Выпуск №12(61), 2011

Обращение главного редактора
no image

Итоги 2011 года Вышел в свет новый, 61-й по счету, новогодний номер интернет-журнала «Вся Европа», издаваемого Европейским учебным институтом. Очередной, обычный и в то же время необычный. Обычный — потому, что в нем, как и во всех предыдущих, рассказывается о происходящем в Европейском Союзе и отношениях между Россией и ЕС....

Итоги 2011 года Вышел в свет новый, 61-й по счету, новогодний номер интернет-журнала «Вся Европа», издаваемого Европейским учебным институтом. Очередной, обычный и в то же время необычный. Обычный — потому, что в нем, как и во всех предыдущих, рассказывается о происходящем в Европейском Союзе и отношениях между Россией и ЕС. Анализируются последние события и новейшие тенденции в политической, экономической, социальной и культурной жизни и правоприменительной практике ЕС и его государств-членов, интересные для российского читателя. Необычный — потому, что он новогодний. По законам жанра новогодний номер должен отвечать двум дополнительным требованиям. Его авторы обязаны подвести итоги уходящего года и попытаться заглянуть в будущий. В нем должно быть много веселых, смешных, радующих сердце и согревающих душу материалов. Мы попытались сделать так, чтобы журнал им полностью удовлетворял. Хотя сделать это было намного легче, чем обычно. Объясним, почему. Россия и Европейский Союз сами подвели итоги года в своих взаимоотношениях на встрече в верхах, состоявшейся в Брюсселе под занавес политического сезона 14-15 декабря. Причем, даже итоги не только уходящего года, но и всего четырехлетнего правления Дмитрия Медведева. Ключевыми темами стали завершение процедуры вступления России в ВТО, перспективы отмены визового режима, сотрудничество в области энергетики, «Партнерство для модернизации», взаимодействие по широкой повестке глобальных и международных проблем. На переговорах шел честный, откровенный разговор. Стороны не стремились скрыть, обойти или затушевать сохраняющиеся между ними различия и противоречия. Вместе с тем, они постарались посмотреть на все обсуждавшиеся проблемы под углом зрения не того, что разъединяет, а того, что объединяет. Это дало возможность Дмитрию Медведеву, Херману ван Ромпею и Жозе Мануэлу Баррозу назвать состоявшуюся встречу на высшем уровне «саммитом свершений». На передний план они вынесли колоссальное значение вступления России в ВТО. Над ним они трудились, не покладая рук, чуть ли не два десятилетия. Значение и для двусторонних отношений, и для мировой экономики. Ведь вступление делает реальным переход к разговору о заключении договора по типу ВТО+ или о создании зоны свободной торговли, а, может быть, и о чем-то еще более продвинутом. По крайней мере, теоретически. Или, скорее, теоретически. Вторым крупнейшим достижением лидеры России и ЕС назвали согласование совместных шагов, выполнение которых должно повести к отказу от визового режима взаимных поездок. Правда, утверждение своего рода дорожной карты в данной области — это еще не сам безвизовый режим. Далеко не. Но это что-то реальное. Конкретное. Над чем можно и нужно работать. В самых комплиментарных тонах Дмитрий Медведев, Херман ван Ромпей и Жозе Мануэл Баррозу оценили то, что удалось сделать по рабочему плану реализации инициативы «Партнерство для модернизации». Ни эксперты, ни бизнес сообщество не разделяют энтузиазм, проявленный лидерами России и ЕС. Однако последним действительно есть, что предъявить в обоснование сделанных ими оценок. Как они подчеркнули, помимо содействия вступлению России в ВТО и согласования конкретных шагов, ведущих к безвизовому режиму поездок, есть еще много другого. Это и первый запуск российского ракетоносителя с космодрома на о. Куру, и выделение миллиардных сумм на ПДМ, и многочисленные коммерческие проекты в различных отраслях экономики, и подготовка совместных проектов, в частности, по вопросам развития мировой энергетики аж до 2050 года и т.д. Много позитивного лидеры России и ЕС смогли сказать и по другим аспектам двусторонних отношений и широкой повестке глобальных и международных проблем. И даже о кризисных явлениях в экономике ЕС и росте протестных настроений в России они высказались в позитивном ключе. Таким образом, 2012-му и последующим годам достается огромный ворох забот, которыми переполнены отношения между Россией и ЕС, но одновременно и большие надежды на то, что между ними установится настоящее, а не показное партнерство. От этого выиграют абсолютно все. Сбудутся ли надежды, большой вопрос. Очень бы хотелось, чтобы сбылись. Итоги всего предыдущего периода развития Европейского Союза, начиная с момента вхождения в спираль стремительно увеличивающейся суверенной задолженности, были подведены на декабрьском заседании Европейского Совета. И также в исключительно бравурных тонах. Главы государств и правительств стран-членов договорились резко ускорить интеграционный процесс и заключить принципиально новый учредительный договор. На этот раз о бюджетно-финансовом союзе. Он необходим для спасения евро. Спасения зоны евро. Спасения всего Европейского Союза и европейского проекта. Все, кроме Великобритании. Что это за будущий союз и договор, кем и как были подготовлены соответствующие предложения, почему за бортом оказался такой ключевой игрок в ЕС, как Великобритания, подробно разбирается на страницах журнала. Этой теме посвящены многочисленные материалы во всех разделах и рубриках номера. Ведь нужно пояснить, откуда взялись, как появились, чем вызваны столь далеко идущие договоренности. Важно показать, как к ним отнеслись в разных странах ЕС. Подробно рассказать, что предпринимает каждое из государств-членов — от Эстонии, Латвии и Чехии до Германии, Франции, Италии, Испании и Великобритании — для выхода из кризиса. Не меньшего внимания потребовало и ведущееся повсеместно обсуждение того, достаточны ли меры, принимаемые ЕС, для стабилизации обстановки и выхода на траекторию устойчивого экономического роста. Многие влиятельные политические силы и уважаемые члены экспертного сообщества уверены, что «да». Но не менее влиятельные и почитаемые полагают, что «нет». Почему, в чем состоит их аргументация, тоже надо было посмотреть. Ведь недаром и Вашингтон, и Пекин, и Москва призывают Брюссель действовать решительнее… А пока готовятся к новому витку мирового экономического кризиса. Самый большой аналитический итоговый материал выпуска как раз и посвящен урокам глобального кризиса, всему тому, чему научили успешные и менее успешные попытки бороться с ним за период с 2008 по уже 2012 годы. В нем показано, что мировой порядок, мировая экономика вошли в период бурных перемен. В чем они состоят, когда удастся выйти на новое равновесное положение рынков и национальных экономик, похоже, никто не знает. Пока же «поехали» все базовые представления классических экономических теорий и политологических концепций. Сомнению подвергается абсолютно все. Переосмысление базовых представлений — веление времени. Без этого можно наделать еще больше тяжелых непоправимых ошибок. Это касается и роли государства в экономике, и функции денег, и требований к международному взаимодействию, и многого другого. Чего именно — читайте центральную статью номера. Часть из содержащихся в ней выводов поясняется в статье о международных аспектах энергетической политики ЕС. С конкретикой в руках, с использованием лучших приемов сравнительно-правового анализа. Она завершает серию публикаций, интересных, разнообразных, грамотных, помещенных в предыдущих выпусках журнала, также дающих обильную пищу для размышления. Но хватит о грустном и слишком серьезном. Дорогой читатель, новогодний номер порадует тебя веселыми неожиданными (эксклюзивными) рождественскими сказками, притчами, рассказами и зарисовками — грустными и веселыми, назидательными и не очень, содержащими, как и полагается, новогодние поздравления и пожелания. Мы присоединяемся к ним с большим удовольствием. Многие из них навеяны тем, что наступающие 366 дней — год дракона. Как хотелось бы, чтобы мудрого, доброго, знающего, а не воинственно-кровавого. Так что, уважаемый читатель, скорее погружайся в новогодний номер. Не пожалеешь. Он того заслуживает. Счастья вам, дорогие читатели и коллеги, здоровья, успехов и везения в 2012 году. Чтобы он принес вам и всем нам как можно больше радостей и удовлетворения. И складывался так, как мы все этого хотим. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России Екатерина ЭНТИНА, доцент НИУ ВШЭ
Дневник событий
no image
Нововведения

Известная в Европе своими либеральными традициями Норвегия, возможно, усилит контроль над политической и религиозной деятельностью граждан. На этом настаивают спецслужбы скандинавской страны, что вызвано кошмарной бойней, устроенной 22 июля 2011 года молодым норвежцем Брейвиком. В тот чёрный день в современной...

Известная в Европе своими либеральными традициями Норвегия, возможно, усилит контроль над политической и религиозной деятельностью граждан. На этом настаивают спецслужбы скандинавской страны, что вызвано кошмарной бойней, устроенной 22 июля 2011 года молодым норвежцем Брейвиком. В тот чёрный день в современной истории Норвегии погибли 77 ни в чём не повинных людей. Дополнительных полномочий запросил шеф разведывательной службы ПСТ Янн Кристиансен. По сведениям норвежских газет, он направил в министерство юстиции соответствующее конфиденциальное письмо. Главный контрразведчик убеждён, что во избежание повторения террористических актов, необходимо отслеживать и регистрировать подозрительные заявления и комментарии в Интернете. В первую очередь – высказывания «одиноких волков» вроде Брейвика, который, кстати, в конце ноября признан врачами больным параноидальной шизофренией. Законодательство Норвегии запрещает спецслужбам страны собирать, накапливать и анализировать персональную информацию, исходя из политических, философских и религиозных взглядов граждан, а также на основе их этнического происхождения, состояния здоровья или сексуальных склонностей. Правда, в годы «холодной войны» в этой стране существовал жёсткий контроль над коммунистами и социалистами, но в 1990-е годы парламент единогласно принял закон, запрещающий такую деятельность. Сегодня многие норвежцы сомневаются в эффективности предлагаемого нововведения, ведь тот же Брейвик не отличался агрессивными высказываниями в Интернете, а «под колпак» неизбежно попадут и законопослушные люди. В стране до сих пор работает специальная комиссия, которая должна предложить правительству принятие мер, способных предотвратить повторение июльской трагедии. Она пришла к неожиданному выводу: атмосфера доверия среди норвежцев сейчас даже более ощутима, чем до двух терактов – в столице и на острове, устроенных Брейвиком для того, чтобы посеять страх и неуверенность в обществе. Однако власти предостерегают от наивного подхода к этой проблеме. Во взаимоотношениях с живущими в Норвегии мусульманами нередко проявляется напряженность, чреватая опасными последствиями. №12(61), 2011
no image
Нововведения

Австрийских женщин, как минимум тех, кого это всерьез интересует, можно поздравить с большой победой. Политкорректность, наконец, восторжествовала! С января следующего года – заметьте, после доброго десятилетия препирательств! – Национальный совет решил-таки внести изменения в национальный гимн. Помилуйте, да что же...

Австрийских женщин, как минимум тех, кого это всерьез интересует, можно поздравить с большой победой. Политкорректность, наконец, восторжествовала! С января следующего года – заметьте, после доброго десятилетия препирательств! – Национальный совет решил-таки внести изменения в национальный гимн. Помилуйте, да что же там не устраивало прекрасный пол австрийской республики? А вот есть там такая строчка – «Heimat bist du großer Söhne, Volk, begnadet für das Schöne» (дословно: «Ты родина великих сыновей, народ благословленный красотой»). Активистки женского равноправия усматривали в этих словах вопиющую несправедливость: а где же здесь великие дочери? Из-за этого упоминания и шла многолетняя борьба. И она, наконец, увенчалась успехом защитниц прав женщин. В новой редакции первая часть фразы будет звучать так: «Heimat großer Töchter und Söhne» («Родина великих сыновей и дочерей»). Оно, конечно, политкорректность – дело хорошее, но все же мучают сомнения: мелодия осталась прежней, и всякому ли теперь удастся втиснуть в величавую музыкальную фразу этот самый лишний слог, превративший стихи в труднопроизносимые «Хайматгроссертёхтрундзёне»? Но это еще не все текстовые нововведения. Третья строфа текста, написанного Паулой Прерадович, тоже подверглась политкорректному редактированию. В оригинале было «Einig lass in Bruderchören, Vaterland dir Treue schwören» (дословно: «Соединившись в братских хорах, поклянемся в верности тебе, Отчизна»). Так вот шовинистически-мужские «братские хоры» переделать в правильные братско-сестринские не удалось, поэтому они стали «Jubelchöre», то бишь «праздничными». А вот «Vaterland» (дословно – «землю отцов») заменить на «Heimatland» (дословно – родную землю, сиречь Родину) не получилось. Отстояли, сексисты упорные! Есть подозрение, что кое-кто из числа особо заядлых противников женского равноправия будет и дальше потихоньку петь гимн в старом варианте, проявляя тем самым свою злокозненную сущность. Екатерина КОЛЫЧЕВА №12(61), 2011
no image
Нововведения

Табачные фабрики, действующие в странах Европейского Союза, отныне обязаны поставлять на рынок только «противопожарные» сигареты. Эти изделия в зажженном виде отличаются от обычных тем, что гаснут вскоре после того, как ими перестают затягиваться. Власти надеются, что с помощью новинки удастся...

Табачные фабрики, действующие в странах Европейского Союза, отныне обязаны поставлять на рынок только «противопожарные» сигареты. Эти изделия в зажженном виде отличаются от обычных тем, что гаснут вскоре после того, как ими перестают затягиваться. Власти надеются, что с помощью новинки удастся сократить тревожное число пожаров, «виновницами» которых чаще всего служат непотушенные сигареты. Свою эффективность новые табачные изделия уже демонстрируют в США, Канаде и Австралии. Финляндия стала в 2010 году первой страной ЕС, в которой такие сигареты постепенно вытесняли привычные. Как свидетельствуют статистические данные, в Европейском Союзе в 2003-2008 годах непогашенные сигареты были причиной более 30 тысяч пожаров ежегодно. В результате каждый год гибли в среднем свыше тысячи человек, а около 4 тысяч получали ожоги и ранения. Опыт Финляндии показывает, что в первый же год число жертв пожаров сократилось на 42,3%. №12(61), 2011
no image
Право

Прошло 20 лет с тех пор, как Европейским Судом по правам человека (ЕСПЧ) было вынесено первое судьбоносное постановление по жалобе № 14038/88 «Серинг против Великобритании». В нем Европейский Суд впервые констатировал: в случае исполнения решения о выдаче (экстрадиции) заявителя в...

Прошло 20 лет с тех пор, как Европейским Судом по правам человека (ЕСПЧ) было вынесено первое судьбоносное постановление по жалобе № 14038/88 «Серинг против Великобритании». В нем Европейский Суд впервые констатировал: в случае исполнения решения о выдаче (экстрадиции) заявителя в США для привлечения к уголовной ответственности за совершение убийства родителей своей жены, Йенс Серинг может быть подвергнут обращению в нарушение ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция или ЕКПЧ)*1. Заявитель – гражданин Германии постоянно проживал на территории США. Он жаловался в Комиссию на нарушение ст. 3 Конвенции, поскольку британские власти удовлетворили запрос о выдаче заявителя в США, где он предположительно мог быть приговорен к смертной казни и, в ожидании возможной выдачи, испытать «синдром смертников»*2. Власти Великобритании доказывали, будто бы неправомерно, преувеличивая смысл ст. 3 ЕКПЧ, утверждать, что выдавая преступника, скрывающегося от правосудия, выдающее государство «подвергает» его наказанию или такому обращению, которое повлечет его осуждение. Правительство Великобритании выражало озабоченность тем, что позиция Комиссии является вмешательством во внутренние дела иностранного государства (в данном случае США), не являющегося участником Конвенции, и влечет за собой укрывательство преступников, которые не предстанут перед судом и останутся на свободе без привлечения к уголовной ответственности. Тогда Европейским Судом и была сформулирована позиция, которая красной нитью проходит в сегодняшних постановлениях. Суд указал: ответственность государства за экстрадицию/депортацию возникает вне зависимости от того, является ли запрашивающее государство стороной ЕКПЧ, если имеется достаточно оснований полагать, что заявитель будет подвергнут реальному риску жестокого обращения. Начиная с 2008 г., ЕСПЧ вынес уже 11 постановлений в отношении России по этой группе вопросов. В них он указал: в случае исполнения решения о выдаче, будет нарушена ст. 3 Конвенции*3. Еще в 4 постановлениях он констатировал, что нарушение ст. 3 уже имело место в связи с состоявшейся экстрадицией или неудовлетворительными условиями содержания под стражей в ожидании выдачи*4. Почти во всех перечисленных постановлениях ЕСПЧ одновременно, наряду со ст. 3 Конвенции, устанавливал нарушение ст. 5 в связи с незаконным задержанием и содержанием заявителей и отсутствием судебного пересмотра законности заключения под стражу. В настоящее время практика Европейского Суда по делам, касающимся запрета экстрадиции, набирает обороты. Во всяком случае, она не теряет своей актуальности, как с теоретической, так и с практической точки зрения. Самое главное – она порождает массу коллизий и неразрешенных вопросов, как для России, так и для других участников ЕКПЧ. Целью данной статьи является проведение правового исследования и раскрытие существующих проблем на основе анализа постановлений/предписаний ЕСПЧ по правилу 39 Регламента Суда по данной категории дел. С одной стороны, постановления ЕСПЧ способствуют защите прав экстрадируемых лиц и предотвращают возможное применение в отношении данных лиц смертной казни, жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения. С другой стороны, ряд фактов свидетельствует о неспособности властей государства-ответчика исполнить как свои международные обязательства в сфере выдачи, так и нормы уголовно-процессуального законодательства, что позволяет лицам, совершившим тяжкие преступления, избегать правосудия путем обращения в Европейский Суд и одновременно порождает общественную опасность вследствие их освобождения из-под стражи. Но прежде чем определить, что именно меняет практика Европейского Суда по так называемым «экстрадиционным делам», хотелось бы в первую очередь отметить, какие статьи затрагивают заявители в своих жалобах в ЕСПЧ. Как правило, граждане, подающие жалобы на нарушение ст. 3 Конвенции, являются членами нелегальных организаций, политическими оппозиционерами, обвиняемыми в терроризме и подрыве конституционного строя. Заявители, задержанные с целью экстрадиции в государство гражданства, при подаче заявлений в ЕСПЧ жалуются на то, что, в случае их выдачи, они будут приговорены к смертной казни, в отношении них будет применяться жестокое и унижающее достоинство обращение, они будут лишены права на справедливое судебное разбирательство. Но прежде чем Европейский Суд рассмотрит все состязательные документы, как со стороны властей государства-ответчика, так и со стороны заявителя, существует большая вероятность, что решение о выдаче будет исполнено и заявитель будет выслан в иностранное государство. Именно поэтому в Регламенте Европейского Суда установлено правило 39 (обеспечительные меры), которое просят применить заявители, находящиеся под стражей в ожидании своей выдачи. В соответствии с ним Суд может указать на обеспечительные меры любому государству-участнику ЕКПЧ. Согласно установившейся практике Суда, эти меры являются срочными, и применяются только при наличии непосредственной угрозы нанесения непоправимого ущерба. Обеспечительные меры применяются лишь в ограниченном числе случаев и наиболее типичные случаи – те, которые представляют угрозу: •  жизни (ситуации попадают под действие ст. 2 Конвенции), или •  жестокого обращения, запрещенного ст. 3 ЕКПЧ (запрещение пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения). Как неоднократно указывал Европейский Суд, неисполнение правила 39 Регламента будет рассматриваться как нарушение ст. 34 ЕКПЧ (право на подачу индивидуальной жалобы). Это следует из вынесенного Судом постановления по жалобам №№ 46827/99 и 46951/99 «Маматкулов и Аскаров против Турции», связанного с тем, что турецкие власти не выполнили обязательство, вытекающее из правила 39 Регламента Суда по вышеуказанным жалобам, и экстрадировали заявителей в Узбекистан*5. Таким образом, еще до коммуникации жалобы заявителя государству-ответчику, первый пользуется обеспечительным механизмом правила 39 Регламента Суда, которое налагает на государство-ответчика обязательство воздерживаться от выдачи/депортации заявителя до последующего уведомления ЕСПЧ. Поскольку статьи Конвенции, на которые ссылаются заявители, носят т.н. абсолютный характер, Председатель Секции Европейского Суда вместе с решением о применении правила 39 Регламента принимает решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке в соответствии с правилом 41 Регламента. С каждым годом количество запросов о реализации правила 39 Регламента возрастает. Именно поэтому 18 июля 2011 г. Секретариат Европейского Суда решил вести статистику по удовлетворенным и отклоненным Судом запросам по правилу 39 Регламента*6. Так, исходя из статистики по Франции на период с 1 января по 30 июня 2011 г., было удовлетворено 93 запроса, из которых: 32 запроса граждан Греции, 8 запросов граждан Шри Ланки, 4 запроса граждан России, 6 запросов граждан Судана, 5 запросов граждан Алжира, 4 запроса граждан Алжира и др. На втором месте – Испания, в отношении которой было удовлетворено 32 запроса граждан Западной Сахары. В отношении Великобритании было удовлетворено 25 запросов, в основном исходящих от граждан Афганистана, Ирака, Сомали, Шри Ланки и Судана. Практически такое же количество запросов (23) было удовлетворено в отношении Нидерландов. Большое количество запросов о применении правила 39 Регламента было отклонено Европейским Судом. Так, 326 запросов, исходящих от граждан Ирака, Ирана, Афганистана, Италии, России были отклонены в отношении Швеции; 291 запросов, исходящих от граждан Ирака, Афганистана, Италии, Шри Ланки, Нигерии и Пакистана были отклонены Судом в отношении властей Великобритании. Рассмотрение данной темы носит многоаспектный характер, включая особенности национального законодательства в сфере выдачи иностранных граждан, исполнение обязательств по международным договорам, заключенным со странами, не являющимися членами Совета Европы, и наряду с этим исполнение конвенционных положений и Регламента Европейского Суда, что в комплексе выявляет массу неразрешенных правовых коллизий. Для получения полной картины, попробуем рассмотреть проблематику ст. 3 ЕКПЧ и основные принципы, которыми руководствуется Европейский Суд при установлении нарушений данной статьи. Полученные выводы проиллюстрируем на примере конкретных дел, в которых ЕСПЧ установил нарушение ст. 3 Конвенции в связи с выдачей, и дел, по которым Суд указал, что нарушение Конвенции только последует в случае осуществления выдачи. Прежде всего, Европейский Суд всегда указывает, что государство-участник ЕКПЧ вправе на основании общепризнанных норм международного права и договорных обязательств, включая Конвенцию, контролировать въезд, проживание и выдачу иностранцев. Однако при определении того, доказано ли наличие реального риска подвергнуться, в случае выдачи, обращению, запрещенному ст. 3 Конвенции, Европейский Суд оценивает вопрос в свете представленных материалов или информации, полученной по собственной инициативе. Европейский Суд должен убедиться, что оценка, осуществленная властями государства-участника, является адекватной, в достаточной степени подкреплена внутригосударственными материалами и данными, полученными из иных объективных источников. Наличие риска должно оцениваться преимущественно с учетом фактов, которые государство-участник знало или должно было знать на момент высылки*7. Чтобы определить, имеется ли угроза жестокого обращения, Европейский Суд должен исследовать предсказуемые последствия выдачи заявителя в принимающее государство, учитывая общую ситуацию в указанном государстве и личные обстоятельства. В принципе заявитель обязан представить доказательства, подтверждающие серьезные основания полагать, что, в случае исполнения оспариваемой меры, он подвергнется реальной угрозе обращения, запрещенного ст. 3 Конвенции. Если такие доказательства представлены, государство-ответчик обязано рассеять любые сомнения. По этой причине ЕСПЧ часто придает существенное значение докладам об общей ситуации в конкретной стране, подготовленным независимыми международными правозащитными организациями или государственными источниками («Международная амнистия», госдепартамент США, Генеральный Секретарь ООН, Верховный комиссар ООН по правам человека, специальный докладчик ООН по вопросу пыток)*8. Так, по Республике Узбекистан с пециальные докладчики ООН по вопросу о пытках в 2002, 2006, 2008 гг. заявляли, что «Применение пыток в Республике Узбекистан носит систематический характер, и что продолжается получение тревожных сообщений о применении пыток сотрудниками правоохранительных органов Республики Узбекистан...»*9. 1 мая 2010 г. организация «Международная амнистия» (Amnesty International) опубликовала доклад под названием «Узбекистан: Обзор о текущей озабоченности в области прав человека», в котором сообщалось, что с момента т.н. андижанских событий в мае 2005 г. произошло серьезное ухудшение ситуации в области прав человека в Республике Узбекистан...». В докладе «Международной амнистии» (Amnesty International) за 2011 г. относительно Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана указано следующее. Узбекистан – «Сообщения о пытках и других видах жестокого обращения продолжали поступать так же часто, как и прежде. Десятки последователей малых течений ислама были приговорены к длительным срокам лишения свободы по итогам несправедливых процессов. По итогам несправедливых судебных разбирательств правозащитников по-прежнему заключали в тюрьму. Власти решительно отвергли призывы международного сообщества провести независимое международное расследование по факту массовых убийств участников протеста»*10. Туркменистан – «Власти продолжали ущемлять свободу выражения мнения, объединений, вероисповеданий и передвижения. Десятки людей, заключенных в тюрьму по итогам несправедливых судебных процессов, оставались за решеткой, причем многие – без связи с внешним миром»*11. Таджикистан – «Продолжали поступать сообщения о пытках и других видах жестокого обращения. Сохранялись ограничения на свободу выражения мнений. Властям не удалось обеспечить эффективную профилактику насилия над женщинами, уголовное преследование виновников и защиту пострадавших»*12. Таким образом, опираясь на вышеуказанные доказательства, Европейский Суд приходит к выводу, что в случае экстрадиции заявителей в такие Республики как Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан будет признано нарушение ст. 3 Конвенции*13. Что касается справедливой компенсации, как правило, Суд присуждает заявителям, ожидающим экстрадиции, 15 000 евро – в качестве компенсации морального вреда. При этом, хотелось бы отметить особенность данной компенсации: она назначается в отношении тех, чьи права еще не были нарушены, и в действительности они не были выданы из-за действия правила 39 Регламента Суда или вынесенного в их пользу постановления. Позиция Европейского Суда основана на том, что власти приняли решение о выдаче заявителя, удовлетворив запрос иностранного государства, а значит заявитель продолжает находиться под угрозой экстрадиции. В некоторых постановлениях Европейскому Суду приходилось признавать уже имевшее место нарушение ст. 3 Конвенции в связи с исполнением в отношении заявителей решений о выдаче*14. Например, по делу «Гарабаев против России» заявитель, несмотря на наличие у него гражданства Российской Федерации, не только был выдан в Туркменистан, но и был возвращен в Российскую Федерацию через три месяца. Ему было предъявлено обвинение в совершении мошенничества на территории Российской Федерации, а впоследствии суд оправдал заявителя по обвинениям в присвоении денежных средств, а прокурор отказался от обвинения. Заявитель был освобожден из-под стражи в тот же день. Заявитель изложил версию событий, которые произошли с ним в Туркменистане. Таким образом, Европейский Суд имел возможность рассмотреть события после выдачи. Согласно показаниям, заявитель провел большую часть своего трехмесячного содержания под стражей в камере, ему отказали во встрече с сотрудниками консульства Российской Федерации, следователи били его несколько раз*15. Однако в недавно принятом и вступившем в силу постановлении по жалобе № 66317/09 «Элмуратов против России», Европейский Суд не признал нарушения ст. 3 ЕКПЧ в связи с предполагаемой выдачей заявителя в Республику Узбекистан. Суд отошел от своей устоявшейся практики в отношении Республики Узбекистан на основании того, что заявитель является преступником, преследуемым за кражу собственности, а не по политическим или религиозным мотивам. Статья 5 Конвенции – вторая статья, на которую, как правило, ссылаются заявители по рассматриваемой категории дел. Она является наиболее часто нарушаемой властями Российской Федерации. Заявители жалуются на незаконность своего задержания, содержания под стражей, отсутствие судебного пересмотра правомерности заключения под стражу и компенсации, если заключение под стражу признано судом незаконным*16. В отношении России Европейским Судом было вынесено 22 постановления о нарушении ст. 5 Конвенции. Прежде чем приступить к рассмотрению и анализу постановлений Европейского Суда по данной статье, кратко напомним положения российского законодательства, применимого к вопросам выдачи, и правоприменительную практику, которая претерпела значительные изменения в связи с прецедентной практикой Европейского Суда. Власти Российской Федерации полагали, что уголовно-процессуальное законодательство не устанавливало какие-либо сроки содержания лица под стражей с целью выдачи. Они руководствовались тем, что содержание под стражей лиц, ожидающих выдачи из Российской Федерации, должно регулироваться после первого 40-дневного срока, установленного Конвенцией СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам*17 (далее – Минская конвенция 1993 года), – уголовным правом иностранного государства, т.е. запрашивающей стороны. Заявители жаловались в Европейский Суд на то, что российскими судами на основании ст. 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации*18 в отношении них была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, причем срок применения этой меры судьей определен не был. Заявители ссылались на то, что установленные ст. 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации сроки содержания под стражей истекли. Российские суды мотивировали свои решения тем, что предельный срок применения этой меры пресечения, как избранный в целях обеспечения исполнения требования иностранного государства о выдаче заявителя, примененными в деле специальными нормами главы 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Выдача лица для уголовного преследования или исполнения приговора) и актами международного права не установлен. В этой связи один из заявителей – гражданин Насруллоев обратился с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 4 апреля 2006 г. № 101-О указал, что часть первая ст. 466 УПК Российской Федерации не предполагает возможность применения к лицу, в отношении которого решается вопрос о выдаче его другому государству для привлечения к уголовной ответственности, меры пресечения в виде заключения под стражу вне предусмотренного уголовно-процессуальным законодательством порядка и сверх установленных им сроков применения данной меры пресечения*19. Впоследствии 29 октября 2009 г. Верховным Судом Российской Федерации было принято Постановление Пленума № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста». В указанном Постановлении Верховный Суд Российской Федерации, в частности, указал, что в соответствии с частью 1 ст. 466 УПК РФ при получении от иностранного государства запроса о выдаче лица, если при этом не представлено решение судебного органа этого государства об избрании в отношении данного лица меры пресечения в виде заключения под стражу, применение заключения под стражу допускается лишь по судебному постановлению, принятому на основании ходатайства прокурора в порядке, предусмотренном ст. 108 УПК РФ. Принимая решение о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, судье надлежит проверить фактические и правовые основания для избрания такой меры пресечения*20. Верховный Суд Российской Федерации также указал, что продлевая срок содержания под стражей в отношении такого лица, суду необходимо руководствоваться положениями ст. 109 УПК РФ, т.е. не забывать, что предельный срок содержания под стражей в соответствии с главой 13 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации составляет 18 месяцев. С учетом многочисленных постановлений по российским делам, в которых Европейский Суд установил нарушение ст. 5 ЕКПЧ, российские власти сталкиваются с угрозой того, что Европейский Суд вынесет пилотное постановление и предпишет властям предпринять соответствующие меры по устранению системной проблемы. Данный вывод сделан на основании тех вопросов, которые поставил Суд по жалобе № 56662/09 «Ошлаков против Российской Федерации»*21. А именно: «1. Выявляют ли жалобы заявителя системную проблему российского законодательства, ввиду того, что оно не предоставляет доступной, определенной и предсказуемой в ее применении процедуры для предотвращения произвольного содержания под стражей лица в ожидании выдачи и посредством которой судом могла быть проверена законность такого содержания под стражей. 2. Следует ли имеющиеся недостатки в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, неоднократно отмеченные Судом, исправить путем принятия соответствующих мер на законодательном уровне, чтобы привести любое содержание под стражей в ожидании выдачи в строгое соответствие с обязательствами Российской Федерации по пунктам 1(f) и 4 статьи 5 Конвенции». Данная проблема и сроки, установленные российским законодательством, очень тесно переплетаются с правилом 39 Регламента. В связи с применением правила 39 Регламента Суда для компетентных органов власти Российской Федерации возникает весьма деликатная ситуация. Им сложно отыскать надлежащий баланс между нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в части соблюдения сроков содержания под стражей), Минской Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (в части выдачи лиц, задержанных по запросам государств-участников), с одной стороны, ЕКПЧ и Регламента Суда (в части необходимости соблюдения обеспечительных мер) – с другой. Длительность рассмотрения Европейским Судом жалоб заявителей, содержащихся под стражей на территории Российской Федерации для их последующей выдачи по запросу иностранных государств, не корреспондирует срокам, определенным для этих целей уголовно- процессуальным законодательством Российской Федерации. А изменение меры пресечения чревато тем, что лица, подлежащие экстрадиции, смогут скрыться от правосудия, и приведет к неисполнению Россией взятых на себя международных обязательств в сфере выдачи. Возникают следующие спорные вопросы: на каком правовом основании государства-участники ЕКПЧ обязаны соблюдать правило 39 Регламента Суда, и какой именно международный договор имеет приоритет при решении вопроса об экстрадиции. Неоднократно у многих государств-участников возникал вопрос о том, на каком правовом основании Европейский Суд применяет обеспечительные меры, которые государства обязаны неукоснительно соблюдать, и при их нарушении устанавливает нарушение ст. 34 Конвенции. Ведь правило 39 содержится в Регламенте – процедурном документе самого Суда, который участники ЕКПЧ не подписывали и не ратифицировали, а соответственно, исходя из принципов международного права, не обязаны соблюдать. Действительно, возникает коллизия. С одной стороны Конвенция, подписанная и ратифицированная 47 государствами, не включает статьи, накладывающей запрет на выдачу граждан в иностранные государства, где они предположительно могут быть подвергнуты пыткам и бесчеловечному и унижающему достоинство обращению. Большинство участников Конвенции заключили двусторонние и многосторонние договоры, регулирующие правоотношения в сфере выдачи, которые они обязались соблюдать. На нее указывает, в частности, частично особое мнение судей Л. Кафлиша, Р. Тюрмена и А. Ковлера, приложенное к постановлению по жалобам №№46827/99 и 46951/99 «Мамакутлов и Аскаров против Турции». Проблема заключается в том, что не существует прямого указания о юридическом действии обеспечительных мер, «назначенных» в соответствии с правилом 39 Регламента Суда*22. Таким образом, судьи не согласились с выводом других членов ЕСПЧ об обязательном характере обеспечительных мер. Они отметили, что, хотя Европейский Суд и вправе толковать положения Конвенции, он не вправе – посредством толкования или введения процессуальных правил, или и того, и другого – вносить новые правила в Конвенцию, даже если существует распространенная практика в искомом направлении, поскольку эта практика не унифицирована соответствующим opinion juris. Судьи пришли к выводу, что обязательный характер обеспечительных мер, назначаемых Европейским Судом, не следует из общих принципов международного права. Он не может быть выведен также ни из ст. 34 (право на подачу индивидуальной жалобы), ни из п. d ст. 26 (о принятии Регламента Суда) ЕКПЧ в свете Венской Конвенции «О праве международных договоров» от 23 мая 1969 г*23. Хотелось бы согласиться с мнением трех судей о том, что данная проблема является больше законодательной, нежели судебной. В своем dissenting opinion судьи указали, что налицо выход за пределы конвенционных положений и наложение чрезмерного бремени на государства, которые сами вправе решать вопрос о предоставлении такого права. С другой стороны, в соответствии со ст. 32 ЕКПЧ (Компетенция Суда) в ведении Суда находятся все вопросы, касающиеся толкования и применения положений Конвенции и Протоколов к ней, которые могут быть ему переданы в случаях, предусмотренных положениями статей 33, 34 и 47. В случае спора относительно компетенции Суда по конкретному делу решение остается за ЕСПЧ. В большом количестве последних постановлений международные суды делали упор на важность назначения временных мер для обеспечения эффективности решений по существу дела. В соответствии с практикой Комитета по защите прав человека ООН неспособность выполнить обеспечительные меры является нарушением обязательств рассматриваемым государством в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах и Дополнительным Протоколом к нему, а также обязательства сотрудничать с Комитетом в соответствии с индивидуальной процедурой. В различных постановлениях, касающихся обеспечительных мер, Межамериканский суд по правам человека устанавливал, что ввиду основополагающей цели Американской конвенции по правам человека, состоящей в гарантировании эффективной защиты прав человека, «Государства должны воздерживаться от применения мер, которые нарушают restitutio in integrum в отношении прав предполагаемых жертв». В своем Постановлении от 27 июня 2001 г. по делу «Ла Гранд» (LaGrand) («Германия против Объединенных Штатов Америки») Международный суд ООН установил: «Объект и цели Статута состоят в том, чтобы Суд смог осуществить предусмотренные им функции, и, в частности, свою основную функцию судебного урегулирования международных споров путем вынесения обязательных для исполнения решений в соответствии со статьей 59 Статута. Целью статьи 41 является не допустить воспрепятствования осуществлению Судом своих функций, так как иначе соответствующие права сторон не будут защищены. Как следует из объекта и целей Статута, а также из положений статьи 41 в контексте таковых, полномочие на указание необходимости применения обеспечительных мер подразумевает обязательность к исполнению таких мер, поскольку данное полномочие основано на необходимости, когда того требуют обстоятельства, в целях обеспечения прав и предотвращения причинения им вреда, как это определено во вступившем в силу судебном решении. Признание того, что указанные в соответствии со статьей 41 обеспечительные меры носят необязательный характер, будет противоречить объекту и целям данной статьи». Международный Суд ООН, Межамериканский суд по правам человека, Комитет ООН по правам человека и Комитет ООН против пыток действуют на основании иных положений международных договоров, нежели Европейский Суд. Тем не менее, все они подтвердили, что обеспечение заявленных прав сторон, в случае возникновения риска причинения невозместимого вреда, представляет собой основополагающую задачу применения обеспечительных мер в международном праве. Действительно, независимо от того, о какой правовой системе идет речь, можно сказать, что основным требованием при должном отправлении правосудия является воздержание от совершения действий, причиняющих невозместимый вред во время рассмотрения дела. Таким образом, в свете общих принципов международного права, права международных договоров, судебной практики толкование вопроса о применении обеспечительных мер в соответствии с правилом 39 Регламента Суда не может осуществляться отдельно от судебной процедуры, в отношении которой они применяются, или решения, в целях защиты от которого они применяются. На мой взгляд, данный спорный вопрос можно разрешить только путем обращения за консультативным заключением в порядке ст. 47 Конвенции, которое могло бы разъяснить правовое основание применение данной меры или установить ее неправомерность. Что касается второго не менее важного вопроса, часто задаваемого государствами-участниками ЕКПЧ о том, какой именно международный договор имеет приоритет, то представляется, что приоритет имеет Конвенция. Ведь речь идет об обязательствах в области прав человека (особенно в том, что касается запрета пыток), рассматриваемых в качестве императивных норм международного права. Таким образом, есть основания полагать, что они имеют преимущественную силу перед прочими международными обязательствами государства. В этой связи частичное отступление от норм Минской Конвенции в целях выполнения нашей страной обязательств по ЕКПЧ можно считать допустимым, что согласуется с позицией Европейского Суда по данному вопросу. Европейский Суд исходит именно из этого. В частности он указывает, что с международно-правовой точки зрения обязательства в области прав человека должны рассматриваться в качестве императивных норм международного права. Такие обязательства обладают преимущественной силой по сравнению с любыми прочими. Об этом им прямо говорится в постановлении от 2 марта 2010 г. по жалобе № 61498/08 «Аль-Саадуун и Муфти против Великобритании». В нем подчеркивается, что обязательства государств-участников по ЕКПЧ и Протоколам к ней обладают приоритетом по отношению к обязательствам по другим международным договорам*24. Европейский Суд, принимая постановления о нарушении ст. 3 Конвенции в случае выдачи, в то же время не указал, как власти соответствующего государства должны поступать с заявителями. Предположим, они освобождают из-под стражи предполагаемого террориста только из-за того, что сроки его содержания под стражей по российскому законодательству истекли, а иных правовых оснований для его содержания под стражей не существует. Тогда они уклоняются от выполнения своей главной миссии, состоящей в защите собственных граждан от подобных лиц. Получается, что они оказываются между молотом и наковальней. Как им поступать, не ясно. Какое-то из обязательств, которые накладывают на них международное и внутригосударственное право, они непременно нарушат. Ситуация тупиковая. Если власти не будут выдавать лицо, но будут содержать его под арестом, оно обжалует в ЕСПЧ законность своего содержания под стражей. В таком случае Суд почти автоматически констатирует нарушение ст. 5 ЕКПЧ. Последствия не заставили себя ждать. Так, последнее время компетентные органы власти Российской Федерации стали четко соблюдать сроки, установленные национальным уголовно-процессуальным законодательством. По истечении предельных сроков содержания под стражей они спешат отпустить заявителей на свободу*25. В этой связи можно напомнить о резонансном деле «Клейн против России». Заявитель – террорист, приговоренный Окружным Специальным Уголовным Судом г. Манисалес-Кальдас Республики Колумбия к 10 годам и 8 месяцам лишения свободы за совершение тяжких преступлений («Инструктаж и обучение тактике, технике военных и террористических приемов, которые отягчаются за совершение этих преступлений с наемниками и по сговору с группой лиц»), был освобожден из-под стражи на основании постановления об освобождении, принятого прокурором. Данное решение было мотивировано постановлением Европейского Суда (установившим, что в случае экстрадиции заявителя в Колумбию, будет признано нарушение ст. 3 ЕКПЧ), правилом 39 Регламента Суда и истечением предельных сроков содержания под стражей. На основании изложенного, прогнозируя признание Европейским Судом нарушений Конвенции по данной категории дел (несмотря на представленные запрашивающими государствами гарантии о неприменении пыток, которые российские власти обязаны принимать во внимание), вопрос о дальнейших действиях российских властей в отношении лиц, которые привлекаются к уголовной ответственности за особо тяжкие преступления или уже признаны виновными, остается открытым. В заключение рассмотрим возможные пути разрешения существующих коллизий с целью установления баланса между защитой прав экстрадируемых лиц и безопасностью других граждан. •  Прежде всего, для защиты прав экстрадируемых лиц компетентными органами должна осуществляться более тщательная проверка ситуации в конкретной стране с использованием как докладов международных организаций, так и отчетов, подготовленных МИДом и дипломатическими представительствами в конкретной стране. Несмотря на то, что подобного рода практика не распространена, представляется что, в случае существования или предвидения того, что заявитель может быть подвергнут пыткам и бесчеловечному обращению, компетентные органы вправе принять решение об отказе в экстрадиции. •  Кроме того, следует также учитывать, что не всегда и не во всех странах применяется мера пресечения в виде заключения под стражу. Иногда к лицам, преследуемым за преступления средний тяжести, могут быть применены иные меры пресечения такие, как залог, домашний арест и.д. Это так же поможет во многих случаях исключить нарушение ст. 5 Конвенции. •  Что касается срока содержания под стражей лиц, ожидающих экстрадиции, установленного Уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, то, на мой взгляд, было бы возможно рассмотреть вопрос о внесении соответствующих изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации с целью установления специальных сроков содержания под стражей лиц, ожидающих экстрадиции. Это предотвратит освобождение из-под стражи лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений. При решении вопроса о предельном сроке содержания под стражей важно, чтобы в отношении дел об экстрадиции применялся общий принцип соразмерности. Однако, увеличение сроков содержания под стражей для данной категории лиц, на мой взгляд, не в состоянии решить проблему в полном объеме. Ведь вопрос о том, каким образом власти будут поступать с заявителем, по делу которого Суд признает, что в случае выдачи будет иметь место нарушение ст. 3 Конвенции, остается без ответа. •  Ключевой проблемой является соблюдение компетентными органами предписаний Европейского Суда наряду с собственным уголовно-процессуальным законодательством. Таким образом, необходимо создание совместно с участниками Минской Конвенции соответствующего механизма, который позволил бы лицам, подлежащим экстрадиции, отбывать наказание, назначенное иностранным судом, на территории Российской Федерации. На основании изложенного можно сделать вывод о том, что рассматриваемая область остается серой зоной. Для прояснения целого ряда важных, политически значимых вопросов необходимо принять законодательные меры на национальном уровне. В более четких правовых основаниях нуждается и практика ЕСПЧ. Только тогда удастся обеспечить одновременно соблюдение прав лиц, ожидающих экстрадиции, целостность национального законодательства, согласованность международных обязательств по различным конвенциям и двусторонним соглашениям и безопасность граждан.   © Зоя КОКОРИНА, стажер Европейского центра по защите прав человека и демократизации (Италия)   *1 Собрание законодательства РФ. 8 января 2001 г. №2. Ст. 163. *2 HUDOC case-law, www.echr.coe.int *3 См. постановления по жалобам №2947/06 «Исмоилов и др. против России»; №8320/04 «Рябикин против России», №54219/08 «Каримов против России», №24268/08 «Клейн против России»; №52466/08 «Ходжаев против России»; №14049/08 «Абдулажон Исаков против России»; №21055/09 «Хайдаров против России»; №25404/09 «Гафоров против России»; №15303/09 «Султанов против России»; №1248/09 «Юлдашев против России», №7265/10 «Якубов против России». *4 См. постановления по жалобам №38411/02 «Гарабаев против России»; №17185/05 «Искандаров против России»; №42502/06 «Муминов против России»; №16074/07 «Щебет против России»; HUDOC case-law, www.echr.coe.int *5 HUDOC case-law, www.echr.coe.int *6 Interim measures: a new instruction and statistics/Focus/ www.echr.coe.int *7 Постановление по жалобе №22414/93 «Чахал против Великобритании» от 15.11.96; пп.73-74, HUDOC case-law, www.echr.coe.int *8 Российская хроника Европейского суда. Приложение к "Бюллетеню Европейского суда по правам человека". Специальный выпуск. 2009. N 1. С. 106–123, постановление по жалобе № 8320/04 «Рябикин против России», п. 113. *9 Газета «Kazakhstan Today». 14.09.2004, www,gazeta.kz; report of the UN Secretary General of 18.10.2006 «Situation of Human rights in Uzbekistan» (A/61/526); UN Special Rapporteur on Torture of the 3 rd Session of the UN Human Rights Council, 18 September 2008, жалоба №14049/08 б пп. 92-93, HUDOC case-law, www.echr.coe.int *10 Доклад Amnesty International за 2011 г. «Права человека в современном мире». С 460. *11 Доклад Amnesty International за 2011 г. «Права человека в современном мире». С 449. *12 Доклад Amnesty International за 2011 г. «Права человека в современном мире». С 434. *13 См. постановления по жалобам №2947/06 «Исмоилов и другие против России»; №8320/04 «Рябикин против России»; №52466/08 «Ходжаев против России»; №21055/09 «Хайдаров против России»; №25404/09 «Гафоров против России»; №15303/09 «Султанов против России». *14 См. постановления по жалобам №38411/02 «Гарабаев против России»; №16074/07 «Щебет против России»; №17185/05 «Искандаров против России»; №42502/06 «Муминов против России». *15 HUDOC case-law, www.echr.coe.int *16 См. постановления по жалобам №656/06 «Насруллоев против России»; №42443/02 «Эминбейли против России»; №8320/04 «Рябикин против России», №2947/06 «Исмоилов и др. против России»; №38124/07 «Джураев против России»; №24268/08 «Клейн против России»; №14049/08 «Абдулажон Исаков против России»; №54219/08 «Каримов против России»; №52466/08 «Ходжаев против России»; №21055/09 «Хайдаров против России»; №25404/09 «Гафоров против России»; №15303/09 «Султанов против России»; №1248/09 «Юлдашев против России»; №66317/09 «Элмуратов против России». HUDOC case-law, www.echr.coe.int *17 Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М.: СПАРК, 1996. С. 31 - 52. *18 "Собрание законодательства РФ", 24.12.2001, №52 (ч. I), ст. 4921. *19 "Собрание законодательства РФ", 10.07.2006, №28, ст. 3118. *20 "Российская газета", №211, 11.11.2009. *21 HUDOC case-law/communicated cases collection, www.echr.coe.int, 21.01.2011, Oshlakov v Russia. *22 HUDOC case-law, www.echr.coe.int *23 Ведомости Верховного Совета СССР 1986 №37 ст. 772; Вестник ВАС РФ, март 1999, №3 сборник «Действующее международное право» Т.1. *24 HUDOC case-law, www.echr.coe.int *25 См. жалоба №25404/09 «Гафоров против России»; жалоба №58221/10 «Козиев против России»; Жалоба №55822/10 «Шакуров против России»; жалоба №62400/10 «Солиев против Российской Федерации»; №24268/08 «Клейн против России». №12(61), 2011
no image
Персона

На Марио Драги с надеждой смотрят в 17 странах Колокольчик для ведения заседаний правления, врученный председателем Европейского центрального банка (ЕЦБ), французом Жаном-Клодом Трише своему преемнику, итальянцу Марио Драги, вполне можно сравнить с горячей картофелиной: унаследована масса острейших проблем. Торжественная церемония...

