверждают, что такой медикамент оказывается эффективным даже там, где привычная терапия бессильна. Это особенно важно, поскольку многие онкологические лекарства уже достигли своего потолка, и не осталось никаких возможностей для повышения их результативности. А ведь речь, между прочим, идет о судьбе многих миллионов человек: согласно прогнозам, в 2020 году рак соберет обильную «жатву». От этой хвори в мире расстанутся с жизнью примерно десять миллионов человек. Сергей ПЛЯСУНОВ №1(62), 2012
no image
УГОЛОК НАУКИ

Интернациональной группе ученых во главе с германским профессором Йоханнесом Краузе удалось воссоздать полный геном бактерии черной чумы, которая вызвала в Средние века одну из самых смертоносных эпидемий в истории человечества. Эта страшная болезнь в период с 1347 по 1351 год...

Интернациональной группе ученых во главе с германским профессором Йоханнесом Краузе удалось воссоздать полный геном бактерии черной чумы, которая вызвала в Средние века одну из самых смертоносных эпидемий в истории человечества. Эта страшная болезнь в период с 1347 по 1351 год унесла в Европе жизни около 50 миллионов человек – почти половины тогдашнего населения континента. Исследователям пришлось эксгумировать и подвергнуть тщательному анализу останки четверых человек, умерших в тот период и захороненных на лондонском кладбище Ист-Смитфилд. Ученые пришли к выводу, что бацилла, образец которой им удалось выявить, была предком всех бактерий чумы, вызывавших это заболевание в дальнейшем. Это касается и современной чумы, от которой ежегодно умирают около двух тысяч человек. Открытие, сделанное с помощью новейшей технологии, имеет важное значение, так как впервые позволяет проследить эволюцию патогенной бактерии на протяжении столь длительного времени. Профессор Краузе и его коллеги предполагают, что еще более смертоносная эпидемия, случившаяся гораздо раньше, в VI веке, в Римской империи, имела иное происхождение, которое еще предстоит определить. №1(62), 2012
no image
Ситуация

Антитабачный закон, принятый в Австрии в 2009 году, оказался неэффективным. Во всяком случае, именно так считает Роберт Рокенбауэр, руководитель Австрийского общества защиты некурящих. В чем дело? Оказывается, 80% хозяев гастрономических заведений, имеющих больше одного помещения, как и прежде преспокойно продолжают...

Антитабачный закон, принятый в Австрии в 2009 году, оказался неэффективным. Во всяком случае, именно так считает Роберт Рокенбауэр, руководитель Австрийского общества защиты некурящих. В чем дело? Оказывается, 80% хозяев гастрономических заведений, имеющих больше одного помещения, как и прежде преспокойно продолжают этот закон нарушать. И виновен в этом, по мнению Р.Рокенбауэра, не кто-нибудь, а сам законодатель. А получилось все именно так потому, что по-иному и получиться не могло. Вместо того, чтобы во всех заведениях просто было запрещено курение, что дало бы огромный эффект для улучшения здоровья граждан, была сформулирована система с массой лазеек и исключений, да и её хозяева заведений вполне успешно обходят. Если в ресторане или пивной есть два зала, то больший из них, как правило, отдан курильщикам, а между ним и меньшим двери всегда открыты, и табачный дым плавно перетекает из одного помещения в другое. А все потому, что закон не требует от хозяев оборудовать зал для курящих принудительной вентиляцией и автоматически закрывающимися дверями, сетует Р.Рокенбауэр. Он видит один выход из ситуации – полный и окончательный запрет на курение в подобных местах, который хотя бы легче проконтролировать. Причем штраф за нарушение такого закона должен взиматься сразу на месте, как при неправильной парковке автомобиля, считает он. Его предложения основываются не на благих пожеланиях, а на исследованиях, проведенных по заказу Общества защиты некурящих. Так, в Граце – втором по величине городе Австрии – 77% посетителей пивных, кофеен и ресторанов недовольны действующим законом, а 62% поддерживают тотальный запрет курения. В Вене недовольных меньше – 58% – а за запрет высказалось больше половины опрошенных – 51%. Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
no image
Ситуация

В Италии продолжаются расследования деятельности продовольственной мафии, и последним примером стала «оливковая» история. Большая часть оливкового масла, продаваемого как первосортное «итальянское», на самом деле оказывается дешевой подделкой, контрабандой, ввезенной из-за рубежа. Именно таково, по данным газеты «Репубблика», ни много ни...

В Италии продолжаются расследования деятельности продовольственной мафии, и последним примером стала «оливковая» история. Большая часть оливкового масла, продаваемого как первосортное «итальянское», на самом деле оказывается дешевой подделкой, контрабандой, ввезенной из-за рубежа. Именно таково, по данным газеты «Репубблика», ни много ни мало 80% продукта, без которого немыслима итальянская кухня. Она ссылается на эксперта из Союза крестьян, уверяющего, что в пищевой индустрии действуют целые группы фальсификаторов, зарабатывающих гигантские состояния на смешивании дорогих и дешевых сортов и их продаже под разными элитными марками. И доказать подделку оказывается практически невозможно. Вся эта операция прокручивается примерно так. Оливковое масло импортируется из Испании, Греции, Туниса или Марокко, причем зачастую по цене в 25 центов за литр. Иногда его предварительно облагораживают, а чаЩе тут же в различных пропорциях смешивают с итальянским качественным продуктом. А там сбывают через посреднические фирмы в магазины недорогого продовольствия, туристам и оптовикам, но уже по цене в три-четыре евро за литр, как «настоящее итальянское масло». Оборот фальсификаторов составляет, таким образом, примерно пять миллиардов евро в год. К сожалению, газета не приводит названия фирм, занимающихся таким противозаконным бизнесом, и не называет сорта «качественного» масла, которое на самом деле представляет собой примитивную дешевку. Она объясняет это тем, что таковы интересы следствия. Коли так, то об этом деле мы еще услышим. Ведь вскрыла же итальянская полиция сеть фальсификаторов, которые, навешивая на обычное продовольствие ярлычок «био», зарабатывали на этих трех буквах огромные, хотя и совершенно незаконные деньги. Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Проблема

В затылок правоцентристам дышат «йоббики» В стране гуляша, чардаша, зеленого горошка и токайского вина происходит невиданный для пост-коммунистической Европы эксперимент: полным ходом идет строительство капитализма в цветах венгерского флага – с учетом идеологического дальтонизма премьер-министра Виктора Орбана. Это капитализм особого...

В затылок правоцентристам дышат «йоббики» В стране гуляша, чардаша, зеленого горошка и токайского вина происходит невиданный для пост-коммунистической Европы эксперимент: полным ходом идет строительство капитализма в цветах венгерского флага – с учетом идеологического дальтонизма премьер-министра Виктора Орбана. Это капитализм особого венгерского генотипа, словно питающие его корни произрастают из национально-освободительного восстания 1956 года, имевшего не менее ярко выраженную националистическую окраску. С 1 января 2012 года вступили в силу поправки в скорректированную Конституцию, ставящие под административный контроль систему отправления правосудия. Во главе нового регулирующего органа, Офиса национальной юстиции, решением парламента, где две трети мандатов у партии ФИДЕШ под водительством Орбана, поставлен Тунде Хандо, а в Верховный Суд делегирован Петер Дарак (оба назначенца считаются людьми Орбана). Одновременно проводится замена кадров на всех уровнях, потому что принято решение о выходе на пенсию магистратов по достижении ими возраста в 62 года, а не как раньше в 70 лет. Перестановки, а, по сути, перетряска судебной власти, расцениваются оппонентами Орбана у него дома и Европейской Комиссией как мягкая чистка, коль скоро параллельно возраст выхода на пенсию для всех остальных, напротив, сдвинут с 62 до 65 лет. Вивиан Рединг, член Еврокомиссии, отвечающая за соблюдение основополагающих гражданских и политических прав, направила 12 декабря прошлого года письмо венгерскому министру юстиции с перечислением всех «озабоченностей». В послании, в частности, разъяснена тревога по поводу сосредоточения властных полномочий в одних руках – в руках главы новосозданного Офиса национальной юстиции. Этот ставленник Орбана получил реальные и легальные рычаги управления системой правосудия, что подрывает принцип ее независимости, а также обрел административный ресурс для назначения «нужных», то есть лояльных к власти судей. Не меньшее, если не большее раздражение вызвал в ЕС закон об экономической стабильности. Глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу просил в личном послании Виктору Орбану отказаться от этой затеи, поскольку законодательная инициатива вступает в противоречие с нормами ЕС. Закон ограничивает рост внутреннего долга в зависимости от инфляции и роста ВВП. Изменить его можно будет только конституционным большинством в парламенте, то есть двумя третями голосов, которые ныне принадлежат депутатам от правящей партии ФИДЕШ, партии Орбана. Призыв Баррозу был проигнорирован. Равно как и «озабоченности». В стране полным ходом идет перестройка политической системы. «Только (минувшей) осенью мы приняли 31 закон. Система отстраивается», – говорит представитель властей Золтан Ковач. Но не все гладко. В конце года, столкнувшись с тягостными последствиями кризиса в еврозоне, хотя Венгрия и сохранила свою национальную валюту, правительство Орбана было вынуждено обратиться за помощью к внешним кредиторам – Международному валютному фонду и Евросоюзу. При этом продолжалась политика выстраивания жесткой исполнительной вертикали власти – последней жертвой стал Центробанк, лишившийся своей независимости. Кризис заставил многие государства в ЕС отказаться от либеральной монетаристской модели и провести даже частичную национализацию банковских структур (ради их спасения). Однако мало кто так открыто покушался на суверенитет ведущего финансового института страны. Орбану покушение на Центробанк не простили. 16 декабря переговоры с МВФ и ЕС были прерваны на диссонансной ноте. Спустя несколько дней, 21 декабря, одно из ведущих кредитных агентств «Стэндард энд Пурз» (случайно или нет, кто знает?) понизило кредитный рейтинг Венгрии с ВВВ- до ВВ+, что означает удорожание любых займов, которые Будапешт может попросить на стороне. В разъяснении своих мотивов агентство сослалось на «отсутствие предсказуемости в экономической политике» правительства Венгрии. Венгеризация командных высот в экономике Скорее всего, гневная реакция потенциальных заимодавцев была продиктована глубинными причинами, о которых поведал Милош Шебок на страницах венгерского издания «Magyar Narancs», раскрыв, видимо, потаенный смысл происходящего. Автор утверждает, что проект Виктора Орбана нацелен на «построение венгерского капитализма», основой которого должны послужить собственно венгерские финансовые структуры. Таковые уже создаются, пишет автор. Частично в них закачивается капитал из бюджета, частично они возникают после переуступки прав или выкупа слабых коммерческих банковских структур. Причем, пишет Шебок, «во главе этих недавно созданных государством финансовых институтов стоят проверенные люди, люди премьер-министра». Одновременно путем введения дополнительного налогового бремени пресекаются попытки материнских банков из-за рубежа повысить капитализацию своих венгерских филиалов. Все это можно расценить как ползучую «венгеризацию» финансовой системы. Правда, Милош Шебок резонно замечает, что пока собственно венгерские банки слишком слабы – у них нет достаточно ликвидности, чтобы они могли кредитовать, например, отечественную промышленность на комфортных для нее условиях. На этой кредитной площадке, подчеркивает автор, «они никогда не смогут превзойти своих иностранных конкурентов». Судя по всему, Виктор Орбан знает об этой слабости, и поэтому он наверняка вел на эту тему переговоры с альтернативными финансовыми донорами во время своих поездок в Саудовскую Аравию и Китай. Между тем вторая волна кризиса, официально пока не объявленная, уже дает о себе знать в Венгрии. Приведу две зарисовки с натуры, сделанные моей коллегой из испанской «Паис», специальным корреспондентом Сильвией Бланко. Она встречалась в Будапеште с 36-летним юношей по имени Шаба, вынужденным вертеться на четырех работах, чтобы иметь доходы, необходимые для оплаты ипотеки. Парень работает на грузовике, по ночам вертит баранку машины скорой помощи, торгует эротическими игрушками в собственной лавчонке, а еще держит доставшуюся ему в наследство небольшую конюшню с пятью лошадками – для прогулок верхом для желающих, если таковые находятся. Пример Шабы – типичен. В 2006 году на волне эйфории, мол, достаток пришел в дом, он приобрел в кредит квартиру размером 80 «квадратов» в местечке Шифок, туристической мекке на берегу озера Балатон. Кредит взял в швейцарских франках, так все делали. Исправно выплачивал проценты. Но за пять лет сумма долга не только не уменьшилась, но за счет обесценения венгерского форинта выросла примерно на 13 тысяч евро. Шаба не одинок. В стране из десяти миллионов один миллион – его товарищи по несчастью, взявшие займы на покупку жилья в евро или в швейцарских франках. «Я потерял сбережения всей моей жизни», – делился Шаба. Доходы упали. Что неудивительно: если пять лет назад за газойль для грузовичка он платил по 33 цента (в пересчете), то сегодня – 1,41 евро. «Я стану очень бедным». Оборотная сторона медали – девальвация форинта, это позволяет повышать экспортную выручку. Форинт за год обесценился на 20%. Полезная вещь, если есть устойчивый спрос на твою продукцию, что в условиях ухудшающегося имиджа Венгрии в глазах многих соседей по общеевропейскому дому совсем не гарантировано. На бытовом уровне, стоит отметить, слабый форинт сдерживает импорт ненужной роскоши, что помогает сбалансировать торговый оборот и держать внутренние цены на приемлемом уровне. Шаболч Орочи, повар в одной из едален, где готовят по-прежнему вкуснейший гуляш, говорит, что он лично видит выгоды от сохранения форинта: «Наши соседи, словаки, которые ввели у себя евро, приезжают к нам за продуктами. Лучше держаться подальше от евро». Находится немало соотечественников этого повара, которые в своих рассуждениях о будущем Венгрии идут еще дальше: держаться подальше и от евро, и от Евросоюза. Эти люди обычно голосуют за правоцентристскую ФИДЕШ или за радикально правую партию «Йоббик», набравшую на последних выборах почти 17% голосов. С опорой и на этих «истинных венгров» Виктор Орбан продолжает перекройку политического ландшафта, предупреждает оппозиция. Идет наступление на многие как государственные, так и общественные институты, включая прессу и церковь. Остаются еще очаги сопротивления: в конце декабря суд отверг закон, принятый парламентским большинством Орбана, который позволял государственным чиновникам, им назначенным, обязывать СМИ платить огромные штрафы, ставящие на грань банкротства, в случае несоблюдения «стандартов» или «баланса», трактуемых в пользу власти. Недавно у последней радиостанции, позволявшей себе антиправительственные высказывания, была отобрана лицензия на вещание. Скандальным вышел и закон о конфессиях: ограничились 14 вероисповеданиями, что означало – религиозным объединениям мусульман, буддистов, индуистов, иудеев, находящимся вне мейнстрима, для регистрации необходимо получить одобрение квалифицированного большинства депутатов парламента, где, напомним, властвует ФИДЕШ. Вновь оформилось диссидентское движение. Один из его вождей Миклош Харашти говорит, что «Венгрия превращается в конституционную диктатуру в классическом смысле». Люди Орбана отвергают эту критику и разъясняют, пишет «Вашингтон пост», что они «пусть и с опозданием, но устраняют зло коммунистической эпохи». Замминистра иностранных дел Венгрии Жолт Немет, будучи в Вашингтоне, растолковывал своим собеседникам, что «мы находимся в экспериментальной фазе» и что «в дискуссиях о демократии есть нужда в новых идеях». «Вашингтон пост» ссылается на неназванных чиновников из окружения премьера, которые утверждают: Виктор Орбан задумал создать такую форму правления, которая позволяла бы более эффективно конкурировать с такими успешными странами, как Китай. Эти аргументы, тем не менее, не находят понимания в Евросоюзе и в США. «И аз воздам» На самом деле, смысл перестройки, затеянной Виктором Орбаном, не сводится к технократической отладке государственного механизма. Его корни во многом идеологические и питаются латентной жаждой исторического реванша. Эта мысль встречается и у французского политолога Александра Адлера, отсылающего своих читателей ко временам «Прекрасной Эпохи», длившейся с конца XIX века до Первой мировой войны. Уже тогда, на закате могущества Габсбургской династии, в числе тех, чьи права были ущемлены, оказались верноподданные, проживавшие во второй половине Австро-Венгерской империи, – собственно венгры. Дело в том, что возникшие в Европе демократические поветрия, а вернее, стратегическая задача Габсбургов создать новые сцепки и скрепы в лоскутной державе, привели к введению всеобщего избирательного права. Как следствие, пишет Адлер, венгерские националисты были до глубины души оскорблены тем, что в парламенте разным нацменьшинствам – словакам, хорватам, румынам предоставили больше мандатов, чем мадьярам, а опорой имперской власти стали еврейские буржуа Будапешта, которым в обмен на лояльность Габсбурги раздавали благородные титулы. Дальше – больше. Потом был Трианонский мирный договор, по которому Венгрия потеряла две трети своей территории и населения, включая три миллиона этнических венгров, что стало синонимом национальной трагедии, а горькая оскомина от рассеяния нации питала с тех пор дух реванша. Стоит обратить внимание и на другую мысль Александра Адлера: «На смену индустриальным баронам из числа евреев эпохи Франца-Йозефа пришли видные еврейские коммунистические лидеры времен Яноша Кадара». Таков был, по его словам, «пейзаж после битвы», что ныне вдохновляет весь спектр правых политиков и их избирателей (ФИДЕШ на выборах получила поддержку половины электората) на месть и воздаяние («и аз воздам»). Два сценария завтрашнего дня В любом альянсе на всякое действие, тем более задуманное с целью смены вектора развития, есть противодействие. 11 января Европейская Комиссия приняла заявление, в котором снова выразила «обеспокоенность» тем, что новые законы Венгрии противоречат законодательной базе Евросоюза. Брюссель пообещал «использовать все свои прерогативы, чтобы обеспечить уважение государствами-членами обязательств, с которыми они согласились как члены Европейского Союза». Оговорившись в этот раз, что не в традициях Еврокомиссии ставить ультиматумы и угрожать наказанием. Оговорка последовала после того, как чуть ранее, 5 января, официальный представитель ЕК Оливье Байи не только предупредил, что законодательные акты венгерского парламента будут проверены на соответствие нормам, зафиксированным в договорах ЕС, но и допустил, в случае если обнаружатся расхождения, принятие штрафных санкций. Тем не менее, тема штрафов возникла в другом контексте после того, как член Еврокомиссии Олли Рен обвинил Венгрию в несоблюдении бюджетной дисциплины – она единственная (!), которая вышла за рамки установленного порога дефицита в три процента от ВВП. Формально к Венгрии нельзя применить т.н. «пакет шести законодательных инициатив», вводящий санкции против тех, кто грешит финансовой распущенностью, поскольку страна не входит в зону евро. Но больно уколоть можно: отказать в выделении средств из региональных фондов ЕС. Новый раунд конфронтации между Брюсселем и Будапештом разыгрался 17 января, когда Еврокомиссия объявила о том, что направила Виктору Орбану три письма с разъяснением, почему при пересмотре конституции и принятии порядка 30 поправок его партия нарушила дух и букву норм, на которых зиждется здание единой Европы. Вслед за тремя обвинениями – лишение Центробанка независимости, расправа с судебными работниками и расширение права государства на доступ к личной информации, собранной на каждого гражданина – последовало требование исправить ситуацию. Развитие событий возможно по двум сценариям, о чем детально рассказывает бывший флагман коммунистической печати прежней Венгрии газета «Непсабадшаг». Первый: Виктор Орбан идет на попятную в вопросе о контроле за Центробанком и занимает примирительную позицию в отношении МВФ. Евросоюз сменяет гнев на милость. Журит, но мягко. Выговаривает, но не публично. Автор вспоминает скандал в ЕС в 2000 году, когда австрийский канцлер Вольфганг Шюссель пошел на коалицию с Партией свободы ультра-националиста Йорга Хайдера: в ЕС пошумели, пошумели, и, ничего не добившись – австрийцы тогда заняли круговую оборону, проявив небывалую общенациональную солидарность, смирились. А канцлер Шюссель преспокойно правил затем аж до 2007 года. Существует и второй сценарий, который иллюстрирует заголовок статьи: «Брюссель начал операцию ‘Убрать Орбана'». С помощью различных рычагов воздействия, включая ассоциацию «народных партий» Европы, куда входит и ФИДЕШ, подобрать в стане правоцентристов приемлемую фигуру и произвести «рокировочку», иными словами, попытаться сместить Орбана через внутрипартийный заговор. Автор проводит параллели с недавней сменой караула: «ЕС, похоже, хочет избавиться от премьер-министра таким же образом, как это удалось сделать с Берлускони и Папандреу». Их поменяли на «доверенных лиц, на технократов из мира финансов, на людей более предсказуемых и разумных». Однако в Венгрии это будет посложнее. Главная опора Виктора Орбана, и с этим трудно не согласиться, – его избиратели, которых немало, причем они занимают «активную гражданскую позицию». Схожий комментарий опубликовала и ежедневная газета правого толка «Мадьяр Немзет», сравнивающая «социал-либералов» со сталинистами, которые вместе с журналистами левых убеждений «ненавидят свою страну» и радуются, когда ее «обвиняют и наказывают». Газета резюмирует: «Ни Еврокомиссия, ни Соединенные Штаты, которые одинаково критикуют правительство Орбана, не видят эффекта бумеранга, который видим мы: венгры расценят нападки на правительство как нападки на их страну». Нельзя не подверстать и суждение румынского журнала «Ревиста-22», также указывающего на то, что результатом давления на Венгрию – «с учетом ее недавних фрустраций и исторических обид, могут стать более серьезные последствия для ЕС – восхождение (к власти) правой партии «Йоббик». …Итак, куда будет эволюционировать «венгерский капитализм» с лицом Виктора Орбана? Ответ на этот вопрос частично содержится в откровениях венгерского парня, тезки замминистра, по имени Жолт. Штукатурщик, который уже год перебивается случайными заработками, он голосовал на выборах за ФИДЕШ, но сейчас в нем разочаровался. «Они только и делают, что повышают налоги». Какой выход? Жолт думает, что выход – это праворадикальная партия «Йоббик». Нет, она вряд ли решит проблему безработицы. Но важно, напирает Жолт, чтобы «работу получали в первую очередь венгры, а не иммигранты, разные там китайцы или африканцы». Что касается «йоббиков», заключает Жолт, то «у них самая лучшая программа для обычных людей». В этой фразе намек на то, что недовольство экономическими тяготами, которых едва ли будет меньше в наступившем году, может сыграть на руку националистами из «Йоббика». Если только не менее хорошо владеющий этой риторикой Виктор Орбан не перехватит лозунги ультраправых и заново заслужит доверие таких парней, как Жолт. Для этого придется в идеологии и практике сдвинуться вправо. Судя по послужному списку Орбана, сделать ему это будет несложно. Более того, если он окажется под перекрестным огнем из штаб-квартиры ЕС и других европейских столиц, то иного выхода ему просто не останется. Владимир МИХЕЕВ №1(62), 2012
no image
Проблема

Международная группа исследователей под руководством Филиппа Кюри из французского Центра исследований средиземноморского и тропического рыболовства занималась вопросом о том, какая часть рыбьей мелочи – название совершенно условное, под этим следует понимать всю совокупность собственно рыб, вроде сардин или анчоусов, а...

Международная группа исследователей под руководством Филиппа Кюри из французского Центра исследований средиземноморского и тропического рыболовства занималась вопросом о том, какая часть рыбьей мелочи – название совершенно условное, под этим следует понимать всю совокупность собственно рыб, вроде сардин или анчоусов, а также головоногих и мелких ракообразных – идет на корм морским птицам. Оказалось – весьма значительная, до одной трети. Ну и что, спросите вы? Не спешите, давайте разберемся. Рыболовов в первую очередь интересует более крупная рыба, которая многим птицам не по зубам, то есть, извините, не по клюву. Но поскольку её становится все меньше, то приходится им забрасывать сеть почаще, такую, в которую попадает и названная мелочь. И тут уже интересы пернатых вступают в прямую конкуренцию с интересами хомо сапиенс. Но если для первых это единственное пропитание, то человек пускает мелочь в основном на переработку, получая рыбий жир или рыбную муку. И то и другое вещи, конечно, небесполезные: рыбий жир богат витаминами, а мука идет на корм скоту и птице, то есть, в конечном счете, тоже в пищу. Но в квоты на вылов, распределение которых остается в Евросоюзе вопросом довольно сложным и болезненным, мелочь не входит. И совершенно напрасно, уверяют ученые. Ведь она стоит в самом начале пищевой цепочки и это – тоже чья-нибудь законная добыча. Скажем, той же более крупной рыбы. Поэтому, лишая корма обитателей морских пучин, человек в конечном счете обкрадывает сам себя. Учтите, отцеживание из моря этой мелочи – не пустая забава, а весьма выгодный бизнес. Перу, например, зарабатывает хорошие деньги на экспорте рыбной муки, перерабатывая с этой целью гигантское количество сардин и анчоусов. А в Германии, например, ловля сырья для рыбной муки – это малопочтенное занятие, и называется оно «гаммельфишерай», сиречь «мусорное рыболовство». К этой части улова относят мелкую сельдь, шпроты, паута, он же тресочка Эсмарка, песчанку… Между прочим, по мнению ученых, никогда еще перелов не достигал таких огромных масштабов, как сейчас. Под угрозой находятся до трети районов традиционного рыболовства, некоторые из которых опустошены особенно сильно. Но если добавить сюда те районы, которые балансируют буквально на грани допустимого, то их общее число составит уже 85%. И опустошение моря продолжается опасно высокими темпами. Никогда еще люди не потребляли столько рыбы: в 2009 году среднедушевой показатель достиг 17 килограммов в год. Но нельзя забывать о том, что почти половину этого составляет рыба, которая была выращена в специальных хозяйствах, а не поймана в море. Тем не менее, беззастенчивая эксплуатация ресурсов мирового океана продолжается. По мнению многих экспертов, все резервы уже исчерпаны, и покрыть растущие потребности любителей рыбы за счет увеличения её вылова уже не удастся: природа не справляется с восстановлением запасов. Но что прикажете делать, когда в мире рыболовство дает заработок полумиллиарду человек? Да и рыбопродукты, по данным ФАО, являются самым востребованным продовольствием: оборот торговли ими составляет 102 миллиарда долларов в год. Вот и получается, что производство рыбной продукции тоже устанавливает мировые рекорды – 145 миллионов тонн в 2009 году. Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
no image
Тенденции & прогнозы

После ухода Сильвио Берлускони с итальянской политической арены Рим не только предпринимает решительные меры по стабилизации своего финансового положения, но и стремится вернуться в центр европейского строительства. Премьер-министр технократ Марио Монти добился, чтобы судьбоносные встречи, которые предваряют сессии Европейского Совета...

После ухода Сильвио Берлускони с итальянской политической арены Рим не только предпринимает решительные меры по стабилизации своего финансового положения, но и стремится вернуться в центр европейского строительства. Премьер-министр технократ Марио Монти добился, чтобы судьбоносные встречи, которые предваряют сессии Европейского Совета на уровне глав государств и правительств, проходили не в традиционном франко-германском формате, а включали бы и его. Именно на таких встречах в значительной мере утрясаются основополагающие позиции, которые потом согласуются с участием остальных партнеров по ЕС. Этот механизм стал еще более очевиден по мере разгорания кризиса зоны евро, когда решения надо было принимать быстрее, а делать это предпочтительнее странам, от которых в большей мере зависит успех всего предприятия. В какой мере Италия, которая находится далеко не в лучшей экономической форме, сможет влиять на общие решения? Пока, как представляется, М.Монти авансом, в личном качестве получил откидное место за столом «Меркози» – так в европейской прессе окрестили франко-германский руководящий дуэт, соединив элементы фамилий канцлера и президента. Но его переговоры с этими партнерами рисуют изменившуюся конфигурацию сильных фигур на европейской сцене. Напомним, что нынешний глава итальянского правительства – не политик, но заслужил огромный авторитет в Брюсселе и в других европейских столицах во время своего пребывания в составе Европейской Комиссии. Он занимал там наиболее влиятельный (де-факто, но не де-юре) пост – возглавляя структуры, отвечающие за обеспечение и контроль над конкуренцией. Показателен в этом плане его недавний визит в Берлин, где они с канцлером Германии Ангелой Меркель обменивались комплиментами. Глава германского правительства, обычно суровая и скупая на похвалы, вдруг поздравила итальянского гостя с тем, как быстро он провел в Риме необходимые реформы, выразив «большое уважение к его действиям» и удовлетворение тем, что ее страна является членом ЕС. Еще интереснее слова, прозвучавшие из уст М.Монти. Назвав ЕС «наилучшим проектом человечества», он остановился на необходимости не только принимать меры жесткой экономии, но и обеспечивать рост и развитие, поскольку пора начинать говорить о развитии и создании рабочих мест. «В этом плане у Германии и Италии – общий интерес в росте», – сказал он. Канцлер согласилась, хотя осталось непонятным, как она хочет обеспечивать этот рост, ибо о дополнительных ассигнованиях речь она ни в каком виде не ведет. Между тем, в самой Италии курс, который Берлин смог навязать партнерам по ЕС для преодоления финансового и долгового кризиса, не слишком приветствуется. Как и в других странах, критики германского подхода подчеркивают: одной финансовой дисциплиной и закручиванием бюджетных гаек рост не обеспечить. Бывший глава итальянского правительства (в начале 1990-х и в начале 2000-х годов) Джулиано Амато так объяснил этот критический настрой. «У нас мало времени, – сказал он в интервью газете «Стампа». – Нам всем надо ставить на оживление экономики наших стран. Мы знаем, что будущее обеспечивается ростом и развитием, а не правилами, которые так любит Ангела Меркель. Это уже очевидно». По словам ветерана римской политической сцены, который в свое время вывел страну из опаснейшего экономического дрейфа, механические правила бюджетно-финансовой дисциплины, которые Берлин навязывает партнерам по зоне евро, не смогут обеспечить эффективное экономическое развитие. Особенно он недоволен механическим, бухгалтерским подходом к финансово-бюджетным показателям, которому будут следовать в ЕС. «Меркель создает не Европу, а Франкенштейна, – считает Дж.Амато. – Никто не представлял себе Европу, которая была бы поручена бюрократам и компьютерам, работающим в автоматическом режиме. Это – не шаг к интеграции. Никому не нужна Европа в виде робота». Возымеет ли эффект критика подобного рода? Хотя М.Монти идеологически ближе к канцлеру, чем к процитированному выше одному из своих предшественников, возможно, он сможет донести опасения перед триумфом германской воли на брюссельской сцене. В этом случае переход европейской политической директории из дуэта в трио окажется благотворным. Кстати, многие разумные аналитики полагают, что триумф А.Меркель не слишком выгоден самой Германии. Один из немногих мудрых международных комментаторов американец Уильям Пфафф прямо назвал это «пирровой победой Германии в Европе». По его оценке, «навязывание гражданам ЕС программы беспощадной экономии отражает расхожие монетаристские доктрины последних десятилетий, которые как раз и привели к нынешнему кризису. Кейнсианство находится под интеллектуальным запретом. Обеспечение роста и народного процветания в различных странах подчинено понятиям национальной дисциплины и принесению жертв, что успокаивает немцев. Жертвы должны приносить те граждане, которые не имеют никаких привилегий». Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ №1(62), 2012
no image
Страна-председатель

Конечно, после вступления в силу Лиссабонского договора, который сейчас определяет устройство ЕС, роль страны-председателя этого объединения не та, что прежде. Хотя и сейчас по очереди на полгода, в соответствии с заранее определенным графиком, то или иное государство берет в руки...

Конечно, после вступления в силу Лиссабонского договора, который сейчас определяет устройство ЕС, роль страны-председателя этого объединения не та, что прежде. Хотя и сейчас по очереди на полгода, в соответствии с заранее определенным графиком, то или иное государство берет в руки штурвал этого объединения, его значение существенно снижено. Появились постоянно действующие председатель Европейского Совета (нечто вроде президента ЕС) и глава европейской дипломатии, которые взяли на себя значительную часть функций стран-председателей. Добавим к этому существовавших и раньше председателя исполнительного органа ЕС – Европейской Комиссии и председателя Европейского Парламента – и получится картина пересечения сфер компетенции различных игроков на брюссельской сцене. Если добавить, что председатель Совета и председатель Комиссии получают зарплату в 350 тысяч евро в год, то европейские любители считать чужие деньги тоже получают много пищи для пережевывания. Раньше тоже далеко не все страны в равной степени справлялись с функцией председателя хотя бы потому, что не все имели для этого равные возможности – материальные и кадровые. Одно дело, скажем, Франция, с ее дипломатической машиной, ядерным оружием и постоянным местом в Совете Безопасности ООН. Не случайно заметными были в последние годы председательства как раз Франции (2008 год) и Германии (2007 год). Другое дело – какой-нибудь европейский карлик… После Польши рулить будет Дания (впрочем, ее предыдущее председательство в 2001 году оставило весьма впечатляющее воспоминание), а потом будут Кипр, Ирландия и Литва. Флаг в руки! Тем не менее, для Польши, которая возглавляла Союз во втором полугодии 2011 года, ее первое председательство было очень важно для самоутверждения. Эта страна занимала в некотором смысле промежуточное положение среди «двадцати семи». Она входила в состав бывших соцстран, но среди них оказалась самой крупной, сравнимой по территории и численности населения если не с тяжеловесами из числа старожилов ЕС, то почти приближалась к этой категории, как Испания. С Польшей по объективным данным могла, конечно же, тягаться Румыния, но в глазах брюссельской классной дамы она находится в категории двоечников. А традиционные претензии! Вспомним также, что Польша сейчас оказалась в ЕС страной с наиболее быстро развивающейся экономикой на фоне практического застоя еврозоны (4% роста ВВП в 2011 году против 1,6% в среднем по ЕС), и не только. Определенную пикантность положению Варшавы придавали также внешне- и внутриполитические особенности ее недавнего прошлого. Во-первых, в первое постсоветское десятилетие-полтора она предпочитала ориентироваться на США, а не на европейцев, что больших дивидендов ей не принесло. Поэтому нынешнее правительство Дональда Туска стало осторожно проводить смену вех, демонстрируя приоритет лояльности ЕС, разумеется, не ссорясь с Вашингтоном. Во-вторых, при прежнем правившем в Варшаве большинстве Польша заслужила у партнеров репутацию вечно недовольного, ворчливого и несговорчивого собеседника. Председательство в ЕС давало польскому политическому истеблишменту возможность закрепить за собой новый имидж полноправного и ответственного участника Союза. Те приоритетные задачи, которые на полгода он ставил перед собой, ему решить не удалось. Поляки удачно пропилотировали последний этап переговоров Хорватии о вступлении в ЕС, что завершилось подписанием соответствующего документа, но это, пожалуй, единственное, что в политической области можно занести в их актив. Намерения активно вовлечь в орбиту «двадцати семи» страны «Восточного партнерства» материализованы не были. Договор об ассоциации Украины с ЕС отложен, а с Белоруссией совсем разругались. Не получилось отличиться на наиболее горячем для Союза фронте последних месяцев – битве вокруг долгового кризиса стран зоны евро. Поляки честно старались, но конкретного вклада внести не могли хотя бы потому, что сами в зону евро не входят, и соответствующие инициативы выдвигались без них. Зато по части имиджа председательство поляков можно считать успешным. Дебют не оказался провальным, как у других восточных европейцев – Венгрии, Чехии и даже Словении (последняя еще выкрутилась, но за счет теснейшего взаимодействия с Берлином и Парижем), хотя вряд ли в брюссельских кулуарах найдутся настолько неполиткорректные люди, чтобы вслух это признать. Можно сказать, что Варшава постаралась подать себя партнерам не как проблему (так было раньше), а как часть решения проблем. На официальном уровне польские политики, публично поднимая европейскую тематику, не делали больше акцент на том, что ЕС может и даже должен дать Польше, а какой сама Польша может внести вклад в дело европейского строительства. «Польша хорошо справилась со своей ролью одного из последних гарантов ЕС, – считает «Газета выборча». – Кризис показал наличие раскола в Европе, ее постепенное скатывание к межправительственному союзу, который видит приоритет в защите национальных интересов за счет общих интересов Европы». Материализацией этого курса стало, пожалуй, выступление 28 ноября 2011 года в Берлине министра иностранных дел Польши Радослава Сикорского, который считается деятелем, ориентированным, скорее, на англосаксонский мир, а не на континентальную Европу. Обращаясь к участникам Германского общества внешней политики, он призвал к превращению ЕС «в федерацию, достойную этого названия», что, по его мнению, единственное может сохранить Союз от распада. Глава польской дипломатии призвал Германию стать архитектором таких европейских реформ «во имя своего и нашего блага», поскольку никто, кроме Германии «не может этого сделать». С учетом традиционной настороженности поляков по отношению к западному соседу, которая сравнима разве что с настороженностью по отношению к России, слова Р.Сикорского можно считать практически революционными. Значит ли это, что поляки полюбили немцев? «Сохраняется ли в Польше груз отрицательных эмоций по отношению к слову «немец»? – спросил недавно еженедельник «Впрост» писателя Анджея Стасюка. Тот ответил: «Груз тяжелый. Начнем с этимологии слова «немец». Это – немой человек, человек, с которым вы не можете общаться из-за непонятной речи. У нас есть множество поговорок. Например: «Пока существует свет, немец для поляка не будет братом». Или – народная традиция, согласно которой дьявол переодет немцем. Можно долго продолжать. За столетия накопилось много всякого, быстро это не преодолеть». Светлана ФИРСОВА №1(62), 2012
no image
Страна-председатель

Чем сейчас занимается страна, на которую на полгода возлагается обязанность председательствовать в ЕС? Кроме организационной работы по проведению встреч отраслевых министров и других высших должностных лиц «двадцати семи», по сути, сейчас она отвечает только за определение повестки дня переговоров. Если...

Чем сейчас занимается страна, на которую на полгода возлагается обязанность председательствовать в ЕС? Кроме организационной работы по проведению встреч отраслевых министров и других высших должностных лиц «двадцати семи», по сути, сейчас она отвечает только за определение повестки дня переговоров. Если Польша, которая возглавляла Союз во втором полугодии 2011 года, должна была доказывать себе и партнерам свою приверженность европейским ценностям, то Дании это давно делать не надо. Разве не у этого королевства – самый древний в Европе из числа существующих флаг в виде белого креста на красном полотнище, появившийся в 1219 году? Шутки в сторону, правительство Дании, пришедшее к власти в октябре прошлого года по итогам парламентских выборов, объявило прагматичную программу работы. Она учитывает не только ограниченную роль страны-председателя, но и особое положение, которое имеет королевство в системе ЕС. В прошлые два десятилетия Копенгаген получил право не участвовать в ряде интеграционных программ Союза, в том числе в единой валюте и в общей обороне. Тот факт, что Дания официально может не подсоединяться к евро (остальные из числа тех, кто еще используют национальную валюту, теоретически должны перейти на евро, хотя и не сразу), затруднит ее работу на наиболее горячем для ЕС направлении – преодолении кризиса единой валюты. Датский премьер-министр Хелле Торнинг-Шмидт пообещала, что постарается быть мостом между 17 странами зоны евро и остальными партнерами, чтобы между ними не возникла пропасть. Возможно, в этом тоже есть необходимость, и датчане помогут сохранению финансового единства «двадцати семи»… В остальном датские политики сформулировали несколько приоритетных направлений, которым, по их мнению, следует уделить внимание во время их председательства. На первое место выставлено обеспечение большей ответственности ЕС в экономической области. В переводе с брюссельского на общедоступный язык это означает конкретизацию договоренностей о совместном управлении в экономической сфере – пресловутое «экономическое правительство» Союза. «Нашей первой целью будет обеспечение принятие совместных мер, чтобы экономический кризис остался в прошлом, – сказала премьер-министр. – Мы должны вернуть доверите, надежность и оптимизм». Как это будет конкретно выглядеть, станет понятно в первом полугодии 2012 года. В этом плане датчане совместно с председателем Европейского Совета Херманом ван Ромпеем должны составить новый межправительственный договор. При этом сам Копенгаген не торопится присоединяться к нему (напомним, что эту идею отвергла Великобритания), поскольку сначала хочет посмотреть, на что документ будет похож. Возможно, его утверждение будет вынесено в Дании на общенациональный референдум. Еще одна сложная задача – переговоры по финансированию Союза на период 2014-2020 годов. Здесь датчане имеют репутацию мастеров, поскольку их собственная внутренняя политика приучила их вырабатывать компромиссы, формировать коалиционные правительства и не ссориться в процессе управления. Поэтому, возможно, датский опыт поможет в том, чтобы утрясти часто взаимоисключающие интересы «двадцати семи» в столь деликатном вопросе, как финансы… Наконец, страна-председатель намерена всемерно продвигать «зеленую Европу» – обеспечение экономического развития при сохранении окружающей среды. В момент, когда ЕС сосредоточился на финансово-экономическом кризисе, не следует забывать, что мир вступил в кризис экологический. Поэтому при обеспечении роста экономики и преодоления нынешних трудностей, полагает Копенгаген, надо делать акцент на экологическом измерении аграрной и рыболовной политики, транспорта и так далее. При этом решению общих проблем может способствовать появление рабочих мест нового качества – «зеленых». Андрей СЕМИРЕНКО Датчане по-прежнему не намерены переходить на евро. Проведенный в стране опрос населения показал, что 71% подданных Ее Величества королевы Маргрете II хотят сохранить хождение в стране кроны. С осени 2011 года число сторонников такого мнения выросло на 9 процентных пунктов, чему в немалой степени способствовали трудности, которые переживает единая европейская валюта. Однако Данию в полной мере касаются последствия кризиса в еврозоне. Датская крона при всей своей независимости тесно привязана к обменному курсу евро, поскольку отклонения от такого фиксированного курса не могут превышать 2,25%. В начале кризиса 2008 года Дании пришлось туго из-за того, что она не входила в еврозону, сейчас, напротив, она выигрывает от этого. Однако экономические показатели страны постепенно краснеют, уже давно она находится на грани спада. В третьем квартале 2011 года (наиболее свежие данные) ВВП Дании сократился на 0,8%. Отрицательного результата эксперты ожидают и по итогам четвертого квартала. №1(62), 2012
no image
Комментарий

С вами так не случалось? Слушаешь кого-то, читаешь что-то и становится так обидно, что ты не сам это сказал, написал или придумал… Не обязательно полностью разделять мнение и позиции автора понравившегося текста. Просто игра ума оказалась хороша! Такое чувство удивления...

С вами так не случалось? Слушаешь кого-то, читаешь что-то и становится так обидно, что ты не сам это сказал, написал или придумал… Не обязательно полностью разделять мнение и позиции автора понравившегося текста. Просто игра ума оказалась хороша! Такое чувство удивления и досады одновременно автор этих строк испытал на днях при знакомстве со статьей в белградской газете «Политика», подписанной неизвестным ему Момчилой Пантеличем, которому пришло на ум сравнить постепенный распад титовской Югославии с нынешним кризисом Европейского Союза. Лично я не верю в распад ЕС, хотя его эволюция, даже достаточно радикальная, совершенно неизбежна. Что же до недавней истории южных славян, то я в ней совсем не силен и не чувствую права высказывать слишком компетентные мнения. Но вот познакомьтесь с тезисами сербского автора. Во-первых, он отмечает, что сейчас ЕС пытается усилить контроль центра над периферией, что оборачивается ростом национализма в странах-членах и растущей популярности защиты местных интересов в ущерб общеевропейским. Это подрывает основы европейского здания. В 1981-1986 годах Югославия пережила этот этап. Во-вторых, в то время Сербия и Хорватия старались действовать во имя консолидации югославского союза, невзирая на разногласия между собой. Именно эти две республики были наиболее развитыми в федерации. Такую же роль в ЕС сейчас играют Франция и Германия. Однако между финансово ответственными странами Союза и транжирами прежних лет растет взаимное раздражение. Все это, полагает автор статьи в «Политике», очень напоминает процессы, которые предшествовали развалу Югославии. В-третьих, распространяемая концепция многоскоростной Европы перекликается с идеей превращения Югославской федерации в «асимметричную конфедерацию». М.Пантелич полагает, что тогдашняя формулировка о «единстве и братстве югославских народов» напоминает подход Брюсселя, согласно которому общеевропейский интерес должен превозмочь неприязнь и различия. В-четвертых, параллели есть и в отсутствии демократии в политическом руководстве. В бывшей Югославии существовала однопартийная система, и руководители не избирались народом. Аналогичное положение наблюдается в верхушке ЕС, хотя и по другой причине. В-пятых, ЕС и Югославия были созданы на бесспорных идеалах – сотрудничество, а не конфронтация, дружба, а не вражда, взаимное прощение во имя общего процветания и прогресса, взаимодействие культур и так далее. Однако увлечение единогласием при принятии решений подрывает эффективность ЕС, как раньше произошло в Югославии. Обе структуры не нашли правильного баланса между центром и периферией, национализмом и интернационализмом, задолженностью и развитием. Сербский журналист не считает, что ЕС повторит судьбу бывшей Югославии, и надеется, что Сербия войдет в это объединение. Однако согласитесь, что он нащупал много перекликающихся моментов между ними. Автор этих строк сам не делает из статьи никаких выводов, а просто хотел поделиться с читателями любопытными наблюдениями внимательного аналитика с берегов Савы и Дуная. Эти наблюдения актуальны не только для ЕС и бывшей Югославии. А выводы делайте сами, если хотите. Андрей СЕМИРЕНКО №1(62), 2012
no image
Комментарий

Подсчитано: дороговато выходит После того, как на брюссельском саммите ЕС в декабре прошлого года Британия оказалась в гордом одиночестве, если не сказать в «блистательной изоляции» (см. «Знакомьтесь, Европа: двухзональная и двухскоростная» и «Дэвид Камерон в роли «Мистера Вето»), в щедром...

Подсчитано: дороговато выходит После того, как на брюссельском саммите ЕС в декабре прошлого года Британия оказалась в гордом одиночестве, если не сказать в «блистательной изоляции» (см. «Знакомьтесь, Европа: двухзональная и двухскоростная» и «Дэвид Камерон в роли «Мистера Вето»), в щедром изобилии появились футуристические сценарии развода. Со скрупулёзным подсчетом – кто и сколько потеряет. Прогнозы составлялись по горячим следам, на еще не остывшем и сверхэмоциональном фоне, когда главные действующие лица продолжали обмениваться заочными обвинениями. Французский президент Николя Саркози, отчитываясь перед своими законодателями, не стеснялся в выражениях: «Камерон вел себя как упрямый мальчишка, руководствуясь одной целью – сохранить Сити (финансовое сердце Лондона) в качестве подобия оффшорного налогового рая. Ни одна страна в этом его не поддержала, что равноценно чистому политическому поражению». В свою очередь Дэвид Камерон, отбиваясь от нападок оппозиции в Вестминстере, призывавшей вернуться в Брюссель и продолжить поиск компромисса, заявил: «Я не стану просить прощения за то, что защищал Британию». Но при этом, встречаясь с лоббистской группой депутатов-тори «Комитет 1922», премьер излучал уверенность в том, что разлад с ЕС не разрушит правительственную коалицию и что либеральные демократы, записные еврофилы, не хлопнут дверью и не разорвут альянс. «Нельзя, чтобы нас сбили с курса, – убеждал Камерон. – Мы должны дожить до 2015 года, работая вместе с нашими партнерами по коалиции». Если угроза развода с либдемами сохраняется, то, по крайней мере, бунт евроскептиков в стане консервативной партии отложен на неопределенное время, что укрепляет позиции Камерона как лидера партии. Да и в самом политическом классе у идеи «дистанцироваться» от единой Европы немало сторонников. Объединенная Европа, по выражению британской «Дейли мейл», – это образование, лучше всего определяемое такими уничижительными эпитетами, как «великодержавное, сверхзарегулированное, антидемократическое и коррумпированное». Руководствуясь именно этим предвзятым мнением, которому присягают евроскептики, держащие в заложниках премьера Дэвида Камерона, тот и наложил вето на решения брюссельского саммита о дальнейшей фискальной интеграции. Реакция в континентальной Европе была предсказуема. Обозреватель испанской «Паис» напомнил, что сторонники единой Европы, т.н. «федералисты», воспринимают британцев как «высокомерных фанфаронов, агрессивных и невежественных», которые отныне заслужили право именоваться еще и «шантажистами», потому что требуют от остальных 26 стран особую привилегию – сохранить на веки вечные «гегемонию Лондона как финансового центра». И хотя Камерон заверял парламентариев, что структура ЕС ничуть не изменилась, что нельзя говорить о новой конфигурации сообщества – 26 плюс 1, где единица – это Британия, спекуляции о неизбежном удалении несговорчивых островитян из континентального клуба роятся роем. Развод дело нехитрое, да только обе стороны обречены оплакивать и оплачивать его последствия. Один высокопоставленный функционер в структурах ЕС признался газете «Паис», что «ЕС много потеряет, если Соединенное королевство его покинет», хотя – у него лично – случались «жуткие моменты» в общении с британцами, которые «делали мою жизнь невыносимой». Однако они представляют собой «важный элемент в поддержании равновесия, особенно (как противовес) немцам». Схожая позиция у Саймона Тилфорда, главного экономиста Центра европейских реформ, который считает, что само по себе присутствие Британии «не позволяет немцам и французам доминировать в Европе». А значит, уход бриттов нарушит деликатное равновесие сил внутри Сообщества. Есть и другой момент, который нельзя не учитывать при подсчете плюсов и минусов – это «влияние на международной арене», что будет в значительное мере потеряно для Евросоюза с уходом Британии, считает Иен Бреммер, основатель и президент аналитического консультативного бюро «Юрэйша Групп». Потеряет немало и Британия, завязанная на континентальную Европу и в торговле, и в предоставлении финансовых услуг. К тому же сама она служит плацдармом для вхождения на рынок ЕС для компаний из Северной Америки и Азии, что оборачивается дополнительными комиссионными. И все же довольно широко бытует мнение, что негативный эффект от выхода из ЕС для экономики Британии был бы минимальным. В доказательство приводится тот факт, что сохранение фунта стерлингов и отказ присоединиться к зоне евро не привел к пагубным последствиям. Тем не менее, пагуба от развода с ЕС скажется не в одной только экономике. Возникнут проблемы со свободой передвижения британских подданных, рассеянных по просторам Европы, где они находятся на ПМЖ (в одной только Испании таковых насчитывается несколько сотен тысяч). Будет близоруким просчетом не учитывать и последствия отдаления Британии от ЕС и для внутреннего расклада сил в королевстве, называемом «соединенным». Депутат от лейбористов Денис Макшейн предостерегает, что сецессия «ускорит движение шотландцев в сторону независимости». Депутат отмечает, что Шотландия, судя по умонастроениям горцев, изначально «более проевропейски настроена, чем Англия». Наделала шуму и публикация в «Дейли телеграф» письма сэра Гаса О'Доннела, секретаря кабинета министров и руководителя, по сути, всех государственных служащих. Сэр Гас настроен пессимистично: выход из ЕС станет прецедентом и усилит центробежные тенденции в Шотландии. Остался горький привкус от камероновского вето и у партнеров тори по коалиции. Так, Крис Хун, видный либеральный демократ, занимающий пост министра по вопросам энергетики и климата, на страницах «Индепендент» обвиняет правых тори в том, что они хотят жить под одной крышей с единой Европой, но как бы в стороне, на хуторе. Не получится, говорит Хун, поскольку британскому бизнесу, ориентированному на Европу, все равно придется соблюдать все нормативы и правила, принятые в ЕС в отношении здравоохранения, безопасности, защиты окружающей среды и т.д. В наших интересах, пишет он, чтобы еврозона выжила, а Британия воспринималась бы на континенте «как часть решения проблемы, а не как часть проблемы». Свое слово сказал и большой бизнес. Что объединило сэра Ричарда Брэнсона, колоритного предпринимателя-мультимиллионера, владельца империи «Верджин», сэра Майка Рейка, главу «Бритиш телеком», лорда Кэрра, второго лица в энергетическом гиганте «Ройал Датч Шелл», и сэра Стивена Уолла, бывшего советника Тони Блэра, и еще около двух дюжин крупных бизнесменов, когда через десять дней после камероновского демарша на брюссельском саммите они написали открытое письмо в «Дейли телеграф»? Объединило одно: тревога. Тревога за дрейф в сторону от единой Европы. По их решительному мнению, присутствие Британии за столом переговоров, когда вершатся дела в Евросоюзе, – это «императив». «Единый рынок ЕС, пусть даже его формирование не завершено, имеет огромное значение для Британии. Именно сюда направляется более половины наших экспортных товаров, и мы должны расширять и углублять этот рынок, подталкивая реформы в сфере услуг, телекоммуникаций, цифровых технологий и энергетики», – написали в газету эти обеспокоенные развитием событий джентльмены. Под угрозой могут оказаться три миллиона рабочих мест – столько британцев в прямой или косвенной форме участвуют в создании экспортной продукции, реализуемой исключительно в странах Евросоюза. Допустим, что эти доводы в пользу членства Британии в ЕС не перевесят нынешней эйфории евроскептиков, а Камерон поставит во главу угла свое выживание в качестве лидера партии, даже поставив под угрозу шаткую коалицию с еврофилами Ника Клегга. Допустим. Какие варианты развода просматриваются для Британии, чтобы минимизировать возможные потери? Прежде всего, рассуждает «Паис», вероятно образование единого экономического пространства с Норвегией, Лихтенштейном и Исландией. Британия может получить такой же статус, как сегодня у Норвегии. Одно смущает, указывает Матс Перссон, директор фонда «Открытая Европа»: «…придется признавать большую часть нормативных документов, разработанных в Брюсселе, но при этом не иметь места за столом переговоров». Для Норвегии, страны с крохотным населением и обилием природных ресурсов, особенно в том, что касается нефти и газа, это не существенно, но для Британии, которая взаимодействует с Евросоюзом в десятках, если не сотнях областей, это превратится в головную боль. И еще одна заноза торчит из потенциального бракоразводного документа: рыболовным судам, особенно, французским и испанским, придется считаться с 12-мильной эксклюзивной зоной, а возможно и с 200-мильной зоной преимущественных экономических интересов Британии. А это означает, что их могут выпроводить, скажем, даже из вод, омывающих Фолклендские (Мальвинские) острова в южной Атлантике. Словом, это повод для ссор. Второй вариант: стать Швейцарией. Но и здесь незадача – альпийская республика, держащая дистанцию ото всех на свете, на протяжении десятилетий кодифицировала свои формы взаимодействия с соседями, в частности, с Евросоюзом, и у Британии никак не получится создать такой же модус вивенди с четверга на пятницу. Альпийские горцы сотрудничают с остальной Европой, в основном, в области энергетики и транспорта. Их переговорные позиции подкреплены тем простым обстоятельством, что слишком многие предпочитают держать там свои деньги, а потому страна напоминает гигантский сейф, распираемый наличностью. Третий вариант: Британия может выбрать для себя роль партнера для более отдаленных стран, например, присоединиться к зоне свободной торговли между США, Канадой и Мексикой (НАФТА) или войти в двусторонние альянсы с быстро развивающимися «новыми экономиками», среди которых Китай, Индия и Бразилия. Или замкнуться на странах Содружества наций, носившего еще недавно название Британское. Теоретически, Британия может выиграть от развода с ЕС. Более того, в случае успеха, если она сохранит и преумножит свои конкурентные преимущества, прогнозирует Гвейн Тейлор из Партии независимости Великобритании, ее пример станет заразительным. И тогда, кто знает, Финляндия и страны Скандинавии, а также некоторые страны с востока континента могут счесть, что им такое раздельное существование более выгодно. На страницах парижской «Фигаро» известный политолог Александр Адлер обозначает неоспоримые и во многом уникальные преимущества и достоинства, которыми обладает Британия и которые она вносит, как вклад, в общий котел Евросоюза. А.Адлер предостерегает тех, в ком взыграли стародавние антибританские, чисто континентальные по своим корням предрассудки. У Британии есть важное отличие, и нигде это так не ощущается, как в Лондоне – здесь, пишет аналитик, вы встретите молодых людей, космополитичных по взглядам, говорящих разом на многих языках, извлекающих немалую выгоду «и от оперативности польского сантехника, и интеллектуальной живости программиста из Индии». Автор сравнивает Лондон с Венецианской республикой времен Священной римской империи германской нации – «свободный город в самом сердце Европы». Но главная мысль заключена в другом: Британия подпитывается соками бывших заморских колоний и доминионов. Австрало-азиатское продолжение англо-саксонского мира сослужит бывшей метрополии добрую службу, превратившись в своего рода «британскую Сибирь, богатую природными ресурсами», надеждами и рабочей силой». В доказательство этого тезиса он напоминает о новых, об индийских собственниках этой гордости островного автомобилестроения – компании «Ягуар», а также о том, что индийцы «с помощью накопленных ими богатств, конкурируя с русскими олигархами, мечтают превратить Лондон во второй Бомбей». В пёстрой палитре прогнозов на тему «что дальше?» выделяется экстравагантное суждение британского историка, профессора из Гарварда Найла Фергюсона, опубликовавшего беспримесно провокационную статью в «Уолл-стрит джорнэл». Историк пророчествует в кассандровом духе: через 10 лет Евросоюза не станет. На его месте возникнет Соединенное Королевство Великобритании и всей Ирландии, Лига Севера в составе Дании, Норвегии, Швеции и Финляндии, Соединенные Штаты Европы со столицей в Вене и страны юга, бедные как церковные крысы, а потому зависящие от благодеяний богатых стран севера… И все же, если отвлечься от футуристических страшилок и вернуться к текущей злобе дня, оценив перспективы размолвки Британии с Евросоюзом, то в качестве промежуточного вывода лучше всего подходит резюме испанской «Паис»: Намечается развод? Едва ли. Дороговато выйдет. Владимир МИХЕЕВ Кстати Центр экономических и деловых исследований (CEBR) спрогнозировал новую табель о рангах в зависимости от экономического потенциала: по итогам 2011 года Бразилия обогнала Великобританию и сместила ее с почетного шестого места. Как пояснил Дуглас Макуильямс, директор центра, «страны, которые производят товары первой необходимости, такие как продовольствие и энергоносители, уверенно выходят (из кризиса) и быстро прогрессируют». №1(62), 2012
no image
Комментарий

В ЕС ввели эмбарго на закупки нефти в Иране, чтобы оказать давление на эту страну в связи с ее атомной программой. Существуют предположения, что Тегеран ставит задачу не только самостоятельного развития атомной энергетики, но и разработки ядерного оружия. Европейцы воспринимают...

В ЕС ввели эмбарго на закупки нефти в Иране, чтобы оказать давление на эту страну в связи с ее атомной программой. Существуют предположения, что Тегеран ставит задачу не только самостоятельного развития атомной энергетики, но и разработки ядерного оружия. Европейцы воспринимают свой шаг как элемент дипломатического давления в отличие от более агрессивных намерений США, Израиля и некоторых арабских соседей иранцев. По оценке европейских столиц, эмбарго может стать действенной альтернативой военной операции, о чем рассуждают горячие головы, последствия которой могут оказаться губительными для мировой экономики. Недаром иранцы грозились блокировать Ормузский пролив, через который идет до 30% нефтяных потоков. Угроза прекратить закупки нефти в Иране весьма серьезна. Ежедневно страны ЕС закупают там 450-550 тысяч баррелей нефти в сутки, что уступает только китайским закупкам (около 600 тысяч баррелей). В Европу идет около 18% иранского нефтяного экспорта, причем, главными покупателями оказываются страны, находящиеся в далеко не самом блестящем экономическом положении, – Греция (30% нефтяного импорта), Испания и Италия (по 13% примерно). Перспектива прекращения этих закупок ставит их в сложное положение, тогда как китайские руководители уже отправились на Ближний Восток прощупать почву на предмет альтернативных источников. Некоторые страны региона могут попытаться нарастить добычу, хотя реальные условия для этого есть разве что в Саудовской Аравии. Тогда каков политический смысл эмбарго? Какой результат можно ожидать? Внутренний кризис в Иране, в том числе в правящих кругах, который приведет к радикальным изменениям, смене курса и отказу от атомной программы? А если нет, то какой еще рычаг давления на Тегеран останется в руках у внешнего мира, когда окажется отстрелянным последний холостой патрон? Светлана ФИРСОВА №1(62), 2012
no image
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ

Report On June 15, 2011 under the auspices of a grant from the Carnegie Corporation of New York, the Brookings Institution, the Center for Eurasian, Russian and East European Studies (CERES) at Georgetown University, and the Deutsche Gesellschaft fur Auswartige...

Report On June 15, 2011 under the auspices of a grant from the Carnegie Corporation of New York, the Brookings Institution, the Center for Eurasian, Russian and East European Studies (CERES) at Georgetown University, and the Deutsche Gesellschaft fur Auswartige Politik (DGAP) convened an off-the-record informal workshop, “Trilateral Conference: US-EU-Russia” to examine current relations between the US, EU and Russia in the context of prevailing events of the past. Within this context experts discussed economic dealings and security ties as well as their present and future importance for the aforementioned three global players. The workshop sessions brought together top-level civil servants from all three regions as well as academics, journalists and distinguished members of the international think tank community. The following report both outlines the discussion of the conference and analyzes its most important outcomes. Полный текст в формате PDF №1(62), 2012
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

или Саммит прощальных свершений Саммитам Россия-ЕС фатально не везет. Каждый раз одна и та же история. Месяцы напряженной подготовительной работы. Поиск развязок. Согласование новых позитивных шагов. Создание предпосылок для вывода отношений на более высокий уровень. И вновь непреодолимый разрыв между...

или Саммит прощальных свершений Саммитам Россия-ЕС фатально не везет. Каждый раз одна и та же история. Месяцы напряженной подготовительной работы. Поиск развязок. Согласование новых позитивных шагов. Создание предпосылок для вывода отношений на более высокий уровень. И вновь непреодолимый разрыв между тем, о чем можно было договориться, и тем, что реально удалось сделать. Не стала исключением и Брюссельская встреча на высшем уровне 2011 года между президентом Дмитрием Медведевым, с одной стороны, председателем Европейского Совета Херманом ван Ромпеем и председателем Европейской Комиссии Мануэлом Баррозу, – с другой. Она, как уже стало дурной традицией в отношениях между Россией и ЕС, прошла на однозначно негативном фоне. С учетом этого, результаты саммита можно было бы оценить как очень неплохие. Хотя, конечно же, хотелось бы большего.   Негативный фон Реакция остальной Европы на парламентские выборы в России, состоявшиеся за несколько дней до встречи в верхах, никого не удивила. Она оказалась более чем ожидаемой. Выборы были квалифицированы как прошедшие с многочисленными нарушениями. Их оценили как явно недотягивающие до высоких стандартов справедливости и демократии. Удивило другое. Считалось, что население огромной страны разочаровалось в политике. Что оно погрузилось в апатию. Что политика его больше не интересует. Что негласное соглашение между властью и народом – мы вам крохи от нефтяной ренты, а вы живете своей жизнью – соблюдается. Неожиданностей быть не должно. Мощные демонстрации протеста полностью опровергли эти предположения. Получилось, что внутреннее развитие событий в России отбросило густую тень на все то, о чем говорилось на саммите, чему он был посвящен. Дмитрию Медведеву пришлось давать пояснения по поводу состоявшихся выборов. И своим партнерам по встрече, и прессе – странно было бы, если бы журналисты упустили возможность задать острые нелицеприятные вопросы на эту тему руководству России и ЕС. Тем более, после того, как Европарламент потребовал проведения в России повторных выборов, свободных от подтасовок. А Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности раскритиковала их почем зря. В своих комментариях по горячим следам Кэтрин Эштон выразила возмущение нарушениями, допущенными при подсчете голосов. Кроме того, она указала на недопустимое сращивание государственного аппарата и правящей партии. Отметила предвзятость СМИ. Не прибавило теплых тонов фону саммита разочарование тем, во что вылился декабрьский Совет министров иностранных дел (СМИД) ОБСЕ, со всеми выявившимися на нем противоречиями между Россией и ЕС. Напряженности добавило обострение ситуации в Косовской Митровице. Плюс попытки транзитных стран ЕС воздвигнуть надуманные препятствия на пути прохождения российской колонны с гуманитарной помощью. Углубились расхождения по поводу отношения к разгорающейся гражданско-религиозной войне в Сирии. Не менее густую тень на саммит отбросил внутренний кризис и во втором из его участников – Европейском Союзе. Причем, если до декабрьского заседания Европейского Совета он касался валютно-финансовой сферы – неспособности ЕС найти решение углубляющейся проблемы суверенной задолженности большой группы государств-членов, то после него положение, похоже, ухудшилось. Столкновение интересов между Великобританией и континентальной Европой дало старт конституционному кризису ЕС. Обвалом отреагировали рынки. Гораздо менее оптимистическими сделались прогнозные ожидания экономического роста в регионе ЕС. Прогноз по Германии – локомотиву экономики ЕС – был понижен до 0,2% в 2012 году (катастрофическое падение по сравнению с 3% в 2011 году) и до -0,2% для ЕС в целом (это уже рецессия). Не прибавил оптимизма и тот реализм, с которым Ангела Меркель охарактеризовала ситуацию, сложившуюся в ЕС, выступая в Бундестаге по итогам заседания Европейского Совета. Канцлер Германии не стала ничего смягчать. Для выхода из кризиса, заявила она, потребуются не недели и месяцы, а годы. Страны ЕС только в начале пути. То же самое она была вынуждена повторить и месяц спустя – после того, как международные агентства понизили рейтинги сразу аж девяти стран ЕС, включая такие ведущие, как Франция и Италия. Как следствие всего этого, саммит Россия-ЕС освещался в мировых СМИ по остаточному принципу. О нем говорили и писали мало, пунктирно, походя, ограничиваясь самыми дежурными комментариями. Если до них вообще доходило дело. Так, в «Файнэншл таймс» от 15 декабря – даты его проведения – саммиту был посвящен всего один пассаж. И то – в большой статье о выступлении Ангелы Меркель и перспективах создания налогового союза в рамках ЕС*1. В ней говорилось, что на встрече в верхах перед Херманом Ван Ромпеем и Мануэлом Баррозу, по большому счету, стоит всего лишь одна задача. Они должны использовать ее для того, чтобы подвигнуть Дмитрия Медведева взять на себя обязательство внести дополнительно в бюджет МВФ достаточно крупную сумму для спасения зоны евро. И на самом саммите эта тема заняла большое место.   Итоги декабрьского заседания Европейского Совета Традиционно саммиты Россия-ЕС, впрочем, как и многие другие, складываются из трех неравных частей. Накануне официальной части проходит неформальная вечерняя встреча без галстуков. По окончании переговоров о ее публичных сюжетах руководство России и ЕС рассказывает на пресс-конференции, подвергаясь наскокам журналистов, пытающихся еще что-то выяснить дополнительно. Насколько подробно Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу отчитались перед Дмитрием Медведевым о том, в какой степени договоренности, достигнутые на декабрьском заседании Европейского Совета, помогут преодолению кризисных явлений в регионе ЕС (если помогут), судить трудно*2. Но можно с полным основанием утверждать, что они постарались дать максимально исчерпывающие ответы на поставленные им вопросы и развеять имеющие у него на этот счет сомнения. Для того чтобы обрисовать ситуацию, воспользуемся несколько другим источником. Вот какой она предстает со слов еженедельника «Юропиэн войс» от того же 15 декабря*3. Заседание Европейского Совета вышло на пакетную договоренность относительно заключения межгосударственного соглашения о жесткой бюджетной дисциплине, предусматривающего передачу на наднациональный уровень значительных полномочий в этой сфере. Однако на пути Европейский Союз потерял Великобританию*4. Требование единогласия при принятии решения соблюсти не получилось*5. Следовательно, новое соглашение не будет договором о внесении изменений в действующие учредительные акты ЕС, как, скажем Договор о реформе (Лиссабонский договор). Оно не будет договором ЕС. Значит, институты ЕС не удастся задействовать в полном объеме. Юристам придется изыскивать всевозможные резервы и гибкости, которыми обладают учредительные договоры, чтобы урегулировать правовые головоломки. Это будет не просто. Понятно только, что Европейская Комиссия не сможет пользоваться своими полномочиями по привлечению государств-членов к судебной ответственности за нарушение своих обязательств, что обычно срабатывает очень неплохо. Формально вне процедуры согласования договора о жесткой бюджетной дисциплине остается Европарламент (который, правда, ни в коем случае не даст вывести себя из игры) и т.д. Календарь работы над соглашением примерно следующий. Еще до католического Рождества аппарат председателя Европейского Совета должен был подготовить для Хермана Ван Ромпея первый вариант документа. Уже на этой стадии к драфтингу подключилась группа из трех депутатов Европарламента. Потом начались долгие, мучительные, но энергичные согласования с руководством/представителями стран-членов. Это все, естественно, в закрытом режиме. Затем следует намного более публичная стадия – к читке того, что получится, подключатся Европарламент и национальные парламенты. Несмотря на то, что юридически у них таких полномочий нет, они себе их уже выторговали. Тем не менее, они обещают не тормозить процесс*6. Его будет тормозить другое. Первое. При всей внешней четкости формулировок, вошедших в решение Европейского Совета, для юридических документов они слишком расплывчаты. К тому же поддаются различным интерпретациям. Конкретизировать их будет не так просто. Второе. Не факт, что все страны, поддержавшие решения Европейского Совета, смогут внести конструктивный вклад в его написание. Чехи сразу предупредили, что смогут определиться со своей позицией только после того, как прояснятся все детали и нюансы пакета. Датчане уведомили, что решающее слово оставят за национальным парламентом. Ирландцы не исключили возможность проведения референдума. А премьер-министр Финляндии вообще заявил, что его страна не согласится с передачей полномочий в области бюджетной политики на наднациональный уровень. Третье. Борьбу против нового соглашения собирается развернуть разношерстное племя евроскептиков, националистов и популистов. С учетом того, что националисты и популисты все сильнее влияют на политические процессы в регионе ЕС, угрозу, которую они представляют для будущего соглашения о жесткой бюджетной дисциплине, не стоит недооценивать. Вне зависимости от этих отягчающих дело обстоятельств, Херман Ван Ромпей надеется промежуточное решение в поддержку соглашения получить уже на следующем заседании Европейского Совета, которое, по его прикидкам, состоится в конце января 2012 года. Об этом он объявил на пресс-конференции по итогам саммита Россия-ЕС. Тогда подписать его удастся уже в марте. А к лету, если парламенты окажутся достаточно расторопными, договор вступит в силу. Но сложности с его согласованием и принятием – меньшая из двух связанных с ним проблем. Большая состоит в том, что заключение нового договора и создание бюджетного союза нормализуют ситуацию в ЕС только в среднесрочной перспективе. Успокаивать же рынки надо здесь и сейчас. Энтузиазм по поводу решений декабрьского заседания Европейского Совета быстро выветрился. 14 декабря обменный курс евро по отношению к доллару упал до наименьших показателей в 2011 году. А итальянские пятилетние бонды ушли с надбавкой в 6,47%. Это исторический максимум для еврозоны. Более того, при столь катастрофическом размещении бондов обслуживание государственного долга может оказаться для страны неподъемным. Таким образом, если судить по реакции рынков, решение о введении элементов централизованного экономического управления в ЕС должно быть подкреплено и другими мерами, о которых Брюсселю пока не удалось договориться. Описывая итоги саммита, Николя Саркози особенно выпячивал, что панацеей от всех бед послужит предоставление коммерческим банкам из закромов ЕС беспроцентных кредитов. На это выделяются фантастические суммы – до 500 миллиардов евро. Но он забыл упомянуть одну существенную деталь: напрямую на выход из долгового кризиса данная мера не сработает. Хотя, конечно, спасение крупнейших европейских банков и зоны евро теснейшим образом взаимосвязаны. На это указало дальнейшее развитие событий. Даже Франции стало сложнее получать короткие деньги на обслуживание суверенного долга. А евро и дальше покатился вниз по отношению к доллару (правда, европейский бизнес отреагировал на это, скорее, положительно – предвкушая возможность укрепления своих позиций на внешних рынках). Вряд ли Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу описывали ситуацию в ЕС и принятые на тот момент меры в таких тонах. Скорее всего, пояснения, предоставленные ими Дмитрию Медведеву, были для ЕС и его руководства гораздо более комплиментарными*7. Тем не менее, отмахиваться от изложенной точки зрения одного из наиболее авторитетных СМИ по проблематике европейского интеграционного объединения никак нельзя. Тем более что она гораздо сдержаннее высказываемых в других публикациях*8. Может быть, именно в свете приведенного анализа более понятным становится и примирительный тон, в котором лидеры ЕС провели саммит с Россией, и то, что о разногласиях с Москвой на пресс-конференции они постарались не упоминать. В том числе, особенно не затрагивать тематику состоявшихся парламентских выборов. Высказав озабоченность по поводу нарушений, о которых сообщили международные наблюдатели, они тонко перевели разговор в «зеленую» зону. В частности, акцентировали, что демонстрации, прокатившиеся по стране, прошли мирно и организованно. Власти сумели обеспечить должный порядок. Особенно же воодушевляет, на их взгляд, то, что российское руководство пообещало тщательно расследовать сообщения о нарушениях. Приведем дословно слова председателя Европейского Совета. «Принципы и ценности, на которых покоится наше стратегическое партнёрство, также испытываются и оцениваются на основе политических событий. Надо сказать, что поддержка европейского общественного мнения для развития между нами стратегического партнёрства является важным активом, который тесно связан с этой работой, – подчеркнул Херман Ван Ромпей. – В этом плане Европейский Союз уделяет самое пристальное внимание проведению выборов в Государственную Думу на прошлой неделе. И мы провели честную дискуссию по этим вопросам здесь, на саммите. Свободные и справедливые выборы, уважение прав человека и верховенство закона, свобода слова, право свободы собрания – это залог демократии. Я приветствую то, что 500 наблюдателей были приглашены на выборы в Думу. Но у нас вызывают определённую озабоченность нарушения, о чём сообщали БДИПЧ [Бюро по демократическим институтам и правам человека] и другие наблюдатели, как и представители российской общественности, называют также подавление акций протеста. Недавние демонстрации, крупные демонстрации были мирными. И, по-моему, в последнее время Правительство работало с ними адекватно, поэтому приветствуем Ваше обязательство, господин Президент, провести справедливое расследование. Надеемся, что Россия будет сотрудничать с ОБСЕ и БДИПЧ по беспрепятственному проведению президентских выборов». Примирительный комментарий и амбивалентность позиций партнеров дали возможность Дмитрию Медведеву в пух и прах разнести на пресс-конференции по итогам саммита резолюцию Европарламента с требованием о проведении в России повторного голосования. Дмитрий Медведев объяснил, где он видел советы парламентариев, и подчеркнул, что для России они никакого значения не имеют. И, в свою очередь, посоветовал им заниматься внутренними проблемами ЕС. Тем более что проблем хватает. Отвечая на реплику журналиста, он сказал: «Вторая часть вопроса, насколько я понял, по решению Европарламента в отношении наших выборов. Мне комментировать нечего, потому что это наши выборы, Европарламент к ним никакого отношения не имеет. Собственно, он может комментировать всё, что угодно. Я их решения комментировать не буду, для меня они ничего не значат. Но наш российский парламент в лице различных партий – как партии, которая составляет большинство, так и оппозиционных – вчера, насколько я знаю, я посмотрел Интернет, выразили своё крайне жёсткое несогласие с позицией Европарламента, потому что Европарламент должен заниматься европейскими делами. Посмотрите, сколько у вас проблем. А моя позиция остаётся прежней».   Призыв кота Леопольда к действию Вместе с тем, никогда в прошлом власти Российской Федерации так определенно и однозначно не выражали своей поддержки европейскому проекту, Европейскому Союзу, учрежденному ЕС Валютно-финансовому союзу. Дмитрий Медведев не просто поддержал решение Европейского Союза по стабилизации и укреплению зоны евро и выводу ЕС из кризиса суверенных долгов – эти вопросы обсуждались на неформальной части саммита. Он заявил, что Россия вносит свой вклад в стабилизацию. Косвенно – через проведение взвешенной валютно-кредитной политики. Напрямую – дав согласие на посильное увеличение своего взноса в МВФ, через который даются и будут даваться деньги преддефолтным странам ЕС. В двустороннем формате, в том числе увеличивая импорт из зоны евро. И многостороннем – по линии G20, БРИКС и т.д. Он подчеркнул, что Россия является главным стратегическим партнером ЕС. В политическом плане – ни с кем из крупнейшим мировых игроков не ведутся столь глубокие и разнообразные консультации по всему набору вопросов международной повестки. Ни с кем азимут сотрудничества не является столь широким. И в экономическом – объем взаимной торговли должен был превысить 400 миллиардов долларов. Это половина всего внешнеторгового оборота России. Причем, ожидалось, что объем экспорта в ЕС и, особенно, импорта из него в 2011 году вырастет на внушительную сумму. Так, Германия рассчитывала увеличить его, ни много ни мало, на 43%! В целом по ЕС поставки в Россию должны были вырасти на 27%. Кроме того, он акцентировал глубочайшую взаимозависимость хозяйственных комплексов России и ЕС. В частности в его словах прозвучало прямое указание на то, что кризисные явления в зоне евро не могут оставлять Россию и россиян равнодушными. Ведь ухудшение экономического положения в ЕС будет напрямую сказываться на хозяйственной деятельности и перспективах экономики России. «Евросоюз действительно является нашим самым крупным партнёром, – отметил он, выступая с заявлением на публичной части переговоров, – и мы надеемся, что нашим коллегам удастся преодолеть те трудности, которые есть у наших коллег. Мы в этом практически уверены и очень в этом заинтересованы». Наконец, Дмитрий Медведев дал самую комплиментарную оценку европейскому проекту. Выпятил успехи, достигнутые ЕС и его государствами-членами за годы продвижения по пути интеграции. Привлек внимание к тому, что в практике Таможенного союза и Евразийского союза обязательно будет использоваться опыт ЕС. Естественно – положительный. Для наглядности позволим себе привести весь ответ Дмитрия Медведева на вопрос кого-то из журналистов относительно целесообразности и условий, на которых «Россия могла бы помочь еврозоне». В нем дается исчерпывающее изложение позиции Кремля относительно значимости для России и ЕС, и его стабильного развития. «Россия очень заинтересована в том, – подчеркнул глава российской делегации на встрече в верхах, – чтобы Европейский Союз сохранился как мощная экономическая и политическая сила. Потому что у нас глубокие связи – связи цивилизационные и, конечно, связи исключительно взаимовыгодные. Поэтому для нас, для России, очень важна объединённая Европа. Скажу откровенно, для нас очень важно, чтобы европейские государства договорились, проявили сдержанность, мужество в этой непростой ситуации, сохранили всё, что было сделано за последние десятилетия, а это очень вдохновляющий пример, и сохранили, наконец, одну из важнейших резервных валют, я имею в виду евро. В этом заинтересован Евросоюз, в этом заинтересованы государства Евросоюза, в этом заинтересована Российская Федерация, у которой, как вы знаете, 41 процент валютных запасов находится в евро или в бумагах, которые номинированы в евро. Поэтому мы будем, естественно, оказывать и свою помощь. У нас существует та квота, которая падает на Российскую Федерацию в рамках членства в Международном валютном фонде. Мы соответственно будем исполнять все те обязательства, которые мы несём в качестве участника Международного валютного фонда, и готовы инвестировать необходимые денежные средства в соответствующей части для поддержки европейской экономики и еврозоны. Мы готовы рассматривать и другие меры поддержки. Но очевидно, что самое главное – это те решения, которые будут принимать сами государства Евросоюза ровно в тех параметрах, о которых только что сказал господин Председатель Ван Ромпёй. В конечном счёте, Европе сможет помочь только сама Европа, но и другие страны должны создать условия для того, чтобы Европа побыстрее освободилась от этого кризисного развития, вышла из кризисного пике. Мы будем этому способствовать». В целом, весь саммит был выдержан в миролюбивых тонах. От начала и до конца. Опасения, высказывавшиеся российскими официальными лицами относительно того, что под влиянием кризиса ЕС будет действовать жестче, агрессивнее и нахрапистее, не оправдались. Напротив, руководство России и ЕС сделали все, что в их силах, для того, чтобы оттенить позитивную динамику в их взаимоотношениях. Выпятить имеющиеся достижения и минимизировать расхождения. Вопрос только в том, что нужно понимать под их отношениями: отношения между Россией и ЕС или личные доверительные отношения, постепенно сложившиеся у Хермана Ван Ромпея, Мануэла Баррозу и Дмитрия Медведева за годы общения. Скорее, второе. По обоюдному согласию лидеры России и ЕС назвали свою встречу саммитом свершений, саммитом достигнутых результатов, саммитом успешного завершения важного этапа в развитии отношений между Россией и ЕС. Его венцом стало вступление России в ВТО. Дадим слово участникам встречи. Херман Ван Ромпей: «Повторю то, что я говорил два года назад: ЕС хотел бы быть партнёром России в работе по модернизации. Мы действительно стратегические партнёры во многих аспектах, между нами взаимная зависимость, мы работаем на взаимовыгодной основе, продолжаем её углублять. Последние два года были исключительными, и сегодняшний саммит это подтверждает. Это результативный саммит». Мануэл Баррозу: «Состоялся действительно очень успешный, результативный саммит, где мы добились реального продвижения вперёд по целому ряду вопросов нашей взаимной повестки дня». Дмитрий Медведев: «В целом хотел бы ещё раз поблагодарить моих коллег за постоянный, продуктивный, откровенный диалог, способность к компромиссу. Все эти годы мы работали в предельно откровенном и, на мой взгляд, весьма конструктивном ключе. И именно это позволяет сегодня нам сказать, что отношения между Россией и Евросоюзом находятся на самом высоком уровне, и мы рассчитываем на то, что и дальше они будут развиваться в таком же ключе». Посмотрим же вслед за ними, что им удалось положить в корзину совместных решений. Прежде всего и главным образом, вступление России в ВТО. Почти 20-летний марафон подошел к концу. Долгий, мучительный, болезненный, преисполненный драматических поворотов и постоянных отказов от уже намечавшихся договоренностей, он остался позади. Стороны постарались дать этому максимально воодушевляющую оценку. Вот точка зрения Дмитрия Медведева, с которой он выступил на открытии рабочей части встречи в верхах: «Главное – завершены переговоры по присоединению России к ВТО. Хотел бы ещё раз публично поблагодарить руководство Евросоюза, Еврокомиссии за помощь в присоединении России к ВТО. Это для нас важное и долгожданное событие». Чуть более эмоционально он изложил ее, отвечая на уточняющие вопросы журналистов: «Никто так долго в очереди в ВТО не стоял. И государства, которые мощнее, чем мы по экономическому потенциалу, и очень слабые государства – все они проходили этот путь гораздо быстрее. Мы же боролись за это, хотя как вы знаете, у ВТО есть и плюсы, и минусы, но, в конечном счёте, это способствует развитию российской экономики и лучшей кооперации российской экономики с экономиками других стран, с экономикой Евросоюза. Поэтому в целом это позитивный шаг, это победа. Мне, честно говоря, радостно, что это происходит в тот период, когда я исполняю полномочия Президента, что мы добились этого результата». Не менее определенно высказался Херман Ван Ромпей: «Вступление России в ВТО является крупнейшим достижением. Это дальнейший рычаг в деле модернизации, который открывает массу новых возможностей для торговли, инвестиций и всемерного роста». Второе, что они занесли в плюс, – достижение договоренностей по совместным шагам (Дорожной карте), приближающее отмену визового режима поездок. Правда, при этом они не стали упоминать, что перечень совместных шагов должен был быть согласован еще к встрече на высшем уровне в Ростове-на-Дону. Тогда элементарно не успели. Не стали упоминать и то, что Москва на рубеже тысячелетия ставила вопрос о введении безвизового режима к 2007 году. Передавала ЕС соответствующий график. Вписывала в дорожные карты и Партнерство для модернизации. К сожалению, не встречая должного понимания со стороны Брюсселя. Без внимания оставили и хорошо известную позицию ЕС, согласно которой выход на безвизовый режим с Россией невозможен до принятия соответствующих решений в отношении стран «Восточного партнерства». Зато лидеры России и ЕС очень доходчиво объяснили то значение, которое они придают введению в среднесрочной перспективе безвизового режима. Причем, на этот раз больше усердствовали даже Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу. «У нас очень большие ожидания связаны с возможностью перейти к подписанию нового соглашения с Россией по мобильности, одобрить программу совместных шагов по обеспечению безвизового режима, продолжать эту работу для облегчения контактов между людьми, что в дальнейшем откроет Россию для Европейского Союза и Европейский Союз для России», – подчеркнул председатель Европейского Совета. Председатель же Европейской Комиссии назвал безвизовые поездки между Россией и ЕС «нашей общей целью». Высказывания Дмитрия Медведева звучали несколько сдержаннее: «Хотел бы отметить также реальный прогресс в визовой сфере. Как только что было сказано, завершена работа по согласованию перечня совместных шагов и практических действий по переходу к безвизовому пространству. Мы долго работали и спорили и в чём-то соглашались друг с другом. Самое главное, что это согласовано. Для многих наших граждан пересекать границы России и государств Евросоюза стало значительно проще, для многих, но не для всех. По-прежнему рассчитываем выйти в относительно короткой перспективе исторической на полную отмену виз между Россией и Евросоюзом». Для того чтобы тематика безвизового режима звучала более выигрышно, вернее, для того, чтобы усилить впечатление о том, что наметился определенный прогресс, стороны попробовали даже выдать желаемое за действительное. Они постарались представить дело таким образом, будто бы новые договоренности по упрощению и облегчению процедуры выдачи виз приближают и делают более реальным введение безвизового режима. Это так только в некоторой степени. Действительно, распространение упрощенной процедуры на новые категории граждан и дополнительные послабления способствуют накоплению необходимого опыта. Они создают благоприятную атмосферу. Они дают импульс. Делают более простым достижение договоренностей другого уровня. Но нельзя сбрасывать со счетов то, что обсуждение мер по облегчению выдачи виз и отмене визового режима – разные переговорные треки. Они ведутся в разных организационных рамках. Формально между собой они не связаны. Но иногда желание подать все в выигрышных тонах важнее, нежели сами свершения, и их приближают. О том, как все выглядит на самом деле, напомнила «пикировка» между российской журналисткой и председателем Европейской Комиссии. Она запросила долгосрочную визу – ей не дали. Исходя из мало понятных соображений, плохо вяжущихся с имеющимися договоренностями, выдали визу только на три дня: слетать на саммит, и сразу обратно. Поэтому она в лоб спросила Мануэла Баррозу: «Сегодня принята «Дорожная карта» введения безвизового режима. Означает ли это, что буквально уже в следующем году у нас будет безвизовый режим?» Отвечая на поставленный вопрос, он вынужден был признать: «Что касается облегчения визового режима, у нас неплохой прогресс в разработке соглашения об облегчении визового режима. Да, я надеюсь, что в скором будущем это станет возможным. Вероятно, это займёт больше времени, но некоторые положения этого соглашения касаются, в частности, журналистов, а также организаций гражданского общества, бизнесменов. То есть мы намерены ускорить выдачу этого типа виз и облегчить процедуру. Что касается отмены виз, в следующем году этого, скорее всего, не произойдёт. Это цель на более дальнюю перспективу, но тем не менее наша работа продвигается вперёд. Я надеюсь, что скоро она принесёт конкретные результаты и в ближайшие месяцы, недели у нас будут конкретные результаты». Оставим эти слова без комментариев. Они говорят сами за себя. Третий большой блок взаимоотношений, в котором наметился прогресс, поставленный лидерами России и ЕС себе в заслугу, – успехи в реализации инициативы «Партнерство для модернизации». Успехов, по мнению Хермана Ван Ромпея, Мануэла Баррозу и Дмитрия Медведева, не мало. Это и решение задачи вступления России в ВТО, потребовавшее стольких усилий, и продвижение к введению безвизового режима. Но не только. В подкрепление вывода об успешности ПДМ давалась ссылка на запуск российских ракет с космодрома о. Куру, реализацию отдельных проектов в области энергетического сотрудничества, продвижение по отдельным трекам в рамках секторальных/отраслевых диалогов. Свидетельством успешности ПДМ были названы его востребованность бизнесом, то, что благодаря нему удалось несколько повысить эффективность работы по реализации «дорожных карт» построения совместных пространств и созданных под них механизмов, готовность банковских структур выделить на проекты, вошедшие в рабочий план осуществления инициативы, по 2 миллиарда долларов с каждой стороны. Особенно настойчив был Дмитрий Медведев. «Партнёрство для модернизации стало в последние годы ключом к сотрудничеству между нашими государствами, между Россией и государствами Евросоюза, – разъяснил он журналистам, излагая позицию российской стороны на пресс-конференции. – Достигнутые результаты действительно впечатляют: это названное мною завершение переговоров по ВТО, это запуск с космодрома Куру ракетоносителя «Союз», программы по гармонизации технических регламентов и многое-многое другое. Напомню, что уже подписано 23 декларации на эту тему». Все это, конечно, так. Все это здорово. Однако есть и некоторые «но». Во-первых, ВТО и безвизовый режим уже были включены в общий зачет достижений. Относить их также на счет ПДМ вполне резонно. Но мало что добавляет. Во-вторых, и бизнес, и властные структуры воспринимают ПДМ со здоровой долей скептицизма*9. Об этом напомнил доклад о путях совершенствования ПДМ, специально подготовленный «Инсором» под декабрьский саммит и распространенный им в тот же день 15-го декабря на «круглом столе» промышленников России и ЕС встык с саммитом. В нем, в частности, предлагается учесть все те многочисленные инициативы, с которыми раньше уже выходил бизнес. В их числе – предложения передать ему большую ответственность за подготовку и осуществление рабочего плана. Видимо, промышленники надеются, что на этот раз их голос будет услышан в большей степени. В-третьих, Россия и ЕС по-разному трактуют целевую направленность ПДМ и то, какие его составляющие должны иметь приоритетный характер. Москва напирает на экономическую составляющую, коммерциализацию, инновацию и т.д. Руководство ЕС – на создание условий (демократических, институциональных и всех других), которые могут повести к модернизации. Как следствие, при обсуждении ПДМ Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу всячески расхваливали такие надстроечные проекты, включенные в рабочий план реализации инициативы, как создание Форума гражданского общества России и ЕС, первые совместные шаги по борьбе с коррупцией, оказание содействия апелляционному правосудию и т.д. В-четвертых, ПДМ в принципе не может решить задачи, ради достижения которых оно формально учреждено. Рабочий план составлен без учета весьма ограниченной компетенции ЕС в осуществлении экономической и технологической политики и трансферте технологий. Он представляет собой, скорее, документ пиаровского характера, призванный продемонстрировать, сколько всего полезного есть в отношениях между Россией, ЕС и его государствами-членами, а не руководство к действию. Он напичкан всем, чем угодно: приоритетов в нем настолько много, что они фактически отсутствуют. Имеется и ряд других критических замечаний, которые могут быть адресованы ПДМ. Они подробно разбираются в отечественной и зарубежной специальной литературе. В своей совокупности они подталкивают к однозначному выводу о том, что ПДМ реально заработает только при соблюдении длинного перечня условий. Главное из них – ПДМ необходимо переформатировать, причем коренным образом. Но для участников саммита Россия-ЕС было важно доказать прямо противоположное. Дескать, ПДМ уже работает. Мощно. Эффективно. Оно вполне успешно. Перспективно. Уже приносит плоды. Ведь они его придумали. Они его запустили. Они хотели бы получить от него политические дивиденды. Перспективно? Несомненно. Очень и очень. Без него, возможно, России и ЕС вообще не выжить, если они хотят оставаться влиятельными, конкурентоспособными мировыми игроками. Но только в корне пересмотренного – другого ПДМ. Еще одной областью, которую лидеры России и ЕС хотели бы преподнести друг другу и общественному мнению в качестве идущей в общий зачет свершений, является энергетика. «Среди несомненных успехов текущего года, – акцентировал Дмитрий Медведев, выступая перед журналистами, – наше энергетическое сотрудничество, в частности пуск первой очереди Северо-Европейского газопровода. Уверен, он укрепит европейскую энергобезопасность». Резонов несколько. Энергетика занимает доминирующее место в экономическом сотрудничестве между Россией, ЕС и его государствами-членами. На энергоресурсы приходится львиная доля взаимного товарооборота. Диалог по энергетической проблематике наиболее интенсивный. Ведется давно и по широкому фронту проблем. Кроме того, за последнее время удалось сделать немало. Достижения очень весомы. Закончено строительство «Северного потока», пущена первая ветка из двух. Если потребуется, можно будет проложить и третью. Имеется плотно набитый портфель совместных проектов по энергоэффективности и энергосбережению. Приступил к работе Консультативный совет по газу. Интенсивно трудится Постоянный совет партнерства по энергетике. Европейская Комиссия получила от Совета ЕС мандат на ведение переговоров об объединении сетей в Балтии. Подготовлен совместный доклад о траектории развития всех основных секторов мировой энергетики до 2050 года. Если бы стороны руководствовались общим видением будущего мировой энергетики, это было бы большим подспорьем при принятии затрагивающих друг друга политических решений. Но пока, к сожалению, это не так. Далеко не так. Баланс между сотрудничеством и разногласиями в энергетической сфере далеко не в пользу утверждения партнерских отношений. Причем в какие-то моменты острота противоречий зашкаливает. О том, в чем они проявляются, чуть дальше. Но правила игры заданы. Стороны не вправе обнажать противоречия. Они не могут себе позволить такую роскошь, как прямая конфронтация. Тем более, сейчас. Поэтому пытаются выйти на согласование позиций и взаимные компромиссы через приукрашивание позитива. Это, видимо, единственно разумный вариант действий. Хотелось бы только, чтобы он давал большую отдачу. Наконец, еще один выигрышный реферат – международное сотрудничество. И здесь расхождений более чем достаточно. Но и достойных моментов для того, чтобы оттенить преимущества взаимодействия хватает. В их числе сотрудничество в урегулировании международных конфликтов (например, по БВУ), по проблематике нераспространения (иранское и северокорейское досье), в решении глобальных проблем и т.д. Другой пласт взаимодействия по международной повестке – совместная работа и координация позиций в ООН, G20, других организационных рамках. На декабрьском саммите лидеры России и ЕС намеренно обошли острые углы. Ведь диалог по конфликтам в Закавказье, по Приднестровскому урегулированию и некоторым другим сложным вопросам международной повестки, по которым России и ЕС до полного взаимопонимания очень далеко, ведется в постоянном режиме. Напротив, об имеющемся позитиве постарались упомянуть в максимально выигрышном ключе. Так, лидеры ЕС выразили свое удовлетворение тем, что при их посредничестве Москве удалось снять возражения Тбилиси, препятствовавшего вступлению России в ВТО. Они поблагодарили Москву за позитивное отношение к продолжению Приднестровского урегулирования в формате 5+2. Стороны вновь констатировали близость позиций по иранскому досье. Указали на то, что происходящее в АТР непосредственно затрагивает их интересы. В целом высказались за активизацию сотрудничества и взаимодействия. По ситуации в Сирии от взаимных увещеваний намеренно отказались, прекрасно осознавая еще по предыдущему саммиту их бессмысленность. Руководство ЕС лишь обратилось к Дмитрию Медведеву с общей просьбой поддержать их усилия в Совбезе ООН. Упор на позитив создал на саммите очень приятную, очень доброжелательную обстановку. Он позволил руководству России и ЕС подвести положительный итог сотрудничества за последние несколько лет. Дал основания провозгласить состоявшуюся встречу в верхах саммитом свершений. Помог лидерам России и ЕС выйти к журналистам с высоко поднятой головой. Но…и только. Ни журналистов, ни бизнес, ни общественное мнение высказанные ими оптимистические оценки состояния отношений между Россией и ЕС, не убедили. Во-первых, никто давно уже не верит победным реляциям. Все выработали на них иммунитет и относятся к ним с почти врожденной подозрительностью. Во-вторых, сквозь подбеленный фасад проблемы в отношениях между Россией и ЕС все равно проступают. Причем зло, весомо, убедительно. В-третьих, отпускаемые друг другу комплименты мало что дают для решения накапливающихся проблем. А их надо решать. Не только обсуждать, но и решать. Иного не дано. Нужно договариваться. Обо всем. И о том, как преодолевать текущие разногласия. И об общей стратегии обустройства континента. И о том, как сообща готовиться к будущему. Оставлять разногласия за спиной крайне опасно. О том же, сколь их много и насколько глубокий характер они носят, саммит напомнил со всей определенностью. Попытаемся по ним пройтись. Хотя бы пунктирно.   Разногласия разногласиям рознь Иерархию противоречий между Россией и ЕС крайне сложно выстраивать. Они очень разноплановые. Разноуровневые. На передний план выскакивают то одни, то другие. В зависимости от неловких, алогичных, двусмысленных поступков, совершаемых то одной, то другой стороной. Под влиянием конъюнктурных изменений в глобальной и региональной политике. Из-за ошибочных шагов, объяснить которые друг другу и общественному мнению не всегда удается. Поэтому от выстраивания их по ранжиру придется отказаться. Ограничимся лишь кратким напоминанием о некоторых из них, представляющихся наиболее важными вне связи с их местом в общей иерархии. Ведь значительная часть политических элит ЕС и его государств-членов продолжают делать вид, что Россию и ЕС разделяют, главным образом, различия в восприятии основных ценностей. В Москве подозревают, что это не более чем предлог. Он используется Брюсселем для оправдания селективной экономической политики в отношении России. Осуществляемый им экономический курс носит политически мотивированный характер и проводится в нарушение элементарных требований свободной конкуренции и открытого доступа на финансовые рынки, рынки сбыта товаров и услуг и рынки технологий. ЕС хочет покупать российские ресурсы, но не по справедливым, а по бросовым ценам, как во времена М. С. Горбачева, подминая под себя все рынки готовой продукции, в которых заинтересован российский капитал и российское государство. Широкое распространение получили и более циничные оценки. Как утверждают некоторые эксперты, ЕС шаг за шагом, методично, без стеснения укрепляет свои геополитические позиции во всех регионах мира, в которых заинтересована Россия. Отсюда и все противоречия. Как реальные, так и надуманные. В зависимости от обстоятельств, их микшируют. Если надо, наоборот, без зазрения совести провоцируют их обострение. Причем последнее получается у ЕС намного лучше. Ведь достаточно одному государству-члену или их небольшой группе, даже вопреки мнению и интересам большинства, начать «крестовый поход», как к нему подключаются все остальные. ЕС так устроен. С этим ничего не поделать. До тех пор, пока Россия не сломает этот трафарет, на что у нее элементарно не хватает ни сил, ни умения, те или иные силы внутри ЕС будут играть на разногласиях и противоречиях между Россией и государствами-членами. От этого никуда не деться. Разногласия и противоречия носят объективный характер. Снять их не удается. Да и никто этого по-настоящему не хочет. Приведенные суждения спекулятивны. С ними можно было бы поспорить. Они кажутся достоверными лишь на первый взгляд. В них слишком много передергивания. Объективно Россию и ЕС гораздо больше вещей сближают. Культура, история, геополитика – все подталкивает Россию и ЕС в объятия друг к другу. От игры на противоречиях Москва и Брюссель сильно теряют. Выгода мизерная, а потери колоссальные. Но политическим элитам России и ЕС это надо осознать. Практика пока совершенно иная. Не вдаваясь в анализ причин, как и было обещано, разберем несколько наиболее ярких примеров.   Энергетика К теме сотрудничества в области энергетики Дмитрий Медведев, Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу возвращались неоднократно. Не только потому, что во взаимной торговле она является главной статьей экспортно-импортных операций. Приносит наибольшие средства в бюджет России. Воспринимается Брюсселем как один из главных вопросов обеспечения экономической безопасности. Но и потому, что, как выясняется, в этой области разногласия приобрели достигли наибольшей остроты. Существующие проблемы накапливаются. Приобретают застарелый характер. К ним добавляются новые. За все годы сотрудничества России и ЕС так и не удалось согласовать прочную, стабильную, взаимоприемлемую правовую базу отношений в энергетической области. Из Договора к Энергетической хартии Россия вышла (оставшись в режиме Энергетической хартии). Вместо Договора ничего другого не появилось. Принципы, провозглашенные G20 , юридической силы не имеют. Они могут быть полезны лишь как общие ориентиры при разработке обязывающих документов. Предложения руководства России по формированию новой правовой базы ЕС восприняты не были. Никакие международные акты заполнить образовавшийся вакуум не в состоянии. Ни один из них, будь то правила ВТО или какие-то другие, не регламентирует эту область многосторонних и двусторонних отношений столь же подробно, как ДЭХ. В отсутствие сдерживающих международно-правовых факторов каждая из сторон получает возможность подменять международную регламентацию своим внутренним национальным или наднациональным законодательством. Именно по этому пути и пошел Брюссель. Принятый им «Третий энергетический пакет» решает административными методами несколько сформулированных Брюсселем задач. Он распространяет на поставки и торговлю природным газом стандартные требования свободной конкуренции, намеренно отказываясь от учета их специфики. Пресекает возможность концентрации в руках единого собственника производства (добычи), транспортировки и распределения этого нетипичного товара. Допускает на рынок неограниченное число игроков, вне зависимости от того, полезно это или вредит. Все для того, чтобы на словах обезопасить себя от внешнего давления, монополизма и ценового сговора; на деле – чтобы утвердить рынок потребителя, т.е. обеспечить господство на рынке не производителя, а именно потребителя. Но ведь Россия и российские компании в отношениях с ЕС как раз и выступают в роли поставщика и производителя, а ЕС – в роли потребителя. В результате получается, что новейшее законодательство ЕС легитимирует противопоставление интересов и даже их столкновение, при котором преимуществами пользуется только одна из сторон. Москва против этого активно выступает, пытается объяснить, что действия Брюсселя являются антирыночными. Они наносят удар по всей системе долгосрочных контрактов, на основе которых поставки идут в Западную и Центральную Европу. Лишают производителей стимула к инвестициям. Разрушают сложившийся рынок, что в итоге бьет по интересам Большой Европы в целом. Однако донести свои озабоченности до европейских законодателей, правительств и Европарламента российская сторона не может. Ситуация в лучшую сторону не меняется. Еще одним камнем преткновения являются противоположные подходы Москвы и Брюсселя к решению вопроса транзита. Москва строит свои магистральные трубопроводы. Брюссель лоббирует свои. В прошлом он всячески затягивал выдачу разрешений на прокладку «Северного потока». Естественно, руками государств-членов. Теперь с не меньшими, а, может, даже большими проблемами сталкивается реализация проекта «Южный поток». ЕС добивается, чтобы южным коридором газ шел по Nabucco. Даже несмотря на то, что под Nabucco элементарно нет или недостаточно поставщиков. Эти объективные противоречия с обескураживающей регулярностью прорываются наружу в том или ином конфликте интересов. В том, что касается «Третьего пакета», им стали радикалистские меры отдельных стран по его применению к предприятиям, контролируемым Газпромом, – в Москве даже заговорили о том, что в ЕС по существу приступили к осуществлению частичной национализации иностранной собственности и селективному применению положений пакета (читай, преследованию конкурентов). В том, что касается транзита – безоглядное проталкивание Брюсселем соглашений с прикаспийскими странами и стремление запустить строительство транскаспийской трубопроводной системы. Больше всего Москву возмутило в этой ситуации, что Брюсселем полностью игнорируется международно-правовой статус Каспия как внутреннего моря и его особые правовые режимы. Не меньшее неприятие действий Брюсселя вызвало то, что он открыто приступил к ведению переговоров за спиной Москвы. Естественно, что эти сюжеты не могли не затрагиваться на саммите. Очень важно, что они обсуждались в конструктивном ключе с ориентацией на поиски компромисса. Ведь продолжение прежнего курса, когда интересы одной из сторон намеренно ущемляются, никого устроить не может. Применительно к «Третьему энергетическому пакету», российское руководство вновь напомнило партнерам, что он обладает очень большими гибкостями. Законодательство ЕС предоставляет государствам-членам выбор из различных схем имплементации. Поэтому компромиссы можно поискать на путях гибкого взаимоприемлемого и взаимовыгодного применения различных положений пакета. Так, чтобы ничего не ломать. Так, чтобы оно не применялось вопреки или против интересов одного из ведущих хозяйствующих субъектов на рынке ЕС. Применительно к Каспию, команде Хермана Ван Ромпея и Мануэла Баррозу еще раз разъяснили две и так хорошо известные вещи. Международный режим Каспия означает, что договоренности нельзя искать с ограниченным кругом сторон. Это противоречит правовой и политической логике. Решения должны находиться с участием всех, от кого зависит статус Каспия и порядок его эксплуатации. К тому же свои отношения с прикаспийскими странами ЕС не должен строить в ущерб интересам России. Это даже как-то неловко. Брюссель от этого, с учетом влияния России в регионе, не столько выигрывает, сколько проигрывает. Предложения же Брюсселя по энергетическому разделу нового базового соглашения вообще были Москвой с порога отвергнуты. Российское руководство не нашло в них ничего конструктивного. Ничего приемлемого. Ничего такого, на основе чего можно было бы вести переговоры. Таким образом, картина более чем удручающая. Объективные противоречия очень глубокие. Они порождают столкновения коммерческих, а вслед за ними и политических интересов. На объективные противоречия наслаивается односторонний экономический и политический курс. Столкновения интересов тут и там прорываются конкретными действиями. Вместо того чтобы сглаживать противоречия, микшировать их, находить взаимоприемлемые решения, стороны настаивают на своем. Так далеко не уехать. Результат плачевен. Россия теряет миллиарды и миллиарды евро. ЕС серьезно утяжеляет экономику своих государств-членов. Принуждает их идти на неоправданные расходы. Ослабляет международную конкурентоспособность. Одних только констатаций и изложения позиций сторон недостаточно. Необходимо реально договариваться. И договариваться в интересах друг друга. Компромиссы по правовому режима сотрудничества в области энергетики, применению «Третьего пакета», транзиту вполне могут быть найдены. Если этот верхний слой противоречий будет снят, стороны получат возможность выйти на обсуждение гораздо более перспективного вопроса – как формировать единую энергетику Европы. Создавать общий рынок производства, транспортировки и потребления энергоносителей. Привлекать сюда новые инвестиции. А получаемые доходы вкладывать в «зеленую» экономику. Выработка единой стратегии на этот счет расчистит завалы и на пути других, более масштабных договоренностей о нормальном, по-настоящему партнерском обустройстве Европы. Ведь получается же у хозяйствующих субъектов России и ЕС, у крупных энергетических компаний эффективно работать вместе, когда им не мешает фактор политизации этой сферы двусторонних отношений. Удается России и ЕС выходить на совместное видение того, как европейская и мировая энергетика будет развиваться на период до 2050 года. Дают же ощутимую отдачу проекты в области энергосбережения и энергоэффективности. Понимают ведь в ЕС и государствах-членах, что без российского природного газа не обойтись. ЕС выгодно увеличение его доли в своем энергетическом миксе. Потребители из ЕС будут закупать его все больше и больше. Без него «зеленой» экономики не построить. К следующему шестилетнему периоду своих взаимоотношений в области энергетики Россия и ЕС подходят с большим грузом проблем. Итоги нынешнего саммита еще раз подтверждают: их нужно решать. Обходить их, сглаживать углы, затягивать с поисками компромисса значит оказывать «медвежью» услугу всем народам Европы.   ВТО и НБС Вступление России в ВТО только состоялось. Россия добивалась его очень долго. Но ни российское руководство, ни бизнес так до сих пор и не преодолели сомнений в отношении того, принесет ли оно больше плюсов или минусов. Часть бизнеса настроена весьма скептически. Не дожидаясь последствий, некоторые финансово-промышленные группы уже стали перебрасывать производства в те регионы мира, где рабочая сила дешевле, а рынок более ёмкий, нежели российский. Формула, с которой они выступают (кстати, она прозвучала на «круглом столе» промышленников, приуроченном к саммиту) – «никто никогда раньше не отдавал свой внутренний рынок так бездарно и так задешево». Формула абсолютно безответственная. Спекулятивная. Противоречащая действительности. Но, вместе с тем, хорошо отражающая опасения отечественного бизнеса. Что принесет России ВТО, станет видно только по прошествии какого-то времени. Ведь важен не сам факт членства в ВТО, а то, как его удастся использовать. Насколько к нему приспособится бизнес. С учетом этого многие в России предпочли бы выждать, осмотреться, сделать некоторые предварительные выводы, а только после этого переходить к переговорам с ЕС о ВТО+ или любом другом торгово-экономическом соглашении, дополнительно открывающем российский рынок для иностранной конкуренции. Пусть и взамен на аналогичные возможности на рынке ЕС. Отсюда предложение российской стороны закончить согласование всех остальных разделов нового базового соглашения, подписать его и только потом договариваться о модифицированном торгово-экономическом режиме сотрудничества. Тем более что Россия очень печется о тех преференциях, которыми пользовалась по действующему СПС, и которые не хотела бы потерять. Принимая во внимание все эти соображения, руководство России, ведущие министерства и ведомства даже изменили свое отношение к действующему СПС. Раньше его ругали. Выпячивали его недостатки. Критиковали за то, что оно не обеспечивает равноправные условия партнерства и сотрудничества, ущемляя интересы российского государства и бизнеса. Теперь об этих «мелочах» в какой-то степени забыли. О них больше не упоминается. В ходу несколько иной концептуальный подход. Его суть: «Нам нужен такой новый договор с ЕС, который бы сильно отличался от действующего СПС в лучшую сторону, который бы обеспечил качественно новый уровень отношений. Если этого сейчас не получается, то и спешить с новым базовым договором не нужно, СПС хорошо справляется со своей миссией». За новым концептуальным подходом скрываются не только опасения по поводу того, что реально даст России членство в ВТО. За ним стоит также настороженность относительно желательности и перспективности для России и российского бизнеса установления совместной с ЕС зоны свободной торговли. Зачем такая зона нужна ЕС и его государствам-членам, лежит на поверхности. Она позволит западноевропейским ТНК действовать на российском рынке в гораздо более благоприятных условиях. Ведь компаниям из стран ЕС есть, что продвигать на ёмкий российский рынок, далекий от насыщения. Это широкая гамма товаров глубокой переработки, наукоемкая продукция, машины и механизмы. Они и сейчас весомо присутствуют в экспорте из ЕС в Россию. Не менее конкурентоспособны на российском рынке и сельхозпродукты, продукты питания, ширпотреб, производимые в ЕС. Структура же российского экспорта в ЕС примитивна. Львиную долю экспорта составляют природные ресурсы. Они и так не облагаются пошлинами. Прорваться на рынок ЕС с наукоемкими товарами российскому бизнесу вряд ли удастся. Поэтому российская сторона особого энтузиазма по поводу зоны свободной торговли не испытывает. Если бы испытывала, ничто не мешало бы приступить к соответствующим переговорам многие годы назад. В действующем СПС такая возможность прямо оговорена. Позиция ЕС прямо противоположная. По мнению Брюсселя, вступление России в ВТО снимает все препятствия на пути заключения соглашения о зоне свободной торговли (ЗСТ). К нему нужно стремиться. ЗСТ, безусловно, выгодна европейскому бизнесу. Мандат на ведение соответствующих переговоров Европейской Комиссией уже давно получен. Сколько-нибудь серьезных аргументов против ЗСТ российская сторона больше приводить не сможет. Это раньше, на этапе обсуждения условий вступления в ВТО, российские переговорщики могли настаивать, что, дескать, предоставление ЕС дополнительных прав или возможностей будет означать автоматическое их распространение на всех членов ВТО. Сейчас это уже не так. А правила ГАТТ/ВТО никаких ограничений на участие стран-членов в ЗСТ не накладывает. Однако различия в позициях Москвы и Брюсселя касаются не только ЗСТ. Стороны сейчас совершенно по-разному подходят вообще к вопросу о формате нового базового соглашения. Брюсселю он видится как всеобъемлющий, регламентирующий все важнейшие вопросы торгово-экономического сотрудничества и взаимодействия между ЕС и Россией. Москва же выступает за сравнительно компактный договор, который бы получил дальнейшее развитие в детальной регламентации, прописанной в будущих секторальных соглашениях с ЕС. Если разобраться, подход ЕС несколько более последовательный. Действующее Соглашение о партнерстве и сотрудничестве имеет всеобъемлющий характер. Чтобы идти дальше, чем СПС, чтобы давать сторонам больше – бизнесу, обществу, людям – новый базовый договор тоже должен быть всеобъемлющим. Об общих параметрах НБС стороны договорились в самом начале переговоров*10. На том, чтобы придерживаться имеющихся договоренностей, Брюссель и настаивает. Кроме того, он четко знает, какой запрос получил от европейского бизнеса, в чем его интересы заключаются, и продвигает их на переговорах с Москвой. Запрос российской стороны расплывчат. Утверждение о том, что согласование взаимных более льготных режимов торговли и экономической деятельности на территории друг друга ухудшит условия вступления России в ВТО, не могло и не должно было выступать стержнем российской позиции. Ведь любые взаимные уступки сторон по будущему НБС носили бы отлагательный и обусловленный характер. К тому же ничто не мешало российским переговорщикам настаивать на том, чтобы НБС концентрировалось на снижении административных барьеров, поддержке создания общеевропейских производственных цепочек, облегчении осуществления крупных производственных и технологических проектов, деполитизации процедур принятия экономических решений и всего другого, в чем заинтересованы российский бизнес и общество. Как бы то ни было, к концу 2011 года на переговорах по НБС сложилась следующая ситуация. Было выделено четыре самостоятельных переговорных трека. Обсуждение велось в рабочих группах по сотрудничеству в области политического диалога и внешней безопасности (1), свободе, безопасности и правосудию (2), экономическим вопросам (3), научным исследованиям, образованию и культуре (4). Итоги каждого раунда подводило Пленарное заседание. После Ханты-Мансийска состоялось 12 раундов переговоров. Однако работа над разделами, касающимися общих режимов экономического сотрудничества и инвестиций (т.н. горизонтальные нормы), по сути оказалась заблокированной. Переговорщики со стороны ЕС придавали и придают им первостепенное значение. С учетом этого в декабре 2010 года переговоры вообще по всем разделам НБС были приостановлены. Имелось в виду, что они будут возобновлены после решения вопроса о вступлении России в ВТО или, иначе, нахождения развязок по «режимному» блоку вопросов. Таким образом, к саммиту ситуация на переговорах по НБС, по сравнению со сложившейся год назад, ни в чем не изменилась. России и ЕС удалось существенно продвинуться с согласованием проектов статей, относящихся ко всем трекам переговоров, за исключением экономического. По экономическому были рассмотрены проекты 13 субстантивных статей – космос, с/х, корпоративное законодательство, статистика, промышленная политика, туризм, макроэкономика, аудит и бухучет, лесное хозяйство, здравоохранение, социальная политика и занятость, защита потребителей, информационное общество. Проекты статей по космосу, статистике, макроэкономике, защите потребителей, здравоохранению были согласованы. По туризму, информационному обществу, промышленной политике, лесному хозяйству, занятости и социальной политике – практически согласованы. Однако проекты горизонтальных статей остались «висеть». Соответственно и обсуждение российских предложений по сотрудничеству в области транспорта, энергетики и финансовой политики пришлось отложить. Перед саммитом стояла дилемма: либо еще какое-то время подождать с возобновлением переговоров, несмотря на то, что вступление России в ВТО становилось свершившимся фактом, либо вернуться за стол переговоров, либо поискать промежуточное решение. Руководство России и ЕС остановилось именно на нем. По итогам встречи в верхах совместная неформальная экспертная группа получила поручение сторон провести обмен мнениями на основе предложений ЕС по проектам статей, касающихся режима движения товаров, услуг и капиталов и связанным вопросам. Она должна подготовить рекомендации, которые позволили бы Москве и Брюсселю внести коррективы в утвержденные ранее директивы на ведение переговоров, если это будет сочтено целесообразным. Найденная развязка носит процедурный характер. Однако ее значение не стоит недооценивать. Она вновь открывает окно возможностей. Позволяет сторонам проявить максимальную гибкость. Что-то поменять. Что-то переосмыслить. Заново оценить перспективы не только сотрудничества и партнерства, но и совместного регулирования общих пространств, в данном случае экономического. Хорошо бы, если бы Москва и Брюссель этими возможностями в максимальной степени воспользовались. Тогда, может быть, им удалось бы выйти на формулирование норм прямого действия, которые бы блокировали тягу национального законодателя и исполнительной власти к принятию односторонних мер, какими бы резонами они не обосновывались.   Очередной раздражитель То, чего хотелось бы избежать благодаря принятию грамотно составленного НБС, иллюстрируют два эпизода из недавней истории отношений между Россией и ЕС, подробно обсуждавшихся на саммите. Вернее, для того чтобы они принадлежали истории, сторонам еще придется поработать. Пока они отравляют двустороннее сотрудничество. Их негативное воздействие какое-то время будет, к сожалению, непосредственно сказываться на общем климате взаимоотношений. Пример первый. Одной из стран ЕС не удалось договориться с Газпромом о цене на природный газ, поступающий из России (читай, о снижении цены на газ). У соседей получилось, а у нее нет. Сразу же вслед за этим последовали силовые действия Европейской Комиссии по организации обысков офисов компаний, действующих на рынке ЕС и подконтрольных Газпрому, и выемки документации. Естественно, что оба события никоим образом между собой не связаны. Европейская Комиссия действовала полностью в рамках имеющихся у нее полномочий по борьбе с нарушениями свободы конкуренции, злоупотреблениями доминирующим положением и т.д. Тем не менее... На встрече в верхах руководство ЕС и члены Европейской Комиссии поспешили разъяснить. Мол, ничего необычного. Никакой дискриминации. И никакого умысла. Соответствующие акции были предприняты ранее и в отношении ряда других энергетических компаний. Газпром был затронут в той же степени, что и другие. В ЕС одинаково относятся, что к России, что к Норвегии и Алжиру. Ни о каком селективном применении права и речи быть не может. Все это так. Хотя, по мнению российских переговорщиков, выглядело не слишком убедительно. Однако в юридическом плане ни Газпром, ни Кремль ничего не могли противопоставить проведенной атаке на их интересы в связи с отсутствием для этого правовых оснований. А вот если бы стороны были связаны обязательствами о совместном расследовании обвинений, выдвигаемых против компаний, базирующихся на территории России и ЕС, об обмене конфиденциальной информацией и о сотрудничестве в обеспечении соблюдения совместного антитрестовского законодательства, обладающего прямым действием (!), ситуация была бы совсем другой*11. Прибегать к политическому давлению и выносить все на высокий политический уровень не всегда срабатывает. Пример второй. В ЕС какое-то время велась дискуссия по поводу того, как возложить расходы на противодействие выбросам парниковых газов и изменению климата на тех, кто загрязняет окружающую среду. В частности предлагалось принудительно включить авиаперевозчиков в режим торговли квотами. Чтобы они покупали права на выбросы. Компенсировать же свои расходы они могли, перекладывая их бремя на плечи пассажиров. На практике получался бы налог. За каждый рейс или как-то иначе. В третьих странах, включая не только Россию, но и Китай, и США, к ведущейся дискуссии отнеслись без должного внимания. Ведь мера административная, считали там. Никого ни к чему не стимулирует. На поведении авиаперевозчиков никак не скажется. Это просто топорно сработанное принуждение, вымогательство, не более того. Потом, есть же общепризнанные механизмы согласования международно-правовых решений. Есть компетентные международные организации. ЕС ни за что не пойдет на введение мер, которые будут иметь, по сути, экстерриториальный эффект. Как выяснилось, все третьи страны, включая и Россию, и Китай, и США просчитались. Они недооценили упертость чиновничества ЕС и безоглядное стремление Брюсселя выступать лидером в продвижении климатического досье. Дескать, да, мы первопроходцы. Мы показываем остальным пример. Все остальные должны следовать за нами. Правда, почему должны следовать и вообще, кому должны, не уточнялось. Но ЕС взял и утвердил директиву, прямым следствием которой становится, по прошествии отлагательного периода, обирание авиаперевозчиков с последующим взиманием своеобразного дополнительного налога с пассажиров в размере двух-трех евро за любой перелет в ЕС и из ЕС и на территории ЕС.*12 Последовала фантастически разъяренная реакция чуть ли не всех мировых игроков. Их возмутило абсолютно все в действиях ЕС. Ведь предложенные ЕС меры обсуждались на международном уровне. Все высказались против. Тем не менее, Брюссель ввел их. В «приличном обществе», посчитали партнеры ЕС, так себя не ведут. На всех же форумах – и в G20, и в ООН и т.д. – договаривались действовать сообща, выступать с согласованных позиций. Подобные шаги отрицают достигнутые договоренности. Кроме того, с какой стати на всех иностранных перевозчиков в небе ЕС накладываются дополнительные поборы? Почему они обязаны платить ЕС то ли оброк, то ли барщину, как это случалось в средневековье за проход через земли феодалов? Наконец, кто давал право ЕС наделять свое внутреннее законодательство экстерриториальным действием и подчинять ему иностранные компании? Вопросы были поставлены настолько остро и в такой жесткой форме, что отдельные страны ЕС и крупнейшие авиаперевозчики из стран ЕС заколебались и тоже стали выступать против поборов. Ранее они вынуждены были смириться с диктатом институтов ЕС. Теперь как бы подняли голову. На саммите все эти неудобные вопросы руководству ЕС вряд ли задавались. Но в мягкой, деликатной, корректной форме требование отыграть назад, наверняка, прозвучало. Не надо быть провидцем для того, чтобы смоделировать вероятные ответы. У Брюсселя они всегда звучат примерно одинаково. Суть – это внутренние меры ЕС. Они распространяются на всех хозяйствующих субъектов. Поэтому никакой дискриминации иностранных авиаперевозчиков. Все в равном положении. Решается благородная задача противодействия изменению климата. Все должны последовать за Евросоюзом и подключиться, таким образом, к достижению этой общей цели. Утверждение об экстерриториальности тоже не обосновано. Меры касаются внутреннего рынка ЕС. Регулировать свой внутренний рынок вправе все. И расхождений с нормами международного права и правилами ИКАО никаких нет. Все в рамках международного права. Отдельные же страны ЕС и ведущие перевозчики стали выражать сомнения только в связи с международной реакцией. До того они «против» не выступали. В любом случае директива уже принята. Где они были раньше? После драки кулаками не машут. Тем не менее, ЕС готов проявить гибкость и поискать какие-то варианты или механизмы компенсации. Посмотрим. И на то, что в итоге придумает ЕС. И как дальше будут вести себя основные мировые игроки. Пока Конгресс США дал указание своим перевозчикам никакие дополнительные сборы с пассажиров не взимать и диктату ЕС не подчиняться. Китай тоже пригрозил. Для России же описанный эпизод очень напоминает дежа-вю. Какое-то время назад Брюссель ввел налог на (выбросы) большегрузных грузовиков. Дальнобойщиков на обыденном языке. Односторонними мерами ЕС были затронуты российские компании. В ответ Россия ввела налог на своей территории на транспортные фирмы ЕС. Брюссель тут же заявил: «не имеете права». Мы обложили налогом всех в одинаковой степени. Вы установили налог только для перевозчиков из ЕС. Это дискриминация. Либо распространите указанные меры на всех – и своих, и чужих – причем из всех стран. Либо отменяйте их. Получается как-то не очень логично. ЕС устанавливает общие стандарты без оглядки на других, определяет условия деятельности на рынке, исходя из своего видения того, какие цели при этом должны преследоваться. Другим же в этом отказывает. Так, России для вступления в ВТО пришлось пойти на отказ от сборов с иностранных авиакомпаний за транссибирские перелеты, на корректировку обещаний, данных иностранным компаниям, приступившим к промсборке автомобилей на территории страны, и т.д. Тем не менее, в связи с принудительным подключением авиаперевозчиков к торговле квотами на выброс, Москва в очередной раз пригрозила ответными мерами. Значит, нужны неполитизированные механизмы разрешения подобных споров, которые бы не зависели от политической конъюнктуры, могли приостанавливать действие односторонних мер вплоть до нахождения урегулирования, применять действующее право, обязательное для обеих сторон, а не изменяемое ими по своему желанию. Действующее СПС не срабатывает. Все это в нормативном и институциональном плане должно быть предусмотрено в НБС.   Международная проблематика Казалось бы, в этой области сотрудничество между Россией и ЕС идет особенно успешно. Подходы Москвы и Брюсселя к неприменению силы, господству права в международных отношениях, обеспечению международной стабильности, объединению усилий для решения глобальных проблем во многом совпадают. Активно ведется политический диалог в территориальном и функциональном срезе. Россия и ЕС хорошо взаимодействуют в международных организациях. Ими созданы особые форматы урегулирования отдельных международных конфликтов, решения общих и региональных проблем: по БВУ, ядерной программе Ирана*13 и т.д. Накоплен опыт взаимодействия при проведении военно-гражданских миротворческих операций. Тем не менее, есть нюансы. В ходу грустная недипломатичная шутка: «Чем дальше регион от общих границ России и ЕС, тем легче им договариваться». Камнем преткновения остается проводимая ЕС политика «Восточного партнерства». Москва воспринимает ее как стремление Брюсселя принудить элиты стран общего соседства сделать выбор между ориентацией на Россию или на ЕС и привязать их к себе. Со своей стороны, Брюссель при каждой удобной возможности обвиняет Кремль в проведении имперской политики и приверженности отжившим концепциям сфер влияния. Столкновение интересов на постсоветском пространстве серьезно осложняет отношения между Россией и ЕС. Последний пример – попытки добиться от Украины участия в ЗСТ+ с ЕС или вхождения в Таможенный и Евразийский союз. Однако эта группа разногласий вновь была оставлена за рамками саммита (за исключением их энергетического измерения). Как и некоторые другие. Россия и ЕС выступают за территориальную целостность Грузии. Но толкуют ее прямо противоположным образом. ЕС как включающую Абхазию и Южную Осетию. Россия, естественно, как исключающую. ЕС настаивает на том, чтобы Россия в полном объеме выполнила план Медведева-Саркози*14. Россия считает, что добросовестно соблюдает его. Фактически разногласия по этой острейшей проблеме, чреватые обострением, отставлены в сторону. Москва и Брюссель договорились о несогласии. Единственный позитив, о котором они могут говорить, – полезность неизменно сбоящего Женевского процесса и то, что им удалось уговорить Тбилиси не препятствовать вступлению России в ВТО. Правда, какой ценой. Москве пришлось прибегать к мегафонной дипломатии. Апеллировать к коллективному Западу. Идти на серьезные уступки. Нет никаких гарантий того, что разногласия по поводу государств, признанных Россией в одностороннем порядке, не будут всплывать в контексте нахождения развязок и по другим вопросам. Очагом напряженности в отношениях между Россией и ЕС остаются пробуксовка Приднестровского урегулирования, продолжающийся конституционный кризис в Молдове, массовая выдача гражданам страны румынских паспортов. В Москве уверены, что наилучшие шансы на нормализацию ситуации и достижение урегулирования давал план Дмитрия Николаевича Козака. Сожалеют, что он был торпедирован. Брюссель по этому поводу придерживается несколько иного мнения. И «ставить в угол» одного из своих государств-членов не собирается. Вот и получается, что можно выражать удовлетворение только форматом переговоров по Приднестровскому урегулированию и приветствовать поддержку Россией формулы 5+2. Нагорный Карабах. Москва и Брюссель согласны с тем, что использование силы и угрозы силой недопустимо. Они регулярно приветствуют усилия сопредседателей Минской группы, где Россия играет первую скрипку. Отмечают достигнутый прогресс. Но ни для кого не секрет, что вывести урегулирование из тупика никак не удается. Несмотря на все посреднические усилия и организацию прямых контактов в верхах. А ведь взрывоопасный материал в регионе накапливается. Угроза международной стабильности очень большая. Нормальное экономическое сотрудничество в масштабах Большого Кавказа по этой причине запустить не получается. Косовская проблема также вынесена за рамки диалога между Россией и ЕС на высшем уровне. А ведь обострения в Косовской Митровице случаются с удручающей периодичностью. Причем как из-за действий местных властей, так и миротворческой миссии. Политика оказания политического давления на Сербию и «подкупа» элит имеет свои ограничения. Возможности поиска каких-то иных вариантов обеспечения прав меньшинств намеренно игнорируются. Просто обмениваться информацией по меняющейся ситуации и оценками явно недостаточно. Однако Брюссель исходит из того, что перспектива включения в ЕС позволит отыскать все необходимые развязки. В любом случае Балканы для него уже не внешняя, а внутренняя политика. Поэтому на саммитах руководство ЕС предпочитает весь разговор с Россией сводить к изложению фактологии. По состоянию на сегодня переговоры с Хорватией завершены. Условия приема в ЕС формализованы. Договор о приеме подписан. На его ратификацию потребуется чуть больше года. Если не произойдет чего-то экстраординарного, Хорватия станет 28-м членом ЕС с 1 июля 2013 года. Черногории статус кандидата в члены ЕС предоставлен. Переговоры стартуют в середине года. В отношении Белграда, видимо, в зависимости от развития внутриполитической ситуации, аналогичное решение будет принято институтами ЕС в феврале и официально объявлено в марте. Серьезные опасения у России и ЕС вызывает ситуация на Большом Ближнем Востоке. Вернее даже будет сказать, усиливающаяся дестабилизация Большого Ближнего Востока. И Москва, и Брюссель исходят из того, что Иран не должен получить доступ к ядерному оружию, что эту задачу следует решать мирным путем, и активно работают вместе на данном направлении. Они теснейшим образом сотрудничают по БВУ во всех возможных форматах. Они выступают за демократическое, стабильное, поступательное развитие региона. Не раз высказывали надежду на то, что «арабская весна» послужит достижению этих целей. Приняли ряд совместных заявлений по БВУ и «арабской весне». Но в Москве без иллюзий оценивают происходящее в регионе. Понимают, какие силы реально воспользуются сменой политических режимов в большой группе арабских государств. Предвидят, к каким сдвигам в их внешней и внутренней политике приведет приход во власть происламских и исламистских партий и движений. Что за этим последует. Какое влияние окажет на процесс мирного урегулирования. Категорически возражают против повторения ливийского сценария где-либо еще. Брюссель же ведет себя так, будто бы передовицы в газетах, популистские заявления и увещевания и есть реальная политика*15. Будто бы ведущуюся войну за доступ к богатствам региона никто не замечает. Вот и получается, что желание не обострять политический диалог и здесь оказывает руководству России и ЕС медвежью услугу. Обе стороны лишь делятся своими подходами и озабоченностями, но настоящей сверки часов, за которой могли бы следовать совместные действия и инициативы, а не только заявления, не происходит. Отсюда желание поговорить о Китае, АТР, развитии ситуации в отдаленных регионах планеты. Такое желание более чем оправдано. Происходящее в Китае интересует всех. Китай превращается в важнейший фактор мировой политики и экономики. С учетом этого сопоставление точек зрения Москвы и Брюсселя на ситуацию в АТР в рамках политического диалога на высшем уровне становится настоятельным императивом. Но есть и свои «но». На такие темы надо говорить серьезно и обстоятельно, входя в детали и нюансы, ставя проблемы и предлагая подходы к их решению. За 5 – 10 минут, которые есть на это у лидеров Росси и ЕС в формате официальных переговоров, подобное невозможно. Максимум, что можно сделать, это констатировать, что у ЕС, его стран-членов и их компаний в АТР сосредоточены колоссальные экономические интересы, а политическое влияние стремится к нулю. Для России же дальневосточное измерение международной деятельности и экономического сотрудничества приобретает все большее значение. Оно растет. И стремительными темпами. Уже сейчас товарооборот с Китаем превысил показатели, к которым Россия и Германия подбирались два десятилетия. В среднесрочной перспективе, по прикидкам Москвы, он вырастет до 150 миллиардов, а к 2020 году – до 180 миллиардов долларов. Это около половины нынешнего товарооборота России со всеми 27-ю государствами-членами ЕС, вместе взятыми. Такие прогнозы, само собой, наводят на размышление. А также контекст, в котором они озвучиваются. Особенно если учесть сугубо позитивную характеристику, даваемую Москвой набирающему размах сотрудничеству в рамках БРИКС, и желанию представить Евразийский союз как будущего органического партнера ЕС. Однако лучше всего общую неудовлетворенность от того, как развивается сотрудничество между Россией и ЕС во внешнеполитической сфере, иллюстрируют несколько других фактов. Первый. Диалог по поводу инициативы России заключить Договор о европейской безопасности, с которой в Москве связывали столько надежд, практически сошел на нет. О нем давно уже не слышно ничего нового. Второй. Громковещательное российско-германское предложение, поддержанное министрами иностранных дел России, Польши, Германии и Франции, о создании Россией и странами ЕС совместного совета по международным делам и вопросам безопасности на уровне мининдел так и не вышло из зачаточного состояния. Казалось бы, оно отвечает насущной необходимости. Позволяет выйти на новый уровень взаимодействия. Подготавливает почву для координации действий в масштабах континента. Просто отвечает логике партнерских отношений между Россией и ЕС. Тем не менее, воз и ныне там. Сначала страны ЕС попытались сориентировать будущий совместный орган на поиски развязок только и исключительно по Приднестровскому урегулированию. После того как это не получилось, просто «замотали» предложение. Хотя и не полностью. Оно остается на плаву. Третий. С заключением соглашения о кризисном регулировании тоже не особенно получается. Сначала стороны были полны оптимизма. Затем – так неоднократно бывало уже и раньше – выяснилось, что Брюссель не видит иных возможностей, как только предложить Москве подключаться к проводимым им военным, военно-гражданским и гражданским операциям миротворческого характера, подчиняясь его управленческим схемам (Севильская формула). Москву, естественно, подобный подход не устраивает и не может устраивать. России нужны такие договоренности, которые позволяли бы ей при каких-то обстоятельствах выступать в качестве лидирующей державы, которую бы поддерживали контингенты стран ЕС. В каких-то – действовать в сотрудничестве с ЕС на паритетных или каких-то иных, но равноправных основах. ЕС такие варианты по сути дела даже отказывается рассматривать. Под предлогом все той же Севильской формулы. Но Москва предлагает ее совершенно иное прочтение, нежели то, на котором твердокаменно продолжает настаивать Брюссель. По ее мнению, ничто в Севильской формуле не запрещает ЕС встраиваться в операции, проводимые третьими странами. Вот вам и еще один тупик. Четвертый. Уже несколько лет Брюссель настаивает на том, чтобы переформатировать политический диалог с Россией по правам человека. Мол, он недостаточен. Он мало что дает. Он ведется на политическом уровне, а ему надо придать чисто профессиональный характер. Подключить к нему все профильные министерства и ведомства. Подтянуть общественность. Сделать отраслевым. Сориентировать на получение конечного результата. В Москве же не понимают, что препятствует работе на получение конкретного результата? Что мешает профессионализму? Тем более что в консультациях/диалоге по проблематике пространства свободы, безопасности и законности/правосудия участвуют все российские правоприменительные органы. Более того, они играют в них лидирующую роль. Проблематика же прав человека вовсе не сводится к ее трактовке Брюсселем. Вот что по этому поводу было сказано Дмитрием Медведевым на итоговой пресс-конференции: «Как только что сказали мои коллеги, одной из важных тем нашего сотрудничества, по которой мы всегда обмениваемся мнениями, даём оценки друг другу, иногда достаточно жёсткие, – это соблюдение прав человека. Россия, в свою очередь, обязана тоже такие оценки давать, потому что у нас своих проблем хватает, я имею в виду Российскую Федерацию. Но есть и проблемы в Евросоюзе, есть и проблемы с соблюдением прав русскоязычных граждан в целом ряде стран, а также всем известные факты ксенофобии, экстремизма и неонацизма в ряде государств Европейского Союза. На это тоже нельзя закрывать глаза и с этим нужно бороться».   Вместо заключения Таким образом, окрестить состоявшуюся встречу в верхах «саммитом свершений» или «саммитом результатов», как поспешили это сделать Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу, не получается. Саммитом же подведения итогов – вполне. Попробуем и мы, вслед за лидерами России и ЕС, подвести итог. Только сразу оговоримся, делаем это не для того, чтобы выставить оценку. И так понятно, что при другой ситуации на континенте он мог бы быть на порядок весомее. А для того чтобы нарисовать объективную картинку состояния дел в двусторонних отношениях и посмотреть, что можно было бы делать несколько лучше. Крупнейшим достижением, которое лидеры России и ЕС записали на свой счет, стало вступление России в ВТО. Это действительно прорыв. К этому результату Москва шла бесконечно долго. Но страничка, связанная с борьбой за достойное членство в ВТО, теперь перевернута или почти перевернута. Дальше уравнение со многими неизвестными. России, российскому бизнесу надо будет работать самым активным образом, чтобы противостоять усилению конкуренции на внутреннем рынке и капитализировать преимущества от членства, добиваясь международных дивидендов и захвата внешних рынков. Одновременно мы окажемся под неослабным давлением других членов ВТО и, прежде всего Евросоюза, которые будут осуществлять мониторинг того, как российские власти и бизнес выполняют взятые на себя обязательства. Значит, членство, добытое с таким трудом, – лишь очередное окно возможностей. Им обязательно надо воспользоваться. Это домашнее задание для власти и бизнеса. Его необходимо выполнить. Это надежда на углубление и диверсификацию связей с ЕС, на создание для их развития гораздо более благоприятных условий. Крайне важно, чтобы она оправдалась. Все остальные сюжеты, затрагивавшиеся на саммите, – суть строительные леса, возведенные сторонами вокруг будущего здания партнерства, стратегического партнерства, лучше – союза, если они у России и ЕС получатся. Облегчение визового режима, совместные шаги по его отмене, дорожные карты построения общих пространств, партнерство для модернизации, переговоры по новому базовому соглашению, обустройство совместного пространства свободы, безопасности и законности/правосудия, крупные проекты в области энергетики, переход к новым формам взаимодействия по международным досье – все это плод огромного труда. Но не результат. Не партнерство. Все это пролог к конкретному результату и реальному партнерству. Пролог к большой кропотливой работе по реализации всех тех возможностей, которые в них заложены. Тоже касается и вороха противоречий, о которых речь шла выше. Да, это данность. Такова действительная ситуация. Она никого не устраивает. Не может устраивать. Ее надо менять. Но ничто не мешает Москве и Брюсселю (кроме инерционности подходов и стремления получать одностороннюю выгоду, что невозможно по определению) менять ее к лучшему. Шаг за шагом продвигаться к новому качеству отношений, при котором взаимное доверие и заинтересованность позволяли бы находить развязки и обращать минусы в плюсы. И здесь мы подбираемся к самому главному. Чтобы реализовать огромный, во многом пока еще спящий потенциал партнерства и сотрудничества, России, ЕС и его государствам-членам нужно четко представлять себе стратегическую перспективу их взаимоотношений. Если бы ею были провозглашены выход на создание союза (в той или иной форме), построение Большой Европы или Союза Европы, все бы поменялось. Вот настоящий предмет для встреч в верхах, причем, желательно, гораздо более обстоятельных, нежели сейчас, – достижение договоренностей о совместном стратегическом видении партнерства и его формализация. Причем, лучше всего в доверительной, неформальной обстановке. Будет взаимопонимание по этому главному вопросу – легче пойдет нахождение решений и по всему спектру конкретных задач и текущих проблем. Сами же обсуждения текущих вопросов двусторонних отношений и международной повестки желательно сосредоточить не на изложении позиций сторон – они, в принципе, и так хорошо известны, – а на заслушивании высших должностных лиц по острейшим проблемам, с которыми сталкиваются обе стороны, и предлагаемым ими развязкам. Цель – сразу же выходить на взаимоприемлемые решения и поручения компетентным национальным и наднациональным властным структурам. В какой-то степени это и сейчас делается, но не всегда последовательно. С расчисткой завалов на пути вступления России в ВТО получилось – получится и по всему азимуту других вопросов, представляющих взаимный интерес. Только желательно не через десятилетия. Тем более что, как справедливо отмечали лидеры объединенной Европы, Россия и ЕС находятся на перепутье, весь мир находится на перепутье, международное окружение очень быстро, просто-таки стремительно меняется. Иначе нынешнее поколение до реального партнерства между Россией и ЕС не доживет. «Откровенный, открытый, конструктивный диалог», как охарактеризовал работу на саммите делегаций России и ЕС Мануэл Баррозу, – это очень хорошо, даже замечательно, но это всего лишь первый этап, пролог к подлинному стратегическому взаимодействию. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России   *1 Quentin Peel, Joshua Chaffin. Bloc set for fiscal union, says Markel // Financial Times, December 15, 2011. P. 2. *2 Также как и по «разъяснениям», данным Херманом Ван Ромпеем на пресс-конференции по завершении саммита: «На прошлой неделе саммит ЕС принял очень важное решение как в краткосрочной, так и в среднесрочной перспективе для стабилизации ситуации и строительства новой архитектуры валютно-денежного союза. Мы достигли налогово-бюджетной договорённости, укреплённой координации механизмов урегулирования кризисов и выделения дополнительных ресурсов для Международного валютного фонда. Помимо этого, государства-члены осуществляют важную программу по восстановлению доверия, а Европейский центральный банк принял важные меры, которые должны облегчить давление на банки с точки зрения среднесрочного финансирования. Мы все идём уверенным путём к возвращению доверия к еврозоне. Прошлое у нас сложное, дорога остаётся долгой. Потребуется обязательно прочная политическая воля». Здесь и далее цитируется по официальному сайту Президента России: Пресс-конференция по итогам саммита Россия-Евросоюз, 15 декабря 2011 года, Брюссель. *3 Ian Wishart. Markets impatient as eurozone drafts treaty // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. *4 Дэвид Камерон вынужден был заблокировать предложения о внесении изменений в учредительные договоры ЕС в связи с отказом остальных вывести Великобританию из-под действия будущего законодательства о налоге на финансовые трансакции и о предоставлении финансовых услуг. См. Ian Wishart. A summit of deals and divisions. Cameron blocked plans for treaty change. Merkel' satisfied with inter-governmental deal // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 4. *5 См. John Wyles. From one crisis to another// European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 15. *6 См. Constant Brand. MEPs demand role in drafting fiscal compact // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 9. *7 Свое выступление на рабочей части саммита Дмитрий Медведев практически начал со слов «Накануне вечером мы подробно обсуждали неприятные вещи, в частности вопросы, связанные с последствиями глобального экономического кризиса. Не секрет, что ситуация остаётся очень сложной, ситуация в зоне евро также является озабоченностью всех государств – не только Евросоюза». Здесь и далее цитируется по официальному сайту Президента России: Выступление на саммите Россия – Европейский Союз, 15 декабря 2011 года, Брюссель. *8 См., в частности: John Wyles. Op. cit. и последовавшие за снижением суверенного рейтинга большой группы государств-членов ЕС. *9 Также как и победные реляции об имеющихся достижениях в реализации ПДМ, в которые выливаются совместные отчеты. См., в частности: Доклад о проделанной работе, согласованный координаторами «Партнерства для модернизации» Россия-ЕС, для сведения саммита Россия-ЕС 15 декабря 2011 года/ Progress report agreed by the coordinators of the EU-Russia partnership for modernisation for information to the EU-Russia summit of 15 december 2011. *10 См. Заявление о запуске переговорного процесса, принятое на саммите Россия-ЕС в г. Ханты-Мансийске в июне 2008 года. В июле 2008 года в Брюсселе состоялся первый раунд переговоров. *11 Межведомственных меморандумов о взаимопонимании для этого слишком мало. Хотя это и шаг в нужном направлении. Необходимы адекватное НБС и специальный раздел в нем, устанавливающий достаточно далеко идущие взаимные обязательства. В дальнейшем их можно было бы дополнить специализированным соглашением о сотрудничестве в обеспечении справедливой конкуренции с учетом опыта договорных связей, имеющихся у ЕС с США и Японией. *12 Обязательства по директиве добровольно взяли на себя также несколько третьих стран. В своей совокупности ее действие будет распространяться на территорию 30 государств. *13 В качестве иллюстрации приведем признание Хермана Ван Ромпея из его выступления перед журналистами по итогам саммита: «Ядерная программа Ирана продолжает вызывать озабоченность, и наше тесное сотрудничество основано на общих позициях с Россией, что имеет по-прежнему чрезвычайную важность для подыскания дипломатического решения проблемы». *14 Его же фраза, брошенная на пресс-конференции, о том, что «обязательства соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года необходимо имплементировать», говорит сама за себя. *15 Чего стоит, например, такой пассаж из выступления председателя Европейского Совета на итоговой пресс-конференции: «А в том, что касается «арабской весны», у нас, международного сообщества, Европейского Союза, России, совместная заинтересованность, чтобы она пошла правильным путём: больше демократии, больше социальной справедливости, больше верховенства закона». №1(62), 2012
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