На Марио Драги с надеждой смотрят в 17 странах Колокольчик для ведения заседаний правления, врученный председателем Европейского центрального банка (ЕЦБ), французом Жаном-Клодом Трише своему преемнику, итальянцу Марио Драги, вполне можно сравнить с горячей картофелиной: унаследована масса острейших проблем. Торжественная церемония передачи власти проходила во Франкфурте 1 ноября 2011 года, когда под ударами финансового кризиса опасно шаталась зона евро, и сильнее всего кренилась родина новоиспеченного главного банкира 17 стран, образующих эту зону. Не случайно незадолго до передачи руля ЕЦБ Ж.-К.Трише заявил, что «Европа переживает самый тяжелый кризис за весь послевоенный период». Разумеется, у Центробанка ЕС нет полномочий спасать правительства той или иной страны, скупая облигации, или навязывать им некие условия, но именно это финансовое учреждение еврозоны способно оказать спасительную помощь в случае крайней необходимости. Однако главной задачей ЕЦБ было и остается эффективно регулировать учётную ставку для борьбы с инфляцией и стимулирования экономического роста «семнадцати». … Бывший управляющий Банка Италии Марио Драги – типичный технократ, как и новый председатель Совета министров Италии, его тёзка Марио Монти. За плечами 64-летнего банкира – долгая успешная карьера на финансовом фронте. М.Драги окончил в 1970 году экономический факультет Римского университета, где был любимым студентом знаменитого итальянского экономиста Федерико Каффе. Затем защитил диссертацию в США, в престижном Массачусетском технологическом институте. Итальянца считают прагматиком, скромным, весьма сдержанным человеком, и это сближает его больше с англосаксами, нежели с соотечественниками. Профессорскую карьеру М.Драги начал в 1981 году на кафедре международной экономики Флорентийского университета, где проработал ровно десять лет, но уже с 1983 занимал и должность советника главы казначейства Италии. Внёс значительный вклад в совершенствование финансового законодательства страны (один из законов даже носит его имя). В 1991 году назначен генеральным директором казначейства и одновременно – членом комитета ЕЭС по вопросам валюты. Играл активную роль в процессе приватизации государственных предприятий Италии; благодаря его усилиям, миллионы соотечественников М.Драги начали приобретать акции на бирже. Он успел поработать в девяти сменявших друг друга правительствах всех оттенков. Никто не оспаривает его немалую заслугу в том, что Италия добилась макроэкономических показателей, позволивших ей вступить в зону единой европейской валюты. Управляющим Банка Италии М.Драги был назначен в 2006 году и успел заметно улучшить отношения этого учреждения с частными банкирами, а когда через два года в Европе разразился финансовый кризис, стал активно побуждать кредитные организации к рекапитализации. Сегодня высказываются предположения, что новый глава ЕЦБ по известной причине будет неравнодушен к оказавшейся в бедственном положении Италии. Однако, чтобы пресечь эти разговоры, М.Драги заявил, что эта страна «может и должна спастись самостоятельно». В целом, он намерен продолжать политику своего предшественника. Скупая на похвалы французская газета «Монд» в одной из публикаций подчеркнула, что Италия может гордиться назначением своего представителя на пост президента европейского Центробанка. Александр СОКОЛОВ №12(61), 2011
no image
РАСШИРЕНИЕ ЕС

Парламентские выборы, состоявшиеся в Хорватии 4 декабря, привели к очередной смене правительственного большинства в этом небольшом государстве на пространстве бывшей Югославии. Оппозиционный блок «Кукареку», объединивший четыре партии левоцентристского толка, вдвое опередил правящий до этого консервативный Хорватский демократический союз, запутавшийся в...

Парламентские выборы, состоявшиеся в Хорватии 4 декабря, привели к очередной смене правительственного большинства в этом небольшом государстве на пространстве бывшей Югославии. Оппозиционный блок «Кукареку», объединивший четыре партии левоцентристского толка, вдвое опередил правящий до этого консервативный Хорватский демократический союз, запутавшийся в коррупционных скандалах и последствиях экономического кризиса. Теперь лидер победившей группировки Зоран Миланович, представляющий социал-демократов, возглавит новое правительство. Главной его задачей станет вступление Хорватии в ЕС, основные параметры которого давно согласованы. После формального подписания соответствующего документа начнется отсчет дней до присоединения Загреба к «двадцати семи», которые станут «двадцатью восемью». Это случится 1 июля 2013 года. «Я уверен, что 2012-й будет очень трудным годом, – отметил З.Миланович в первом выступлении после победы. – Я могу гарантировать, что мы проведем страну эффективнее и честнее». Между тем, экономическое положение Хорватии тревожно – государственный долг, безработица, политические скандалы… Финансово-экономические показатели стремительно приближаются к тем, которые вызвали кризис зоны евро. Правда, государственный долг в пересчете на ВВП пока еще меньше греческого, уровень безработицы не достигает испанской бездны, а ставки, по которым обслуживаются государственные облигации, еще не сравнялись с итальянскими. Но темпы экономического роста практически равны нулю, инвестиции (особенно иностранные) замерли. Бюджетный дефицит составляет 15-17 миллиардов кун (свыше 2 миллиардов евро). При сохранении такого положения для достижения показателей зоны евро Хорватии придется затратить не 7 лет, как ожидается сейчас, а 77… По некоторым оценкам, уровень жизни с 2000 года не вырос, а снизился. Следовательно, первое, что должно будет делать новое правительство З.Милановича, – оздоровление бюджета и получение одобрения этих мер в Европейской Комиссии. Без изменения нынешнего экономического курса Хорватия продержится 3-4 года, не больше. Конечно, на судьбы ЕС эта маленькая страна вряд ли окажет значительное влияние, но 4,5 миллионам хорватов надо жить в их стране – здесь и сейчас. Ведь это – их жизнь… Светлана ФИРСОВА Зоран Миланович по кличке «Зока» родился в 1966 году и в политику пришел сравнительно недавно. Он возглавил социал-демократов в 2007 году после неожиданной смерти их исторического лидера Ивицы Рачана. Все эти годы он терпеливо объединял близкие по идеологии политические силы. Созданный им блок назван «Кукареку», его символ – петух. Смысл названия состоит в том, что петух, кукарекая, возвещает приход зари новой жизни. Сам «Зока» до сих пор не занимал никаких правительственных постов и теперь сразу оказывается во главе кабинета министров. По образованию он специалист по европейскому праву, учился, в том числе, в Брюсселе. До начала политической карьеры служил в МИДе – с 1993 по 2004 год, отвечая, в частности, за обеспечение вступления Хорватии в НАТО. К его слабым сторонам в Хорватии относят амбициозность и отсутствие коммуникабельности, прямого контакта с избирателями, что способно осложнить управление такой сложной конструкцией, как партийная коалиция. Сильной стороной можно считать то, что З.Миланович и его ближайшее окружение относятся к деятелям, которые не отягощены коммунистическим югославским прошлым и националистическими завихрениями 1990-х годов, временем гражданских войн в бывшей Югославии. Хорватский лидер женат, имеет двух сыновей и называет себя атеистом. №12(61), 2011
no image
Политика

Лидеры ЕС усматривают в усилении интеграционных связей в рамках Союза выход из нынешнего кризиса, которым охвачен Старый Свет. Однако данные исследования, опубликованные «Евробарометром», показывают: меньше половины граждан стран-членов (47%) полагают, что принадлежность к этому объединению была положительным фактором (18% придерживаются...

Лидеры ЕС усматривают в усилении интеграционных связей в рамках Союза выход из нынешнего кризиса, которым охвачен Старый Свет. Однако данные исследования, опубликованные «Евробарометром», показывают: меньше половины граждан стран-членов (47%) полагают, что принадлежность к этому объединению была положительным фактором (18% придерживаются противоположного мнения, 31% полагает, что это ни плохо, ни хорошо). При этом только 41% опрошенных верит, что ЕС поможет пройти трудный период, против 47% думающих иначе. Еще меньше оптимизма для сторонников большей евроинтеграции внушают ответы на предложение об увеличении роли институтов ЕС в выработке налоговой политики. Наименьшее доверие испытывают к Союзу в Греции, что не удивительно (67% не доверяющих). Далее (что тоже неудивительно) идет Великобритания (63%), а следующие в этом списке страны вызывают тревогу. Речь о Германии (55%), а также Австрии и Франции (по 50%). Именно на Париж и Берлин ложится основное бремя преодоления нынешнего кризиса! Авторы исследования предлагают не паниковать. Давно проводя такие замеры настроения общества, они выявили закономерность. Когда в экономике дела идут хорошо, число сторонников большей евроинтеграции растет, и наоборот. При этом северные страны традиционно не пылают страстью к сближению с партнерами, сейчас их настроения не особенно меняются. Зато некоторое беспокойство вызывают мнения жителей стран, которых больше других поразил кризис – за последние 5 лет там сокращается доверие к ЕС, вера в способность политиков найти правильные решения. Отмечена также смена политических симпатий среди тех, кто доверяет процессу европейского строительства, и кто не доверяет. До сих пор сторонники левых взглядов были в большей степени настроены проевропейски, чем их правые оппоненты. Сейчас они меняются местами. «Евробарометр» установил также те меры, принятие которых в ЕС поддержало бы большинство европейцев: - противодействие территориям с крупными налоговыми послаблениями (89% сторонников); - регулирование заработков работников банковского и финансового сектора (82%); - введение налога на прибыли банков (84%); - введение налога на финансовые трансферы (72%). В принципе, ЕС мог бы проводить такие меры, опираясь на безусловное одобрение граждан, и тем самым вернуть себе часть доверия, утерянного в ходе кризиса. Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ №12(61), 2011
no image
Политика

Проблемы энергетики, похоже, станут одной из главных тем на президентских выборах во Франции в 2012 году. Во всяком случае, президент Николя Саркози, пока не объявший официально о своей кандидатуре на высший государственный пост, уже несколько месяцев выступает в защиту атомных...

Проблемы энергетики, похоже, станут одной из главных тем на президентских выборах во Франции в 2012 году. Во всяком случае, президент Николя Саркози, пока не объявший официально о своей кандидатуре на высший государственный пост, уже несколько месяцев выступает в защиту атомных электростанций, заочно дискутируя с социалистами и «зелёными», настаивающими на закрытии 24 реакторов. Во Франции действуют 58 реакторов АЭС, это самый высокий показатель в Европе. Дешёвая электроэнергия помогает обеспечивать французским товарам конкурентоспособность на внешних рынках. Однако после аварии на японской АЭС в Фукусиме и решения правительства Германии закрыть семь старых станций, второе дыхание получили сторонники перехода от атомной энергетики к возобновляемым источникам энергии. Лидер социалистической партии Франсуа Олланд и руководители объединения Экологическая Европа-«Зелёные» заключили соглашение, которое предусматривает в случае их победы на выборах закрытие 24 реакторов. Президент Франции и его окружение, судя по всему, сочли, что смогут одержать лёгкую победу над левыми именно на этом поле битвы. Не случайно Н.Саркози начал включать в свои выступления пассажи о необходимости сохранить все действующие АЭС. В качестве страшилок хозяин Елисейского дворца приводит следующие аргументы: в случае закрытия части реакторов без работы окажутся минимум 200 тысяч французов – и это в разгар кризиса; тарифы на электроэнергию увеличатся на 50%; переход на использование тепловых электростанций неизбежно увеличит выбросы углекислого газа в атмосферу. Что касается возобновляемых источников энергии, то, во-первых, они очень дороги и нуждаются в огромных субсидиях, а во-вторых, на их долю никогда не будет приходиться более 20% всей вырабатываемой энергии. Последний аргумент свидетельствует, что будущий кандидат полон решимости дать бой «зелёным» на их же, экологическом бастионе. В Елисейском дворце надеются, что «атомная тема» позволит Н.Саркози набрать во время выборов дополнительные голоса, особенно в тех районах Франции, где действуют АЭС. №12(61), 2011
no image
Политика

Необходимость сокращать бюджетные расходы в условиях финансового кризиса поставила Нидерланды перед дилеммой: на чём экономить в первую очередь – на обороне или здравоохранении? Проведённый опрос общественного мнения показал: 64% голландцев готовы согласиться с урезыванием военного бюджета, и ровно в два...

Необходимость сокращать бюджетные расходы в условиях финансового кризиса поставила Нидерланды перед дилеммой: на чём экономить в первую очередь – на обороне или здравоохранении? Проведённый опрос общественного мнения показал: 64% голландцев готовы согласиться с урезыванием военного бюджета, и ровно в два раза меньше – затрат на систему здравоохранения. В ближайшие четыре года Нидерланды направят на оборону 18 миллиардов евро, а на совершенствование медицинских услуг – 15 миллиардов. Но к 2050 году эта быстро стареющая нация намерена удвоить расходы на здравоохранение. Что касается военных нужд, то жители королевства заметно теряют ощущение какой-либо внешней угрозы. Такие же настроения начинают преобладать и в ряде других стран Европейского Союза, особенно под влиянием финансового кризиса. Это вызывает озабоченность в Брюсселе, который опасается ослабления единой политики безопасности и обороны «двадцати семи». Наглядным примером может служить начатая ЕС в 2008 году операция по борьбе с морским пиратством в водах Сомали. Сначала эту зону патрулировали десять европейских кораблей, теперь их осталось семь, но не исключено, что произойдет ещё одно сокращение. Более того, несмотря на деликатную обстановку в Косово, туда перестали поступать новые военные контингенты из Европы, и даже поползли слухи о возможном уходе военных из этого анклава в Сербии. №12(61), 2011
no image
Политика

Во всяком случае, именно так видит ситуацию президент Эстонии Томас Хендрик Ильвес, о чем он и поведал в интервью австрийской газете «Прессе». Надо сказать, что его мнение особенно интересно, поскольку Эстония только в начале этого года вступила в зону евро....

Во всяком случае, именно так видит ситуацию президент Эстонии Томас Хендрик Ильвес, о чем он и поведал в интервью австрийской газете «Прессе». Надо сказать, что его мнение особенно интересно, поскольку Эстония только в начале этого года вступила в зону евро. Не воспринимает ли глава эстонского государства этот шаг как приобретение билета на «Титаник»? Ничуть не бывало! Т.Х.Ильвес полагает, что все обстоит ровно наоборот: вне зоны евро восточноевропейским государствам пришлось бы сейчас гораздо тяжелее, причем, пострадали бы они первыми. А присоединение к единой европейской валюте, которое, кстати, после 2004 года законодательно предписано всем членам ЕС, разумеется, каждому в свое время, Эстонии только помогло. Правда, в детали господин президент предпочел не вдаваться, указав только, что «пишут много чепухи о том, как маленькие страны получат преимущества, если обесценят свою валюту». На недоуменный вопрос журналистов – дескать, а разве обесценение национальной валюты не создает стране конкурентных преимуществ? – эстонский лидер категорично отрезал: «Эту бессмыслицу распространяет американский экономист Пол Кругман. Он приводит в пример Аргентину, имеющую относительно изолированную экономику и большой внутренний рынок. Эту логику нельзя распространять на небольшие экономики открытого типа, действующие внутри ЕС». Преодолев некоторое ошеломление, журналисты решили зайти с другой стороны. Эстония в 2008-2009 годах находилась в глубоком спаде. Внутренний валовой продукт сократился на 14%. А в августе этого года американское агентство «Стандард энд Пурс» повысило её рейтинг. Как стране удалось выплыть? «Мы предприняли внутреннее обесценение, – с милой непосредственностью сообщил президент. – На 20% сократили зарплаты в государственном секторе, а в частном даже еще больше. Было трудно, но мы справились». Как? Благодаря небывалой стойкости эстонцев, закаленных сибирской ссылкой: «Имея такой опыт, не увидишь повода для беспорядков в том, что тебе немного сокращают зарплату. Я бы даже сказал больше: люди, которые протестуют в других странах Европы, должны отдавать себе отчет, что они живут на незаработанные деньги». Большинство сограждан, видимо, с мнением главы государства согласны, поскольку недавно избрали его на новый срок. А мнением «неграждан» в этой демократической стране интересоваться не принято. Подумаешь, какие-то потомки оккупантов, которые и в Сибири-то не бывали. Собеседники робко поинтересовались, что собственно Т.Х.Ильвес имел в виду? Глава эстонского государства охотно пояснил. «Собственность компании включает в себя активы и пассивы». Затем, решив все же не ограничиваться высказыванием, по информативности равному суждению о том, куда впадает Волга, добавил: «Компании, которые, подобно некоторым государствам ЕС, имеют долги в сумме 120% ВВП, никогда и ни за что не будут считаться богатыми. Это кажущееся процветание. У Эстонии нет долгов, заслуживающих упоминания. Поэтому эстонцы мало симпатизируют социальным протестам в тех странах, где живут в долг». Еще одну беду Европейского Союза Т.Х.Ильвес видит в том, что слишком много стран не принимают всерьез установленные правила. Но при этом обещает, что его сограждане, «как и положено эстонским крестьянам» будут и дальше их придерживаться. В то же время, он усматривает серьезную опасность нарастания протестного популизма в странах Северной Европы. В пример он привел Финляндию, где вторая политическая сила, «за исключением нескольких личностей», не расистская и не ксенофобская. Всплеск популярности «Истинных финнов», по мнению президента, связан с тем, что «многие не понимают, почему они должны поддерживать страны, не придерживающиеся правил». Президент Эстонии знает, о чем говорит: в его собственной стране 75% граждан против того, чтобы их государство принимало финансовое участие в спасении несостоятельных должников. Признав это, он напомнил, что 75% парламентариев проголосовали «за». При этом Т.Х.Ильвес особо подчеркнул: помогать эстонцам приходится стране, где люди живут заметно лучше, чем они сами. «Средний доход эстонца составляет 800 евро (в месяц). Это меньше минимальной зарплаты в Греции», – сказал он. И в завершение – еще одна обнадеживающая деталь. Отвечая на вопрос об отношениях с Россией, президент отметил, что с эстонской стороны они отмечены «дружелюбным равнодушием». Если это действительно так, то ничего лучшего и быть не может. Андрей ГОРЮХИН №12(61), 2011
no image
Политика

Ответ на этот вопрос дало совместное исследование, проведенное учеными из университетов Гиссена и Лейпцига. По результатам репрезентативного опроса можно сделать следующие выводы. Каждый пятый избиратель Национально-демократической партии Германии, республиканцев или Германского народного союза не имеет работы. При этом 80% электората...

Ответ на этот вопрос дало совместное исследование, проведенное учеными из университетов Гиссена и Лейпцига. По результатам репрезентативного опроса можно сделать следующие выводы. Каждый пятый избиратель Национально-демократической партии Германии, республиканцев или Германского народного союза не имеет работы. При этом 80% электората этих партий – мужчины. Для сравнения: у Левых эта доля составляет 62%, у свободных демократов – 53%. А среди приверженцев социал-демократов и христианских демократов женщины вообще преобладают – 51% и 54% соответственно. О «зеленых» и говорить нечего: мужчин среди их сторонников всего 37%. Образованием приверженцы правых экстремистов не блещут. Только каждый десятый из них окончил полный курс школы. Раз уж начали сравнивать, посмотрим, как в этом отношении обстоит дело у симпатизантов других партий. У «зеленых» этот барьер преодолели 35% избирателей, у свободных демократов – на 11 процентных пунктов меньше, а у ХДС/ХСС – лишь 14%. Руководители исследования – Эльмар Брэлер из Лейпцига и Йоханнес Крузе из Гиссена – сообщают в своем отчете, что избиратели крайне правых – народ, вежливо говоря, небогатый. Пятая часть из них располагает месячным доходом менее тысячи евро. У сторонников ХДС/ХСС и СвДП таких только десять процентов. По мнению Э.Брэлера и Й. Крузе, «зеленые» и свободные демократы могут считаться партиями хорошо зарабатывающих людей: их приверженцы имеют доходы заметно выше среднего. У СвДП 41% избирателей зарабатывают больше 2500 евро в месяц, а у «зеленых» таких насчитывается 37%. Среди избирателей, оказывающих свою поддержку крайне правым, такого уровня доходов достигают только 20%. Сергей ПЛЯСУНОВ №12(61), 2011
no image
В фокусе

В Евросоюзе есть страна, которая идет вглубь и вширь Польша не только «не сгинела», но и демонстрирует беззастенчиво отменное здоровье. На допустимый в иных пределах Европы вопрос, как живется-можется, 19-летний строительный рабочий Карол Веслинг отвечает с легким вызовом: «Кризис? Какой...

В Евросоюзе есть страна, которая идет вглубь и вширь Польша не только «не сгинела», но и демонстрирует беззастенчиво отменное здоровье. На допустимый в иных пределах Европы вопрос, как живется-можется, 19-летний строительный рабочий Карол Веслинг отвечает с легким вызовом: «Кризис? Какой кризис?» И имеет на то все основания: «В нашем деле столько работы, сколько хочешь». Действительно, в Польше сегодня строят много и масштабно: жилые дома, торговые центры, автомобильные и железные дороги, аэропортовые терминалы и прочее и прочее. Работы невпроворот. Спрос на людей, владеющих соответствующими профессиями, огромен. Строительный бизнес в прошлом году прибавил 17%. Для сравнения: в среднем по ЕС эта отрасль подросла всего на 0,6%. Мирослав Турек, 58-летний строительный рабочий, признается: «Не успеваем закончить один объект, как нас ждут на другом». Неподалеку от знаменитой сталинской высотки в Варшаве – Дворца культуры и науки – возникла ультрасовременная башня под названием «Злота-44». Однако визитной карточкой нынешнего созидательного бума стал Национальный стадион, приуроченный к европейскому кубку по футболу в 2012 году, который Польша проводит на пару с Украиной. Статистика по Евросоюзу показывает, что в отличие от проблемных стран, путающихся в долгах как в шелках, Польша динамично развивается. В этом году, по прогнозам, рост ВВП составит не менее 4%, в то время как в среднем по Союзу – порядка 1,7%. Не мудрено, что иностранный инвестор с охотой вкладывает средства в польскую экономику, скажем, такой как испанская компания «Ферровиаль», задружившаяся с местной «Будимекс». Строят на пару здания – для жилья, учебы (университеты), просвещения (музеи). «Мы находимся на пике деловой активности в нашем секторе», – объясняет Игнасио Ботелья, вице-президент «Будимекса». Иностранный инвестор голосует капиталами. В 2007 году в Польшу притекло 17 миллиардов евро, а в кризисном 2009 – 10 миллиардов. «Польша стала главной строительной площадкой Европы, как Германия в 1980-е годы», – говорит глава агентства по иностранным инвестициям Славомир Майман. Мотивы очевидны. По словам эксперта, решающую и определяющую роль играют в этом деле «экономическая стабильность, солидная банковская система, квалифицированная рабочая сила, к тому же дешевая, европейские фонды развития и общественная поддержка». Сегодня в Польше производят компоненты для авиастроительной и автомобильной промышленности – на вывоз. Южнокорейская корпорация «Самсунг» держит именно в Варшаве свой головной офис по новым разработкам и стратегии развития в Европе. В польских филиалах компаний из Германии, Франции, Британии и Южной Кореи сегодня работает 11% самодеятельного населения (каждый десятый). Как отмечает британская «Файнэншл таймс», Польша – по мнению экспертов ООН – занимает шестое место среди самых привлекательных стран для зарубежных инвесторов, а если брать промышленный сектор, то – третье место, сразу после Китая и США. Вывод очевиден: не последняя спица в колеснице польской экономики – зарубежные инвестиции и присутствие здесь иностранных компаний. И поэтому экономист Майман имеет все основания утверждать: «Если в 2004 году считалось, согласно прикидкам, что Польше потребуется не меньше 24 лет, чтобы догнать Испанию, то теперь прогноз – через семь лет». Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
no image
Дневник событий

Когда-то, на заре европейского строительства, Шарль де Голль и Конрад Аденауэр договорились о фундаменте, на котором будет возводиться здание нынешнего ЕС: немцам с их кошельком – промышленность, французам с их идеями – сельское хозяйство. Теперь их наследники в том же...

Когда-то, на заре европейского строительства, Шарль де Голль и Конрад Аденауэр договорились о фундаменте, на котором будет возводиться здание нынешнего ЕС: немцам с их кошельком – промышленность, французам с их идеями – сельское хозяйство. Теперь их наследники в том же Елисейском дворце, возможно, договорились об основе капитальных ремонтных работ Союза или даже реконструкции всего сооружения. И вовремя – под заседание Европейского Совета. На это их нынешнего французского президента и германского канцлера подвигло тяжелое положение единой европейской валюты – евро. ЕС всегда добивался прорыва в условиях кризиса. Нынешний кризис – беспрецедентный, поэтому рывок может тоже оказаться беспрецедентным. Н.Саркози и А.Меркель, по сути, согласились переписать базовое соглашение, на котором основывается это объединение – Лиссабонский договор. Для этого, по их мнению, желательно добиться поддержки всех «двадцати семи». Но если не получится – достаточно будет 17 стран зоны евро, которые, не трогая лиссабонский компромисс, составят для себя новый договор. При этом дверь остается открытой для остальных партнеров, когда они будут готовы присоединиться к новым правилам. Франко-германская договоренность сводится к 6 основным пунктам. 1. Обязательное соблюдение положения, согласно которому дефицит государственных бюджетов не должен превышать 3% ВВП. Нарушителям грозят немедленные и автоматические санкции. 2. Конституционные суды стран-участниц должны будут следить за тем, чтобы бюджеты не выходили за эти рамки. 3. Неполная выплата долгов Греции останется единичным случаем (это должно успокоить финансовые рынки). 4. Начало работы Европейского стабилизационного механизма переносится на год раньше – на 2012-й вместо 2013-го, при этом решения там будут приниматься квалифицированным большинством голосов. 5. Совет глав государств и правительств стран еврозоны станет их общим экономическим правительством, которое будет собираться во время кризиса ежемесячно (Европейская Комиссия отодвигается от управления процессом экономического развития). 6. Независимость Европейского центрального банка (ЕЦБ) подтверждается. Одновременно оба лидера подтвердили, что страны еврозоны не будут выпускать общих евробондов, против чего категорически высказывался Берлин. Он отказывался брать на себя львиную долю выплаты долгов финансово менее дисциплинированных партнеров и идти на риск увеличения процентных ставок по государственным заимствованиям этой группы стран, в том числе Германии. Участники переговоров установили также очень жесткие временные рамки для согласования необходимых изменений: март 2012 года, плюс еще пару месяцев для их ратификации. С учетом обычных темпов принятия решений в ЕС и их вступления в силу, это представляется сверхзадачей. «Наш пакет мер служит доказательством нашей абсолютной решимости гарантировать стабильность евро», – подчеркнула А.Меркель на пресс-конференции в Елисейском дворце. За скобками пока остался важный вопрос – какие именно санкции будут налагаться на нарушителей правила 3-х процентов? В кулуарах говорили о неких штрафах, о том, что этим будет заниматься Суд ЕС. Вместе с тем, высказывалось и мнение, согласно которому такого рода наказания могут выносить только избранные народом, а не назначенные иными инстанциями органы власти. Существенной деталью, пока не совсем ясной, может стать будущая роль ЕЦБ. Франция, в частности, продолжает взирать на него как на кредитора последнего шанса для запутавшихся в долгах стран. Однако его устав ныне не позволяет этого делать. Но его новый глава Марио Драги высказывал недавно мнение, что здесь может появиться гибкость, если страны еврозоны возьмут курс на совместную налоговую ответственность. Финансовый смысл договоренностей должны подтвердить рынки в ближайшие дни и недели. Вместе с тем, это должно позволить навести порядок в финансах и бюджетах стран-участниц, обернуться сокращениями государственных расходов, что положит конец завидному процветанию системы социального благополучия, которое на протяжении трех десятилетий существовало за счет заимствований. Политический смысл имеет более долгосрочную, стратегическую перспективу: по сути, дальнейшее движение ЕС вперед, его реформы передаются на межправительственный уровень, от этих важнейших процессов отодвигается Европейская Комиссия. Со стороны «двадцати семи» последовала первая реакция. Британский премьер Дэвид Камерон тотчас заявил, что не намерен «передавать какие-либо полномочия из Лондона в Брюссель». Такая позиция естественна, хотя британцы не перешли на единую валюту и не собираются это делать. По его словам, если будет меняться Лиссабонский договор, то ему придется проводить в стране референдум для его утверждения. Правда, его французский и германский коллега допускают новое соглашение только между участниками зоны евро и сами намерены управлять реформами, не поручая их Брюсселю, но это уже детали. Критические газетные комментарии франко-германской инициативы довольно однообразны, но просто отмахнуться от них нельзя. Во-первых, отмечается отсутствие четкости в описании механизмов совместных действий в условиях борьбы с кризисом в еврозоне. Достаточно вспомнить неясность того, кто и как будет санкционировать нарушителей бюджетной дисциплины. Во-вторых, многие политики и эксперты полагают невозможным обойтись без выпуска евробондов от всей еврозоны, против чего решительно выступает Берлин. В-третьих, сторонники более поэтического описания действительности видят в предложениях А.Меркель и Н.Саркози диктат с упором на одну лишь бюджетную дисциплину, необсуждаемые требования сильных к слабым – будто победителей к побежденным. Можно также добавить в качестве положительного фона для франко-германских договоренностей, во-первых, дополнительный план жесткой бюджетной экономии в размере 30 миллиардов евро нового итальянского правительства Марио Монти и, во-вторых, энтузиазм победившего на парламентских выборах в Испании лидера консервативной «Народной партии» Мариано Рахоя в части выполнения брюссельских бюджетных директив. Поддержку инициативам Парижа и Берлина высказала и директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристин Лагард, хотя, по ее словам, возможное заключение нового договора в рамках ЕС «может оказаться недостаточным само по себе» в условиях «крайне опасного положения». «Надо будет приложить гораздо больше усилий, чтобы нормализовать нынешнее положение в целом, чтобы доверие вернулось не только на рынки, но и к инвесторам, потребителям, для всех тех, кто должен выработать стратегию на 2, 3, 4 предстоящих года, кто должен знать, где им строить новые предприятия, куда вкладывать деньги», – сказала она. Светлана ФИРСОВА №12(61), 2011
no image
Дневник событий

Пока в Берлине и Париже писали свой сценарий реформ ЕС, необходимых для выхода из кризиса, в кулуарах Европейской Комиссии в Брюсселе тоже не сидели, сложа руки. Председатель Европейского Совета бельгиец Херман ван Ромпей разработал свой проект реформы еврозоны. На двух...

Пока в Берлине и Париже писали свой сценарий реформ ЕС, необходимых для выхода из кризиса, в кулуарах Европейской Комиссии в Брюсселе тоже не сидели, сложа руки. Председатель Европейского Совета бельгиец Херман ван Ромпей разработал свой проект реформы еврозоны. На двух страницах, в которые раньше всех удалось заглянуть итальянской газете «Стампа», изложен план. Он предусматривает предоставление чрезвычайных полномочий Европейской Комиссии («или другому органу власти»), приостановку прав стран, которые выбиваются из бюджетно-финансовых норм, и создание своего рода аналога валютного фонда в ЕС. Мысли автора проекта идут примерно в том же направлении, что и у «Меркози» – так все чаще называют европейский тандем в составе германского канцлера и французского президента. Главный стержень идей Х.ван Ромпея – принуждение стран принимать «необходимые фискальные меры для обеспечения стабильности еврозоны». Меры по принуждению включают автоматические санкции против них и превращение Европейского стабилизационного механизма, призванного предотвращать крах отдельных государств, в подобие банка, который латал бы появляющиеся долговые дыры. Главные показатели, за которыми следует присматривать и не превышать, – 3% дефицита госбюджета от ВВП и 60% государственного долга от ВВП. Важнейшим положением в предложениях председателя Европейского Совета значится возможность выпуска евробондов – долговых обязательств от имени всей зоны евро. Против этого категорически возражает Германия, добившаяся в конечном итоге поддержки своей позиции французами. «Нынешнее положение требует немедленных действий», – приводит итальянское издание выдержки из этого текста. Его автор при этом считает краеугольным камнем всей системы опору на имеющие органы управления Союза, а не на межправительственные сделки. Х.ван Ромпей описал и предлагаемые механизмы проведения задуманной реформы – короткий и долгий. Короткий путь предполагает внесение изменений в 12-ю статью Лиссабонского договора, что позволило бы Брюсселю контролировать бюджеты проштрафившихся стран, а в конечном итоге, выпускать евробонды. Такое изменение может быть утверждено единогласным решением глав государств и правительств «двадцати семи» по предложению Европейской Комиссии и консультации с Европейским Парламентом и Европейским центральным банком. Ратификации национальными парламентами всех стран не требуется, поэтому реформа может быть проведена достаточно быстро. Длинный путь ставит более масштабную задачу и внесение изменений в статью 48. Они позволят установить режим введения санкций против стран-нарушителей, требовать от них пересмотра национальных бюджетов и так далее. Но утверждать новую редакцию придется через ее ратификацию национальными парламентами. Главный вывод, который напрашивается из этой позиции Брюсселя, можно свести к двум пунктам. Первый: контролирующие и управленческие функции накладываются на Европейскую Комиссию, а не правительства стран-членов. Второй: без выпуска евробондов успокоить финансовые рынки не удастся, что бы не думала по этому поводу Германия. Какие решения ни были бы приняты в ближайшее время, эти два положения будут обязательно всплывать в ходе неизбежной в предстоящие месяцы дискуссии вокруг путей стабилизации зоны евро. Андрей СЕМИРЕНКО №12(61), 2011
no image
Дневник событий

На очередную встречу на высшем уровне США-ЕС в Вашингтон из Европы не прибыли руководители правительств или главы государств-членов: «двадцать семь» были представлены председателем Европейского Совета Херманом ван Ромпеем и председателем Европейской Комиссии Жозе Мануэлом Баррозу. Но это не принизило политическую...

На очередную встречу на высшем уровне США-ЕС в Вашингтон из Европы не прибыли руководители правительств или главы государств-членов: «двадцать семь» были представлены председателем Европейского Совета Херманом ван Ромпеем и председателем Европейской Комиссии Жозе Мануэлом Баррозу. Но это не принизило политическую значимость трансатлантического события, в центре которого был кризис зоны евро. «Если деловая активность в Европе будет сокращаться, если Европа будет хотя бы испытывать трудности, то нам труднее будет создавать у себя дома рабочие места», – сходу предупредил собеседников президент США Барак Обама. Чуть раньше ему уже ответил Х.ван Ромпей, признавшийся газете «Вашингтон пост», что Союз «теперь уже сталкивается с кризисом всей зоны евро», а не отдельных стран. Европейские гости услышали в Белом доме призыв принять безотлагательные меры, чтобы преодолеть долговой кризис, и чтобы он не перекинулся на Северную Америку. Это сопровождалось обещанием оказать ЕС всемерную поддержку. В чем? Это обсуждали уже за закрытыми дверями. До этого, правда, американские должностные лица заявляли, что ведущие страны еврозоны – Германия и Франция – должны действовать более активно, а от новых правительств таких проблемных стран, как Греция, Испания и Италия потребуется большая решительность. Ранее сам Б.Обама подчеркивал: «Мы все поддерживаем европейский проект, все поддерживаем евро». Однако не ясно, чего именно может добиваться Белый дом от европейских партнеров. Они и так пытаются навести порядок в доме, хотя им сложно договориться даже между собой, как именно это надо делать, учитывая большую разницу в подходах. Да и у самих США не так много рычагов воздействия. Их собственное экономическое положение далеко от блестящего, в федеральном бюджете нет никаких излишков, из которых можно было бы помогать попавшему в трудное положение евро. Остается лишь призыв к проявлению решительности, чтобы проблемы еврозоны не перекинулись через океан. Может быть, это успокоит ненасытных финансовых спекулянтов? Светлана ФИРСОВА №12(61), 2011
no image
Дневник событий

Новому премьеру пеняют, что он ни в зуб ногой во фламандском Чего только не было: и самый популярный актер призывал мужчин перестать бриться и отпустить бороды, и женщина-сенатор уговаривала жен политиков отказывать им в сексе, пока не договорятся о новом...