В конце 2011 года Европейский совет по международным отношениям, печально известный своими тенденциозными исследованиями, разродился очередным докладом. На этот раз – о возможном политическом курсе Европейского Союза и его государств-членов в отношении России. Только не нынешней, условно медведевской, а той,...

В конце 2011 года Европейский совет по международным отношениям, печально известный своими тенденциозными исследованиями, разродился очередным докладом. На этот раз – о возможном политическом курсе Европейского Союза и его государств-членов в отношении России. Только не нынешней, условно медведевской, а той, в которую она может превратиться спустя уже несколько лет*2. Диагноз, поставленный британскими исследователями, малоутешительный. В двух словах, ни России, ни россиянам не позавидуешь. Страна, как это следует из выжимки доклада, представленного авторами, вымирает. Экономика загибается. Современной инфраструктуры как не было, так и нет. Технологическое отставание усиливается. Никакой стратегии обновления правящий класс выработать не смог. Политическая система архаичная. Закостенелая. Загнивающая. Инициативу и конкуренцию душит. В том числе политическую. Коррупцию поощряет. Из всех стран БРИКС, кроме, возможно, ЮАР, да и то не факт, у России позиции самые слабые. Перспективы – соответственно, наиболее мрачные. Да и БРИКСа-то в действительности не существует. Так, недоразумение. В общем, ложись в гроб и помирай. И какие требования к такой России предъявлять, выписано примерно в сходных тонах. Спорить с такими тезисами – дело бессмысленное и проигрышное. Противопоставить им можно только одно – здоровую порцию юмора. На это я и сделал ставку в своем выступлении в МИДе Италии на обсуждении доклада. Насколько успешно – судить вам. Сначала вкратце основные пассажи из выступления. Затем – о последовавшей на них реакции со стороны итальянских дипломатов, принявших участие в дискуссии, и представителей экспертного сообщества. О том, что сближает наши народы У россиян и итальянцев много общего. Очень. Буквально несколько примеров в подтверждение. Все мы любим Италию. Безумно. Всей душой. И климат. И песни. И культуру. И историю. Все мы вышли из великой и величественной Римской империи и являемся в цивилизационном плане ее наследниками. Все мы высоко ценим чувство юмора. И в литературе, и в повседневной жизни. Жить без него не можем. Оно наша палочка-выручалочка. Позволяет легче относиться к жизни. Плевать на несуразицы. Преодолевать недопонимания. Еще нас сближает глубоко сидящее в нас здоровое недоверие к электронным средствам массовой информации, ко всяким докладам и сенсационным публикациям. Знаем, как часто они носят заказной характер. Не раз убеждались, насколько много в них вранья, тенденциозности и всяческих благоглупостей. Исключение составляют, пожалуй, только такие телеканалы, как «Animal Planet». Давайте же его глазами взглянем на БРИКС, Россию, ЕС и наши взаимоотношения. Странные политические существа Все давно привыкли отождествлять Россию с ее гербом. На нем изображен двуглавый орел. Одна его голова смотрит в одну сторону. Другая – в другую. Если слегка напрячь фантазию, одна – на Восток, другая – на Запад. Все годы Россия разрывалась между Востоком и Западом. Всю нашу историю пронизывает борьба между западниками и славянофилами, между либералами и государственниками. Как в прошлом, так и сейчас. Только вот Европейский Союз является гораздо более странным политическим созданием. У него аж 31 голова. С вступлением Хорватии станет 32. Если считать с Еврозоной – 33. Из них 27 (28) – президенты и/или премьер-министры государств-членов. Еще пять – председатели Европейского Совета, Европарламента, Европейской Комиссии, Еврозоны плюс Высокий представитель по иностранным делам и политике безопасности. И несмотря ни на что, ЕС удается принимать эффективные решения и добиваться их исполнения. Хотя и не всегда. Как показывает перманентный кризис суверенных долгов, из которого государствам-членам никак не удается выкарабкаться. Декабрьские договоренности, достигнутые на заседании Европейского Совета в Брюсселе за счет Великобритании, несколько обнадежили. Но не до конца. На этом фоне БРИКС выглядит таким симпатичным дракончиком. Только что вылупившимся. О пяти головах. Наш фольклор богат образами драконов. Согласно самым разным сказочкам и сказаньям, своеобразие добродушного чудовища состоит в том, что каждая голова живет как бы сама по себе. У каждой из них свои взгляды на окружающий мир. Свои предпочтения. Договариваться им между собой крайне сложно. Хотя, порой, получается. А вот когда получается, тогда….. БРИКС – удивительное создание. Вначале оно существовало как фантазия. Это термин такой научный был запущен в оборот. В реальности же никакой структуры не было. Но сейчас она не только есть, но и стремительно развивается. Обрастает переговорными форматами. Начинает оказывать растущее воздействие на мировые процессы. Залогом дальнейшего укрепления БРИКС служит то, что он много дает его участникам. В плане влияния, согласования позиций и подходов, разрешения противоречий, включая очень острые и застарелые, мешавшие им в прошлом. Хоронить БРИКС явно преждевременно. Он только начал себя показывать. Относится ли Россия к разряду хищников Всех животных на нашей планете, образующих международное сообщество, можно подразделить на три группы. Первую образуют те, которые пожирают других. Они всем хорошо известны. Ко второй относятся те, кого пожирают. Одной из последних жертв оказалась Ливия. На очереди – некоторые другие. Наконец, третью группу составляют «травоядные», которые, однако, слишком велики для того, чтобы достаться на завтрак или на обед хищникам. Даже сбившимся в стаю. Россию можно, скорее, отнести к их числу. Крест на России я бы никому ставить не советовал. Да, значительная часть нелицеприятной критики, которая на нее обрушивается, вполне справедлива. И в отношении незавершенности реформ, и дефектности демократического устройства, и низкой эффективности структур управления, и коррупции. Но только часть. Слишком много выпадов носят заказной характер. Их инициаторы пренебрегают объективным анализом невзгод, выпавших на нашу долю, и имеющихся, хотя и скромных, результатов. Россия – огромная страна. Богатейшая. И в географическом плане. И с точки зрения полезных ископаемых. Она обладает колоссальным потенциалом. И природным. И человеческим. И научно-технологическим. Деиндустриализация и люмпенизация страны, к сожалению, стали свершившимся фактом. Вместе с тем, не стоит забывать, что в ряде перспективных областей у России по-прежнему лидирующие позиции. Будь то космос, мирный атом или производство отдельных видов вооружений. Характерно, что многие дорогостоящие компоненты «боингов» производят в России. Здесь же расположены некоторые из его конструкторских бюро. Разрабатываемый в России софт используется крупнейшими банками мира и т.д. К тому же Россия превратилась в крупнейший рынок потребления товаров, производимых странами Европейского Союза. Начиная с продуктов питания и заканчивая самыми дорогостоящими лекарствами. Достаточно сказать, что Россия – крупнейший рынок сбыта для немецких авто-производителей, после самой Германии. Вроде бы, у страны нет внятной официально принятой концепции экономического развития. «Стратегию-2020» таковой можно считать только с большой натяжкой. Вместе с тем, в отдельных областях стратегические ориентиры проглядывают. Возьмем для примера энергетику, с учетом того значения, которое торговля энергоресурсами имеет для отношений между Россией и ЕС. Эра дешевой нефти закончилась. Запасы нефти ограничены. Добыча становится все более дорогостоящей. Нефть вносит слишком большую лепту в изменение климата. Она будет вытесняться. В перспективе – возобновляемыми источниками. В ближайшие годы – на время переходного периода – природным и, в какой-то степени, сланцевым газам. Природный газ постепенно будет становиться ликвидным биржевым товаром. Он будет нужен всем. На него будет переходить большегрузный автотранспорт. Это экологически чистый вид топлива. Если предлагаемый прогноз сбудется, российские производители окажутся в очень выигрышном положении: в России сосредоточена третья часть мировых запасов природного газа. Российские компании намерены сполна воспользоваться ростом спроса. Они диверсифицируют средства доставки. Создают новые транзитные коридоры. Выходят на новые рынки. Прежде всего, в ЮВА. К 2025-2030 годам соответствующие рынки приобретут принципиально иную конфигурацию. Но это только один из элементов стратегии. К числу других относятся энергосбережение и повышение внутренних цен. С 2009 года в стране действует новейшее законодательство, принуждающее крупных потребителей к энергосбережению. Пока оно может быть охарактеризовано как, скорее, спящее – учитываются последствия кризиса. Но уже вскоре оно должно заработать. Многолетней программой повышения внутренних цен, согласованной правительством и крупнейшими производителями, предусматривается поэтапное сближение внутренних цен с мировыми. Цель – ослабить зависимость от внешних рынков, укрепить позиции отечественных фирм, их конкурентоспособность, сделать работу на внутреннем рынке столь же выгодной, что и экспорт. Еще один императив – увеличить глубину переработки и, в целом, техническую вооруженность. Так что, если мир вновь не ввергнется в нисходящую спираль экономического кризиса, и при условии надлежащего управления, у России будут козыри на руках. С точки зрения капиталовложений в диверсификацию экономики. Как равно и с позиций игры на глобальном и региональном рынках. У России, российского двуглавого орла, таким образом, крылья, похоже, достаточно крепкие. Он их еще расправит. Во всяком случае, может. И большие расстояния ему будут нипочем. Способны ли обладатели «пятачка» летать Больше вопросов сейчас к другому удивительному политическому существу из мира животных – к Европейскому Союзу. Затянувшийся кризис суверенных долгов, понижение рейтинга большой группы государств-членов, замедленность принятия необходимых политических и экономических решений вскрыли все слабые стороны реализуемого ими европейского проекта. Все больше и больше экспертов, особенно в ЮВА, высказывают сомнения по поводу того, сможет ли ЕС и в дальнейшем высоко летать. Вошедшая в обиход аббревиатура ПИГС, которая по-русски звучит точно также, как и по-английски, прекрасно иллюстрирует эти сомнения. России выгодно, чтобы Союз мог. ЕС – наш самый надежный партнер. Рынок сбыта и поставщик широкой номенклатуры товаров. Ведущий инвестор в российскую экономику. Но не только. Россия – тоже Европа. Она часть нашей общей культуры. Нашей общей истории. Нам импонирует избранная ЕС модель социально-экономического развития. Ее краха допустить ни в коем случае нельзя. Это будет катастрофой для всей Европы. Не только для ЕС. В данном контексте уместно напомнить, что темпы экономического роста в России, может быть, намного ниже, чем в других странах БРИКС. Тем не менее, они на порядок выше, чем в ЕС. По данным за 2011 год – около 4,6 – 4,8%. В ЕС же дело идет к рецессии. Поэтому уничижительные оценки того, что происходит в России, и заведомо тенденциозные прогнозы вряд ли могут пойти на пользу ЕС и его государствам-членам. И Россия, и ЕС много выиграли бы от налаживания взаправдашнего стратегического партнерства. Во всех областях. Внешней политики. Экономики. Внутренней безопасности. Науки, культуры, образования. Такое партнерство резко усилило бы конкурентоспособность сторон. В многовекторной внешней политике России ЕС занимает очень важное место. Чуть ли не центральное. Без ущерба связям России со странами Евразийского союза, США, Китаем, Индией и т.д. Но чтобы выйти на стратегическое партнерство, необходимо уважительное отношение друг к другу. Учет взаимных интересов. Равноправие. Удастся всего этого добиться, Россию и ЕС будет ожидать гораздо более светлое будущее. Летать тогда получится намного увереннее. Неприхотливая дискуссия Участники дискуссии, последовавшей вслед за презентацией доклада и основными выступлениями, с ходу разделились на три лагеря. Первый составили закоренелые скептики и записные любители алармистских прогнозов. Согласно высказанной ими точки зрения, критическое отношение к России более чем оправданно. Тем более теперь, когда политическая поросль путинского призыва исчерпала себя. Политический и экономический курс, проводившийся большую часть последнего десятилетия, завел страну в тупик. А Россию ожидает еще один срок стагнации, ручного управления, иммобилизма и неопределенности. Правда, объективности ради, следует отметить, что столь же разносный анализ они дали и западному миру, и глобализму в целом. Мол, если ситуацию в России можно описать терминами стагнации, то западный мир просто загибается. А возникновение глобальных рынков, глобальной экономики, глобального общества привело к сугубо отрицательным последствиям. Среди них – безудержный перелив кризисных явлений, падение управляемости мировыми процессами, хаотизация международных связей. Так что проблемы России надо оценивать не в абсолютных, а в относительных величинах. И выстраивать с ней отношения с учетом приведенных оценок. Второй лагерь образовали завзятые оптимисты и идеалисты. Они набросились с нападками не на Россию или БРИКС, а на Европейский Союз. Основные тезисы – европейская интеграция частично исчерпала себя. Она выдохлась. На ее пути возникли непреодолимые препятствия. Во всяком случае, в краткосрочной перспективе. Из-за кризиса суверенных долгов, замедления темпов экономического роста, наметившегося разрушения основ социального мира. Может быть, и из-за многочисленных ошибок при подготовке и осуществлении политических решений. Одна из главных – недооценка потенциала России и БРИКС, пренебрежительное отношение ко всем прочим. Эти ошибочные установки надо менять. Желательно срочно. Однако наиболее представительную группу составили реалисты-прагматики. Вслед за остальными они констатировали углубляющуюся анархизацию современного мира. Указали на качественно новые проблемы, с которыми сталкиваются ЕС и западный мир в целом. Плюс к этому они дали взвешенный анализ динамики развития Российской Федерации. Акцентировали колоссальный невостребованный потенциал, который есть у партнерских отношений между Россией и ЕС. Призвали развивать их на благо обеих сторон. Солидаризировался бы с таким подходом. Действительно, нам надо делать ставку не на то, что разъединяет, а на то, что объединяет. Тогда у нас получится гораздо лучше. И с всеобъемлющей модернизацией. И с решением глобальных проблем. Пусть не сразу. Но начинать когда-нибудь нужно. Предпосылок для этого сейчас больше, чем когда-либо. Их просто нужно уметь видеть. И хотеть этого. Тогда на нашей «Animal Planet» будет как-то почеловечнее. И с кормежкой полегче. И животные поухоженнее. Да и деление на пожираемых и тех, кто пожирает, утратит свою актуальность. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России *1 Статья подготовлена по материалам конференции под странным названием «Постбриковская Росссия. Последствия для Европы и Италии», подготовленной МИДом Италии в сотрудничестве с Институтом исследования международной политики, Европейским советом по международным отношениям и Центром европейских и азиатских стратегий: “A Post – BRICS Russia. Implications for Europe and Italy”, Rome, Ministry of Foreign Affairs (in cooperation with ISPI, ECFR and EAST), 28 November 2011. *2 European Council on Foreign Relations policy report “Dealing with a Post-BRIC Russia” by Ben Judah, Jana Kobzova and Nicu Popescu. №1(62), 2012
Финансы & банки
no image
Опыт

Беден не тот, кто и в самом деле беден, а тот, кто себя таковым считает. Например, в Италии можно ездить на «Феррари», иметь изящную загородную виллу и при этом выдавать себя налоговым органам за несчастного бедняка, официально зарабатывающего скромные суммы....