Новому премьеру пеняют, что он ни в зуб ногой во фламандском Чего только не было: и самый популярный актер призывал мужчин перестать бриться и отпустить бороды, и женщина-сенатор уговаривала жен политиков отказывать им в сексе, пока не договорятся о новом составе правительства – всё без толку. И вот свершилось. Восторг (хотя сдержанный и с примесью здорового скепсиса) закрыл эту не самую славную главу в истории бельгийского королевства. Длившееся 541 день безвластие (это абсолютный рекорд для продвинутых европейских правящих элит), которое поставило под сомнение способность находить баланс интересов различных этносов при следовании базовым принципам демократии, завершилось. Восторг объяснялся тем, что 6 декабря король Альберт II возложил функции уже не технического, то есть, временного по определению, а реального премьер-министра на 60-летнего Элио Ди Рупо (ЭДР). Этот политик, будучи лидером Социалистической партии Французского сообщества Бельгии, сумел вопреки распрям и раздорам в политическом классе, сколотить коалицию из шести партий и при этом оставить за бортом фламандских сепаратистов, из тех самых непримиримых, что продолжают раскачивать лодку. Со второй попытки (см. «Бельгия: патовая ситуация снова заморожена») у Ди Рупо получилось – он сумел уговорить всех вменяемых коллег, что дальнейшее промедление в формировании правительства приведет к необратимым последствиям. Для государственности и для общества. Все потому, что кризис второй волны подобрался вплотную. Кредитный рейтинг страны был понижен. А процент, под который заимодавцы были готовы ссудить деньги в обмен на государственные облигации, – повышен. Туман неопределенности в экономике и финансах сгустился. Это сулило неприятности христианским демократам, либералам, социалистам, всем жителям королевства, как во Фландрии (или Фламандском регионе), так и в Валлонии, и в Брюссельском столичном регионе – словом, всем без разбора. Чувство самосохранения, похоже, заставило партийные верхушки согласиться с компромиссным вариантом, предложенным ЭДР. Что не гарантирует ни спокойной жизни кабинету, ни длительного срока пребывания у власти. Никуда не деться от реального расклада сил: самая популярная в стране, судя по числу сторонников партия – «Новый фламандский альянс», получившая в июне 2010 года львиную долю голосов, оказалась в глухой оппозиции, отодвинутая на обочину. Лидер этой чисто националистической по духу и по букве уставных документов партии Барт Де Вевер уже поставил клеймо на команде ЭДР как на «правительстве меньшинства», которое будет проводить политику сокращения государственных расходов (единственно возможную), «за что придется расплачиваться фламандскому большинству». Ничего удивительного, что Вевер пообещал устроить ЭДР веселую жизнь. Впрочем, едва ли может произойти нечто, чего Элио Ди Рупо еще не пережил. Его судьба могла бы послужить канвой для киноромана. У него итальянские корни. Его семья, где было шестеро детей и седьмой на подходе, перебралась в Бельгию из области Абруццо, что в центре Италии, на Адриатике. Элио родился в 1951 году в бараке для иммигрантов в горняцком поселке. Год спустя его отец, отправившись на закупку куриного мяса по случаю свадьбы своего второго сына, попал под грузовик. Вдова, оставшись одна с семью детьми, была вынуждена жить на пособие в 300 бельгийских франков (7,5 сегодняшних евро). Троих она отправила в детский приют. Старшие, сын и дочь, вскоре обзавелись своими семьями и сами стали помогать матери. В своей автобиографической книге «Одна жизнь, одно видение» Элио Ди Рупо пишет: «У нас ничего не было, кроме любви матери». Трудное детство постепенно сменилось относительной стабильностью. ЭДР получил образование, выбрал себе специализацию в области химии, стал кандидатом наук, но в 1982 году сменил стезю – ушел с головой в политику. Ступени его карьерного роста: сперва муниципальный советник в городе Монсе, где затем станет бургомистром. Избран депутатом Европейского Парламента. Следом получает должность министра образования, вице-премьера, наконец, президента Валлонского региона. Его оппонент Винсент ванн Квикенборн из лагеря фламандских либералов называет Элио Ди Рупо примером осуществления «американской мечты в ее бельгийском варианте». Став во главе валлонских социалистов, ЭДР упорно стремится расширить электоральную базу партии. Сейчас в Валлонии за социалистов голосуют 44%. Однако противники ЭДР утверждают, что его партия – «самая архаичная во всей Европе». Более того, что она объединяет франкофонов, которые боятся, пишет парижская «Монд», что фламандцы «их съедят сырыми», лишат социальных завоеваний, и что по большому счету они – «жертвы глобализации». В ответ Элио Ди Рупо клеймит «ультра-либеральные загибы» и готов оспаривать излюбленный тезис фламандских сепаратистов, привыкших во всех бедах винить «ленивую Валлонию» и считать ее виновницей того, что родная Фландрия, тянущая всех вперед, не может динамично развиваться. Когда полемика доходит до градуса кипения, либералы переходят на не политкорректную лексику, обзывая ЭДР «маленьким макаронником». Так или иначе, приход на вершину власти Элио Ди Рупо представляет собой возврат в далекое прошлое. За последние почти 40 лет он – первый валлон и франкофон, вернувшийся в кресло премьера (последним был Эдмон Лебуртон, отправленный в отставку в 1974 году). А это значит, что ему будут при каждом удобном и неудобном случае пенять, что он-де ни в зуб ногой во фламандском языке. ЭДР на выпады отвечает: «Буду над этим работать», и обещает отвечать в парламенте на фламандском языке, «даже если буду говорить с ошибками». Похвально, но за ошибки придется платить. Дело в том, что кабинет составлен из чертовой дюжины – 13 министров плюс шесть госсекретарей, из которых девять франкофоны, но 10 фламандско-говорящие. Заклятый друг Барт Де Вевер предрекает большие неприятности своему оппоненту: «Моя горничная, родом из Нигерии, прожив два года в Бельгии, и то говорит лучше по-фламандски, чем Элио. В Брюсселе вы не сможете продать даже кожаную сумку, если вы не двуязычны, однако же, оказывается, можно не говорить по-фламандски, но стать премьер-министром». Есть основания подозревать, что задуманная ЭДР ознакомительная поездка по Фландрии обещает стать бурной. Бельгия в этом отношении – страна парадоксов. Точнее, как считает Паскаль Делвит, профессор политологии в Открытом университете Брюсселя, – страна сюрреализма, где, впрочем, и возникла эта аберрация художественного восприятия мира. Здесь, кстати, родился и Рене Магрит. Где еще страна жила бы 541 день без полноценного правительства, но при этом не было никаких уличных шествий, бдений на площадях, эксгибиционистских выходок всяких маргиналов и прочего антисоциального действа? Другой не найти. Что тем более не исключает рецидива безвластия. Кабинет Элио Ди Рупо явно будет жить за счет взятого в кредит времени. Почему? Потому что ни одна из насущных проблем – активно тлеющий фламандский сепаратизм и экономические неурядицы – не решены, и в 180-страничном манифесте, приготовленном коалиционным правительством, не содержится однозначного спасительного рецепта для оздоровления ситуации в искусно, но и искусственно скроенной стране, которую некоторые называют «недоразумением истории». Трудно не согласиться с профессором Делвитом: «Идея того, что Бельгия распадется и каждая из ее частей пойдет своей дорогой, повторялось так много раз, что стала восприниматься как вполне приемлемая. Мы были свидетелями того, как франкофоны называли фламандцев прото-фашистами, а те в ответ обзывали их лентяями, не желающими работать». А в итоге взаимные обвинения и оскорбления франкофонов и фламандцев подготовили почву для потенциального финального разрыва. Словом, правительство ЭДР – «хрупкое», подчеркивает британская «Дейли телеграф», а французская «Монд» добавляет, что ЭДР придется нелегко и в общении со своими VIP-коллегами по Европейскому Союзу. В ЕС только Австрия и Дания представлены руководителями схожих левых взглядов. Сколько времени судьба отпустила коалиции? Думаю, полгода. Дерзкое пророчество, каюсь. Тем более что бельгийцы доказали: они умеют быть непредсказуемыми. Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
no image
Дневник событий

С.Берлускони предпочел бизнес политике? Итальянцы всё ещё переваривают случившуюся 8 ноября 2011 года отставку магната Сильвио Берлускони с поста премьер-министра. Это событие ожидалось, но всё-таки многих застало врасплох: глава правительства всего за несколько дней до судьбоносного решения упорно заявлял, что...

С.Берлускони предпочел бизнес политике? Итальянцы всё ещё переваривают случившуюся 8 ноября 2011 года отставку магната Сильвио Берлускони с поста премьер-министра. Это событие ожидалось, но всё-таки многих застало врасплох: глава правительства всего за несколько дней до судьбоносного решения упорно заявлял, что продолжит работу на своем посту во спасение Италии от жестокого финансового кризиса. И лишь недавно стали известны подробности (или правдоподобные догадки?) истинной причины радикального шага «кавальере». Шага, небезопасного для экс-премьера, чьи адвокаты отбиваются сразу от нескольких громких судебных процессов против их подопечного. Кресло главы правительства, которого лишился С.Берлускони, служило ему определенной защитой: он, по меньшей мере, мог чаще других смертных ссылаться на занятость государственными делами и не являться в суд, тем самым затягивая разбирательства. Что касается иммунитета от уголовного преследования, то он был снят специальным постановлением Конституционного суда. Три недавние попытки однопартийцев лидера восстановить его неприкосновенность закончились провалом. Теперь в период до мая 2012 года «кавалеру» придется не менее 20 раз предстать перед Фемидой, отвечая по нашумевшим делам о коррупции и участии в сексуальных скандалах. Что же вынудило этого богатейшего итальянца уйти в отставку? Напомним, что 17 лет назад владелец медиа-империи активно занялся большой политикой, чтобы защитить свои бизнес-интересы от наступавшего на них тогдашнего левоцентристского правительства, и смог впервые стать премьер-министром. А теперь, как утверждает итальянская пресса, ему пришлось спасать свой бизнес, жемчужина которого – влиятельная телевизионная и издательская группа «Медиасет», от атаки финансового рынка, и пожертвовать высоким постом. В начале ноября капитализация этой корпорации всего за пять дней упала на 20%, а 8 ноября, перед отставкой владельца, обесценение ускорилось. По некоторым сведениям, накануне президент «Медиасета» и самое доверенное лицо С.Берлускони – Феделе Конфалоньери – убеждал его немедленно покинуть пост главы шатавшегося правительства, чтобы спасти бизнес. Дело в том, что мощная критика в адрес премьера рикошетом била по его телекомпании и другим СМИ, которые быстро теряли не только влияние, но и популярность. Как признал сын С.Берлускони, вице-президент «Медиасета» Пьер Сильвио, «враждебное отношение к главе правительства обрушилось и на его компанию, что было хорошо известно моему отцу». Видимо, пожилой миллиардер предпочёл ненадёжному креслу премьера интересы своей мощной бизнес-империи. Остается только гадать, не станет ли Берлускони-старший и дальше эффективно использовать её в своих политических целях или, устав от политики, с удвоенной энергией начнет приумножать свои капиталы. Игорь ЧЕРНЫШОВ Кстати Через неделю после того, как С.Берлускони завершил аудиенцию у президента республики и покинул его дворец через заднюю дверь во избежание встречи с улюлюкавшей толпой, новый премьер Италии сформировал своё правительство технократов. Наряду с самим М.Монти, взявшим на себя, кроме того, ответственность за финансы, в него вошли еще шесть университетских профессоров. Министерские портфели получили также три женщины, крупный банкир и отставной адмирал Джампаоло Ди Паола – бывший председатель военного комитета НАТО, теперь возглавивший оборонное ведомство Италии. По преобладающим оценкам, новый кабинет министров состоит из весьма компетентных профессионалов, не связанных с политикой и политиками; едва ли не единственным его недостатком называют отсутствие молодых деятелей. Благоприятное впечатление на итальянцев произвёл, в частности, добровольный отказ М.Монти от зарплаты премьера. Глава правительства – известный экономист, бывший член Европейской Комиссии – сразу же объявил о решимости провести необходимые реформы максимально быстро и в 2013 году покинуть свой пост. Однако ему придется преодолеть на этом пути немало препятствий. С.Берлускони был вынужден уйти, лишившись большинства сторонников в нижней палате парламента, однако это большинство сохраняется в Сенате, где многие предлагаемые технократами болезненные меры неизбежно натолкнутся на противодействие. Как показывает практика, у таких правительств много преимуществ, но есть и крупные недостатки. Один из них – они получают власть без выборов, а значит, недемократическим путем, в отличие от парламентариев. Поэтому новому кабинету министров потребуется ощутимая поддержка президента Италии Джорджо Наполитано, который выбрал кандидатуру М.Монти. Ситуация для нового итальянского, да и греческого правительств осложняется тем, что они оказались у власти в результате острейшего финансового кризиса в зоне евро, вызванного не столько ошибками собственных политиков, сколько чиновников в Брюсселе. Которые, заметим, тоже не проходили через чистилище голосований, чем неизбежно воспользуются противники новой власти в повседневной критике своих министров. №12(61), 2011
no image
Дневник событий

Речь президента Франции Н.Саркози в Тулоне очень ждали, поскольку она должна была задать тональность дискуссиям о путях преодоления кризиса, в котором оказалась зона евро. И он не обманул ожиданий. «Если Европа не сможет взять себя в руки, она рискует быть...

Речь президента Франции Н.Саркози в Тулоне очень ждали, поскольку она должна была задать тональность дискуссиям о путях преодоления кризиса, в котором оказалась зона евро. И он не обманул ожиданий. «Если Европа не сможет взять себя в руки, она рискует быть сметенной нынешним кризисом», – сказал он. По его оценке, нынешнее положение «дошло до крайности»: «Всем должно быть ясно, что сделанное для Греции больше не повторится, и что ни одна страна еврозоны не должна объявить дефолт». Глава французского государства отверг саму мысль об отказе от евро, поскольку его исчезновение «имело бы драматические последствия для французов, сделав невозможным обслуживание долга. С выходом из евро французский долг удвоится». Помимо эмоциональной части выступления, в нем была и прагматическая составляющая. Н.Саркози напомнил, как создавалась в свое время Шенгенская зона, которая предусматривала отмену контроля на границах между странами-членами. Этот документ должен быть «обдуман и переосмыслен». В переводе с дипломатического языка на общедоступный это означает следующее. Правительства стран-членов ЕС должны взять инициативу в свои руки и, не дожидаясь согласия брюссельских чиновников, решать самостоятельно возникающие проблемы. Ведь именно так в люксембургском местечке Шенген в далеком 1985 году несколько министров из заинтересованных стран обо всем договорились, а Европейскую Комиссию поставили перед свершившимся фактом позднее. Таким образом, обитатель Елисейского дворца предлагает коллегам отодвинуть Брюссель от принятия решений в условиях, когда надо действовать быстро и решительно. Андрей СЕМИРЕНКО №12(61), 2011
Тенденции & прогнозы
no image
Без перевода

Editorial by Michael Emerson The responsibility to protect is a relatively new normative construction of the United Nations, known in short as R2P, which was launched in 2005 at the World Summit, in the aftermath of the terrible Central African...

Editorial by Michael Emerson The responsibility to protect is a relatively new normative construction of the United Nations, known in short as R2P, which was launched in 2005 at the World Summit, in the aftermath of the terrible Central African genocides and atrocities of the recent past. The summit's concluding Document declared that it is the responsibility of governments to protect their own citizens, and in particular from ‘genocide, war crimes, ethnic cleansing and crimes against humanity'. When they fail the international community shall have the responsibility to ‘take collective action, in a timely and decisive manner, through the Security Council, in accordance with the Charter, including Chapter VII, on a case-by-case basis and in cooperation with relevant regional organizations as appropriate, should peaceful means be inadequate and national authorities manifestly fail to protect their populations from genocide, war crimes, ethnic cleansing and crimes against humanity'. Yet at the global level there is a huge chasm of disagreement over the competition for primacy of norms, broadly between the West and the Rest. The West sees R2P as an important advance in international norms, complementing the existing Chapter 7 of the UN charter, which was designed to provide for the possibility of armed intervention in the case of inter-state aggression. R2P adds a new principle, which may authorize forceful intervention in the internal affairs of states. The Rest, led by Russia and China, give primacy to the principle of non-interference. The West also endorses the principle of non-interference as a general proposition. The issue though is when should R2P override non-interference doctrine. Libya 2011 has now become the most famous instance of R2P being operationalised through Resolution 1973 of 17 March 2011, which legitimized the intervention by France, the UK, the US and other NATO allies to enforce a no fly zone and to take any steps (short of putting boots on the ground) to support rebel forces in their civil war against Khadaffi. The passing of Resolution 1973 of the Security Council was greatly helped by the resolutions adopted by the African Union and Arab League, without which Russia and China would surely not have abstained from using their veto cards as permanent members of the Security Council. As the intervention in Libya progressed China and especially Russia voiced regrets over having abstained, claiming that the NATO forces has overstepped their mandate for enforcing a no fly zone, escalating their action into one of enforcing regime change. Indeed that had become the objective, but how could the R2P principle be enforced without this? It was obvious enough that Khadaffi was prepared to continue to slaughter his people in a civil war to retain power. Nonetheless Russia and China complained rather disingenuously they had been duped by the West, claiming that the NATO allies were dishonestly converting R2P into a regime change instrument. And then the spotlight switched to Syria, and immediately Russia declared that it would block any R2P resolution, because the West could not be trusted to stick to a limited mandate. But in any case the West had in any case no stomach for a Libya type intervention. While the issues of political morality were not really different as between Libya and Syria, there were major differences in other respects: Syria would be a far more difficult proposition militarily and the complexity of regional security issues was such that the law of unintended consequences would have ominous potential. Turkey could open its frontier for refugees and the West could implement economic and political sanctions. But there it would remain. But then the murderous repression by the Syrian authorities went on and on as the months have gone by, and quite remarkably the Arab League has acted again, with Turkey participating in their meetings as if an honorary member of the organisation. On 23 November they delivered a three day ultimatum to Syria to stop its murderous repression. Having got no satisfaction it decided on 27 November to sanction Syria with the cutting off of transactions with the central bank of Syria, its commercial banks, applying an asset freeze on senior officials, suspending funding for various projects, etc. The message was also that Bashar Assad had to go, regime change please. The action of the Arab League was comforted at the same time by the findings of a panel of the UN Human Rights Commission, which reported on their mission to Syria with evidence of crimes against humanity, and the deaths of more than 3,500 people. ‘The sheer scale and consistent pattern of attacks by military and security forces on civilians and civilian neighbourhoods and the widespread destruction of property could only be possible with the approval or complicity of the state'. Meanwhile Russia adds an element of confusion in sending a flotilla of warships to the Mediterranean, led by the aircraft carrier Admiral Kuznetsov, heading for its naval base at Tartus on the Syrian coast. And what is the brave Admiral Kuznetsov to do there? To protect Bashar Assad? Surely not. To join with the West in protecting the Syrian citizens against him? Surely not. ‘The call of Russian ships in Tartus should not be seen as a gesture towards what is going on in Syria. This was already planned in 2010', said a naval spokesman. Or just enjoy a warm water cruise over the winter? Surely not? What has been going on in Syria has become unbearable for its Arab neighbours to stand by and watch (excepting Lebanon and Iraq who abstained, but did not block the Arab League action). Libya-type military intervention is still not expected in Syria, although France's foreign minister has just floated the idea of a ‘humanitarian corridor' into Syria, without saying whether this should be militarily protected, while the Turkish foreign minister says that militarily protected buffer zones are a conceivable option. But the key point is that the Arab League and the West for the time being have moved closer together, including the dance of Turkish foreign policy out of and now more back into the West, this time alongside the Arabs. All are interested in advancing democratic freedoms, albeit some faster than others, all are prepared to act across state borders to protect the people in their close neighbourhood, all are prepared to advocate regime change explicitly in extreme cases (Libya, Syria, Yemen). And then the unspoken elephant in the room is Iran, where both the Arabs and the West have big problems albeit of different colours, and the Arab League action over Syria is surely in part Iran by proxy. Russia, China and the BRICS are behind the game, or just playing a different one. For Europe on the other hand this implicit rapprochement with the Arabs means that it is not now, at least for the moment, so clearly the West versus the Rest.. Michael EMERSON,CEPS Senior Research Fellow CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 76 №12(61), 2011
no image
Без перевода

Предлагаем вашему вниманию очередной выпуск бюллетеня CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 76 Editorial by Michael Emerson: "From Libya to Syria - the Responsibility to Protect, Interventionism and Regime Change" Полный текст в формате PDF №12(61), 2011

Предлагаем вашему вниманию очередной выпуск бюллетеня CEPS European Neighbourhood Watch. Issue 76 Editorial by Michael Emerson: "From Libya to Syria - the Responsibility to Protect, Interventionism and Regime Change" Полный текст в формате PDF №12(61), 2011
no image
Ситуация

Примечательный феномен наблюдается сейчас в Германии: все меньше немцев интересуется финансово-экономической тематикой. Казалось бы – долговой кризис, судьбоносные решения следуют одно за другим, того и гляди поинтересуются мнением народа о происходящем, к примеру, в форме референдума, а людям все эти...

Примечательный феномен наблюдается сейчас в Германии: все меньше немцев интересуется финансово-экономической тематикой. Казалось бы – долговой кризис, судьбоносные решения следуют одно за другим, того и гляди поинтересуются мнением народа о происходящем, к примеру, в форме референдума, а людям все эти проценты, темпы, приросты, облигации и ВВП ну совершенно до лампочки! Как такое может быть? Почему? Зачем? Недоуменье смяло, как восклицал когда-то поэт. Между прочим, речь не об умозрительном наблюдении, а о результатах репрезентативного опроса, проведенного мангеймским институтом «Ипсос» по заказу Федерального союза германских банков. Банкирам стало интересно узнать о том, насколько разбираются сограждане во всех этих их премудростях. Особенно пренебрежительно относится к финансовой тематике молодежь. Так сказать будущее нации. Если еще в 2006 году 51% опрошенных уверяли, что они «очень сильно» интересуются экономикой, то в 2010 таких набралось уже всего 45%. А в этом году произошел натуральный обвал: лишь 35% молодых людей и девушек сообщили, что им до этого есть какое-либо дело. А в сильном интересе призналось всего лишь 15% опрошенных. Финансовый эксперт Вольфганг Герке считает такое положение вещей близким к катастрофическому. В период финансовых трудностей весьма велика вероятность того, что наивный вкладчик, не разбирающийся в экономической ситуации, легко может стать жертвой недобросовестного консультанта, который злоупотребит его доверием. Да уж о чем тут говорить, если более трети опрошенных не сумело правильно объяснить, что такое темп инфляции, и как он может коснуться их лично? И это в тот момент, когда все индустриально развитые державы пытаются побороть свою избыточную задолженность с помощью печатного станка! А свыше 70% опрошенных не смогло назвать примерную цифру этих самых темпов, что тоже явно не свидетельствует об интересе к экономической ситуации в стране. Понятное дело, что половина из участников опроса и слыхом не слыхивала о существовании инвестиционных фондов и, конечно же, не знает, с чем их едят. Что же касается самооценки, то, похоже, кризис здорово посбивал спесь с немецкой аудитории. Если в 2008 году два человека из трех уверенно отвечали, что их экономические знания можно оценить как «хорошие», то сейчас народ ведет себя куда скромнее, и таких «знатоков» набралось меньше половины. Вообще, эксперты утверждают, что лавина экономической информации, обрушивающаяся на головы аудитории, помимо всего прочего утомила и дезориентировала людей, которые предпочли просто возвести на ее пути к мозгу некий внутренний барьер вроде «а идите вы все со своей экономикой!» Грустно, но факт. Александр ВАРВАРИН №12(61), 2011
no image
Тенденции & прогнозы

Банкиры и политики частенько бывают не особенно высокого мнения друг о друге, хотя публично на эту тему предпочитают не высказываться – по вполне объяснимым причинам. Но, видно, такие уж времена настали – кризис, знаете ли! – и без того, чтобы...

Банкиры и политики частенько бывают не особенно высокого мнения друг о друге, хотя публично на эту тему предпочитают не высказываться – по вполне объяснимым причинам. Но, видно, такие уж времена настали – кризис, знаете ли! – и без того, чтобы высказаться с большей степенью откровенности уже не обойтись. И доклад, подготовленный группой исследователей «Дойче банка» – озаглавлен он «Европа в фокусе – 2012: углубление спада» – в этом отношении более, чем показателен. Представьте себе многообещающий зачин: «Попытки европейских правительств найти решение проблемы долгового кризиса провалились, что означает начало материализации угрозы спада». Бодренько, да? И показательно уже то, что банкиры бестрепетно перекладывают на политиков всю вину в создавшейся ныне в зоне евро ситуации – мягко говоря, нештатной. То бишь, все решения встреч между Ангелой Меркель и Николя Саркози с точки зрения финансистов это все так, пустые хлопоты. Весьма примечательно: кризис-то, по мнению некоторых экспертов, еще и не начинался, а только «материализуется». Это что же такое ждет старушку-Европу, когда он обретет кровь и плоть, а? Просто страшно жить! Но оставим иронию. Ибо все, увы, проще и печальнее: банкиры завуалировано предупреждают сограждан о том, что им придется раскошелиться. И подкрепляют это цифрами. В наступающем году экономика стран евро будет стагнировать и даже сжиматься – подобно тому, как это происходило в недоброй памяти 2008 году. «Мы уменьшаем свои прогнозы на 2012 год с +0,4% до -0,5%», – говорится в документе «Дойче банка». Нечего сказать, обрадовали. Экономике своего отечества они, правда, выдали самый лучший прогноз – нулевой рост. Можете себе представить, насколько оптимистичны перспективы у всех прочих «еврозонцев»? Франция – минус 0,3%, Италия – минус 1,1%, Португалия – минус 2,9%, Греция – минус 3%. Грусть и тоска безысходная, сердце уныло поет… Таким образом, на протяжении каких-то четырех лет европейскую экономику накрывает вторая волна спада. Причину финансисты-монетаристы видят в том, что призывы к экономии и снижение доступности кредитов в экономике, которая от этих кредитов полностью зависит, да еще в сочетании с падением доверия ко всем и вся, играют роль прочного тормоза деловой активности. В переводе на бытовой язык это выглядит примерно так: не дадите денег – будет спад. Вся надежда у «Дойче банка» остается только на коллег из Европейского центрального банка. «Чем хуже будут перспективы развития конъюнктуры, тем больше вероятность того, что ЕЦБ придется предпринять новые агрессивные шаги», – говорится в документе. Попробуем и это изложить попонятнее. Вы, господа из ЕЦБ, должны поддерживать на высоком уровне приток денег в зону евро и терпеливо покупать у полуразорившихся стран их государственные обязательства, которые мы, частные банки, совершенно не хотим иметь в своем портфеле – не прибыльно. Кстати, о поддержании притока денег. Для этого сейчас есть только один способ – раскрутить на полные обороты печатный станок. Банкиры уверяют: если это не будет сделано, то к началу нового года рынок государственных обязательств ждет крах. Посмотрим, осталось недолго. Сергей ПЛЯСУНОВ №12(61), 2011
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

Para Rusia, la principal dificultad en la estructuración de unas relaciones sólidas y fiables con la Unión Europea no consiste en unas contradicciones ideológicas – es que no las hay – ni en la diferencia de los intereses que, de...

Para Rusia, la principal dificultad en la estructuración de unas relaciones sólidas y fiables con la Unión Europea no consiste en unas contradicciones ideológicas – es que no las hay – ni en la diferencia de los intereses que, de por sí, es una cosa normal; los intereses de los países miembros de la Unión son bastante diferentes. Para Rusia, esta dificultad radica en buscar un equilibrio óptimo de sus relaciones con la UE y sus Estados-miembros. Ritmo insatisfactorio de aproximación entre Rusia y la UE A Rusia le cuesta mucho trabajo resolver este problema muy difícil al tratar con cualquier tercer país. Pues en Moscú hasta ahora no han llegado a entender, qué ente o individuo tiene tal o cual responsabilidad. Desde la capital rusa se mira de un modo preconcebido a las instituciones comunitarias. Se apuesta por el desarrollo de contactos bilaterales con las grandes potencias de la región. La UE tiene la misma actitud respecto a Rusia y manifiesta una opinión muy preconcebida sobre la política tanto interior como exterior del Kremlin acusándolo de todos los pecados mortales. Se reprueba siempre la profundización de las relaciones bilaterales entre Rusia y los Estados más influyentes de la UE. Prevalece la opinión de que el Kremlin pretende escindir los países de la Unión Europea aprovechando las contradicciones que existen entre ellos con miras a alcanzar sus objetivos que nadie conoce, pero que son a ciencia cierta censurables. Por esta razón precisamente hay que ponerle toda clase de impedimentos en este camino (como en cualquier otro). Como resultado de ello no se consigue establecer unas relaciones armoniosas con la UE y sus Estados-miembros. Los últimos acontecimientos prueban que la situación sigue siendo desfavorable a pesar de que prácticamente todos los países comunitarios que miraban a Rusia con gran desconfianza que rayaba en unas fobias, han empezado a suavizar la política que aplicaban y han pasado a revisar los conceptos. Se han hecho un poco más cálidas las relaciones ruso-polacas. Gran Bretaña ha empezado el “reinicio”. Suecia se queda a la sombra. Algo ha empezado a cambiar en los países del Báltico. Pero no ha cambiado nada en el enfoque coordinado por parte de la UE. En particular, la Unión sigue firme en cuanto y al acceso de compañías rusas al mercado interno, incluyendo el energético, de la UE. Siguen en suspenso las conversaciones sobre el nuevo acuerdo base. Está en un impasse la iniciativa rusa de concluir un tratado de seguridad europea. Se sigue dando largas a la creación de un consejo conjunto de política exterior y de política de seguridad. Se resiste a pasar al régimen sin visado al efectuar los viajes recíprocos, etc. Resulta, pues, que no son las dificultades en las relaciones con algunos países de la UE, problemáticos para ella, lo que viene a ser el elemento más débil en la organización de una colaboración plena en el marco de la Gran Europa y en la creación de espacios comunes, tanto económico y político, como jurídico, social, cultural y humanitario. Obstaculiza este proceso, en primer lugar, todo el complejo de relaciones con la propia Unión. En estas condiciones poco pueden ayudar los adelantos logrados por Rusia con la mayoría de los países comunitarios. Si la situación es así, hay que cambiarla en todos los aspectos, de la manera más radical y cuanto antes. Los propios países de la UE deberían sugerir, por lo visto, lo que habría que hacer en concreto y en primer lugar para ello. Desde este punto de vista, las relaciones que existen hoy entre Moscú y Madrid, buenas y ejemplares, no serían autosuficientes. Éstas son importantes no sólo de por sí y no sólo en relación con el posible aporte al desarrollo de las multifacéticas relaciones entre Rusia y la UE, sino también en el sentido de una labor conjunta cuyo objetivo podría ser un equilibrio óptimo de las relaciones de variado nivel en el triángulo Rusia–UE–Estados-miembros de ésta, con la finalidad de habilitar de mancomún una Gran Europa. Estas relaciones podrían desempeñar un papel ponderable en activar a toda la UE a fin de cimentar sobre una base nueva todo el sistema de relaciones a escala de todo el continente. Examinemos uno a uno los problemas planteados. Hemos agrupado los problemas en cinco apartados no muy extensos a fin de hacer más precisa esta exposición. Cada apartado lleva un subtítulo llamativo que evoca unos fenómenos, acontecimientos, imágenes e ideas bien conocidas en Rusia. Lo hemos hecho premeditadamente, para que las alusiones que hagamos impriman a los razonamientos expuestos un sentido no siempre evidente, oculto, descifrándolos, dándoles más relieve para percibirlos más fácilmente y con mayor integridad. En nuestra casa se ha instalado un vecino original Titulamos este apartado con una cita de una canción rítmica y alegre de autores rusos, que hace muchos años irrumpió en nuestra vida cotidiana y fue aprendida entonces por todos. Se hizo hit en un instante. Se la escuchaba por doquier; la interpretaban en todas las pistas de baile. La canturriaban todos, de niños a ancianos. Es una canción que irradia temperamento, es atractiva y fue de moda. Pero la letra de la canción dice que a una casa de vecindad se mudó un individuo que toca la trompeta día y noche, revolviendo la vida de los inquilinos. Todo cambió en la casa con su llegada. La reciente ampliación de la UE que se produjo como un salto, elevando hasta veintisiete el número de los Estados-miembros, ha revuelto la vida política en el continente. Todo ha cambiado y ha perdido la configuración que tenía antes. Rusia y la Unión Europea tienen ahora una frontera común más larga. Ahora somos vecinos “inmediatos” por así decir, y tanto Rusia como la UE pretenden tener relaciones especiales con los estados que las rodean. Es natural que Moscú y Bruselas hayan afrontado un amplio espectro de retos derivados de la transformación radical del mapa político de Europa. Al mismo tiempo han aparecido colosales posibilidades. Pero primero había que comprenderlas para tener conciencia hecha de ellas, interpretarlas adecuadamente y aprender a aprovecharlas. Tanto Rusia como la UE no estaban preparadas en absoluto para esta nueva realidad, pues no sabían a ciencia cierta cómo había que abordarla y cómo debían actuar. La UE sigue hasta hoy sin una política consensuada respecto a Rusia. Moscú, por su parte, no ha definido qué significa Bruselas para él. Las estrategias oficiales que se aplicaban en aquel entonces ya eran inviables y en las nuevas condiciones siguieron siendo papel mojado. Por eso las descartaron sin lamentar. Hubo prisas para llenar el vacío con nuevas concepciones, esto son las de partenariado estratégico, de espacios comunes y de hojas de ruta destinadas a crear dichos espacios, así como el Acuerdo de Partenariado y Colaboración 2 entre otros. Pero ninguna concepción fructificó. En aquel mismo tiempo la UE y Rusia procuraron realizar unas políticas cualitativamente distintas respecto a la vecindad común. Bruselas empezó a desarrollar la política de vecindad, de Partenariado del Este, de Sinergia del Mar Negro y de presencia en el Asia Central. Rusia llevó a cabo la política de plasmar nuevos proyectos regionales de integración y proyectos políticos extrarregionales, mucho más consistentes que los de antes. En cierto sentido, la actividad de los dos actores se proyectó en diferentes direcciones e incluso se equilibraban en algunos aspectos. Como resultado de ello tanto Rusia como la UE han caído en la trampa de una competencia directa, mejor dicho, se hicieron aprisionar por ella. En suma, un día menos pensado Rusia se despertó descubriendo, más allá de su frontera oeste, un enorme imperio fuerte y seguro de sí mismo, moderno. democrático y progresista que no por ello deja de ser imperio. O sea, un ente político que está dispuesto y tiende a imponer a otros estándares y reglas de juego ventajosas para él. Además, se trataba de un ente incomprensible del todo, postmodernista y supranacional que por ello resultaba peligroso e impredecible. A pesar de que sólo tenía “fuerza blanda”. Por su parte, la UE también ha descubierto, inesperadamente para sí, que ha terminado por oponerse directamente a Rusia. La UE había absorbido el tapón que la separaba de Rusia y se quedó a solas con ella sin estar preparada para ello. Bruselas trató de hacer la vista gorda evitando de diversas maneras resolver los problemas ya maduros e incluso evitando tocarlos. La Unión ha procurado escudarse con unas críticas e incluso aislarse de Rusia sin que esta actitud le haya disminuido el sentimiento de falta de confort. Agrava esta situación desfavorable en las relaciones entre Rusia y la UE y, por ende, en el continente en general, el hecho de que los partenaires y vecinos tengan por fuerza una “banquillo de suplentes” de muy poca cabida. Tienen muy poca gente que entiende lo que ocurre “al otro lado de la frontera”. En Rusia solo hay unos cuantos centros docentes donde se enseñan sistemáticamente las bases de funcionamiento de la UE, el derecho, la economía y la política comunitarios. Hay contados europeístas profesionales, es decir, especialistas que se dedican al estudio de la UE y a los estudios europeos en general. En la UE se han perdido muchos conocimientos acerca de cómo funciona la economía rusa, cómo se hace la política y cómo es la sociedad civil en Rusia. La generación de los sovietólogos ya han abandonado su oficio, sin que hayan venido a sustituirlos especialistas en estudios de Rusia. Ha disminuido el interés por Rusia. Los estudios rusos han degradado. La falta de personal preparado, su escasez no pueden menos que rebajar la calidad de las soluciones políticas y económicas tomadas tanto en Rusia como en la UE y en sus Estados-miembros, la de las soluciones concernientes a los intereses de cada parte y que influyen en las relaciones entre ellas. Se imponen por sí mismas las conclusiones que siguen. 1. Rusia y la UE tienen que entenderse mejor. Es una cosa totalmente necesaria. Sería muy difícil esperar que sin semejante entendimiento se optara por un escenario positivo. 2. Rusia y la UE deberían aplicar, una respecto a la otra, una política íntegra, bien pensada y de cara al futuro. 3. Para Rusia y la UE es de suma importancia tener una visión común del futuro de Europa. Sería deseable que dicha visión se formara teniendo en cuenta las concepciones de la Gran Europa y de la Unión de Europa. 4. Tanto Moscú como Bruselas deberían empezar, por fin, a formar sobre una base permanente y estable, personal que se encargaría de aproximarlas una a la otra. La creación del Instituto Docente Europeo adjunto a la MGIMO(U) de Moscú es un paso dado en una dirección correcta. Pero deberían darse otros pasos más. Pero sería insuficiente formular unas conclusiones hechas. Es preciso que éstas sean acogidas y de hecho tengan demanda real. Crítica a una crítica crítica Para ello se necesita una actitud benévola respecto a ellas por parte de la sociedad, así como un clima político correspondiente. Es que hoy sentimos una falta absoluta y acuciante precisamente de estas dos cosas. Impide garantizarlos la crítica destructiva recíproca que ambas partes despliegan en los media, acabando todo respeto y confianza entre ellas. Se trata de una crítica peyorativa y desmedida. La filosofía clásica (alemana) y la sociología de los siglos precedentes se basaban muchas veces en la negación y derrocamiento de las especulaciones teóricas de los antecesores. La crítica, por definición, tenía un carácter crítico. Para establecer unas opiniones nuevas había que hacer ver los puntos débiles, la inconsistencia e incongruencia de las que se desechaban. En la espira siguiente surgía la necesidad de proceder de la misma manera con la descripción ya establecida del cuadro del mundo. Otra variante era difamar el método usado hasta entonces. Recurriendo, a decir la verdad, a los mismos procedimientos y herramientas. De ahí que se proceda a la crítica de la crítica crítica. Así pues, en lo que Rusia y la UE realmente han logrado éxito es la difamación mutua. Se dedican a ello instintivamente, sin pensar y con pasión. Incluso con una especie de obstinación maníaca. Sin darse cuenta, en absoluto, de que están causando un colosal daño mutuo, destruyendo los fundamentos mismos del partenariado y la cooperación, condenando las relaciones entre las dos partes de Europa a un estancamiento sin fin. En los tiempos de la Unión Soviética, los países occidentales necesitaban una imagen de enemigo que les ayudaba a asegurar su unidad y afianzamiento interno, consolidar la sociedad y fomentar la disposición a seguir realizando el proyecto de integración postmodernista. Desaparecido el enemigo, resultó imposible especular con su imagen, por eso se formuló un nuevo “encargo” social. Empezaron a pintar a la Rusia contemporánea prodemocrática con los mismos colores que a la URSS, cambiando un poco, de una u otra manera, el hincapié, silenciando al máximo sus adelantos, sus sacrificios y su integración en Europa y en la civilización europea. La resentan como a un salvaje. Atrasada. En extinción. Sin cultura. Con los pecados heredados del pasado, incluyendo la manía de grandeza imperial y el desdén hacia los países y pueblos menores. Confiando solo en la fuerza brutal. Profesando el nihilismo jurídico. Solo capaz de imitar las disposiciones democráticas. Despreciando a los ciudadanos de a pie y sus derechos. Y eso no es todo. En Rusia pululan bandas. En el país, sumido en la corrupción, nepotismo, favoritismo, concusión, engaño, mentira y fraude, inventa un modo singular de lucro: repartir el dinero público, el de cualquier fondo financiero. Se podría continuar esta larga lista tan impresionante y sucia… Además, para crear semejante imagen en la opinión pública occidental los periodistas, políticos y comentaristas europeos no tienen nada que inventar. La prensa doméstica y los medios de comunicación electrónicos rusos les brindaban abundante información para reflexionar y sacar conclusiones. Pero esta es otra historia. Pero en Rusia escriben sobre sus vecinos del continente con igual “benevolencia”, aunque sin llegar a los extremos sucios. A decir verdad, esto se hace con un matiz de envidia y ofensa de que el resto de Europa y América gocen de la vida a su cuenta todos los últimos años y prácticamente la hubieran traicionado cuando atravesaba el periodo de transición, duro y doloroso, y necesitaba muchísimo su ayuda y comprensión de parte de Europa. Los éxitos de la integración europea, siendo evidentes, son subestimados. Y al contrario, cualquier fallo mínimo, sin hablar de los fracasos y errores, se resalta al máximo, como si los países de la Unión Europea se hubieran convertido en “seudoestados” que solo piensan en sí, preocupados por su bienestar. No les interesan los demás. Si bien sus riquezas acumuladas no son fruto exclusivo de su labor sino también de la absorción del trabajo del resto del mundo incluyendo Rusia. Semejante actitud no es honesta ni justa. La Unión Europea es un enano político autosuficiente que quiere enseñar a todos. Sus pretensiones de ocupar las principales posiciones políticas en el mundo son infundadas. En la mayoría de los casos se porta como un lacayo de EEUU siguiéndole como pez que se pega a una ballena. No desempeña un papel independiente. Y si para la UE tiene sentido actuar conjuntamente con alguien es con Washington. La Unión Europea es incapaz de contraer acuerdos. Es inútil acordar los enfoques comunes: jugará una mala pasada. Por regla general, no hay ninguna seguridad de que los siga. Para lograr algunos acuerdos comunes con ella hay que comer mucho guisantes. Quince en el pasado, los veintisiete en la actualidad difícilmente se ponen de acuerdo sobre unas posturas comunes en las negociaciones de las que es prácticamente imposible obtener algo que favorezca la búsqueda de unas decisiones mutuamente ventajosas o aunque sea admisibles. Es más facil no tener nada que ver con ellos. La UE interviene en todo, se mete en todas partes tratando de apropiarse de todo, aplastándolo y transformándolo a su manera. No le importa si otros lo necesitan o no. Defiende exclusivamente sus intereses egoístas encubriéndose con palabras altisonantes sobre la democracia, los principios del estado de derecho, los derechos humanos. La UE se hace cada vez más burocratizada. En vez de tomar decisiones económicas bien pensadas se inclina a menudo a las conyunturales y politizadas imponiéndolas a los demás. Según sus enfoques, su actitud ante los que la rodean y los métodos de actuación se hace cada vez más parecida a la Unión Soviética derrumbada. Cabe suponer que la espere la misma suerte. Existen solo dos variantes. Primero: su autoliquidación por las divergencias más profundas de los intereses de sus Estados-miembros que no soportarán la carga de las deudas soberanas y las disproporciones en la economía y entre las regiones. Segundo: convertirse en un museo vivo en el cual se guardarían minuciosamente los testimonios de la antigua grandeza. Sería un museo de lujo, acogedor, confortable, acomodado, pero solamente un Museo. Tanto de parte de la UE como de Rusia todas estas evaluaciones y juicios, que se repiten activamente por los políticos, expertos y comunidad mediática, no son nada más que unas especulaciones, a menudo muy denigrantes, difamatorias y de mala fe, porque se basan sobre reticencias, semiverdades y amaños. Es necesario dejar tal enfoque poco conciente de los procesos que se dan en Rusia y la UE. Este es el primer imperativo de la construcción de buenas relaciones normales. La percepción mutua benévola por la opinión pública es el fundamento obligatorio de colaboración, partenariado y de posible salida a compromisos mutuos de aliados en el futuro. Será extremadamente difícil crear tal fundamento. La opinión falsa de una parte sobre la otra está araigada profundamente, a lo que todo el mundo está acostumbrado hace mucho. Además la inercia en la presentación de la información es demasiado fuerte. Mas no podemos caernos de ánimo. Es el campo de batalla principal por un nuevo formato de relaciones en el continente, por la aproximación de la perspectiva de vivir en el futuro no tan lejano en una Gran Europa o una Unión de Europa. El problema es ¿cómo ganar esta lucha? La respuesta a esta pregunta podrían sugerirla los países de la UE, los amigos de Rusia tales como España. Podrían servir de ejemplo los políticos que, para empezar, renunciarían a las acusaciones falsas, a las opiniones y resoluciones prematuras que permiten caer bien a las capas más conservadoras de la población. Sin embargo no es suficiente tal reserva. Es indispensable la voluntad sociopolítica para informar con benevolencia la opinión pública y llenar constantemente con la información respectiva todo el espacio mediático. De hecho se trataría del despliegue de un trabajo planificado de esclarecimiento persistente sin encubrir los problemas existentes de ninguna manera, de una información equilibrada, sea negativa o positiva. Realmente hay muchas cosas positivas, proyectos conjuntos exitosos de verdad, muchos ejemplos de cooperación fructífera, política coordinada, iniciativas comunes. Es importante no silenciar lo positivo sino centrar la atención en este aspecto con mayor frecuencia. Aprender a “venderlo”, organizar la publicidad y de tal modo ganar el capital politico tan necesario para Rusia, la UE y sus Estados-miembros. La propiedad privada de los medios de comunicación, la tendencia de la prensa hacia lo negativo, los escándalos y las obscenidades no es un obstáculo. En los primeros meses después del atentado del 11 de Setiembre de 2001 contra las Torres Gemelas en EEUU y la creación del amplio frente antiterrorista con la participación de Rusia los artículos que acusaban su política interior y exterior desaparecieron de los diarios y revistas. Los medios de comunicación electrónicos mundiales se depuraron. Tuve la oportunidad de observarlo personalmente trabajando en Estrasburgo. Dentro de un rato todo volvió a sus andadas. El episodio mencionado demuestra que la hostilidad puede desaparecer por más tiempo y tal vez para siempre. Si esto ocurre, lo que hace falta, mucha falta, que ocurra, surgirá un clima politico que es tan necesario para Rusia y la UE, favorable a su acercamiento no solo en palabras, sino real y de hecho, para formar espacios comunes, realizar grandes proyectos comunes orientados hacia el futuro. Es importante que dichos proyectos sean realistas al máximo. Maldita herencia soviética: amor por las consignas huecas Esto tampoco sale bien. No podemos acabar con la costumbre heredada de la época soviética de proclamar algo y luego, al no salir nada, dejarlo en abandono y plantear una consigna nueva no menos hueca. Sería bueno deshacerse de esta costumbre. Viene a la mente un cuento muy viejo, con la barba muy larga, de los tiempos soviéticos. Un magnífico barco turístico blanco y grande zarpa del malecón. Por la cubierta pasea el público bien vestido. Todo el mundo está de buen humor. El ambiente es festivo, todos están en espera de algo bueno y agradable. El barco se aleja de la orilla y de repente empieza a tocar la sirena, fuerte, larga, impresionante. Luego otra y ota vez… Después la nave se para en alta mar balanceando pacíficamente en las olas. El asombrado público pregunta al capitán: - “Señor, ¿qué pasa, por qué estamos parados?” El capitán responde a la pregunta preguntando: -”¿Qué tal la sirena? ¡Es fantástica! ¿verdad? ¡Un sonido profundo, poderoso, magnífico! ¡Cómo suena! ¡Es la mejor de todas las sirenas! -“Sí, – confirma la gente-, la sirena es estupenda, nos ha gustado mucho, ha sido un placer, pero ¿por qué estamos parados?” -“ Es que hemos gastado toda la fuerza en hacer sonar la sirena y no nos queda nada “. Una anécdota exagerada, claro está, pero así es este género. No obstante, Rusia y la UE lo hacen en la práctica. Primero, Rusia, la UE y los Estados-miembros de ésta concertaron el Acuerdo de Colaboración y Cooperación (en la isla de Corfú,1994). Era un buen acuerdo, fundamental, orientado a la integración, multifacético, con todos los regímenes jurídicos necesarios, con las normas de acción directa, dirigido a la perspectiva, con que se había formado una base sólida para la formación de todo el complejo de los vínculos bilaterales y multilaterales. ¿Por qué no desarrollar las relaciones de partenariado?¿Cuál es el problema? Pues no. Nada de eso. La UE y sus Estados-miembros en seguida trataron de usarlo como instrumento de presión. Moscú reaccionó adecuadamente. Muchas de sus cláusulas resultaron en suspenso. Al pasar el tiempo el Acuerdo fue calificadocomo caduco, sin tener en consideración la evolución rápida que experimentaban las partes. Así pues, no se logró establecer relaciones de partenariado fuertes o por lo menos normales. Entonces Moscú y Bruselas declararon amistosamente que desde aquel entonces tenían relaciones del partenariado estratégico. A decir verdad, la asociación estratégica tampoco funcionó bien. Nadie y nunca pudo conocer qué tipo de compromisos estratégicos mutuos asumían los socios estratégicos y qué cosa era el partenariado estratégico como tal. Pero la consigna proclamada no aminoró las críticas al Kremlin, ni las divergencias profundas ni la feroz competencia. Las partes no tardaron en proponer lo nuevo: la formación de los espacios comunes en el campo de la economía, la seguridad exterior e interior, la ciencia y la educación. Más tarde con estos fines fueron adoptadas las hojas de ruta de su construcción y formación. Pero a las hojas de ruta se les atribuyó un carácter no vinculante. La abstracción de espacios comunes no se llenó en gran parte con un contenido concreto. A pesar de varios éxitos locales, nada cambió significativamente después de emprenderse su construcción. O sea, el resultado es de siempre. Cuando los interminables discursos sobre los espacios comunes y las hojas de ruta fastidiaron hasta la coronilla, las partes inventaron una cosa de moda. Presentaron la iniciativa del “Partenariado para la modernización”, la que fue discutida en la Cumbre de Estocolmo y adoptada seis meses después en la Reunión Cumbre de Rostov del Don. Luego se dedicaron a componer un plan de trabajo renovable regularmente para materializar la iniciativa. Suena muy hermoso, es indudable. Está de moda, es impactante y actual. Además, responde a las exigencias reales de desarrollo de las relaciones entre Rusia y la Unión Europea. Aunque las anteriores tampoco sonaban mal. Al mismo tiempo, presentaban una visión clara de cómo tendría que ser su futuro común. De tal modo, lo principal es tomar en cuenta los errores del pasado y no aceptar la iniciativa como consigna, sino una tarea concreta a realizar. Pues, es de reconocer, es mucho más constructiva. Libro de cocina para los políticos Contiene todo lo necesario para abordar al fin de cuentas la resolución práctica de los problemas que preocupan a Rusia y la UE, a nuestros pueblos, la sociedad europea. Incluye todas las recetas que se necesitan. Como en un buen libro de recetas, que si uno las cumple puede convertirse en un excelente culinario. En Rusia prácticamente en cada hogar se guarda el Libro de comida saludable y útil editado por primera vez en los años 50 del siglo pasado. No conozco otro libro de cocina que sea mejor. Es sencillo, refinado, comprensible, práctico. Con su ayuda uno puede preparar cualquier plato sabroso: entremeses, primer plato, segundo plato y el postre. Lo único que se requiere son las ganas. El “Partenariado para la modernización” se parece mucho a ese Libro. La iniciativa y el plan de trabajo de su realización no rompen nada. Nada abolen. Nada borran. Son continuación de las hojas de ruta de la formación de espacios comunes y proponen hacer más exitosos los mecanismos y las estructuras organizativas creados para su materialización. Las ventajas del “Partenariado para la modernización” son, como mínimo, varias. Primero, ofrecen la lectura más actualizada del contenido de las relaciones entre Rusia y la UE y de las necesidades a las que deberían responder. Segundo, priorizan las tareas a las que Moscú y Bruselas deberían dedicarse. Tercero, orientan hacia el logro del resultado concreto necesario a la sociedad, el Estado y el negocio en los plazos establecidos. Cuarto, permiten construir un techo común para albergar diferentes programas, proyectos y líneas de la actividad. Quinto, es ventajoso para Rusia y la UE. Con su ayuda es posible plantear y resolver tareas del mejoramiento de la competitividad de Europa en general. Sexto, es formidablemente concreto. No da cabida a las abstracciones y consignas (¡ojalá!). El “Partenariado para la modernización” contiene todo lo principal. La plasmación de la iniciativa permitirá concluir el proceso de la incorporación de Rusia en la economía global. Por ello, las conversaciones sobre la pronta formalización de la adhesión de Rusia a la OMC se convierten en uno de los elementos del plan de acción para llevarla a cabo. El “Partenariado para la modernización” orienta al trabajo conjunto para el paso de Rusia a la vía de la “economía verde”. Por consiguiente, el hincapié particular en el plan de trabajo se hace en la colaboración en el sector energético: el ahorro energético, el uso activo de las fuentes renovables de la energía, las producciones y tecnologías concretas o la proyección conjunta de desarrollo del sector hasta el año 2050. El “Partenariado para la modernización” apoya la realización de los proyectos industriales e innovadores de grandes dimensiones mutuamente beneficiosos importantes a los que Rusia, la UE y sus Estados miembros prestan una especial atención. Entre ellos, el lanzamiento de los vehículos espaciales rusos del cosmodromo francés en el ecuador, el acoplamiento de los sistemas espaciales de posicionamiento diseñados en Rusia y la Unión Europea, etc. El “Partenariado para la modernización” incluye la renovación tecnológica de muchos sectores de la producción industrial que la dirección rusa considera como los campos posibles de la especialización de la economía nacional. Entre ellos, la farmacéutica, las nanotecnologías, empresas de construcción de maquinaria, etc. La iniciativa supone el desarrollo de la cooperación en el perfeccionamiento de los diferentes sistemas de gestión: la optimación de los sistemas tecnológicos, del mercado de trabajo, apoyo a las pymes y el acceso a la información o reciclaje del personal. No se le escapan los temas del perfeccionamiento de las estructuras públicas e instituciones de la sociedad civil. En el plan de trabajo se mencionan muchos proyectos significativos incluyendo la reforma del sistema judicial, la lucha contra la corrupción, el fomento de los contactos entre las personas, etc. De tal modo, el potencial es enorme. Todo va a depender en qué grado la realización de este potencial se podrá ponerla al servicio de la sociedad y convertir en el instrumento de acercamiento de Rusia, la CEI y sus estados miembros. Formateo del problema eterno: en vez de ¿qué hacer?, ¿cómo hacer? Para la historia rusa son tradicionales dos preguntas: quién es el culpable y qué hacer. La iniciativa del “Partenariado para la modernización” da la respuesta a la más importantes de ellas en lo que se refiere a la agenda de relaciones entre Rusia, la UE y sus estados miembros. Y lo hace de una manera pluriforme, diversificada y convincente. Pero han llegado los nuevos tiempos. La pregunta qué hacer ya ha dejado de ser autosuficiente. Sirve como preludio de los más complejo e inunívoco: cómo hacer. Pero la iniciativa y el plan de trabajo no dan respuesta a ella. Es una gran insuficiencia del “Partenariado para la modernización”. Es su defecto innato. Es posible que sea un error cometido por sus artífices. Ni la renovación de la base jurídica de la asociación y la cooperación entre Rusia, la UE y sus estados miembros, ni la formalización del “Partenariado para la modernización” están previstas en esa iniciativa. Se prevé que serán implementadas en cierta medida en un nuevo acuerdo básico. Pero sus perspectivas son indefinidas. Además, el Kremlin apuesta por una variante limitada del acuerdo en el que muchos elementos de principio de carácter regulatorio sean omitidos. La práctica muestra que si están ausentes el acercamiento y la armonización de la legislación y la práctica jurídica y si no se usan los métodos obligatorios y vinculantes, la cooperación no se da, la asociación no se construye. Fue designado como responsable por el plan de trabajo de la realización de la iniciativa el Ministerio de Desarrollo Económico. Está generalizando las solicitudes de otras entidades públicas y el negocio, acuerda las posiciones con la Comisión Europea y realiza la coordinación. Pero no quiere ni puede hacer frente a los grupos de presión sectoriales. No se dedica a marcar prioridades internas. No dispone de herramientas analíticas. Las funciones de control las ejerce ocasionalmente. No está vinculado directamente con la ejecución del plan. Como resultado el plan de trabajo se convierte en una combinación variopinta de programas y proyectos heterogéneos, de diferentes niveles, no interrelacionados, incomparables. La gestión y la realización de la iniciativa se han trasladado al terreno de los diálogos y los grupos de trabajo constituidos en el marco de las hojas de ruta de construcción de los espacios comunes. Tales diálogos y grupos son casi cincuenta, pero no lograron cumplir los objetivos asignados. Si, el conocimiento mutuo, el debate, las investigaciones los logran efectuar. Pero no han aprendido a tomar decisiones e insistir en su cumplimiento. No gozan de los poderes correspondientes. Una total discordancia. No toman en consideración las experiencias de uno y otros. Sigue siendo un gran misterio cómo podrán hacerse eficaces repentinamente para implementar el “Partenariado para la modernización”. A la cabeza del mecanismo de coordinación están los altos cargos del Ministerio de Desarrollo Económico y de la Comisión Europea. Deben ejer с er la función de conductores directos de la voluntad de la alta dirección de Rusia y la Unión Europea, asegurar el respaldo político de la iniciativa, controlar el proceso de coordinación y, en general, favorecer el resultado. Pero no se les dotó de poderes de mando suficientes. No han creado su propio órgano especializado. No han estipulado en ninguna parte cómo controlar la ejecución y el mecanismo de retroalimentación en los documentos constitutivos del “Partenariado para la modernización”. Como resultado, todo queda en el aire. Se ha perdido el principal eslabón de la iniciativa: no en cuanto a su concreción en el plan de trabajo sino la realización. Todas las posiciones mencionadas, que ponen al descubierto las debilidades de la iniciativa, necesitan una minuciosa reflexión. Es bien evidente que hay que cambiar la gestión de la iniciativa. Sería más correcto decir que hay que crearla de modo profesional, con alta calidad y en términos reales. ¿Cómo? En este caso nos podrían ayudar las relaciones bilaterales con varios estados-miembros de la Unión Europea más amigos de Rusia. Según los datos de mediados del verano de 2011, Rusia tenía programas de modernización con 19 países de la región. Algunos de ellos podrían convertirse en programas piloto para probar en ellos los sistemas óptimos de gestión. Puesto que sólo la aplicación de las experiencia de los países en materia de la cooperación y la combinación de los programas de modernización de esos países con el “Partenariado para la modernización” entre Rusia y al UE permitirá asegurar el avance que tanto necesitamos. © Mark ENTIN, doctor en Derecho, catedrático, director del Instituto Docente Europeo adjunto al Instituto Estatal de Moscú de Relaciones Internacionales (Universidad)del MAE de la Federación de Rusia *1 Воспроизводится с любезного согласия редакторов сборника “Rusia y Espana en el mundo multipolar" (Россия и Испания в многополярном мире). M.: Изд-во ИЛА РАН, 2012. №12(61), 2011
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

Несколько лет назад мировая экономика вступила в период нестабильности. Иначе говоря, в период стремительной трансформации. К настоящему времени нестабильность приобрела системный характер. Ее частным проявлением стал кризис суверенных долгов. От того, с какими потерями его удастся преодолеть, зависит будущее ЕС.*2...

Несколько лет назад мировая экономика вступила в период нестабильности. Иначе говоря, в период стремительной трансформации. К настоящему времени нестабильность приобрела системный характер. Ее частным проявлением стал кризис суверенных долгов. От того, с какими потерями его удастся преодолеть, зависит будущее ЕС.*2   Черты эпохи Предсказать по какому сценарию будет развиваться в дальнейшем мировая экономика, крайне сложно. В единый поток объединились разнонаправленные тенденции. Сливаясь в одну гремучую смесь, они взрывают любые эвристические прогнозы и суждения. Слишком много нестыкующихся между собой факторов надо принимать во внимание. Уж очень новой и неординарной является быстро эволюционирующая ситуация. Основных тенденций несколько. Это частичная утрата управляемости международными и внутригосударственными процессами. Управляемость мировыми процессами всегда была низкой. Но на тех или иных отрезках истории государства и группы государств, по крайней мере, умели поддерживать статус кво. Сейчас, похоже, такие навыки утрачены. Да и с внутригосударственным развитием дело в большинстве случаев обстоит не лучше. Это накопление дисбалансов в мировой экономике. Причем, практически по всем направлениям и во всех областях. Одни тратят больше, чем они могут себе позволить. Другие аккумулируют колоссальные средства. Одни еле-еле преодолевают стагнацию. Другие продолжают наращивать экспорт. Одни уповают на рыночные силы и дерегуляцию. Другие выступают за жесткий контроль и монопольный доступ к ресурсам. Всего и не счесть. Это разбазаривание развитыми странами той мягкой силы, которой они так недавно безоговорочно обладали. Причины столь уж большого значения не имеют. Частично в результате допущенных промахов и просчетов, а также авантюристического курса, проводившегося ими во внешней политике, и пренебрежения к остальным. Частично из-за эксцессов казино-капитализма. Но факт остается фактом. Западная модель социально-экономического развития, будь то в исполнении США или ЕС, уже не завораживает так, как раньше. Ее слабые стороны проступили наружу. Это восхождение быстро растущих экономик. Все они переживают свои трудности. И все же их успехи очевидны. Они не вызывают сомнений. Быстро растущие экономики перетасовали всю колоду карт современной политики и экономики. Они подтвердили, что достигнутое ими не случайно. И, что особенно важно, они продемонстрировали высокую степень устойчивости к внешним факторам.   Переосмысление основ В сложившейся непростой обстановке представители политических кругов и экспертного сообщества разных стран дружно бросились искать объяснение происходящего. Только не частичное, фрагментарное, сомнительное, а по-настоящему целостное. Но не нашли его… Они попробовали себе представить будущее равновесное состояние, в которое мировая экономика могла бы перейти по окончании эпохи трансформации. Но и здесь их поджидало фиаско. Целостной программы выхода из кризиса, купирующего его повторение в будущем, никто предложить не смог. Хотя отдельных благих пожеланий и дельных рекомендаций, не подкрепленных, однако, разъяснением того, как их реализовать, высказано немало. В том, что касается причин нынешнего бедственного положения, указываются обычно, как минимум, следующие. Спонтанный, хаотичный процесс глобализации, приведший к расстыковке различных уровней управления и многочисленным злоупотреблениям. Даже ведущие, наиболее мощные и влиятельные державы лишились прежнего контроля над тем, что происходит внутри и, тем более, за пределами их территории. Перелив информации, финансовых потоков, кризисных явлений по своим скоростным параметрам намного превысил возможности мировых игроков за ними уследить, а, значит, и на них своевременно реагировать. Неверная, искаженная, ошибочная оценка глобализации. В основу разработки практической политики отдельных государств, групп государств и международных структур легли устаревшие, а зачастую и откровенно порочные представления. Как следствие, в чем убедило последующее развитие событий, стал проводиться откровенно нежизнеспособный курс, приведший ко многим дополнительным искажениям и перекосам в функционировании мировой экономики и течении глобальных политических процессов. Опаснейшие ошибки стратегического планирования национального, наднационального и международного развития, допущенные политическими элитами, политическим руководством отдельных государств, групп государств и международных структур. Их результаты мы теперь пожинаем. Частичное исчерпание возможностей по-старому или, иначе, ущербно организованной рыночной экономики самостоятельно обеспечивать развитие, переходить с одного технологического уровня на другой, заботиться о поддержании конкурентоспособности, входить после регулярно случающихся сбоев в новое равновесное состояние. Ни национальные, ни наднациональные и международные регуляторы не смогли или не сумели подкорректировать действие рыночных сил. Сбой, который последовал, по своим масштабам намного превысил способности рыночной экономики самостоятельно преодолевать порожденные им последствия. Зачастую в список причин включаются и многие другие. Однако они все же второстепенны. Системными или системообразующими для понимания нынешних реалий мировой политики и экономики являются только перечисленные. С точки зрения мировой экономики, не говоря уже о пострадавших регионах, все они породили и стимулировали негативные процессы. Хотя нельзя сказать, что все от этого только проиграли. Те нарождающиеся экономические гиганты и некоторые другие страны, которым удалось остаться вне действия общих факторов, напротив, оказались их бенефициарами. Напрашивающийся вывод из анализа указанных причин – необходимо усиливать роль регуляторов на всех уровнях управления, исправлять допущенные ошибки и перекосы, и совместно договариваться о том, как приводить мировую экономику в новое качественно иное равновесное состояние. Но этого пока откровенно не получается. С одной стороны, все мировые игроки придерживаются различных или даже разнонаправленных интересов, их отстаивают и продвигают. С другой стороны, каким должно быть качественно новое равновесное состояние, никто не знает. Державы, ранее доминировавшие в мире, хотели бы сохранить прежний порядок вещей, слегка подретушировав фасад. Державы, находящиеся на подъеме, ратуют за внесение в него гораздо более радикальных новшеств. В итоге предложения G20 по реорганизации мировых финансов и мировой экономики и обеспечению большей дисциплины на национальном уровне носят либо слишком общий, либо половинчатый характер. Безоговорочно члены Группы сходятся только в одном – возврата к протекционизму быть не должно. Он слишком дорого стоил человечеству в прошлом. Он уже привел однажды к мировой войне. Что же касается элементов позитивной программы, они пока больше похожи на мозаику, и в общую картину не складываются.   Инициативы G20 Правда, G20, особенно ее меняющееся председательство, не склонно результаты своей деятельности недооценивать. На серьезный рывок вперед очень рассчитывало французское председательство. В том числе, чтобы передать что-то весомое мексиканцам, заступающим на капитанский мостик G20 в 2013 году. И к ноябрьскому саммиту в Каннах такие результаты, вроде бы, удалось получить. Тем не менее, в неспециализированных СМИ о них и на этот раз почти ничего не говорилось. Кризис в Еврозоне, Греции, Италии, правительственный кризис и там, и там, и смена влиятельных фигур отодвинули все остальное на задний план. И все же они заслуживают хотя бы краткого упоминания. Их легче всего проследить по Коммюнике саммита и расцвечивающей его Итоговой декларации*3. Оба документа начинаются с констатации неблагополучия. По мнению мировых лидеров, восстановление мировой экономики притормозилось. Особенно сильно темпы роста замедлились в развитых странах. Безработица в результате осталась на недопустимо высоком уровне. Напряженность на финансовых рынках возросла. Темпы роста оказались не столь высокими и в быстро растущих экономиках. Скачки цен на природные ресурсы продолжили раскачивать мировую экономику. Справиться с глобальными дисбалансами так и не удалось. Эта мрачная оценка нынешних экономических реалий стала отправной точкой для принятия участниками «двадцатки» широкого круга обязательств. Они сводятся к следующему. В том, что касается укрепления мировой экономики, G20 приняла План действий во имя роста и занятости. В соответствие с ним развитые страны пообещали добиться финансовой стабилизации, повысить управляемость своей экономикой, справиться с проблемами задолженности и сделать все возможное для того, чтобы кризисные явления не переливались за их границы. Страны со стабильной финансовой системой пообещали стимулировать внутренний спрос в случае ухудшения экономического положения. Наконец, страны с крупным торговым профицитом взяли на себя обязательства стимулировать реформы, необходимые для адекватного роста внутреннего спроса и ослабления контроля за обменным курсом национальной валюты. Одновременно все страны высказались за осуществление структурных реформ. Цель одна – сбалансированное экономическое развитие, сопровождающееся увеличением темпов роста ВВП. Под эти цели должна быть подверстана и монетарная политика. Одной из стержневых идей Плана стал уход от восприятия глобального кризиса как чисто экономического явления. G20 постаралась нащупать меры, которые могли бы помочь росту занятости и способствовали вовлеченности личности в жизнь общества. Таким образом, «двадцатка» постаралась включить в фокус своего внимания социальную проблематику глобализации. В том, что касается стабилизации международной валютной системы, G20 вновь заявила о необходимости сделать ее более надежной и репрезентативной. Это означает воздвигнуть более высокие препятствия на пути финансовых спекуляций, сблизить подходы к контролю за финансовыми потоками, укрепить связи между МВФ и региональными партнерами, привести корзину СДР в соответствие с меняющимся весом национальных валют и продолжить эту работу также после 2015 г. и т.д. В число целей валютной стабилизации были включены сдержанность при осуществлении мер по девальвации национальных валют или, наоборот, активизация работы по приведению обменных курсов в соответствие с игрой рыночных сил при одновременном укреплении контроля над финансовой волатильностью. Была также подтверждена ориентация на реформу МВФ с тем, чтобы он мог оказывать более эффективную помощь нуждающимся в ней странам. В том, что касается контроля за финансовым сектором, G20 вновь подтвердила курс на более жесткий контроль за банковским сектором и любыми другими структурами, предоставляющими финансовые услуги, в целом на осуществление глубокой реформы финансовой системы. Одним из ее неотъемлемых элементов станет поэтапное продвижение к ситуации, когда ни одно национальное финансовое учреждение не сможет играть для финансового порядка в целом системообразующего характера. Главный меседж этого раздела – «двадцатка» не допустит возвращения к той ситуации самоуправства и безнаказанности в банковском и финансовом секторе, которая сложилась накануне глобального кризиса. В отдельные направления совместной деятельности G20 выделила снижение волатильности на сырьевых рынках и поддержку сельскохозяйственного производства, а также стабилизацию рынка энергоносителей и борьбу с изменениями климата. В частности, ее члены в очередной раз подчеркнули важность диалога между нетто производителями и нетто потребителями энергоресурсов. Много внимания G20 уделила укреплению ВТО и мировой торговой системы в целом, а также помощи развитию. Характерно, что, признав все имеющиеся достижения, участники Группы подтвердили решимость отойти от той практики ведения торговых переговоров, которой они придерживались в прошлом, и занять гораздо более конструктивную позицию. Кратко остановившись на проблематике борьбы с коррупцией, G20 затронула общие проблемы управления мировой экономикой и глобальным развитием. Она указала на то, что экономические решения должны быть результатом и проявлением общей политической воли ее участников к эффективному сотрудничеству. Группа также вновь подчеркнула свое намерение содействовать более эффективной работе международных структур и механизмов. В их числе были упомянуты ООН, ВТО, МОТ, ФАО, ВМФ, Всемирный банк и ряд других. Как мы видим, набор мер по адаптации мировой экономики и систем управления на всех уровнях, предложенный G20, очень разнообразен. Если бы они были реализованы добросовестно, единообразно и в полном объеме – чего не произойдет ни при каких обстоятельствах – глобальное развитие, наверняка, получило бы мощный стимул и поддержку, а международные отношения сделались более рациональными и предсказуемыми. Но они все равно не могли бы обеспечить системное решение проблем, вставших перед человечеством. В какой-то степени это связано с тем, что меры, согласованные G20 по своей глубине и основательности явно не дотягивают до той полемики, которую породили в научном сообществе глобальный финансовый и экономический кризис, спровоцированные им последствия и уроки, которые, хотя бы на национальном уровне, постарались из него извлечь.   Вокруг чего ведется полемика Вопросы, оказавшиеся в центре внимания научного сообщества, вопросы, чаще всего задаваемые и освещаемые сейчас учеными как в «толстых» периодических журналах, так и на страницах самых популярных газет и еженедельников и в блогах Интернета, очень разноплановые. Разнокалиберные. Они относятся к самым различным областям мировой экономики, национального, наднационального и глобального управления. Кратко остановимся только на самых главных. Их можно подразделить на три группы. К первой относятся все те, которые касаются стратегии национального развития. Ко второй – связанные с наведением порядка в финансовой и других сферах и установлением более жесткого контроля как за хозяйствующими субъектами, так и совокупностью действий на национальном уровне. В третью попадают затрагивающие характер, направленность и суть международного сотрудничества, умение государств договариваться друг с другом, готовность идти на уступки и компромиссы и выполнять взятые на себя обязательства. Соответственно в первой оказываются вопросы структурных реформ и моделей социально-экономического развития; возможностей выхода из кризиса с опорой на механизмы бюджетной экономии и затягивания поясов; а также роли государства в современной экономике. Во второй – создания нового поколения регуляторов; следования сообща установленным нормативам экономической деятельности и контроля за их соблюдением; создания всякого рода подушек безопасности и механизмов предотвращения новых витков глобального кризиса. К третьей – устранения дисбалансов, накопившихся в мировой экономике; создания новых и реорганизации действующих механизмов оказания экстренной и любой иной помощи странам, попавшим в затруднительное положение; пересмотра подходов к защите интеллектуальной собственности; отказа от противодействия введению в мировую экономику некоторых элементов долгосрочного планирования. В каждую из категорий попадает, естественно, гораздо больше вопросов. Однако и очерченный круг является достаточно репрезентативным.   Национальные стратегии Слабости и перекосы в экономике развитых стран по меркам нашего все убыстряющегося времени начали проявляться уже давно. Глобальный кризис выявил их со всей очевидностью Оказалось, что быстрорастущие экономики, государства гиганты, в целом большая группа развивающихся стран более устойчивы к ударам глобального кризиса. И в разгар кризиса они не скатились в рецессию, удержали относительно высокие темпы экономического роста, продолжили создавать рабочие места. На вопрос почему, даются неоднозначные ответы. Но главное, что он сформулирован. Он стоит теперь в повестке дня. Отвечать на него все равно придется. Причем, мерами регулирования экономики. В стратегиях национального развития. Один из возможных ответов, к которому склоняется критически большая масса исследователей, – необходима реиндустриализация. Она нужна и США, и ЕС, и России и многим другим странам. Слишком рано все они поверили в фетиш постиндустриального развития. Как выяснилось, необходим динамический баланс в национальной экономике между секторами промышленного производства, предоставления услуг, в том числе финансовых, и постиндустриальной экономики, основанной на знаниях. Ставка лишь на передовые хай-тековские отрасли и стимулирование научно-технического прогресса при одновременном переводе грязных и трудоемких производств за пределы своей территории недостаточно обоснована. Такая экономическая политика выталкивает из экономики слишком большие массы населения. Она ведет к внешней зависимости от, казалось бы, более слабых и экономически отсталых партнеров. Она сокращает возможности государств и групп государств противостоять быстрым изменениям экономической и политической конъюнктуры. Напротив, наличие достаточного числа конкурентоспособных производств делает национальную экономику и более независимой, и более устойчивой. По разным подсчетам в США на долю промышленного производства приходится всего 10% ВВП. В Великобритании и Франции – по 16%. В среднем по ЕС – порядка 20%. В Германии – 26%. В Китае – под 44-46%. Вот Германия и выступает экономическим локомотивом всего ЕС. На ней в основном держится зона евро. А Китай, превратившийся в мировую фабрику, привлекает максимальное число инвестиций. Выводы напрашиваются сами собой. Хотя термин «реиндустриализация» – вынужденное упрощение. На деле речь идет о проведении структурных реформ и адаптации к потребностям глобального рынка, в которых нуждаются все страны. Однако он хорошо передает суть явления. Мощная промышленная база – залог экономической независимости и конкурентоспособности в целом. Развитые страны поспешили с деиндустриализацией и ликвидацией рабочего класса. Однако призвать к реиндустриализации легко. Гораздо сложнее ее добиться. Ведь она должна осуществляться на новой технологической основе и встраиваться в производственные цепочки. Для нее нужны подготовленные кадры. При ее осуществлении экономикам с более дешевой рабочей силой и уже действующими производствами нужно противопоставить какие-то иные конкурентные преимущества. Какие? Одной лишь репатриации производств явно недостаточно. Вряд ли она получит массовый характер. Следующая проблема, вызывающая ожесточенные споры, касается режима жесткой экономии. Раньше рецепт сбалансированного бюджета ВМФ и американские экономические советники прописывали России, странам Азии, Африки и Латинской Америки. Теперь дошла очередь до развитых стран Европы, входящих в Европейский Союз. В схожей ситуации оказались чуть ли не все. На замораживание зарплат в госсекторе, сокращение государственных расходов, урезание социальных выплат, ограничение всех и всяческих программ пошли и в благополучной Германии, и в Ирландии, особенно жестоко пострадавшей от глобального кризиса, и в неблагополучных странах Северного Средиземноморья – Греции, Италии, Испании, Португалии. Но последствия введения режима жесткой экономии повсюду оказались разными. Если несколько огрублять и примитивизировать анализ, примерно следующие. В странах Северной и Центральной Европы меры жесткой экономии встретили понимание общества. В Греции и у соседей по южному подбрюшью Европы – негодование и сопротивление. Дело дошло даже до актов гражданского неповиновения, уличных протестов, падения правительств и смены главных властных фигур. В регионах с высокой производительностью труда они послужили необходимым подспорьем для наведения бюджетной дисциплины и вывода экономики из кризиса. В странах с более низкой – не смогли остановить сползание к экономической катастрофе и падение во все более головокружительное пике суверенной задолженности. Там, где меры принимались быстро, взвешенно и последовательно, рынки акций и ценных бумаг реагировали спокойно. Там, где медленно, неохотно, под раскаты протестов оппозиции, – лишь усугубляли и без того критическое положение, давая возможность международному спекулятивному капиталу воспользоваться неопределенностью. Суверенный долг продолжал стремительно нарастать. Дефолт, ведущий к разорению банков-кредиторов, стал казаться желанным избавлением. Иностранная помощь (и это в ЕС!) и списание долгов превратились в необходимость. Любому здравомыслящему человеку, не только профессиональному экономисту, с самого начала было понятно, что затягивание поясов в «пузырчатых» экономиках – никакая не панацея. Оно ведет к падению покупательной способности населения. Заставляет внутренний рынок вынужденно скукоживаться. Делает работу на нем менее привлекательной. Снижает стимулы для внутренних и внешних инвестиций. Подталкивает квалифицированных специалистов искать лучшей доли на чужбине. То есть затягивание поясов не только не спасает. Оно, по сути, убивает национальную экономику. Если не подкреплено системой сопутствующих мер позитивного характера (термин в данном случае, конечно же, условный), способных предотвратить отток капиталов и специалистов. Это по крайней мере. А в идеале – запустить механизм из их привлечения, структурной перестройки экономики, качественного экономического роста. Похоже, что на практике понимание этого пробивает себе дорогу с большим временным лагом. Но без экономического роста, повышения производительности труда и продуманной грамотной системы мер по их стимулированию никакого выхода из кризиса быть не может. Это иллюзии. Он просто невозможен. И это уже не экономическая теория, а вполне определенная реальность, с которой обязаны считаться все лица, все структуры, принимающие политические решения, будь то на национальном, наднациональном или международном уровне. Но если не свободный рынок как таковой, а стимулирующие меры, искусственное конструирование конкурентных преимуществ, осуществление структурных реформ и диверсификация экономики необходимы, как минимум, для ее спасения от деградации, а лучше – для устойчивого и относительно быстрого экономического роста, нужен иной подход и к осмыслению всех иных переменных, от которых он зависит. В их числе – роль государства, соотношение потребления и накоплений, предназначение накапливаемых сбережений и профицита. Прежде всего, медленные темпы роста, к которым привыкли зрелые экономики, никакая не неизбежность. Это удел не только тех экономических укладов, которые входят в период индустриализации и урбанизации. Отнюдь. На отрезке подъема предыдущих экономических циклов и в годы «жирных коров» и США, и ряд европейских государств демонстрировали достаточно уверенные темпы роста. Значит, высокие темпы возможны. Для их достижения нужно только гасить негативные, и всячески усиливать позитивные стимулы. Как свидетельствует анализ причин, вызвавших надувание пузырей в экономике развитых стран и в дальнейшем их вхождение в штопор глобального кризиса и экономической рецессии, в среднесрочной и долгосрочной перспективе ничем не ограниченное, безоглядное, опережающее потребление ведет к перекосам и злоупотреблениям. Оно вызывает пагубный эффект. Значит, чрезмерное потребление надо сдерживать. Выпестованная в прошлом модель социального поведения, ориентированная на такое потребление, на выращивание шопоголиков, не имеет будущего. От нее необходимо отказываться. И как можно быстрее. Выводить из оборота. Всячески подчеркивая, что это не более чем дань моде. Она прошла. На смену опережающему потреблению приходят разумная сдержанность, ответственность и достаточность в потреблении товаров и услуг. Обществу нужен иной баланс между потреблением и сбережением. Чуть более высокий уровень сбережений дает возможность направлять больше средств на нужды развития экономики, ее технологического перевооружения, своевременного решения нарождающихся проблем. Баланс между потреблением и накоплением каждая страна отыскивает самостоятельно, чтобы не допустить перекоса в противоположную сторону. Но «бизнес эз южел» недопустим. Другой момент – как относиться к «излишкам» средств, аккумулируемых национальной экономикой. Споры на этот счет сотрясали медиасферу России еще несколько лет назад. Глобальный кризис, которому страна смогла противостоять только благодаря колоссальному стабилизационному фонду, вроде бы, расставил все по своим местам. Он подтвердил, что такой фонд действительно необходим. Он придает устойчивость экономике, защищает от действия негативных внешних факторов и колебаний конъюнктуры. Все это так. Но ведь споры шли совершенно о другом. К тому чтобы проедать накопления, никто не призывал. Участники полемики – экономисты и политики пытались объяснить, что оставлять накопления на банковских счетах, вкладывать в ценные бумаги и довольствоваться тем, что сбережения находятся в безопасности (все равно относительной), и можно жить на скромную ренту, недопустимо. Параллельно со сбережениями необходимо создавать условия для их выгодного вложения в реальный сектор экономики. Их надо заставлять работать. Только тогда удастся эффективно проводить структурные реформы экономики, решать задачи ее диверсификации и перехода к новому, более высокому технологическому укладу с иным уровнем благосостояния. Иначе стагнация и, в конечном итоге, экономическая катастрофа. Лишь такие сбережения, лишь такие суверенные фонды, как бы они не назывались, которые используются для производительных капиталовложений и портфельных инвестиций, в целом эффективно используются, соответствуют своему назначению. Оно состоит в обеспечении устойчивого роста, ускоренном воспроизводстве, расширении рынков сбыта, совершенствовании инфраструктуры и т.д. При таком подходе снимается и проблема дисбалансов в мировой экономике, связанная с тем, что одни страны производят, а другие потребляют. Убедительным подтверждением справедливости подобных теоретических выкладок служит пример Норвегии. Она блестяще продемонстрировала, как рачительно тратить деньги стабилизационного фонда, не снижая уровень золотовалютных запасов. Но все это – домашнее задание для национального государства, для государственных структур, государственного аппарата. Невмешательство государства в экономику – сказка из далекого прошлого. Именно государство при опоре на бизнес и гражданское общество, в сотрудничестве с бизнесом и гражданским обществом должно конструировать будущее. Оно не только устанавливает рамки экономической деятельности и перераспределяет доходы. Оно не ограничивается ролью регулятора и контролера. Современное государство обязано брать в свои руки инициативу, определять стратегию экономического развития, разрабатывать тактику ее реализации, отыскивать оптимальные балансы, производительно использовать аккумулируемые им доходы, стимулировать те модели поведения, те проекты, те свершения, в которых заинтересовано общество. Стоящая перед ним задача, по праву считающаяся главной, состоит в достижении, сохранении и наращивании международной конкурентоспособности.   Наведение порядка Одним из первых шагов на пути к переосмыслению роли государства в экономике стал переход от дерегуляции и попустительства к ужесточению контроля за экономической деятельностью и, прежде всего, за банковской и финансовой сферой, от общих мер поддержки предпринимательства к мерам селективного стимулирования. Вопрос только в том, собирается ли государство навести порядок, разработать уточненные правила игры и уйти или остаться. И если остаться, то, насколько и в каком качестве. Это один пласт изменений. Второй связан с готовностью государства поставить самого себя под неослабный, пристальный, придирчивый внешний контроль, взять на себя в этом отношении далеко идущие обязательства. То есть государство теперь не только создает новое поколение регуляторов, но и принимает на себя обязательство учредить их и учредить в соответствии с заранее оговоренными стандартами и критериями. Оно не только требует от банковского и финансового сектора соблюдения новых ограничений, которые на него накладываются, но и обеспечения их строгого и всеобъемлющего соблюдения. Более того, оно торжественно обещает всем своим партнерам, что проведет все необходимые преобразования для того, чтобы диверсифицировать, демонополизировать и решить проблему децентрализации банковской и финансовой сферы, дабы крах ни одного из банков или финансовых структур не порождал угрозу развала всего сектора и перелива вовне кризисных явлений. По состоянию на сегодняшний день ведущие мировые игроки взяли на себя вполне конкретные обязательства в таких далеко отстоящих друг от друга областях своей деятельности, как налоговая политика, установление бюджетных пропорций, перестрахование, утверждение предельных уровней задолженности и т.д. Дальше всего в этом отношении продвинулись страны Европейского Союза. Уже сейчас им удалось договориться о резком ужесточении контроля за отдельными элементами экономической политики национального государства, придании ему обязывающего характера и мерах принуждения. Пошли они на это, правда, не от хорошей жизни. Но и остальные страны тоже согласились на серьезное ограничение своего суверенитета (совместное управление обобществляемыми суверенными прерогативами – на языке ЕС). Хотя и в менее обязывающих формах и без взаимного принуждения к самоограничению и постановке результатов своей экономической деятельности под международный контроль. Не ясно, правда, насколько строго государства собираются выполнять согласованные договоренности и придерживаться наложенных на себя ограничений, останутся ли их обещания всего лишь декларациями о намерениях, или за возможными нарушениями действительно будут следовать санкции.   Загадки международного сотрудничества Тут мы подбираемся к вопросу принципиально иного порядка. Звучит он примерно так: осознали ли основные глобальные игроки, что мир сделался как никогда хрупким, что все они нуждаются в международной солидарности ничуть не в меньшей степени, нежели самые слабые, бесправные и беззащитные государства, что общие интересы надо ставить впереди индивидуальных, чтобы защитить последние по-настоящему надежно и эффективно. Если судить по тому, что они в основном воздерживаются от введения мер протекционистского характера, спасая тем самым глобальную экономику, передали значительные полномочия G20, пусть во многом и на словах, и стараются выходить на взаимные договоренности, ответ, скорее, положительный. Однако если посмотреть на то, что реально происходит в мировой экономике, усиливающиеся дисбалансы и заторможенность в принятии даже самых насущных, кричащих решений, до этого еще очень и очень далеко. Напрашивающееся объяснение – разрыв в уровнях благосостояния и экономического развития отдельных государств и групп государств и их объединений, различия в целеполагании и моделях социально-экономического и политического развития, необходимость в использовании чуть ли не диаметрально противоположного инструментария для решения стоящих перед ними проблем. Как уже подчеркивалось выше, поддержание нынешнего статус-кво в мировой экономике означает для них совершенно не сопоставимые вещи. Для богатых держав – сохранение своего благополучия, привилегированного статуса и доминирующего положения. Для бедных – увековечивание бедственного состояния, в котором они находились раньше, эксплуатацию их природных и людских ресурсов на невыгодных для них условиях, продолжение их маргинализации. Понятно, что восходящие державы, как только в их руках оказываются достаточные рычаги давления, начинают от него отказываться, натыкаясь на упорное сопротивление развитых держав. Особенно наглядно коренные противоречия между старыми и новыми индустриальными державами проявляются в спорах по поводу реформирования мировых финансов, передачи технологии и пересмотра долгосрочных контрактов. Для США и ЕС вполне достаточным было бы некоторое обновление функций ВБ и МВФ и новых регуляторов при одновременном увеличении средств, предоставляемых в их распоряжение. Страны БРИКС добиваются кардинально иного – большего учета их интересов в деятельности международных финансовых учреждений. Камнем преткновения при этом выступает долларовый стандарт. Его сохранение означает, что будущее всех тех колоссальных средств, которые заработаны и будут в дальнейшем аккумулироваться развивающимися странами, зависит от Вашингтона и Франкфурта. Поэтому страны БРИКС настаивают на диверсификации международно признанной корзины валют. Они хотели бы добиться более широкого использования в своих взаиморасчетах и расчетах с третьими странами региональных валют, создания новых мировых финансовых центров и введения в текущий оборот в долгосрочной перспективе мировых денег (мировых расчетных единиц). Кроме того, они крайне обеспокоены тем, что валюта, используемая в международных расчетах и накоплениях, все хуже справляется с отправлением основной функции денег – служить универсальным эквивалентом и гарантировать сбережения. С переливом технологий дело обстоит не лучше. Вроде бы, все международные конвенции по защите интеллектуальной собственности действуют. Развитые страны настаивают на их неукоснительном соблюдении. Однако на деле подъем быстро растущих экономик во многом связан с внелицензионным использованием чужой интеллектуальной собственности, иностранных технологий и ноу-хау. Таким образом они пытаются вырваться из порочного круга зависимости и сократить технологическое отставание. Однако дело не только в этом. Старые подходы, направленные на закрепление за развитыми странами доминирующего положения в области науки и техники и наукоемкого производства, вступают в противоречие с нарождающимся новым технологическим укладом, требующим работы в режиме открытых информационных систем. Отражением тех новых потребностей, которые он порождает, являются идеи о централизованном выкупе интеллектуальной собственности и передаче ее в свободное пользование. Перелив технологий – наиболее сложный клубок противоречий в отношениях между Россией и ЕС. На словах обе стороны выступают за стратегическое партнерство. На практике Брюссель видит в Москве в первую очередь соперника и всячески препятствует созданию благоприятного политического климата и правовых рамок для свободного трансферта технологий. Москва считает, что она, прежде всего, заинтересована именно в этом. Она носится с прожектами типа обмена энергоресурсов на технологии. Однако ЕС от этого, несмотря на все «Партнерства для модернизации», открещивается. Предлог всегда под рукой – усвойте сначала наши стандарты демократии, господства права и уважения прав человека. Все остальное – потом. Или параллельно. И по вопросу о долгосрочных контрактах ЕС и Россия фактически схлестнулись. Вопреки здравому смыслу, экономической логике, интересам их энергетических компаний. Брюссель даже через не могу стремится утвердить на своем внутреннем рынке принцип свободного доступа к энергоресурсам, хотя он является их нетто импортером. Для России подрыв доверия к долгосрочным контрактам и их надежности делает бессмысленным ориентацию на рынок ЕС и ставит ее в зависимое положение, по существу убивая какие-либо надежды на равноправное взаимовыгодное сотрудничество и накопление финансовых средств, которые теоретически могут быть брошены на модернизацию экономики. Но отношения России и ЕС в энергетической сфере – лишь частное проявление гораздо более масштабного противоречия. Между Китаем и всеми западными демократиями. Для поддержания высоких темпов роста экономике Китая необходим неограниченный доступ к природным ресурсам, которые потребляются им во все больших масштабах. Он гарантирует его, скупая право на разработку месторождений в странах Азии, Африки и Латинской Америки и заключая долгосрочные контракты. Тем самым он монополизирует существенную часть добычи и транспортировки природного сырья и обеспечивает свою безопасность на случай их нехватки и нежелательных конъюнктурных колебаний. У США и ЕС подобный подход вызывает растущие опасения. Их не устраивает, что существенная часть ресурсов фактически изымается из международного оборота. Они не довольны тем, что потенциальный конкурент заранее защищает свои тылы на случай обострения борьбы за доступ к природным ресурсам. Они ни за что не согласятся с тем, что в игру рыночных сил вводятся работающие против них элементы планируемой экономики. Им гораздо выгоднее спотовые цены, на которые они могли бы оказывать определяющее влияние, и зависимость от них всех своих потенциальных конкурентов. Уже этих нескольких примеров достаточно для того, чтобы вскрыть главную проблему нашего времени. Противоречия между ведущими мировыми игроками достигли очень высокой остроты. Мировая экономика и глобальный порядок, переживающие эпоху трансформаций, сделались особенно уязвимыми. Мир стоит на грани. А, значит, для того, чтобы предотвратить развитие событий по неблагоприятному сценарию, помимо сдержанности, необходимы формирование общемировой политической культуры, вбирающей идеалы взаимного уважения, учета национальных интересов и традиций основных глобальных игроков, поиска компромиссов и консенсуса. В обязательном порядке нужна заряженность на коллективные действия, достижение договоренностей, их строгое соблюдение и перекрестный уважительный, но пристальный и эффективный контроль. Кратко набор приведенных требований, предъявляемых к основным глобальным игрокам временем перемен, состоит в деполитизации многостороннего и двустороннего экономического сотрудничества и повсеместном внедрении элементов технократического многоуровневого управления, твердое и неуклонное следование в международных делах элементарной экономической логике. С точки зрения России, все эти максимы должны соблюдаться, в частности, применительно к мировой энергетике.   Энергетическая геополитика, или Энергетика как фактор глобальной стратегии и диалог Россия-ЕС Тематика энергетической политики завораживает. О ней говорят и пишут все. Как те, кто хоть что-нибудь понимают в энергетике, так и те, кто на это только претендуют. В результате не найти более запутанного сюжета, более противоречивых подходов. Может быть, в этом кроется исток политизации работы энергетической отрасли. Причем такой политизации, уровень которой зашкаливает. Попытаемся разобраться. Прежде всего, нас интересует, как будут складываться отношения по поводу доступа к энергии и ее использования между ведущими глобальными игроками. То, какую роль различные энергоносители будут играть в будущем. Как это скажется на мировой политике. Начинаем. 1. Энергетика – это борьба за ресурсы. Она структурирует всю глобальную политику. Так было всегда. Меняется только статус доминирующего энергоносителя. В прошлом – уголь. Сейчас – нефть. Завтра – может быть, возобновляемые источники энергии (ВИЭ). Во всяком случае, так считают многие. Или хотят на это надеяться. Может быть, природный газ. Будущее не детерминировано. В зависимости от обстоятельств оно будет складываться по-разному. Однако сейчас борьба ведется по-прежнему главным образом за нефть. Для этого Соединенным Штатам Америки нужен Ближний Восток. Китайская Народная Республика делает ставку на Африку. Передел нефтяного рынка начался давно. Карты сданы. Вместе с тем, похоже, распечатана новая колода. Передел рынков вступает в новую фазу. 2. Ситуация с энергетическими ресурсами в настоящее время принципиально отличается от той, которая была несколько десятилетий назад. Произошло коренное перераспределение того, кто, чем владеет. Даже на начальном этапе деколонизации контроль за добычей и транспортировкой энергоносителей в метрополии осуществляли крупнейшие транснациональные корпорации. Концессии позволяли им всю маржу забирать себе и фактически царствовать на местах. Потребовался нефтяной шок начала 1970-х годов для того, чтобы все изменилось. Нефтедобывающие страны контроль за ресурсами оставили себе. Раньше правила игры задавали западные ТНК. Теперь сами нефтедобывающие страны. У них нефть. У них залежи. Они владеют ресурсами. Западные компании привлекаются только для добычи и транспортировки. Сильной стороной в этой связке является тот, кто владеет. В случае возникновения конфликтов, потерпевшей стороной оказывается зарубежная фирма. Ее фактически выдавливают. В 90-е годы прошлого века Россия откатилась в дошоковую ситуацию. Иначе говоря, она начала утрачивать контроль за своими ресурсами в отличие от арабских и других добывающих стран. Однако в дальнейшем ситуация поменялась. Никаких революций не произошло. Ничего нетипичного. Россия вернулась в общий тренд. 3. В настоящее время новая структура собственности на ресурсы и их владение накладывается на проблему т.н. исчерпания ресурсов. И самих запасов становится меньше. И новые открываются реже. Каких-то крупных изменений с разведанными запасами ждать не приходится. Небольшое уточнение. На самом деле, на планете нефти очень много. Но вся эта нефть глубокого залегания. Добывать ее дорого. Сейчас это существенный ограничитель. Так, «Бритиш Петролеум» разведала в Мексиканском заливе колоссальные запасы. Но они залегают на глубине пяти километров. Если такую нефть добывать, она становится на вес золота. Другой пример – Штокман на российском севере. Залежи гигантские. Но его разработка обойдется в копеечку. Пойдет ли она вообще, будет зависеть от мировых цен на энергоносители. 4. Возникшая ситуация всем тем, кто раньше господствовал на рынке, активно не нравится. Она претит мировым ТНК. Она вызывает возмущение коллективного Запада. Его мечта – сломать рынок продавца. Для этого он делает все, что в его силах. Ему нужен рынок покупателя. Но с нефтью развернуть ситуацию крайне сложно. Объяснение лежит на поверхности. Нефть чрезвычайно ликвидна. Деньги обесцениваются. Их надо спасать. Любыми способами. В целях хеджирования капиталы вкладывают в ресурсы. Для этого используются золото, платина, кое-что еще. Но золота и платины мало. Нефть вполне может их заменить. Она для этого подходит. И все об этом знают. Почему подходит? Цена на нее регулируется игрой спроса и предложения. Нефть же – самый выгодный биржевой товар. Самая выгодная вещь. И биржевые, и внебиржевые спекулянты ее с удовольствием покупают. В результате в игру с нефтью вовлечены тысячи игроков. Соотношение числа сделок к объему продаж по нефти самое высокое. Речь идет о показателе churn ratio. На биржах Нью-Йорка – свыше тысячи. И намного. 5. В этом плане природный газ проигрывает нефти. И очень сильно. Газ – небиржевой товар. Глобального рынка газа не существует. Все рынки региональные или даже локальные. В любом случае – неглобальные. Газ проигрывает нефти и по физическим свойствам. Его нельзя хранить как нефть. Его не получается разливать, как нефть. Нереально подогнать колонну грузовиков или железнодорожные составы и отправить в них газ. ДК тому же действует совершенно иная коммерческая схема: газ надо сначала продать по долгосрочным контрактам, иногда на 25-30 лет, а уже потом вкладывать огромные деньги в добычу. Газопроводы тоже стоят очень дорого. Подземные хранилища строят. Это общая тенденция. Но ситуацию меняет не очень радикально. Слишком дорогое удовольствие. Обычная схема – закачивают летом, когда дешевле и есть излишки, а расходуют зимой. Но не хранят за этим горизонтом. Еще один фактор препятствует формированию глобального рынка природного газа. Его крайне сложно доставлять из точки в точку. Нефтью можно распоряжаться как угодно. Ее можно везти, откуда угодно. Поэтому рынок нефти глобален. Поставки нефти взаимозаменяемы. Продавцов легко менять. Потоки перебрасывать. Газ локален. Возможности поставок по трубопроводам ограничены расстоянием. Больше чем на 6 тыс. км гнать нельзя. Оказывается слишком дорого. Слишком большие эксплуатационные расходы. На компрессоры. На технический газ и т.д. Переход на сжиженный газ картину только начинает менять. Ведь надо поддерживать сверхнизкие температуры. Необходимы специальное оборудование и транспортные средства. Это все страшно дорого. Да, его транспортировка гораздо мобильнее. Но ограничений все равно много. На старте должен быть завод по сжижению. Далее специальные весьма дорогостоящие танкеры. Однако идти они могут только по определенным маршрутам – туда, где есть регазофикаторы. Плюс от них должны тянуться распределительные сети. Иначе говоря, технической возможности из любой точки гнать в любую другую, нет. И в ближайшее время не появится. А с нефтью есть. Конкретный пример. У Италии три регазофикационные станции. Но все на островах. Это уже ограничения. На газ как на товар. И по емкостям. Поэтому природный газ не стал таким же биржевым товаром, как нефть. И в обозримой перспективе не станет. Его churn ratio не превышает двухсот единиц. В Великобритании с этим суждением еще могли бы поспорить. Хотя и там прослеживается общая тенденция. На континенте этот показатель ниже порогового уровня. Объяснение очевидно. Продают и покупают природный газ те, кто с ним работает. Опять же в отличие от нефти. 6. Значит, природный газ ограничен местами потребления. Можно выделить четыре основных региона. Это США, ЮВА, СНГ (включая Россию), остальная часть Европы. В последнее время стремительно наращивает потребление Арабский Восток. В частности, выделяется Алжир. Растущий рынок – Латинская Америка. Хотя этот рынок сильно отстает по уровню своего развития. Перспективный рынок – Индия. Дело в том, что Индия испытывает потенциально очень большой дефицит природного газа. Рынок еще ждет своего насыщения. Пока это клочок. Все эти моменты необходимо учитывать при анализе той геостратегической игры за доступ к ресурсам, которая разыгрывается на наших глазах. На каждом из перечисленных региональных рынков, в связи с отсутствием глобального, она разыгрывается по-разному. 7. Самый большой рынок – США. Он же самый ликвидный. Самый либерализованный. На нем огромное число покупателей и продавцов. Поэтому имеются возможности чисто рыночной биржевой игры. Цена складывается, если все упростить до примитива, на «Хенри Хабе». Так рынок сложился. Так он устроен. В его основе игра спроса и предложения. Ничего долгосрочного на нем нет. Он в этом не нуждается. Сейчас работает и фактор сланцевого газа. Но в результате цена на Хабе ниже себестоимости. Она сейчас где-то порядка 6 ам. долларов за МБТЮ (миллион британских термических единиц). А продается за 4 доллара. Таким образом, не покрывается ни маркетинг, ни накладные расходы. Фирмы работают себе в убыток. Схема нежизнеспособна. Пока американцы выкручиваются. Правда, с большими издержками. Капиталовложения падают. Экология страдает. Долго так продолжаться не может. Цены должны поползти вверх. 8. Европейская Комиссия (подчеркиваю, не Европейский Союз) хотела бы импортировать американскую схему в Европу. Но в Европе она не работает и не может работать. Совершенно другой рынок. Здесь принципиально меньше покупателей и продавцов. В каждой стране по нескольку игроков. Европейская Комиссия пытается их сломать, раздробить. Вместо ограниченного числа добропорядочных игроков ей нужна «куча жуликов». Однако даже если это ей удастся, все равно такого рынка, как в США, в Европе не появится. Продавцов-то мало. Всего три. В их числе – Алжир, Норвегия, Россия (Катар, второй в мире производитель, полностью переориентировался со своим сжиженным газом на ЮВА). Представим себе на секунду, что произойдет, если Европейский Союз перейдет на модель спроса-предложения, как в США. Никакой рынок устанавливать цену не будет. Он все равно не появится. Начнется период манипулирования ценой. Себе в ущерб никто газ везти в ЕС не станет. А достаточно ввести ограничения на поставки, как цены окажутся взвинченными. Напомню еще раз, газ не глобальный товар. Одни поставки заменить другими трудно, если не невозможно. 9. Азия дает третью модель регионального рынка. Япония и Южная Корея (ведущие покупатели) своего природного газа не имеют. Они ничего не добывают. Ничего своего у них нет. Все свои потребности они покрывают за счет импорта. Работают на долгосрочных контрактах. Ничего другого здесь быть не может. Никакой спотовый рынок никому не нужен. В итоге Япония, Южная Корея – самые надежные и выгодные покупатели. Все продавцы туда хотят. 10. Такова общая картина. Однако в последнее время заработали дополнительные факторы. Среди них выделяется борьба с потеплением климата и ограничения на выбросы. Сложилась парадоксальная ситуация. Ведь, что получается. Если мы за экологическую энергетику и «зеленую» экономику, то надо ограничивать потребление угля и нефти. Они наиболее грязные энергоносители. Но не природный газ. На практике получается несколько иначе. Вмешивается геополитика. Еще один фактор – синдром, связанный с Фукусимой. Повсюду истерика. Набрало силу антиатомное движение. Оно смешало все карты. Вслед за чернобыльским синдромом. Развитие атомной промышленности почти остановилось или, по крайней мере, приостановилось. Германия планирует остановить свои АЭС к 2020 году. В Италии отказались от намечавшихся проектов. Даже среди французов развернулись дискуссии. А ведь во Франции электроэнергия самая дешевая в регионе именно благодаря атомным станциям. Самое главное – атомная энергия дешевле всего. И экологичнее. Наконец, фактор возобновляемых источников энергии. Они стремительно ворвались на энергетический рынок. Они его частично переформатируют. Ведь плюсов у возобновляемых источников очень много. Но и минусов тоже. Возможности тех, которые можно использовать, ограничены. У гидроэнергетики есть физические пределы. У ветряков тоже. Если речь о солнечных батареях, то даже в Греции они пока рентабельны только для местных нужд, типа нагрева воды и т.д. К этому нужно добавить то, что объединение индивидуальных установок в сеть крайне затратно. Попросту говоря, оно слишком дорого. По большому счету, альтернативная энергетика существует на субсидии. Пока, с позиций нынешнего уровня технологического развития, даже в самых передовых странах себестоимость электроэнергии, получаемой от энергоустановок, работающих на природном газе, втрое дешевле, чем от ветряков. В пять-шесть раз дешевле – чем от солнечных батарей. Конечно, по политическим мотивам можно идти против экономической логики. Можно идти против всего. Но тогда нужно четко отдавать себе отчет в том, насколько теряет в конкурентоспособности национальная экономика. На практике на рынке возникают жуткие, ничем неоправданные перекосы. Нефть изымают из оборота. Ее стараются не сжигать. Природный газ искусственно делают невыгодным. Официальное объяснение – во имя здоровой окружающей среды и борьбы с изменениями климата. Применительно к природному газу – откровенный обман. Газ относится к разряду наиболее нейтральных и экологически чистых энергоносителей. 11. В чем состоит подоплека политизации экономических решений – ни для кого не секрет. В Европе ведется массированное наступление на интересы России. На Африканском континенте война разворачивается против Китая, захватившего господствующие позиции в Судане и ряде других стран. В фокусе мировой политики не один год находится Иран – крупнейший поставщик нефти и природного газа на мировой рынок, магистральные трубопроводы из которого протянулись в основном на восток. Качественно новый элемент в геополитической игре – «арабская весна». В этом некогда весьма консервативном регионе, хранящем колоссальные запасы энергоносителей, начали происходить неожиданные, трудно предсказуемые социальные явления. Доподлинно сказать о том, что там происходит, крайне сложно. Но никто не питает иллюзий: политические изменения только начались. Это надолго. До стабилизации здесь еще очень и очень далеко. А геополитическая нестабильность в столь критически важном регионе расшатывает весь мировой рынок энергоносителей. Она будет усиливать его волатильность и в дальнейшем. Несколько понятнее ситуация с Ливией. Свержение прежнего тоталитарного режима означает одновременно упразднение национального контроля над природными ресурсами. Ливия в прошлом была одним из лидеров в его установлении. Каким бы ни было новое правительство страны, оно будет слабым, зависимым, клиенталистским. Управление ресурсами оно отдаст на сторону. За соответствующую мзду. Оно перейдет к ТНК развитых стран. Тем самым осуществлен насильственный возврат к режиму управления ресурсами, существовавший до первого нефтяного шока. Пока в отдельно взятой стране. И страна-то невелика. Не сравнить с на порядок более населенными соседями. Но фокус в том, что нефть там самая хорошая и самая дешевая, а прибыль от ее реализации – самая высокая. Таким образом, впервые в современной истории осуществлен возврат к экономической модели управления ресурсами, при которой покупатель и потребитель сами становятся поставщиками и производителями. Это качественно новая ситуация. Коллективный Запад хотел бы, чтобы такая схема в мировой экономике вновь стала главенствующей. 12. Кратко о том, что нас ждет в будущем. Глобальный рост потребления энергоресурсов неминуем. Его будет подпитывать пробуждение целых континентов. Успехи энергосбережения в этом плане общий тренд переломить не смогут. Удовлетворить растущий спрос реально только с помощью природного газа. Его доля в энергетическом миксе на настоящий момент не превышает 25%. Но это сейчас. В скором времени будет под 30% – уверены специалисты. Объяснение лежит на поверхности. Природный газ дешевле нефти. Его много. По своим экологическим качествам он намного превосходит конкурентов. Его добыча и транспортировка не требуют субсидий. От его эксплуатации не может быть никаких катастрофических последствий. 13. Однако, как ни странно, страны и компании, сделавшие ставку на добычу и торговлю природным газом, сталкиваются с целым ворохом проблем. Против них ведется самая настоящая война, и торговая, и психологическая, и медиатическая. Но это только одна сторона медали. Вторая заключается в том, что рынок природного газа пока нечестный. Нефть дороже, потому что ликвиднее. В финансовом отношении и с точки зрения получения барышей, с ней выгоднее иметь дело. Она дает более высокую норму прибыли. Рынок нефти – глобальный. Однако и это не все. Главное моторное топливо для всех основных видов транспорта получают из нефти. Она нужна всем. На получаемых из нее продуктах ходят авто и суда, летают самолеты и пр. Тем не менее, это пока. Технологически газ вполне может вытеснить нефть как моторное топливо. Уже сейчас наметился постепенный переход на газ большегрузных автомобилей. Если дело дойдет до реальной конкуренции между природным газом и нефтью, газ выиграет – он дешевле, экономичнее и экологичнее. В таком случае произойдет коренное изменение геостратегической ситуации. Переход на газ повлечет за собой изменение политических предпочтений всех глобальных игроков. Для США переход транспорта на газ будет означать выход на самообеспечение энергоносителями. В США газа – и природного, и сланцевого – предостаточно. Соответственно значимость контроля за нефтяными потоками для них резко упадет. И пропорционально – целых регионов. Однако за США всегда останется выбор. При любых обстоятельствах. Им не обязательно полностью переходить на газ. Они могут предпочесть не выходить из тройки основных мировых потребителей нефти. В этом случае они смогут одновременно играть на нескольких досках. Их геополитические позиции будут наиболее сильными. Ведь их зависимость от нефти при любом развитии событий утратит критический характер. Прямо противоположные последствия грядущие изменения, однако, будут иметь для Китая. Сейчас ему газ особенно не нужен. Энергетический микс у него принципиально другой. Магистральные трубопроводы, связывающие его с газоносными районами, он тянет, исходя из будущих потребностей. Долгосрочные газовые контракты ему нужны, чтобы заранее подготовиться к предполагаемому технологическому сдвигу. Лет через 10-15 ситуация с потреблением газа в Китае может измениться коренным образом. Однако Китай, похоже, переигрывает. Он добивается своего любой ценой. В результате он утрачивает приобретенную им ранее мягкую силу и начинает восприниматься в самых разных уголках планеты как новый колонизатор. 14. Из глобальных игроков наименее внятная экономическая стратегия у Российской Федерации. Если вообще можно говорить, что она имеется. И позиция наиболее уязвимая. Несмотря на колоссальные запасы и высокие цифры добычи и экспорта энергоносителей. Роль России на мировых рынках маргинальна. Москва очень много продает. Но в дележе рынка практически не участвует. Фокус в том, что она оказалась слишком зависимой от продаж. А если ты не создаешь оптимальных условий для продажи своих основных экспортных товаров, ты утрачиваешь инициативу. После введения в действие Европейским Союзом «Третьего энергетического пакета», это становится особенно очевидным. ЕС в России интересуют две вещи. Первая – колоссальный внутренний рынок, который все еще далек от насыщения. Вторая – энергоносители. Может быть, правда, очередность стоило бы поменять. Но ЕС во всем мире стремится создать рынок покупателя. С тем чтобы решить эту задачу, ему нужно максимально ограничить роль России в качестве самостоятельного влиятельного игрока. Факты убедительно свидетельствуют: ни против Норвегии, ни против Алжира никакой войны не ведется. Их никто ни в чем не обвиняет. Хотя, наряду с Россией, они являются основными поставщиками энергоносителей на рынок ЕС. Москву же – постоянно. Под любыми предлогами. При желании информационный повод всегда найдется. Если он отсутствует, его искусственно придумывают. Про Москву рассказывают любые сказки, в которые привычно верят и общественное мнение, и политики. Мол, Москва выставляет завышенные цены – как цены могут завышаться, если они рыночные или ниже рыночных. Мол, зависимость от нее слишком высокая – не выше, чем от других, причем, никакой зависимости нет, а есть взаимозависимость. Кремль использует энергетику в качестве дубинки для оказания давления на соседей – это по поводу требований о переходе на рыночные, а не политически обусловленные цены. Россия, дескать, является ненадежным, сомнительным поставщиком – и это после 40 лет стабильного снабжения Западной Европы энергоносителями. Дабы подчинить себе российских поставщиков Брюссель, начиная с 2004 года, проводит, по существу, самоубийственную политику искусственного формирования внутреннего энергетического рынка, противоречащую элементарной экономической логике. Политику чудовищно затратную. Политику, ведущую к повышению, а не понижению цен (дескать, ну и пускай будет дороже, зато поможет стимулировать энергосбережение и повлечет за собой инвестиции в альтернативные источники). Утяжеляющую всю европейскую экономику. Бьющую по конкурентоспособности и России, и самого ЕС. Трагедия заключается в том, что у России, в силу зависимости от европейского рынка сбыта, на руках почти нет никаких козырей. Переломить ситуацию она не может. Не в состоянии. Кремль лишен возможности разыграть какой-либо более смелый гамбит или эндшпиль, поскольку от потока нефтяных и газовых денег зависят благосостояние правящего класса и социальная поддержка населения. Вырисовывается своего рода политический тупик. Его причины в какой-то степени связаны с внутренней борьбой, ведущейся в ЕС. Отдельные страны хотели бы вернуться к проведению более разумной и рациональной политики. Как-никак, газопровод в Германию «Северный поток» через Балтийское море построен. Экономические интересы Германии давно вышли за рамки ЕС. Берлину нужны, в качестве партнеров, и Россия, и Китай. У Парижа тоже свои интересы, далекие от полного совпадения с теми, которые отстаиваются ЕС в целом. Однако Европейский Союз уже давно несводим к отдельным странам или тандемам, даже самым влиятельным. Европейская Комиссия при опоре на большую группу государств-членов ведет свою игру. Она стремится к концентрации и централизации власти в своих руках. Господства в сфере конкуренции ей мало. Энергетика – ключ к захвату сильных позиций в противостоянии национальному государству. И Европейская Комиссия, не стесняясь, разыгрывает эту карту. Просчитываемая цель – добиться передачи на наднациональный уровень исключительной компетенции в области энергетики. То, что при этом в жертву приносят российские интересы, – лишь побочный эффект. Не более того. Значит, для благополучия России и ЕС, для нормализации сотрудничества и построения хотя бы мало-мальски партнерских отношений, а лучше – союзнических, для превращения их в определяющий фактор мировой политики им надо договориться, как минимум, об одном: с политизацией двусторонних отношений необходимо покончить. Любой ценой. Окончательно. И бесповоротно. Иного не дано. Продолжение прежнего политического курса им слишком дорого обходится. Оно ведет в никуда. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России   *1 Переработанная и дополненная журнальная версия тезисов выступления на открытии международной конференции в МГИМО 9 ноября 2011 г. по проблематике БРИКС. *2 Автор благодарит всех коллег по работе из МГИМО, ИМЭМО, ИЕ РАН и друзей-энергетиков, с которыми консультировался и спорил при написании доклада. *3 G20 Leaders Summit – Final Comminique http://www.g20-g8.com/g8-g20/g20/english/for-the-press/news-releases/g20-leaders-summit-final-communique.1554.html; Cannes Summit Final Declaration http://www.g20-g8.com/g8-g20/g20/english/for-the-press/news-releases/cannes-summit-final-declaration.1557.html; The Cannes Action Plan for Growth and Jobs http://www.g20-g8.com/g8-g20/g20/english/for-the-press/news-releases/the-cannes-action-plan-for-growth-and-jobs.1556.html №12(61), 2011
no image
Комментарий