Беден не тот, кто и в самом деле беден, а тот, кто себя таковым считает. Например, в Италии можно ездить на «Феррари», иметь изящную загородную виллу и при этом выдавать себя налоговым органам за несчастного бедняка, официально зарабатывающего скромные суммы. Понятно, что налоги платить не любит никто, но чтобы уж так нагло… Вот почему новый премьер-министр Марио Монти предостерег сограждан: такие штучки больше с рук сходить не будут, и для ловкачей настанут тяжелые времена. Стране нужны деньги и чем скорее, тем лучше. А кто опять попытается спрятаться – пусть пеняет на себя. Глава правительства собирается экономить на многом – от образования до строительства дорог. Но прежде всего он собирается получить те деньги, которые годами успешно проплывали мимо казны. «Нация должна снова оказаться в рамках правовой государственности», – сказал М.Монти, выступая в парламенте. Серьезность намерений глава правительства доказал очень наглядно. Около 80 государственных финансистов взяли приступом фешенебельный итальянский лыжный курорт Кортина д'Ампеццо. Нет, разумеется, не трещали выстрелы и не грохотали разрывы гранат. Все было куда прозаичнее: люди в костюмах и галстуках заходили в элитные бутики и роскошные рестораны, искали на улицах лимузины, стоившие их обладателям минимум 100 тысяч евро. А затем быстро выясняли: а с какого же дохода сей уважаемый гражданин заплатил в минувшем году налоги? Поверьте, результаты рейда заставили оторопеть даже мытарей, многое повидавших на своем чиновничьем веку. А что вы хотите, когда 42 из 251 владельца «Феррари», «Порше» или «Бентли», не моргнув глазом, сообщили: в год они зарабатывают всего-то 30 тысяч евро. Практически голодранцы, что с них взять. Еще 50 машин были зарегистрированы на фирмы, которые в 2009 и в 2010 годах показали одни убытки или имели пустяшные доходы. Владельцы ресторанов и магазинов быстро сообразили что к чему и вместо копеечных цен спешно стали показывать в счетах настоящие – «всего только» на 300% выше. А в бутиках правильно выставленные счета выросли аж на 400%. Вот такая налоговая арифметика. Эта операция стала первой ласточкой в кампании масштабной охоты за теми, кого итальянские СМИ иронично называют «бедняками в роскошных лимузинах», и за создателями «фантазийных» счетов. Марио Монти всерьез взял курс на то, чтобы заставить богатых итальянцев уважать налоговое законодательство. Помочь ему в этом, по уверениям немецкой прессы, должно использование некоей компьютерной суперпрограммы «Серпико» – помните одноименный фильм Сиднея Люмета с Аль Пачино в главной роли, где повествуется о судьбе полицейского, боровшегося с коррупцией? Так вот с помощью этого хитроумного изобретения будут сравнивать банковские счета и налоговые декларации, а также – проверять выплаты в казну, поступившие от владельцев роскошных яхт, необозримых квартир и неукротимых автомобилей. Но пока надувательство налогового ведомства в Италии многие за большой грех не считают. А кое-кто так и вовсе видит в этом жульничестве чуть ли не невинную забаву и образец для подражания. И всех попавшихся на этом преступлении – да-да, в Италии это тоже преступление, а не шалость – находит «глупцами», не сумевшими правильно обтяпать дельце. В качестве примера таких умников, сохранявших уверенность в том, что уж их-то никто и ни за что не поймает, итальянская «Коррьере делла сера» привела торговца из Бари, который аккуратно взимал арендную плату за пляжные домики, где проводили время отпускники, но не ставил об этом в известность налоговое ведомство. А еще – хозяина бара из Болоньи, имевшего целое стадо роскошных авто, но не стеснявшегося получать от города дотации как мелкий предприниматель, у которого запрет на курение распугивает всех клиентов. И уж совершенно анекдотически выглядит история семейной пары, живущей неподалеку от Венеции. В их налоговой декларации за 2010 год указан годовой доход в 6 евро. Можно было бы только посочувствовать этим горемыкам, если бы на самом деле они не заработали как минимум 65, причем миллионов. Они выручили их от продажи роскошного дома на море. Но в налоговой декларации указывать полученную сумму не стали. И почему только они так поступили, а? Очень неплохо удается заработать в середине августа, в момент апогея массовых отпусков – «феррагосто» – некоторым обитателям курортных городков. Это и владельцы баров, и хозяева гостиниц, и люди, сдающие в аренду пляжные лежаки и зонтики. Но делиться с налоговым ведомством они тоже не спешат. Власти полагают, что мимо государственной кассы таким манером проплывают миллиарды евро. В годы правления прежнего главы правительства Сильвио Берлускони нарушители налоговых норм особенно не опасались последствий. Но сейчас, похоже, новый премьер взялся за дело всерьез. Уже заштопаны многие прорехи в законодательстве, и теперь расплатиться просят всех тех, кто за многие годы привык невозбранно использовать в своих интересах имеющиеся лазейки. Уже пошли разговоры о том, что в Италии устанавливается «полицейское государство», преследующее «беспорочных граждан», что богатых делают козлами отпущения за общие грехи. Атиллио Бефера, генеральный директор Агентства по сборам, защищает новый подход к нарушителям: «Мы не криминализируем богатых людей. Но нам надо жестче вести борьбу с теми, кто уклоняется от налогов». По оценкам финансовой гвардии, занимающейся пресечением преступлений в экономической сфере, каждый пятый итальянец занижает свои доходы и указывает неверную стоимость принадлежащей ему собственности. А глава правительства надеется, что устранение всех несообразностей и нарушений даст дополнительный доход в 120 миллиардов евро. Что ж, ради этого стоит постараться. Ведь даже имея сумму долга в 1,9 триллиона евро, при таком пополнении казны страна могла бы за несколько лет серьезно поправить свои дела только за счет увеличения налоговых поступлений. Андрей НИЖЕГОРОДЦЕВ №1(62), 2012
no image
Энергетика

Защитники природы в Европе встревожены масштабами, которые приобретает строительство миниатюрных гидроэлектростанций в Румынии. В погоне за дешевой и экологически чистой энергией эти объекты строят на горных речках, что нарушает биологическое равновесие не только этих водоемов, но и более крупных, в...

Защитники природы в Европе встревожены масштабами, которые приобретает строительство миниатюрных гидроэлектростанций в Румынии. В погоне за дешевой и экологически чистой энергией эти объекты строят на горных речках, что нарушает биологическое равновесие не только этих водоемов, но и более крупных, в которые они впадают. В стране уже запланировано более 530 таких станций. Особое беспокойство вызывают работы по сооружению микроГЭС в той части румынской территории, которая входит в европейскую заповедную зону «Природа-2000». В коллективном письме министру окружающей среды Ласло Борбели несколько десятков экологических организаций Европы указывают, что, дав разрешение на реализацию подобных проектов, Бухарест нарушил целый ряд не только национальных, но и европейских законов. Эксплуатация этих объектов – дело весьма прибыльное: наряду с доходом от продажи электроэнергии, каждый владелец может получать за каждую ГЭС мощностью 10 мегаватт в виде «зеленых» бонусов (за то, что объект не загрязняет атмосферу) около одного миллиона евро в год. Поэтому не случайно мода на строительство микростанций быстро распространяется на другие балканские страны – Болгарию, Сербию и Черногорию. №1(62), 2012
no image
Энергетика

Обычный пылесос, правда, промышленного назначения, обречен войти в историю как самый дорогой в мире, и вряд ли какой-нибудь другой электроприбор сможет когда-то побить его рекорд: почти 200 миллионов евро! Именно в такую сумму, точнее, в 1,8 миллиарда шведских крон, оцениваются...

Обычный пылесос, правда, промышленного назначения, обречен войти в историю как самый дорогой в мире, и вряд ли какой-нибудь другой электроприбор сможет когда-то побить его рекорд: почти 200 миллионов евро! Именно в такую сумму, точнее, в 1,8 миллиарда шведских крон, оцениваются потери, нанесенные злополучным пылесосом, который кто-то из техников забыл после рутинной уборки в защитной оболочке одного из реакторов атомной электростанции «Рингхальс» 9 мая 2011 года. В результате замыкания электросети, взрыва и последовавшего пожара реактор пришлось остановить на целых семь месяцев, что вызвало огромные убытки у владельцев АЭС – шведской компании «Ваттенфалл» и германской «Е.Он». Как показал этот случай, обошедшийся, к счастью, без жертв, атомные электростанции Швеции, которые считаются одними из самых надежных и безопасных в мире, тоже не защищены на сто процентов от ошибок человека. Инцидент на блоке мощностью 866 мегаватт вдохновил на новые протесты многочисленных противников использования атомной энергии, причем не только в Швеции, но и в других странах Европы. Шведские сторонники закрытия АЭС напоминают, что еще несколько десятилетий назад на одном из референдумов была четко выражена воля избирателей демонтировать эти станции. В ответ власти скандинавской страны терпеливо разъясняют общественности, что атом – экологически наиболее чистый и безопасный источник энергии, особенно в климате, требующем отопления квартир значительную часть года. Правительство убеждено, что в этих условиях закрытие АЭС сделало бы недоступными тепло и электроэнергию для беднейших слоев населения. №1(62), 2012
no image
Транспорт

Использование многими чиновниками служебных автомобилей за казенный счет возмущает не только российских налогоплательщиков. Эта проблема остро стоит и в некоторых европейских странах, в частности, в Италии. На Апеннинском полуострове их делят на три категории. Первая – персональные представительские лимузины, так...

Использование многими чиновниками служебных автомобилей за казенный счет возмущает не только российских налогоплательщиков. Эта проблема остро стоит и в некоторых европейских странах, в частности, в Италии. На Апеннинском полуострове их делят на три категории. Первая – персональные представительские лимузины, так называемые «синие-синие» – для высокопоставленных государственных и провинциальных «слуг народа». Их автопарк насчитывает около двух тысяч авто. Вторая категория – просто «синие», числом примерно 10 тысяч, используется для чиновников рангом пониже. И, наконец, «серые» автомашины – «для оперативного обслуживания». Таковых в Италии 60 тысяч. Ежегодные расходы на 14 тысяч персональных водителей и другой обслуживающий персонал автопарка – около 21 тысячи человек – достигают 1,2 миллиарда евро, и к ним надо приплюсовать прочие затраты на 650 миллионов, отмечает газета «Коррьере делла сера». В качестве положительного решения проблемы она приводит пример Великобритании, численность населения которой совпадает с итальянской. В этой стране при министерстве транспорта действует специальное агентство, в которое в случае необходимости обращаются чиновники высокого ранга. В 2010 году правительство обслуживали всего 78 служебных автомобилей, а весь автопарк агентства насчитывал 261 лимузин, но в 2011 году он был сокращен до 195. Число водителей и обслуживающего персонала не превышало 239. Неудивительно, что британской казне все это обходится лишь в 7 миллионов фунтов стерлингов. Как говорится, сравните и почувствуйте разницу… №1(62), 2012
no image
Экономика

Пекин облюбовал зеленый остров под торговый хаб В небольшой ирландский городок Атлоун, изнемогавший, как и все прочие, под тяжким бременем плохих новостей о тощих и скудных годах, пришла благая весть. К ним едут китайцы с карманами, набитыми инвестициями на общую...

Пекин облюбовал зеленый остров под торговый хаб В небольшой ирландский городок Атлоун, изнемогавший, как и все прочие, под тяжким бременем плохих новостей о тощих и скудных годах, пришла благая весть. К ним едут китайцы с карманами, набитыми инвестициями на общую сумму не менее 1,4 миллиарда евро. В проекте – гигантский торговый хаб. О чем речь? Предполагается, что этот хаб станет чем-то средним между гипер-супермаркетом и маркетинговой конторой, откуда расторопные негоцианты из Поднебесной намерены рекламировать и сбывать свои экспортные товары широкой номенклатуры по всей Европе. Мотивация у китайцев читается отчетливо: их экспортно-ориентированная экономика сбавляет темп, потому что покупатели, в частности, европейские, по причине предписанного им кризисом аскетизма начинают придерживать наличность, запасаясь на случай черного дня или дней. В ноябре минувшего года министр торговли КНР Чэнь Цзэминь объявил, что в течение 2012 года направит в Европу команду компетентных экспертов, которым поручат придирчиво оценить выгоду капиталовложений в местную инфраструктуру, в автомобильные и железные дороги. И не только. Интерес европейцев не менее очевиден: в условиях кризиса они хотят распродать часть «фамильного серебра», чтобы получить живые деньги. По расчетам Международного валютного фонда, одна только Ирландия может выставить на продажу всякой собственности на пять миллиардов евро. При этом у «зеленого острова» есть исконное преимущество, благодаря которому двадцать лет назад Ирландия и стала «кельтским тигром» – низкий корпоративный налог в размере 12,5%. Эта приманка сработала. Туда ринулись мощные транснациональные и, в частности, американские компании, избравшие эту маленькую и уютную страну на западном отшибе Европы в качестве плацдарма для ведения бизнеса в Старом Свете. В Ирландии расположена региональная штаб-квартира «Интела», которая со своим программным обеспечением и «железом» держит 80% европейского рынка. Здесь бросили якорь и такие гиганты, как «Гугл» и «Фейсбук», не говоря уже о многочисленных компаниях, занятых производством высокотехнологичной продукции, консалтинговых конторах и фирмах, специализирующихся на разного рода услугах. Сегодня, похоже, пришла очередь китайцев впрыснуть накопленные ими свободные капиталы и энергетику своего предпринимательского задора в поскучневшего «кельтского дракона». В качестве жеста доброй воли КНР уже скупила долговые обязательства в Европе на пока еще символичную сумму в 600 миллионов евро. Однако приход китайских инвесторов будет, скорее всего, неторопливым. По статистике 2010 года, в Ирландии сегодня зарегистрирована всего 41 компания из стран Азии, в то время как давно и прочно обосновались более 490 компаний из США и 99 из Германии. Однако сейчас только у Китая есть золотовалютные резервы, достигающие почти двух триллионов долларов, которые ему хотелось бы защитить и от пугающего всех будущего банкротства американского доллара, и от весьма вероятной девальвации евро, и от прочих факторов нестабильности в глобальной экономике. Потому-то к китайцам в Европе – особо трепетное отношение, как к состоятельному клиенту, от которого может зависеть сегодняшнее и завтрашнее благополучие. Тем более они всегда желанные визитеры в Ирландии, где в минувшем году было создано 13 тысяч новых рабочих мест, но при этом семь тысяч было уничтожено кризисом. В итоге безработица держится на уровне 14%, что ложится тяжким бременем на систему соцобеспечения, а значит на бюджет. Если в начале 2011-го питали иллюзии, что год завершится в плюсе, то его финал стал большим огорчением: минус 2% ВВП. Да и общий долг в 63 миллиарда евро никуда не делся – он больно впивается в бок. При таких прискорбных макроэкономических показателях все надежды возлагаются на зарубежных инвесторов. По данным Ирландской ассоциации экспортеров, три четверти всего экспорта страны уже приходится на бизнес, который здесь держат иностранцы. Не мудрено: в прошлом году, только что подсчитали, прослезившись, ежемесячно разорялось по 160 ирландских компаний (рост на 20% в сравнении с 2010 годом). Кстати, выбор городка Атлоун под будущий торговый хаб не случаен. В местном Институте технологий обучаются более 200 китайских студентов. Ректор вуза, профессор Киаран О'Катаин, который активно участвовал в переговорном процессе, убежден, что эта мини-диаспора сыграла свою роль в выборе точки приложения китайских капиталов. Предполагается, что не менее 400 китайских компаний будут использовать хаб для продвижения своих товаров и услуг на европейских рынках. Местные уже окрестили этот будущий квартал «чайнатауном», но незлобиво. Как-никак, вскоре Атлоун будет окормляться в первую очередь от этого кластера чужих капиталов. Правда, нужно учесть, что приток англо-саксонского капитала в свое время был предопределен тем, что в Ирландии наличествовала высококвалифицированная рабочая сила – молодые специалисты с вузовскими дипломами, которым не требовались слишком длительные тренинги, чтобы понять, чего от них хотят инвесторы, говорившие с ними «на присущем им всем» английском языке. Пришельцы с очень дальнего Востока могут, конечно, нанять своих соотечественников из числа студентов Института технологий, но они не заполнят все вакансии. Что до местных, если они рассчитывают получить хорошо оплачиваемую работу на длительный срок в торговом хабе, создаваемом китайцами, то им придется срочно садиться за учебники и зубрить «мандарин»… Кое-кто уже осознал новое требование рынка занятости. К ним относится руководство ирландской компании «Караиг Донн», квартирующей в Вестпорте, которая занята пошивом эксклюзивной, но доступной по ценам одежды. Мыслящий на перспективу глава фирмы Пэт Хьюз, в отличие от многих других местных предпринимателей, не сокращает, а наращивает штат: в минувшем году он нанял еще 60 человек. Теперь у него 350 работников, что закрепляет его фирму в разряде среднего бизнеса. «Я рассматривают Индию и особенно Китай как рынки, куда мы должны досягнуть, потому что там быстро растущий и уже внушительный по размерам средний класс. Мы хотим, чтобы они узнали о нашей продукции», – объясняет ход рассуждений Пэт Хьюз, который уже открыл свое представительство в китайском Гуанчжоу. Мыслит мистер Хьюз здраво. Чем больше спрос на его продукцию у азиатской публики, тем больше потребность в новых закройщиках и модистках. По свидетельству американской газеты «Крисчен сайенс монитор», в этом заключается и одна из стратегий правительства в Дублине: чем больше инвестиций принесут в страну «денежные мешки» из-за рубежа, тем мощнее будет экспортный потенциал и тем больше будет создано рабочих мест. В выигрыше окажутся обе стороны, что и есть первооснова успешного бизнеса. Владимир МИХЕЕВ №1(62), 2012
no image
Экономика

Правоцентристское правительство Португалии приступило к выполнению широкой программы приватизации в попытке сократить гигантский для этой небольшой страны государственный долг. На продажу выставлены весьма привлекательные предприятия, которые вызвали интерес у бизнесменов не только из Германии, Великобритании и некоторых других европейских стран,...

Правоцентристское правительство Португалии приступило к выполнению широкой программы приватизации в попытке сократить гигантский для этой небольшой страны государственный долг. На продажу выставлены весьма привлекательные предприятия, которые вызвали интерес у бизнесменов не только из Германии, Великобритании и некоторых других европейских стран, но также из Бразилии, Китая и даже Анголы – бывшей португальской колонии, исключительно богатой природными ресурсами. Программа приватизации навязана новым португальским властям Европейским Союзом и Международным валютным фондом, которые предоставили Лиссабону спасительную финансовую помощь в размере 78 миллиардов евро. На продажу выставлены акции таких государственных компаний, как «Энержиаш де Португал», «Реди Электрика Насионал», нефтеперерабатывающая «Галп», национальная авиакомпании ТАП, Португальская почта и ряд других. Потенциальные покупатели не скрывают, что хотят воспользоваться моментом: акции местных предприятий сильно подешевели из-за тяжелого экономического кризиса, переживаемого страной. Очевидна и политическая составляющая этого стремления: бразильские, китайские и ангольские компании намерены использовать Португалию как плацдарм для дальнейшей деятельности на огромном рынке Европейского Союза. В свою очередь, европейские корпорации заинтересованы не только в португальском рынке, но и в более легком проникновении через него в бывшие африканские колонии Лиссабона. Что касается Бразилии, то ее государственные компании, кроме того, явно оказывают бывшей метрополии финансовую и политическую поддержку. Как заявила недавно президент латиноамериканского гиганта Дилма Русеф, «в наших интересах помочь Португалии как можно скорее преодолеть кризис». Бразильский национальный банк развития всячески поощряет заинтересованные компании, устремляющиеся за океан. Похоже, в их руки скоро перейдет даже Португальская радиотелевизионная корпорация, имеющая огромную аудиторию в португалоязычных странах Африки. А главная цель китайского капитала в Португалии – энергетический концерн «Энержиаш де Португал». Он считается одним из мировых лидеров в использовании возобновляемых источников энергии. Филиалы этой компании успешно действуют за рубежом, причем, не только в Бразилии, но и в США. Купив ее акции, китайцы получат новейшие технологии в этой области и проникнут на ее рынки, легко преодолев протекционистские барьеры. Распродажа столь ценных активов вызывает зависть и недовольство у многих португальских предпринимателей, не способных конкурировать с иностранцами из-за нехватки капитала. Они критикуют правительство за «неудачный момент приватизации», когда местные компании упали в цене. Игорь ЧЕРНЫШОВ Кстати Нынешний финансово-экономический кризис в Португалии – самый острый и затяжной за последние 30 лет, считают европейские экономисты. В 2012 году объем экономики этой страны может сократиться почти на 5%, а безработица превысит 13% активного населения, признает министерство финансов. Предприниматели и руководители профсоюзов скептически относятся к обещаниям правительства восстановить рост уже в 2013 году. №1(62), 2012
no image
Экономика

Мощным утесом в море бушующего кризиса выглядит сегодня Великое Герцогство Люксембургское. Эта крошечная страна с полумиллионным населением, граничащая с Германией, Бельгией и Францией, по-прежнему может похвастать самым высоким в мире уровнем валового внутреннего продукта на душу населения – в 2010...

Мощным утесом в море бушующего кризиса выглядит сегодня Великое Герцогство Люксембургское. Эта крошечная страна с полумиллионным населением, граничащая с Германией, Бельгией и Францией, по-прежнему может похвастать самым высоким в мире уровнем валового внутреннего продукта на душу населения – в 2010 году этот показатель превышал 108,8 тысячи долларов в год. Последствия кризиса здесь почти неощутимы, если не считать, что правительство увеличило подоходный налог, и то для наиболее богатых граждан, всего на 1%. Сегодня герцогство, словно мощный магнит, притягивает своими высокооплачиваемыми рабочими местами жителей соседних стран Европейского Союза, которых, впрочем, и до кризиса было немало: они ежедневно пересекают границу на автомашинах, а то и на велосипедах. На чем же зиждется благополучие карликового государства? В прежние времена в Люксембурге действовала мощная металлургическая промышленность, он был индустриально развитой страной. Но сегодня – это страна банкиров и крупных торговцев. В герцогстве действует один из самых больших в мире фондовых рынков, здесь совершаются миллиардные инвестиционные операции, а строгость банковской тайны вполне сравнима со швейцарской. Однако у столь блестящей медали есть и обратная сторона. По уровню внешнего долга на душу населения Люксембург занимает первое место в мире: около 3,3 миллиона евро! Поэтому некоторые экономисты считают маленькую страну весьма уязвимой с финансовой точки зрения. Впрочем, это мало заботит подданных герцога. Они вполне довольны своим благосостоянием, но загадкой остается лишь то, что большинство люксембуржцев считают себя одними из самых несчастных жителей Земли. Во всяком случае, об этом свидетельствует недавний международный опрос «Счастливая Планета». №1(62), 2012
no image
Валюта

Очередная волна пересмотра рейтингов стран зоны евро была ожидаема в середине января. Досталось сразу 9 странам: эксперты из американского агентства «Стандарт энд Пурс» опустили на одну ступень показатель пяти стран (Австрия, Мальта, Словакия, Словения и Франция), а четверым (Испания, Италия,...

Очередная волна пересмотра рейтингов стран зоны евро была ожидаема в середине января. Досталось сразу 9 странам: эксперты из американского агентства «Стандарт энд Пурс» опустили на одну ступень показатель пяти стран (Австрия, Мальта, Словакия, Словения и Франция), а четверым (Испания, Италия, Кипр, Португалия) – сразу на две. При этом из четырех стран, сохранивших максимально возможный рейтинг (Германия, Люксембург, Нидерланды и Финляндия), только Германия пока не рискует пересмотром своего статуса. Агентство объяснило свои действия недостаточностью, по его мнению, тех мер, которые принимают инстанции ЕС и национальные правительства для нормализации положения в еврозоне с целью преодоления «системной напряженности в Европе» и ее финансах. Примечательно, что «Стандарт энд Пурс» обращает внимание, что одни меры бюджетной экономии проблемы не решат, а способны обернуться «саморазрушительными явлениями для роста». Тем не менее, финансовые рынки обращают внимание сначала на бюджетную экономию, а не на меры по обеспечению экономического роста стран. Рейтинговые показатели имеют прикладное значение для финансовых органов соответствующих стран, а не только для инвесторов, отталкивающихся от классификации ведущих рейтинговых агентств. Чем выше рейтинг, тем меньший процент должны выплачивать кредиторам страны, занимающие деньги на рынках для финансирования своих расходов. Следовательно, потеря второй по масштабам экономикой еврозоны – Францией высшего балла ААА означает утяжеление ее долгового бремени за счет более высокой стоимости обслуживания ее долга. Еще недавно, до начала греческого долгового кризиса, все 17 стран зоны евро имели одинаковый высший кредитный рейтинг. Теперь эти государства, пользующиеся одной валютой, оказались разделенными на четыре группы. В первую по-прежнему входят четыре страны, имеющие высший балл. Они имеют наиболее выгодные условия для заимствования. Во второй оказались надежные страны, но уже не предлагающие максимальные гарантии. Это – Австрия и Франция (АА+), Бельгия (АА) и Эстония (АА-). В третьей – страны, испытывающие некоторые трудности: Словения (А+), Испания и Словакия (А), Мальта (А-), Ирландия и Италия (ВВВ+). Наконец, в четвертой группе - те, кто находится в плохом положении – Кипр (ВВ+), Португалия (ВВ) и Греция (С). Последней вообще пообещали скорый дефолт по суверенным долгам. Очередной пересмотр рейтингов стран еврозоны вызвал недовольство правительств, и Европейская Комиссия назвала «нелепым» решение «Стандарт энд Пурс». Они давно точат зуб на рейтинговые агентства, решения которых имеют столь прямые последствия для национальных финансов. Эти последствия имеют тенденцию к механическому раздуванию, и их масштабы могут терять разумное соответствие масштабу реальных проблем. Ну не может долг маленькой Греции оказаться больше долга огромной Аргентины периода, когда этот южноамериканский гигант находился в преддефолтном состоянии! Отсюда – раздающиеся в Европе призывы не обращать внимание на эти агентства, создать свои собственные агентства и так далее. Председатель Европейского центрального банка (ЕЦБ) Марио Драги призвал коллег «научиться сосуществовать с рейтинговыми агентствами». Вместе с тем, выступая в Страсбурге в Комиссии по экономике и финансам Европейского Парламента, он признал, что «кризисная ситуация, в которой мы находимся, ухудшилась». Глава ЕЦБ отметил «жизненную важность» того, чтобы «своевременно и в полном объеме» выполнялись решения лидеров стран ЕС по стабилизации положения еврозоны. Андрей СЕМИРЕНКО №1(62), 2012
Открываем старый свет
no image
Калейдоскоп

Незадолго до нового года на северное побережье Норвегии, неподалеку от Нордрейсы на берег выбросились многие тысячи селедок. Общий вес незваных гостей эксперты оценивают в 20 тонн. Ничего подобного в этих краях никто никогда не видывал… Никаких определенных объяснений не могут...

Незадолго до нового года на северное побережье Норвегии, неподалеку от Нордрейсы на берег выбросились многие тысячи селедок. Общий вес незваных гостей эксперты оценивают в 20 тонн. Ничего подобного в этих краях никто никогда не видывал… Никаких определенных объяснений не могут дать даже ученые, только высказывают предположения. Например, Оле Кристиан Берг из Тронхеймского университета полагает, что этот косяк могли преследовать другие рыбы или морские млекопитающие. Но ведь могли – не значит преследовали… Еще одно предположение заключается в том, что рыб обмануло неожиданное изменение солености морской воды. К счастью, с приливом значительной части незваных гостей удалось вернуться в родную стихию. Но, увы, далеко не всем. А местных жителей предположения экспертов волнуют так же как героя классического анекдота - число ног у паука («мне бы ваши заботы, господин учитель»): над всеми близлежащими домами сейчас стоит поистине инфернальная вонь, а пляж испорчен всерьез и надолго.   Вот это называется девичья память! Молодой человек из баварской Франконии оказался в довольно незавидном положении – благодаря своей подруге, точнее её забывчивости. После совместного посещения концерта барышня, как она утверждает – по ошибке, заперла его в автомобиле, стоявшем на парковке у придорожной харчевни. Да не просто заперла, а, якобы, и напрочь о нем забыла, преспокойно отправившись ночевать в отель. А бедолага прочно застрял в авто, которое он никакими силами не мог открыть изнутри. Просидев в нем всю ночь, ранним утром он дозрел до того, чтобы прибегнуть к помощи полиции. По счастью, девушка оставила в машине бланк бронирования отеля, и спустя два часа полицейским удалось найти её, разбудить и поведать о печальной судьбе спутника. Полиции была изложена версия о том, что в разгар встречи с прекрасным молодой человек почувствовал себя неважно и отправился в машину – соснуть. А девушка на всякий пожарный дистанционно заперла машину и… забыла об этом. Впрочем, человек, более тесно знакомый с женским коварством, вправе предположить: барышня небезосновательно решила, что поврозь им явно удастся лучше выспаться. А то и пришла в негодование от эстетической неразвитости своего спутника. Впрочем, настолько же обоснованным будет и предположение знатока мужских нравов: молодой человек до концерта или во время оного самым банальным образом надрался и был отправлен в машину для вытрезвления. Где и был оставлен, поскольку барышня справедливо рассудила, что той ночью толку от него все равно не будет. В пользу второй версии говорит то, что, вызывая полицию, «пленник» не мог назвать ни номера машины, ни своего точного местоположения, и полиции пришлось его долго разыскивать. Дополнительную пикантность ситуации придает то, что он не знал даже номера сотового телефона своей спутницы, утверждая, что они связываются только через фейсбук. А вы говорите - высокие технологии!   Так выглядит настоящий профессионализм Двадцативосьмилетняя дама из британского графства Кент только что вернулась с работы: она трудилась акушеркой в одной из близлежащих больниц. Да и сама она была на сносях: до предполагаемого срока родов оставалось около трех недель. Дома её и застигли схватки. Нимало не потеряв присутствие духа, она улеглась в ванну, велев мужу привести врачей и подать ей с полки зеркальце. Одного взгляда оказалось достаточно для того, чтобы понять: ребенок уже почти вышел. С этого момента, рассказывает молодая мама, «я просто включила автопилот, и все прошло очень быстро». И в самом деле, когда муж прибежал домой, думая сообщить жене, что подмога близка, она не только уже прибралась в ванной, но и успела заварить чайку. Для тех, кто понимает: у неё эти роды были первыми. А новорожденная дочка чувствует себя прекрасно. Как и мама. Дай им бог здоровья!   Нравится, не нравится, а имя придется поменять! Итальянская юстиция вынесла окончательный и не подлежащий обжалованию приговор: родители пятилетней девочки, родившейся в Париже и опрометчиво названой Андреа, должны поменять ей имя. Помилуйте, но почему? А потому, что в Италии Андреа – имя мужское, и девочке его носить не пристало. И никакие ссылки на то, что, к примеру, в Германии с этим именем успешно живут десятки тысяч представительниц прекрасного пола, не принимаются: национальным традициям это не соответствует, и точка. И теперь родители должны обращаться к властям Мантуи с просьбой выдать им новое свидетельство о рождении, уже на имя Андрее. Надо надеяться, что у них хватит здравого смысла, чтобы звать дочь по-прежнему. А уж что у неё в документах записано, до этого никому из нормальных людей дела нет.   Щедрая находка Сорокашестилетний житель Кёльна нашел на парковке рядом с дешевым продовольственным магазином сумку, в которой лежало 12 миллиардов марок. Да-да, вам не показалось, именно такая сумма там и находилась. Одна беда: разбогатеть с их помощью не удалось бы никому, поскольку речь идет о марках времен Веймарской республики, не стоивших даже бумаги, на которой они были напечатаны. Как и положено здравомыслящему человеку, обладатель неожиданной находки отправился в полицию, чтоб её сдать. А в дежурке столкнулся с её хозяином, явившимся, чтобы заявить о пропаже. Разумеется, ни для кого, кроме коллекционеров, потрепанные и давно вышедшие из обращения банкноты интереса не представляли. Но все же 12 миллиардов – это вам не жук чихнул! А честный кёльнец отказался даже от причитающейся ему по закону доли находки. Зато теперь можно всем рассказывать, что однажды бестрепетно подарил 4 миллиарда марок. Дескать, знай наших!   Танненбаум, о танненбаум… Праздничную ёлочку можно украшать по-разному. Кому то по душе пестрый стиль, кому-то однотонный, кто-то стремится не оставить пустующей ни единой веточки, кто-то настаивает на изящном минимализме. Но вот жителю Лангельсхайма, одного из маленьких городков под Госларом (Нижняя Саксония), удалось сказать новое слово в ёлочном дизайне. Это двадцатипятилетний шутник спер из шкафа у своей бывшей подруги самое роскошное белье и развесил его по елке, стоявшей на одной из оживленных улиц города. Да так высоко, что бедная девушка самостоятельно снять его не смогла. Пришлось обращаться в полицию. Командование вошло в положение страдалицы и выделило ей в помощь двух сотрудниц с телескопическими шестами, с помощью которых выставленную на всеобщее обозрение бельевую собственность удалось-таки снять. К немалому восторгу прохожих: дело-то происходило в рождественский вечер! Вот такая святочная история… Тем более, что подавать на похитителя заявление девушка все же отказалась.   Зубы, лапы и хвосты Дано: германская полиция пересылает бельгийским коллегам ордер на арест некоего Рольфа Д., обвиняющегося в сокрытии налогов. Бельгийские стражи порядка дисциплинированно отправляются на принадлежащую злоумышленнику виллу в северо-западном городе Дамме. Требуется узнать: что же они там находят? Самого 51-летнего нарушителя закона? Верно, но не полностью. Теперь включайте фантазию и делайте ваши ставки. Все равно ни за что не догадаетесь. Ладно, уж так и быть скажу: двенадцать крокодилов! Господин Д. начал, как это называется в определенных кругах, лепить горбатого: рептилий ему, якобы, дал на некоторое время знакомый врач-ветеринар, а он-де к ним отношения не имеет. Бельгийские полицейские в эту сказку, разумеется, не поверили, а заподозрили, что арестованный промышляет контрабандой экзотических животных. Крокодилы, оказавшиеся из-за неправильного содержания в жалком состоянии, пока остаются на вилле. До тех пор, пока им не найдется подходящее пристанище.   Оголодал, что ли? В западных районах французской столицы завелся необычный серийный преступник. Объектом его криминальных устремлений стали… булочные лавки. Это человек, которому на вид около 40 лет, действует по типовой методике. Он заходит в лавку, просит продать ему несколько круассанов или булочек с шоколадом, а затем вместо кошелька достает пистолет, наставляет его на продавца и спиной вперед покидает место преступления. Таким образом ему удалось ограбить уже пять булочных. Сумма похищенного пока не вызывает у полиции особенной тревоги: как правило стоимость добычи варьируется от 8 до 20 евро. К тому же искушенные профессионалы подозревают, что вооружен он, скорее всего, муляжом, а не настоящим пистолетом.   Тоже мне, фотолюбитель В пфальцском городе Шифферштадте отыскался неожиданный фотолюбитель, по основной профессии – врач-гинеколог. Причем своему хобби он предавался с такой страстью, что сделал аж 35 тысяч снимков без малого трех тысяч человек. Ну и что в этом необычного, спросите вы? В общем-то – ничего, если не считать того, что именно он избрал объектом фотографирования. На всех этих снимках были исключительно женщины, в чем не было бы тоже ничего предосудительного, если бы не одно «но». Все эти дамы были запечатлены в том виде, в котором, ну как бы это сказать, они вынужденно оказываются в момент визита к гинекологу. То бишь, непосредственно на кресле… Вы поняли, да? Разумеется, все эти снимки врач делал без всякого согласия своих «моделей», что само по себе является нарушением закона. А уж что до ситуации, в которой их застиг объектив, то тут и говорить нечего. Уже 700 возмущенных пациенток подали на него суд. И это только начало.   И ты, Роза? Эта история любви и ревности, достойная пера великого английского драматурга Шекспира, вызвала широкий резонанс в Италии. После 77 лет счастливой совместной жизни развелись почти 100-летний Антонио К. и его 96-летняя супруга Роза Т. У «сладкой парочки» было пятеро детей и немало внуков. Причиной семейной трагедии послужили несколько неотправленных писем Розы любовнику, которые случайно обнаружил ревнивый муж в старом комоде среди пожелтевших бумаг. Роза призналась в измене, но просила супруга простить ее за давностью греха, ведь послания датированы еще 1940-ми годами. Однако рассвирепевший Антонио был непреклонен: сначала он покинул домашний очаг, а потом подал заявление о разводе в один из судов Рима. И служители Фемиды, несмотря на возраст супругов и завидный стаж их семейной жизни, расторгли брак.   Кайф – только для своих Начало нового года ознаменовалось в Амстердаме значительным сокращением притока туристов из-за рубежа. Причина – вступление в силу закона, запрещающего иностранцам посещать заведения, в которых можно употреблять легкие наркотики. С 1 января 2012 года в 220 особых кафе действует правило, по которому доступ к марихуане могут получить только граждане Нидерландов. В результате, по мнению работников туристической индустрии страны, число зарубежных гостей сократится в Амстердаме почти на четверть. №1(62), 2012
no image
ТРАДИЦИИ

Какая горчица в Германии самая известная? Настолько, насколько скажем, известна дижонская горчица во Франции. Так вот, между Одером и Рейном горчица номер один – дюссельдорфская, это вам почти любой скажет. Между прочим, Федеральное патентное ведомство не так давно её признало...

Какая горчица в Германии самая известная? Настолько, насколько скажем, известна дижонская горчица во Франции. Так вот, между Одером и Рейном горчица номер один – дюссельдорфская, это вам почти любой скажет. Между прочим, Федеральное патентное ведомство не так давно её признало (даром, что находится в Мюнхене, где все же предпочитают свою горчицу, баварскую). Но вот добиться признания на европейском уровне, чтобы «дюссельдорфер мостерт» была признана региональным продуктом, подлежащим защите в общеевропейском масштабе, пока еще предстоит. И тогда всех тех, кто не использует «особенную дюссельдорфскую воду, богатую минеральными солями, и нефильтрованный спиртовой уксус», можно будет спокойно объявить профанаторами, а их продукцию – подделкой, пусть даже она и носит гордое имя дюссельдорфской горчицы. Между прочим, именно из-за уксуса вспыхнула настоящая война с могучим концерном «Нестле», который владеет горчичной фабрикой, расположенной неподалеку от столицы Северного Рейна – Вестфалии – в Нойсе. Его юристы требовали конкретизации того, чем это особенным должен отличаться этот спиртовой уксус? В итоге сошлись на том, что достаточно ему быть произведенным в Дюссельдорфе – с использованием той самой воды. Вообще, надо заметить, что в Германии горчица хотя и уступает по объему производства кетчупу, причем почти вдвое, остается одной из популярнейших приправ. Сто тысяч тонн – внушает уважение. К тому же за горчицей сохраняется слава целебного снадобья, а видели ли вы когда-нибудь человека, которого от простуды спас кетчуп? Ну, то-то же. К тому же, для лакомств, приготовленных на гриле, будь то колбаски, мясо, да мало ли что еще, по мнению медиков, самой здоровой приправой остается именно горчица. И не слушайте тех, кто своими рассуждениями о том, что еда с гриля – это нездорово, просто портит вам настроение. Здесь надо обращать внимание на несколько простых правил. Для начала положить себе за правило не усердствовать по части жира. Вкусно? А вы что, не знаете, что именно то, что вкусно, то и нездорово? Так что ешьте и треплите себе нервы. Но уж если заботитесь о здоровье, то выбирайте мясо попостнее. Конечно, то, что вы собираетесь печь, должно быть самым свежим. Тогда все колдовство с маринадами и майонезами будет ни к чему. А уж если купили что-то, что вам намариновали «добрые люди», то не жалуйтесь: никто кроме вас о вашем здоровье заботиться не будет. И не надо никакой поспешности: вы же не на продажу готовите, верно? Пусть температура будет чуть ниже. Потребуется больше времени, но зато ничего второпях не обуглится. А горчица – да-да, дюссельдорфская, а какая же еще? – все равно останется в Германии самой подходящей приправой за столом, где подают такую еду. В том числе и потому, что, по утверждению специалистов по здоровому питанию, нейтрализует канцерогенные вещества, которые могут попадать на продукты вместе с дымом. Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
no image
ТРАДИЦИИ

Из всех европейских праздников Рождество и Новый год – самые хорошие. Теплые. Добрые. Душевные. Наименее официозные. Никуда не надо ехать. Отбывать номер. Где-то выступать. Кого-то выслушивать. Есть возможность просто посидеть дома. В кругу семьи. Повозиться с детьми. Поболтать с родителями....

Из всех европейских праздников Рождество и Новый год – самые хорошие. Теплые. Добрые. Душевные. Наименее официозные. Никуда не надо ехать. Отбывать номер. Где-то выступать. Кого-то выслушивать. Есть возможность просто посидеть дома. В кругу семьи. Повозиться с детьми. Поболтать с родителями. Посвятить себя домашним хлопотам. И в кои-то веки никуда не спешить. Не бросать с опаской укромные взгляды на постоянно куда-то бегущие стрелки часов. Светлый – так его привыкли звать с детства за бесповоротно сделанный им выбор в пользу доброжелательного отношения к людям – пребывал на вершине блаженства. Он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Чуть загодя, за день до Нового года, он вывез семейство на дачу, сделал необходимые покупки, забил загородный дом продуктами и теперь мог позволить себе расслабиться. В его исполнении это означало предаться любимому ритуалу. Приставив женщин к приготовлению божественного оливье, как он любил, и других вкуснющих и разнообразных закусок, Светлый занялся камином. Не торопясь, тщательно прочистил его после длительного перерыва. Аккуратно сложил добротно просушенные березовые чурки. Дал разгореться специально припасенной спичке-гиганту и поджег бересту. А когда камин разгорелся, удовлетворенно уселся у него в привычно поскрипывающее соломенное кресло-качалку. Он знал: никто беспокоить его не будет. Эти волшебные часы родные дарят ему как самый ценный, самый дорогой рождественский подарок. Чтобы он перевел дух в преддверии буйного новогоднего застолья. Посидел в одиночестве, чего ему подчас так не доставало. Перебрал в памяти пережитое. Помечтал о будущем. Но тут, в нарушение всех табу, к нему на колени вскарабкался сынишка и по-хозяйски на них устроился. Ему можно было все. Светлый с женой его безумно любили. Еще за многие месяцы до его появления на свет. И разрешали ему делать, что заблагорассудится. Поэтому сынишка был на сто процентов уверен, что отцу он не помешает. – Па, – требовательно спросил он, – скажи честно: а Дед Мороз с Санта Клаусом действительно существуют? Или это выдумки, Голливуд, Фабрика грез и все такое прочее? Если бы вопрос задал кто другой, Светлый бы бездумно ответил, что да, конечно, как может быть иначе, или привычно отшутился: – Мол, повесь свой толстый вязаный носок у окна, и, если утром найдешь в нем подарки, значит, они не сказка. Однако простые ответы – не всегда самые честные и убедительные. К тому же отмахиваться от сынишки Светлый никогда себе не позволял. Поэтому он отнесся к его наивной любознательности со всей серьезностью. Быстро прикинул, что сделать, чтобы разделить уготованное ему удовольствие на двоих, и, как только они расположились в кресле поудобнее, предложил: – Давай поступим таким образом. Я расскажу тебе несколько эпизодов из моей жизни, а ты мне потом сам скажешь, существуют ли Дед Мороз с Санта Клаусом или нет. Согласен? Тогда слушай… Светлому шел тогда шестнадцатый. Он заканчивал десятилетку. До выпускных экзаменов и поступления на истфак Университета было рукой подать. И он вкалывал по-черному. От всех посиделок и развлечений он давно уже отказался. А теперь и спать почти перестал. Для него существовали только книги, диспуты, лекции, подготовительные курсы – все, что помогало подойти к испытаниям во всеоружии. Заставить его умерить пыл и хотя бы в бассейн походить для поддержания хорошей спортивной формы, было некому. Родители уехали на заработок и только по телефону и с оказией передавали ему подбадривающие напутствия. Престарелой же бабушке, изредка навещавшей его, было не до того. Да и Светлый бы в любом случае проигнорировал ее увещевания. Слишком уж он привык полагаться только на себя. Вот и доигрался. В какой момент он подхватил ту тяжелейшую пневмонию, Светлый даже не помнил. Она обрушилась на него как стена недостроенного дома. Утром он никак не мог проснуться. Все плыло перед глазами. Сил не было даже на то, чтобы пошевельнуться, не то, что вылезти из постели. Лицо, грудь, руки, ноги – все пылало. Голову сжимал стальной обруч. И чем дальше, тем сильнее. Дело было плохо. Совсем плохо. Даже такой самонадеянный разгильдяй, как он, это сообразил. И пополз к телефону. Тяжело. Медленно. Как будто вскарабкивался на кручу. Телефон районной поликлиники никак не находился. Потом не набирался. Ему пришлось плюнуть и позвонить в «скорую». Но когда соединили, ни звука из спекшихся губ ему выдавить не удалось. Все, конец, подумал было он, но угасающее сознание подсказало, что соседи могут быть дома. Он дополз до двери. Собрав всю силу воли, поднялся. Распахнул дверь и… Перед ним стоял врач в белом халате с традиционным саквояжем в левой руке. Не теряя времени на напрасные расспросы, он подхватил Светлого на руки и отнес на диван. Прощупал пульс. Простучал, где нужно. Поднял веки. На секунду задумался, и всадил больному лошадиную дозу какого-то снадобья. Или маленькую ампулу. Кто знает. Однако через пару минут Светлому стало легче. Намного легче. А через десяток он уже был в состоянии взять из рук эскулапа коробочку таблеток, которые за день поставили его на ноги и затем помогли победно преодолеть все испытания того лета. Провожая спасителя, непонятно, как и откуда взявшегося, он успел только заглянуть ему в глаза. Их мерцающая бездна и неподражаемый блеск запомнились ему навсегда. В следующий раз Светлый увидел эти бездонные глаза пять с половиной лет спустя. Теперь он заканчивал Университет. Оставалось совсем чуть-чуть. Выпускные и дипломная были уже позади, и всех ребят с курса забрили на военные сборы. На три недели. И сидел бы себе Светлый тихонько там, заправлял фирменно постели, бегал со всеми на марши и не высовывался. Так ведь нет. Не в его характере было прозябать и «дембеля» дожидаться. Приспичило ему со товарищи стенгазету выпустить. А от слов к делу у него всегда переход был короткий. «Обои» в момент сделали. Классные. И умные, и задиристые – обхохочешься. С фотками смешными – своими и начальства армейского. С коллажами и подписями ерническими. И с заметками сочными – в центральной прессе, зажатой и зашоренной, не прочитаешь. Ан вешать негде. В расположении одни только палатки брезентовые. Занятия же на свежем воздухе проводятся. Выбора нет. Отправился он вместе с друзьями-вояками на промысел. Где-то отыскали забор дощатый, бесхозный, явно никому не нужный, и принялись его разбирать. Тут-то их и застукали. На захват университетской шпаны из соседней части до зубов вооруженный отряд старослужащих бросили. С такими не забалуешь – враз утихомирят. Так что повязали их, как несмышленышей, и на допрос к своим боссам доставили. Мол, за совершенные преступления отвечать придется. По всей строгости закона, помноженного на суровые армейские нравы. Тамошнее начальство уже лапки потирает, прикидывая, что за торговлю университетской «плотвой» наварить получится. Неудавшийся главред, само собой, самому шустрому и смышленому дознавателю достался. Тот видит – перед ним «светлый». С такими проще всего. Он ему только сказал, что, если на себя все возьмет и во всем признается, его другарей всех в момент отпустят, как Светлый тут же и раскололся и бумаги всякие подписывать стал. А бумаги с хитрецой гадостной. Такие никогда подписывать нельзя. Они не просто гауптвахтой. Они чем-то посерьезнее пахли. И закрутило бы, завертело его на пустом месте по неопытности, если бы не… Только тучи подлые, свинцовые над ним нависать стали, как дверь распахнулась, и в кабинет ввалился «квадрат» в полковничьих погонах. Ни слова не говоря, подошел к дознавателю, сграбастал бумажки, лежавшие на столе, и без колебаний разорвал их в мелкие клочки. Дознаватель даже не вякнул. Потом «квадрат» посмотрел на Светлого долгим ласковым взглядом, покачал головой, не спеша так, раздумчиво, и сказал: – Инцидент исчерпан. Все. Вы свободны. Приносим Вам свои извинения. Не обессудьте. Этот мудрый бездонный мерцающий взгляд и огромные черные зрачки, в которых ничего не отражалось, Светлый как будто вобрал, впитал в себя. И они вызвали в его голове колоссальные тектонические сдвиги. Пелена спала у Светлого с глаз. Он вдруг увидел мир таким, какой он есть на самом деле, а не таким, каким он ему казался многие годы. С той поры для Светлого началась новая жизнь. Совсем иная. С другими приоритетами. Другой шкалой ценностей. – И в твоем появлении на свет, сын, незнакомец сыграл не последнюю роль. Ничего? Не устал? Хочешь знать, какую? Тогда продолжаю. Светлый смутно чувствовал, что с его личной жизнью не все в порядке, однако гнал от себя непрошеные мысли. Они с женой были вместе с незапамятных времен. Привыкли друг к другу. Притерлись. Обросли друзьями. Свили гнездышко. Вырастили детей. Наработали тысячи обыденных ритуалов. А потом стали жить как бы по инерции. Из их совместного существования ушел смысл. Все сделалось неважным. И они начали дрейфовать друг от друга. Ее больше не интересовало, чем он занимается. Чего хочет. К чему стремится. Ему все больше претили ее новые увлечения. То чему она отдавалась с растущим фанатизмом и истеричностью. Это скорбное увядание вполне могло бы продолжаться еще какое-то время, хотя неизбежный конец становился все более ожидаемым. А потом он встретил ее – свою Мечту. Счастье. Своего Ангела-хранителя. Свою Королеву. В его душе как будто все проснулось и потянулось к ней. Он думал только о ней. Грезил ей. Рвался к ней всем естеством. Но менять что-то в своей жизни не спешил. Такой шаг требовал недюжинной решимости. Слишком много нитей связывали его с прошлым. Слишком крепкими они казались. Слишком со многим пришлось бы порывать. Однако его избранницу такая ситуация не устраивала. Она не хотела ждать. Для нее любовь была неделимой. И она предъявила ультиматум. Три дня она ждала, а потом собрала нехитрые пожитки и, поцеловав его на прощание, закрыла за собой дверь. Светлый стоял в проеме и смотрел, как его счастье растворяется в серой мгле мегаполиса. Внутри все стонало и рвалось. Он понимал, что ее нужно удержать. Что за ней надо бежать, сломя голову. Что он потом будет себя корить всю оставшуюся жизнь. Однако все равно продолжал медлить. А она уходила все дальше и дальше. Гордая. Красивая. Непоколебимая. И тут рядом со Светлым возник старец в стандартном темном балахоне, с глубоко надвинутым на голову капюшоном. Он соткался из воздуха, мощный и величественный, и теперь смотрел ему в глаза своим бездонным искрящимся взглядом. Это взгляд проникал Светлому глубоко в душу. Он переворачивал в ней все. Снимал с нее путы. Освобождал от патины. Слой за слоем. Прикосновение за прикосновением. Слов не требовалось. Они были не нужны. И без них Светлый, наконец-то, осмелился понять себя и ее. Поверить в свою, в их судьбу. И не прощаясь и не благодаря провидца, он бросился вслед за ней – своей Единственной. Своей Любимой. Своей Половинкой. – А уже через девять месяцев, как положено, появился ты, сына. Ты же знаешь, как мы тебя любим с мамкой: очень-очень-очень. Мы благодарны судьбе за то, что так сложилось. За то, что ты у нас есть. За то, что мы вместе. И будем вместе всегда. Ты не устал? Готов слушать дальше? Хорошо. Звонок застал Светлого в служебной машине по дороге в аэропорт. В составе делегации он провел на переговорах за кордоном несколько суток. Теперь, когда основное было согласовано, он мог сбежать домой на пару дней раньше. Чем и воспользовался с удовольствием. Слышимость была отличная. Как с соседнего сидения. Но к подобному разговору он оказался не готов. В трубке раздался голос премьера, знакомый по бесконечным, набившим оскомину телевизионным обращениям. – Светлый, я к тебе давно присматриваюсь. Ты мужик сильный, надежный. Вытянешь. Хочу предложить тебе социальный блок в Правительстве. Да, направление завальное. Сладкой жизни не обещаю. Но отступать некуда. Позади ничего нет. Пустота. Соглашайся. Надо. Даю пять минут на размышление. Посоветуйся, если нужно. Перезвоню. Светлый ждал предложения. Добивался его. Предвкушал. Любые дела в экономическом или финансовом блоке ему были по плечу. На худой конец, внешняя политика. Но взваливать на себя социалку было равнозначно самоубийству. Ее запустили донельзя. Разворовали и растоптали все, что было можно. Вернее, нельзя. Ситуация в ней была аховая. Что-то возродить, сломать тенденцию к полному упадку и деградации могли, разве только Прометей с Гераклом. Да и то, на пару. Вытащить ее из трясины без денег, без людей, в постоянной схватке с хозяевами и чиновничеством – да кто бы сдюжил такое. Фантастика. С другой стороны, отказываться – значило ставить крест на очень многих надеждах, которые он лелеял. Упускать шанс, который выпадает раз в тысячу лет. Пренебрегать возможностью сделать в жизни что-то по-настоящему большое и важное. Вопреки всему. Через не могу. Ради себя. Ради людей. Светлый еще пребывал в задумчивости, когда раздался повторный звонок. Вкрадчивый женский голос прошелестел: «Соединяю». А ответа у него еще не было. И, возможно, он бы все испортил, попытавшись проблеять в трубку что-то неопределенное, если бы не… Неожиданно водитель авто, неподвижно и молчаливо сидевший за баранкой все это время, обернулся к нему и посмотрел на него тем самым бездонным искрящимся взглядом, расставлявшим и в предыдущие разы все по своим местам. В его огромных черных зрачках привычно ничего не отражалось. И в то же время читалось все. Ответ Светлого, как и требовалось, был предельно краток: – Согласен. Когда приступать? Хотел бы первые шаги и программу обстоятельно обсудить лично. – Хорошо. Сегодня вечером. Отбой. – Поэтому, сына, мы видимся так редко, и для меня такое счастье исчезнуть хотя бы на несколько дней и провести их с тобой и мамкой. А кто в нашей жизни играет роль Деда Мороза и Санта Клауса или ангела-хранителя – не принципиально. Важно, чтобы они помогали. И появлялись вовремя. Ответ на свой вопрос ты получил. Да? Хорошо. Главное, надеюсь, ты понял… © Н.И. ТНЭЛМ №1(62), 2012
no image
ТРАДИЦИИ

или Сказка про то, как царевич колдуна-искусителя в расход пустил Всем европейским народам пришлось выходить из Средневековья. У кого-то получилось лучше, у кого-то хуже. Кто-то сумел выкарабкаться сам, кому-то пришлось помогать. О ком-то до сих пор рассказывают упоительные истории. А...

или Сказка про то, как царевич колдуна-искусителя в расход пустил Всем европейским народам пришлось выходить из Средневековья. У кого-то получилось лучше, у кого-то хуже. Кто-то сумел выкарабкаться сам, кому-то пришлось помогать. О ком-то до сих пор рассказывают упоительные истории. А кто-то их так и не дождался. Хотя, может быть, заслужил не в меньшей степени. Было у царя, как водится, три сына. Все трое статные, предприимчивые, сообразительные. Вот только, кажется, рассудительностью и темпераментом отличались. Все отцу в наследники годились. Однако у царя были другие планы. Преемник ему никакой не требовался. Мысль даже такая была как кость в горле. Ему самому править не разонравилось. К тому же была на примете принцесса из другого королевства на выданье, очень даже ничего. Царь же был не только себе на уме, но еще и весьма образованный. Шекспира читал, кусочки даже в подлиннике. Монологи из «Короля Лира» знал многие наизусть. И себе самому перед сном в назидание рассказывал. Так что, как подошла пора, вызвал царь к себе всех троих сыновей и объявил свою царскую волю. – Сыновья мои дорогие, сыночки любимые! Вот перед вами карта нашего королевства. Территории огромные. На всех хватит. Но дробить нельзя. К смуте ведет. Центральную власть ослабляет. У недругов из соседних земель надежды поживиться за наш счет возбуждает. Посему перед тем, как кому-то одному, тандему или триумвирату какому-то царство отписать, хочу вас самостоятельностью испытать. Навыки приобретете. К власти попривыкнете. Своей головой думать начнете. А там поглядим. Делю королевство на четыре неравные доли. Себе меньшую оставляю, но со столицей и пригородами. Вам же огромные куски выделяю. Нарекая куски те: Ближней землей, Средней и Дальней. Однако на названия внимания не обращайте. Территории ничем друг от друга не отличаются. Так что вам мудрость государственная в одинаковой степени потребуется. А там народ наш столичный оценит, на кого корону возложить. Ну что, вам все ясно? Вопросов нет? Тогда в путь-дорогу снаряжайтесь. Берите по несколько помощников или слуг – больше вам не понадобится. И отправляйтесь с отцовским благословением. Поблагодарили сыновья царя, с легким сердцем в путь-дорогу снарядились, выбрали себе по паре компаньонов и выступили. Каждый со своей картой и грамотой на правление. Только в чем хитрость отцовская состояла, уразумели сыновья лишь, когда от столицы порядком отъехали. Земли, которые он им отписал по доброте душевной, болотами оказались. Бесконечными. Глухими. Непролазными. И называться их уделы по совести должны бы были, не как он нарек, а Болота дальние, Болота срединные и Болота ближние. Подумали братья было коней да телеги свои развернуть и обратно в столицу податься, да стыдно им стало в своей беспомощности расписываться. Представили они себе, как отец над ними потешается, челядь улюлюкает, и от мысли такой напрочь отказались. Порешили же так: обойдем все земли, нам отписанные, кругом. Карты всамоделошные, настоящие составим, которые без обмана, не для того чтобы людей дурить и купцам заморским сильнее и богаче казаться. Отчетики подготовим, запротоколируем, если вдруг чего особенного, необычного не случится. И встретимся на стыке земель. То бишь болот. Там видно будет. Как сказали – так и сделали. Пропахали они все болота. Все воронье да всех лягушек пересчитали. На картах показали, где гати стелить. И дело сделав, слегка успокоились и душой затвердели. Только сюрприз их в самом конце поджидал. Встретились они в точке сбора, чтобы заново ситуацию оценить и мнениями обменяться, глядь, а навстречу им чародей-кудесник идет. Что чародей-кудесник по всему видно. И взгляд у него надменный и умный. И борода иссиня-черная, подходящая. И одет подобающе. Никаких сомнений, в общем. Да кому еще в такой глухомани взяться. – Уважаю, – молвил, – добрые молодцы. Все вы по уму сделали. Как надо. И как долг велит. Да вот только зачем вам в столицу возвращаться. Никакого резона нет. – А ты что предлагаешь, – в один голос обратились к нему братья, в затылке почесывая. – А вот что предлагаю, – ответствовал чернобородый.- Есть у меня три зернышка волшебных для каждого. Первое бросите – быть на том месте избе королевской. Со всем, что нужно: с палатами, закромами и другим прочим, что положено. Второе бросите – вместо болот пустых и никчемных леса встанут, таежные непролазные. Третье бросите – появится в ваших хоромах королевна. Статная. Величавая. Румяная да пышногрудая. И влюбленная в вас до потери пульса. Будет вас холить и лелеять, и детей вам народит, сколько захотите. И мальчиков, и девочек. С продолжением рода, тем самым, все проблемы будут решены. Вполне законно и демократично. Ну и слуг во дворце будет, сколько понадобится, да в хозяйстве потребуется. – А тебе-то с того какой навар? – заподозрили было братья неладное. Да чародей быстро их опасения развеял. – А тот мне навар, – сказал, – что земли обжитыми сделаются. А мне вы лишь концессии кое-какие да обещания, нотариусом заверенные, за каждое зернышко дадите. Ну как, по рукам? – По рукам, – скрепил договор первый из сыновей. И сразу помчался к себе в дальнее болото зернышки в землю кидать. – По рукам, – подумав чуть подольше, сказал и второй из сыновей. Только дай мне власть над зернышком, болото преобразовывающим такую, чтобы лес такой, как мне хочется и как мне видится, вымахал. И поеду враз в мое Срединное царство. – Принимается, – не моргнув глазом, пообещал кудесник. – Не тревожься, все, как ты хочешь, получится. А ты, какое дополнительное условие выдвинуть хочешь? – обратился он затем к третьему из сыновей. – Подожди, не гони волну, – осадил его тот. – Меня на мякине не проведешь. Я тебя насквозь вижу, чародей лесной – вампир болотный. Попить кровушки моей с братьями захотел. Давай мне свои зернышки, а, как ими распорядиться и когда, я сам решу. Вот мои условия. – Что ж, – сказал дальний родственник Черномора, – и так можно. Единственно, чего взъелся ты, мне невдомек. Я же об общественном благе пекусь. О том чтобы все было демократично, в соответствии с высшим европейским стандартом и для блага народного. Так что подозрения твои мне обидны. – Какие подозрения! Все вижу, что будет, как в волшебном зеркале. Бросит брат в дальних землях зернышко – и станут вокруг леса глухие сибирские из строевой сосны. Только встанут таким плотным воинством, что отсекут его напрочь от всего остального мира. Поэтому когда ты появишься с требованием отдать тебе их в концессию, он тебя как спасителя встретит. Все, что пожелаешь, сделает. И помещения в королевской избе под офисы твоей компании отдаст, поскольку ничего другого, более или менее приличного, в округе нет. И детям своим, то бишь моим племянникам и племянницам, накажет кредиты только в твоем банке брать. Так что повяжешь ты его маленькое королевство по рукам и ногам финансовыми обязательствами и законами передовыми в защиту собственности и инвестиций и положишь себе в карман. А братец тебе по гроб жизни благодарен будет. Как-никак, власть есть. Дворец есть. Не хуже других. Женушка любимая от удовольствия воркует. Дети ухожены. Что еще для счастливой жизни потребно? А что ты кругляк за кордон гонишь, а обратно элитную мебель и бумагу поставляешь и всю маржу себе забираешь, ему невдомек. Со вторым братцем чуть хитрее потребуется. Он с помощью зернышка совсем иные леса насадил. Очень похоже на то, что видел под Калининградом, т.е. Кенигсбергом. Каждое дерево тебе – что произведение искусств. Отдельно стоит во всей красе. А вместе леса – свободнее и тенистее – поискать. Так ты к нему с другой стороны подъехал. Получил монополию на организацию охоты и рыбалки и всего туристического комплекса. Возвел с его согласия повсюду развлекательные центры для туристов. А детям его и детям детей его строго-настрого заказал учиться только к нему ехать: в остальные Европы. Так что и это королевство к себе крепко-накрепко привязал. – Ну, я у тебя прямо монстр пузатый, Кощей Бессмертный, олицетворенье мирового империализма получился. А про то, что магазины жратвой и шмотками разными забиты, что все есть, что все, как у других, самых развитых, ты про это забыл? – Нет, не забыл. Только кровью и свободой своей расплачиваться как-то неохота, – сказал и в обратный путь оглобли повернул. Однако только отъехал так, что его не видно стало, сразу шмыг и к отцу в столицу. – Так вот и так, царь-батюшка, – говорит, – раздобыл для тебя три диковинки. И хоромы у тебя будут, почище, чем в Гонконге, и женушка молодая – закачаешься, и леса на экспорт у соседей по границе насадим. Только, чур, дай мне свое войско, и зернышки в землю кидай только после моего возвращения. Собрал он войско и на колдуна двинул. Разгромил его в пух и прах. В полон взял. И сам на его место сел. А все три королевства после того, действительно, самыми богатыми в Европах стали и самыми свободными. О том, что возможен и такой выход из Средневековья, все старательно забывают. В учебниках об этом даже не упоминается. Понятно почему. А вам понятно? © Н.И. ТНЭЛМ №1(62), 2012
no image
БИЛЕТ В ЕВРОПУ

Здесь раскрывается смысл заповеди Эдит Пиаф – «Любите!» Ни один хитроумный составитель кроссвордов еще не додумался загадать загадку с подвохом: бывшее поместье духовника Людовика XIV, ставшее последним приютом выдающихся писателей, поэтов, художников, ученых, военачальников, танцовщиц, актеров, певцов, наконец, борцов за...

Здесь раскрывается смысл заповеди Эдит Пиаф – «Любите!» Ни один хитроумный составитель кроссвордов еще не додумался загадать загадку с подвохом: бывшее поместье духовника Людовика XIV, ставшее последним приютом выдающихся писателей, поэтов, художников, ученых, военачальников, танцовщиц, актеров, певцов, наконец, борцов за социальную справедливость, – из восьми букв плюс орфографический знак. Правильно, вы из разряда умников и умниц. Да, это кладбище Пер-Лашез, названное по имени патера (французское слово рère) Лашеза. Вернее, это нечто большее. Некрополь. Место паломничества. Средоточие неведомой мне доселе, в чем довелось лично убедиться, трансцендентной энергии. Пойдем по порядку, шаг за шагом. Под занавес краткого делового визита в город на Сене удалось выкроить время, как выражаются заезжие зеваки, для осмотра окрестностей и достопримечательностей. Никогда не относил себя к поклонникам кладбищенского туризма. Но было невозможно проигнорировать представившийся неожиданно шанс посетить место, где не только обитают самые тихие, по определению, соседи, но куда не зарастет народная тропа. Тем более в сопровождении профессионального гида, историка искусств, типичной, судя по выговору, представительницы воссоздаваемой уже не в одном поколении самой многочисленной и самой одаренной волны русской эмиграции – послереволюционной. Два часа, проведенные в незримом, сродни спиритическому, общении с тенями, наполнились открытиями. Здесь сошлись живые и мертвые. Вначале нужно пояснить для несведущих: Пер-Лашез внешне напоминает французский парк с высаженными вдоль широких эспланад деревьями (их более пяти тысяч, с преобладанием платанов, каштанов, ясеня, липы, бука и кленов), аккуратно подстриженными газонами, цветочными клубами, с продуманно расставленными скамеечками. И неудивительно, что в пятничные еще не сгустившиеся сумерки здесь оказалось немало людей, пришедших вовсе не для того, чтобы заглянуть в фамильные склепы. Они пришли сюда для созерцания и для общения. Рискну предположить: ради отдохновения. Вот на скамейке, на верхушке холма, с которого открывается вид на город, излучает доброе расположение духа типичный француз: седовласый крепыш пенсионного возраста, в кроссовках на белые спортивные носки, в красной жилетке и с аккуратно повязанным шейным платком, гармонирующим по цветовому оттенку со светло-серыми брюками и ветровкой. Окутывавшая его аура приглашала к беседе, если бы не астральный блеск глаз, выдававший блуждание его мыслей в иных сферах. По соседству – рыжеватая брюнетка, в джинсах поверх сапожек с пряжками, в черном бушлате, с серебристыми кольцами на левой руке в том месте, где носят обручальные, и с сигаретой в правой. Читает, должно быть, умную книжку. Чуть поодаль – влюбленная пара, отрешенная от всего суетного и несуетного мира, погруженная только в свои чувства, для которой время приостановилось, а пространство утратило всякое значение… Набрел на этих счастливых, часов не наблюдающих, уже после того, как посетил усыпальницу Элоизы и Абеляра. Возвышенная, устремленная к высотам горним, готика. Кружева из камня. Две фигуры, лежащие рядом. Соединенные навеки после смерти. Напомню, это был союз блистательных умов и сильных характеров. Союз, на который обрушились все напасти средневекового мракобесия. Абеляр дрогнул, и чуть было не отступил. Но Элоиза оказалась мужественнее и спасла их любовь, поместив ее в вечность. Не могу не напомнить канву этой хрестоматийной истории. Пьер Абеляр был выдающимся для своего времени богословом, разрушившим силой эвристической мысли догматы и каноны. Чего стоит одно только суждение: «Всякое знание есть благо, даже знание зла; творить зло – грех, но знать его – благо; иначе как Бог может быть свободным от зла?» Чего удивляться, что воинственные церковные ортодоксы на Суассонском соборе в 1121 году объявили мыслителя Абеляра еретиком, иконокластом. Под стать ему была и Элоиза, получившая отменное образование и воспитание в монастыре Святой Марии в Аржантее (она говорила и читала по-латыни, по-гречески и по-древнееврейски). Будучи богобоязненной, как всем было предписано быть в ту эпоху, Элоиза имела смелость не стесняться голоса своей женской природы и вся без остатка отдалась своим чувствам. Жан Виньо. «Каноник Фульбер застает врасплох Абеляра и Элоизу» Ее тайный брак с Пьером, бегство в монастырь, преследование сородичей и осуждение суесловной толпы, разлука с любимым, которого Фульбер, ее дядя и опекун, а заодно каноник парижского собора Нотр-Дам, вместе с сообщниками варварски оскопил, чтобы лишить сана и подвергнуть изгнанию, все последующие бедствия – ничто не заставило ее изменить своей любви. Вчитайтесь в строки ее раннего письма: «Ты мой Бог... ты единственный обладатель как моего тела, так и моей души... если она не с тобой, то ее нет нигде: поистине без тебя моя душа никак существовать не может». Что это, как не луч света в темном царстве ханжества и лицемерия. Этот гимн любви восторжествовал через семь столетий, когда их тела были погребены на Пер-Лашез, а на одном из зданий в ансамбле Нотр-Дам-де-Пари появилась надпись: «Здесь жили Элоиза с Абеляром. Искренние возлюбленные. Драгоценные образцы для подражания. Год 1118». …В центральной части некрополя, на возвышении, легко обнаружить захоронение самого изящного выразителя польской суровой изнеженности и душевной трепетности – Фредерика Шопена. Его богатейшее творческое наследие – вальсы, полонезы, мазурки, ноктюрны, вобравшие в себя мелодику крестьянских напевов и городского романса, неизменно рождают эмоциональный отклик у слушателей подчас полярных вкусов. Они служат тем притягательным магнитом, который собирает вокруг белого мрамора с горбоносым профилем толпы почитателей – постоял с ними рядом, пытаясь разгадать смысл надписи на польском языке по краю постамента с изваянием музы, скорбящей об утрате, венчающей памятник. Попутно размышлял о том, почему Фредерик Шопен и Жорж Санд не повторили судьбу Абеляра и Элоизы. В чем могла быть причина разрыва? Что общего, кроме культа творчества и необузданных фантазий, было у композитора, неисправимого романтика по жизни, и писательницы, «носившей панталоны», но чаще менявшей не наряды, а любовников? Поначалу, надо быть справедливым, Жорж Санд, в девичестве Амандина Аврора Люсиль Дюпен, стала для уже больного Шопена и матерью, и сиделкой, и опекуншей. Одно время она жила не только ради сублимации своего бурливого творческого начала, но и для семьи и своего нового возлюбленного, пытаясь преодолеть все разделявшие их барьеры: психологические – слишком по-разному были скроены у них характеры; политические – они молились разным идеологическим богам; эмоциональные – они мучили друг друга приступами ревности. Потом случилась одна из вариаций драмы «отцы и дети» и «матери и дети». Сперва Фредерик разругался с сыном Авроры – Морисом, а затем принял сторону ее дочери Соланж, когда та ополчилась на свою мать из-за нежелания благословить ее брак со скульптором Клезенже. Аврора, она же Жорж Санд, воспринимавшая себя в роли главы семейства, написала грозное письмо Шопену, запретив ему видеться с ее дочерью и нелюбым зятем. Не менее самолюбивый композитор пошел ей наперекор. Наверное, пылкая натура Жорж Санд не могла долго оставаться в роли садовницы, выхаживающей чахнущее на глазах растение. Недаром она присягнула философии Пьера Леру, ратовавшего за равенство полов в любви и усовершенствование института брака как одного из условий освобождения женщин из-под ига домостроя. Жорж Санд была если не провозвестницей, то предшественницей тургеневской женщины-эмансипе Кукшиной, этой раскрепощенной донельзя дамы, «несколько растрепанной» и «в грязных перчатках». В творческом тандеме, мне видится, она была обречена претендовать на роль первой, а не второй скрипки. Шопен сильно переживал разрыв. Незадолго до своей кончины он поделился тем, что терзало сердце: «А ведь она (Жорж Санд) обещала мне, что я умру только на ее руках». Согласно его желанию и завещанию, тело Шопена похоронили на Пер-Лашез рядом с могилой любимого им композитора Винченце Беллини, а сердце – в варшавском костеле. Со своей недолгой и непостоянной спутницей жизни Шопен, в отличие от Элоизы и Абеляра, после смерти не воссоединился.   …Рассеянный взгляд сделается упругим и прицельным, стоит только краем глаза зацепить надгробную скульптурную композицию над могилой Теодора Жерико. Известность, напомню, художник заслуженно завоевал батальными полотнами из эпохи наполеоновских войн, сочетая в своих сюжетах как стиль парадных ура-патриотических портретов («Офицер конных егерей императорской гвардии, идущий в атаку»), так и суровый реализм этой человеческой гекатомбы («Раненый кирасир, покидающий поле боя»). На фасадной части массивного саркофага отлита в меди самая знаменитая картина «Плот Медузы» (1818-1819), хранящаяся ныне в Лувре. Это было знаковое произведение. Фрегат из-за навигационной ошибки сел брюхом на дно на Аргуинской отмели у северо-западного побережья Африки – капитан и команда первыми покинули судно, бросив людей на произвол стихии. Некоторые попытались добраться до берега на плоту, но его носило 12 дней по бурным водам: дважды случалась резня за право быть у мачты, самом безопасном месте, многие сходили с ума, началось людоедство. Всего трагедия на море унесла жизни более 400 человек, всколыхнув французское общество и превратившись в приговор безразличию властей. Сверху над барельефом, изображающим отчаяние обреченных с фрегата «Медуза», возлежит в свободной позе сам мастер, с кистью и палитрой. Странное решение: гедонистская фигура Жерико плохо вяжется с теми жестокими мерзостями, которые он так реалистично изобразил.   …Как и пророчествовал Ростислав Плятт, он же пастор Шлаг, эта певица пережила свое время. У типового саркофага, не отличимого от нескольких сотен ему подобных, – всегда цветы и поклонники таланта Эдиты Джованны Гассион, более известной под сценическим псевдонимом Эдит Пиаф. В закатном свете на темно-серый гранит упала тень от креста. Вспомнилось: она часто выходила к публике в строгом черном платье, а поверх – простенький нательный крест. Он служил ей талисманом, к которому прибегают, чтобы отвратить беды, коих ей все равно выпало немерено. Судьба Эдит полнилась контрастами и противоречиями. Версии ее рождения разнятся: одни источники утверждают, что она родилась чуть ли не в аристократической семье, но большинство сходятся в том, что она появилась на свет в семье уличных артистов цирка, причем бытует легенда, что это произошло под уличным фонарём на плаще полицейского в Бельвиле. В возрасте трех лет она ослепла от конъюнктивита, и только спустя несколько лет чудо молитвы вернуло ей зрение. Эдит Пиаф много пережила: тиранию бабушки, содержавшей публичный дом, которой была отдана на воспитание; суровость уличных нравов, когда в девятилетнем возрасте пела на площадях, подбирая монетки с брусчатки; одиночество – в 15 лет ушла из дома, разругавшись с отцом, чтобы начать свое восхождение к вершинам славы. Ее жизнь – почти беспримесно печальная повесть, изредка озаряемая всполохами светлых привязанностей. В фильме «Воробышек» («La Môme») французского режиссера Оливера Даана для меня есть одна пронзительно искренняя и исполненная светлым траги-оптимизмом сцена, где Пиаф в исполнении блистательной Марион Котийяр (она получила за эту роль своего, надеюсь, первого «Оскара») дает интервью. На три вопроса подряд, что бы посоветовали, как жить, она дает один и тот же ответ: «Любить». Даже безоговорочное признание таланта, всеобщее очарование ее наполненного сгустком надрывных переживаний голоса не стали иммунитетом перед чередой житейских напастей и жизненных коллизий. Она познала все 33 несчастья: хроникеры скрупулезно подсчитали, что в период с 1951 по 1963 год Эдит Пиаф пережила четыре автокатастрофы, попытку самоубийства, четыре курса дезинтоксикации, лечение сном, три печеночных комы, приступ безумия, два приступа белой горячки, семь операций, два бронхопольмонита и два отека легких… Судьба отмерила ей горестей сверх меры. За что, не знаю. Перефразировав известного пушкиноведа Тынянова, у каждого возраста своя Эдит Пиаф. Если раньше меня больше волновали ее песни типа «Милорд», «Я знаю как», «Жизнь в розовом свете», «Под небом Парижа» и др., то сейчас к ним прибавилась и культовая композиция «Три колокола» (Les trois cloches), слова и музыка которой написаны Жаном Вилларом. После ее исполнения в 1946 году Эдиф Пиаф взошла на французской артистический Олимп: Une cloche sonne, sonne Sa voix, d'écho en écho Dit au monde qui s'étonne: «C'est pour Jean-François Nicot C'est pour accueillir une âme Une fleur qui s'ouvre au jour A peine, à peine une flamme Encore faible qui réclame Protection, tendresse, amour» Но вот что символично: поверх надгробной каменной плиты увидел прикрепленный листок со словами совсем другой песни, ставшей негласным резюме ее творческой карьеры и жизни, а может и эпитафией, выбранной уже сильно сдававшей Эдит Пиаф. Это песня «Нет, я ни о чем не жалею» (Non, Je ne regrette rien) авторства Шарля Дюмона. Она исполняла ее на своем последнем выступлении 18 марта 1963 года, где были мои родители, рассказывавшие годами спустя о своем впечатлении: сколько же страстной и завораживающей энергетики было в этой хрупкой женщине!   …Струйки паломников, иначе не назовешь, просачиваясь между фамильных склепов, устремленных ввысь своей готической перпендикулярной строгостью, и узорчатых решеток барочного стиля, стекались к культовым местам. Публика наипестрейшая: от канонических туристов с фотоаппаратами всех калибров до степенных матрон и легкомысленных тинэйджеров, шагавших так, словно они приплясывали. Не мог не подивиться на худощавого юношу в облегающем черном трико: он был в сабо, взгромоздившись, иначе не скажешь, на танкетки высотою по 10 сантиметров, и словно выстукивал чечетку о крупноформатный булыжник. С ним пути пересеклись дважды: у могилы музыканта ансамбля «Доорс» Джима Моррисона, у которого десять лет спустя после смерти, в 1981 году, поклонники стащили скульптурную голову (как утверждают, не мне судить, он был тонкий лирик). Затем у задрапированного строительным целлофаном монумента Оскару Уайльду, томному и утонченному цинику нетрадиционной ориентации, который с безжалостной выразительностью изобразил духовный и материальный мир английских буржуа. Целлофан означал, что в очередной раз разнузданные единоверцы Уайльда устроили здесь оргию.   Арман, художник и скульптор, надпись «Наконец-то один!» …Наша гидесса, хотя и сверялась с путеводителем, не сочла за труд поинтересоваться у прохожего, как пройти к конечному пункту программы – захоронению отца-основателя спиритизма. Завязалась беседа. Отпустив ей комплимент, «вы, наверное, историк искусств», француз стал чрезвычайно любезен. Он оказался писателем, собиравшим материал о Пер-Лашезе. Узнав, «чьих мы будем», просвещенный интеллигент направил нас в колумбарий, чтобы, поднявшись по лесенке на второй этаж, смогли увидеть крохотную плитку с надписью: Айседора Дункан. Мама моего коллеги, нынешнего заведующего кафедрой международной журналистики МГИМО Никиты Шевцова, училась в танцевальной школе в Москве, которую Айседоре предложил возглавить А.В. Луначарский. Там же, на Пречистенке, развивался их бурный и непродолжительный роман с Сергеем Есениным. Что поразительно, так это непонятное влечение Айседоры к славянам. Первым, и неудачным, любовным увлечением был женатый, как позднее выяснилось, поляк Иван Мироски. Дружила она с Анной Павловой и Станиславским. Вышла замуж за Есенина, который был ее моложе на 16 лет. Незадолго до смерти (кто-то типа Аннушки с ее подсолнечным маслом уже шил тот самый злополучный багряный шарф, который сломает ее шею) притулилась к русскому пианисту Виктору Серову, которого она была старше на 15 лет… Совершенно неприметная ниша. Без всяких изысков. Без лишних слов. Но слова напрашивались: «Так проходит слава мира». Полная креативной энергии, эта танцевавшая босоногой (что было в диковинку) жрица Терпсихоры совершила маленькую революцию. Да, ее помнят, но посмертное воздаяние несоразмерно, мне кажется, содеянному. …Возле этого погребения, напоминающего дольмен, можно повстречать, как понял, истовых ревнителей философии спиритизма и последователей его основателя Аллана Кардека. Начинавший как врачеватель, Ривайя, как его назвали при рождении в Лионе в 1804 году, через сеансы вызывания духов пришел к формулированию довольно целостной философии. Именно духи открыли ему правду: в прошлых жизнях он именовался Аллан и Кардек. Спустя полтора столетия, что неизбежно, его учение оказалось маргинальным, однако же не было списано за ненадобностью. Сегодня кажется смехотворным утверждение Кардека, что череда перевоплощений на протяжении многих и многих жизней необходима, чтобы добиться «духовного прогресса» и чтобы лучше понимать и исцелять, в частности, эпилепсию, шизофрению и раздвоение личности. Все эти проклятие, мол, есть следствие прежних, мало удачных воплощений. Вместе с тем, евангелие от Кардека, а он был плодовитым писателем, содержит немало бесспорных мыслей, не теряющих актуальности. Скажем, пункт 31 в его работе «Спиритизм в простейшем своем выражении» звучит так: «Причина зла, сокрушающего людей на Земле, есть гордыня, себялюбие и все дурные страсти. Через столкновение своих пороков люди делаются взаимно несчастными и наказываются друг другом. Когда любовь к ближнему и смирение заменят себялюбие и гордыню, тогда они не будут стараться вредить друг другу; они будут уважать право каждого, и тогда будет царствовать между ними согласие и справедливость». Аминь! Все это очевидные и прописные, причем прописанные не Кардеком единым, истины. Но есть кое-что за рамками понимания. Вокруг мини-мавзолея осязаешь необычайно мощное энергетическое пространство. Прислоняешь ладони к невидимой границе этого поля и – неведомая сила держит тебя в напряжении. Рядом явно заряжались этой нездешней энергией две типичные «латинас» (корни Ривайя – в Латинской Америке). Наша гидесса поведала, что приводила сюда российских физиков: те делали замеры, а также удивленные глаза, качали головой, но объяснить феномен не могли. Позднее вычитал, что дольмены строились в местах Силы – на перекрёстках геомагнитных линий Земли. Может, одна из таких линий проходит через Пер-Лашез, а предусмотрительный Аллан Кардек заранее побеспокоился о том, чтобы и после смерти его имя было окутано мистическим ореолом? …Что остается в памяти от прикосновения к миру былых властителей дум, нашедших последний приют на Пер-Лашезе? Ощущение – словно перелистываешь страницы сразу нескольких монографий в серии «Жизнь замечательных людей». Цветной калейдоскоп редких радостей и черно-белая реальность рутинных бедствий. Здесь те, кто испытал всю полноту земной юдоли, когда рушатся идеалы, разбиваются сердца, помрачается рассудок, оплакиваются потери, теряется вера: – Элоиза и Абеляр в объятиях страсти на полу трапезной в женском монастыре Святой Марии в Аржантейле и их каменные изваяния, лежащие чинно в усыпальнице с заветом живущим – не подавлять своих чувств; – Фредерик Шопен, болезненно переживавший и за недореализованную польскую государственность, и за разлады в семье, не ставшей ему родной, но подаривший миру чарующую трепетность своих гармоний; – Теодор Жерико, идеалист по призванию, повзрослевший, чтобы поведать страшную правду и о войне, и о мире, где часто злоба, зависть и нелюбье, а не сочувствие и человеческая солидарность, правят бал; – Эдит Пиаф, познавшая изнаночную жизнь трущобных кварталов, потерявшая свою единственную крепкую любовь в авиакатастрофе, губившая себя дурным дурманом… Этот «воробышек» в годы военной стужи превратился в маму-наседку, находившую слова утешения для всей нации. Можно продолжить перечисление имен в громкой плеяде незаурядных личностей, собранных на Пер-Лашезе, в этом подлинном «элизиуме теней». И все же в вихревом потоке впечатлений наравне с рождавшими ассоциации тенями прошлого – Он и Она, что целуются на скамейке на фоне буйства цветочной фантазии. Образ вечный. Как Элоиза и Абеляр. Как заповедь Эдит Пиаф всем живущим: «Любите!» Владимир МИХЕЕВ Париж – Москва Фото автора №1(62), 2012
no image
Открываем старый свет

Идиллическое местечко – Италия, область Трентино – Альто-Адидже (она же Южный Тироль), озеро Решен, окруженное зелеными горами. Красота, да и только. И, кажется, что так здесь все было искони, от начала веков. Увы… В 1950 году дома в деревеньке Граун,...

Идиллическое местечко – Италия, область Трентино – Альто-Адидже (она же Южный Тироль), озеро Решен, окруженное зелеными горами. Красота, да и только. И, кажется, что так здесь все было искони, от начала веков. Увы… В 1950 году дома в деревеньке Граун, где жило около 1200 человек, были взорваны, а затем и затоплены. Жителей, конечно, переселили, не подозревайте ничего страшного. Итальянское правительство решило, что в этих местах надо создать водохранилище, плотину и электростанцию, которая будет снабжать энергией чуть не всю северную часть страны. Для этого два природных озера – Решен и Граун – собрались объединить в одно, на дне которого волей-неволей и оказывалась деревенька, от которой теперь осталась только нелепо торчащая из воды вершина церковной башни… Нелепо и трагично. Многие жители Грауна предпочли тогда навсегда проститься с родными местами. Однако кое-кто все же остался, чтобы – в каких-то сотнях метров от своей деревни – попытаться начать новую жизнь. И это удалось, к примеру, Терезе Тайнер и её родителям, сумевшим на новом месте, но под старым названием возродить маленькую гостиницу «Траубе пост». Далось это не просто: даже восемнадцатилетняя Тереза, не говоря уж о её родителях, осознавала себя тогда австрийкой, а никак не итальянкой. И даже сейчас в 78 лет воспоминания о том, что пришлось пережить в те годы, не доставляют ей удовольствия. «Нас тогда окружало много ненависти», – замечает она. Но, как говорится, что было – то прошло. Сейчас жизнь в этих идиллических местах тоже, между прочим, отнюдь не беззаботная. Деревня Нойграун, в которой осталось около 400 человек, по замечанию одной газеты - это поселение с разрушенным прошлым и маленькими перспективами. Большинство жителей не рассталось окончательно с крестьянским образом жизни: есть у них и дома, и дворы, и скотина кое-какая. Но средства к существованию это не обеспечивает. А потому приходится работать на стороне, в основном в близлежащей Швейцарии, где зарплаты пощедрее. Или прибегать к классическому способу, подаваясь зимой в отхожий промысел – на близлежащий лыжный подъемник. Однако вернемся к истории. Оказывается идея создания водохранилища родилась отнюдь не в 50-е годы прошлого века, а гораздо раньше. Этому замыслу уже около ста лет. Вот, оказывается, когда уже бродили идеи слияния природных озер в одно водохранилище. Когда в Южном Тироле, по Трианонскому договору отошедшем в 1919 году от Австрии к Италии, в 1920-1930-х годах началась индустриализация, то муссолиниевское правительство сделало особую ставку на гидроэнергетику. Модная была тема, в Советском Союзе как раз тогда заливали водой лучшие пойменные луга Верхневолжья, вместе с прибрежными деревнями и городками. До сих пор из Волги, неподалеку от Калязина, торчат верхние этажи церковной колокольни… Вот и в Италии тоже сочли, что интересы промышленности стоят несоизмеримо выше, чем любовь обитателей Грауна к родным домам и полям. Поначалу предполагалось поднять зеркало водохранилища на пять метров. Тоже не рай земной, но при этом некоторые кусочки поселения все же остались бы нетронутыми. Но в 1940 году пришло уведомление властей: вода поднимется на 22 метра. Приговор Грауну был произнесен. Фарсовость ситуации проявилась в том, что документы были написаны, как и положено, на итальянском языке, которого тогда в Грауне никто знать не знал. А значит и возражений от местных жителей не последовало. И миланский концерн «Монтекатини» при полной, в том числе и финансовой, поддержке римских властей начал подготовительные работы. Когда крестьяне сообразили, к чему дело клонится, и решили воспротивиться, пытались останавливать строительную технику, тормозили машины инженеров. Но из города прислали карабинеров с автоматами, и селянам пришлось сдаться: на «трещотку» с вилами не попрешь. На этом дело не кончилось: приходский священник отправился в Рим, на аудиенцию к папе Пию XII, в надежде, что тот поможет воспрепятствовать затоплению. Не помог. Во время войны работы были остановлены, но в 1949 году шлюзы сомкнули створки, и вода пошла вверх… Да ладно, что уж теперь прошлое ворошить: что сделано, то сделано. Как теперь обитателям Нойграуна жить дальше? Развивать туризм? Решенский перевал, это, конечно, важное связующее звено между Северными и Южными Альпами, но чем может привлечь гостей именно эта деревенька? Летом вода в водохранилище не согревается выше 14 градусов, и на пляжный рай здешние места похожи мало. Замкнутый круг? Но природа все же пришла к местным обитателям на подмогу. И знаете, что их выручило? Ветра, те, от которых в этих краях порой не знаешь куда деться. Уже несколько лет здесь собираются лучшие кайт-серферы Европы, для которых здешний ветродуй – полная сбыча мечты. Уже работает маленькая кайт-школа, а местный бургомистр, или, как его здесь предпочитают называть, деревенский кайзер Хайнрих Ногглер теперь грезит о том, что вслед за ней появится и парусный клуб. А еще община получила свою долю в доходах от сбыта электроэнергии. Маленькую, конечно, но все таки хоть какая-то компенсация за утраченное, говорит Ногглер. Кстати, он еще занимается тем, что понемножку отсыпает берег, отвоевывая у озера территорию для развития деревни. Смешно? Ну, вот и смейтесь, пожалуйста, а Ногглер эту работу прекращать не собирается: пусть водохранилище немножко потеснится. Хотя если честно, то даже старики к озеру уже привыкли: может, даже и хорошо, что оно так раскинулось? Да и былого уже не вернуть… Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Век учись

Родным языком в совершенстве владеют менее трети итальянцев, точнее, лишь 29%, а уровень знаний подавляющего большинства их соотечественников – ниже нормального чтения и понимания текстов. С таким сенсационным утверждением выступил на семинаре во Флоренции известный лингвист, профессор одного из столичных...

Родным языком в совершенстве владеют менее трети итальянцев, точнее, лишь 29%, а уровень знаний подавляющего большинства их соотечественников – ниже нормального чтения и понимания текстов. С таким сенсационным утверждением выступил на семинаре во Флоренции известный лингвист, профессор одного из столичных университетов Туллио Де Мауро. По его словам, 5% взрослых жителей Италии не в состоянии даже различать буквы и цифры, а 33% способны понимать лишь простейшие тексты, написанные на языке великого Данте. Профессор воспользовался случаем, чтобы подвергнуть критике новое антикризисное правительство во главе с видным экономистом Марио Монти, которое, по его словам, недостаточно внимания уделяет проблемам просвещения. Он отметил опасность прогрессирующей неграмотности в стране, если безотлагательно не будут приняты радикальные меры в сфере образования. В то же время, Т. Де Мауро признал, что процесс деградации в этой важной области идет с начала 1990-х годов, и вину за это не следует возлагать на правительства ни Сильвио Берлускони, ни Романо Проди. №1(62), 2012
no image
Век учись

Знание немцами правил правописания находится в ужасающем состоянии. Как вы думаете, кому принадлежит это высказывание? Признайтесь, вы ни за что не догадались бы, что со столь уничижительной оценкой выступил именно председатель Совета по немецкому правописанию и один из вдохновителей его...

Знание немцами правил правописания находится в ужасающем состоянии. Как вы думаете, кому принадлежит это высказывание? Признайтесь, вы ни за что не догадались бы, что со столь уничижительной оценкой выступил именно председатель Совета по немецкому правописанию и один из вдохновителей его реформы Ханс Цеетмайр. Не знаю как вам, но мне это кажется нисколько не завуалированным признанием банкротства всей преобразовательской затеи. Тем более что, по его словам, «20% пятнадцатилетних немцев могут считаться неграмотными». Что же это творится-то, таких жутких показателей в Германии не было уже в конце XIX века! По мнению господина Цеетмайра, все дело в том, что в школе возникают «трудности в обучении правописанию». Но если я правильно понимаю, то реформа как раз и была направлена на устранение этих трудностей, не так ли? А теперь приходится признавать, что учителя сами путаются в предмете, который должны преподавать? Так стоило ли огород городить? Словом, произошло ровным счетом то, против чего в начале реформы предостерегали серьезные профессионалы вроде Теодора Иклера или Хорста Хайдера Мюнске. Да что там, целые сонмы экспертов, вроде исследовательской группы «Немецкий язык» или Конференции директоров швейцарских образовательных учреждений убеждали: не трогайте ничего, оставьте все как есть! Их не послушали… Что уж говорить про различные группы инициативных граждан или форумы озабоченных родителей! Опытные чиновники легко объехали их на кривой козе. А когда лейпцигский лингвист и профессор педагогической психологии Харальд Маркс – он же декан Лейпцигского университета – предъявил результаты тестов, наглядно показавшие, что новые нормы правописания чреваты большим количеством ошибок, нежели старые, к нему никто не прислушался. В том числе и господин Цеетмайр. Так что, как говорится, не ему теперь сетовать на случившееся. А ведь после введения новых норм правописания прошли уже две «реформы реформ». Преобразователи все никак не уймутся, а к чему это привело? Появились не только отдельные люди, без всякой своей вины то и дело попадающие в положение не «сильно грамотных», а потому махнувшие на все премудрости рукой. Завелись даже издания, не «заморачивающиеся» разными пустяками, а пишущие так, как бог на душу положит – по собственным правилам. Вам смешно? Воля ваша, но ведь это не что иное, как вторичное одичание, право слово! Если вам не нравится такое резкое определение, назовите это вежливее – санкционированным хаосом. Вот только кому и зачем он нужен? И потому заявление, прозвучавшее из уст господина Цеетмайра – «Совет по немецкому правописанию поддерживает усилия по осознанному обращению с немецким правописанием» – звучит изощренным издевательством. Сергей ПЛЯСУНОВ №1(62), 2012
no image
Ноу-Хау

Шампанское как сорт игристого вина ведет родословную из Франции? И да, и нет. Англичане считают, что право первородства за ними. Вот факты. Пока там, в Шампани, только чухались, Кристофер Меррет в 1662 году представил Королевскому обществу в Лондоне свой рецепт...

Шампанское как сорт игристого вина ведет родословную из Франции? И да, и нет. Англичане считают, что право первородства за ними. Вот факты. Пока там, в Шампани, только чухались, Кристофер Меррет в 1662 году представил Королевскому обществу в Лондоне свой рецепт изготовления игристых вин. Французы оформили свой патент позднее на тридцать лет! Однако сегодня видовое понятие «шампанское» закреплено только за напитком, имеющим корни в области Шампань, с ним ассоциируется знак качества, и именно это вино откупоривают по особо торжественным случаям. Но спустя столетия островитяне берут реванш. Знакомьтесь, «Меонхилл», игристое вино родом из Англии, чье появление вот-вот ожидается на рынке. Правда, без галлов не обошлось. Лоза завезена из-за Ла-Манша. Виноградники разбили в графстве Хэмпшир. Схожие плантации появились также в Суссексе и Кенте, где земля во многом напоминает известковую почву в северной Франции. Инвесторы – опять же французы. Строго говоря, пузырчатые вина небольшими партиями уже давно обогащают винную карту английских рестораций. Маркус Варинг недавно открыл еще одно люксовое заведение в Лондоне под названием «Сэр Гилберт Скотт» и признается, что уже продает больше собственного шампанского, чем «Моэт и Шандон» – спрос необыкновенный. По сравнению с позапрошлогодним Рождеством, объем продаж английских игристых вин, а их насчитывается уже 18 наименований, вырос минувшим декабрем почти на треть. А компания «Риджуэй», производящая эти веселящие напитки на особый случай, и вовсе утверждает, что за два года спрос на ее продукцию подскочил в три раза. Марди Робертс, менеджер по продажам в «Риджуэй», поведал, что их марки стали пользоваться спросом за рубежом, и уже каждая пятая бутылка отправляется в США, Японию, Гонконг и Финляндию. Спрос диктует стратегию развития. Игристое вино в стилистике шампанского производится из винограда трех сортов: Шардоннэ, Пино Нуар и Пино Менье. Показательно, что площади, отданные в Англии под выращивание этих сортов винограда, с 2005 года разрослись более чем в четыре раза. Недавно на продажу были выставлены четыре лота земли в графстве Кент, где ранее выращивали зерновые, а теперь планируют разбить виноградники. Рынок держит нос по ветру: клиент дозрел и жаждет отечественного продукта. Марк Сезарио, главный сомелье в ресторане «Сэр Гилберт Скотт», где предлагают три вида английского шампанского, вспоминает: «Когда я впервые внес английское игристое в винную карту пять лет назад, то клиенты испугались. И сдержаннее всех были именно англичане, в то время как туристы, причем, французы, были готовы его попробовать». Путь наверх будет трудным, полагает Иможен Пирсон-Уитэкер, который намерен вывести в люди марку «Меонхилл». Были как хорошие, так и плохие годы, делится он своими бедами. Да еще дуют сильные ветры, хотя и они подспорье – не заведется плесень. Лоза к тому же еще не освоилась, ей потребуется время, чтобы достичь зрелости. Однако энтузиаст-винодел не унывает: начинать всегда непросто, но перспективы радужные: «Очень возможно, что мы стоим на пороге своего рода золотой лихорадки». К слову, есть идея воздать должное первооткрывателю, Кристоферу Меррету, и назвать чисто «британский метод» изготовления игристых вин его именем. Компания «Риджуэй», к примеру, уже указывает на своих бутылках слово «меррет», подразумевая эксклюзивность и британскость продукта. Вадим ВИХРОВ №1(62), 2012
no image
Ноу-Хау

Да-да, именно такой торговый центр собираются открыть в гамбургском районе Харбург, где живет много «понаехавших». И название предполагается хорошее, «Фирдаус-центр» – «Райский центр». Вот только почему-то не все приходят в восторг от столь яркого замысла. Представитель по вопросам интеграции в...

Да-да, именно такой торговый центр собираются открыть в гамбургском районе Харбург, где живет много «понаехавших». И название предполагается хорошее, «Фирдаус-центр» – «Райский центр». Вот только почему-то не все приходят в восторг от столь яркого замысла. Представитель по вопросам интеграции в гамбургской фракции социал-демократической партии Казим Абаджи, хотя и признает, что в районе живет много иммигрантов, соответствующие запросы которых тоже надо удовлетворять, настаивает на том, что это не должно делаться за счет введения ограничений для других граждан. «Мы не нуждаемся в создании параллельного общества, мы нуждаемся в открытости. Не должно быть никаких ограничений», – уверен он. И, тем не менее, пока инвесторы строят на гамбургской улице Ам Круммхольцберг «первый исламский торговый центр». Там на нескольких сотнях квадратных метров будет магазин, рассчитанный исключительно на мусульман. За всей этой затеей стоит владелица интернет-магазина, ориентированного на глубоко религиозных клиентов, преимущественно арабского происхождения. Тот же Казим Абаджи выступает за компромиссное решение вопроса, которое следовало бы, по его мнению, найти в результате переговоров с хозяйкой. Он считает, что на этих площадях можно было бы создать что-нибудь вроде восточного базара, потрафив, таким образом, и нашим и вашим. А намеренно отгораживаться от немусульманских клиентов было бы недальновидно – как с интеграционно-политической, так и с коммерческой точки зрения. Сенатор по социальным вопросам и председатель городского совета по интеграции Детлеф Шееле, тоже социал-демократ, подверг планы хозяев торгового цента резкой критике. «Чисто исламский магазин нанесет урон толерантному имиджу гамбургских мусульман», – уверен он. За ситуацией внимательно следят и представители специфических инстанций. Манфред Мурк, глава городского отделения Ведомства по охране конституции, как в ФРГ называется политическая полиция, пояснил, что создание торгового центра «только для мусульман» не обязательно означает возникновение опасного очага исламского радикализма. Однако игнорировать происходящее он считает неправильным, и его ведомство будет держать руку на пульсе. Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
no image
Демография

Рекордного показателя достигла средняя продолжительность жизни итальянцев: она составляет 78,8 лет для мужчин и 84,1 – для женщин. Это отмечается в докладе министерства здравоохранения за период 2009-2010 годов. Италия входит в число стран с наибольшей продолжительностью жизни. На Апеннинском полуострове в...