Итак, свершилось. Единая Европа вышла из кризиса как никогда прочной и целеустремленной, скептики и маловеры посрамлены, евро будут спасать, интеграцию – углублять и вообще – гром победы раздавайся! Вот погодите, вы еще увидите, какое горькое похмелье ждет Европу после этой...

Итак, свершилось. Единая Европа вышла из кризиса как никогда прочной и целеустремленной, скептики и маловеры посрамлены, евро будут спасать, интеграцию – углублять и вообще – гром победы раздавайся! Вот погодите, вы еще увидите, какое горькое похмелье ждет Европу после этой мало на чем основанной эйфории. Планы – вещь хорошая, но жить надо здесь и сейчас. А сейчас Европу зажимают тиски нового спада, и каким-таким образом все эти расчудесные решения помогут из него выбраться – неясно. И это, между прочим, оценки одного и того же события – декабрьской встречи европейских лидеров. Кто же прав? И те, и другие. Плюсы принятых решений и в самом деле совершенно очевидны и заслуживают самых лестных оценок. В сложный момент здравый смысл возобладал и своекорыстные подходы не нашли поддержки ни у кого. Кроме, разумеется, Британии, элита которой, видимо, способна преодолеть свой национальный эгоизм только перед лицом смертельной опасности, которая, слава богу, пока не наступила. «Вся Европа» подробно пишет, что Дэвид Камерон доманеврировался до того, что прочно зашел в тупик («Лондон сам себя перехитрил?», №11(60), 2011). Разумеется, Меркель и Саркози – или, если вам больше нравится, то «Меркози» – не сидели сложа руки, а уверенно раскатали его в одно касание, при умелом организационном участии Хермана ван Ромпея.*1 Итак, теперь 26 из 27 стран Единой Европы готовы исправлять ошибки, допущенные в ходе её строительства, и даже при всей нелюбви к пышным формулировкам нельзя не признать: это уникальное событие, открывающее перед Старым Светом исторические шансы. Недостаток во всем этом только один. Шансы можно успешно реализовать, а можно поступить с ними как известные герои рунета обошлись с полимерами. Тем более, что в истории ЕС так уже бывало: то, что начиналось как большой и многообещающий проект затем намертво увязало в болоте компромиссов, консенсусов и нескончаемых «исключительных случаев». Поэтому, давайте в очередной раз продемонстрируем плохой характер и посмотрим на случившееся под нетриумфальным углом зрения. Итак, что же по сути дела решено? Пока что главы 26 европейских государств, в общем-то, всего-навсего пришли к соглашению о том, что они согласны. Согласны изменить то, что уже давно нуждается в серьезных изменениях. Но пока, если применить строительные аналогии, нет не то что фундамента, нет даже его чертежа. Есть только договоренность о том, что надо начинать строительство. Первой конкретикой эти благие пожелания будут наполняться не раньше марта следующего года, когда лидеры вновь соберутся, чтобы подписать новый договор о стабильности. Безусловно, политики, издерганные шквальными событиями минувшей осени, сейчас вправе немного перевести дух – ну, хоть на Рождество-то можно забыть обо всех этих катавасиях? И понадеяться на то, что эти окаянные «инвесторы» и «рынки» тоже ненадолго замрут, избавив от необходимости следить за перипетиями их нескончаемых спекуляций? Но беда в том, что времени на передышку очень мало, можно сказать – почти совсем нет. Уже 1 февраля истекает срок уплаты по итальянским обязательствам в сумме 26 миллиардов евро. А на Касьянов день – 29 февраля – еще на 11 миллиардов. Новому главе правительства Италии Марио Монти предстоит в хорошем темпе занять эту сумму, чтобы расплатиться. Вот вам первая проверка на прочность, да не только для Рима, а для всей зоны евро. Это уже не просто «бла-бла-бла» господ финансистов о поддержке решений господ политиков, а реальная проверка того, насколько они им доверяют. Если у итальянцев дела пойдут скверно, то и французам с немцами придется непросто. Уверенность в том, что в декабре был-таки совершен «стабилизирующий прорыв» может легко смениться уже знакомыми кризисно-паническими настроениями. Да, пока всего этого нет, но кто может гарантировать, что не будет? Вспомните: когда инвесторам несколько раз в этом году выдавали все более щедрые обещания «пакетов помощи», выделенных запутавшимся в паутине долгов странам, то они тоже демонстрировали приподнятое настроение, а то и эйфорию. А чем все заканчивалось? Правильно, спадом, причем еще более глубоким. Периоды взлета настроений становились от раза к разу все короче, пока в конце октября восторгов хватило практически на один уикенд. Да, я тоже думаю, ну, как минимум, надеюсь, что в этот раз будет иначе, ведь принято решение, которое еще полгода назад казалось невозможным. Но… Мои сомнения, например, могли бы развеять хотя бы какие-то конкретные детали. Как будет на практике координироваться совместная финансовая и экономическая политика 26 стран? Какие контрольные механизмы и инстанции будут созданы, чтобы никому было неповадно обходиться с новыми договоренностями как с Маастрихтским договором? Я понимаю, что оглашать такую информацию надо дозировано, ибо во многие знания многие печали. Но, господа, речь-то идет, прежде всего, о такой бесплотной, но чрезвычайной важной для этих назойливых инвесторов субстанции как «доверие». Проще сказать, о демонстрации способности европейцев не только обсуждать насущные проблемы, но и решать их. Понимаете, решать! А окопавшиеся во всех брюссельских инстанциях злостные крючкотворы – их еще иногда называют юристами – пока не сумели даже внятно объяснить общественности: предусматривают ли существующие европейские договоры возможность того, что 25 согласных могут послать одного несогласного в голубую даль? Или: что делать дальше, когда и если новый договор о стабильности провалится в одном или нескольких национальных парламентах? Печальный опыт подобного рода у ЕС уже есть. И кто может дать гарантию, что ситуация не повторится еще раз? Да знаю, знаю я про «многоскоростную» Европу и сам являюсь её глубоко законспирированным сторонником. «Клуб суперевропейцев», как его назвала берлинская «Вельт ам Зонтаг», во главе с «Меркози» уже есть. Европейская «камчатка» в лице Британии – тоже. А что посередине? Ситуация пока остается весьма лабильной. «Классовое общество» для Европейского Союза, несмотря на все многолетние теоретические построения, это пока терра инкогнита. Будет ли там место для благодушных настроений типа «счастья всем, и пусть никто не уйдет обиженным»? Ой, ли… Можете считать меня тупым сторонником теории заговоров, но я ни секунды не верю в то, что Британия смирится с полученной ею оплеухой. И даже если внешне она займет позицию «ну и ладно, обгадитесь тут все без меня», то на деле использует все свое – как и прежде весьма немалое! – влияние на то, чтобы максимально затормозить нежелательный процесс консолидации Европы без участия Лондона. Если для этого есть юридические крючки, то Британия за них уцепится мертвой хваткой, а если – нет, то будет их до последнего выдумывать. Вы полагаете, что законодательные препоны это все? Если бы… Как пойдет процесс согласования нового договора? Ведь пока есть только семистраничное заявление, намечающее основные направления этого документа. Но черт-то он ведь всегда сидит в деталях. В целом все согласны с тем, что злостных нарушителей «сухаревской конвенции», то бишь, нового договора надо примерно наказывать, чтобы все боялись. Но одно дело – угрожать поркой на бумаге, а другое – выпороть. Вполне может быть, что на деле начнется нудное препирательство по поводу «обоснованных исключений», «нетипичных ситуаций» и «чрезвычайных условий». А ведь еще в марте предстоит решать весьма болезненный финансовый вопрос – хватит ли имеющихся денег в Европейском фонде финансовой стабильности. На эту тему ничего пока не решено и спор, по сути дела, отложен. Равно как и проблема взаимодействия Международного валютного фонда и стран зоны евро. В сей части определено только, что 17 эмиссионных банков европейских стран переведут МВФ 150 миллиардов евро – для оказания помощи нуждающимся странам. От остальных десяти государств ждут хотя бы трети этой суммы. Но вся конкретика будет еще обговариваться между национальными правительствами и их банками. На что опять-таки нужно время, время, время. А его все меньше… Немалое количество вопросов встает в связи с решениями встречи и перед национальными экономиками. В частности, перед германской, за которой теперь окончательно утвердилась роль и кошелька, и промышленного мотора европейской интеграции. И тут проблем – выше крыши.*2 Ну ладно, дохозяйствовавшимся до ручки грекам решено помочь. Но ведь это, увы, не всё. Про Италию мы уже говорили, но к ней еще грозит добавиться и Испания: им обеим без поддержки Европейского центрального банка, скорее всего, в долг особо давать не будут. И что же? Двум из крупнейших стран зоны евро будет фактически перекрыт доступ к новым капиталам? Боюсь, что призывы к введению евробондов, от которых успешно отбилась Меркель на декабрьской встрече, могут раздаться с новой силой. И уходить от этого с каждым разом будет все труднее. В общем, ближайший год европейским лидерам явно придется провести в обстановке максимально приближенной к боевой. Александр ВАРВАРИН *1 Лондон неверно оценил расклад сил, сформировавшийся перед декабрьской встречей глав государств и правительств стран ЕС. Да, Камерон стоял насмерть, не сдвинувшись ни на миллиметр за одиннадцать часов сложнейших ночных переговоров. И триумфально проиграл. А по-иному встреча закончиться просто не могла. У обеих сторон не было выбора. Мог ли Камерон согласиться с тем, что Сити – сам лондонский Сити! – будет подвергаться такому же контролю как иные финансовые площадки. Нет, конечно. Экономические причины этого мы уже излагали в предыдущих выпусках. Об этом отлично знала Меркель, поскольку в ведомстве федерального канцлера британские требования были известны уже давно, да и сам он их, разумеется, не преминул изложить в ходе недавнего визита в Берлин. Конечно, был обо всем осведомлен и Саркози. Могли ли Берлин и Париж отступить? Затем, чтобы другие страны вывалили им на стол гору своих требований? И как их потом отбивать, если послабления будут сделаны для своенравного Лондона? К тому же, не надо забывать, что биржа Франкфурта-на-Майне уже вплотную подобралась к лондонской, и уже многие месяцы терпеливо работает над заключением весьма перспективного договора с нью-йоркскими коллегами. И что? Дать Сити конкурентные преимущества, не обоснованные ничем, кроме британских амбиций? Ага, щас! Еще раз Камерона попытались обработать до начала общей встречи, когда с ним в течение 45 минут беседовали Херман ван Ромпей и Меркель с Саркози. Безуспешно. Общую встречу председательствовавший Херман ван Ромпей провел весьма точно, отложив самые существенные вопросы на конец разговора. И чем дальше продвигалась беседа, тем более понятно становилось, что Камерон теряет одного союзника за другим. Но от своей идеи – затеять торговлю на тему предоставления особых привилегий британцам – он так и не отказался. Он делал ставку на то, что в позициях Меркель и Саркози было одно различие: Берлин хотел, чтобы брюссельские решения были встроены в текст договора, накладывающего обязательства на все 27 стран. Париж, как и многие другие столицы, настаивал на варианте межправительственного соглашения, которое немцам казалось слишком рискованным, ибо требовало последующего утверждения на референдуме. За два дня до встречи Меркель заявила, что «больше ни на какие компромиссы не пойдет». Вдохновленный Камерон хотел в обычной британской манере сыграть на этом противоречии. И просчитался, попавшись на домашнюю заготовку: Меркель в нужный момент уступила, и он остался в грустном одиночестве. Ловушка захлопнулась. А тут еще Саркози подал хорошо рассчитанную реплику: «О, Дэвид, вы же понимаете, что здесь никто не может рассчитывать на особое к себе отношение». Вот тут-то Камерон и решил всем показать, что такое настоящий английский бульдог. И показал. Но это пока все, чем он может утешиться: гол забит. Правда, в свои ворота. *2 Немцам придется пойти на то, что им всегда казалось немыслимым – на передачу весомой части национальных компетенций Брюсселю. Это старинная французская модель Единой Европы, участвовать в которой Меркель согласилась после продолжительных колебаний и ловких пируэтов, сумев при этом получить ряд весьма важных для Берлина уступок. Выполнение установленных правил будет контролироваться на немецкий манер, то есть неукоснительно. На карандаш начнут брать после превышения уровня дефицита в 0,5% ВВП, а против тех, кто залезет за 3%, санкции будут вступать в действие автоматически. Несмотря ни на какую конкуренцию, в Единой Европе будут выравниваться и социальные стандарты, и ситуация на рынке труда, и налоговое законодательство. Придется изрядно раскошеливаться. На долю Бундесбанка выпало 40 миллиардов евро – из общих 150, о деталях сейчас идут переговоры с правительством. Но это еще не все. Надо будет выделять и бюджетные средства. Наличных от Германии ждут 22 миллиарда евро, так что дыра в бюджете может получиться серьезная. И делать это, скорее всего, придется быстрее, чем предполагалось: во имя «успокоения инвесторов». №12(61), 2011
no image
ПАРТНЕРСТВО

Худшего момента для проведения встречи в верхах между Европейским Союзом и Россией трудно было вообразить, но дата саммита – 15 декабря, проводимого каждые полгода, была согласована давно и подлежала переносу только в случае форс-мажорных обстоятельств. Встреча президента РФ с лидерами...

Худшего момента для проведения встречи в верхах между Европейским Союзом и Россией трудно было вообразить, но дата саммита – 15 декабря, проводимого каждые полгода, была согласована давно и подлежала переносу только в случае форс-мажорных обстоятельств. Встреча президента РФ с лидерами ЕС в Брюсселе проходила вскоре после парламентских выборов в России и массового митинга избирателей в Москве, недовольных тем, как подсчитывались голоса. Накануне саммита Европейский Парламент даже принял резолюцию с требованием провести новые выборы. Некоторые внешнеполитические темы, прежде всего, проблемы Ирана и Сирии, также грозили возникновением острых разногласий. И, наконец, еще одна горячая тема, ставшая в последние годы в Европе «идеей-фикс» – угроза потери независимости европейской энергетикой в результате экспансии российских компаний, прежде всего крупнейшей из них – Газпрома. Причем в условиях затяжного финансово-экономического кризиса власти ЕС встревожены теперь не только тем, что на долю России приходится 30% потребления нефти и 23% газа странами сообщества. Озабоченность Брюсселя вызывает и несбалансированность торгового обмена (во многом – «по вине» энергоресурсов): экспорт из России в ЕС достиг 158 миллиардов евро, а импорт из Союза в РФ – лишь 87 миллиардов. Столь неблагоприятный фон, казалось, обрекает четвертый за последние два года саммит на провал. Но этого, к счастью, не произошло. Несмотря на эти и другие проблемы, такие, как несовпадение подходов Москвы и Брюсселя к санкциям против Сирии и Ирана, в состоявшихся дискуссиях обеим сторонам удалось избежать взаимных обвинений и провести беседы по-деловому. Собеседники российского президента предпочли откровенный, но дружественный тон, свойственный стратегическим партнерам. Как выразился председатель Европейского Совета Херман Ван Ромпей, «во многих сферах мы сильно зависим друг от друга». Правда, он не преминул напомнить собеседнику о необходимости соблюдать «основы демократии», но этим попытка читать нотации Москве и ограничилась. Не в последнюю очередь провала встречи в верхах позволили избежать два весьма важных фактора – предстоящее вступление России во Всемирную торговую организацию (ВТО) и продвижение, хотя и очень медленное, по пути к безвизовому режиму с ЕС. Судя по всему, не последнюю роль сыграла и готовность Москвы оказать, в случае необходимости, финансовую помощь «двадцати семи» через Международный валютный фонд. Напомним: золотовалютные резервы России на 41% образует единая европейская валюта, россияне очень заинтересованы в её сохранении; Москва могла бы предоставить до 15 миллиардов евро нуждающимся партнёрам. Но и у России есть своя «идея-фикс», причем, политическая – отмена виз для взаимных поездок граждан РФ и ЕС. Москва надеялась, что выполнение «Дорожной карты» к безвизовому режиму начнется на саммите 15 декабря. Как нельзя кстати для российской стороны за несколько дней до этой встречи в Европейском Парламенте началось обсуждение проекта соглашения с Польшей о местном приграничном передвижении, которое значительно облегчит взаимные поездки жителей Калининградской области и сопредельных районов Польши. Брюссель в принципе понимает важность полной отмены виз для развития взаимовыгодных экономических, культурных, спортивных и прочих связей, однако увязывает его с массой условий. В том числе таких, как соблюдение прав человека, введение биометрических паспортов, совместная борьба с нелегальной иммиграцией… В итоге переговоров, как заявил председатель Европейской Комиссии Жозе Мануэл Баррозу, саммиту удалось одобрить список совместных действий для продвижения к безвизовому режиму. Таким образом, дан зелёный свет началу переговоров об отмене виз. Он выразил уверенность, что «этот процесс будет продвигаться в положительном ключе». Как видим, «меню» брюссельской встречи было весьма разнообразным. «Повара» с обеих сторон потрудились немало, и, как оказалось, не зря. Андрей СМИРНОВ №12(61), 2011
no image
ПАРТНЕРСТВО

Совместная инициатива России и ЕС «Партнерство для модернизации» (ПДМ) очень нужна и своевременна. Она обладает множеством достоинств. Вместе с тем в какой-то степени они сведены на нет многочисленными просчетами, допущенными при ее подготовке, пуске и налаживании механизмов реализации. Опыт, приобретенный...