Рекордного показателя достигла средняя продолжительность жизни итальянцев: она составляет 78,8 лет для мужчин и 84,1 – для женщин. Это отмечается в докладе министерства здравоохранения за период 2009-2010 годов. Италия входит в число стран с наибольшей продолжительностью жизни. На Апеннинском полуострове в начале 2011 года проживали свыше 60,6 миллиона человек, причем, итальянцы в возрасте более 65 лет образуют уже 20,3% населения. В северной части страны сосредоточено 45,8% всех жителей, тогда как в центральной – 19,7% и в южной – 34,5%. Одна из причин растущей продолжительности жизни – качественное улучшение медицинского обслуживания. Сегодня врачи успешно борются с многими болезнями, еще недавно считавшимися неизлечимыми. В результате с 1980 года смертность в Италии сократилась почти вдвое. Статистическое ведомство «Истат» осмелилось заглянуть в далекое будущее – в 2065-й год. И пришло к выводу, что в ту пору Италия превратится в страну стариков и иммигрантов: уже к 2059 году средний возраст ее жителей приблизится к 50 годам, а число иностранцев на Апеннинах утроится по сравнению с нынешними 4,6 миллиона человек. Но самый неприятный прогноз касается рабочей силы: к 2065 году она сократится в Италии на 11%. №1(62), 2012
no image
Привычки и Нравы

Говорят: милые бранятся – только тешатся. Вот и пара из германского города Билефельда решила потешиться, избрав местом для этого автомобиль. Свара была затеяна прямо на дороге, а когда её накал достиг максимума, оба оппонента решили, что не осталось ничего иного,...

Говорят: милые бранятся – только тешатся. Вот и пара из германского города Билефельда решила потешиться, избрав местом для этого автомобиль. Свара была затеяна прямо на дороге, а когда её накал достиг максимума, оба оппонента решили, что не осталось ничего иного, как хлопнуть дверью. Это они и проделали – практически одновременно. Причем, тот из них, кто сидел за рулем, не позаботился даже выключить двигатель. Стоит отметить, что авто при этом находилось в средней полосе трехполосной дороги, где и пребывало, пока бдительные водители других машин не вызвали полицию, уведшую его на ближайшую стоянку. Владелец машины объявился в полиции только к вечеру, поскольку пребывал в счастливой уверенности, что о машине позаботится его спутница жизни. А она сочла это его прямой обязанностью и не морочила себе голову тем, что произошло с брошенным автомобилем. Тем не менее, стараниями полиции все обошлось без происшествий. До беды, слава богу, не довела никого и поездка, которую совершил на бабушкиной машине предприимчивый 15-летний житель Дюссельдорфа. Приехав погостить к пожилой родственнице в Дуйсбург, он отправился покататься с двумя приятелями – 15 и 17 лет от роду. И не придумал ничего умнее, чем, от души нажав на газ, разогнать машину до 150 километров в час. Причем там, где движение было ограничено 80-ю километрами! Немудрено, что полиции пришлось прекратить это безобразие. Юный лихач поначалу пытался отбрехаться от стражей порядка, уверяя, что он-де уже совершеннолетний. Но был быстро выведен на чистую воду. В итоге по всей строгости закона придется отвечать и самому горе-водителю, и его бабушке – как владелице транспортного средства, допустившей его противоправную эксплуатацию. И поделом им обоим! А вот автолюбителя из Люксембурга здорово подвела забывчивость. Он поставил свой «Ситроен BX» 1990 года выпуска на подземную стоянку и на пять лет забыл о нем. Или сделал вид, что забыл. Но владелец стоянки на память не жалуется и потому отлично помнит – и может документально подтвердить – когда именно это ныне плотно покрытое пылью транспортное средство «поселилось» в его паркхаусе. Нет, оно совершенно не мешает, пусть себе стоит и дальше, тем более, что долг владельца авто уже подобрался к 50 тысячам евро. А что вы хотите: по 26,90 в сутки – отдай и не греши! Правда, если хозяин захочет забрать свое сокровище, то ему могут пойти навстречу и пересчитать плату по щадящему варианту: годовой пропуск на эту парковку стоит 3 тысячи евро. Таким образом долг забывчивого водителя может снизиться на целых 35 тысяч евро. Кстати, удалось ли кому-нибудь переплюнуть этот рекорд «проживания» на платной автостоянке? Еще один своеобразный рекорд вождения установил 43-летний житель итальянского города Бари. Он был остановлен полицией в тот момент, когда на полном ходу держал в каждой руке по мобильнику. Для такого пустяка, как рулевое колесо, свободных конечностей у него не осталось. Полиции виртуоз объяснил, что он как раз разговаривал с любимой женой, когда по второму телефону позвонила не менее любимая мама. Не имея сил прекратить разговор хотя бы с одной из них – попробовал бы он, ага! – водитель, видимо, вынужден был положиться на волю божью. Однако ссылки на всевышнего не помогли ему избежать штрафа в 152 евро. Надо сказать, что подобная манера вождения, похоже, типична для некоторых жителей Апеннин. В мае прошлого года водитель римского автобуса был снят одним из пассажиров в тот момент, когда говорил по двум телефонам сразу, а баранку вертел локтями. Правда, пострадал он куда сильнее: его выгнали с работы. Семейная пара из Латвии тоже продемонстрировала инновационное отношение к вождению автомобиля. Будучи в гостях у родителей на семейном празднике, папа с мамой набрались так, что за руль садиться не решились. Поэтому роль водителя была доверена одиннадцатилетнему сыну, на которого возложили задачу «не торопясь» проехать сто шестьдесят километров. Подумаешь, великое дело: ночью-то машин на шоссе меньше, чем днем, правда? Надо отдать должное юному автолюбителю: полдороги он выдержал и, кто знает, может быть и довел бы начатое до конца, но вмешались зануды из полиции, решившие поинтересоваться: а что это машина едет по скоростной трассе столь неспешно, едва-едва выжимая 30 километров в час? После знакомства с ситуацией стражам порядка оставалось только порадоваться, что любящие родители не попросили сесть за руль второго сына – четырехлетнего. Впрочем, возможно, и попросили бы, если бы он доставал до педалей… Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
no image
Привычки и Нравы

Жизнь на Земле постепенно превращается в «ад». Люди погрязли в шкурной мелочности и себялюбии. Низменное и неправедное возвели в добродетель. Грязь внутри себя и вовне превратили в эталон. Заблуждения свои восхваляют, прославляют и другим навязывают. Дабы убедиться в том, достаточно...

Жизнь на Земле постепенно превращается в «ад». Люди погрязли в шкурной мелочности и себялюбии. Низменное и неправедное возвели в добродетель. Грязь внутри себя и вовне превратили в эталон. Заблуждения свои восхваляют, прославляют и другим навязывают. Дабы убедиться в том, достаточно оглянуться окрест. А ведь когда-то нашу планету нарекли сказочным словом «Рай». И не зря. Для того были все основания. Адом же называлась совсем другая планета. Она входила в Солнечную систему, расположенную в десятках, а то и сотнях световых лет от нашей. Как все так страшно переменилось – весьма поучительная история. Если только человечество когда-нибудь и чему-нибудь в состоянии учиться, ему о ней нужно напоминать. Хотя бы изредка. По крайней мере, в високосный год. Чтобы не гасла надежда. Чтобы эта история когда-нибудь да помогла всеобщему отрезвлению. Началась она в незапамятные времена. Сотни тысяч, а то и миллионы лет тому назад. Ад был тогда дивной планетой. Во всех отношениях. На ней было так здорово, так комфортно жить. Планета была упоительно красива. Краски яркие. Сочные. Неподражаемые. Небо голубое-голубое – глаз не оторвать. Солнце нежное, улыбчивое – не только тело, но и сердце согревало. Листья зеленые-презеленые – так и тянуло на вкус попробовать. Трава шелковистая – неудержимое желание на ней поваляться пробуждала. И все остальное точно такое же. И в том же духе. Вся планета как после генеральной уборки в преддверии престольного праздника наиглавнейшего. Все чистое. Свежее. Яркое. Все сияет. На планете все разумно было устроено. Продумано. Сбалансировано. Лучшего слова не подберешь. Погода мягкая, ровная – не жарко и не холодно. Ни тебе ураганов, смерчей и засухи изнуряющей. Ни землетрясений и цунами разрушительных. Ни наводнений с оползнями. Больше половины планеты суша занимала. Колоссальные же водные резервуары, только не такие соленые, – моря и океаны – под материки были упрятаны. Львиная часть суши поросла лесами. Тенистыми. Благоухающими. Девственными. С вековыми деревьями и вездесущей порослью. Пространства, же свободные от лесов, поля и луга захватили. С душистым разнотравьем и цветами, любым пристрастьям удовлетворяющими. Ни тебе пустынь бескрайних, кочующих, никому не нужных. Ни болот таежных. Ни вулканов дымящихся, постоянной угрозой нависающих. И всего на планете было вдосталь. Воздуха чистейшего. Воды пресной, живой, воркующей. Грибов и ягод, плодов, трав и корешков всяких съедобных. Выращивать же на ней что-то было истинным удовольствием. Любые усилия вознаграждались сторицей. Водоемы кишели рыбой. Леса – животными. На лугах мирно паслись стада бесчисленные – не налюбуешься: и птицы, и рыбы, и животные – все особи выглядели сильными, крепкими, ухоженными. Ни мор, ни болезни, ни шелудивость – ничего такого им было неведомо. Даже падаль незачем и некому было подъедать, и деревья от вредителей защищать. И адиане – так называли себя обитатели планеты – в Аду также разумно все устроили. Логично. Сбалансировано. И очень просто. Каждый из них умел все, что требовалось, дабы благоденствовать на такой планете, как та, что подарило им провидение. Они умели летать и плавать сами, без помощи каких-то там ненужных приспособлений. Они чувствовали себя как дома в девственном лесу. Могли легко и быстро преодолевать по суше огромные расстояния. Мысленно общались между собой, как будто эти расстояния для них вообще не существовали. Власть и господство над вещами или себе подобными им были ни к чему. Казались унизительными. Более того, противоестественными. Угнетать, обирать кого-то, преуспевать за чужой счет, навязывать свое мнение, измываться над кем-то – фу, какая мерзость. И как такое в голову может прийти. Ни бороться за выживание, ни противостоять природе, ни вырывать у нее или друг у друга последнее их никто и ничто не вынуждали. Планета об этом позаботилась. И они выросли ей под стать. У них было кого любить. Кому радоваться. Кого боготворить. С кем делить счастье. Ради кого жить. Этого было вполне достаточно. Никакие иные заповеди им не требовались. Да они бы их и не приняли. Свобода в душе либо есть, либо ее нет. Другого не дано. Адиане же без нее не мыслили своего существования. И еще. Все они разделяли страсть к познанию. И медленно, осторожно, шаг за шагом, чтобы не навредить, прорывались к пониманию того, чем их мир является. Из чего он соткан. На чем держится. Откуда появился. Во что со временем превратится. И они вместе с ним. Но мир не идеален. Страшную опасность, нависшую над Адом, они проглядели. Вернее, слишком поздно заметили. Когда предотвратить катастрофу было уже невозможно. При всем желании. Пространство и время вокруг них с определенной периодичностью меняли свои характеристики. Еле-еле, чуть заметно, но меняли. Классические теории пространства-времени происходящего не объясняли. Каких-то мощных полей или других источников гравитации вокруг не было. Поэтому они въедливо продолжали докапываться, чтобы понять, что все-таки происходит. И докопались. Только поздно. Здесь, у себя под боком, в своей Солнечной системе они обнаружили сгусток бурой энергии, о существовании которой до поры до времени и не подозревали. Сгусток бурой энергии сразу окрестили «киллером планет». Он двигался по вытянутой эллиптической орбите вокруг центра Солнечной системы. Подходил случайным образом к очередной жертве, разрывал и частично поглощал ее. Этим объяснялись пояса астероидов. Следующей жертвой предначертано было стать Аду. Неминуемо и неотвратимо. Адиане никогда не создавали и не разрабатывали оружие. Чем и как можно было воздействовать на жуткий сгусток, было непонятно. Но что-то нужно было делать. И не мешкая. На решение общего схода планеты было вынесено три различных предложения. Первое. Попытаться нейтрализовать сгусток, как угодно и чем угодно, лишь бы получилось, или хоть как-то отклонить его с траектории, ведущей к столкновению с Адом. Второе. Отыскать в пределах досягаемости планету, поддающуюся колонизации, воссоздать на ней условия, близкие к свойственным материнской, и перебросить туда часть населения Ада. Третье. Вывернуть Ад наизнанку так, чтобы пригодной для жизни стала внутренняя полость планеты. Сход решил не класть все яйца в одну корзинку. Он одобрил все три проекта спасения. И работа закипела. Адиане трудились день и ночь. Без отдыха. Как одержимые. Дело нашлось для каждого. И каждый старался внести свой посильный вклад. Каждый делал все, что мог. А могли адиане по большому счету только одно – творить. И они творили, что было сил. Сил же у них было немало. И у адиан почти получилось. Они отыскали подходящую планету – вы уже наверняка догадались, о какой планете идет речь. Условия на ней были чудовищные. Она вся кипела. Литосферные плиты находились в постоянном движении. Извержения шли за извержениями. Жить на ней было совершенно невозможно – только мучиться. Поэтому адиане назвали ее Раем. Но у планеты были очень хорошие перспективы. Адиане этим и воспользовались. Они поменяли магнитные полюса. Уплотнили ядро планеты. Оздоровили атмосферу. Стабилизировали климат. Сделали его более мягким и умеренным. Погасили большую часть вулканов. Движение плит свели к минимуму. Перенесли на нее флору и фауну из Ада и помогли всем их видам и подвидам приспособиться к новым условиям. После чего с чистой совестью нарекли избранницу «Новым Адом». Масштабная эвакуация могла теперь стартовать. Но, увы, перебросить в Рай удалось очень немногих. Освоение недр Ада шло столь же стремительно. Вывернуть планету наизнанку, конечно, не получилось. Но эффект от затраченных усилий оказался ненамного хуже. Адиане создали внутри огромную полую сферу, закачали в нее родную атмосферу и выстлали верхним слоем, который сняли с поверхности. Плюс зажгли подобие солнца в геометрическом центре сферы. После чего организовать миграцию животного мира и всего живого в новые районы обитания не составило труда. Кроме того, не забывайте, что огромные резервуары пресной воды самой природой были упрятаны вглубь планеты. Теперь и адиане могли перебираться в глубины Ада. С тяжелым сердцем они так и поступили – оставаться на поверхности больше было нельзя. За объяснением происходящего не нужно было далеко ходить. Хуже всего получилось с планами изменить траекторию движения сгустка бурой энергии. Идентифицировать его природу, установить, как и чем на него можно повлиять, им не удалось. Догадок, естественно, и прозрений было много. Однако, в конце концов, из-за нехватки времени, действовать пришлось методом тыка. К нему же прибегают, как известно, не от хорошей жизни. Созданные ими гравитационные установки, которые они разместили на поверхности Ада и астероидов, ничего не дали. Притяжение Солнца они усилили, но это в одинаковой степени сказалось и на траекториях Ада и других планет, и на движении сгустка бурой энергии по эллиптической орбите. Индуцированные ими осцилляции вакуума ни к чему не привели. Взрывы аннигилируемой материи, направленные на сгусток, и вблизи него также остались без последствий. И все же чуть-чуть отодвинуть «киллера планет» от Ада у адиан получилось. От лобового столкновения со сгустком родную планету им удалось спасти. Однако не более того. «Убийца» поглотил всю ее атмосферу, сдернул верхний слой почв и уничтожил все живое. Он расплавил поверхность, превратив ее в сплошное месиво. Но самое страшное – он закупорил каналы, по которым внутренняя сфера Ада хоть каким-то образом соединялась и обменивалась с внешним миром. Еще хуже – он разрушил что-то особенное, необыкновенное, образованное симбиозом всего живого на планете или самой планетой, с помощью чего адиане общались между собой. Далее началась горькая история деградации адианской культуры, адианской цивилизации. Какие-то сдержки и противовесы, нужные природе для поддержания баланса, оказались сломанными. С таким трудом созданная адианами живая сфера с мягким умеренным климатом и чудодейственным дивным воздухом внутри Ада стала разогреваться. В атмосферу начали поступать убийственные для них пары серы. Чтобы выжить, адиане изменились. Внутренне и внешне. Они приспособились к другому температурному режиму. Сделались невосприимчивы к воздействию серы и других летучих паров. Но взамен утратили былую стать и внешность. Самое же страшно – полностью растеряли все свои прежние благородные свойства и привычки. Противопоставить же происходящему силу своего интеллекта и коллективизма, делавшую их непобедимыми, они уже не могли. Разрозненные и разобщенные, лишенные веры и возможности беспрепятственно общаться между собой, они постепенно превратились в самые настоящие дьявольские отродья. Но и в Раю дело обстояло не лучше. Вроде бы колонизированная адианами планета оставалась такой же дивной и совершенной, какой они помогли ей стать. Вроде бы им самим ничего не угрожало. Конкурировать с ними за ее обладание было некому. Тем не менее, с ними стали происходить все те же изменения, что и с представителями коренного населения на родной планете. Они выродились, кто – в их карикатурное подобие, кто – в земных обезьян. И лишь спустя эпоху пробудившиеся в них гены предков позволили последним из адиан вновь вскарабкаться вверх по ступеням эволюции. Только об Аде и Рае они сохранили полностью искореженные воспоминания. Их-то и унаследовала людская цивилизация. Поэтому, к великому сожалению, из этой истории, в достоверности которой мы убеждаемся с каждым уходящим годом все больше и больше, люди сделали неверные выводы. Ад они называют Раем, а Рай кличут Адом. Не умеют отличить ведущее к упадку и загниванию от предвещающего взлет к совершенству. Не поняли, что ад в душе порождает ад среди людей, а стремление к духовному освобождению делает их свободными. Ни запретами и увещеваниями, ни разными устройствами общества, пренебрегающими внутренним миром человека, ничего великого, ничего достойного не достичь. А посему, вспоминая изначальную историю, хотелось бы еще раз напомнить о простых вещах. Или иначе, развеять некоторые заблуждения. Заповеди – не панацея. Человек всегда умел их обходить. Всегда подстраивал их под себя и свои нужды. Важен закон не вовне, а внутри. Старина Кант это хорошо объяснил. Но среди кумиров современной духовной аристократии он не числится. Очень даже зря. Каким бы верным и демократичным закон не был, он не спасет от нисходящего тренда и деградации. Если только нет закона внутри. Если нет закона в душе и для души. Будет он, будет и все остальное. Но отдавать его на откуп ни записным авторитетам и всезнающим гуру, ни правителям всех мастей никак нельзя. Толку от этого не будет. И вообще ничего хорошего. Только сами люди могут его выстрадать. Только сами прийти к нему. Вопреки власти. Несмотря на нее. В борьбе с теми, кто ее узурпирует. Ведь власть – ничто. Обман. Прихоть. Заблуждение. Обман себя и всех окружающих. Рожденная быть преданной и послушной рабыней, она возомнила о себе. Вместо того чтобы служить и угождать обществу, встала над людьми. И превратилась в свою полную противоположность. Пока люди не поставят ее на место, не загонят обратно в маленький загончик, соответствующий ее социальной нише, с законом внутри у них вряд ли что получится. Но за такой исход надо бороться. Судьба подарков никому не делает. Она благоволит только к тем, у кого есть достойная цель и кто готов ее добиваться. Не щадя живота своего. Не давая поблажек ни себе, ни другим. Только к тем, кто несет свой крест. За себя и за других. И знает, зачем – ради кого и ради чего он его несет. И главное – никогда не сдаваться. Не опускать руки. Не говорить: «мы обречены. У нас не получится. Обстоятельства сильнее». Нет абсолютно проигрышных партий. Любой проигрыш со временем может обратиться в выигрыш. Нет безвыходных ситуаций. Из каждой самой тяжелой, самой драматичной из них можно найти выход. Только в это необходимо верить. К победе надо стремиться. И она обязательно придет. Ведь вера в победу – частичка закона, который должен быть внутри. Который делает человека человеком. Да, деградация нашей планеты, может быть, всей нашей цивилизации зашла очень далеко. Тотальная энтропия – удел не только космоса. Ее разрушительную силу испытывает на себе любое общество. Но в отличие от того, что случилось с Адом, наша Земля – открытая система. А открытая система дает надежду на любое развитие событий. Оно зависит лишь от нас. В наших силах развернуть нисходящий тренд. В наших силах – превратить его в восходящий. В наших силах – построить Рай на Земле. Только этого надо хотеть. По-настоящему. Без дураков. Этого надо добиваться. Не на словах, а на деле. Без снисхождения ни к себе, ни к другим. И в то, что он воцарится, надо верить. Тогда так все и произойдет. Единственно для начала хорошо бы научиться различать, где Ад, а где Рай. Настоящие. А не выдуманные сказочниками прошлого. © Н.И. ТНЭЛМ №1(62), 2012
no image
Привычки и Нравы

За последние десятилетия в привычку россиян вошло много путешествовать. Наших теперь можно встретить повсюду. Еще Владимир Высоцкий это тонко подметил. Но когда оказываемся на столичных перекрестках или в самой тривиальной европейской глухомани, все время охватывает одно и то же чувство:...

За последние десятилетия в привычку россиян вошло много путешествовать. Наших теперь можно встретить повсюду. Еще Владимир Высоцкий это тонко подметил. Но когда оказываемся на столичных перекрестках или в самой тривиальной европейской глухомани, все время охватывает одно и то же чувство: почему у нас нельзя сделать так же здорово, разумно, функционально, чтобы от любой мелочи получать удовольствие. Эх, была бы моя воля, обязательно сказал бы: «По щучьему велению – по моему хотению, пусть у нас тоже все появится и не хуже, чем у других». Да только ничего хорошего из этого не выйдет. Поскольку хотеть мало. Из хотелок суп не сваришь. Дело нужно делать, а не павлинов, т.е. синиц считать. Иначе все только боком выйдет. А насколько глупо и болезненно – напоминает сказка о Золотой Рыбке. Расскажу-ка я ее вам еще разок, дабы лучше осела, только, само собой, в современном изложении. Жил да был у нас в глубинке, в самой большой российской деревне, хорошо не только нам всем известной, олигарх. Так себе олигарх. Средней руки. И все у него было. Да чего-то, видимо, не хватало. Деньги же, как известно, к деньгам льнут. Вот подфартило ему счастье, и поймал он Золотую Рубку. Ну, поймал и поймал – другой бы отпустил немедля на все четыре стороны. А этот нет, ни в какую. – Выполняй мои желания, и все тут. Мне по прейскуранту три желания положены. – Ладно, – говорит Золотая Рыбка, – загадывай. Как смогу – выполню. Только не обессудь. А у олигарха уже все готово. Все продумано. Он не раз себе после хорошей поддачи представлял, что именно попросит. Варианты просчитывал. Чтобы не лопухнуться, как все его предшественники. – Ты вот что, – обратился он к Золотой Рыбке, – сделай так, чтобы обрел я могущество сам любые желания исполнять, без чужой помощи, чтобы ты мне была больше без надобности. Поняла? – Поняла, поняла, – ответствовала Золотая Рыбка, – чего тут не понять. Получай, что запрашивал. Если что не так – звони. Номер мой у тебя уже есть. Обрадовался олигарх донельзя. Вот уж он теперь попразднует. Вот уж он теперь развернется. Но на всякий случай для уверенности решил попробовать, как ему этими свойствами новыми и способностями пользоваться. Вспомнил, с чего в сказках все начиналось, и командует: – А ну-ка, ведра, сгоняйте мне к святому источнику и наберите чистой воды – чайку с лимончиком соорудить. Но, не договорив, сам себя остановил: – Ну, что это я за бред такой несу. Разволновался видать. Какие ведра? Мне же служба доставки ежедневно эту воду в огромных бутылях меняет. Нет уж, пробовать – так пробовать. Как собирался. Хочу быть у себя в большой деревне наиглавнейшим лицом, чтобы мог грабить кого угодно. А меня, извини-подвинься, меня, значит, чтобы никто. Иммунитетом это, кажется, у всяких там интеллектуалов называется. Хочу быть, значит, губернатором. Честь по чести. И немедленно. Только вымолвил, глядь – сидит он в костюмчике модном, приталенном, из самой дорогой ткани, пошива заморского, за необъятным письменным столом зеленого сукна с бронзовыми украшениями и инкрустациями в огромном кабинете роскоши неописуемой в самом помпезном здании большой деревни на единственной площади в ней, брусчаткой выложенной. Рядом сотрудников и секретарей преданных тьма. Все с папочками для доклада, бумагами и телеграммами важными. Все его царственного слова дожидаются. Он же сразу к телефону потянулся, чтобы номер Ванессы набрать. Давно уже у него сердце по ней сохло. Но как-то робел перед ней. На последний штурм никак не отваживался. Только трубку до уха донести не успел, как началось… Подскакивает к нему один ординарец и орет дурным голосом: – Босс, у Вас ваш коттеджный поселок с вашим коттеджем и всеми постройками горит. Олигарх, заслышав такое, выскочил и уже бежит было, чтобы скорее туда домчаться – лично за тушением наблюдать. А его другой ординарец с перекошенным лицом перехватывает: – Босс, обвал рынка. Акции, в которые у Вас вложения порядочные, точно даже не известно, сколько, обесцениваются. Может, конъюнктура рынка волатильного, а может кто на Вас атаку повел. Из Лондона звонят, инструкции запрашивают. Бросился было олигарх к телефону, чтобы Сити этому гадостному хвост накрутить, а его еще одно доверенное лицо, которому он поручил за Ванессой доглядывать, останавливает: – Беда, Босс, ой беда. Только что охрана доложила: дом Ванессы неизвестные в черном камуфляже захватили. Наших всех мордой на пол положили. А ее выкрали. Кто, что, почему – пока не известно. Ни одной зацепки. Ни одной ниточки. Наши сейчас выяснять будут. Все спецслужбы на уши поставим. Но от Вас команда нужна. Чтобы, значит… Не дослушав, завопил олигарх дурным голосом: – К дьяволу все, если за пост этот никчемный такой ценой расплачиваться проходится. Не нужно мне никакого губернаторства. Отменяю. Хочу все обратно вернуть. Только вымолвил, пропали хоромы начальственные, и оказался он у себя в родном офисе. Однако скрутило его всего – жуть: ни согнуться, ни разогнуться. Сердце стучит, как надорвавшийся мотор камазовский. Голова раскалывается. Ни рукой, ни ногой не шевельнуть. Внутренности горят, будто их кто на медленном огне поджаривает. Язык к небу прилип и не поворачивается. Ан если попал в мясорубку, так просто уже из нее не выбраться. Помощник преданный подскакивает: – Ижорыч, нас банкротами объявляют. Что делать будем? Надо на все клавиши нажимать. А то хана. Я тут планчик неотложных мер набросал. Глянешь? Да во что глядеть-то, когда все перед глазами расплывается, и чертики красные в них танец дикий африканский под там-тамы в голове исполняют. А тут другой помощник под руку лезет, не чувствует, что олигарху не до него: – Ижорыч, наша яхта любимая у Гибралтара затонула. Со всеми документами нужными – мы кое-что особенно деликатное в сейфе там в копии припрятали. Так местные власти интересуются, будем ли ее поднимать и…. Но и это не все. Третий остальных отпихивает и олигарху, в глаза заглядывая, докладывает: – С Ванессой швах. Концов никаких. Помочь никто не берется. Что в наших силах было, мы сделали. Теперь… Этого олигарх уже выдержать не смог. Пал на колени, об пол лбом ударился и взмолился: – Золотая Рыбка, Христом Богом молю: ничего мне не надо, верни только мою Ванессу – жить без нее не могу. Только вымолвил, возникла Ванесса у него в офисе. Как с обложки глянцевого журнала сошла. Вся такая томная. Вся такая далекая. Вся такая сияющая. Посмотрела на него презрительно и вразумлять стала: – Ну и дурак же ты, Ижорыч. Ну на кой ляд ты мне такой сдался: банкрот, погорелец, неудачник, да еще скособоченный. Вот из пепла восстанешь, империю свою восстановишь, тогда приходи. А я посмотрю. Только не опоздай. Ждать, ты же знаешь, никто не будет. И ты сам бы не стал, будь я на твоем месте. Захотел было олигарх взъяриться: «Мол, я тебя. Да знаешь ли ты, что я все могу. Что могуществом я выше самого, не могу сказать кого, буду. Да если захочу, всех в порошок сотру. Да я сейчас…» Только вовремя олигарх вспомнил, что с ним будет, коль он свое желание самоисполняемое выскажет, и умолк, поникнув плечами. Навеки. Так что лучше уж своим горбом. А по щучьему велению лучше сказочникам оставить. © Н.И. ТНЭЛМ №1(62), 2012
no image
Привычки и Нравы

Европа всегда отдавала должное экстремалам. Почитала их. Превозносила. Они ей так много дали. Великие географические открытия сделаны ими. Завоеваны и подчинены целые континенты. Да и прорывные научные открытия они вполне могут записать на свой счет. И сейчас экстремалы не перевелись....

Европа всегда отдавала должное экстремалам. Почитала их. Превозносила. Они ей так много дали. Великие географические открытия сделаны ими. Завоеваны и подчинены целые континенты. Да и прорывные научные открытия они вполне могут записать на свой счет. И сейчас экстремалы не перевелись. Их удел – отнюдь не только экстремальные виды спорта. Они запускают коллайдеры, строят атомные и иные реакторы, заставляя учащенно биться сердца у всех, кто разбирается. Проникают в тайны микромира и глубокого космоса. Испытывают на прочность себя и всю планету. Однако экстремальные чувства и ощущения на то и экстремальные, что всегда сопряжены с повышенным риском. Все экстремалы – в жизни, в любви, в работе – ходят по лезвию бритвы. Высшая плата за риск всегда одна: человеческая жизнь. Когда чужая, когда своя. Ося к экстремалам себя никогда не причислял. Да и другим, глядя на него, такое просто в голову прийти не могло. Он смотрелся на все сто под стать своему имени. Слегка сутулый. С лупоглазыми глазами, прикрытыми толстыми линзами. С торчащими бесформенными ушами. Застенчивый. Держащий голову слегка набок. В общем, типичный антигерой. Зато человек неистово увлекающийся. Удивительно эмоциональный. Ни в чем не знающий удержу. Готовый за свой каждый раз новый смысл жизни, если понадобится, и голову сложить. Он всегда бросался из крайности в крайность. И отдавался сменяющим друг друга умопомешательствам весь, без остатка. Первым в его жизни неудержимым увлечением, само собой, была математика – имя обязывает. Она зачаровала его и полностью покорила. Стройностью теорем. Неопровержимостью доказательств. Железной логикой аксиом, заставляющих все символы выстраиваться во фрунт. Способностью описывать все и вся. Даром отменять и заменять собою всю остальную жизнь. Она затмила для него все. Он стал ее преданным, послушным оруженосцем. Рыцарем. Доверенным лицом. Возлюбленным. Он отдавался ей весь. Был с нею всегда. Грезил только ею. И молился только на нее. И она не осталась равнодушной к его служению. Она открыла ему многие из своих тайн. Допустила в святые святых. Наградила десятками всяких премий. Сделала бы даже знаменитым, если бы не его характер и его внешность, которые математический Олимп вчистую не устраивали. А Осе нужно было все. Половинки его не могли удовлетворить. Покорностью он не отличался. К тому же знал себе цену. Хотел получить за свои способности сполна. Поэтому он с неистовой силой отдался иному увлечению – игре в бридж. Может быть, для кого другого – иному, но не для него. В разделе математики, называемом теорией игр, ему не было равных. Не оказалось равных и за ломберным столиком. Единственная загвоздка заключалась в том, чтобы сколотить команду, подтянуть до своего уровня остальных и вдохнуть в них неуемную страсть и жажду победы. Но Осе все это оказалось по плечу. Призы, кубки, награды посыпались на него и его товарищей по команде, как из рога изобилия. Они взяли несколько внутренних турниров. Потом чемпионат Европы. Когда же стали и чемпионами мира, вообще началось умопомешательство. Какая к черту высшая математика. Их рвали на части. Всюду чествовали. Приглашали. Превозносили. От правительственных наград неисчислимого количества стран просто некуда было деться. Двери высоких кабинетов были для них открыты. Любые просьбы выполнялись. Но за все нужно платить. Цена славы оказалась для них неподъемной. Они перестали себе принадлежать. Все имели на них права. Только не они сами и их близкие. И, в конце концов, это им настолько обрыдло, сделалось настолько непереносимым, что они от всего отказались, все бросили... И отправились сплавлять лес по притокам великих Сибирских рек. Бурным. Неукротимым. Своенравным. Таким своим и таким неожиданным и загадочным. Новая жизнь таежного дикаря-первопроходца увлекла Осю ничуть ни в меньшей степени, чем прежняя. Ему никто не был нужен. И он никому больше не принадлежал и ни от кого не зависел. Более того, его новая жизнь показалась ему воистину настоящей. Силой стихий. Чистотой эмоций. Первозданностью природы. Простотой была. Аскетизмом. И самоуважением. Куда подевался былой заморыш, кабинетный червь и слабогрудый очкарик. Теперь любая сочла бы за честь выйти с ним в свет. И такая моментально нашлась. Хотя и заставила Осю добиваться себя изо всех сил. А их у него, с учетом его увлекающегося характера, было немерено. Чтобы завоевать Ксюшу, Ося жизнь был готов положить. И свою, и всех окружающих. Он поднял на ноги всех, кого надо, и кого не надо. Завалил ее цветами. Окружил заботой и вниманием. Бросил к ее ногам все свои награды и завоевания. Вообще все, что у него было. И у его семьи. И у товарищей по команде. И у всех, до кого он мог достучаться. А по старой памяти, круг людей, почитавших его победы и свершения, был почти не ограничен. И по прошествии разумного периода времени крепость пала. Она просто-таки не могла не пасть. В первый момент их близости время остановилось. Оно перестало течь. Планеты сошли со своих орбит. Звезды посыпались с небосклона. Сверхновые повсюду во вселенной начали взрываться одна за одной. И Осе стоило большого труда перебороть себя и вновь запустить время в обычном режиме. Во второй раз Ося испытал не менее безумный всплеск эмоций. Хотя, вроде бы, и совсем других. Он как будто растворился в океане. Его голова и сердце, хрящики, позвонки и мускулы, руки и ноги стали капельками воды и морскими течениями и устремились куда-то в неведомом направлении. Он сам стал океаном. Безбрежным. Бесконечным. Всепоглощающим. И вновь напряжением воли он собрал вместе себя и окружающий мир из капелек и течений, которыми так сказочно, так здорово, так самозабвенно было себя чувствовать. В третий раз он провалился в бездонный омут. Глубокий, как все мироздание. Таинственный, как все науки вместе взятые. Животворящий, как вся природа, с которой он почти слился, когда вместе с товарищами по команде увлекся сплавкой леса. Ощущения были острейшие. Ни на что не похожие. Туманящие мозг. Отключающие все вокруг. Делающие все остальное глупым, обыденным и никчемным. Но Ося и тут собрал всю свою недюжинную волю в кулак и выплыл на поверхность. Хотя подъем из омута и показался ему бесконечным. А следующего раза не случилось. Ося растворился в своей возлюбленной полностью и без остатка. И исчез. Как будто его никогда и не было. Для Ксюши же прошлого никогда и не было. Значение имело только настоящее. Она твердо стояла ногами на земле. Космические увлечения были не для нее. Возлюбленным больше, возлюбленным меньше – какая разница. Дело наживное. Перед ней была новая жизнь и новые горизонты, которые открыл для нее быстротечный роман с Осей. А ступенек в жизни у Ксюши было еще дай бог. Интересных. Упоительных. Разнообразных. Она ступила только на первую из них. Кто же знал, что Ося займется, как гигантский стог сена, осветит полнеба и прогорит в момент. А еще утверждал, что не экстремал, тудыть его в качель… © Н.И. ТНЭЛМ №1(62), 2012
no image
Только факты

В мае минувшего года жители «новых» стран Европейского Союза получили возможность беспрепятственно работать в Германии (до этого действовали барьеры, защищавшие местный рынок труда от наплыва пришельцев с Востока). И что же получилось после отмены ограничений? Можно смело сказать: Апокалипсис не...

В мае минувшего года жители «новых» стран Европейского Союза получили возможность беспрепятственно работать в Германии (до этого действовали барьеры, защищавшие местный рынок труда от наплыва пришельцев с Востока). И что же получилось после отмены ограничений? Можно смело сказать: Апокалипсис не состоялся! Число «понаехавших» составило всего-навсего вполне скромные 55 тысяч человек. Руководитель Федерального агентства по труду Франк-Юрген Вайзе откровенно признал, что это гораздо меньше, чем ожидалось, и вовсе недостаточно для того, чтобы компенсировать усугубляющуюся в ФРГ нехватку квалифицированной рабочей силы. Причин для такого пренебрежения Германией называют три. Для трудовых мигрантов явно привлекательнее кажутся те страны, которые раньше стали приглашать к себе «понаехавших». «Исходя из существующего опыта, можно отметить: люди охотнее едут туда, где уже смогли устроиться их земляки», – отмечает Ф.-Ю.Вайзе. Серьезным препятствием является незнание немецкого языка. По словам главы агентства по труду, именно это удерживает от переезда в Германию, к примеру, многих испанцев. И третья причина – специфическая культура приема иностранных работников, мягко говоря, не всегда дающая Германии преимущества в этом отношении. Политически в этой сфере дела могут обстоять сколь угодно прекрасно, но людям нужны детские сады и школы, куда можно было бы отдать своих детей и так далее, и тому подобное. С этим дела обстоят далеко не лучшим образом. Или точнее – не везде лучшим образом. Можно понять и немцев: они заинтересованы в том, чтобы к ним в первую очередь приезжали жители соседних государств Европы, которые помимо высокой квалификации еще и культурно близки к немцам. Но для них ФРГ зачастую - это лишь «третий сорт». А первым она остается для малоквалифицированных выходцев из африканских и мусульманских государств, в которых чрезмерной потребности местный рынок труда явно не испытывает. Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Только факты

Согласно распространенному мнению, основные убытки страховых компаний вызваны тем, что они расплачиваются за природные катастрофы, обусловленные глобальными изменениями климата. Как выясняется, это не совсем так, а то и вовсе совсем не так. В 2011 году природные катастрофы нанесли ущерб в...

Согласно распространенному мнению, основные убытки страховых компаний вызваны тем, что они расплачиваются за природные катастрофы, обусловленные глобальными изменениями климата. Как выясняется, это не совсем так, а то и вовсе совсем не так. В 2011 году природные катастрофы нанесли ущерб в 380 миллиардов долларов. Это вдвое больше, чем в 2010 году, и на 115 миллиардов больше, чем в 2005 году, считавшемся до сих пор самым скверным – с точки зрения выплат страховых премий, разумеется. Эти подсчеты произведены по заказу «Мюних ре», одной из крупнейших перестраховочных компаний мира. Две трети убытков страховщикам принесли всего две природных катастрофы – февральское землетрясение в Новой Зеландии и мартовское – в Японии. А оставшаяся треть вызвана уже не изменениями климата и непредсказуемой игрой сил природы, а тем, что человек самонадеянно все глубже проникает в регионы, где катастрофы подобного рода неизбежны. Именно в этих местах происходит все большее накопление собственности и богатств, как показывает исследование, в ходе которого были проанализированы данные за период с 1990 года. Работу эту провели Фабиан Бартель, Эрик Ноймайер и Эрнст Раух из Лондонской школы экономики. И это не радующее страховщиков положение вещей сохранится и в будущем. Как, впрочем, и урон от катастроф, вызванных изменениями климата, скажем, наводнений. В 2011 году из 280 зарегистрированных природных катаклизмов 90% были обусловлены именно этой причиной. И их число с 1980 года выросло втрое… Сергей ПЛЯСУНОВ №1(62), 2012
no image
Только факты

Христианство до сих пор остается самой распространенной в мире конфессией. Из семи миллиардов жителей планеты его приверженцы составляют 2,18 миллиарда. Но вот что касается регионов распространения этой религии, то тут за последние годы произошли сильные изменения. Сейчас в Старом Свете...

Христианство до сих пор остается самой распространенной в мире конфессией. Из семи миллиардов жителей планеты его приверженцы составляют 2,18 миллиарда. Но вот что касается регионов распространения этой религии, то тут за последние годы произошли сильные изменения. Сейчас в Старом Свете живет всего только четверть христиан планеты, то есть почти столько же, сколько в Африке – к югу от Сахары. Американский континент в этом отношении лидирует: там проживают 37% адептов христианства. Но особенно примечательно, что Европа, всего сто лет назад бывшая надежными бастионом христианской веры – 95% её тогдашних обитателей причисляли себя к этой конфессии – сейчас утрачивает прежние позиции. Сегодня последователей этой мировой религии в странах Европы насчитывается только 76%. А в Африке (с указанными выше ограничениями) число христиан, напротив, выросло до 63%. В Нигерии, замечает берлинская «Вельт», протестантов уже вдвое больше, чем в Германии! Меньше всего христиан насчитывается на Дальнем Востоке и на севере Африки. Половина христиан является приверженцами католичества, 37% – протестантизма. Остальные относят себя к чадам православной и других христианских церквей. Ислам является второй по числу приверженцев религией мира после христианства. Его исповедует четверть населения планеты. Александр ВАРВАРИН №1(62), 2012
Bazzoli_book
Только факты

«Черно-желтая» коалиция, второй срок правящая сейчас в Германии, переживает ныне не самые лучшие времена. И её электоральные перспективы весьма туманны. А ведь на руководящих должностях в самых разных министерствах за годы её властвования осело немало политических назначенцев, которых в случае...

«Черно-желтая» коалиция, второй срок правящая сейчас в Германии, переживает ныне не самые лучшие времена. И её электоральные перспективы весьма туманны. А ведь на руководящих должностях в самых разных министерствах за годы её властвования осело немало политических назначенцев, которых в случае ухода христианских демократов и либералов от кормила власти тут же попросят на выход. Как минимум – на пенсию. Видимо, поэтому депутаты от правящей коалиции проявили политическую прозорливость и приняли решение о весомом повышении пенсий для верхушки госслужащих – на 600 с лишним евро в месяц. Речь, в первую очередь, идет о статс-секретарях и министериаль-директорах, которые не часто переживают смену правящей партии. Им пенсию увеличат на 635 евро. Разумеется, оппозиционеры – социал-демократы и «зеленые» – выступили резко против, объявив это неоправданной тратой государственных средств. Как будто сами они в такой ситуации поступили бы иначе, не порадев родному человечку! Метод прост: нынешнее жалование называется неконкурентоспособным, не могущим конкурировать с предложениями коммерческих компаний – как будто такое в принципе возможно! – и повышение окладов на этом основании продавливается через законодательные органы. Разумеется, все так и было и на этот раз. Да и инициаторы повышения – депутаты от полуразрушенной Свободной демократической партии – не блеснули в дебатах новизной мотивировок, объявив претензии оппонентов «целенаправленным разжиганием зависти по отношению к высококвалифицированным сотрудникам госаппарата». Воистину, все уже было в этом мире! Андрей ГОРЮХИН №1(62), 2012
no image
Только факты

Впервые за последние четыре года французские виноделы произвели больше продукции, чем итальянские. Этому способствовала исключительно благоприятная погода во Франции в сезоне 2011 года для урожая и качества винограда. По данным Международной организации вина, Франция увеличила производство на 9%, а Италия...

Впервые за последние четыре года французские виноделы произвели больше продукции, чем итальянские. Этому способствовала исключительно благоприятная погода во Франции в сезоне 2011 года для урожая и качества винограда. По данным Международной организации вина, Франция увеличила производство на 9%, а Италия сократила на 13%. Соответственно показатель французов достиг 50 миллионов гектолитров, тогда как итальянцев – 42 миллиона. При этом Италия не досчиталась около 3 миллионов гектолитров вина из-за замены лозы на части плантаций. Отрицательную роль сыграла и плохая погода. В свою очередь, Германия и Австрия смогли увеличить производство почти на 30%, а вот в Греции и Португалии оно упало на 17%, в Испании – на 2%. В целом, мировой рынок виноградных вин останется стабильным. №1(62), 2012
БИЛЕТ В ЕВРОПУ
no image
БИЛЕТ В ЕВРОПУ

Здесь раскрывается смысл заповеди Эдит Пиаф – «Любите!» Ни один хитроумный составитель кроссвордов еще не додумался загадать загадку с подвохом: бывшее поместье духовника Людовика XIV, ставшее последним приютом выдающихся писателей, поэтов, художников, ученых, военачальников, танцовщиц, актеров, певцов, наконец, борцов за...