Совместная инициатива России и ЕС «Партнерство для модернизации» (ПДМ) очень нужна и своевременна. Она обладает множеством достоинств. Вместе с тем в какой-то степени они сведены на нет многочисленными просчетами, допущенными при ее подготовке, пуске и налаживании механизмов реализации. Опыт, приобретенный сторонами – как позитивный, так и негативный – позволяет сформулировать ряд рекомендаций, направленных на ее переформатирование. Попробуем кратко суммировать некоторые из них, обстоятельно обсуждаемые в настоящее время экспертным сообществом. Первое. Взгляды на слагаемые модернизации варьируются. Концепции модернизации могут отличаться друг от друга в довольно широком диапазоне. Важно, однако, несколько другое. Для решения задач модернизации провозглашения соответствующих целей и постановки перспективных задач совершенно недостаточно. Главное – приоритизация шагов, осуществление которых приведет к модернизации. Такая приоритизация Российской Федерацией не сделана. В ПДМ она вообще отсутствует. Более того, игнорируется. Включение в модернизационную повестку дня абсолютно всего подряд практически без разбора смазывает все ориентиры, ведет к потере стержневых идей. Поэтому задачей номер один и в первом, и во втором случаях должно стать проведение приоритизации намечаемых шагов, ведущих к модернизации. Второе. Навязывать другим свое видение модернизации, по крайней мере, некорректно. Подобный подход бесперспективен. Это путь в никуда. Необходимо, чтобы восприятие императивов модернизации было выстрадано обществом. Только тогда предлагаемые меры модернизационной повестки дня, в случае их реализации, будут давать отдачу. Поэтому любые международные проекты должны быть подверстаны под национальную программу модернизации, носить по отношению к ней подчиненный, поддерживающий характер. В ПДМ данное требование нарушено. Значит, и ПДМ, и рабочий план реализации инициативы следует переосмыслить. Причем, коренным образом. Возможный вариант – разнесение нестыкующейся проблематики по разным рабочим планам или отнесение их к ответственности различных национальных, наднациональных и международных структур. Третье. В модернизации нуждаются все партнеры – Россия, ЕС и его государства-члены. Задачи модернизации, стоящие перед ними, разные. Стартовые позиции для модернизации – тоже. Но нуждаются в ней все. Делать вид, что это не так, не очень рационально. Настаивать на том, что ПДМ разработано на благо лишь одного из партнеров, бессмысленно. Никто никогда не будет делать то, что не отвечает его/ее интересам. Успешной будет только такое ПДМ, которое исходит из модернизационной повестки всех партнеров. Поэтому его нужно привести в соответствие с долгосрочными стратегиями развития всех сторон. И осуществлять в качестве последовательно взаимовыгодного проекта. Четвертое. В рабочем плане по реализации инициативы ПДМ проигнорированы вопросы разделения компетенции между Европейским Союзом и его государствами-членами. В него включены мероприятия, не имеющие никакого отношения к полномочиям Европейской Комиссии. Мероприятия, далеко выходящие за сферу ответственности ЕС. Ему придан откровенно пропагандистский характер. Он оторван от реальности. Чтобы превратить его в реалистичный документ, ПДМ необходимо сконцентрировать на решении задач, которые бы учитывали возможности соответствующих уровней управления. Это задачи регулятивного диалога, снятия административных барьеров, создания благоприятного инвестиционного климата, содействия экономической деятельности на территории друг друга, панъевропейского и трансграничного хозяйственного сотрудничества, придания совместным проектам особого правового статуса, обеспечения им поддержки со стороны властных структур, предоставления преференций всем тем хозяйствующим субъектам, которые вносят вклад в реализацию целей ПДМ. Тогда ПДМ между Россией и ЕС было бы сориентировано на создание благоприятной среды. Реализация же конкретных инновационных, индустриальных и любых других проектов оказалась бы в ведении страновых ПДМ. Это позволило бы устранить путаницу и конкуренцию и сосредоточиться на получении кумулятивного синергетического эффекта. Пятое. При запуске инициативы ПДМ Россия и ЕС не продумали систему управления ее реализацией. То, что получилось, не соответствует ни масштабам ПДМ, ни его амбициям. Главное – в ее нынешнем виде система управления заведомо неэффективна. Структура управления ПДМ существует сама по себе, а ее исполнители, субъекты и бенефициары – сами по себе. В результате рабочий план по реализации инициативы получился чисто формальным. ПДМ уже частично дискредитировано. Отношение к нему далеко от «государственного». Ни под какие стандарты надлежащего управления ПДМ не подходит. Для того чтобы переломить ситуацию, надо создать специальные структуры управления ПДМ, наделив их далеко идущими полномочиями; признать за бизнесом и его ассоциациями статус главной заинтересованной стороны; обеспечить социальную поддержку ПДМ. Шестое. Ни в России, ни в ЕС не осознают, насколько они нуждаются в ПДМ. Не дают себе отчета в том, что оно отвечает их самым базовым объективным интересам. В результате со стороны руководства России, ЕС и его государств-членов и их властных структур отношение к ПДМ сугубо политизированное. Но со знаком минус. Вместо того чтобы всячески способствовать реализации идей ПДМ, о нем забывают, осуществление практических мер и переформатирование самой ПДМ всячески тормозится. Чтобы ПДМ пошло, необходимо предпринять радикальные шаги по деполитизации отношений между Россией и ЕС, вывести критически важные слагаемые ПДМ из политической сферы, добиваться того, чтобы многие вещи, от которых зависит ПДМ, делались в автоматическом режиме. Седьмое. С самого начала, несмотря на все выгоды, которые может дать ПДМ, повсюду утвердилось неверие в его состоятельность и перспективы. На самом деле потенциал ПДМ колоссален. Потому что все – Россия, ЕС и его государства-члены объективно заинтересованы в ПДМ. Потому что ПДМ – веление времени. Потому что любая мощная держава, обладающая большими конкурентными преимуществами, которая позже других вступает на путь модернизации, оказывается в заведомо более выгодном положении. Она может маневрировать ресурсами. Она ориентируется на самый передовой технологический уклад. К ее услугам опыт всех остальных. Так было, когда США и Германия только поднимались. Этим объясняется экономическое чудо Японии. Затем Южной Кореи. Сейчас этим пользуются Китай и другие быстро растущие экономики. У России есть все для того, чтобы превратить свои слабости и риски в безусловные плюсы – природные богатства, огромные территории, выгодное географическое положение между Востоком и Западом, образованное население, неудовлетворенное своим положением. Даже пресловутую «вертикаль власти» можно превратить в инструмент модернизации, если сделать выполнение модернизационной повестки ведущим критерием успешности деятельности чиновников и политиков. Только такая модернизация должна опираться на разумный баланс между догоняющим и инновационным развитием. Движение же по пути модернизации – стать национальной идеей, платформой, на которой бы произошла консолидация правящего класса, политических элит и всего общества. Пока для этого еще есть время. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России №12(61), 2011
no image
Саммит

Что решил судьбоносный саммит По меньшей мере, уже два года как европейские экономика и финансы пребывают, пользуясь лётной терминологией, в перманентной турбулентной зоне. С призрачными шансами пережить болтанку и войти в воздушное пространство сродни тихой заводи, где не будет ни...

Что решил судьбоносный саммит По меньшей мере, уже два года как европейские экономика и финансы пребывают, пользуясь лётной терминологией, в перманентной турбулентной зоне. С призрачными шансами пережить болтанку и войти в воздушное пространство сродни тихой заводи, где не будет ни встречных, ни боковых ветров, сносящих с курса и регулярно угрожающих прижать лайнер к земле. Не мудрено, что саммит ЕС 8-9 декабря изначально был задуман как переход через Рубикон: основные локомотивы интеграции, Франция и Германия, явно согласовали между собой заранее сверхзадачу – для преодоления кризисных явлений сделать решительный шаг вперед, к дальнейшей интеграции и федерализации единой Европы, а не робкий шаг назад. Ретирада означала бы (один из чаще всего проговариваемых вариантов) дробление еврозоны, выход из нее самых слабых стран типа Греции, снижение уровня координации финансовой политики внутри сообщества. Принципиальное решение, принятое, судя по всему, сперва в Париже и Берлине, сводилось к узнаваемой формуле: больше интеграции, как в пору перестройки – «Больше социализма!». Похоже, и большинство стран осознали, что, либо они провалят проект «единая Европа», либо рискнут сделать рывок, отказавшись от постепенности эволюционного развития ЕС. Страсти накануне саммита подогревались и архитекторами этой самой значительной перестройки в ЕС с момента расширения в 2004 году. «Никогда еще объединенная Европа не подходила так близко к краю пропасти, – нагнетал атмосферу французский президент Николя Саркози. – Ситуация максимально опасная… Нам нужно немедленно начать реформирование Европы». Двухдневный саммит, по его словам, – последний шанс спасти не рядовую валюту, а евро. Ему вторила бундесканцлерин Ангела Меркель: «Мы не можем сегодня себе позволить жить в роскоши». Таким образом, дуумвират, все чаще именуемый Меркози (Меркель плюс Саркози), подводил участников встречи в верхах к осознанию переломности момента, требующего отказа от национального эгоизма и просто здравомыслия. Обещанный французским президентом «форсированный марш» для спасения евро обернулся прениями и не слишком уже мучительными родами компромисса, сводившегося, по сути, к одному: союзники должны были согласиться пожертвовать еще одной, довольно внушительной порцией своего суверенитета. И они это сделали! В сухом остатке саммита – радикальные решения, означающие реальный, не по-китайски «большой скачок» к созданию Соединенных Штатов Европы, или, по крайней мере, как это окрестили скорые на выдумку энтузиасты нового формата сообщества, к появлению Евросоюза-2: – образовать бюджетный и налоговый союз в дополнение к монетарному союзу; – такой союз предполагает унификацию бюджетных и налоговых политик, приведение к тождеству программ социального обеспечения, а также… – …установление надгосударственного контроля за формированием национальных бюджетов. Попутно приговорили: для экстренней финансовой подпитки «слабым звеньям» в ЕС предоставить МВФ допсредства в размере 200 миллиардов евро, из которых три четверти обеспечат, скинувшись, страны еврозоны, а оставшуюся четвертину соберут вскладчину остальные десять стран. Полномочиями условного «экономического правительства» будет наделен саммит национальных лидеров стран еврозоны, который будет проходить не реже двух раз в год, а в принципе – по мере необходимости. Но если саммитам предписана своего рода роль, снова проведем исторические параллели, «чрезвычайных съездов», то не понятно, кто будет осуществлять ежедневное оперативное руководство? Ответ кроется в словах президента ЕС Хермана ван Ромпея, что введение «золотого правила» бюджетной дисциплины будет означать обязанность всех государств «предоставлять свои национальные бюджеты на утверждение Еврокомиссии». Справедливо сделать вывод: если контрольные функции в отношении бюджетной политики сосредотачиваются в руках Еврокомиссии, то она превращается де-факто в наднациональное правительство. Или все же в надзорный орган? Что такое «золотое правило»? Если кратко, то это обязательство каждой страны-члена ЕС поддерживать структурный дефицит бюджета в пределах 0,5% номинального ВВП. Предельно допустимый уровень дефицита – не более 3% ВВП. Если пересечь эту черту, то последуют штрафные санкции, причем неотвратимые, поскольку не придется взыскивать, а просто «удержать» депозит эквивалентный 0,1% ВВП. Когда виновник нарушения финансовой дисциплины исправит положение, деньги вернут, но без набежавших процентов. Теоретически можно избежать наказания, но потребуется снискать благосклонность квалифицированного большинства, то есть трех четвертей, что практически невыполнимая задача. После испуга от угрозы заразиться «греческой болезнью» члены сообщества вынужденно посуровели. Все вняли Меркель – не время думать о «роскоши», время затягивать пояса. Несмотря на то, что под шатающийся евро подвели мощные опорные конструкции и контрфорсы, третьи лица, то есть те страны, что не входят в Евросоюз, но подумывают о членстве, а также финансовые рынки отреагировали на новость со сдержанным оптимизмом. Появилась информация, что кредитные организации именно сейчас принимают в расчет вероятность возврата из небытия прежних валют, существовавших до пришествия евро. К примеру, Черногория, которая перевела все финансовые операции в евро, хотя формально и не вошла в еврозону, подумывает о введении национальной валюты. Более того, ряд Центробанков перестают ориентироваться на евро как на главный финансовый индекс – в их числе ЦБ Швейцарии. В Латвии просчитывают вариант «отвязывания» лата от евро. В Боснии и Герцеговине готовы к возвращению германской марки, если еврозону растащат на куски. Все это свидетельствует о том, что одними резолюциями рынки не успокоить, и что потребуется на деле продемонстрировать действенность предложенной модели тесной координации финансовой политики в ЕС. Что не девальвирует достигнутого. Констатируем: в минуту опасности, проявив инстинкт самосохранения, единоевропейцы предпочли сплотиться, а не разбегаться по национальным квартирам. К 17 странам еврозоны присоединились Польша, Латвия, Литва, Румынии и Болгария. Высшие должностные лица Швеции, Чехии и Венгрии продемонстрировали позитивное отношение к идее Евросоюза-2, но взяли тайм-аут, сославшись на необходимость получить благословение своих парламентов. И только Британия в лице ее премьера Дэвида Камерона сказала решительное «ноу». Накануне саммита лидер тори выдержал в ходе дебатов в парламенте яростные нападки оппонентов, требовавших от него «бульдожьей хватки» при отстаивании особого мнения (это выражение принадлежит Эндрю Росинделлу, одному из самых правых из правых тори). «Мы, конечно, понимаем, что то, что хорошо для европейских стран, хорошо и для нас. Но мы должны защищать интересы Великобритании в первую очередь», – определил свои исходные позиции Камерон, что означало одно: островное государство не готово поступиться суверенитетом в бюджетной и налоговой сфере, опасаясь попасть в зависимость от континентальных держав. От этой негнущейся линии Камерон не отступил. После саммита, заслужив репутацию новой реинкарнации «железной леди» Маргарет Тэтчер, британский лидер вернулся домой с этой пирровой победой (см. «Дэвид Камерон в роли «Мистера Вето»), где его ждало больше неприятностей, чем он мог себе представить. Лондон переиграл самого себя. Как следствие британского афронта коллективной воле континентальных еврофилов, в итоговом заявлении встречи в верхах было записано: главы государств, не входящих в зону евро, «могут быть приглашены для участия в этих саммитах, если обсуждающийся вопрос касается их страны». В переводе на общедоступный язык это означает: отныне меняется внутренняя конструкция Евросоюза, на передний план выходят ведущие страны, финансовые доноры и локомотивы роста, Франция и особенно Германия, остальные занимают свои места вокруг этого ядра, то есть по периферии. Остальные соглашаются, по существу, быть ведомыми, но с относительной гарантией честно распределяемого между всеми совместно нажитого благополучия. Так на наших глазах и у нас под боком возникает новая Европа: двухзональная и двухскоростная, но все-таки единая. И еще одна перемена в ЕС: отныне это 26 плюс 1, где единица – это Британия. Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
no image
Саммит

Победителем на декабрьской сессии Европейского Совета на уровне глав государств и правительств многие считают французского президента Н.Саркози, которому удалось добиться одобрения ряда основополагающих мер, закладывающих основы бюджетного и налогового союза стран-членов ЕС. В этом деле не менее заметную роль сыграла...

Победителем на декабрьской сессии Европейского Совета на уровне глав государств и правительств многие считают французского президента Н.Саркози, которому удалось добиться одобрения ряда основополагающих мер, закладывающих основы бюджетного и налогового союза стран-членов ЕС. В этом деле не менее заметную роль сыграла и канцлер Германии А.Меркель. Глава французского государства подробно изложил свое мнение о произошедшем и о перспективах Союза в интервью, которое по горячим следам он дал парижской газете «Монд». «Я хотел бы иметь возможность сказать, что риск распада ЕС полностью устранен, – заявил он. – Мы сделали все, чтобы это стало возможно. В теоретическом, идеальном мире можно было бы сделать больше, но правитель, государственный деятель вынужден действовать с учетом имеющихся реалий. Вместе с тем, эта встреча в верхах стала решающим этапом на пути европейской интеграции. Тем самым созданы условия для восстановления экономики и выхода из кризиса. Евро – центральное звено ЕС. Если евро развалится, ЕС не выдержит. Кризис доверия к евро ставит под удар устойчивость ЕС. По сути, в разгар кризиса нам пришлось исправлять недостатки евро, заложенные при его создании. Так, ничего не было предусмотрено для обеспечения конвергенции экономической политики стран зоны евро. Кроме того, некоторые страны были в нее приняты, хотя к этому они готовы не были. Результатом стала хрупкость всей системы в условиях взаимозависимости банковских и финансовых сетей. Упомянутые выше страны оказались вынужденными навязать своим народам страдания, к которым они не были готовы». Н.Саркози считает первым и наиболее важным создание общей системы экономического управления зоной евро. «Если не будет конвергенции экономик еврозоны, то она не сможет на длительную перспективу сохранять единую валюту, – говорится в интервью. – Тот факт, что ответственность за это управление теперь лежит на главах государств и правительств, представляет собой бесспорный демократический прогресс по сравнению с прежним положением, когда все организовывалось вокруг Европейского центрального банка, Европейской Комиссии и Пакта стабильности и развития». Он особо подчеркнул, что отныне роль Комиссии состоит в «надзоре за соблюдением договоров и применении санкций. Тот, кто санкционирует, не может быть тем, кто администрирует – иначе можно наложить санкции на себя». Второй, по его словам, элемент договоренности – «усиление европейской солидарности путем создания подлинного европейского валютного фонда – Европейского механизма солидарности. Этот фонд призван помогать странам-участницам еврозоны, не обладающим достаточными возможностями для финансирования своих долгов через рыночные рычаги. Он будет действовать с июля 2012 года, а не с июля 2013 года. Решения будут приниматься не единогласно, а квалифицированным большинством в 85%, что не позволит незначительному меньшинству блокировать решимость остальных идти вперед». Третьим элементом стало укрепление финансовой дисциплины странами-участницами. Санкции в отношении нарушителей не будут механическими, они будут приниматься с учетом экономических реалий. Таким образом, к марту новый договор для 26-ти стран ЕС должен быть юридически оформлен. «Надо понимать, что рождается новая Европа – Европа зоны евро, в которой ключевыми словами будут конвергенция экономик, бюджетных и налоговых правил, – сказал Н.Саркози. – В этой Европе мы будем вместе работать над реформами, которые позволят нашим странам быть более конкурентоспособными, не отказываясь от нашей социальной модели. Стабильность континента имеет именно такую цену». Президент Франции также признал, что достичь эту цель трудно, что в основе договоренностей лежит франко-германский компромисс. Отвечая на вопрос о перспективах Великобритании в ЕС, он отметил: «Канцлер и я сделали все, чтобы англичане остались в рамках этих договоренностей. Однако сейчас сложились две Европы, это очевидно. Одна стремится к большей солидарности между странами-членами, большего регулирования. Другая руководствуется только логикой единого рынка». Касаясь того, как Лондон попал в изоляцию, Н.Саркози заявил: «Постоянное возражение против вступления в зону евро не может оставаться без последствий. Можно добавить, что требования (британцев. – Авт.) в области оказания финансовых услуг неприемлемы. Кризис порожден дерегулированием финансовой сферы. Мы не можем соглашаться двигаться вспять. Европа должна идти в направлении большего регулирования». При этом в интервью отмечается, что сотрудничество с британцами успешно развивается в других сферах, например, в военной. №12(61), 2011
no image
Саммит

а Британия в качестве «отрезанного ломтя» После брюссельского супер-саммита британский премьер стал героем дня. Вернее, антигероем. Лондон категорически не согласился с рационализаторским предложением Парижа и Берлина, которые хотят ввести единый для всех стран ЕС надгосударственный учет и контроль за банковским,...

а Британия в качестве «отрезанного ломтя» После брюссельского супер-саммита британский премьер стал героем дня. Вернее, антигероем. Лондон категорически не согласился с рационализаторским предложением Парижа и Берлина, которые хотят ввести единый для всех стран ЕС надгосударственный учет и контроль за банковским, страховым и фондовым рынками. Камерон встал в позу, употребил власть – право вето, а в итоге вывел Британию из Евросоюза. Постфактум глава британский дипломатии Уильям Хейг расставил точки над i, разъяснив обструкционистскую позицию Лондона: «Некоторые страны заявили о своей готовности отказаться от доли государственного суверенитета, от возможности определять собственный бюджет, чтобы попытаться исправить положение дел в зоне евро. Соединенное Королевство не входит в еврозону и не собирается поступаться возможностью принимать независимые решения. Мы не готовы передавать ЕС полномочия, которые сейчас принадлежат британскому правительству, так что мы останемся в стороне». При этом Хейг высмеял утверждения, будто бы Евросоюз начинает напоминать «двухполосное шоссе». С некоторой долей высокомерия Хейг объявил: «Можно поспорить по поводу того, кто движется по быстрой полосе. Совершенно очевидно, что это Великобритания, а не ЕС». В любом случае, конечный результат применения последнего довода несогласных, то есть вето на решения ЕС, известен: Британия действительно «осталась в стороне», в стороне от Евросоюза, а значит и от процесса дальнейшей интеграции. Двусмысленная позиция – быть и внутри ЕС и вне его – потерпела крах, хотя у ее истоков стоял еще Уинстон Черчилль, как напомнила своим читателям «Вашингтон пост» – он первым предложил формулу «с Европой, но не в Европе» (“with Europe, but not of it”). Сегодня стало очевидно, что Дэвид Камерон пошел ва-банк и проиграл, что не подлежит сомнению, – в среднесрочном плане. Почему? Первая и главная причина кроется не в его личных убеждениях. Глава кабинета не может себе позволить быть миссионером, одержимо претворяющим в жизнь собственное видение будущего. Он есть лидер партии и при этом еще и глава коалиционного правительства. Дело в том, что лидера тори «повязали» – взяли в виртуальные заложники евроскептики с правого края его партии, угрожающие внутренним расколом. Накануне саммита, в среду 7 декабря, прошла тайная вечеря с участием активистов всех трех главных группировок евроскептиков внутри партии консерваторов: No Turning Back Group, 92 Group, а также Cornerstone Group. Одним из закоперщиков выступил член кабинета Камерона – министр по делам Северной Ирландии Оуэн Патерсон, настаивающий на том, что если реформа финансовой политики ЕС потребует ревизии Лиссабонского договора, то необходимо провести общенациональный референдум. Схожего мнения придерживается и мэр Лондона Борис Джонсон. Патерсон потребовал от Камерона вернуться с брюссельского саммита не с пустыми руками, а с конкретными результатами («clear gains»). Ясно, что когда Камерон был на саммите, Патерсон со товарищи дышали ему в затылок. Вторая причина камероновской обструкции заключена в том, что плата за солидарность, которую представляют собой новые фискальные меры ЕС, неизбежно обернется прямым уроном – ведь треть британского ВВП создается в ходе операций на финансовом рынке в лондонском Сити. Потому-то Камерон и отказался поступиться суверенитетом в этом плане и потребовал для себя «изъятия» из общего правила, чтобы обезопасить Лондон как мировой финансовый центр, где деньги делают деньги, а комиссионные в виде налогов поступают в государственную казну (см. «Меркель наступила Камерону на больную мозоль»). Наконец, третья причина, почему Камерон примерил на себя роль «Мистера Вето» – как политик, он не может не быть популистом. Последние опросы населения показывают: если в ходе плебисцита задать вопрос: «Хотите выйти из состава Евросоюза?», то 40% предпочли бы остаться, а 49% верноподданных высказались бы за цивилизованный развод. В числе анти-европейских фундаменталистов – популярный в прошлом ведущий разговорных передач (ток-шоу), а ныне якобы независимый колумнист Ричард Литлджон, который в ноябре поведал своим читателям-почитателям, что доминирование Германии в Европе превращает союз в «Четвертый рейх». Знакомые мотивы, уже неоднократно звучавшие. Ответ не замедлил себя ждать: германская газета «Бильд» задалась не менее провокационным вопросом: «А что Англия еще делает в ЕС?» На предрассветной пресс-конференции по итогам саммита Дэвид Камерон постарался выглядеть не воинственным раскольником, а разумным охранителем, заботящимся едино только о британских интересах. Камерон звучал подчеркнуто примирительно: «Я пожелал им успеха, ведь мы все хотим, чтобы каждый решил свои проблемы, потому что мы все нуждаемся в (экономическом) росте». Но вето, которым он оградил Лондон от командно-административного управления из Брюсселя, звучало громче. В воскресенье, 11 декабря, Дэвид Камерон объяснялся с депутатами палаты общин от всех партий, пытаясь, нечего скрывать, оправдаться. Премьер говорил о примененном им вето – «это было нелегкое решение, но это было правильное решение», что он отчаянно хотел добиться согласия, что его требования были «умеренными, разумными и по существу». Однако по ходу дела выяснилось, пишет британская «Гардиан», что посол Ким Даррок при ЕС был поставлен в известность о выработанной позиции лишь за 48 часов, а потому не имел возможности «создать необходимые дипломатические альянсы». Никаких «ролевых игр» не проводилось, не было «плана Б»» на случай, если все пойдет наперекосяк. Впрочем, никто и не мог себе представить, что Британия окажется в гордом одиночестве. Как следствие, во время бурных дебатов, где Камерон отчитывался о проделанной в Брюсселе работе, либеральные демократы обвинили премьера в том, что тот отправился на саммит «не имея достоверных сведений, не имея друзей и не имея гибкой позиции». Лидер либдемов Ник Клегг, патентованный еврофил, дважды встречался после поездки с Камероном и выразил ему свое решительное неприятие такого провального итога саммита. Клегг снова обозначил свою особую позицию: он и раньше говорил о том, что «изоляция в Европе, когда мы одни против 26 (стран), плохо обернется для занятости, для экономического роста, для (сохранения) миллионов рабочих мест. Мы для того и строили мосты, чтобы быть уверенными: голос Британии будет слышен громко и четко в Европе». Теперь голос зазвучит как дальнее эхо. Несмотря на скандально позорный итог демонстрации Д.Камероном в Брюсселе «бульдожьей хватки», лидер тори может быть доволен. Во-первых, устранена угроза бунта евроскептиков в рядах его партии. Во-вторых, многим понравилось, что Камерон сыграл роль Маргарет Тэтчер и превратился в «Мистера Вето», доказав, что он сильный лидер, способный переть на рожон. В-третьих, ослабло давление на него с целью проведения референдума по членству в ЕС, что дает временное пространство для маневра. Правда, в этих маленьких викториях кроется и поражение. Верно, как мне кажется, прокомментировал баланс плюсов и минусов бывший лидер либеральных демократов Пэдди Эшдаун: Камерон «показал себя лидером консервативной партии, но никак не премьер-министром Британии». …В достопамятные 1960-е годы британской эгоцентризм был увековечен во фразе ведущего прогноз погоды, сказанной на хорошем английском языке: густой туман над Английским проливом (читайте – Ла-Манш, это для остальной Европы) «вновь отрезал континент от Англии». После супер-саммита Евросоюза (см. «Знакомьтесь, Европа, двухзональная и двухскоростная») ситуация поменялась с точностью до наоборот. Добрая, старая Англия, или то, что от нее осталось, оказалась волевым решением 26 стран-членов ЕС «отрезана» от континентальной Европы. Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
no image
Саммит

В Дублине рассматривают отказ Лондона присоединиться к договоренностям двадцати шести стран ЕС о реформировании основополагающих документов Союза как трагедию. Эту инициативу участников зоны евро поддержали 9 декабря в Брюсселе на встрече глав государств и правительств «двадцати семи» все страны, кроме британцев. У Ирландии,...

В Дублине рассматривают отказ Лондона присоединиться к договоренностям двадцати шести стран ЕС о реформировании основополагающих документов Союза как трагедию. Эту инициативу участников зоны евро поддержали 9 декабря в Брюсселе на встрече глав государств и правительств «двадцати семи» все страны, кроме британцев. У Ирландии, которая входит в зону евро, есть три причины для беспокойства относительно британского подхода. Во-первых, британский рынок крайне важен для ирландцев, к тому же Великобритания – единственная страна, с которой у островной Ирландии есть общая сухопутная граница. Во-вторых, Ирландия относится к числу небольших участников ЕС, поэтому она предпочла бы механизм сотрудничества, основанный на единогласных решениях в рамках действующей всеобъемлющей договорной системы, чем на документе межправительственного уровня, в рамках которого объективные преимущества будут иметь более крупные государства. В-третьих, некоторые ожидают дальнейшего обострения отношений Брюсселя с Лондоном, что может вызвать необратимые процессы в ЕС, которые негативным образом скажутся на ближайшем соседе Великобритании – Ирландии. Ирландский вице-премьер и министр иностранных дел Имон Гилмор полагает разумным начать обсуждение с британцами двусторонних вопросов, сделав упор на «совместное видение многих проблем внутри ЕС». «Это – наш ближайший сосед, – напомнил он. – У нас очень тесные связи с Великобританией, общая граница. Объем торговли очень велик. Мы помним, что в прошлом году, когда Ирландия столкнулась с финансовыми трудностями, Великобритания сама пришла на помощь, предоставив кредит на двусторонней основе. У нас общие позиции, общий взгляд по многим вопросам, связанным с ЕС». Правительство Ирландии полагает, что до марта 2012 года, когда должны быть окончательно оформлены и утверждены решения глав государств и правительств двадцати шести из двадцати семи стран Союза, есть время для нахождения точек соприкосновения с Лондоном. Светлана ФИРСОВА №12(61), 2011
Финансы & банки
no image
Энергетика

19 октября 2011 г. Европейская Комиссия («Комиссия») опубликовала так называемый «Инфраструктурный пакет», включающий проекты следующих нормативно-правовых актов: 1) Регламент «Руководящие указания о трансъевропейской энергетической инфраструктуре»*2, определяющий критерии и порядок отбора проектов «общего интереса», т.е. проектов, особенно значимых для Евросоюза; 2) Регламент «Средство соединения Европы»*3...

19 октября 2011 г. Европейская Комиссия («Комиссия») опубликовала так называемый «Инфраструктурный пакет», включающий проекты следующих нормативно-правовых актов: 1) Регламент «Руководящие указания о трансъевропейской энергетической инфраструктуре»*2, определяющий критерии и порядок отбора проектов «общего интереса», т.е. проектов, особенно значимых для Евросоюза; 2) Регламент «Средство соединения Европы»*3 (дополненный условиями реализации пробной фазы: «Инициатива проектные облигации, Европа 2020»*4), устанавливающий условия финансирования проектов «общего интереса». Это произошло почти год спустя после выхода в свет Сообщения Комиссии COM (2010) 677/4 «Приоритеты энергетической политики до 2020 года и на дальнейший период. План интегрированной европейской энергетической сети» от 17.11.2010 г*5. В этом Сообщении содержалось обещание Комиссии разработать в течение 2011 года так называемый Инструмент энергетической безопасности и инфраструктуры, которым, по видимому, и стал Инфраструктурный пакет. Инфраструктурный пакет уже передан Комиссией на рассмотрение Совета ЕС и Европейского парламента, которые, как предполагается, одобрят его в течение 2012 года, с тем, чтобы он начал применяться с 1 января 2013 года (а в части правил финансирования – с начала 2014 года).Инфраструктурный пакет призван заменить собой действующие с 2006 года правила трансъевропейских энергетических сетей и стать новой правовой основой строительства ключевой энергетической инфраструктуры ЕС. Проекты «общего интереса»: критерии отбора Для того, чтобы энергетический проект получил статус «общего интереса», он должен в совокупности удовлетворять следующие основные условия: Входить в один из 12 приоритетных инфраструктурных коридоров (4 в электроэнергетике, 4 в газовой отрасли, 1 в нефтяной и 3 в области «умных сетей»)*6. Во внешней сфере приоритетными являются коридоры, позволяющие импортироватьвозобновляемую электроэнергию из стран Средиземноморья и (ii) газ из стран Каспийского бассейна (так называемый «Южный коридор»). Во внутренней сфере к приоритетным отнесены коридоры, позволяющие: (i) устранить изолированность энергетических рынков Прибалтики («План соединения балтийских энергетических рынков»); (ii) перемещать энергию внутри ЕС с севера на юг; (iii) доставлять электроэнергию, вырабатываемую ветряными станциями на Северном и Балтийском морях, в центр Европы; (iv) доставлять нефть в район Центральной и Восточной Европы. Быть целесообразным с экономической, социальной и экологической точки зрения. Пересекать границы, по меньшей мере, двух государств-членов ЕС или в случае расположения на территории одного государства-члена ЕС, иметь существенное трансграничное воздействие. Проекты «общего интереса»: порядок предоставления статуса Статус «общего интереса» предоставляется по ходатайству инвестора проекта, которое рассматривается последовательно на каждом из следующих трех уровней: Национальном: в каждом государстве-члене ЕС, где реализуется проект. Региональном: специальной Региональной группой, которая будет создана Комиссией для каждого приоритетного инфраструктурного коридора из представителей государств-членов, национальных энергетических регуляторов, операторов транспортных сетей, и Комиссии. Региональная группа сформирует список проектов «общего интереса» на основе поступивших ходатайств. Общеевропейском: разработанный Региональной группой список будет одобряться сначала Агентством сотрудничества энергетических регуляторов (ACER), затем Комиссией, за которой остается «последнее слово». Первый список проектов «общего интереса» должен быть одобрен Комиссией до 31 июля 2013 года, затем он будет обновляться каждые два года. Предположительно, первый список будет включать около 50 газовых и 100 электроэнергетических проектов «общего интереса».Таким образом, в отличие от действующей программы трансъевропейских энергетических сетей, которая фиксирует более 300 конкретных проектов с разной степенью приоритетности («общего интереса», «приоритетные», «Европейского интереса»), Инфраструктурный пакет предлагает более гибкий и адресный подход. Проектов «общего интереса» станет меньше, их списки смогут регулярно «обновляться» (в том числе, за счет включения новых проектов), а поддержка не будет «распыляться» на чрезмерное количество проектов, что сделает ее более концентрированной и эффективной.   Проекты «общего интереса»: формы поддержки Проекты «общего интереса» вправе претендовать на регулятивную и финансовую поддержку.Регулятивная поддержка будет осуществляться в форме ускорения, упрощения и унификации разрешительных процедур, включая следующие ключевые меры: Назначение каждым государством-членом ЕС уполномоченного органа – службы «одного окна», через которое проекты «общего интереса» будут «пакетом» получать разрешительную документацию в соответствии со специальным графиком. Для содействия инвесторам служба «одного окна» выпустит справочник, подробно описывающий порядок прохождения разрешительных процедур. Предлагается две схемы, по которой будет работать служба «одного окна»: интегрированная и координационная. По интегрированной схеме служба «одного окна» выдает единственное решение (позитивное или негативное) по результатам разрешительных процедур, по координационной схеме – она выдает «зонтичное» решение, объединяющее под собой решения других уполномоченных органов власти. При этом по второй схеме другие уполномоченные органы играют подчиненную роль по отношению к службе «одного окна», поскольку она вправе не только координировать их действия, но и отменять при определенных условиях их решения. Установление предельного трехлетнего срока для прохождения разрешительных процедур проектами «общего интереса». Сами разрешительные процедуры разделяются на две фазы:до формальной подачи заявки на получение разрешительной документации и (ii) после формальной подачи заявки. Фаза, предшествующая подаче заявки, составляет максимум два года, а стадия рассмотрения заявки не должна превышать один год. В ходе первой фазы инвестор согласовывает со службой «одного окна» график прохождения разрешительных процедур и исчерпывающий перечень информации, подлежащей включению в заявку. В ходе второй фазы происходит фактическое рассмотрение заявки. Эта мера позволит существенно снизить наиболее болезненный для инфраструктурных проектов барьер – бюрократические проволочки, из-за которых зачастую реализация проектов затягивается на срок до 10 лет с начала планирования до пуска в эксплуатацию. Наделение проектов «общего интереса» преимущественным статусом в рамках национальных (разрабатываемых на уровне государств-членов ЕС) десятилетних планов сетевого развития. Важность этой меры подчеркивается тем, что национальные планы (в отличие от общеевропейского) являются юридически обязательными. Синхронизация в государствах-членах ЕС процедур оценки воздействия проектов «общего интереса» на окружающую среду. Назначение Комиссией Европейского координатора для оказания регулятивного содействия тем проектам «общего интереса», реализация которых сталкивается с затруднениями. Предельный срок полномочий координатора составляет один год (с возможностью последующего двукратного продления), а его функции детально определяются в решении о назначении. Не менее важной, чем регулятивная, является финансовая поддержка проектов «общего интереса». По подсчетам Комиссии, на развитие энергетических сетей в ЕС до 2020 года потребуется около 200 миллиардов евро, и существует риск, что примерно половина этой суммы не сможет быть привлечена с рынка*7. Две меры позволяют стимулировать привлечение частного финансирования в проекты «общего интереса»: освобождение от требования регулирования тарифов (что позволит инвесторам самостоятельно устанавливать тариф за прокачку энергии по вновь созданной инфраструктуре), либо включение в регулируемый тариф повышенной нормы прибыли. Если же эти меры не сработают, в действие вступит финансовая поддержка из фондов ЕС. Проект Регламента «Средство соединения Европы» предусматривает выделение 9,1 млрд евро на финансирование энергетических проектов «общего интереса» в период 2014-2020 гг. (из общего 40-миллиардного бюджета, который в указанный промежуток времени планируется потратить на инфраструктуру ЕС в целом, включая транспорт и телекоммуникации)*8. Это в десятки раз больше, чем бюджет действующей программы трансъевропейских энергетических сетей (155 миллионов евро на 2007-2013 гг.). ЕС сможет предоставить гранты в размере до 50% (в исключительных случаях – до 80%) от стоимости подготовительных работ проектов «общего интереса» (в т.ч. ТЭО). При определенных условиях гранты смогут быть предоставлены и на само строительство проекта. Это допускается, когда реализация проекта «буксует», либо когда проект является важным для обеспечения надежности поставок, солидарности и инновационного развития, но при этом лишен экономической целесообразности*9. Помимо грантов от Евросоюза проекты «общего интереса» вправе претендовать на финансирование при помощи инновационного инструмента – «проектных облигаций», которые позволят привлекать долгосрочное финансирование от частных лиц под гарантии ЕС. Европейский инвестиционный банк предоставит частичное покрытие риска неплатежей по данным облигациям, что призвано разогреть интерес рынка к этому инструменту и стимулировать приток частных капиталовложений.Пробная фаза проекта «Инициатива проектные облигации» должна быть осуществлена уже в 2012-2013 гг. за счет выделения из бюджета ЕС 230 млн евро в качестве гарантий по проектным облигациям, выпущенным по 5-10 проектам. Каковы перспективы Инфраструктурного пакета? В Евросоюзе отношение к Инфраструктурному пакету, первое обсуждение которого на Совете ЕС состоялось 24 ноября 2011 года, далеко не однозначное. «Зеленые» критикуют его за то, что он сфокусирован на проектах доставки традиционных энергоносителей и недостаточно внимания уделяет сетям, предназначенным для транспортировки «возобновляемой энергии». Отдельные государства-члены недовольны предложениями об ограничении их суверенных прав в весьма чувствительной сфере выдачи разрешений на строительство сетей. Почву для дискуссий дает также предлагаемая Комиссией методика определения проектов «общего интереса», запрашиваемый объем их финансирования, наличие противоречий в определении возможностей поддержки экономически нецелесообразных проектов во имя политических целей. С точки зрения российско-европейских отношений, Инфраструктурный пакет вызывает интерес, прежде всего, тем, что он нацелен на диверсификацию источников импорта газа за счет приоретизации «Южного коридора». В правовом отношении здесь возникают непростые вопросы о соблюдении принятых в международной торговле принципов недискриминации, требующих применения одинакового правового режима к конкурирующим проектам и конкурирующим товарам. Показателен в этой связи возросший интерес России к оценке возможностей использования в будущем норм ВТО для обеспечения своих интересов в международных энергетических отношениях*10.Уже сейчас очевидно, что обсуждение Инфраструктурного пакета обещает быть непростым и весьма вероятно, что он будет скорректирован Советом ЕС и Европейским парламентом перед тем как превратиться в набор юридически обязательных предписаний. © Иван ГУДКОВ, к.ю.н., старший преподаватель кафедры правового регулирования ТЭК МИЭП МГИМО (У) МИД России *1 Настоящая статья отражает личную точку зрения автора и не является официальной позицией какого-либо учреждения или организации. *2 Proposal for a Regulation of the European Parliament and of the Council “On Guidelines for Trans-European Energy Infrastructure and Repealing Decision No 1364/2006/EC”. Brussels, 19.10.2011 COM (2011) 658 final. *3 Proposal for a Regulation of the European Parliament and of the Council establishing the Connecting Europe Facility. Brussels, 19.10.2011 COM (2011) 665 final. *4 A Pilot for the Europe 2020 Project Bond Initiative. Brussels, 19.10.2011 COM (2011) 660 final. *5 См. подробный анализ данного сообщения Гудков И.В. Новая энергетическая стратегия и Инфраструктурный пакет Европейского Союза. Интернет-журнал «Вся Европа». 2011. №3 (53). *6 Annex 1 to Proposal for a Regulation of the European Parliament and of the Council “On Guidelines for Trans-European Energy Infrastructure and Repealing Decision No 1364/2006/EC”. *7 Recitals 11, 12 of Proposal for a Regulation of the European Parliament and of the Council “On Guidelines for Trans-European Energy Infrastructure and Repealing Decision No 1364/2006/EC”. *8 Нефтяные проекты «общего интереса» не вправе претендовать на финансовую поддержку. *9 Article 15 of Proposal for a Regulation of the European Parliament and of the Council “On Guidelines for Trans-European Energy Infrastructure and Repealing Decision No 1364/2006/EC”. *10 Moscow Might Link Pipeline Control in EU to WTO, Reuters, 16.11.2011. №12(61), 2011
no image
Транспорт

На одной из самых востребованных линий парижского метрополитена – Дефанс – Шато-де-Венсен – начали курсировать поезда без машинистов. Поначалу это производило жутковатое впечатление на пассажиров подземки, но они быстро привыкли и стали полностью доверять автоматике. Впрочем, на 14-й линии парижского...

На одной из самых востребованных линий парижского метрополитена – Дефанс – Шато-де-Венсен – начали курсировать поезда без машинистов. Поначалу это производило жутковатое впечатление на пассажиров подземки, но они быстро привыкли и стали полностью доверять автоматике. Впрочем, на 14-й линии парижского метро поезда курсируют в автоматическом режиме с 1998 года, что стало первым подобным опытом в мире. Но это – скорее длительный успешный эксперимент. А вот перевод линии номер 1, перевозящей каждые сутки более 700 тысяч пассажиров, на режим дистанционного управления движением составов, это, безусловно, более значительное достижение. Главная цель подобной автоматизации – улучшение обслуживания и исключение ошибок, свойственных, к сожалению, даже самым опытным и высокопрофессиональным машинистам. Отметим, что с момента автоматизации на 14-й линии не зарегистрировано ни одной аварии. Не менее важно и то, что компьютеры, в отличие от работников транспорта, не способны бастовать. Дальнейшей замене людей умными устройствами противятся только французские профсоюзы. №12(61), 2011
no image
Транспорт

У каждого, кому приходится много летать, безусловно, есть свои любимые и ненавистные аэропорты. Иногда это бывает трудно объяснить, но вот не лежит к нему душа – и все. А другой, вроде бы, ничем особенным и не примечателен, да только комфортно...

У каждого, кому приходится много летать, безусловно, есть свои любимые и ненавистные аэропорты. Иногда это бывает трудно объяснить, но вот не лежит к нему душа – и все. А другой, вроде бы, ничем особенным и не примечателен, да только комфортно там ну прямо как дома на диване. Однако то, что нравится вам, совсем не обязательно нравится всем остальным. Поэтому берлинская «Вельт» решила провести опрос на тему о том, какой аэропорт самый лучший. Надо заметить, что немцы, известные своей любовью к путешествиям, вполне могут считаться достаточно репрезентативной аудиторией. Давайте посмотрим, что же из этого получилось. (Да, специально для людей со скверным характером: самые плохие аэропорты мы тоже упомянем, но попозже. Итак – «топ-10» лучших воздушных гаваней мира. Замыкает десятку оклендский аэропорт (Новая Зеландия). Понятно, что в регионе у него конкурентов попросту нет и быть не может, но тем ценнее то, что его хозяева дают себе труд поддерживать высокий уровень обслуживания. Ну, точь-в-точь как новозеландская национальная сборная по регби – страна крошечная, а команда – позавидовать. Особенно подкупили немецких туристов даже не магазины престижных товаров – этого добра всюду досыта – а предупредительность персонала, не считавшего за труд лично проводить в нужное место тех, кто спросил у них совета «как пройти …». Девятым финишировал аэропорт Карраско в уругвайском Монтевидео. Опрошенные считают его одним из немногих приятных исключений среди всех воздушных гаваней американского континента. Мнение таково: он замечательно красив, безупречно чист и весьма эффективен. Особенно подкупают отменно работающие службы регистрации пассажиров и безопасности. На восьмом месте канадский аэропорт «Викториа интернэшнл», который, несмотря на свой региональный статус, славится отличной организацией работы и дружелюбным персоналом. Может, на его репутацию накладывает отпечаток то, что он расположен на живописном острове Ванкувер в 20 минутах езды от центра Виктории? Или то, что там есть удобная стыковка с Сиэтлом и Сан-Франциско? Так или иначе, но миллион пассажиров в год для терминала с девятью стойками и тремя транспортерными лентами для багажа – результат более чем достойный. Седьмым оказался цюрихский аэропорт. Здесь, видимо, сказалось то, что во всей Европе трудно отыскать такую точку, которая была бы так же удачно соединена с другими городами железнодорожным сообщением. К недостаткам относят чудовищно высокие цены на сэндвичи, Ну, так кто же из нас без греха? На шестом месте флоридская Тампа. Понятно, что как пересадочный узел она не может идти в сравнение с Лос-Анджелесом, Майами, Атлантой, Чикаго или Далласом. Но от тех, кому приходится летать через Тампу, она регулярно получает самые высокие оценки за свою работу. Даже странно, что ни одна из ведущих авиакомпаний США до сих пор не сделала эту гавань своим хабом (узлом). Замыкает первую пятерку аргентинский аэропорт Ушуайя-Мальвинас, находящийся на Огненной земле. В этом небольшом «самом южном городе мира», между прочим, обслуживают даже гигантские «Боинги-747». Привлекает и здание, похожее на шале, обитое изнутри деревом. Любители отдают должное бесперебойной работе бара. Те, кто добирается в Патагонию, Антарктику или на Фолкленды этого места не минуют. На четвертом месте – Мюнхен, вторая (после Франкфурта-на-Майне) база германской авиакомпании «Люфтганза». За довольно короткое время он превратился из регионального во вполне международный аэропорт. Правда, многие полагают, что он работает на пределе возможностей, равно как и другие увенчанные лаврами и призами воздушные гавани вроде Амстердама (удобные кожаные диваны, но очереди – просто жуть!) или Копенгагена (это вообще что такое, аэропорт или мега-молл с сауной?). Тройку призеров замыкает сеульский Инчон. Ему всего два года, но его полные света и воздуха залы, футуристические терминалы и сосново-цветочные сады снискали ему огромную популярность. Равно как бесплатные душевые, удобные спальни, круглосуточные СПА, интернет-холлы и катки. На втором месте – сингапурский Чанги. Что и говорить – с роскошными садами, полными экзотических бабочек, бассейнами, джакузи, массажными салонами, бар-террасами и бесплатными кинотеатрами и бесплатными же беспроводными локальными сетями (WLAN) соперничать непросто. По общему мнению, именно так и должен выглядеть аэропорт премиум-класса. Разумеется, о чистоте, уровне обслуживания и комфорте беспокоиться не приходится. А в разделе «поспать в аэропорту» Чанги уже 15 лет без перерыва удостаивается «Золотой подушки». Чемпион – «Гонконг интернэшнл» входит в клуб «пятидесятимиллионников», а таких аэропортов в мире всего десять, и ни один из них не может обойти Гонконг. Прикиньте: чего стоит оформить 900 рейсов в сутки и при этом сделать все, чтобы ни один из пассажиров не испытал чувства недовольства? Ну, вот то-то и оно! А ведь еще есть возможность поиграть в гольф, посетить изысканные рестораны, побывать в 4D-кинотеатрах и… Продолжать можно долго. Заранее зарегистрироваться на рейс предлагают в разных местах города, откуда в аэропорт вас доставит поезд-экспресс. Заметим, полностью автоматизированный, то бишь – без машиниста. Поездка до центра занимает 24 минуты. Что тут можно сказать? Разве что вздохнуть – живут же люди! Андрей ГОРЮХИН Десятка худших А теперь, как и было обещано, поговорим об отстающих. Стартует их невеселый перечень с бразильского аэропорта «Гуарульос интернэшнл», что в Сан-Паулу. Забавно, но в Южной Америке он замыкает тройку лучших в рейтинге «Уорлд эйрпорт эуордз». Немецкие путешественники с этим вовсе не согласны. Во-первых, гигантские очереди, во-вторых, постоянные и необъяснимые смены гейтов – все это способно вызвать бешенство. Во всяком случае – у небразильцев. В срок вылетает только 41% рейсов, прибывает хотя и больше, но все же только 59%. Понятно, что пропустить 30 миллионов пассажиров в год – задача непростая, но с её решением в Сан-Паулу справляются явно неудовлетворительно. На девятом месте австралийский аэропорт в Перте. Двухчасовые очереди на такси во внутренних терминалах, не меньшие хвосты к стойкам для регистрации и скромно оборудованные холлы – достаточная причина для неприязни. В расположенном в пяти километрах международном терминале дела обстоят не лучше. Следующий – восьмой – аэропорт «Трибхуван интернэшнл» в непальском Катманду. Неудовольствие здесь вызывает многое – непредвиденные задержки «по погодным условиям», плохо убранные туалеты, нехватка табло с информацией о вылетах и, конечно, общий хаос. Кое-кого раздражает, что на вылете пассажиров несколько раз тщательно ощупают и будут долго мучить странными вопросами. Тому, кто решил воспользоваться электронной регистрацией, понадобится нешуточный дар убеждения, чтобы все же добиться возможности подняться на борт лайнера. Вот и добрались до нью-йоркского аэропорта Джей-Эф-Кей, то бишь, Джона Фицджералда Кеннеди. Его допотопные холлы, построенные полвека назад, настолько надоели миллионам путешественников, что в последнее время они все чаше переключаются на гавань в Ньюарке – как говорится, похоже, да не одно и то же. Утверждают, что там, по крайней мере, не такой безразличный наземный персонал и поменьше людей, изображающих из себя таксистов. Зато нью-йоркцы, по крайней мере, могут утешать себя тем, что их аэропорт все же лучше хотя бы найробийской гавани имени Джомо Кениаты. Опрошенные считают, что для африканского аэровокзала он, может быть, и неплох, но среди международных аналогов выглядит непрезентабельно, даже при том, что с 2005 года на его перестройку и модернизацию было потрачено около 100 миллионов долларов. Тем не менее, это не помогло избавиться ни от толчеи в залах, ни от длиннющих очередей, ни даже от банального недостатка мест, где можно хотя бы присесть. Кроме того, периодически отключается электричество, что тоже не способствует нормальной работе. При всех этих прелестях рестораны в этом аэропорту дороговаты даже для немцев. На пятом месте международный аэропорт «Ниной Акино», что в филиппинской Маниле. Он, как утверждается, остался в 70-х годах прошлого века, когда и был построен, но не сумел сохранить присущего той эпохе шарма. Более того, «Ниной Акино» удостоился звания «худшего в мире» с точки зрения возможностей переночевать в нем. Дополнительный удар по его имиджу нанесла обвалившаяся крыша терминала 1. Стоит добавить сюда широко распространенное воровство из багажа, грязнущие сортиры и поломанные лифты. После этого «творческий» подход к установлению цен кажется не самым большим злом. Еще хуже дело обстоит, по мнению опрошенных, в аэропорту «Тонконтин интернасиональ». Это, если кто запамятовал, в Тегусигальпе, столице Гондураса. Тут все сильно запущено: и грязь хуже некуда, и персонал хамоват сверх меры, и очереди до самого горизонта. Но все это пустяки по сравнению с теми мыслями, которые посещают пассажиров машины вроде «Боинга-747» при взгляде на взлетно-посадочную полосу: интересно, успеем мы остановиться раньше, чем она кончится? Кстати, её недавно продлили на 300 метров. Дальше просто некуда: аэропорт расположен на высоте под 1000 метров, на дне чаши, стенки которой представляют собой горы. У пилотов он считается вторым в мире с точки зрения опасности – после аэропорта «Тенцинг-Хиллари» в Гималаях. На третьем месте – извольте убедиться! – лондонский «Хитроу». Кое-кто уверяет, что быстрее долететь от Лондона до Мадрида, чем выбраться из здания этого аэровокзала. Главный британский аэропорт просто не в состоянии обслужить всех тех, кому приходится там приземляться и оттуда взлетать. Планы строительства 6-го терминала пока воспринимаются бывалыми путешественниками скорее как угроза, чем как облегчение. Об автомобильных стоянках даже мечтать не приходится, транспортеры для багажа больше простаивают, чем работают, очереди завиваются в три кольца, а нескончаемые объявления «Last call for flight …» способны вывести из равновесия даже самого сдержанного человека. А пробежки от гейта к гейту – зачастую по длинным лестницам – требуют хорошей физической подготовки. Второй среди худших – международный аэропорт Лос-Анджелеса, тот самый, где, как поется в старой доброй песне, «big Jet Engins roar». Для большинства путешествующих остается загадкой то, как ему удается переварить 1700 взлетов и посадок в сутки, хотя по размерам здание "LAX" составляет одну пятую того, что есть у даласского «Форт Уорта». Здание, по форме напоминающее пончик, порой называют «восемью терминалами, объединенными нескончаемой транспортной пробкой». Пересадка в этом порту сильно напоминает тест на выживание – не каждое сердце выдержит такой напор выхлопных газов. Ну и, наконец, надо бы хуже, да некуда – парижский «Шарль де Голль». Можно ли себе вообразить, чтобы в аэропорту, с которого часто начинается визит в «столицу мира», путешествующие дамы сетовали на нехватку унитазов, не говоря уже о грязных раковинах и прочих санитарно-технических устройствах? А поломанные билетные сканнеры? А непродуманные указатели? А нехватка мониторов с информацией о вылете? И это, между прочим, Париж, а не Бужумбура. Но именно в "CDG" с его круговой структурой и туннельными соединениями запутавшимся пассажирам приходится подолгу стоять не в той очереди, персонал необщителен и неприветлив, если не сказать нагловат. Впрочем, подчеркнем, что это мнение немецких путешественников, а вот насколько оно далеко от истины или близко к ней – судите сами. №12(61), 2011
no image
Энергетика

7 сентября 2011 года Европейская Комиссия (далее: «Комиссия») опубликовала сообщение о надежности энергетических поставок и международном сотрудничестве (далее: «Сообщение»)*2. Данный юридически необязательный документ отражает точку зрения Комиссии на то, как следует выстраивать внешние энергетические отношения с третьими (не входящими в...

7 сентября 2011 года Европейская Комиссия (далее: «Комиссия») опубликовала сообщение о надежности энергетических поставок и международном сотрудничестве (далее: «Сообщение»)*2. Данный юридически необязательный документ отражает точку зрения Комиссии на то, как следует выстраивать внешние энергетические отношения с третьими (не входящими в ЕС) странами, включая Россию. Сообщение определяет следующие основные приоритеты во внешней энергетической политике ЕС: • Строительство внешнего измерения внутреннего энергетического рынка. • Усиление партнерств, направленных на безопасную, устойчивую и конкурентную энергетику. • Улучшение доступа к возобновляемой энергетике для развивающихся стран. • Продвижение европейской энергетической политики за границами ЕС. По каждому из этих направлений в сообщении предложен соответствующий план действий (насчитывающий в совокупности 43 действия). Наиболее громкие из предложенных в Сообщении инициатив: повышение прозрачности двусторонних энергетических отношений государств-членов ЕС с третьими странами и наделение ЕС правом самостоятельного заключения международных энергетических соглашений. Реализация этих инициатив, по мнению Комиссии, позволит Европе стать более сплоченной, научит ее говорить «единым голосом» на международной энергетической арене и лишит могущественных внешних поставщиков энергии возможности действовать по принципу «разделяй и властвуй» в ущерб общеевропейским интересам.   1.1. Повышение прозрачности энергетических отношений государств-членов ЕС с третьими странами К Сообщению прилагается проект решения о механизме обмена информацией, касающейся межправительственных энергетических соглашений государств-членов ЕС с третьими странами (далее: «двусторонние соглашения»)*3. Форма решения (а не директивы или регламента) выбрана для того, чтобы, с одной стороны, наделить указанный акт прямым действием (в отличие от директивы), и, с другой стороны, сделать его обязательным только для государств-членов ЕС (но не для частных лиц, как в случае с регламентом). Механизм предполагается задействовать с 1 января 2012 года. Он позволит Комиссии получить доступ к значительному количеству двусторонних соглашений, которые ранее были для нее закрыты. По приблизительной оценке, на сегодня в ЕС больше всего двусторонних соглашений действует в газовой отрасли (около 90), на втором месте нефтяной сектор (около 30), а в сфере электроэнергетики количество двусторонних соглашений сведено к минимуму. Следует сделать оговорку: практика раскрытия двусторонних соглашений не нова. С 2010 года она применяется в газовой отрасли на основании Регламента ЕС о надежности газовых поставок*4. Однако новая инициатива Комиссии не ограничивается намерением распространить опробованную в газовой отрасли практику раскрытия информации на другие сегменты ТЭК. Предложенный Комиссией механизм обмена информацией содержит существенные инновации и дополнения, некоторые из которых по своему содержанию выходят за рамки отношений информационного обмена и вторгаются в гораздо более важную сферу: распределение компетенций между ЕС и государствами-членами. Основные элементы механизма рассмотрены ниже: • Установлены качественные характеристики двусторонних соглашений, подлежащих раскрытию. Раскрытию подлежат те двусторонние соглашения, которые могут иметь воздействие на (i) внутренний энергетический рынок ЕС или (ii) надежность энергетических поставок в ЕС. В любом случае должны быть раскрыты все двусторонние соглашения, которые касаются сетевых поставок газа, нефти или электроэнергии, а также те, которые оказывают воздействие на объем энергии, импортируемой в ЕС из третьих стран. Таким образом, под требование обязательного раскрытия подпадает весьма широкий круг двусторонних соглашений. При этом наряду с двусторонними соглашениями должны раскрываться все приложения к ним. • Раскрытию подлежат как существующие (уже заключенные), так и новые (планируемые к заключению) двусторонние соглашения. Государство-член ЕС перед тем, как вступить в переговоры с третьей страной по изменению действующего или заключению нового двустороннего соглашения, должно проинформировать об этом Комиссию и на регулярной основе предоставлять ей все материалы по ходу переговоров. • Хотя по общему правилу требование раскрытия не распространяется на коммерческие контракты между частными субъектами, из этого правила сделано исключение: должны раскрываться те коммерческие контракты, которые прямо поименованы в двусторонних соглашениях. Поскольку часто коммерческие контракты о поставке и транспортировке энергии заключаются под «зонтиком» межправительственных соглашений, значительное количество коммерческих контрактов, содержащих чувствительную информацию, должно будет раскрываться. • Раскрытие информации осуществляется в адрес Комиссии и всех государств-членов ЕС. Комиссия будет действовать в качестве единого пункта сбора информации и ее последующего распределения в электронной форме среди 27 государств-членов ЕС. То есть и Комиссия, и государства-члены будут иметь представление об объемах и источниках поставки энергии в ЕС. При этом государства-члены, предоставившие информацию, вправе потребовать от Комиссии не передавать ее конфиденциальные фрагменты другим государствам-членам ЕС. • Государства-члены ЕС наделяются правом требовать от Комиссии помощи в проведении переговоров по двусторонним соглашениям. По их инициативе Комиссия может получить статус наблюдателя за переговорным процессом. Прецеденты, когда Комиссия садилась за стол переговоров на стороне государств-членов, уже имели место в контексте российско-польских межправительственных переговоров по газовой тематике в 2010 году и многосторонних переговоров по межправительственному соглашению о газопроводе «Набукко», которое было заключено в июле 2009 года. Участие Комиссии призвано, во-первых, усилить переговорную позицию государств-членов, во-вторых, предотвратить включение в двусторонние соглашения положений, противоречащих европейскому праву. • Комиссия, как по просьбе государства-члена ЕС, так (что особенно важно) и по своей собственной инициативе может проводить предварительную проверку проекта двустороннего соглашения на соответствие законодательству ЕС. Проверка является предварительной в том смысле, что проводится до подписания соглашения. Если в течение четырех месяцев с даты предоставления проекта соглашения Комиссия не выразила мнение по нему, считается, что Комиссия не высказала возражений. Однако проект решения не определяет, что происходит, если Комиссия высказывает возражения или выражает негативное мнение. Пояснительная записка к проекту решения содержит противоречивую информацию. С одной стороны, она указывает на то, что право Комиссии проводить оценку не эквивалентно полноценному предварительному контролю*5. С другой - на то, что государства-члены не должны подписывать соглашения, не соответствующие законодательству ЕС*6. Трактовка, подразумевающая запрет заключения «забракованных» Комиссией соглашений, фактически означала бы признание за данным институтом права вето в сфере двустороннего энергетического сотрудничества, что радикально изменило бы действующее распределение компетенций между ЕС и государствами-членами. • Комиссия будет в координации с государствами-членами разрабатывать стандартные условия для включения в будущие двусторонние соглашения с тем, «чтобы обеспечить их полное соответствие законодательству ЕС». Правовая природа стандартных условий не вполне понятна. Хотя в пояснительной записке говорится о них как об элементах «мягкого права»*7, сам проект решения четко не указывает на то, что государства-члены будут вправе (но не обязаны) включать разработанные Комиссией стандартные условия в свои двусторонние соглашения.   1.2. Наделение ЕС правом самостоятельно заключать с третьими странами соглашения по вопросам энергетики Комиссия выступает за то, чтобы наделить ЕС правом самостоятельно согласовывать и заключать соглашения в сфере энергетики с зарубежными партнерами. В прошлом, если ЕС и выступал в качестве договаривающейся стороны в международных энергетических соглашениях, то только совместно с государствами-членами (например, Договор к Энергетической хартии 1994 года). Теперь же речь идет о том, чтобы отойти от смешанного характера международных энергетических соглашений и придать им в большей степени общеевропейский характер. Показательно, что указанная инициатива уже получила реальное наполнение. 12 сентября 2011 года Совет ЕС выдал Комиссии мандат на проведение от имени ЕС переговоров по соглашению с Азербайджаном и Туркменистаном о проекте строительства Транскаспийского газопровода*8. Аналогичный подход, по мнению Комиссии, в будущем может быть использован также в отношении проектов, касающихся импорта возобновляемых источников энергии из стран Южного Средиземноморья.   1.3. Другие нововведения К числу интересных инициатив Комиссии, отраженных в Сообщении, следует также отнести следующие: • Призыв приложить усилия к восстановлению украинской газотранспортной системы, по которой в ЕС поступает около 20% поставок газа. Комиссия выступает за учреждение трехстороннего взаимодействия (Россия-Украина-ЕС) на политическом и административном уровнях для обеспечения стабильного транзита газа через Украину. • Намерение использовать дифференцированный подход к выстраиванию партнерских отношений с соседними странами, отражающий их желание (или нежелание) приводить свое законодательство в соответствие с нормами ЕС. Исходя из этого критерия, выделяются партнерства, основанные на отношениях интеграции, отношениях поставщик-потребитель и отношениях потребитель-потребитель. • Предложение учредить Стратегическую группу международного энергетического сотрудничества (Strategic Group for International Energy Cooperation), состоящую из представителей государств-членов ЕС и Комиссии, в задачи которой будет входить координация внешних энергетических стратегий государств-членов ЕС.   1.4. Соотношение инициатив Комиссии с правом ЕС Свои новые инициативы в сфере энергетики Комиссия представляет общественности скромно: как выполнение поручения февральского Европейского Совета об улучшении информационного обмена по энергетическим соглашениям государств-членов ЕС с третьими странами. Очевидно, однако, что эта скромность ложная, так как предложенные нововведения выходят далеко за рамки указанного поручения и по существу камуфлируют намерение совершить реформу сложившейся системы внешних энергетических отношений, усилив в них роль ЕС и ослабив позиции государств-членов. Поскольку это намерение не имеет твердой основы в первичном праве ЕС, Комиссия действует осторожно, предлагая концепции и механизмы, юридическая природа которых не определена, а содержание размыто, и которые, на первый взгляд, могут показаться безобидными, с точки зрения обеспечения суверенных прав государств-членов, но на поверку существенно ограничивают их в проведении самостоятельной внешней энергетической политики. К этой категории относятся предложения, касающиеся наделения Комиссии инструментами оценки, координации и выработки стандартных условий в сфере энергетического сотрудничества государств-членов ЕС с третьими странами. Неудивительно поэтому, что ряд государств-членов уже выступил с критикой этих предложений Комиссии*9. Кроме того, желание Комиссии получить полномочия по оценке межправительственных двусторонних соглашений на предмет соответствия европейскому праву вступает в конфликт с компетенцией Суда ЕС, так как только этот институт наделен правом официального толкования норм европейского права. Причем интерпретация европейского права Судом ЕС может кардинальным образом отличаться от толкования Комиссии. В сфере европейского энергетического acquis такое различие в позициях двух институтов ярко демонстрирует недавнее решение Суда ЕС по делу «Комиссия против Словакии»*10. В целом Сообщение должно активизировать обсуждение актуального и сложного вопроса о распределении компетенций между ЕС и государствами-членами в сфере энергетики, в общем, и в сфере внешней энергетической политики, в частности.   1.4.1. Распределение «внутренних» компетенций между ЕС и государствами-членами в сфере энергетики С одной стороны, статья 4 (2) Договора о функционировании Европейского Союза («ДФЕС») относит вопросы энергетики (и трансъевропейских сетей) к совместной компетенции ЕС и его государств-членов. Это означает, что в сфере энергетики как государства-члены, так и ЕС могут принимать меры, руководствуясь принципом субсидиарности. Согласно этому принципу, ЕС по вопросам совместной компетенции вправе принимать меры (в том числе, нормативно-правовые) лишь в случае, когда они в силу своего масштаба или эффекта не могут быть действенным образом реализованы на национальном уровне*11. С другой стороны, параграф 1 статьи 4 ДФЕС делает важную оговорку: компетенция по определенным в статье 4 (2) вопросам (включая энергетику) является совместной, если только она не относится к областям, подпадающим под исключительную компетенцию ЕС. Одной из областей исключительной компетенции Евросоюза является общая торговая политика, включающая торговлю товарами и услугами, а также прямые иностранные инвестиции*12 (статья 3 (1) ДФЕС). Следовательно, возникает неопределенность по поводу «линии водораздела» между совместной и исключительной компетенциями ЕС в вопросах торговых и инвестиционных аспектов энергетической политики. Позволяет ли устранить эту неопределенность специальная «энергетическая» статья 194 ДФЕС? Эта статья провозглашает солидарность государств-членов при реализации энергетической политики ЕС и определяет ее цели (функционирование внутреннего энергетического рынка; обеспечение надежности поставок энергии; продвижение энерегоэффективности, энергосбережения и возобновляемых источников энергии; соединение энергетических сетей). Параграф 2 статьи 194 ДФЕС устанавливает, что нормативно-правовые акты по вопросам энергетической политики ЕС принимаются совместно Европейским Парламентом и Советом ЕС. При этом (!) «не должно затрагиваться право государств-членов определять условия эксплуатации их энергетических ресурсов, выбор между различными источниками энергии и общую структуру их энергоснабжения». Данное широко сформулированное изъятие ставит под вопрос наличие у ЕС совместной компетенции по вопросам добычи полезных ископаемых и определения состава энергетических балансов. Но в то же время нельзя утверждать, что эти вопросы полностью отнесены к национальной компетенции, поскольку изъятие применяется без ущерба для статьи 192 (2) (с), согласно которой ЕС все-таки вправе принимать «меры, существенно затрагивающие выбор государства-члена между различными источниками энергии и общую структуру его энергоснабжения», но только на основании единогласия (что, фактически, позволяет каждому государству-члену сохранить указанные вопросы под своим контролем хотя и не через исключительную компетенцию, но через право вето в Совете ЕС)*13. В свою очередь, вопросы эксплуатации энергетических ресурсов не охвачены статьей 192 (2) (с). На первый взгляд, это позволяет им оставаться в исключительной компетенции государств-членов, если бы не одно «но». Дело в том, что параграф 2 статьи 194 находится в иерархическом подчинении у всех других положений ДФЕС, а, значит, и у статьи 4 (2), предусматривающей общее правило о совместной компетенции в сфере энергетики. Вероятно, данный юридико-технический прием ненадлежащим образом отражает намерения договаривающихся сторон, поскольку норма об исключении вопросов эксплуатации энергетических ресурсов из общего правила о совместной компетенции, была бы лишена смысла, если бы не могла исполняться в силу наделения общего правила преимущественной силой перед исключением. Таким образом, ДФЕС четко не определяет линии, отделяющие в сфере энергетики совместную компетенцию, с одной стороны, от исключительной компетенции ЕС, и с другой стороны, от исключительной компетенции государств-членов. Энергетическая отрасль остается предметом конфликта трех видов компетенций.   1.4.2. Распределение «внешних» компетенций между ЕС и государствами-членами в сфере энергетики Наличие внутренней совместной компетенции по вопросам энергетики само по себе не означает, что Евросоюз и государства-члены должны всегда совместно вести внешние энергетические отношения и заключать международные энергетические договоры с третьими странами. Во внешней сфере действует правило, согласно которому за пределами исключительной внешней компетенции ЕС государства-члены проводят самостоятельную внешнюю политику. ДФЕС не содержит специальных положений, определяющих исключительную внешнюю «энергетическую компетенцию» ЕС. Общие положения об исключительной внешней компетенции ЕС закреплены в параграфе 2 статьи 3 ДФЕС. Согласно данной статье, ЕС имеет исключительные полномочия на заключение международных договоров в следующих случаях: • Когда их заключение предусмотрено в нормативно-правовом акте ЕС. • Когда их заключение необходимо для выполнения ЕС своей внутренней компетенции. • Когда их заключение способно затронуть правила ЕС или изменить их сферу действия. В указанных случаях только ЕС (но не государства-члены) имеет право заключать международные договоры, даже, если области сотрудничества, охватываемые ими, относятся к внутренней совместной (а не исключительной) компетенции ЕС. Статья 3 (2) ДФЕС вобрала в себя практику Суда ЕС, выработавшего доктрину «подразумеваемой исключительной внешней компетенции Евросоюза». Согласно ей, действия ЕС в определенной внутренней сфере подразумевают наличие у ЕС исключительной внешней компетенции по заключению международных договоров, касающихся этой сферы. Иными словами, только ЕС может заключить международный договор, предмет которого внутри Евросоюза в значительной степени урегулирован законодательством ЕС. Цель доктрины состоит в «сохранении эффективности европейского права и надлежащем функционировании систем, установленных его нормами»*14. Так, в деле «ЭРТА» *15  Суд признал, что хотя первичное право прямо не уполномочивает ЕС на заключение международных договоров, регулирующих социальные стандарты работы на дорожном транспорте, у ЕС есть подразумеваемая исключительная компетенция по данным вопросам, поскольку внутри ЕС данные отношения урегулированы специальным регламентом. Суд указал: «Как только… общие правила [Сообщества – прим. авт.] вступают в силу, только Сообщество вправе принимать и выполнять договорные обязательства перед третьими странами, затрагивающие всю сферу применения правовой системы Сообщества… В той степени, в которой правила Сообщества приняты для достижения целей Договора, государства-члены не могут, за рамками институтов Сообщества, принимать обязательства, которые могут затронуть эти правила или изменить их сферу действия» *16. В более поздних решениях Суд расширил действие данной доктрины, предусмотрев, что государства-члены не могут заключать международные договоры, когда европейское законодательство прямо предоставило институтам ЕС право вести с третьими странами переговоры по соответствующим вопросам, когда ЕС достиг полной гармонизации законодательства в соответствующей области, и когда международные обязательства касаются сферы, которая уже в значительной части урегулирована правилами ЕС *17. Таким образом, ЕС, принимая в рамках внутренней совместной компетенции нормативно-правовые акты по вопросам энергетики, автоматически расширяет свою исключительную внешнюю «энергетическую компетенцию». Чем более детальным и объемным становится внутреннее энергетическое acquis, тем сильнее становятся позиции ЕС в сфере внешних энергетических отношений. С принятием Третьего энергетического пакета ЕС и развивающих его нормативно-правовых актов, подробно регламентирующих отношения в области ТЭК, происходит существенное усиление полномочий ЕС в международных энергетических отношениях. Комиссия может, ссылаясь на ст. 3 (2) ДФЕС и доктрину «подразумеваемой исключительной внешней компетенции ЕС», претендовать на то, чтобы любые международные договоры с третьими странами, затрагивающие (и тем более изменяющие) внутреннее энергетическое acquis, заключались не отдельными государствами-членами, а Евросоюзом в целом. Однако это усиление внешней «энергетической компетенции» Евросоюза носит в большей степени формальный, чем реальный характер. Ведь не следует забывать, что в отличие от суверенных государств-членов ЕС, обладающих универсальной международной правосубъектностью, международная правосубъектность Евросоюза является делегированной, ограниченной и целевой. Даже при реализации своей исключительной внешней компетенции у Евросоюза нет «рамочного мандата» на заключение международных договоров с третьими странами. Проведение Евросоюзом (в лице Комиссии) переговоров по каждому международному договору, его подписание и заключение требует отдельного мандата от государств-членов ЕС. Такой мандат ad hoc выдается Советом ЕС, как правило, на основе квалифицированного большинства голосов (статья 218 ДФЕС). То есть внешнеполитические инициативы Комиссии могут быть «заморожены» государствами-членами, имеющими блокирующий пакет голосов в Совете ЕС. Поэтому не стоит переоценивать значение мандата по Транскаспийскому газопроводу: он лишь означает, что государства-члены в данном конкретном случае договорились о том, чтобы дать Комиссии задание провести с Туркменистаном и Азербайджаном переговоры о заключении международного соглашения на определенных государствами-членами условиях. У Комиссии не появился карт-бланш ни на самостоятельное определение содержания этого соглашения, ни на заключение других подобных соглашений. Еще одним существенным ограничителем внешней «энергетической компетенции» Евросоюза служит рассмотренная выше статья 194 (2) ДФЕС, которая оставляет под контролем государств-членов вопросы добычи полезных ископаемых и определения состава энергетических балансов. «Внешнее измерение» данной статьи предполагает, что лишь государства-члены имеют право заключать международные договоры, касающиеся указанных вопросов. На практике так и происходит: именно государства-члены заключают с третьими странами международные договоры, определяющие условия импорта энергоносителей (в том числе, из России).   1.5. Перспективы инициатив Комиссии и их воздействие на отношения с третьими странами 1.5.1. Перспективы Критическая реакция на инициативы Комиссии со стороны нескольких государств-членов, а также принятые 24 ноября с.г. заключения Совета ЕС по представленным Комиссией документам*18 дают основания сделать вывод о том, что наиболее ограничительные для государств-членов предложения не получат «зеленый свет» и, как следствие, не превратятся в обязательные правовые предписания. Так, в заключениях Совета ЕС: • Сформулированы принципы внешней энергетической политики ЕС: солидарность, прозрачность, субсидиарность, сотрудничество, взаимность и координация между ЕС и государствами-членами. То, что принцип субсидиарности стоит в одном ряду с принципами солидарности, сотрудничества и координации, говорит о том, что для принятия каждой конкретной внешнеполитической меры ЕС в сфере энергетики Комиссия должна будет доказать государствам-членам, что коммунитарный уровень для этой меры будет более эффективен, чем национальный. • Выражено согласие на повышение прозрачности двусторонних межправительственных энергетических соглашений государств-членов с третьими странами и на предоставление государствам-членам права привлекать Комиссию к переговорам, но обойдены молчанием наиболее дискуссионные предложения Комиссии о наделении ее правом оценки двусторонних соглашений и выработки их стандартных условий, а также о раскрытии коммерческих контрактов. В данном случае молчание вряд ли можно считать «знаком согласия». • Сделан акцент на необходимости сохранить действующее «распределение компетенций между ЕС и его государствами-членами и между различными институтами ЕС». • Подчеркнуто, что решение о том, проводить ли переговоры по энергетическим вопросам с третьими странами на уровне ЕС, должно приниматься «в каждом конкретном случае». То есть государства-члены не желают давать Комиссии генеральный мандат на проведение энергетических переговоров с третьими странами. Таким образом, отвечая на вопрос, сформулированный в названии настоящей статьи, можно отметить, что по-настоящему «единым голосом» в международных энергетических отношениях Европа будет говорить не всегда, а в тех отдельных случаях, когда суверенные государства-члены ЕС на согласованных ими условиях сочтут возможным делегировать Евросоюзу право принятия конкретных внешнеполитических мер в области энергетики, включая заключение соглашений с третьими странами.   1.5.2. Воздействие на отношения с третьими странами Вследствие действия принципов солидарности, сотрудничества и координации роль «общеевропейского фактора» во внешней энергетической политике отдельных государств-членов ЕС будет возрастать. Этот фактор будет, в частности, проявляться в требовании приведения существующих и новых международных энергетических соглашений государств-членов ЕС с третьими странами в соответствие с нормами европейского права. Комиссия уже оказывает возрастающее давление на государства-члены с целью побудить их к приведению действующих двусторонних энергетических соглашений в соответствие с правом ЕС под угрозой подачи против них исков в Суд ЕС о нарушении ст.351 (2) ДФЕС. Такой подход является весьма спорным, с точки зрения международного публичного права, и может натолкнуться на обоснованное противодействие третьих стран, не связанных нормами acquis, и не намеренных менять или денонсировать соглашения, заключенные с государствами-членами ЕС. На практике, однако, эффективность исполнения на территории ЕС соглашений, «оспариваемых» Комиссией, снижается. Какое же решение в рамках правовой системы ЕС можно предложить для согласования эффективно действующих международно-правовых условий энергетического сотрудничества между третьими странами и европейскими партнерами? Представляется, что есть всего два пути. Первый путь состоит в том, что третьи страны договариваются «на условиях ЕС», то есть в международном договоре с Евросоюзом или его отдельными государствами-членами безоговорочно принимают обязанность следовать правилам ЕС (модель Энергетического сообщества). Второй путь предполагает выработку взаимно приемлемых условий сотрудничества, которые могут отличаться от внутренних правил ЕС. По таким условиям европейское право позволяет договариваться только с Евросоюзом в целом (но не с государствами-членами), поскольку только ему предоставлено право заключения международных договоров, которые «затрагивают или изменяют сферу действия внутреннего законодательства ЕС». Именно с Евросоюзом Россия обсуждает заключение нового базового соглашения (включая «энергетические положения»), соглашение о трансграничной энергетической инфраструктуре и дорожную карту сотрудничества в сфере энергетики. Несмотря на то, что этот формат, как показано выше, может быть использован для выработки взаимно приемлемых условий, отличающихся от внутренних законодательств договаривающихся сторон, и отражающих специфику трансграничных отношений субъектов с разными политико-правовыми системами, Евросоюз пока что исходит из того, что условия сотрудничества с Россией должны быть «в полном соответствии с внутренним энергетическим законодательством ЕС»*19. Очевидно, что такой подход создает системную проблему в развитии международно-правовой базы российско-европейского энергетического сотрудничества и идет вразрез с заявлениями Евросоюза о желании дифференцировать отношения с третьими странами в зависимости от их желания или нежелания интегрироваться во внутренний энергетический рынок ЕС. © Иван ГУДКОВ, к.ю.н., старший преподаватель кафедры правового регулирования ТЭК МИЭП МГИМО (У) МИД России   *1 Настоящая статья отражает личную точку зрения автора и не является официальной позицией какого-либо учреждения или организации. *2 Communication from the Commission to the European Parliament, the Council, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions on Security of Energy Supply and International Cooperation – “The EU Energy Policy: Engaging with Partners beyond Our Borders”. Brussels, 7.9.2011. COM (2011) 539 final. *3 Proposal for a Decision of the European Parliament and of the Council setting up an information exchange mechanism with regard to intergovernmental agreements between Member States and third countries in the field of energy. Brussels, 7.9.2011. COM (2011) 540 final. 2011/0238 (COD). *4 Article13 (6) of Regulation (EU) No 994/2010 of the European Parliament and of the Council of 20 October 2010 concerning measures to safeguard security of gas supply and repealing Council Directive 2004/67/EC. *5 Explanatory memorandum to the Proposal. P.5. *6 Explanatory memorandum to the Proposal. P.2. *7 Explanatory memorandum to the Proposal. P.3. *8 Press Release EU starts negotiations on Caspian pipeline to bring gas to Europe. IP/11/1023. Brussels, 12.09.2011. *9 EC demands right to vet countries' energy imports. The Guardian . 07.09.2011. *10 См. Гудков И.В. Решение Суда ЕС по делу «Комиссия против Словакии»: хорошая новость для российских инвесторов в европейский ТЭК // Интернет-журнал «Вся Европа». 2011. №59. *11 Статья 5 (3) Договора о Европейском союзе: «согласно принципу субсидиарности, в областях, не попадающих под его исключительную компетенцию, Союз должен действовать только том в случае и в той степени, когда цели предлагаемого действия не могут быть достаточным образом достигнуты на уровне государств-членов на центральном, региональном, либо локальном уровнях, но, по причине масштаба или эффекта предлагаемого действия, могут быть лучше достигнуты на уровне Союза». *12 Сфера общей торговой политики определена в статье 207 ДФЕС. *13 Насколько нам известно, решения на основании статьи 192 (2) (с) пока что не принимались. *14 Opinion 1/03 re the new Lugano Convention [2006] ECR I-1145, para 131. *15 Case 22/70 Commission v. Council (ERTA) [1971] ECR 263. *16 Paras 17, 18, 22. *17 Case C-476/98 Commission v. Germany (Air Transport) [2002] ECR I-9855, paras.108-110. *18 Council conclusions on strengthening the external dimension of the EU energy policy (3127th Transport, Telecommunications and Energy Council meeting), Brussels, 24 November 2011. *19 Там же. С.5. Данное заявление сделано в отношении «энергетической главы» Нового базового соглашения. №12(61), 2011
no image
Энергетика

Из 8,4 миллиона квартир, имеющихся в германской земле Северный Рейн – Вестфалия, 75% не отвечают современным стандартам эффективного использования энергетических ресурсов. Эта информация исходит от официального представителя земельного строительно-архитектурного ведомства. По его подсчетам на переоборудование этих жилищ на современном уровне...

Из 8,4 миллиона квартир, имеющихся в германской земле Северный Рейн – Вестфалия, 75% не отвечают современным стандартам эффективного использования энергетических ресурсов. Эта информация исходит от официального представителя земельного строительно-архитектурного ведомства. По его подсчетам на переоборудование этих жилищ на современном уровне плюс капитальный ремонт состарившихся «квадратных метров» потребуются весьма весомые вложения – 140 миллиардов евро. Сейчас земельные власти выделяют на энергетическую модернизацию жилья 220 миллионов долларов в год. «Около 40% энергии потребляется в зданиях», – говорит Хартмут Микиш, президент Архитектурной палаты Северного – Рейна Вестфалии. Соответственно, и выбросы двуокиси углерода в атмосферу достигают сопоставимых величин. Именно поэтому Х.Микиш и потребовал от земельного правительства, чтобы оно создало механизм мотивации частных собственников и строительных компаний, занимающихся улучшением жилищного фонда. Он предложил в рамках специально созданной долгосрочной программы выделить на эти цели до миллиарда евро. Причем федеральные власти, по его мнению, также должны принять в этом участие, как минимум в форме предоставления налоговых льгот тем, кто занимается строительством жилья и его энергетическим усовершенствованием. Аналогичная ситуация создается и в дорожном строительстве, которое для приграничной и самой населенной земли ФРГ играет чрезвычайно важную роль. Состояние автобанов в Северном Рейне – Вестфалии определяет её конкурентоспособность. Именно поэтому беспокойство у экспертов вызывает то, что серьезные инфраструктурные проекты – создание дорог, мостов, новых улиц – в Дюссельдорфе откладываются сейчас в долгий ящик. Андрей ГОРЮХИН №12(61), 2011
no image
Опыт

Следственные органы Италии вскрыли масштабную аферу, затеянную поставщиками фальсифицированных био-продуктов. Полиция Вероны изъяла 2 500 килограммов зерновой, овощной и бобовой продукции и арестовала 7 подозреваемых. Между прочим, работали они не то чтобы недавно, а уже целых 4 года, и умудрились втянуть...

Следственные органы Италии вскрыли масштабную аферу, затеянную поставщиками фальсифицированных био-продуктов. Полиция Вероны изъяла 2 500 килограммов зерновой, овощной и бобовой продукции и арестовала 7 подозреваемых. Между прочим, работали они не то чтобы недавно, а уже целых 4 года, и умудрились втянуть в орбиту своих махинаций многих государственных чиновников и даже целые учреждения, которые путем изощренных манипуляций с документами превращали самые обычные продукты в «экологически чистые». Не стоит думать, что речь идет о мелочах. Полиция, например, считает, что таким образом было переведено из одной категории в другую, ни много ни мало, 700 тысяч тонн продовольствия стоимостью около 220 миллионов евро. Часть фальсификата оставалась на Апеннинах, но немало уходило в Германию, Францию, Бельгию, Венгрию, Австрию, Нидерланды и Швейцарию. Достаточно сказать, что в Швейцарии компании «Санни Лэнд» уже запрещено изготавливать и продавать свою продукцию как экологически чистую, причем инициатива исходила от профильной организации «Био Сюисс». Германское Федеральное ведомство по сельскому хозяйству и продовольствию пока подобных шагов не предпринимало, запросив у итальянских властей списки фирм-мошенниц. Разумеется, организации, защищающие права потребителей, возмущены наглостью махинаторов и выдвигают различные требования, направленные на организацию действенного контроля за достоверностью «био»-ярлыков. Ведь зачастую весомую прибавку к цене выставляют только за то, что упаковка украшена модным, но ничего не значащим дополнением. Конечно, жулики есть в любой отрасли, и обвинять всех разом не стоит. Но нельзя упускать из виду и то, что стремление нажиться на желании людей потреблять чистые продукты приобретает в последние годы все большие масштабы. Александр ВАРВАРИН №12(61), 2011
no image
Валюта

Некоторые центральные банки государств, входящих в зону евро, уже готовятся к тому, что единая европейская валюта может уйти в прошлое. Они прорабатывают сценарии того, как можно быстро напечатать национальную валюту. Как пример можно привести Центральный банк Ирландии, который, по сведениям,...