Здесь раскрывается смысл заповеди Эдит Пиаф – «Любите!» Ни один хитроумный составитель кроссвордов еще не додумался загадать загадку с подвохом: бывшее поместье духовника Людовика XIV, ставшее последним приютом выдающихся писателей, поэтов, художников, ученых, военачальников, танцовщиц, актеров, певцов, наконец, борцов за социальную справедливость, – из восьми букв плюс орфографический знак. Правильно, вы из разряда умников и умниц. Да, это кладбище Пер-Лашез, названное по имени патера (французское слово рère) Лашеза. Вернее, это нечто большее. Некрополь. Место паломничества. Средоточие неведомой мне доселе, в чем довелось лично убедиться, трансцендентной энергии. Пойдем по порядку, шаг за шагом. Под занавес краткого делового визита в город на Сене удалось выкроить время, как выражаются заезжие зеваки, для осмотра окрестностей и достопримечательностей. Никогда не относил себя к поклонникам кладбищенского туризма. Но было невозможно проигнорировать представившийся неожиданно шанс посетить место, где не только обитают самые тихие, по определению, соседи, но куда не зарастет народная тропа. Тем более в сопровождении профессионального гида, историка искусств, типичной, судя по выговору, представительницы воссоздаваемой уже не в одном поколении самой многочисленной и самой одаренной волны русской эмиграции – послереволюционной. Два часа, проведенные в незримом, сродни спиритическому, общении с тенями, наполнились открытиями. Здесь сошлись живые и мертвые. Вначале нужно пояснить для несведущих: Пер-Лашез внешне напоминает французский парк с высаженными вдоль широких эспланад деревьями (их более пяти тысяч, с преобладанием платанов, каштанов, ясеня, липы, бука и кленов), аккуратно подстриженными газонами, цветочными клубами, с продуманно расставленными скамеечками. И неудивительно, что в пятничные еще не сгустившиеся сумерки здесь оказалось немало людей, пришедших вовсе не для того, чтобы заглянуть в фамильные склепы. Они пришли сюда для созерцания и для общения. Рискну предположить: ради отдохновения. Вот на скамейке, на верхушке холма, с которого открывается вид на город, излучает доброе расположение духа типичный француз: седовласый крепыш пенсионного возраста, в кроссовках на белые спортивные носки, в красной жилетке и с аккуратно повязанным шейным платком, гармонирующим по цветовому оттенку со светло-серыми брюками и ветровкой. Окутывавшая его аура приглашала к беседе, если бы не астральный блеск глаз, выдававший блуждание его мыслей в иных сферах. По соседству – рыжеватая брюнетка, в джинсах поверх сапожек с пряжками, в черном бушлате, с серебристыми кольцами на левой руке в том месте, где носят обручальные, и с сигаретой в правой. Читает, должно быть, умную книжку. Чуть поодаль – влюбленная пара, отрешенная от всего суетного и несуетного мира, погруженная только в свои чувства, для которой время приостановилось, а пространство утратило всякое значение… Набрел на этих счастливых, часов не наблюдающих, уже после того, как посетил усыпальницу Элоизы и Абеляра. Возвышенная, устремленная к высотам горним, готика. Кружева из камня. Две фигуры, лежащие рядом. Соединенные навеки после смерти. Напомню, это был союз блистательных умов и сильных характеров. Союз, на который обрушились все напасти средневекового мракобесия. Абеляр дрогнул, и чуть было не отступил. Но Элоиза оказалась мужественнее и спасла их любовь, поместив ее в вечность. Не могу не напомнить канву этой хрестоматийной истории. Пьер Абеляр был выдающимся для своего времени богословом, разрушившим силой эвристической мысли догматы и каноны. Чего стоит одно только суждение: «Всякое знание есть благо, даже знание зла; творить зло – грех, но знать его – благо; иначе как Бог может быть свободным от зла?» Чего удивляться, что воинственные церковные ортодоксы на Суассонском соборе в 1121 году объявили мыслителя Абеляра еретиком, иконокластом. Под стать ему была и Элоиза, получившая отменное образование и воспитание в монастыре Святой Марии в Аржантее (она говорила и читала по-латыни, по-гречески и по-древнееврейски). Будучи богобоязненной, как всем было предписано быть в ту эпоху, Элоиза имела смелость не стесняться голоса своей женской природы и вся без остатка отдалась своим чувствам. Жан Виньо. «Каноник Фульбер застает врасплох Абеляра и Элоизу» Ее тайный брак с Пьером, бегство в монастырь, преследование сородичей и осуждение суесловной толпы, разлука с любимым, которого Фульбер, ее дядя и опекун, а заодно каноник парижского собора Нотр-Дам, вместе с сообщниками варварски оскопил, чтобы лишить сана и подвергнуть изгнанию, все последующие бедствия – ничто не заставило ее изменить своей любви. Вчитайтесь в строки ее раннего письма: «Ты мой Бог... ты единственный обладатель как моего тела, так и моей души... если она не с тобой, то ее нет нигде: поистине без тебя моя душа никак существовать не может». Что это, как не луч света в темном царстве ханжества и лицемерия. Этот гимн любви восторжествовал через семь столетий, когда их тела были погребены на Пер-Лашез, а на одном из зданий в ансамбле Нотр-Дам-де-Пари появилась надпись: «Здесь жили Элоиза с Абеляром. Искренние возлюбленные. Драгоценные образцы для подражания. Год 1118». …В центральной части некрополя, на возвышении, легко обнаружить захоронение самого изящного выразителя польской суровой изнеженности и душевной трепетности – Фредерика Шопена. Его богатейшее творческое наследие – вальсы, полонезы, мазурки, ноктюрны, вобравшие в себя мелодику крестьянских напевов и городского романса, неизменно рождают эмоциональный отклик у слушателей подчас полярных вкусов. Они служат тем притягательным магнитом, который собирает вокруг белого мрамора с горбоносым профилем толпы почитателей – постоял с ними рядом, пытаясь разгадать смысл надписи на польском языке по краю постамента с изваянием музы, скорбящей об утрате, венчающей памятник. Попутно размышлял о том, почему Фредерик Шопен и Жорж Санд не повторили судьбу Абеляра и Элоизы. В чем могла быть причина разрыва? Что общего, кроме культа творчества и необузданных фантазий, было у композитора, неисправимого романтика по жизни, и писательницы, «носившей панталоны», но чаще менявшей не наряды, а любовников? Поначалу, надо быть справедливым, Жорж Санд, в девичестве Амандина Аврора Люсиль Дюпен, стала для уже больного Шопена и матерью, и сиделкой, и опекуншей. Одно время она жила не только ради сублимации своего бурливого творческого начала, но и для семьи и своего нового возлюбленного, пытаясь преодолеть все разделявшие их барьеры: психологические – слишком по-разному были скроены у них характеры; политические – они молились разным идеологическим богам; эмоциональные – они мучили друг друга приступами ревности. Потом случилась одна из вариаций драмы «отцы и дети» и «матери и дети». Сперва Фредерик разругался с сыном Авроры – Морисом, а затем принял сторону ее дочери Соланж, когда та ополчилась на свою мать из-за нежелания благословить ее брак со скульптором Клезенже. Аврора, она же Жорж Санд, воспринимавшая себя в роли главы семейства, написала грозное письмо Шопену, запретив ему видеться с ее дочерью и нелюбым зятем. Не менее самолюбивый композитор пошел ей наперекор. Наверное, пылкая натура Жорж Санд не могла долго оставаться в роли садовницы, выхаживающей чахнущее на глазах растение. Недаром она присягнула философии Пьера Леру, ратовавшего за равенство полов в любви и усовершенствование института брака как одного из условий освобождения женщин из-под ига домостроя. Жорж Санд была если не провозвестницей, то предшественницей тургеневской женщины-эмансипе Кукшиной, этой раскрепощенной донельзя дамы, «несколько растрепанной» и «в грязных перчатках». В творческом тандеме, мне видится, она была обречена претендовать на роль первой, а не второй скрипки. Шопен сильно переживал разрыв. Незадолго до своей кончины он поделился тем, что терзало сердце: «А ведь она (Жорж Санд) обещала мне, что я умру только на ее руках». Согласно его желанию и завещанию, тело Шопена похоронили на Пер-Лашез рядом с могилой любимого им композитора Винченце Беллини, а сердце – в варшавском костеле. Со своей недолгой и непостоянной спутницей жизни Шопен, в отличие от Элоизы и Абеляра, после смерти не воссоединился.   …Рассеянный взгляд сделается упругим и прицельным, стоит только краем глаза зацепить надгробную скульптурную композицию над могилой Теодора Жерико. Известность, напомню, художник заслуженно завоевал батальными полотнами из эпохи наполеоновских войн, сочетая в своих сюжетах как стиль парадных ура-патриотических портретов («Офицер конных егерей императорской гвардии, идущий в атаку»), так и суровый реализм этой человеческой гекатомбы («Раненый кирасир, покидающий поле боя»). На фасадной части массивного саркофага отлита в меди самая знаменитая картина «Плот Медузы» (1818-1819), хранящаяся ныне в Лувре. Это было знаковое произведение. Фрегат из-за навигационной ошибки сел брюхом на дно на Аргуинской отмели у северо-западного побережья Африки – капитан и команда первыми покинули судно, бросив людей на произвол стихии. Некоторые попытались добраться до берега на плоту, но его носило 12 дней по бурным водам: дважды случалась резня за право быть у мачты, самом безопасном месте, многие сходили с ума, началось людоедство. Всего трагедия на море унесла жизни более 400 человек, всколыхнув французское общество и превратившись в приговор безразличию властей. Сверху над барельефом, изображающим отчаяние обреченных с фрегата «Медуза», возлежит в свободной позе сам мастер, с кистью и палитрой. Странное решение: гедонистская фигура Жерико плохо вяжется с теми жестокими мерзостями, которые он так реалистично изобразил.   …Как и пророчествовал Ростислав Плятт, он же пастор Шлаг, эта певица пережила свое время. У типового саркофага, не отличимого от нескольких сотен ему подобных, – всегда цветы и поклонники таланта Эдиты Джованны Гассион, более известной под сценическим псевдонимом Эдит Пиаф. В закатном свете на темно-серый гранит упала тень от креста. Вспомнилось: она часто выходила к публике в строгом черном платье, а поверх – простенький нательный крест. Он служил ей талисманом, к которому прибегают, чтобы отвратить беды, коих ей все равно выпало немерено. Судьба Эдит полнилась контрастами и противоречиями. Версии ее рождения разнятся: одни источники утверждают, что она родилась чуть ли не в аристократической семье, но большинство сходятся в том, что она появилась на свет в семье уличных артистов цирка, причем бытует легенда, что это произошло под уличным фонарём на плаще полицейского в Бельвиле. В возрасте трех лет она ослепла от конъюнктивита, и только спустя несколько лет чудо молитвы вернуло ей зрение. Эдит Пиаф много пережила: тиранию бабушки, содержавшей публичный дом, которой была отдана на воспитание; суровость уличных нравов, когда в девятилетнем возрасте пела на площадях, подбирая монетки с брусчатки; одиночество – в 15 лет ушла из дома, разругавшись с отцом, чтобы начать свое восхождение к вершинам славы. Ее жизнь – почти беспримесно печальная повесть, изредка озаряемая всполохами светлых привязанностей. В фильме «Воробышек» («La Môme») французского режиссера Оливера Даана для меня есть одна пронзительно искренняя и исполненная светлым траги-оптимизмом сцена, где Пиаф в исполнении блистательной Марион Котийяр (она получила за эту роль своего, надеюсь, первого «Оскара») дает интервью. На три вопроса подряд, что бы посоветовали, как жить, она дает один и тот же ответ: «Любить». Даже безоговорочное признание таланта, всеобщее очарование ее наполненного сгустком надрывных переживаний голоса не стали иммунитетом перед чередой житейских напастей и жизненных коллизий. Она познала все 33 несчастья: хроникеры скрупулезно подсчитали, что в период с 1951 по 1963 год Эдит Пиаф пережила четыре автокатастрофы, попытку самоубийства, четыре курса дезинтоксикации, лечение сном, три печеночных комы, приступ безумия, два приступа белой горячки, семь операций, два бронхопольмонита и два отека легких… Судьба отмерила ей горестей сверх меры. За что, не знаю. Перефразировав известного пушкиноведа Тынянова, у каждого возраста своя Эдит Пиаф. Если раньше меня больше волновали ее песни типа «Милорд», «Я знаю как», «Жизнь в розовом свете», «Под небом Парижа» и др., то сейчас к ним прибавилась и культовая композиция «Три колокола» (Les trois cloches), слова и музыка которой написаны Жаном Вилларом. После ее исполнения в 1946 году Эдиф Пиаф взошла на французской артистический Олимп: Une cloche sonne, sonne Sa voix, d'écho en écho Dit au monde qui s'étonne: «C'est pour Jean-François Nicot C'est pour accueillir une âme Une fleur qui s'ouvre au jour A peine, à peine une flamme Encore faible qui réclame Protection, tendresse, amour» Но вот что символично: поверх надгробной каменной плиты увидел прикрепленный листок со словами совсем другой песни, ставшей негласным резюме ее творческой карьеры и жизни, а может и эпитафией, выбранной уже сильно сдававшей Эдит Пиаф. Это песня «Нет, я ни о чем не жалею» (Non, Je ne regrette rien) авторства Шарля Дюмона. Она исполняла ее на своем последнем выступлении 18 марта 1963 года, где были мои родители, рассказывавшие годами спустя о своем впечатлении: сколько же страстной и завораживающей энергетики было в этой хрупкой женщине!   …Струйки паломников, иначе не назовешь, просачиваясь между фамильных склепов, устремленных ввысь своей готической перпендикулярной строгостью, и узорчатых решеток барочного стиля, стекались к культовым местам. Публика наипестрейшая: от канонических туристов с фотоаппаратами всех калибров до степенных матрон и легкомысленных тинэйджеров, шагавших так, словно они приплясывали. Не мог не подивиться на худощавого юношу в облегающем черном трико: он был в сабо, взгромоздившись, иначе не скажешь, на танкетки высотою по 10 сантиметров, и словно выстукивал чечетку о крупноформатный булыжник. С ним пути пересеклись дважды: у могилы музыканта ансамбля «Доорс» Джима Моррисона, у которого десять лет спустя после смерти, в 1981 году, поклонники стащили скульптурную голову (как утверждают, не мне судить, он был тонкий лирик). Затем у задрапированного строительным целлофаном монумента Оскару Уайльду, томному и утонченному цинику нетрадиционной ориентации, который с безжалостной выразительностью изобразил духовный и материальный мир английских буржуа. Целлофан означал, что в очередной раз разнузданные единоверцы Уайльда устроили здесь оргию.   Арман, художник и скульптор, надпись «Наконец-то один!» …Наша гидесса, хотя и сверялась с путеводителем, не сочла за труд поинтересоваться у прохожего, как пройти к конечному пункту программы – захоронению отца-основателя спиритизма. Завязалась беседа. Отпустив ей комплимент, «вы, наверное, историк искусств», француз стал чрезвычайно любезен. Он оказался писателем, собиравшим материал о Пер-Лашезе. Узнав, «чьих мы будем», просвещенный интеллигент направил нас в колумбарий, чтобы, поднявшись по лесенке на второй этаж, смогли увидеть крохотную плитку с надписью: Айседора Дункан. Мама моего коллеги, нынешнего заведующего кафедрой международной журналистики МГИМО Никиты Шевцова, училась в танцевальной школе в Москве, которую Айседоре предложил возглавить А.В. Луначарский. Там же, на Пречистенке, развивался их бурный и непродолжительный роман с Сергеем Есениным. Что поразительно, так это непонятное влечение Айседоры к славянам. Первым, и неудачным, любовным увлечением был женатый, как позднее выяснилось, поляк Иван Мироски. Дружила она с Анной Павловой и Станиславским. Вышла замуж за Есенина, который был ее моложе на 16 лет. Незадолго до смерти (кто-то типа Аннушки с ее подсолнечным маслом уже шил тот самый злополучный багряный шарф, который сломает ее шею) притулилась к русскому пианисту Виктору Серову, которого она была старше на 15 лет… Совершенно неприметная ниша. Без всяких изысков. Без лишних слов. Но слова напрашивались: «Так проходит слава мира». Полная креативной энергии, эта танцевавшая босоногой (что было в диковинку) жрица Терпсихоры совершила маленькую революцию. Да, ее помнят, но посмертное воздаяние несоразмерно, мне кажется, содеянному. …Возле этого погребения, напоминающего дольмен, можно повстречать, как понял, истовых ревнителей философии спиритизма и последователей его основателя Аллана Кардека. Начинавший как врачеватель, Ривайя, как его назвали при рождении в Лионе в 1804 году, через сеансы вызывания духов пришел к формулированию довольно целостной философии. Именно духи открыли ему правду: в прошлых жизнях он именовался Аллан и Кардек. Спустя полтора столетия, что неизбежно, его учение оказалось маргинальным, однако же не было списано за ненадобностью. Сегодня кажется смехотворным утверждение Кардека, что череда перевоплощений на протяжении многих и многих жизней необходима, чтобы добиться «духовного прогресса» и чтобы лучше понимать и исцелять, в частности, эпилепсию, шизофрению и раздвоение личности. Все эти проклятие, мол, есть следствие прежних, мало удачных воплощений. Вместе с тем, евангелие от Кардека, а он был плодовитым писателем, содержит немало бесспорных мыслей, не теряющих актуальности. Скажем, пункт 31 в его работе «Спиритизм в простейшем своем выражении» звучит так: «Причина зла, сокрушающего людей на Земле, есть гордыня, себялюбие и все дурные страсти. Через столкновение своих пороков люди делаются взаимно несчастными и наказываются друг другом. Когда любовь к ближнему и смирение заменят себялюбие и гордыню, тогда они не будут стараться вредить друг другу; они будут уважать право каждого, и тогда будет царствовать между ними согласие и справедливость». Аминь! Все это очевидные и прописные, причем прописанные не Кардеком единым, истины. Но есть кое-что за рамками понимания. Вокруг мини-мавзолея осязаешь необычайно мощное энергетическое пространство. Прислоняешь ладони к невидимой границе этого поля и – неведомая сила держит тебя в напряжении. Рядом явно заряжались этой нездешней энергией две типичные «латинас» (корни Ривайя – в Латинской Америке). Наша гидесса поведала, что приводила сюда российских физиков: те делали замеры, а также удивленные глаза, качали головой, но объяснить феномен не могли. Позднее вычитал, что дольмены строились в местах Силы – на перекрёстках геомагнитных линий Земли. Может, одна из таких линий проходит через Пер-Лашез, а предусмотрительный Аллан Кардек заранее побеспокоился о том, чтобы и после смерти его имя было окутано мистическим ореолом? …Что остается в памяти от прикосновения к миру былых властителей дум, нашедших последний приют на Пер-Лашезе? Ощущение – словно перелистываешь страницы сразу нескольких монографий в серии «Жизнь замечательных людей». Цветной калейдоскоп редких радостей и черно-белая реальность рутинных бедствий. Здесь те, кто испытал всю полноту земной юдоли, когда рушатся идеалы, разбиваются сердца, помрачается рассудок, оплакиваются потери, теряется вера: – Элоиза и Абеляр в объятиях страсти на полу трапезной в женском монастыре Святой Марии в Аржантейле и их каменные изваяния, лежащие чинно в усыпальнице с заветом живущим – не подавлять своих чувств; – Фредерик Шопен, болезненно переживавший и за недореализованную польскую государственность, и за разлады в семье, не ставшей ему родной, но подаривший миру чарующую трепетность своих гармоний; – Теодор Жерико, идеалист по призванию, повзрослевший, чтобы поведать страшную правду и о войне, и о мире, где часто злоба, зависть и нелюбье, а не сочувствие и человеческая солидарность, правят бал; – Эдит Пиаф, познавшая изнаночную жизнь трущобных кварталов, потерявшая свою единственную крепкую любовь в авиакатастрофе, губившая себя дурным дурманом… Этот «воробышек» в годы военной стужи превратился в маму-наседку, находившую слова утешения для всей нации. Можно продолжить перечисление имен в громкой плеяде незаурядных личностей, собранных на Пер-Лашезе, в этом подлинном «элизиуме теней». И все же в вихревом потоке впечатлений наравне с рождавшими ассоциации тенями прошлого – Он и Она, что целуются на скамейке на фоне буйства цветочной фантазии. Образ вечный. Как Элоиза и Абеляр. Как заповедь Эдит Пиаф всем живущим: «Любите!» Владимир МИХЕЕВ Париж – Москва Фото автора №1(62), 2012
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

или Саммит прощальных свершений Саммитам Россия-ЕС фатально не везет. Каждый раз одна и та же история. Месяцы напряженной подготовительной работы. Поиск развязок. Согласование новых позитивных шагов. Создание предпосылок для вывода отношений на более высокий уровень. И вновь непреодолимый разрыв между...

или Саммит прощальных свершений Саммитам Россия-ЕС фатально не везет. Каждый раз одна и та же история. Месяцы напряженной подготовительной работы. Поиск развязок. Согласование новых позитивных шагов. Создание предпосылок для вывода отношений на более высокий уровень. И вновь непреодолимый разрыв между тем, о чем можно было договориться, и тем, что реально удалось сделать. Не стала исключением и Брюссельская встреча на высшем уровне 2011 года между президентом Дмитрием Медведевым, с одной стороны, председателем Европейского Совета Херманом ван Ромпеем и председателем Европейской Комиссии Мануэлом Баррозу, – с другой. Она, как уже стало дурной традицией в отношениях между Россией и ЕС, прошла на однозначно негативном фоне. С учетом этого, результаты саммита можно было бы оценить как очень неплохие. Хотя, конечно же, хотелось бы большего.   Негативный фон Реакция остальной Европы на парламентские выборы в России, состоявшиеся за несколько дней до встречи в верхах, никого не удивила. Она оказалась более чем ожидаемой. Выборы были квалифицированы как прошедшие с многочисленными нарушениями. Их оценили как явно недотягивающие до высоких стандартов справедливости и демократии. Удивило другое. Считалось, что население огромной страны разочаровалось в политике. Что оно погрузилось в апатию. Что политика его больше не интересует. Что негласное соглашение между властью и народом – мы вам крохи от нефтяной ренты, а вы живете своей жизнью – соблюдается. Неожиданностей быть не должно. Мощные демонстрации протеста полностью опровергли эти предположения. Получилось, что внутреннее развитие событий в России отбросило густую тень на все то, о чем говорилось на саммите, чему он был посвящен. Дмитрию Медведеву пришлось давать пояснения по поводу состоявшихся выборов. И своим партнерам по встрече, и прессе – странно было бы, если бы журналисты упустили возможность задать острые нелицеприятные вопросы на эту тему руководству России и ЕС. Тем более, после того, как Европарламент потребовал проведения в России повторных выборов, свободных от подтасовок. А Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности раскритиковала их почем зря. В своих комментариях по горячим следам Кэтрин Эштон выразила возмущение нарушениями, допущенными при подсчете голосов. Кроме того, она указала на недопустимое сращивание государственного аппарата и правящей партии. Отметила предвзятость СМИ. Не прибавило теплых тонов фону саммита разочарование тем, во что вылился декабрьский Совет министров иностранных дел (СМИД) ОБСЕ, со всеми выявившимися на нем противоречиями между Россией и ЕС. Напряженности добавило обострение ситуации в Косовской Митровице. Плюс попытки транзитных стран ЕС воздвигнуть надуманные препятствия на пути прохождения российской колонны с гуманитарной помощью. Углубились расхождения по поводу отношения к разгорающейся гражданско-религиозной войне в Сирии. Не менее густую тень на саммит отбросил внутренний кризис и во втором из его участников – Европейском Союзе. Причем, если до декабрьского заседания Европейского Совета он касался валютно-финансовой сферы – неспособности ЕС найти решение углубляющейся проблемы суверенной задолженности большой группы государств-членов, то после него положение, похоже, ухудшилось. Столкновение интересов между Великобританией и континентальной Европой дало старт конституционному кризису ЕС. Обвалом отреагировали рынки. Гораздо менее оптимистическими сделались прогнозные ожидания экономического роста в регионе ЕС. Прогноз по Германии – локомотиву экономики ЕС – был понижен до 0,2% в 2012 году (катастрофическое падение по сравнению с 3% в 2011 году) и до -0,2% для ЕС в целом (это уже рецессия). Не прибавил оптимизма и тот реализм, с которым Ангела Меркель охарактеризовала ситуацию, сложившуюся в ЕС, выступая в Бундестаге по итогам заседания Европейского Совета. Канцлер Германии не стала ничего смягчать. Для выхода из кризиса, заявила она, потребуются не недели и месяцы, а годы. Страны ЕС только в начале пути. То же самое она была вынуждена повторить и месяц спустя – после того, как международные агентства понизили рейтинги сразу аж девяти стран ЕС, включая такие ведущие, как Франция и Италия. Как следствие всего этого, саммит Россия-ЕС освещался в мировых СМИ по остаточному принципу. О нем говорили и писали мало, пунктирно, походя, ограничиваясь самыми дежурными комментариями. Если до них вообще доходило дело. Так, в «Файнэншл таймс» от 15 декабря – даты его проведения – саммиту был посвящен всего один пассаж. И то – в большой статье о выступлении Ангелы Меркель и перспективах создания налогового союза в рамках ЕС*1. В ней говорилось, что на встрече в верхах перед Херманом Ван Ромпеем и Мануэлом Баррозу, по большому счету, стоит всего лишь одна задача. Они должны использовать ее для того, чтобы подвигнуть Дмитрия Медведева взять на себя обязательство внести дополнительно в бюджет МВФ достаточно крупную сумму для спасения зоны евро. И на самом саммите эта тема заняла большое место.   Итоги декабрьского заседания Европейского Совета Традиционно саммиты Россия-ЕС, впрочем, как и многие другие, складываются из трех неравных частей. Накануне официальной части проходит неформальная вечерняя встреча без галстуков. По окончании переговоров о ее публичных сюжетах руководство России и ЕС рассказывает на пресс-конференции, подвергаясь наскокам журналистов, пытающихся еще что-то выяснить дополнительно. Насколько подробно Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу отчитались перед Дмитрием Медведевым о том, в какой степени договоренности, достигнутые на декабрьском заседании Европейского Совета, помогут преодолению кризисных явлений в регионе ЕС (если помогут), судить трудно*2. Но можно с полным основанием утверждать, что они постарались дать максимально исчерпывающие ответы на поставленные им вопросы и развеять имеющие у него на этот счет сомнения. Для того чтобы обрисовать ситуацию, воспользуемся несколько другим источником. Вот какой она предстает со слов еженедельника «Юропиэн войс» от того же 15 декабря*3. Заседание Европейского Совета вышло на пакетную договоренность относительно заключения межгосударственного соглашения о жесткой бюджетной дисциплине, предусматривающего передачу на наднациональный уровень значительных полномочий в этой сфере. Однако на пути Европейский Союз потерял Великобританию*4. Требование единогласия при принятии решения соблюсти не получилось*5. Следовательно, новое соглашение не будет договором о внесении изменений в действующие учредительные акты ЕС, как, скажем Договор о реформе (Лиссабонский договор). Оно не будет договором ЕС. Значит, институты ЕС не удастся задействовать в полном объеме. Юристам придется изыскивать всевозможные резервы и гибкости, которыми обладают учредительные договоры, чтобы урегулировать правовые головоломки. Это будет не просто. Понятно только, что Европейская Комиссия не сможет пользоваться своими полномочиями по привлечению государств-членов к судебной ответственности за нарушение своих обязательств, что обычно срабатывает очень неплохо. Формально вне процедуры согласования договора о жесткой бюджетной дисциплине остается Европарламент (который, правда, ни в коем случае не даст вывести себя из игры) и т.д. Календарь работы над соглашением примерно следующий. Еще до католического Рождества аппарат председателя Европейского Совета должен был подготовить для Хермана Ван Ромпея первый вариант документа. Уже на этой стадии к драфтингу подключилась группа из трех депутатов Европарламента. Потом начались долгие, мучительные, но энергичные согласования с руководством/представителями стран-членов. Это все, естественно, в закрытом режиме. Затем следует намного более публичная стадия – к читке того, что получится, подключатся Европарламент и национальные парламенты. Несмотря на то, что юридически у них таких полномочий нет, они себе их уже выторговали. Тем не менее, они обещают не тормозить процесс*6. Его будет тормозить другое. Первое. При всей внешней четкости формулировок, вошедших в решение Европейского Совета, для юридических документов они слишком расплывчаты. К тому же поддаются различным интерпретациям. Конкретизировать их будет не так просто. Второе. Не факт, что все страны, поддержавшие решения Европейского Совета, смогут внести конструктивный вклад в его написание. Чехи сразу предупредили, что смогут определиться со своей позицией только после того, как прояснятся все детали и нюансы пакета. Датчане уведомили, что решающее слово оставят за национальным парламентом. Ирландцы не исключили возможность проведения референдума. А премьер-министр Финляндии вообще заявил, что его страна не согласится с передачей полномочий в области бюджетной политики на наднациональный уровень. Третье. Борьбу против нового соглашения собирается развернуть разношерстное племя евроскептиков, националистов и популистов. С учетом того, что националисты и популисты все сильнее влияют на политические процессы в регионе ЕС, угрозу, которую они представляют для будущего соглашения о жесткой бюджетной дисциплине, не стоит недооценивать. Вне зависимости от этих отягчающих дело обстоятельств, Херман Ван Ромпей надеется промежуточное решение в поддержку соглашения получить уже на следующем заседании Европейского Совета, которое, по его прикидкам, состоится в конце января 2012 года. Об этом он объявил на пресс-конференции по итогам саммита Россия-ЕС. Тогда подписать его удастся уже в марте. А к лету, если парламенты окажутся достаточно расторопными, договор вступит в силу. Но сложности с его согласованием и принятием – меньшая из двух связанных с ним проблем. Большая состоит в том, что заключение нового договора и создание бюджетного союза нормализуют ситуацию в ЕС только в среднесрочной перспективе. Успокаивать же рынки надо здесь и сейчас. Энтузиазм по поводу решений декабрьского заседания Европейского Совета быстро выветрился. 14 декабря обменный курс евро по отношению к доллару упал до наименьших показателей в 2011 году. А итальянские пятилетние бонды ушли с надбавкой в 6,47%. Это исторический максимум для еврозоны. Более того, при столь катастрофическом размещении бондов обслуживание государственного долга может оказаться для страны неподъемным. Таким образом, если судить по реакции рынков, решение о введении элементов централизованного экономического управления в ЕС должно быть подкреплено и другими мерами, о которых Брюсселю пока не удалось договориться. Описывая итоги саммита, Николя Саркози особенно выпячивал, что панацеей от всех бед послужит предоставление коммерческим банкам из закромов ЕС беспроцентных кредитов. На это выделяются фантастические суммы – до 500 миллиардов евро. Но он забыл упомянуть одну существенную деталь: напрямую на выход из долгового кризиса данная мера не сработает. Хотя, конечно, спасение крупнейших европейских банков и зоны евро теснейшим образом взаимосвязаны. На это указало дальнейшее развитие событий. Даже Франции стало сложнее получать короткие деньги на обслуживание суверенного долга. А евро и дальше покатился вниз по отношению к доллару (правда, европейский бизнес отреагировал на это, скорее, положительно – предвкушая возможность укрепления своих позиций на внешних рынках). Вряд ли Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу описывали ситуацию в ЕС и принятые на тот момент меры в таких тонах. Скорее всего, пояснения, предоставленные ими Дмитрию Медведеву, были для ЕС и его руководства гораздо более комплиментарными*7. Тем не менее, отмахиваться от изложенной точки зрения одного из наиболее авторитетных СМИ по проблематике европейского интеграционного объединения никак нельзя. Тем более что она гораздо сдержаннее высказываемых в других публикациях*8. Может быть, именно в свете приведенного анализа более понятным становится и примирительный тон, в котором лидеры ЕС провели саммит с Россией, и то, что о разногласиях с Москвой на пресс-конференции они постарались не упоминать. В том числе, особенно не затрагивать тематику состоявшихся парламентских выборов. Высказав озабоченность по поводу нарушений, о которых сообщили международные наблюдатели, они тонко перевели разговор в «зеленую» зону. В частности, акцентировали, что демонстрации, прокатившиеся по стране, прошли мирно и организованно. Власти сумели обеспечить должный порядок. Особенно же воодушевляет, на их взгляд, то, что российское руководство пообещало тщательно расследовать сообщения о нарушениях. Приведем дословно слова председателя Европейского Совета. «Принципы и ценности, на которых покоится наше стратегическое партнёрство, также испытываются и оцениваются на основе политических событий. Надо сказать, что поддержка европейского общественного мнения для развития между нами стратегического партнёрства является важным активом, который тесно связан с этой работой, – подчеркнул Херман Ван Ромпей. – В этом плане Европейский Союз уделяет самое пристальное внимание проведению выборов в Государственную Думу на прошлой неделе. И мы провели честную дискуссию по этим вопросам здесь, на саммите. Свободные и справедливые выборы, уважение прав человека и верховенство закона, свобода слова, право свободы собрания – это залог демократии. Я приветствую то, что 500 наблюдателей были приглашены на выборы в Думу. Но у нас вызывают определённую озабоченность нарушения, о чём сообщали БДИПЧ [Бюро по демократическим институтам и правам человека] и другие наблюдатели, как и представители российской общественности, называют также подавление акций протеста. Недавние демонстрации, крупные демонстрации были мирными. И, по-моему, в последнее время Правительство работало с ними адекватно, поэтому приветствуем Ваше обязательство, господин Президент, провести справедливое расследование. Надеемся, что Россия будет сотрудничать с ОБСЕ и БДИПЧ по беспрепятственному проведению президентских выборов». Примирительный комментарий и амбивалентность позиций партнеров дали возможность Дмитрию Медведеву в пух и прах разнести на пресс-конференции по итогам саммита резолюцию Европарламента с требованием о проведении в России повторного голосования. Дмитрий Медведев объяснил, где он видел советы парламентариев, и подчеркнул, что для России они никакого значения не имеют. И, в свою очередь, посоветовал им заниматься внутренними проблемами ЕС. Тем более что проблем хватает. Отвечая на реплику журналиста, он сказал: «Вторая часть вопроса, насколько я понял, по решению Европарламента в отношении наших выборов. Мне комментировать нечего, потому что это наши выборы, Европарламент к ним никакого отношения не имеет. Собственно, он может комментировать всё, что угодно. Я их решения комментировать не буду, для меня они ничего не значат. Но наш российский парламент в лице различных партий – как партии, которая составляет большинство, так и оппозиционных – вчера, насколько я знаю, я посмотрел Интернет, выразили своё крайне жёсткое несогласие с позицией Европарламента, потому что Европарламент должен заниматься европейскими делами. Посмотрите, сколько у вас проблем. А моя позиция остаётся прежней».   Призыв кота Леопольда к действию Вместе с тем, никогда в прошлом власти Российской Федерации так определенно и однозначно не выражали своей поддержки европейскому проекту, Европейскому Союзу, учрежденному ЕС Валютно-финансовому союзу. Дмитрий Медведев не просто поддержал решение Европейского Союза по стабилизации и укреплению зоны евро и выводу ЕС из кризиса суверенных долгов – эти вопросы обсуждались на неформальной части саммита. Он заявил, что Россия вносит свой вклад в стабилизацию. Косвенно – через проведение взвешенной валютно-кредитной политики. Напрямую – дав согласие на посильное увеличение своего взноса в МВФ, через который даются и будут даваться деньги преддефолтным странам ЕС. В двустороннем формате, в том числе увеличивая импорт из зоны евро. И многостороннем – по линии G20, БРИКС и т.д. Он подчеркнул, что Россия является главным стратегическим партнером ЕС. В политическом плане – ни с кем из крупнейшим мировых игроков не ведутся столь глубокие и разнообразные консультации по всему набору вопросов международной повестки. Ни с кем азимут сотрудничества не является столь широким. И в экономическом – объем взаимной торговли должен был превысить 400 миллиардов долларов. Это половина всего внешнеторгового оборота России. Причем, ожидалось, что объем экспорта в ЕС и, особенно, импорта из него в 2011 году вырастет на внушительную сумму. Так, Германия рассчитывала увеличить его, ни много ни мало, на 43%! В целом по ЕС поставки в Россию должны были вырасти на 27%. Кроме того, он акцентировал глубочайшую взаимозависимость хозяйственных комплексов России и ЕС. В частности в его словах прозвучало прямое указание на то, что кризисные явления в зоне евро не могут оставлять Россию и россиян равнодушными. Ведь ухудшение экономического положения в ЕС будет напрямую сказываться на хозяйственной деятельности и перспективах экономики России. «Евросоюз действительно является нашим самым крупным партнёром, – отметил он, выступая с заявлением на публичной части переговоров, – и мы надеемся, что нашим коллегам удастся преодолеть те трудности, которые есть у наших коллег. Мы в этом практически уверены и очень в этом заинтересованы». Наконец, Дмитрий Медведев дал самую комплиментарную оценку европейскому проекту. Выпятил успехи, достигнутые ЕС и его государствами-членами за годы продвижения по пути интеграции. Привлек внимание к тому, что в практике Таможенного союза и Евразийского союза обязательно будет использоваться опыт ЕС. Естественно – положительный. Для наглядности позволим себе привести весь ответ Дмитрия Медведева на вопрос кого-то из журналистов относительно целесообразности и условий, на которых «Россия могла бы помочь еврозоне». В нем дается исчерпывающее изложение позиции Кремля относительно значимости для России и ЕС, и его стабильного развития. «Россия очень заинтересована в том, – подчеркнул глава российской делегации на встрече в верхах, – чтобы Европейский Союз сохранился как мощная экономическая и политическая сила. Потому что у нас глубокие связи – связи цивилизационные и, конечно, связи исключительно взаимовыгодные. Поэтому для нас, для России, очень важна объединённая Европа. Скажу откровенно, для нас очень важно, чтобы европейские государства договорились, проявили сдержанность, мужество в этой непростой ситуации, сохранили всё, что было сделано за последние десятилетия, а это очень вдохновляющий пример, и сохранили, наконец, одну из важнейших резервных валют, я имею в виду евро. В этом заинтересован Евросоюз, в этом заинтересованы государства Евросоюза, в этом заинтересована Российская Федерация, у которой, как вы знаете, 41 процент валютных запасов находится в евро или в бумагах, которые номинированы в евро. Поэтому мы будем, естественно, оказывать и свою помощь. У нас существует та квота, которая падает на Российскую Федерацию в рамках членства в Международном валютном фонде. Мы соответственно будем исполнять все те обязательства, которые мы несём в качестве участника Международного валютного фонда, и готовы инвестировать необходимые денежные средства в соответствующей части для поддержки европейской экономики и еврозоны. Мы готовы рассматривать и другие меры поддержки. Но очевидно, что самое главное – это те решения, которые будут принимать сами государства Евросоюза ровно в тех параметрах, о которых только что сказал господин Председатель Ван Ромпёй. В конечном счёте, Европе сможет помочь только сама Европа, но и другие страны должны создать условия для того, чтобы Европа побыстрее освободилась от этого кризисного развития, вышла из кризисного пике. Мы будем этому способствовать». В целом, весь саммит был выдержан в миролюбивых тонах. От начала и до конца. Опасения, высказывавшиеся российскими официальными лицами относительно того, что под влиянием кризиса ЕС будет действовать жестче, агрессивнее и нахрапистее, не оправдались. Напротив, руководство России и ЕС сделали все, что в их силах, для того, чтобы оттенить позитивную динамику в их взаимоотношениях. Выпятить имеющиеся достижения и минимизировать расхождения. Вопрос только в том, что нужно понимать под их отношениями: отношения между Россией и ЕС или личные доверительные отношения, постепенно сложившиеся у Хермана Ван Ромпея, Мануэла Баррозу и Дмитрия Медведева за годы общения. Скорее, второе. По обоюдному согласию лидеры России и ЕС назвали свою встречу саммитом свершений, саммитом достигнутых результатов, саммитом успешного завершения важного этапа в развитии отношений между Россией и ЕС. Его венцом стало вступление России в ВТО. Дадим слово участникам встречи. Херман Ван Ромпей: «Повторю то, что я говорил два года назад: ЕС хотел бы быть партнёром России в работе по модернизации. Мы действительно стратегические партнёры во многих аспектах, между нами взаимная зависимость, мы работаем на взаимовыгодной основе, продолжаем её углублять. Последние два года были исключительными, и сегодняшний саммит это подтверждает. Это результативный саммит». Мануэл Баррозу: «Состоялся действительно очень успешный, результативный саммит, где мы добились реального продвижения вперёд по целому ряду вопросов нашей взаимной повестки дня». Дмитрий Медведев: «В целом хотел бы ещё раз поблагодарить моих коллег за постоянный, продуктивный, откровенный диалог, способность к компромиссу. Все эти годы мы работали в предельно откровенном и, на мой взгляд, весьма конструктивном ключе. И именно это позволяет сегодня нам сказать, что отношения между Россией и Евросоюзом находятся на самом высоком уровне, и мы рассчитываем на то, что и дальше они будут развиваться в таком же ключе». Посмотрим же вслед за ними, что им удалось положить в корзину совместных решений. Прежде всего и главным образом, вступление России в ВТО. Почти 20-летний марафон подошел к концу. Долгий, мучительный, болезненный, преисполненный драматических поворотов и постоянных отказов от уже намечавшихся договоренностей, он остался позади. Стороны постарались дать этому максимально воодушевляющую оценку. Вот точка зрения Дмитрия Медведева, с которой он выступил на открытии рабочей части встречи в верхах: «Главное – завершены переговоры по присоединению России к ВТО. Хотел бы ещё раз публично поблагодарить руководство Евросоюза, Еврокомиссии за помощь в присоединении России к ВТО. Это для нас важное и долгожданное событие». Чуть более эмоционально он изложил ее, отвечая на уточняющие вопросы журналистов: «Никто так долго в очереди в ВТО не стоял. И государства, которые мощнее, чем мы по экономическому потенциалу, и очень слабые государства – все они проходили этот путь гораздо быстрее. Мы же боролись за это, хотя как вы знаете, у ВТО есть и плюсы, и минусы, но, в конечном счёте, это способствует развитию российской экономики и лучшей кооперации российской экономики с экономиками других стран, с экономикой Евросоюза. Поэтому в целом это позитивный шаг, это победа. Мне, честно говоря, радостно, что это происходит в тот период, когда я исполняю полномочия Президента, что мы добились этого результата». Не менее определенно высказался Херман Ван Ромпей: «Вступление России в ВТО является крупнейшим достижением. Это дальнейший рычаг в деле модернизации, который открывает массу новых возможностей для торговли, инвестиций и всемерного роста». Второе, что они занесли в плюс, – достижение договоренностей по совместным шагам (Дорожной карте), приближающее отмену визового режима поездок. Правда, при этом они не стали упоминать, что перечень совместных шагов должен был быть согласован еще к встрече на высшем уровне в Ростове-на-Дону. Тогда элементарно не успели. Не стали упоминать и то, что Москва на рубеже тысячелетия ставила вопрос о введении безвизового режима к 2007 году. Передавала ЕС соответствующий график. Вписывала в дорожные карты и Партнерство для модернизации. К сожалению, не встречая должного понимания со стороны Брюсселя. Без внимания оставили и хорошо известную позицию ЕС, согласно которой выход на безвизовый режим с Россией невозможен до принятия соответствующих решений в отношении стран «Восточного партнерства». Зато лидеры России и ЕС очень доходчиво объяснили то значение, которое они придают введению в среднесрочной перспективе безвизового режима. Причем, на этот раз больше усердствовали даже Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу. «У нас очень большие ожидания связаны с возможностью перейти к подписанию нового соглашения с Россией по мобильности, одобрить программу совместных шагов по обеспечению безвизового режима, продолжать эту работу для облегчения контактов между людьми, что в дальнейшем откроет Россию для Европейского Союза и Европейский Союз для России», – подчеркнул председатель Европейского Совета. Председатель же Европейской Комиссии назвал безвизовые поездки между Россией и ЕС «нашей общей целью». Высказывания Дмитрия Медведева звучали несколько сдержаннее: «Хотел бы отметить также реальный прогресс в визовой сфере. Как только что было сказано, завершена работа по согласованию перечня совместных шагов и практических действий по переходу к безвизовому пространству. Мы долго работали и спорили и в чём-то соглашались друг с другом. Самое главное, что это согласовано. Для многих наших граждан пересекать границы России и государств Евросоюза стало значительно проще, для многих, но не для всех. По-прежнему рассчитываем выйти в относительно короткой перспективе исторической на полную отмену виз между Россией и Евросоюзом». Для того чтобы тематика безвизового режима звучала более выигрышно, вернее, для того, чтобы усилить впечатление о том, что наметился определенный прогресс, стороны попробовали даже выдать желаемое за действительное. Они постарались представить дело таким образом, будто бы новые договоренности по упрощению и облегчению процедуры выдачи виз приближают и делают более реальным введение безвизового режима. Это так только в некоторой степени. Действительно, распространение упрощенной процедуры на новые категории граждан и дополнительные послабления способствуют накоплению необходимого опыта. Они создают благоприятную атмосферу. Они дают импульс. Делают более простым достижение договоренностей другого уровня. Но нельзя сбрасывать со счетов то, что обсуждение мер по облегчению выдачи виз и отмене визового режима – разные переговорные треки. Они ведутся в разных организационных рамках. Формально между собой они не связаны. Но иногда желание подать все в выигрышных тонах важнее, нежели сами свершения, и их приближают. О том, как все выглядит на самом деле, напомнила «пикировка» между российской журналисткой и председателем Европейской Комиссии. Она запросила долгосрочную визу – ей не дали. Исходя из мало понятных соображений, плохо вяжущихся с имеющимися договоренностями, выдали визу только на три дня: слетать на саммит, и сразу обратно. Поэтому она в лоб спросила Мануэла Баррозу: «Сегодня принята «Дорожная карта» введения безвизового режима. Означает ли это, что буквально уже в следующем году у нас будет безвизовый режим?» Отвечая на поставленный вопрос, он вынужден был признать: «Что касается облегчения визового режима, у нас неплохой прогресс в разработке соглашения об облегчении визового режима. Да, я надеюсь, что в скором будущем это станет возможным. Вероятно, это займёт больше времени, но некоторые положения этого соглашения касаются, в частности, журналистов, а также организаций гражданского общества, бизнесменов. То есть мы намерены ускорить выдачу этого типа виз и облегчить процедуру. Что касается отмены виз, в следующем году этого, скорее всего, не произойдёт. Это цель на более дальнюю перспективу, но тем не менее наша работа продвигается вперёд. Я надеюсь, что скоро она принесёт конкретные результаты и в ближайшие месяцы, недели у нас будут конкретные результаты». Оставим эти слова без комментариев. Они говорят сами за себя. Третий большой блок взаимоотношений, в котором наметился прогресс, поставленный лидерами России и ЕС себе в заслугу, – успехи в реализации инициативы «Партнерство для модернизации». Успехов, по мнению Хермана Ван Ромпея, Мануэла Баррозу и Дмитрия Медведева, не мало. Это и решение задачи вступления России в ВТО, потребовавшее стольких усилий, и продвижение к введению безвизового режима. Но не только. В подкрепление вывода об успешности ПДМ давалась ссылка на запуск российских ракет с космодрома о. Куру, реализацию отдельных проектов в области энергетического сотрудничества, продвижение по отдельным трекам в рамках секторальных/отраслевых диалогов. Свидетельством успешности ПДМ были названы его востребованность бизнесом, то, что благодаря нему удалось несколько повысить эффективность работы по реализации «дорожных карт» построения совместных пространств и созданных под них механизмов, готовность банковских структур выделить на проекты, вошедшие в рабочий план осуществления инициативы, по 2 миллиарда долларов с каждой стороны. Особенно настойчив был Дмитрий Медведев. «Партнёрство для модернизации стало в последние годы ключом к сотрудничеству между нашими государствами, между Россией и государствами Евросоюза, – разъяснил он журналистам, излагая позицию российской стороны на пресс-конференции. – Достигнутые результаты действительно впечатляют: это названное мною завершение переговоров по ВТО, это запуск с космодрома Куру ракетоносителя «Союз», программы по гармонизации технических регламентов и многое-многое другое. Напомню, что уже подписано 23 декларации на эту тему». Все это, конечно, так. Все это здорово. Однако есть и некоторые «но». Во-первых, ВТО и безвизовый режим уже были включены в общий зачет достижений. Относить их также на счет ПДМ вполне резонно. Но мало что добавляет. Во-вторых, и бизнес, и властные структуры воспринимают ПДМ со здоровой долей скептицизма*9. Об этом напомнил доклад о путях совершенствования ПДМ, специально подготовленный «Инсором» под декабрьский саммит и распространенный им в тот же день 15-го декабря на «круглом столе» промышленников России и ЕС встык с саммитом. В нем, в частности, предлагается учесть все те многочисленные инициативы, с которыми раньше уже выходил бизнес. В их числе – предложения передать ему большую ответственность за подготовку и осуществление рабочего плана. Видимо, промышленники надеются, что на этот раз их голос будет услышан в большей степени. В-третьих, Россия и ЕС по-разному трактуют целевую направленность ПДМ и то, какие его составляющие должны иметь приоритетный характер. Москва напирает на экономическую составляющую, коммерциализацию, инновацию и т.д. Руководство ЕС – на создание условий (демократических, институциональных и всех других), которые могут повести к модернизации. Как следствие, при обсуждении ПДМ Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу всячески расхваливали такие надстроечные проекты, включенные в рабочий план реализации инициативы, как создание Форума гражданского общества России и ЕС, первые совместные шаги по борьбе с коррупцией, оказание содействия апелляционному правосудию и т.д. В-четвертых, ПДМ в принципе не может решить задачи, ради достижения которых оно формально учреждено. Рабочий план составлен без учета весьма ограниченной компетенции ЕС в осуществлении экономической и технологической политики и трансферте технологий. Он представляет собой, скорее, документ пиаровского характера, призванный продемонстрировать, сколько всего полезного есть в отношениях между Россией, ЕС и его государствами-членами, а не руководство к действию. Он напичкан всем, чем угодно: приоритетов в нем настолько много, что они фактически отсутствуют. Имеется и ряд других критических замечаний, которые могут быть адресованы ПДМ. Они подробно разбираются в отечественной и зарубежной специальной литературе. В своей совокупности они подталкивают к однозначному выводу о том, что ПДМ реально заработает только при соблюдении длинного перечня условий. Главное из них – ПДМ необходимо переформатировать, причем коренным образом. Но для участников саммита Россия-ЕС было важно доказать прямо противоположное. Дескать, ПДМ уже работает. Мощно. Эффективно. Оно вполне успешно. Перспективно. Уже приносит плоды. Ведь они его придумали. Они его запустили. Они хотели бы получить от него политические дивиденды. Перспективно? Несомненно. Очень и очень. Без него, возможно, России и ЕС вообще не выжить, если они хотят оставаться влиятельными, конкурентоспособными мировыми игроками. Но только в корне пересмотренного – другого ПДМ. Еще одной областью, которую лидеры России и ЕС хотели бы преподнести друг другу и общественному мнению в качестве идущей в общий зачет свершений, является энергетика. «Среди несомненных успехов текущего года, – акцентировал Дмитрий Медведев, выступая перед журналистами, – наше энергетическое сотрудничество, в частности пуск первой очереди Северо-Европейского газопровода. Уверен, он укрепит европейскую энергобезопасность». Резонов несколько. Энергетика занимает доминирующее место в экономическом сотрудничестве между Россией, ЕС и его государствами-членами. На энергоресурсы приходится львиная доля взаимного товарооборота. Диалог по энергетической проблематике наиболее интенсивный. Ведется давно и по широкому фронту проблем. Кроме того, за последнее время удалось сделать немало. Достижения очень весомы. Закончено строительство «Северного потока», пущена первая ветка из двух. Если потребуется, можно будет проложить и третью. Имеется плотно набитый портфель совместных проектов по энергоэффективности и энергосбережению. Приступил к работе Консультативный совет по газу. Интенсивно трудится Постоянный совет партнерства по энергетике. Европейская Комиссия получила от Совета ЕС мандат на ведение переговоров об объединении сетей в Балтии. Подготовлен совместный доклад о траектории развития всех основных секторов мировой энергетики до 2050 года. Если бы стороны руководствовались общим видением будущего мировой энергетики, это было бы большим подспорьем при принятии затрагивающих друг друга политических решений. Но пока, к сожалению, это не так. Далеко не так. Баланс между сотрудничеством и разногласиями в энергетической сфере далеко не в пользу утверждения партнерских отношений. Причем в какие-то моменты острота противоречий зашкаливает. О том, в чем они проявляются, чуть дальше. Но правила игры заданы. Стороны не вправе обнажать противоречия. Они не могут себе позволить такую роскошь, как прямая конфронтация. Тем более, сейчас. Поэтому пытаются выйти на согласование позиций и взаимные компромиссы через приукрашивание позитива. Это, видимо, единственно разумный вариант действий. Хотелось бы только, чтобы он давал большую отдачу. Наконец, еще один выигрышный реферат – международное сотрудничество. И здесь расхождений более чем достаточно. Но и достойных моментов для того, чтобы оттенить преимущества взаимодействия хватает. В их числе сотрудничество в урегулировании международных конфликтов (например, по БВУ), по проблематике нераспространения (иранское и северокорейское досье), в решении глобальных проблем и т.д. Другой пласт взаимодействия по международной повестке – совместная работа и координация позиций в ООН, G20, других организационных рамках. На декабрьском саммите лидеры России и ЕС намеренно обошли острые углы. Ведь диалог по конфликтам в Закавказье, по Приднестровскому урегулированию и некоторым другим сложным вопросам международной повестки, по которым России и ЕС до полного взаимопонимания очень далеко, ведется в постоянном режиме. Напротив, об имеющемся позитиве постарались упомянуть в максимально выигрышном ключе. Так, лидеры ЕС выразили свое удовлетворение тем, что при их посредничестве Москве удалось снять возражения Тбилиси, препятствовавшего вступлению России в ВТО. Они поблагодарили Москву за позитивное отношение к продолжению Приднестровского урегулирования в формате 5+2. Стороны вновь констатировали близость позиций по иранскому досье. Указали на то, что происходящее в АТР непосредственно затрагивает их интересы. В целом высказались за активизацию сотрудничества и взаимодействия. По ситуации в Сирии от взаимных увещеваний намеренно отказались, прекрасно осознавая еще по предыдущему саммиту их бессмысленность. Руководство ЕС лишь обратилось к Дмитрию Медведеву с общей просьбой поддержать их усилия в Совбезе ООН. Упор на позитив создал на саммите очень приятную, очень доброжелательную обстановку. Он позволил руководству России и ЕС подвести положительный итог сотрудничества за последние несколько лет. Дал основания провозгласить состоявшуюся встречу в верхах саммитом свершений. Помог лидерам России и ЕС выйти к журналистам с высоко поднятой головой. Но…и только. Ни журналистов, ни бизнес, ни общественное мнение высказанные ими оптимистические оценки состояния отношений между Россией и ЕС, не убедили. Во-первых, никто давно уже не верит победным реляциям. Все выработали на них иммунитет и относятся к ним с почти врожденной подозрительностью. Во-вторых, сквозь подбеленный фасад проблемы в отношениях между Россией и ЕС все равно проступают. Причем зло, весомо, убедительно. В-третьих, отпускаемые друг другу комплименты мало что дают для решения накапливающихся проблем. А их надо решать. Не только обсуждать, но и решать. Иного не дано. Нужно договариваться. Обо всем. И о том, как преодолевать текущие разногласия. И об общей стратегии обустройства континента. И о том, как сообща готовиться к будущему. Оставлять разногласия за спиной крайне опасно. О том же, сколь их много и насколько глубокий характер они носят, саммит напомнил со всей определенностью. Попытаемся по ним пройтись. Хотя бы пунктирно.   Разногласия разногласиям рознь Иерархию противоречий между Россией и ЕС крайне сложно выстраивать. Они очень разноплановые. Разноуровневые. На передний план выскакивают то одни, то другие. В зависимости от неловких, алогичных, двусмысленных поступков, совершаемых то одной, то другой стороной. Под влиянием конъюнктурных изменений в глобальной и региональной политике. Из-за ошибочных шагов, объяснить которые друг другу и общественному мнению не всегда удается. Поэтому от выстраивания их по ранжиру придется отказаться. Ограничимся лишь кратким напоминанием о некоторых из них, представляющихся наиболее важными вне связи с их местом в общей иерархии. Ведь значительная часть политических элит ЕС и его государств-членов продолжают делать вид, что Россию и ЕС разделяют, главным образом, различия в восприятии основных ценностей. В Москве подозревают, что это не более чем предлог. Он используется Брюсселем для оправдания селективной экономической политики в отношении России. Осуществляемый им экономический курс носит политически мотивированный характер и проводится в нарушение элементарных требований свободной конкуренции и открытого доступа на финансовые рынки, рынки сбыта товаров и услуг и рынки технологий. ЕС хочет покупать российские ресурсы, но не по справедливым, а по бросовым ценам, как во времена М. С. Горбачева, подминая под себя все рынки готовой продукции, в которых заинтересован российский капитал и российское государство. Широкое распространение получили и более циничные оценки. Как утверждают некоторые эксперты, ЕС шаг за шагом, методично, без стеснения укрепляет свои геополитические позиции во всех регионах мира, в которых заинтересована Россия. Отсюда и все противоречия. Как реальные, так и надуманные. В зависимости от обстоятельств, их микшируют. Если надо, наоборот, без зазрения совести провоцируют их обострение. Причем последнее получается у ЕС намного лучше. Ведь достаточно одному государству-члену или их небольшой группе, даже вопреки мнению и интересам большинства, начать «крестовый поход», как к нему подключаются все остальные. ЕС так устроен. С этим ничего не поделать. До тех пор, пока Россия не сломает этот трафарет, на что у нее элементарно не хватает ни сил, ни умения, те или иные силы внутри ЕС будут играть на разногласиях и противоречиях между Россией и государствами-членами. От этого никуда не деться. Разногласия и противоречия носят объективный характер. Снять их не удается. Да и никто этого по-настоящему не хочет. Приведенные суждения спекулятивны. С ними можно было бы поспорить. Они кажутся достоверными лишь на первый взгляд. В них слишком много передергивания. Объективно Россию и ЕС гораздо больше вещей сближают. Культура, история, геополитика – все подталкивает Россию и ЕС в объятия друг к другу. От игры на противоречиях Москва и Брюссель сильно теряют. Выгода мизерная, а потери колоссальные. Но политическим элитам России и ЕС это надо осознать. Практика пока совершенно иная. Не вдаваясь в анализ причин, как и было обещано, разберем несколько наиболее ярких примеров.   Энергетика К теме сотрудничества в области энергетики Дмитрий Медведев, Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу возвращались неоднократно. Не только потому, что во взаимной торговле она является главной статьей экспортно-импортных операций. Приносит наибольшие средства в бюджет России. Воспринимается Брюсселем как один из главных вопросов обеспечения экономической безопасности. Но и потому, что, как выясняется, в этой области разногласия приобрели достигли наибольшей остроты. Существующие проблемы накапливаются. Приобретают застарелый характер. К ним добавляются новые. За все годы сотрудничества России и ЕС так и не удалось согласовать прочную, стабильную, взаимоприемлемую правовую базу отношений в энергетической области. Из Договора к Энергетической хартии Россия вышла (оставшись в режиме Энергетической хартии). Вместо Договора ничего другого не появилось. Принципы, провозглашенные G20 , юридической силы не имеют. Они могут быть полезны лишь как общие ориентиры при разработке обязывающих документов. Предложения руководства России по формированию новой правовой базы ЕС восприняты не были. Никакие международные акты заполнить образовавшийся вакуум не в состоянии. Ни один из них, будь то правила ВТО или какие-то другие, не регламентирует эту область многосторонних и двусторонних отношений столь же подробно, как ДЭХ. В отсутствие сдерживающих международно-правовых факторов каждая из сторон получает возможность подменять международную регламентацию своим внутренним национальным или наднациональным законодательством. Именно по этому пути и пошел Брюссель. Принятый им «Третий энергетический пакет» решает административными методами несколько сформулированных Брюсселем задач. Он распространяет на поставки и торговлю природным газом стандартные требования свободной конкуренции, намеренно отказываясь от учета их специфики. Пресекает возможность концентрации в руках единого собственника производства (добычи), транспортировки и распределения этого нетипичного товара. Допускает на рынок неограниченное число игроков, вне зависимости от того, полезно это или вредит. Все для того, чтобы на словах обезопасить себя от внешнего давления, монополизма и ценового сговора; на деле – чтобы утвердить рынок потребителя, т.е. обеспечить господство на рынке не производителя, а именно потребителя. Но ведь Россия и российские компании в отношениях с ЕС как раз и выступают в роли поставщика и производителя, а ЕС – в роли потребителя. В результате получается, что новейшее законодательство ЕС легитимирует противопоставление интересов и даже их столкновение, при котором преимуществами пользуется только одна из сторон. Москва против этого активно выступает, пытается объяснить, что действия Брюсселя являются антирыночными. Они наносят удар по всей системе долгосрочных контрактов, на основе которых поставки идут в Западную и Центральную Европу. Лишают производителей стимула к инвестициям. Разрушают сложившийся рынок, что в итоге бьет по интересам Большой Европы в целом. Однако донести свои озабоченности до европейских законодателей, правительств и Европарламента российская сторона не может. Ситуация в лучшую сторону не меняется. Еще одним камнем преткновения являются противоположные подходы Москвы и Брюсселя к решению вопроса транзита. Москва строит свои магистральные трубопроводы. Брюссель лоббирует свои. В прошлом он всячески затягивал выдачу разрешений на прокладку «Северного потока». Естественно, руками государств-членов. Теперь с не меньшими, а, может, даже большими проблемами сталкивается реализация проекта «Южный поток». ЕС добивается, чтобы южным коридором газ шел по Nabucco. Даже несмотря на то, что под Nabucco элементарно нет или недостаточно поставщиков. Эти объективные противоречия с обескураживающей регулярностью прорываются наружу в том или ином конфликте интересов. В том, что касается «Третьего пакета», им стали радикалистские меры отдельных стран по его применению к предприятиям, контролируемым Газпромом, – в Москве даже заговорили о том, что в ЕС по существу приступили к осуществлению частичной национализации иностранной собственности и селективному применению положений пакета (читай, преследованию конкурентов). В том, что касается транзита – безоглядное проталкивание Брюсселем соглашений с прикаспийскими странами и стремление запустить строительство транскаспийской трубопроводной системы. Больше всего Москву возмутило в этой ситуации, что Брюсселем полностью игнорируется международно-правовой статус Каспия как внутреннего моря и его особые правовые режимы. Не меньшее неприятие действий Брюсселя вызвало то, что он открыто приступил к ведению переговоров за спиной Москвы. Естественно, что эти сюжеты не могли не затрагиваться на саммите. Очень важно, что они обсуждались в конструктивном ключе с ориентацией на поиски компромисса. Ведь продолжение прежнего курса, когда интересы одной из сторон намеренно ущемляются, никого устроить не может. Применительно к «Третьему энергетическому пакету», российское руководство вновь напомнило партнерам, что он обладает очень большими гибкостями. Законодательство ЕС предоставляет государствам-членам выбор из различных схем имплементации. Поэтому компромиссы можно поискать на путях гибкого взаимоприемлемого и взаимовыгодного применения различных положений пакета. Так, чтобы ничего не ломать. Так, чтобы оно не применялось вопреки или против интересов одного из ведущих хозяйствующих субъектов на рынке ЕС. Применительно к Каспию, команде Хермана Ван Ромпея и Мануэла Баррозу еще раз разъяснили две и так хорошо известные вещи. Международный режим Каспия означает, что договоренности нельзя искать с ограниченным кругом сторон. Это противоречит правовой и политической логике. Решения должны находиться с участием всех, от кого зависит статус Каспия и порядок его эксплуатации. К тому же свои отношения с прикаспийскими странами ЕС не должен строить в ущерб интересам России. Это даже как-то неловко. Брюссель от этого, с учетом влияния России в регионе, не столько выигрывает, сколько проигрывает. Предложения же Брюсселя по энергетическому разделу нового базового соглашения вообще были Москвой с порога отвергнуты. Российское руководство не нашло в них ничего конструктивного. Ничего приемлемого. Ничего такого, на основе чего можно было бы вести переговоры. Таким образом, картина более чем удручающая. Объективные противоречия очень глубокие. Они порождают столкновения коммерческих, а вслед за ними и политических интересов. На объективные противоречия наслаивается односторонний экономический и политический курс. Столкновения интересов тут и там прорываются конкретными действиями. Вместо того чтобы сглаживать противоречия, микшировать их, находить взаимоприемлемые решения, стороны настаивают на своем. Так далеко не уехать. Результат плачевен. Россия теряет миллиарды и миллиарды евро. ЕС серьезно утяжеляет экономику своих государств-членов. Принуждает их идти на неоправданные расходы. Ослабляет международную конкурентоспособность. Одних только констатаций и изложения позиций сторон недостаточно. Необходимо реально договариваться. И договариваться в интересах друг друга. Компромиссы по правовому режима сотрудничества в области энергетики, применению «Третьего пакета», транзиту вполне могут быть найдены. Если этот верхний слой противоречий будет снят, стороны получат возможность выйти на обсуждение гораздо более перспективного вопроса – как формировать единую энергетику Европы. Создавать общий рынок производства, транспортировки и потребления энергоносителей. Привлекать сюда новые инвестиции. А получаемые доходы вкладывать в «зеленую» экономику. Выработка единой стратегии на этот счет расчистит завалы и на пути других, более масштабных договоренностей о нормальном, по-настоящему партнерском обустройстве Европы. Ведь получается же у хозяйствующих субъектов России и ЕС, у крупных энергетических компаний эффективно работать вместе, когда им не мешает фактор политизации этой сферы двусторонних отношений. Удается России и ЕС выходить на совместное видение того, как европейская и мировая энергетика будет развиваться на период до 2050 года. Дают же ощутимую отдачу проекты в области энергосбережения и энергоэффективности. Понимают ведь в ЕС и государствах-членах, что без российского природного газа не обойтись. ЕС выгодно увеличение его доли в своем энергетическом миксе. Потребители из ЕС будут закупать его все больше и больше. Без него «зеленой» экономики не построить. К следующему шестилетнему периоду своих взаимоотношений в области энергетики Россия и ЕС подходят с большим грузом проблем. Итоги нынешнего саммита еще раз подтверждают: их нужно решать. Обходить их, сглаживать углы, затягивать с поисками компромисса значит оказывать «медвежью» услугу всем народам Европы.   ВТО и НБС Вступление России в ВТО только состоялось. Россия добивалась его очень долго. Но ни российское руководство, ни бизнес так до сих пор и не преодолели сомнений в отношении того, принесет ли оно больше плюсов или минусов. Часть бизнеса настроена весьма скептически. Не дожидаясь последствий, некоторые финансово-промышленные группы уже стали перебрасывать производства в те регионы мира, где рабочая сила дешевле, а рынок более ёмкий, нежели российский. Формула, с которой они выступают (кстати, она прозвучала на «круглом столе» промышленников, приуроченном к саммиту) – «никто никогда раньше не отдавал свой внутренний рынок так бездарно и так задешево». Формула абсолютно безответственная. Спекулятивная. Противоречащая действительности. Но, вместе с тем, хорошо отражающая опасения отечественного бизнеса. Что принесет России ВТО, станет видно только по прошествии какого-то времени. Ведь важен не сам факт членства в ВТО, а то, как его удастся использовать. Насколько к нему приспособится бизнес. С учетом этого многие в России предпочли бы выждать, осмотреться, сделать некоторые предварительные выводы, а только после этого переходить к переговорам с ЕС о ВТО+ или любом другом торгово-экономическом соглашении, дополнительно открывающем российский рынок для иностранной конкуренции. Пусть и взамен на аналогичные возможности на рынке ЕС. Отсюда предложение российской стороны закончить согласование всех остальных разделов нового базового соглашения, подписать его и только потом договариваться о модифицированном торгово-экономическом режиме сотрудничества. Тем более что Россия очень печется о тех преференциях, которыми пользовалась по действующему СПС, и которые не хотела бы потерять. Принимая во внимание все эти соображения, руководство России, ведущие министерства и ведомства даже изменили свое отношение к действующему СПС. Раньше его ругали. Выпячивали его недостатки. Критиковали за то, что оно не обеспечивает равноправные условия партнерства и сотрудничества, ущемляя интересы российского государства и бизнеса. Теперь об этих «мелочах» в какой-то степени забыли. О них больше не упоминается. В ходу несколько иной концептуальный подход. Его суть: «Нам нужен такой новый договор с ЕС, который бы сильно отличался от действующего СПС в лучшую сторону, который бы обеспечил качественно новый уровень отношений. Если этого сейчас не получается, то и спешить с новым базовым договором не нужно, СПС хорошо справляется со своей миссией». За новым концептуальным подходом скрываются не только опасения по поводу того, что реально даст России членство в ВТО. За ним стоит также настороженность относительно желательности и перспективности для России и российского бизнеса установления совместной с ЕС зоны свободной торговли. Зачем такая зона нужна ЕС и его государствам-членам, лежит на поверхности. Она позволит западноевропейским ТНК действовать на российском рынке в гораздо более благоприятных условиях. Ведь компаниям из стран ЕС есть, что продвигать на ёмкий российский рынок, далекий от насыщения. Это широкая гамма товаров глубокой переработки, наукоемкая продукция, машины и механизмы. Они и сейчас весомо присутствуют в экспорте из ЕС в Россию. Не менее конкурентоспособны на российском рынке и сельхозпродукты, продукты питания, ширпотреб, производимые в ЕС. Структура же российского экспорта в ЕС примитивна. Львиную долю экспорта составляют природные ресурсы. Они и так не облагаются пошлинами. Прорваться на рынок ЕС с наукоемкими товарами российскому бизнесу вряд ли удастся. Поэтому российская сторона особого энтузиазма по поводу зоны свободной торговли не испытывает. Если бы испытывала, ничто не мешало бы приступить к соответствующим переговорам многие годы назад. В действующем СПС такая возможность прямо оговорена. Позиция ЕС прямо противоположная. По мнению Брюсселя, вступление России в ВТО снимает все препятствия на пути заключения соглашения о зоне свободной торговли (ЗСТ). К нему нужно стремиться. ЗСТ, безусловно, выгодна европейскому бизнесу. Мандат на ведение соответствующих переговоров Европейской Комиссией уже давно получен. Сколько-нибудь серьезных аргументов против ЗСТ российская сторона больше приводить не сможет. Это раньше, на этапе обсуждения условий вступления в ВТО, российские переговорщики могли настаивать, что, дескать, предоставление ЕС дополнительных прав или возможностей будет означать автоматическое их распространение на всех членов ВТО. Сейчас это уже не так. А правила ГАТТ/ВТО никаких ограничений на участие стран-членов в ЗСТ не накладывает. Однако различия в позициях Москвы и Брюсселя касаются не только ЗСТ. Стороны сейчас совершенно по-разному подходят вообще к вопросу о формате нового базового соглашения. Брюсселю он видится как всеобъемлющий, регламентирующий все важнейшие вопросы торгово-экономического сотрудничества и взаимодействия между ЕС и Россией. Москва же выступает за сравнительно компактный договор, который бы получил дальнейшее развитие в детальной регламентации, прописанной в будущих секторальных соглашениях с ЕС. Если разобраться, подход ЕС несколько более последовательный. Действующее Соглашение о партнерстве и сотрудничестве имеет всеобъемлющий характер. Чтобы идти дальше, чем СПС, чтобы давать сторонам больше – бизнесу, обществу, людям – новый базовый договор тоже должен быть всеобъемлющим. Об общих параметрах НБС стороны договорились в самом начале переговоров*10. На том, чтобы придерживаться имеющихся договоренностей, Брюссель и настаивает. Кроме того, он четко знает, какой запрос получил от европейского бизнеса, в чем его интересы заключаются, и продвигает их на переговорах с Москвой. Запрос российской стороны расплывчат. Утверждение о том, что согласование взаимных более льготных режимов торговли и экономической деятельности на территории друг друга ухудшит условия вступления России в ВТО, не могло и не должно было выступать стержнем российской позиции. Ведь любые взаимные уступки сторон по будущему НБС носили бы отлагательный и обусловленный характер. К тому же ничто не мешало российским переговорщикам настаивать на том, чтобы НБС концентрировалось на снижении административных барьеров, поддержке создания общеевропейских производственных цепочек, облегчении осуществления крупных производственных и технологических проектов, деполитизации процедур принятия экономических решений и всего другого, в чем заинтересованы российский бизнес и общество. Как бы то ни было, к концу 2011 года на переговорах по НБС сложилась следующая ситуация. Было выделено четыре самостоятельных переговорных трека. Обсуждение велось в рабочих группах по сотрудничеству в области политического диалога и внешней безопасности (1), свободе, безопасности и правосудию (2), экономическим вопросам (3), научным исследованиям, образованию и культуре (4). Итоги каждого раунда подводило Пленарное заседание. После Ханты-Мансийска состоялось 12 раундов переговоров. Однако работа над разделами, касающимися общих режимов экономического сотрудничества и инвестиций (т.н. горизонтальные нормы), по сути оказалась заблокированной. Переговорщики со стороны ЕС придавали и придают им первостепенное значение. С учетом этого в декабре 2010 года переговоры вообще по всем разделам НБС были приостановлены. Имелось в виду, что они будут возобновлены после решения вопроса о вступлении России в ВТО или, иначе, нахождения развязок по «режимному» блоку вопросов. Таким образом, к саммиту ситуация на переговорах по НБС, по сравнению со сложившейся год назад, ни в чем не изменилась. России и ЕС удалось существенно продвинуться с согласованием проектов статей, относящихся ко всем трекам переговоров, за исключением экономического. По экономическому были рассмотрены проекты 13 субстантивных статей – космос, с/х, корпоративное законодательство, статистика, промышленная политика, туризм, макроэкономика, аудит и бухучет, лесное хозяйство, здравоохранение, социальная политика и занятость, защита потребителей, информационное общество. Проекты статей по космосу, статистике, макроэкономике, защите потребителей, здравоохранению были согласованы. По туризму, информационному обществу, промышленной политике, лесному хозяйству, занятости и социальной политике – практически согласованы. Однако проекты горизонтальных статей остались «висеть». Соответственно и обсуждение российских предложений по сотрудничеству в области транспорта, энергетики и финансовой политики пришлось отложить. Перед саммитом стояла дилемма: либо еще какое-то время подождать с возобновлением переговоров, несмотря на то, что вступление России в ВТО становилось свершившимся фактом, либо вернуться за стол переговоров, либо поискать промежуточное решение. Руководство России и ЕС остановилось именно на нем. По итогам встречи в верхах совместная неформальная экспертная группа получила поручение сторон провести обмен мнениями на основе предложений ЕС по проектам статей, касающихся режима движения товаров, услуг и капиталов и связанным вопросам. Она должна подготовить рекомендации, которые позволили бы Москве и Брюсселю внести коррективы в утвержденные ранее директивы на ведение переговоров, если это будет сочтено целесообразным. Найденная развязка носит процедурный характер. Однако ее значение не стоит недооценивать. Она вновь открывает окно возможностей. Позволяет сторонам проявить максимальную гибкость. Что-то поменять. Что-то переосмыслить. Заново оценить перспективы не только сотрудничества и партнерства, но и совместного регулирования общих пространств, в данном случае экономического. Хорошо бы, если бы Москва и Брюссель этими возможностями в максимальной степени воспользовались. Тогда, может быть, им удалось бы выйти на формулирование норм прямого действия, которые бы блокировали тягу национального законодателя и исполнительной власти к принятию односторонних мер, какими бы резонами они не обосновывались.   Очередной раздражитель То, чего хотелось бы избежать благодаря принятию грамотно составленного НБС, иллюстрируют два эпизода из недавней истории отношений между Россией и ЕС, подробно обсуждавшихся на саммите. Вернее, для того чтобы они принадлежали истории, сторонам еще придется поработать. Пока они отравляют двустороннее сотрудничество. Их негативное воздействие какое-то время будет, к сожалению, непосредственно сказываться на общем климате взаимоотношений. Пример первый. Одной из стран ЕС не удалось договориться с Газпромом о цене на природный газ, поступающий из России (читай, о снижении цены на газ). У соседей получилось, а у нее нет. Сразу же вслед за этим последовали силовые действия Европейской Комиссии по организации обысков офисов компаний, действующих на рынке ЕС и подконтрольных Газпрому, и выемки документации. Естественно, что оба события никоим образом между собой не связаны. Европейская Комиссия действовала полностью в рамках имеющихся у нее полномочий по борьбе с нарушениями свободы конкуренции, злоупотреблениями доминирующим положением и т.д. Тем не менее... На встрече в верхах руководство ЕС и члены Европейской Комиссии поспешили разъяснить. Мол, ничего необычного. Никакой дискриминации. И никакого умысла. Соответствующие акции были предприняты ранее и в отношении ряда других энергетических компаний. Газпром был затронут в той же степени, что и другие. В ЕС одинаково относятся, что к России, что к Норвегии и Алжиру. Ни о каком селективном применении права и речи быть не может. Все это так. Хотя, по мнению российских переговорщиков, выглядело не слишком убедительно. Однако в юридическом плане ни Газпром, ни Кремль ничего не могли противопоставить проведенной атаке на их интересы в связи с отсутствием для этого правовых оснований. А вот если бы стороны были связаны обязательствами о совместном расследовании обвинений, выдвигаемых против компаний, базирующихся на территории России и ЕС, об обмене конфиденциальной информацией и о сотрудничестве в обеспечении соблюдения совместного антитрестовского законодательства, обладающего прямым действием (!), ситуация была бы совсем другой*11. Прибегать к политическому давлению и выносить все на высокий политический уровень не всегда срабатывает. Пример второй. В ЕС какое-то время велась дискуссия по поводу того, как возложить расходы на противодействие выбросам парниковых газов и изменению климата на тех, кто загрязняет окружающую среду. В частности предлагалось принудительно включить авиаперевозчиков в режим торговли квотами. Чтобы они покупали права на выбросы. Компенсировать же свои расходы они могли, перекладывая их бремя на плечи пассажиров. На практике получался бы налог. За каждый рейс или как-то иначе. В третьих странах, включая не только Россию, но и Китай, и США, к ведущейся дискуссии отнеслись без должного внимания. Ведь мера административная, считали там. Никого ни к чему не стимулирует. На поведении авиаперевозчиков никак не скажется. Это просто топорно сработанное принуждение, вымогательство, не более того. Потом, есть же общепризнанные механизмы согласования международно-правовых решений. Есть компетентные международные организации. ЕС ни за что не пойдет на введение мер, которые будут иметь, по сути, экстерриториальный эффект. Как выяснилось, все третьи страны, включая и Россию, и Китай, и США просчитались. Они недооценили упертость чиновничества ЕС и безоглядное стремление Брюсселя выступать лидером в продвижении климатического досье. Дескать, да, мы первопроходцы. Мы показываем остальным пример. Все остальные должны следовать за нами. Правда, почему должны следовать и вообще, кому должны, не уточнялось. Но ЕС взял и утвердил директиву, прямым следствием которой становится, по прошествии отлагательного периода, обирание авиаперевозчиков с последующим взиманием своеобразного дополнительного налога с пассажиров в размере двух-трех евро за любой перелет в ЕС и из ЕС и на территории ЕС.*12 Последовала фантастически разъяренная реакция чуть ли не всех мировых игроков. Их возмутило абсолютно все в действиях ЕС. Ведь предложенные ЕС меры обсуждались на международном уровне. Все высказались против. Тем не менее, Брюссель ввел их. В «приличном обществе», посчитали партнеры ЕС, так себя не ведут. На всех же форумах – и в G20, и в ООН и т.д. – договаривались действовать сообща, выступать с согласованных позиций. Подобные шаги отрицают достигнутые договоренности. Кроме того, с какой стати на всех иностранных перевозчиков в небе ЕС накладываются дополнительные поборы? Почему они обязаны платить ЕС то ли оброк, то ли барщину, как это случалось в средневековье за проход через земли феодалов? Наконец, кто давал право ЕС наделять свое внутреннее законодательство экстерриториальным действием и подчинять ему иностранные компании? Вопросы были поставлены настолько остро и в такой жесткой форме, что отдельные страны ЕС и крупнейшие авиаперевозчики из стран ЕС заколебались и тоже стали выступать против поборов. Ранее они вынуждены были смириться с диктатом институтов ЕС. Теперь как бы подняли голову. На саммите все эти неудобные вопросы руководству ЕС вряд ли задавались. Но в мягкой, деликатной, корректной форме требование отыграть назад, наверняка, прозвучало. Не надо быть провидцем для того, чтобы смоделировать вероятные ответы. У Брюсселя они всегда звучат примерно одинаково. Суть – это внутренние меры ЕС. Они распространяются на всех хозяйствующих субъектов. Поэтому никакой дискриминации иностранных авиаперевозчиков. Все в равном положении. Решается благородная задача противодействия изменению климата. Все должны последовать за Евросоюзом и подключиться, таким образом, к достижению этой общей цели. Утверждение об экстерриториальности тоже не обосновано. Меры касаются внутреннего рынка ЕС. Регулировать свой внутренний рынок вправе все. И расхождений с нормами международного права и правилами ИКАО никаких нет. Все в рамках международного права. Отдельные же страны ЕС и ведущие перевозчики стали выражать сомнения только в связи с международной реакцией. До того они «против» не выступали. В любом случае директива уже принята. Где они были раньше? После драки кулаками не машут. Тем не менее, ЕС готов проявить гибкость и поискать какие-то варианты или механизмы компенсации. Посмотрим. И на то, что в итоге придумает ЕС. И как дальше будут вести себя основные мировые игроки. Пока Конгресс США дал указание своим перевозчикам никакие дополнительные сборы с пассажиров не взимать и диктату ЕС не подчиняться. Китай тоже пригрозил. Для России же описанный эпизод очень напоминает дежа-вю. Какое-то время назад Брюссель ввел налог на (выбросы) большегрузных грузовиков. Дальнобойщиков на обыденном языке. Односторонними мерами ЕС были затронуты российские компании. В ответ Россия ввела налог на своей территории на транспортные фирмы ЕС. Брюссель тут же заявил: «не имеете права». Мы обложили налогом всех в одинаковой степени. Вы установили налог только для перевозчиков из ЕС. Это дискриминация. Либо распространите указанные меры на всех – и своих, и чужих – причем из всех стран. Либо отменяйте их. Получается как-то не очень логично. ЕС устанавливает общие стандарты без оглядки на других, определяет условия деятельности на рынке, исходя из своего видения того, какие цели при этом должны преследоваться. Другим же в этом отказывает. Так, России для вступления в ВТО пришлось пойти на отказ от сборов с иностранных авиакомпаний за транссибирские перелеты, на корректировку обещаний, данных иностранным компаниям, приступившим к промсборке автомобилей на территории страны, и т.д. Тем не менее, в связи с принудительным подключением авиаперевозчиков к торговле квотами на выброс, Москва в очередной раз пригрозила ответными мерами. Значит, нужны неполитизированные механизмы разрешения подобных споров, которые бы не зависели от политической конъюнктуры, могли приостанавливать действие односторонних мер вплоть до нахождения урегулирования, применять действующее право, обязательное для обеих сторон, а не изменяемое ими по своему желанию. Действующее СПС не срабатывает. Все это в нормативном и институциональном плане должно быть предусмотрено в НБС.   Международная проблематика Казалось бы, в этой области сотрудничество между Россией и ЕС идет особенно успешно. Подходы Москвы и Брюсселя к неприменению силы, господству права в международных отношениях, обеспечению международной стабильности, объединению усилий для решения глобальных проблем во многом совпадают. Активно ведется политический диалог в территориальном и функциональном срезе. Россия и ЕС хорошо взаимодействуют в международных организациях. Ими созданы особые форматы урегулирования отдельных международных конфликтов, решения общих и региональных проблем: по БВУ, ядерной программе Ирана*13 и т.д. Накоплен опыт взаимодействия при проведении военно-гражданских миротворческих операций. Тем не менее, есть нюансы. В ходу грустная недипломатичная шутка: «Чем дальше регион от общих границ России и ЕС, тем легче им договариваться». Камнем преткновения остается проводимая ЕС политика «Восточного партнерства». Москва воспринимает ее как стремление Брюсселя принудить элиты стран общего соседства сделать выбор между ориентацией на Россию или на ЕС и привязать их к себе. Со своей стороны, Брюссель при каждой удобной возможности обвиняет Кремль в проведении имперской политики и приверженности отжившим концепциям сфер влияния. Столкновение интересов на постсоветском пространстве серьезно осложняет отношения между Россией и ЕС. Последний пример – попытки добиться от Украины участия в ЗСТ+ с ЕС или вхождения в Таможенный и Евразийский союз. Однако эта группа разногласий вновь была оставлена за рамками саммита (за исключением их энергетического измерения). Как и некоторые другие. Россия и ЕС выступают за территориальную целостность Грузии. Но толкуют ее прямо противоположным образом. ЕС как включающую Абхазию и Южную Осетию. Россия, естественно, как исключающую. ЕС настаивает на том, чтобы Россия в полном объеме выполнила план Медведева-Саркози*14. Россия считает, что добросовестно соблюдает его. Фактически разногласия по этой острейшей проблеме, чреватые обострением, отставлены в сторону. Москва и Брюссель договорились о несогласии. Единственный позитив, о котором они могут говорить, – полезность неизменно сбоящего Женевского процесса и то, что им удалось уговорить Тбилиси не препятствовать вступлению России в ВТО. Правда, какой ценой. Москве пришлось прибегать к мегафонной дипломатии. Апеллировать к коллективному Западу. Идти на серьезные уступки. Нет никаких гарантий того, что разногласия по поводу государств, признанных Россией в одностороннем порядке, не будут всплывать в контексте нахождения развязок и по другим вопросам. Очагом напряженности в отношениях между Россией и ЕС остаются пробуксовка Приднестровского урегулирования, продолжающийся конституционный кризис в Молдове, массовая выдача гражданам страны румынских паспортов. В Москве уверены, что наилучшие шансы на нормализацию ситуации и достижение урегулирования давал план Дмитрия Николаевича Козака. Сожалеют, что он был торпедирован. Брюссель по этому поводу придерживается несколько иного мнения. И «ставить в угол» одного из своих государств-членов не собирается. Вот и получается, что можно выражать удовлетворение только форматом переговоров по Приднестровскому урегулированию и приветствовать поддержку Россией формулы 5+2. Нагорный Карабах. Москва и Брюссель согласны с тем, что использование силы и угрозы силой недопустимо. Они регулярно приветствуют усилия сопредседателей Минской группы, где Россия играет первую скрипку. Отмечают достигнутый прогресс. Но ни для кого не секрет, что вывести урегулирование из тупика никак не удается. Несмотря на все посреднические усилия и организацию прямых контактов в верхах. А ведь взрывоопасный материал в регионе накапливается. Угроза международной стабильности очень большая. Нормальное экономическое сотрудничество в масштабах Большого Кавказа по этой причине запустить не получается. Косовская проблема также вынесена за рамки диалога между Россией и ЕС на высшем уровне. А ведь обострения в Косовской Митровице случаются с удручающей периодичностью. Причем как из-за действий местных властей, так и миротворческой миссии. Политика оказания политического давления на Сербию и «подкупа» элит имеет свои ограничения. Возможности поиска каких-то иных вариантов обеспечения прав меньшинств намеренно игнорируются. Просто обмениваться информацией по меняющейся ситуации и оценками явно недостаточно. Однако Брюссель исходит из того, что перспектива включения в ЕС позволит отыскать все необходимые развязки. В любом случае Балканы для него уже не внешняя, а внутренняя политика. Поэтому на саммитах руководство ЕС предпочитает весь разговор с Россией сводить к изложению фактологии. По состоянию на сегодня переговоры с Хорватией завершены. Условия приема в ЕС формализованы. Договор о приеме подписан. На его ратификацию потребуется чуть больше года. Если не произойдет чего-то экстраординарного, Хорватия станет 28-м членом ЕС с 1 июля 2013 года. Черногории статус кандидата в члены ЕС предоставлен. Переговоры стартуют в середине года. В отношении Белграда, видимо, в зависимости от развития внутриполитической ситуации, аналогичное решение будет принято институтами ЕС в феврале и официально объявлено в марте. Серьезные опасения у России и ЕС вызывает ситуация на Большом Ближнем Востоке. Вернее даже будет сказать, усиливающаяся дестабилизация Большого Ближнего Востока. И Москва, и Брюссель исходят из того, что Иран не должен получить доступ к ядерному оружию, что эту задачу следует решать мирным путем, и активно работают вместе на данном направлении. Они теснейшим образом сотрудничают по БВУ во всех возможных форматах. Они выступают за демократическое, стабильное, поступательное развитие региона. Не раз высказывали надежду на то, что «арабская весна» послужит достижению этих целей. Приняли ряд совместных заявлений по БВУ и «арабской весне». Но в Москве без иллюзий оценивают происходящее в регионе. Понимают, какие силы реально воспользуются сменой политических режимов в большой группе арабских государств. Предвидят, к каким сдвигам в их внешней и внутренней политике приведет приход во власть происламских и исламистских партий и движений. Что за этим последует. Какое влияние окажет на процесс мирного урегулирования. Категорически возражают против повторения ливийского сценария где-либо еще. Брюссель же ведет себя так, будто бы передовицы в газетах, популистские заявления и увещевания и есть реальная политика*15. Будто бы ведущуюся войну за доступ к богатствам региона никто не замечает. Вот и получается, что желание не обострять политический диалог и здесь оказывает руководству России и ЕС медвежью услугу. Обе стороны лишь делятся своими подходами и озабоченностями, но настоящей сверки часов, за которой могли бы следовать совместные действия и инициативы, а не только заявления, не происходит. Отсюда желание поговорить о Китае, АТР, развитии ситуации в отдаленных регионах планеты. Такое желание более чем оправдано. Происходящее в Китае интересует всех. Китай превращается в важнейший фактор мировой политики и экономики. С учетом этого сопоставление точек зрения Москвы и Брюсселя на ситуацию в АТР в рамках политического диалога на высшем уровне становится настоятельным императивом. Но есть и свои «но». На такие темы надо говорить серьезно и обстоятельно, входя в детали и нюансы, ставя проблемы и предлагая подходы к их решению. За 5 – 10 минут, которые есть на это у лидеров Росси и ЕС в формате официальных переговоров, подобное невозможно. Максимум, что можно сделать, это констатировать, что у ЕС, его стран-членов и их компаний в АТР сосредоточены колоссальные экономические интересы, а политическое влияние стремится к нулю. Для России же дальневосточное измерение международной деятельности и экономического сотрудничества приобретает все большее значение. Оно растет. И стремительными темпами. Уже сейчас товарооборот с Китаем превысил показатели, к которым Россия и Германия подбирались два десятилетия. В среднесрочной перспективе, по прикидкам Москвы, он вырастет до 150 миллиардов, а к 2020 году – до 180 миллиардов долларов. Это около половины нынешнего товарооборота России со всеми 27-ю государствами-членами ЕС, вместе взятыми. Такие прогнозы, само собой, наводят на размышление. А также контекст, в котором они озвучиваются. Особенно если учесть сугубо позитивную характеристику, даваемую Москвой набирающему размах сотрудничеству в рамках БРИКС, и желанию представить Евразийский союз как будущего органического партнера ЕС. Однако лучше всего общую неудовлетворенность от того, как развивается сотрудничество между Россией и ЕС во внешнеполитической сфере, иллюстрируют несколько других фактов. Первый. Диалог по поводу инициативы России заключить Договор о европейской безопасности, с которой в Москве связывали столько надежд, практически сошел на нет. О нем давно уже не слышно ничего нового. Второй. Громковещательное российско-германское предложение, поддержанное министрами иностранных дел России, Польши, Германии и Франции, о создании Россией и странами ЕС совместного совета по международным делам и вопросам безопасности на уровне мининдел так и не вышло из зачаточного состояния. Казалось бы, оно отвечает насущной необходимости. Позволяет выйти на новый уровень взаимодействия. Подготавливает почву для координации действий в масштабах континента. Просто отвечает логике партнерских отношений между Россией и ЕС. Тем не менее, воз и ныне там. Сначала страны ЕС попытались сориентировать будущий совместный орган на поиски развязок только и исключительно по Приднестровскому урегулированию. После того как это не получилось, просто «замотали» предложение. Хотя и не полностью. Оно остается на плаву. Третий. С заключением соглашения о кризисном регулировании тоже не особенно получается. Сначала стороны были полны оптимизма. Затем – так неоднократно бывало уже и раньше – выяснилось, что Брюссель не видит иных возможностей, как только предложить Москве подключаться к проводимым им военным, военно-гражданским и гражданским операциям миротворческого характера, подчиняясь его управленческим схемам (Севильская формула). Москву, естественно, подобный подход не устраивает и не может устраивать. России нужны такие договоренности, которые позволяли бы ей при каких-то обстоятельствах выступать в качестве лидирующей державы, которую бы поддерживали контингенты стран ЕС. В каких-то – действовать в сотрудничестве с ЕС на паритетных или каких-то иных, но равноправных основах. ЕС такие варианты по сути дела даже отказывается рассматривать. Под предлогом все той же Севильской формулы. Но Москва предлагает ее совершенно иное прочтение, нежели то, на котором твердокаменно продолжает настаивать Брюссель. По ее мнению, ничто в Севильской формуле не запрещает ЕС встраиваться в операции, проводимые третьими странами. Вот вам и еще один тупик. Четвертый. Уже несколько лет Брюссель настаивает на том, чтобы переформатировать политический диалог с Россией по правам человека. Мол, он недостаточен. Он мало что дает. Он ведется на политическом уровне, а ему надо придать чисто профессиональный характер. Подключить к нему все профильные министерства и ведомства. Подтянуть общественность. Сделать отраслевым. Сориентировать на получение конечного результата. В Москве же не понимают, что препятствует работе на получение конкретного результата? Что мешает профессионализму? Тем более что в консультациях/диалоге по проблематике пространства свободы, безопасности и законности/правосудия участвуют все российские правоприменительные органы. Более того, они играют в них лидирующую роль. Проблематика же прав человека вовсе не сводится к ее трактовке Брюсселем. Вот что по этому поводу было сказано Дмитрием Медведевым на итоговой пресс-конференции: «Как только что сказали мои коллеги, одной из важных тем нашего сотрудничества, по которой мы всегда обмениваемся мнениями, даём оценки друг другу, иногда достаточно жёсткие, – это соблюдение прав человека. Россия, в свою очередь, обязана тоже такие оценки давать, потому что у нас своих проблем хватает, я имею в виду Российскую Федерацию. Но есть и проблемы в Евросоюзе, есть и проблемы с соблюдением прав русскоязычных граждан в целом ряде стран, а также всем известные факты ксенофобии, экстремизма и неонацизма в ряде государств Европейского Союза. На это тоже нельзя закрывать глаза и с этим нужно бороться».   Вместо заключения Таким образом, окрестить состоявшуюся встречу в верхах «саммитом свершений» или «саммитом результатов», как поспешили это сделать Херман Ван Ромпей и Мануэл Баррозу, не получается. Саммитом же подведения итогов – вполне. Попробуем и мы, вслед за лидерами России и ЕС, подвести итог. Только сразу оговоримся, делаем это не для того, чтобы выставить оценку. И так понятно, что при другой ситуации на континенте он мог бы быть на порядок весомее. А для того чтобы нарисовать объективную картинку состояния дел в двусторонних отношениях и посмотреть, что можно было бы делать несколько лучше. Крупнейшим достижением, которое лидеры России и ЕС записали на свой счет, стало вступление России в ВТО. Это действительно прорыв. К этому результату Москва шла бесконечно долго. Но страничка, связанная с борьбой за достойное членство в ВТО, теперь перевернута или почти перевернута. Дальше уравнение со многими неизвестными. России, российскому бизнесу надо будет работать самым активным образом, чтобы противостоять усилению конкуренции на внутреннем рынке и капитализировать преимущества от членства, добиваясь международных дивидендов и захвата внешних рынков. Одновременно мы окажемся под неослабным давлением других членов ВТО и, прежде всего Евросоюза, которые будут осуществлять мониторинг того, как российские власти и бизнес выполняют взятые на себя обязательства. Значит, членство, добытое с таким трудом, – лишь очередное окно возможностей. Им обязательно надо воспользоваться. Это домашнее задание для власти и бизнеса. Его необходимо выполнить. Это надежда на углубление и диверсификацию связей с ЕС, на создание для их развития гораздо более благоприятных условий. Крайне важно, чтобы она оправдалась. Все остальные сюжеты, затрагивавшиеся на саммите, – суть строительные леса, возведенные сторонами вокруг будущего здания партнерства, стратегического партнерства, лучше – союза, если они у России и ЕС получатся. Облегчение визового режима, совместные шаги по его отмене, дорожные карты построения общих пространств, партнерство для модернизации, переговоры по новому базовому соглашению, обустройство совместного пространства свободы, безопасности и законности/правосудия, крупные проекты в области энергетики, переход к новым формам взаимодействия по международным досье – все это плод огромного труда. Но не результат. Не партнерство. Все это пролог к конкретному результату и реальному партнерству. Пролог к большой кропотливой работе по реализации всех тех возможностей, которые в них заложены. Тоже касается и вороха противоречий, о которых речь шла выше. Да, это данность. Такова действительная ситуация. Она никого не устраивает. Не может устраивать. Ее надо менять. Но ничто не мешает Москве и Брюсселю (кроме инерционности подходов и стремления получать одностороннюю выгоду, что невозможно по определению) менять ее к лучшему. Шаг за шагом продвигаться к новому качеству отношений, при котором взаимное доверие и заинтересованность позволяли бы находить развязки и обращать минусы в плюсы. И здесь мы подбираемся к самому главному. Чтобы реализовать огромный, во многом пока еще спящий потенциал партнерства и сотрудничества, России, ЕС и его государствам-членам нужно четко представлять себе стратегическую перспективу их взаимоотношений. Если бы ею были провозглашены выход на создание союза (в той или иной форме), построение Большой Европы или Союза Европы, все бы поменялось. Вот настоящий предмет для встреч в верхах, причем, желательно, гораздо более обстоятельных, нежели сейчас, – достижение договоренностей о совместном стратегическом видении партнерства и его формализация. Причем, лучше всего в доверительной, неформальной обстановке. Будет взаимопонимание по этому главному вопросу – легче пойдет нахождение решений и по всему спектру конкретных задач и текущих проблем. Сами же обсуждения текущих вопросов двусторонних отношений и международной повестки желательно сосредоточить не на изложении позиций сторон – они, в принципе, и так хорошо известны, – а на заслушивании высших должностных лиц по острейшим проблемам, с которыми сталкиваются обе стороны, и предлагаемым ими развязкам. Цель – сразу же выходить на взаимоприемлемые решения и поручения компетентным национальным и наднациональным властным структурам. В какой-то степени это и сейчас делается, но не всегда последовательно. С расчисткой завалов на пути вступления России в ВТО получилось – получится и по всему азимуту других вопросов, представляющих взаимный интерес. Только желательно не через десятилетия. Тем более что, как справедливо отмечали лидеры объединенной Европы, Россия и ЕС находятся на перепутье, весь мир находится на перепутье, международное окружение очень быстро, просто-таки стремительно меняется. Иначе нынешнее поколение до реального партнерства между Россией и ЕС не доживет. «Откровенный, открытый, конструктивный диалог», как охарактеризовал работу на саммите делегаций России и ЕС Мануэл Баррозу, – это очень хорошо, даже замечательно, но это всего лишь первый этап, пролог к подлинному стратегическому взаимодействию. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России   *1 Quentin Peel, Joshua Chaffin. Bloc set for fiscal union, says Markel // Financial Times, December 15, 2011. P. 2. *2 Также как и по «разъяснениям», данным Херманом Ван Ромпеем на пресс-конференции по завершении саммита: «На прошлой неделе саммит ЕС принял очень важное решение как в краткосрочной, так и в среднесрочной перспективе для стабилизации ситуации и строительства новой архитектуры валютно-денежного союза. Мы достигли налогово-бюджетной договорённости, укреплённой координации механизмов урегулирования кризисов и выделения дополнительных ресурсов для Международного валютного фонда. Помимо этого, государства-члены осуществляют важную программу по восстановлению доверия, а Европейский центральный банк принял важные меры, которые должны облегчить давление на банки с точки зрения среднесрочного финансирования. Мы все идём уверенным путём к возвращению доверия к еврозоне. Прошлое у нас сложное, дорога остаётся долгой. Потребуется обязательно прочная политическая воля». Здесь и далее цитируется по официальному сайту Президента России: Пресс-конференция по итогам саммита Россия-Евросоюз, 15 декабря 2011 года, Брюссель. *3 Ian Wishart. Markets impatient as eurozone drafts treaty // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. *4 Дэвид Камерон вынужден был заблокировать предложения о внесении изменений в учредительные договоры ЕС в связи с отказом остальных вывести Великобританию из-под действия будущего законодательства о налоге на финансовые трансакции и о предоставлении финансовых услуг. См. Ian Wishart. A summit of deals and divisions. Cameron blocked plans for treaty change. Merkel' satisfied with inter-governmental deal // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 4. *5 См. John Wyles. From one crisis to another// European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 15. *6 См. Constant Brand. MEPs demand role in drafting fiscal compact // European Voice, Volume 17, Number 46, 15–20 December 2011. P. 9. *7 Свое выступление на рабочей части саммита Дмитрий Медведев практически начал со слов «Накануне вечером мы подробно обсуждали неприятные вещи, в частности вопросы, связанные с последствиями глобального экономического кризиса. Не секрет, что ситуация остаётся очень сложной, ситуация в зоне евро также является озабоченностью всех государств – не только Евросоюза». Здесь и далее цитируется по официальному сайту Президента России: Выступление на саммите Россия – Европейский Союз, 15 декабря 2011 года, Брюссель. *8 См., в частности: John Wyles. Op. cit. и последовавшие за снижением суверенного рейтинга большой группы государств-членов ЕС. *9 Также как и победные реляции об имеющихся достижениях в реализации ПДМ, в которые выливаются совместные отчеты. См., в частности: Доклад о проделанной работе, согласованный координаторами «Партнерства для модернизации» Россия-ЕС, для сведения саммита Россия-ЕС 15 декабря 2011 года/ Progress report agreed by the coordinators of the EU-Russia partnership for modernisation for information to the EU-Russia summit of 15 december 2011. *10 См. Заявление о запуске переговорного процесса, принятое на саммите Россия-ЕС в г. Ханты-Мансийске в июне 2008 года. В июле 2008 года в Брюсселе состоялся первый раунд переговоров. *11 Межведомственных меморандумов о взаимопонимании для этого слишком мало. Хотя это и шаг в нужном направлении. Необходимы адекватное НБС и специальный раздел в нем, устанавливающий достаточно далеко идущие взаимные обязательства. В дальнейшем их можно было бы дополнить специализированным соглашением о сотрудничестве в обеспечении справедливой конкуренции с учетом опыта договорных связей, имеющихся у ЕС с США и Японией. *12 Обязательства по директиве добровольно взяли на себя также несколько третьих стран. В своей совокупности ее действие будет распространяться на территорию 30 государств. *13 В качестве иллюстрации приведем признание Хермана Ван Ромпея из его выступления перед журналистами по итогам саммита: «Ядерная программа Ирана продолжает вызывать озабоченность, и наше тесное сотрудничество основано на общих позициях с Россией, что имеет по-прежнему чрезвычайную важность для подыскания дипломатического решения проблемы». *14 Его же фраза, брошенная на пресс-конференции, о том, что «обязательства соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года необходимо имплементировать», говорит сама за себя. *15 Чего стоит, например, такой пассаж из выступления председателя Европейского Совета на итоговой пресс-конференции: «А в том, что касается «арабской весны», у нас, международного сообщества, Европейского Союза, России, совместная заинтересованность, чтобы она пошла правильным путём: больше демократии, больше социальной справедливости, больше верховенства закона». №1(62), 2012
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

В конце 2011 года Европейский совет по международным отношениям, печально известный своими тенденциозными исследованиями, разродился очередным докладом. На этот раз – о возможном политическом курсе Европейского Союза и его государств-членов в отношении России. Только не нынешней, условно медведевской, а той,...

В конце 2011 года Европейский совет по международным отношениям, печально известный своими тенденциозными исследованиями, разродился очередным докладом. На этот раз – о возможном политическом курсе Европейского Союза и его государств-членов в отношении России. Только не нынешней, условно медведевской, а той, в которую она может превратиться спустя уже несколько лет*2. Диагноз, поставленный британскими исследователями, малоутешительный. В двух словах, ни России, ни россиянам не позавидуешь. Страна, как это следует из выжимки доклада, представленного авторами, вымирает. Экономика загибается. Современной инфраструктуры как не было, так и нет. Технологическое отставание усиливается. Никакой стратегии обновления правящий класс выработать не смог. Политическая система архаичная. Закостенелая. Загнивающая. Инициативу и конкуренцию душит. В том числе политическую. Коррупцию поощряет. Из всех стран БРИКС, кроме, возможно, ЮАР, да и то не факт, у России позиции самые слабые. Перспективы – соответственно, наиболее мрачные. Да и БРИКСа-то в действительности не существует. Так, недоразумение. В общем, ложись в гроб и помирай. И какие требования к такой России предъявлять, выписано примерно в сходных тонах. Спорить с такими тезисами – дело бессмысленное и проигрышное. Противопоставить им можно только одно – здоровую порцию юмора. На это я и сделал ставку в своем выступлении в МИДе Италии на обсуждении доклада. Насколько успешно – судить вам. Сначала вкратце основные пассажи из выступления. Затем – о последовавшей на них реакции со стороны итальянских дипломатов, принявших участие в дискуссии, и представителей экспертного сообщества. О том, что сближает наши народы У россиян и итальянцев много общего. Очень. Буквально несколько примеров в подтверждение. Все мы любим Италию. Безумно. Всей душой. И климат. И песни. И культуру. И историю. Все мы вышли из великой и величественной Римской империи и являемся в цивилизационном плане ее наследниками. Все мы высоко ценим чувство юмора. И в литературе, и в повседневной жизни. Жить без него не можем. Оно наша палочка-выручалочка. Позволяет легче относиться к жизни. Плевать на несуразицы. Преодолевать недопонимания. Еще нас сближает глубоко сидящее в нас здоровое недоверие к электронным средствам массовой информации, ко всяким докладам и сенсационным публикациям. Знаем, как часто они носят заказной характер. Не раз убеждались, насколько много в них вранья, тенденциозности и всяческих благоглупостей. Исключение составляют, пожалуй, только такие телеканалы, как «Animal Planet». Давайте же его глазами взглянем на БРИКС, Россию, ЕС и наши взаимоотношения. Странные политические существа Все давно привыкли отождествлять Россию с ее гербом. На нем изображен двуглавый орел. Одна его голова смотрит в одну сторону. Другая – в другую. Если слегка напрячь фантазию, одна – на Восток, другая – на Запад. Все годы Россия разрывалась между Востоком и Западом. Всю нашу историю пронизывает борьба между западниками и славянофилами, между либералами и государственниками. Как в прошлом, так и сейчас. Только вот Европейский Союз является гораздо более странным политическим созданием. У него аж 31 голова. С вступлением Хорватии станет 32. Если считать с Еврозоной – 33. Из них 27 (28) – президенты и/или премьер-министры государств-членов. Еще пять – председатели Европейского Совета, Европарламента, Европейской Комиссии, Еврозоны плюс Высокий представитель по иностранным делам и политике безопасности. И несмотря ни на что, ЕС удается принимать эффективные решения и добиваться их исполнения. Хотя и не всегда. Как показывает перманентный кризис суверенных долгов, из которого государствам-членам никак не удается выкарабкаться. Декабрьские договоренности, достигнутые на заседании Европейского Совета в Брюсселе за счет Великобритании, несколько обнадежили. Но не до конца. На этом фоне БРИКС выглядит таким симпатичным дракончиком. Только что вылупившимся. О пяти головах. Наш фольклор богат образами драконов. Согласно самым разным сказочкам и сказаньям, своеобразие добродушного чудовища состоит в том, что каждая голова живет как бы сама по себе. У каждой из них свои взгляды на окружающий мир. Свои предпочтения. Договариваться им между собой крайне сложно. Хотя, порой, получается. А вот когда получается, тогда….. БРИКС – удивительное создание. Вначале оно существовало как фантазия. Это термин такой научный был запущен в оборот. В реальности же никакой структуры не было. Но сейчас она не только есть, но и стремительно развивается. Обрастает переговорными форматами. Начинает оказывать растущее воздействие на мировые процессы. Залогом дальнейшего укрепления БРИКС служит то, что он много дает его участникам. В плане влияния, согласования позиций и подходов, разрешения противоречий, включая очень острые и застарелые, мешавшие им в прошлом. Хоронить БРИКС явно преждевременно. Он только начал себя показывать. Относится ли Россия к разряду хищников Всех животных на нашей планете, образующих международное сообщество, можно подразделить на три группы. Первую образуют те, которые пожирают других. Они всем хорошо известны. Ко второй относятся те, кого пожирают. Одной из последних жертв оказалась Ливия. На очереди – некоторые другие. Наконец, третью группу составляют «травоядные», которые, однако, слишком велики для того, чтобы достаться на завтрак или на обед хищникам. Даже сбившимся в стаю. Россию можно, скорее, отнести к их числу. Крест на России я бы никому ставить не советовал. Да, значительная часть нелицеприятной критики, которая на нее обрушивается, вполне справедлива. И в отношении незавершенности реформ, и дефектности демократического устройства, и низкой эффективности структур управления, и коррупции. Но только часть. Слишком много выпадов носят заказной характер. Их инициаторы пренебрегают объективным анализом невзгод, выпавших на нашу долю, и имеющихся, хотя и скромных, результатов. Россия – огромная страна. Богатейшая. И в географическом плане. И с точки зрения полезных ископаемых. Она обладает колоссальным потенциалом. И природным. И человеческим. И научно-технологическим. Деиндустриализация и люмпенизация страны, к сожалению, стали свершившимся фактом. Вместе с тем, не стоит забывать, что в ряде перспективных областей у России по-прежнему лидирующие позиции. Будь то космос, мирный атом или производство отдельных видов вооружений. Характерно, что многие дорогостоящие компоненты «боингов» производят в России. Здесь же расположены некоторые из его конструкторских бюро. Разрабатываемый в России софт используется крупнейшими банками мира и т.д. К тому же Россия превратилась в крупнейший рынок потребления товаров, производимых странами Европейского Союза. Начиная с продуктов питания и заканчивая самыми дорогостоящими лекарствами. Достаточно сказать, что Россия – крупнейший рынок сбыта для немецких авто-производителей, после самой Германии. Вроде бы, у страны нет внятной официально принятой концепции экономического развития. «Стратегию-2020» таковой можно считать только с большой натяжкой. Вместе с тем, в отдельных областях стратегические ориентиры проглядывают. Возьмем для примера энергетику, с учетом того значения, которое торговля энергоресурсами имеет для