Некоторые центральные банки государств, входящих в зону евро, уже готовятся к тому, что единая европейская валюта может уйти в прошлое. Они прорабатывают сценарии того, как можно быстро напечатать национальную валюту. Как пример можно привести Центральный банк Ирландии, который, по сведениям, просочившимся в прессу, уже рассматривает вопрос, какой объем полиграфических мощностей будет потребен для того, чтобы срочно напечатать необходимые банкноты. Официально эта информация, разумеется, не подтверждена, но ведь дыма-то без огня… Тем более, что негативные сценарии проигрываются и за пределами зоны евро. Национальный банк Швейцарии, сравнительно недавно привязавший курс франка к евро, прикидывает, к какой еще валюте ему можно «прислониться» взамен единой европейской. Черногория видит для себя большой спектр возможностей, поскольку в зону евро не входит, но евро в качестве валюты все же использует. Рассматривается даже перспектива введения собственной валюты, утверждает главный экономист местного Центробанка Никола Фабрис. Предусмотрительность, разумеется, вещь хорошая, особенно в таких серьезных делах как банковские. Но фактического роспуска валютного союза на самом деле все же никто не ждет. Во всяком случае американский банк «Джи-Пи Морган» оценивает вероятность такого развития событий не более, чем в 20%. Но некоторые его европейские коллеги все же предпочитают действовать по принципу «береженого бог бережет». Андрей НИЖЕГОРОДЦЕВ №12(61), 2011
no image
Валюта

но готов с опаской и с умом инвестировать в Европу В протяженной во времени схватке между финансовым кризисом и Европейским Союзом (если бы это происходило на ринге, можно считать, что идет 15-й, а то и 16-й раунд) есть много сторонних...

но готов с опаской и с умом инвестировать в Европу В протяженной во времени схватке между финансовым кризисом и Европейским Союзом (если бы это происходило на ринге, можно считать, что идет 15-й, а то и 16-й раунд) есть много сторонних наблюдателей и пассивных участников. Среди них – Китай, вторая крупнейшая по объему экономика мира, взирающий не отстраненно, не безучастно, а бдительно и с тревогой. Неурядицы в еврозоне больно бьют по самому чувствительному месту китайской экономики – по экспортно-ориентированным отраслям, представленным в основном малыми и средними компаниями. В провинции Гуандун, что на юге КНР, за минувшие десять месяцев лопнули 450 предприятий, производивших одежду и детские игрушки на вывоз. Основная причина – отсутствие заказов из стран ЕС. Как заявляет Берт Хофман, главный экономист во Всемирном банке, курирующий этот регион, Китай отправляет одну пятую всей своей экспортной продукции в Евросоюз. Сейчас под ударом оказались производители широкого ассортимента товаров: опять же хрестоматийных игрушек, «носильного» ширпотреба (от кожаной обуви и кроссовок до дамских сумочек и галстуков под итальянскими брендами), а также бытовой электроники, в частности, – плоских экранов для телевизоров и компьютерных мониторов. В Пекине открыто признают наличие этой серьезной для них проблемы, способной негативно повлиять на многие макроэкономические показатели. Так, Цзян Цзай, главный экономист китайской банковской группы «Минсенг», заявил: «Сокращающийся европейский рынок непременно окажет влияние на экспорт из Китая, и мы должны быть к этому готовы». В свою очередь, один из руководителей Центрального банка Китая, а также его коллеги из экспертного сообщества настроены более пессимистично. Поговаривают, что в случае продолжения кризисных конвульсий в еврозоне Китай может столкнуться с невиданным за последние два десятилетия (и доселе немыслимым) феноменом – пассивным сальдо торгового баланса. Для сравнения: пока что прогнозы указывают на то, что положительное сальдо КНР составит по итогам текущего года не менее 150 миллиардов долларов. Но тенденция – нисходящая. За последние три года этот показатель неуклонно снижался. Как следствие, указывает «Вашингтон пост», коммунистические лидеры КНР уже давно и тщательно просчитывают вариант смены стратегического курса в экономике. Они готовы отказаться от чрезмерной зависимости от экспорта, делающей их уязвимыми перед конъюнктурой на мировых рынках, и сделать акцент на генерировании доходов за счет расширения внутреннего потребительского рынка. В Пекине полагают, что в противном случае нельзя будет сохранить устойчивый экономический рост, который уже начал замедляться. Если в 2010 году рост ВВП составил 10,4%, то в текущем, по прогнозу Всемирного банка, он будет не выше 9,1%, а в 2012 и того меньше – 8,4%. Дело в том, что пертурбации в еврозоне оказали еще один негативный эффект на самочувствие Поднебесной. По причине одного только обесценения евро по отношению к доллару золотовалютные резервы КНР сократились на 87,9 миллиарда долларов. С одной стороны, внутренний рынок капиталов в Китае остается закрытым, не подверженным влиянию извне. Однако китайские инвесторы всегда сверяются со сводкой погоды на мировых рынках, и продолжение кризиса в еврозоне подорвет их уверенность в экспортном потенциале страны, а это может заставить их выводить капиталы из банковского сектора, что чревато, как уже всем известно, кризисом с ликвидностью. Между тем, проворный и сноровистый малый бизнес быстро адаптируется к новым, более суровым временам. Возьмем для примера Ма Юна, менеджера по продажам фабрики детских игрушек в провинции Гуандун. Он рассказывает, что был одним из тех, кто проводил смену ориентации фабрики на внутреннего потребителя. Прежде почти вся продукция уходила в Европу, сейчас – не более 30-40%, остальное предназначено для своих, китайских покупателей. Такая реформа потребовала жертвоприношения: из 600 работников фабрики уволили 500. Потребовалось проводить регистрацию новых торговых марок, создавать дизайнерское бюро. При этом доходы компании сократились в 10 раз. Зато – выжили. На уровне государственного планирования также происходит смена акцентов: для сохранения стоимости накопленных ЗВР, а это порядка двух триллионов долларов США, в Пекине присматриваются к иностранным компаниям как к объектам инвестиций. Лу Дзивэй, глава суверенного фонда «Чайна ивестмент корпорейшн», не спеша и придирчиво изучает потенциальный товар, поскольку его задача – с умом распорядиться накопленными в фонде 410 миллиардами долларов. Прежде фонд ошибался дважды: когда вложил три миллиарда долларов в американский хедж-фонд «Блэкстоун» и когда доверил еще пять миллаирдов банку «Морган Стэнли». В обоих случаях кризис обесценил эти инвестиции, а Лу Дзивэю попеняли, если не сказать обвинили, в бездумном расходовании «народных денег». Теперь китайцы более разборчивы. Крупной сделкой стало приобретение этим суверенным фондом КНР весомого пакета (по данным парижской «Монд», 30-процентного) французского нефтегазового гиганта ГДФ-СЮЭЗ. По словам президента корпорации Жерара Местрайе, мотивы китайцев были прозрачны и привлекательны: стать миноритарным акционером, внести свои деньги в общий котел, партнерствовать на долгосрочной основе и при этом руководствоваться только логикой развития рынка. Кстати, сделка была закрыта 10 августа, а в сентябре глава китайского фонда побывал в Италии. Таким образом, кризис в еврозоне пощипал и Китай, но тот продолжает верить, что Евросоюз сумеет найти адекватный ответ на эти напасти, и потому готов если не напрямую спасать должников типа Греции, то инвестировать в экономику этих стран в расчете на будущие дивиденды. Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
no image
Экономика

Если ответить на этот вопрос кратко, то хуже некуда. Объем сделок в промышленности стран евро в ноябре снизился так сильно, как никогда не бывало в последние полтора года. Заметим, что это уже четвертый спад подряд, и сейчас показатели достигли самого...

Если ответить на этот вопрос кратко, то хуже некуда. Объем сделок в промышленности стран евро в ноябре снизился так сильно, как никогда не бывало в последние полтора года. Заметим, что это уже четвертый спад подряд, и сейчас показатели достигли самого низкого уровня, считая с июля 2009 года. Эксперты не жалеют для выражения своего мнения самых уничижительных эпитетов и «скверный» – самый приличный из них. Спад идет по всем странам зоны евро, кроме Италии и Греции. И то, только потому, что там все уже обвалилось так, что уж куда дальше-то? Но сейчас уже начался крайне опасный процесс: проблемы периферийных – с экономической точки зрения – стран, «перепрыгнули» на территорию государств сердцевинных, тех, на которых все держится. Предприниматели жалуются на падение внутреннего и экспортного спроса, которые они объясняют мрачными конъюнктурными перспективами и неуверенностью, царящей на финансовых рынках. Кроме Германии и Австрии повсюду сокращаются рабочие места: объем заключаемых ныне договоров не позволяет надеяться на лучшие перспективы. Вот некоторые цифры, иллюстрирующие состояние германского экспорта в последнее время. В октябре он испытал неожиданный спад – на 3,6% по сравнению с предыдущим месяцем – причем, в первую очередь из-за слабого спроса в странах зоны евро, сообщило Федеральное статистическое ведомство. Более сильный спад в этом году отмечен только в минувшем апреле – 4%. А ведь 40% экспорта ФРГ направляется в страны зоны евро. Эксперты по исследованию рынка поясняют, что особенно тяжело приходится сейчас тем, кто изготавливает средства производства и продукцию, требующую внесения авансовых платежей. Изготовители потребительских товаров пока компенсируют спад экспортных заказов повышенным внутренним спросом. Конечно, не у всех дела идут столь печально: мюнхенский концерн «Сименс» сумел запастись выгодными заказами и рассчитывает на вполне приличный рост оборота в 2012/13 годах. Сейчас в деловых кругах только и разговоров о том, что у Европейского центрального банка появляется пространство для маневра, и он может снизить кредитную ставку. Некоторые эксперты ждут, что это произойдет «ну, вот-вот, может на следующей неделе» и даже называют цифры снижения – с 1,25% до 1%. «Дешевых» денег промышленность ждет, как манны небесной, надеясь, что дела закрутятся веселее. Вообще, спад производства начался и в Китае, тоже впервые с 2009 года. Этому государству тоже не хватает зарубежных заказов, да и внутренний спрос просел – сказалось и ослабление американской экономики, и долговые неурядицы Европы. В Пекине даже полагают, что нынешняя волна кризиса опаснее, чем та, что накрыла мир в 2008 году. По мнению китайских финансистов, серьезные бюджетные трудности, с которыми пытаются бороться «некоторые страны», оставляют им очень небольшое пространство для маневров в области денежной политики. Андрей ГОРЮХИН №12(61), 2011
no image
Экономика

Немцы охотно признают, что привыкли рассчитывать на помощь из государственного бюджета. Но раз уж настали такие времена, что надо экономить на всем, на чем можно и нельзя, то и социальные статьи расходов тоже неизбежно придется урезать, не так ли? Тем...

Немцы охотно признают, что привыкли рассчитывать на помощь из государственного бюджета. Но раз уж настали такие времена, что надо экономить на всем, на чем можно и нельзя, то и социальные статьи расходов тоже неизбежно придется урезать, не так ли? Тем более, что человек, в руках у которого ключи от сундуков с деньгами – министр финансов Вольфганг Шойбле – чрезмерной скаредностью не отличается. Возможно, поэтому журналисты газеты «Вельт» и решили предложить его вниманию собственное видение государственного бюджета на следующий год – с соответствующими резервами экономии. И вот что у них получилось: •  Родительские деньги. Эти выплаты, предоставляемые в зависимости от доходов семьи, были направлены на то, чтобы повысить рождаемость. Но больше всего денег уходит в такие семьи, которые и без этих дотаций вполне в состоянии пережить временное снижение доходов после рождения ребенка. Разумеется, сказанное не относится к получателям социальной помощи в рамках программы Hartz–IV. Экономия: 4,6 миллиарда евро. •  Доплаты больничным кассам. На будущий год федеральные власти доплатят к предусмотренному законом обязательному страхованию от болезни 14 миллиардов евро. Это будет израсходовано на страхование членов семьи, не подпадающих под этот закон. Поскольку работающих женщин становится все больше, а детей рождается все меньше, то и на этом можно выгадать. Экономия: 2 миллиарда евро. •  Расходы на солнечную энергию. Уже многие годы государство выплачивает дотации тем, кто пользуется этим видом возобновляемой энергии. А 80% этих субвенций, по данным кильского Института мировой экономики, утекает в Китай, поскольку тамошние производители солнечных батарей предлагают их дешевле всего. Несмотря на то, что в программу «100 тысяч крыш» вкладываются гигантские средства, доля солнечной энергии в общем балансе исчезающее мала. Если убрать субвенции, то окружающая среда, по мнению «Вельт» не пострадает. Экономия: 5 миллиардов евро. •  Каменный уголь. В субсидирование его добычи до сих пор тоже вкладываются весьма значительные средства. Сумма хотя и снижается, но прекратится выделение средств только в 2018 году. Эта дата утверждена Европейской Комиссией в качестве окончательной. Можно было бы и ускорить неизбежный конец. Экономия: 1,3 миллиарда евро. •  Премии за постройку квартир. Начало государственного субсидирования строительства квартир восходит к временам послевоенного жилищного кризиса. Сейчас это, по мнению Института мировой экономики, «не имеет никаких экономических обоснований». Экономия: 486 миллионов евро. •  Доплаты за использование дизельного топлива. Налог на бензин значительно выше, чем на дизтопливо. Это идет на пользу не только хозяевам личных автомобилей, но прежде всего владельцам транспортных предприятий. Субвенционирование этого вида топлива сейчас не имеет никаких объяснений – ни экономических, ни экологических. Экономия: 6,15 миллиарда евро. •  Поддержка «пенсий Ристера». Этими доплатами государство стремится пробудить в гражданах интерес к частному пенсионному обеспечению. Уже заключено 15 миллионов договоров на выплату так называемых «пенсий Ристера» – по имени тогдашнего министра социального обеспечения, продвинувшего эту идею. Но именно те, кому это, казалось бы, особенно нужно, как раз и не спешат обзаводиться ими. Поэтому, по мнению «Вельт», государство отлично могло бы отказаться от доплат, сделав частное пенсионное страхование обязательным. Экономия: 578 миллионов евро. •  Льготы владельцам отелей. «Черно-желтая » коалиция сделала весьма спорный шаг, предоставив налоговые послабления одной-единственной отрасли. Всего лучше было бы без долгих разбирательств отказаться от этого, считает «Вельт». Экономия: 500 миллионов евро. •  Инфраструктура. Несмотря на то, что инвестиции в совершенствование этой сферы весьма насущная вещь, Германии стоило бы шире привлекать к нему частных инвесторов. А средства, которые выговорил на эти цели министр транспорта Петер Рамзауэр, надо сократить, уверена «Вельт». Экономия: 1 миллиард евро. •  Субвенционирование производителей теплоэнергетических установок. Лучше от этого оказаться в свете перемен в отношении властей к атомной энергетике. Экономия: 2,3 миллиарда евро. •  Субвенционирование услуг, предоставляемых индивидуальными ремесленниками. Сейчас тем, кто этим занимается, предоставляется 20-процентная налоговая скидка. Эту меру ввела «большая» коалиция – социал-демократов и христианских демократов – надеявшаяся достичь двойного эффекта. С одной стороны – хотели победить работу «по-черному», в обход налогов, а с другой – повысить спрос на услуги ремесленников. Ни то, ни другое не удалось. А государственная касса страдает. Экономия: 646 миллионов евро. •  Бундесвер . Бывший министр обороны Карл Теодор цу Гуттенберг обещал беспрецедентные сокращения военного бюджета. В 2012 году он должен был уменьшиться на миллиарды евро. Может быть, министерству финансов стоит потребовать выполнения этих обещаний? Экономия: 2 миллиарда евро. В сумме по всем перечисленным статьям германское государство могло бы выиграть 26,5 миллиарда евро и даже выйти в 2012 году на небольшой профицит. К этому его и призывают многие финансовые эксперты. Конечно, политически легче устроить «стрижку под одну гребенку». Но с экономической точки зрения оправдан был бы целевой отказ от неоправданных субсидий. Андрей НИЖЕГОРОДЦЕВ №12(61), 2011
no image
Экономика

Британии предсказывают новый кризисный виток Двузначная цифра инфляции и промышленный застой. Такую безрадостную перспективу нарисовали для Британии эксперты ОЭСР. По их расчетам, в последнем квартале года британская экономика усохнет на 0,025%, а в первые три месяца 2012-го – еще на...

Британии предсказывают новый кризисный виток Двузначная цифра инфляции и промышленный застой. Такую безрадостную перспективу нарисовали для Британии эксперты ОЭСР. По их расчетам, в последнем квартале года британская экономика усохнет на 0,025%, а в первые три месяца 2012-го – еще на 0,15%. Падение на протяжении полугода, по определению, означает рецессию. Единственное, что можно подверстать к этому прогнозу, так это то, что не побит антирекорд 2008 кризисного года, когда экономика ужалась сразу на 7,1%. Но это слабое утешение. Прежде в парижском мозговом тресте, обслуживающем ОЭСР, хвалили канцлера казначейства Джорджа Осборна за его программу выползания из кризиса, сообщает британская «Индепендент». Теперь здесь полагают, что этих мер будет недостаточно. Еще в мае эксперты предсказывали рост ВВП Британии на уровне 1,8%, сегодня же никто из них не предполагает ничего выше 0,5%. Одной из объективных причин, вызвавших пересмотр прогноза, стало ожидание, что Банк Англии как главный финансовый институт страны, своего рода Центробанк, будет вынужден выкупить до 40% гособлигаций. Если прежде на эти цели предполагалось истратить 275 миллионов фунтов стерлингов, то теперь на поддержание стоимости этих ценных бумаг придется раскошелиться на 400 миллионов. Такой объем финансовых вливаний необходим для сохранения устойчивости репутации Лондона. Вместе с тем нет ясности, примет или нет Британия нововведения ЕС, в частности, налог на финансовые операции. Премьер-министр Дэвид Камерон недавно заявил в парламенте, что Британия никогда не согласится войти в зону евро и что он готов отстаивать национальные интересы, как его призывают однопартийцы, яростно и упорно, демонстрируя, «бульдожью хватку». Стоит отметить, что в последние месяцы все более раздражительная реакция официального Лондона на попытки руководства Евросоюза выработать новую модель взаимодействия внутри сообщества была продиктована тем, что в целом макроэкономические показатели других ведущих стран – Германии, Франции и Италии – намного хуже, а значит, они не вправе указывать Британии, как ей поступать. Впрочем, после доклада экспертов ОЭСР бриттам придется присмиреть: прогнозируется рост безработицы до 8,8% в 2012 году и до 9,1% в 2013-м. Это повлечет увеличение выплат социальных пособий. Вкупе с падением налоговых поступлений это приведет к тому, что в 2013 году суммарный внутренний долг правительства составит 100% ВВП. Хвалиться нечем. Сторонние наблюдатели из ОЭСР оказались правы, когда говорили о «растущей неопределенности»: перспективы Британии окутаны туманом. Владимир МИХЕЕВ №12(61), 2011
Открываем старый свет
no image
ТРАДИЦИИ

Этого не может быть. В это трудно поверить. Но было время, когда ни Деда Мороза, ни Санта Клауса на свете не было. Их просто не существовало. Ни в какой форме. Даже в зародыше. Трудное было время. Тяжелое. Безрадостное. Однотонное. С...

Этого не может быть. В это трудно поверить. Но было время, когда ни Деда Мороза, ни Санта Клауса на свете не было. Их просто не существовало. Ни в какой форме. Даже в зародыше. Трудное было время. Тяжелое. Безрадостное. Однотонное. С серым снегом. Серым небосводом. Серыми травой и листьями. И серым лунным серпиком. Время текло одним мощным потоком. Монотонным и безысходным. И не было ничего, что позволяло бы разбить его на кусочки. Сделать его близким и теплым. Понятным и предсказуемым. Чтобы хоть как-то в нем разбираться. Чтобы хоть что-то предвидеть и планировать. Зла на Земле было очень-очень много. Слишком много. До невозможности. Оно привольно себя чувствовало. Всюду проникало. Все захватывало. Все подчиняло своей воле. Заставляло душу трепетать и сжиматься. Томиться и страдать. В ожидании все новых горестей и напастей. Зла становилось все больше и больше. Как-то буднично и неотвратимо. Так что ни вздохнуть и не продохнуть. Как будто кто-то страшный, всесильный, безжалостный сталкивал планету в преисподнюю. Со всеми ее жителями и обитателями. Разумными и неразумными. И некому было этому страху, этому ужасу, этой безысходности противостоять. Они леденили сердце. Парализовали волю. Вынуждали покориться. Не давали ничего делать. Ни сплотиться. Ни взяться за руки. Ни поднять высоко над головою факел. Чтобы противостоять общей беде. И тогда, в последнем порыве, оставшиеся на Земле волшебники и чародеи, все еще верившие в сказку, собрались вместе и создали Деда Мороза и Санта Клауса. Да-да, тех самых Деда Мороза и Санта Клауса, которых мы так хорошо знаем. Вернее, облик которых нам так привычен. Ведь сотворенные ими Дед Мороз и Санта Клаус обладали колоссальной, удивительной, почти неограниченной силой творить добро. Уходя, волшебники и чародеи прошлого наделили их всеми своими, в том числе начавшими скудеть возможностями. Они наделили их способностью быть в тысячах, миллионах мест одновременно. Они уступили им дар угадывать желания. Впитав в себя все их знания и умения, Дед Мороз и Санта Клаус научились во всем помогать людям. Они теперь могли лечить, врачевать раны и возвращать утраченные силы. Могли избавлять от неверия. Дарить любовь, верность и преданность. Восстанавливать семьи. Могли делать еще сотни разных вещей, нужных, необходимых людям. И, конечно, раздавать подарки. Все или почти все, которые попросят. Это было чуть ли не единственным ограничением, наложенным на доставшуюся им волшебную мощь. Их способности должны были подпитываться человеческими желаниями. А желания исполняться в Новогоднюю ночь, которая, наконец-то, разбила время на равные отрезки, названные людьми годами, и сделала все вокруг белым, хрустальным, пушистым. И все обитатели Земли, разумные и неразумные, с радостью включились в эту прекрасную, спасительную игру. Они стали желать. Изо всех сил. Со всем рвением, на которое они были способны. Они писали Деду Морозу и Санта Клаусу. Они обращались к ним. Они просили их. И Дед Мороз с Санта Клаусом выполняли их просьбы. Но что это были за просьбы! Просто прелесть. И стар, и млад просили их вернуть здоровье и силы родителям. Найти суженного, чтобы стать его нераздельной половинкой. Подарить детей, которых бы любили преданно и самоотверженно до последнего дыхания. Наделить стойкостью и смелостью. Сделать так, чтобы окружающим жилось лучше. Такие просьбы производили чудодейственный эффект. С их помощью Дед Мороз и Санта Клаус принялись преображать мир. И им это почти удалось. В него стали возвращаться вера, надежда, любовь и добро. А потом программа дала сбой. Почему – кто это может сказать. Если бы мы знали, намного легче было бы что-то исправить. Но люди все больше и больше думали только о себе, любимых. Они бросились заказывать у Деда Мороза и Санта Клауса сладости и шмотки, модные побрякушки и всякую другую дребедень, наносную, глупую, никчемную. От просьб они перешли к требованиям. А требования сделались фантастически эгоистичными – машин, загранпоездок, карьеры и т.п. В общем, личного успеха, еще успеха и еще больше успеха. Дед Мороз и Санта Клаус попытались как-то урезонить людей, напомнить о прошлом величии их сердец, о вечных ценностях. Но куда там. Всех охватил раж хватать, иметь, добывать. Во что бы то ни стало. У всех в глазах горели только доллары. И Дед Мороз с Санта Клаусом надорвались. Из их сердец что-то ушло. Что-то как будто сломалось. Они потеряли из виду путеводную звезду. Их силы стали ослабевать. Да, они по-прежнему развозили многочисленные подарки, набивали чулки и носочки конфетами. Проникали в дома через дымоходы. Летали на санях, запряженных великолепными северными оленями. Но все сделалось как-то не так. Приземленно. Обыденно. Серо. И тогда на Землю вернулось зло. Многоликое и всепроникающее. Оно обернулось сотнями войн и кризисами, мором и землетрясениями, безумием человеческих гуру и продажностью политиков. Оно спряталось за каждым углом в ожидании добычи. Стало преследовать всех без разбора. Но если мы все же люди, в наших силах вернуть в души былые заповеди, перейти на светлую сторону силы, побороть в себе зверя стяжательства и неблагодарности и вспомнить, что завещали, уходя, последние чародеи и волшебники. Глядишь, и удастся вновь сделать нашу планету чуть более пригодной для счастья и благополучия, чуть более радушной и доброжелательной для нашего брата Человека. © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
ТРАДИЦИИ

Россия расположена между Востоком и Западом. В этом сложность, но и преимущества ее геостратегического положения. Она может служить связующим звеном между ними. Мостом – как любят говорить политики. Насколько это справедливо, особенно заметно в Новый год. В Париже и Брюсселе,...

Россия расположена между Востоком и Западом. В этом сложность, но и преимущества ее геостратегического положения. Она может служить связующим звеном между ними. Мостом – как любят говорить политики. Насколько это справедливо, особенно заметно в Новый год. В Париже и Брюсселе, Вене и Стокгольме рождество всегда встречают примерно одинаково. Иногда чуть скромнее, иногда чуть радостнее. Но очень похоже. Во всех городах России символика Нового года, напротив, очень подвижна. Она все время меняется. Фигурки на комодах и столах, картины, сувениры, цветовая гамма одежды, в которой положено встречать это самое веселое, прекрасное, жизнерадостное торжество, заимствованы из Восточного календаря. Спроси любого малыша, любого забулдыгу в самом захолустном местечке, они радостно отрапортуют, почему 2012 – год дракона, почему изображения драконов, дракончиков и дракошек обязательно нужно притащить в дом. Чуть западнее будут растерянно хлопать глазами. Мои читатели наверняка знают. Однако приветствуя их с Новым годом, годом дракона, я хотел бы, чтобы мои поздравления основывались не на символике и верованиях. Мечтаю о том, чтобы это был по-настоящему год дракона – время возвращения древних обитателей нашей планеты. Возвращения в качестве близких человечеству и дружественно настроенных к нему. Объясню почему. Это очень-очень старая история. И, к сожалению, далеко не такая пафосная, как хотелось бы. Люди появились на Земле намного позже, чем драконы. Когда они попытались на ней «по-человечески» обосноваться, выяснилось, что все уже захвачено драконами и их многочисленными родичами. Горы и долы, суша и небо, моря и леса. Что драконы безраздельно господствуют повсюду. И никому ничего уступать не собираются. Но люди отличались несокрушимым упорством. Жертвы им были не страшны. Отступать им было некуда. И они принялись отвоевывать у драконов жизненное пространство. Пядь за пядью. Клочок за клочком. Орудуя мечом и огнем. Пока под их контролем не оказались сравнительно обширные территории. Драконы не сразу почувствовали исходящую от них угрозу. Они отнеслись к пришельцам слишком пренебрежительно. Мол, что там за шмокадявки объявились. На одну ладонь положим, а другой прихлопнем. Когда же осознали, что происходит, было уже поздно. Началась взаимная война на уничтожение. Страшная. Кровавая. Беспощадная. Драконы методично выжигали делянки, отвоеванные людьми у леса. Травили посевы. Уничтожали запасы. Делали все, чтобы оставить их без средств к существованию. И люди умирали от голода и истощения. Драконы подбрасывали разложившуюся тухлятину в колодцы, вырытые людьми, в ближайшие ручьи и водоемы. Заражали все источники, которыми те могли пользоваться. И люди умирали в страшных мучениях, глотнув отравленной воды. Их сотнями, тысячами уничтожали свирепствующие тут и там эпидемии. Драконы преследовали людей в пещерах, где те надеялись переждать опасность. По ночам поджигали их постройки. И ничего не подозревающие люди, старики и дети, сгорали в них заживо. Люди гибли так целыми семьями, деревнями, коммунами. От мстительных драконов не было спасенья. Но и люди «не оставались в долгу». Они очень быстро усвоили, что драконы индивидуалисты. Что они сами по себе. Зная это, люди брали числом, уничтожая драконов одного за другим. И, прежде всего, маленьких беззащитных очаровательных дракошек, когда те только появлялись на свет. Жизнь на Земле превратилась в сплошное побоище. Дело неотвратимо шло к полному взаимному уничтожению. И оно обязательно бы наступило. Не вмешайся провидение. И среди людей, и среди драконов народилось новое поколение харизматических лидеров. Они сумели осознать весь ужас и бессмысленность происходящего. Они смогли превозмочь себя и остановить «братоубийственную» резню. Новые лидеры нашли выход. Потом, многие тысячелетия спустя, люди к нему вновь и вновь обращались. И не без успеха. Они не стали приносить жертвы богам. Они не стали задабривать духов. Они… решили породниться (поэтому и братоубийственная). Самым красивым, самым бесстрашным земным девушкам, сильнее всего преданным своему народу, люди предложили принести себя в жертву – выйти замуж за драконов. И такие девушки нашлись. И даже приняли участие в сложнейших соревнованиях за право оказаться спасительницами рода человеческого. Жертва, на которую они пошли, была пугающей. Но как показало время, не такой фатальной и самоубийственной. У драконов была слава кровожадных монстров, грязных, вонючих, противных людоедов. На деле все обстояло совсем иначе. Они оказались рафинированными эстетами. Преданными мужьями. Любящими отцами. Самоотверженными семьянинами. Не удивительно, что у драконов и земных женщин появилось потомство. Народившиеся дети не были ни людьми, ни драконами. И в то же время они были и людьми, и драконами. Природа наделила их способностью менять свою внешность и свое естество и превращаться из людей в драконов и из драконов в людей. Люди-драконы были статными, умными, обаятельными, смелыми. На какое-то мгновение показалось, что можно зарывать топор войны. Что самое страшное позади. Что у них получилось. Увы, они ошиблись. Вернее, ошиблись только драконы. Сделка оказалась для них роковой. Разрушительной. Самоубийственной. Раз познавши земных женщин, драконы стремились только к такому матримониальному союзу. Но у драконов и земных женщин рождались только мальчики. И вскоре, так получилось как-то само собой, драконов, настоящих чистокровных драконов на Земле не осталось. Они навсегда сгинули в демографической яме. Попросту говоря, вымерли. Однако психологически для людей ничего не изменилось. Для них место врага, место соперника за место под солнцем, того, кому нельзя доверять и кого надо бояться, заняли люди-драконы. Ведь они в любой момент могли превратиться просто в драконов. А их люди по-прежнему до колик боялись. И люди-драконы оказались на Земле париями. Всеми презираемыми. Всеми ненавидимыми. Теми, кого пугают детей. Теми, на чью голову призывают проклятия. Теми, о погибели кого вокруг поголовно все мечтают. Для людей-драконов невозможно было придумать большей несправедливости. Ведь они свято выполняли договор, который когда-то давно заключили люди и драконы. Им не в чем было себя упрекнуть. К тому же они не были драконами. Кто же виноват в том, что они могли брать себе в жены только земных девушек. Возникшее против них предубеждение люди-драконы считали двойной несправедливостью также потому, что созданная ими культура казалась им на порядок более совершенной, чем человеческая. Любимой игрой людей-драконов было своим дыханием рисовать в небе облака. Постоянно меняющиеся. Переливчатые. Каждый раз разные. Проплывающие где-то там вдалеке. Служившие лучшим, истинным украшением планеты. Любимым занятием людей-драконов было силой своей мысли создавать на Земле новые живые существа. Удивительные. Непохожие друг на друга. Обладающие самыми разными свойствами. Немного похожие на других и совсем-совсем другие. Стрекоз и бабочек. Рыбок и осьминожек. Кого угодно. Поэтому жизнь на Земле сделалась такой разнообразной. Люди-драконы обладали многими другими недоступными людям способностями и умениями. Не нарушая хода времени и последовательности событий, они могли путешествовать во времени и пространстве. И главное, все, что умел любой из людей-драконов, умели все. Все что испытал один – могли почувствовать все. Каждый из них был целым миром. Вместе они составляли упоительное мироздание. Ни один из них никогда полностью не исчезал, продолжая существовать в других. Поэтому в отличие от людей они беззаветно ценили жизнь, каждую индивидуальную жизнь, и бесконечно уважали каждого. Людям это было недоступно. Они ничего подобного не чувствовали и не понимали. Уникальность бытия каждого из них была для них тайной за семью печатями. Вся человеческая культура заключалась лишь в подражании природе. В омертвлении природы. Люди создавали картины как примитивный слепок природы, ее лишенную жизни копию. Облака людей-драконов были частью природы, продолжением природы, олицетворением природы. Людские песни были бесконечным повторением однажды найденной, случайно подслушанной мелодии. Кредо людей-драконов состояло в создании новой жизни, новой реальности, бесконечно прекрасной в своем разнообразии. Да что тут сравнивать. Все и так понятно. Терпеть унижения от людей, терпеть притеснения, натыкаться повсюду на страх в глазах или опущенные взоры люди-драконы не захотели. Они долго собирались с духом и, в конце концов, решились. В один прекрасный день они все дружно покинули Землю. Навсегда. Окончательно. И безвозвратно. Тогда, давно-давно, когда это случилось, люди вздохнули с облегчением. Еще бы. Земля осталась за ними. Люди стали ее безраздельными хозяевами. Но какой ценой! И какие люди… Если раньше они воевали с драконами, то теперь стали воевать между собой. Если раньше они боялись и презирали драконов, то теперь стали бояться и презирать друг друга. И эта грустная преступная эпопея продолжается по сию пору. Если бы не это, может быть, люди-драконы загрустили бы по Земле и захотели вернуться. Может быть, ностальгия бы их замучила. А ведь как хотелось бы, чтобы они вернулись. С их искусством. С их культурой. Единением с природой. Изяществом. С их верой в человека. Нам на Земле всего этого так не хватает. Поэтому я и хотел бы пожелать нам не только символического, но и настоящего года дракона – года возвращения всего того доброго и замечательного, что принесут обратно на Землю люди-драконы. © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
Калейдоскоп

Великий голландский живописец Ван Гог использовал в своих работах светящиеся краски, добиваясь этого эффекта с помощью пока нераскрытого учеными метода их смешения и добавления пигмента. К такому выводу пришли исследователи из итальянского города Милана, тщательно изучившие одну из акварелей великого...

Великий голландский живописец Ван Гог использовал в своих работах светящиеся краски, добиваясь этого эффекта с помощью пока нераскрытого учеными метода их смешения и добавления пигмента. К такому выводу пришли исследователи из итальянского города Милана, тщательно изучившие одну из акварелей великого художника. Кстати, эта работа, датированная 1888 годом, – одна из немногих, находящихся в галереях Италии. Как полагают, свой пигмент Ван Гог готовил из окиси цинка и сульфида цинка с добавлением порошка неизвестного пока металла. В результате пигмент приобретал свойства, похожие на те, которыми обладают современные полупроводники, и излучал слабый зеленоватый свет. Итальянские ученые с помощью спектрального анализа пытаются до конца разгадать тайну технологии, применявшейся знаменитым художником.   «Зебры» отслужили свой век? Появившиеся шесть десятилетий назад в Англии первые в мире размеченные пешеходные переходы – «зебры» - быстро исчезают теперь на своей родине. Власти, отвечающие за безопасность на автомобильных дорогах, убедились в их неэффективности в наш век высоких скоростей и нервной жизни в городе. Водители всё реже пропускают пешеходов даже на таких переходах: многих не останавливает перспектива быть оштрафованными на 60 фунтов стерлингов. В британских городах уже исчезли более тысячи «зебр». Никто не удосужился подсчитать, скольким тысячам пешеходов они спасли жизнь и здоровье. Но на смену белым полосам на асфальте уже приходят светофоры, так как красный свет всё ещё заставляет притормозить даже лихачей. Нет, окончательно с «зебрами» пока рано прощаться. По мнению британских экспертов, привычная разметка сохранится на некоторых улицах мегаполисов.   Путаница на путанице Итальянский эксперт в области сельского хозяйства Франческо Брага, в течение 28 лет преподающий в одном из университетов Канады, был немало удивлен и озадачен, узнав из газет о своем назначении заместителем министра в новом правительстве родной страны. На него посыпался град поздравлений от коллег и знакомых, в том числе, из далекой Италии, причем, одним из первых пришло письмо из Ассоциации производителей пармезанского сыра. Своего будущего заместителя тепло приветствовал и новый министр сельского хозяйства Марио Катания. Отметим, что кабинет технократов во главе с Марио Монти формировался в авральном режиме для срочной борьбы с тяжким финансовым кризисом. Однако вскоре выяснилось, что произошла путаница. Имелся в виду однофамилец и тезка, тоже профессор, но другого университета - Сапьенца в Риме. К тому же его рекомендовал в свои заместители не министр сельского хозяйства, а министр инфраструктуры. И не случайно: ведь столичный Франческо Брага специализируется на антисейсмической технологии в области строительства, и не знает секретов производства сыров или повышения урожайности винограда.   Сидел с трудом, но ехал Пример необычайной приверженности своим профессиональным обязанностям продемонстрировал водитель автобуса из Чехии. Этот ас шоссейных дорог умудрился «надраться» настолько, что с большим трудом сидел в кресле. Но, тем не менее, непреклонно ехал по маршруту, ведя автобус с 20 пассажирами на борту. Кстати, об ощущениях этих самых пассажиров. Их почему-то такая нетрадиционная манера передвижения по междугородней магистрали не устроила. В особенности их смутило то, что водитель то и дело, по понятной только ему одному причине открывал и закрывал двери. Недовольные даже принялись звонить в полицию, но на водителя это не произвело никакого впечатления. Правда, когда один из пассажиров, видимо, утомившись таким обилием впечатлений, взял водителя за шиворот и вытряхнул из-за баранки, тот сопротивляться не стал, покорно приняв удар судьбы. Слава богу, активисту удалось без приключений довести автобус до ближайшей стоянки. Для справки: в крови «адского водителя» обнаружили 4,7 промилле спирта. И в самом деле, после такой дозы даже ровно сидеть на пятой точке удается далеко не всем.   Евро отправляют в металлолом? Не пугайтесь. Речь идет всего-навсего об известном пятнадцатиметровом произведении искусства, установленном перед бывшим зданием штаб-квартиры Европейского центрального банка. Творение видного деятеля современного искусства Оттмара Хёрля, согласно решению городских властей должно исчезнуть с глаз местной и приезжей общественности. Банкирам, переезжающим на новое место, предложили поместить предмет искусства «где-нибудь внутри» своего нового здания. Но они оказались настолько эстетически неразвиты, что отвергли эту высокую честь. «Одни подарки любят больше, чем другие», - дипломатично заметил официальный представитель ЕЦБ. Надо же, десять лет стоял шедевр на франкфуртской Вилли-Бранд-плац и никому не мешал. Говорят, кое-кто его даже фотографировал. Ну, или фотографировался на его фоне. И это несмотря на то, что некоторые специалисты, скажем, руководитель франкфуртского дома деятелей искусств «Мусонтурм» Дитер Бурох воспринимает его как нечто «имеющее, скорее, низкую художественную ценность». Какой коварный удар для автора – нюрнбергского профессора, в 2009 году удостоившегося пристального внимания прессы после того, как он выставил одно из своих произведений – садовых гномов, поднявших руку в нацистском приветствии. Консервативная германская аудитория оказалась не в состоянии воспринять свежее художественное решение…   Совпадение или перст судьбы? Три брата-сицилийца – Гуидо, Альберто и Сальваторе Гарофало - в один день получили инфаркт. Совпадение? Возможно, но обстоятельства поневоле заставляют задуматься. Гуидо и Альберто с семьями проводили воскресный день на пикнике у подножья Этны. Младший – 45-летний Гуидо – неожиданно упал замертво. Пятидесятичетырехлетний Альберто кинулся к нему, обнял за плечи и… У него тоже отказало сердце. А третьего – Сальваторе - в этот же день инфаркт настиг у постели престарелой матери, в больнице города Катания. Тут уже медики оказались на высоте и вернули его буквально с того света. Вот и скажите теперь что это такое – перст судьбы или, в самом деле, простое совпадение?   Эти недружелюбные французы… Бельгийский институт Ти-Си-Ай Рисерч провел сравнительное исследование по многим европейским странам. Рассматривался вопрос о том, насколько дружелюбно встречают в них гостей из-за рубежа. Так вот, признанные чемпионы по числу приезжих – французы – получили титул одних из самых недружелюбных хозяев. Удивительно? Не очень. Тема эта довольно давно муссируется на многих европейских туристических интернет-форумах. И общее мнение именно таково: на той части европейского континента, которая расположена между Бретанью и Лазурным берегом к приезжим относятся недружелюбно. Заметим, речь идет не об иммигрантах, а о туристах, то бишь людях, оказавшихся там специально затем, чтобы потратить свои, как правило немаленькие, деньги. Прежде всего, приезжих задевает неумение и нежелание французов общаться на чем-либо, кроме языка Корнеля и Расина. Речь ведь идет о тех, кто кормится в туристической отрасли, а не о бескорыстных пропагандистах франкофонии. Особые нарекания вызывают у приезжих водители такси, воспринимающие клиентов как назойливых приставал, повсеместные длинные очереди и унылая ночная жизнь – это во Франции-то! Видимо времена, когда любители пикантных развлечений слетались в Париж со всей Европы, чтобы не сказать со всего мира, окончательно отошли в область преданий.   Причина смерти – врачебная ошибка Прошло меньше года с того момента, как в ходе очередной – шестой! – пластической операции остановилось сердце обладательницы одного из самых впечатляющих бюстов Германии (см. «С хирургией шутки плохи», №2(52), 2011). Что же стало причиной смерти порно-дивы Каролин Возницы? Увы, это - врачебная ошибка, как выяснила всеобъемлющая экспертиза. Оказывается, врач-анестезиолог из гамбургской клиники «Альстер» ошиблась с выбором медикаментов и все попытки реанимации, включая дефибриллятор, электроразряды и все прочее оказались бессильны. На прямой массаж сердца, который, как выясняется, был показан, медики не решились. Каролин, она же Секси Кора, впала в кому, и через несколько дней последовал летальный исход. Возможно, медицинское заключение станет предметом интереса прокуратуры.   Бойтесь манкировать супружескими обязанностями! Апелляционный суд французского города Экс-ан-Прованс вынес решение, обязывающее ответчика выплатить бывшей жене 10 тысяч евро. Сумма сама по себе не поражает воображение, но примечательна провинность, которую она призвана компенсировать. Мужу вменено в вину «невыполнение обязанностей, вытекающих из брачного союза», Ну да, вы всё правильно поняли, именно этим самым он, негодник, и манкировал. Что, к слову сказать, не помешало разошедшейся паре обзавестись двумя детьми. Точь-в-точь по старому присловью: «Так они и жили. Спали врозь, а дети были». Суд не принял во внимание оправдание экс-супруга, ссылавшегося на скверное здоровье и большую занятость на работе. Ну, и правильно! А то ишь, служебные обязанности он выполнять горазд, а супружеские – нет! Правда, неясными остаются два момента. Во-первых, на каких основаниях была исчислена сумма компенсации? Исходил ли суд из среднестатистических норм или исключительно из представлений обиженной дамы, экстраполировавшей восторги медового месяца вплоть до третьего десятилетия супружеской жизни? И, во-вторых, как были подтверждены обвинения – только её словами или все же были представлены документальные свидетельства, вроде выписок из семейной приходно-расходной книги? Разумеется, нотариально заверенные.   Папа или не папа, а пристегиваться надо Житель Дортмунда сообщил в полицию о том, что папа Бенедикт XVI во время визита во Фрайбург ездил в своем папа-мобиле не пристегнутым ремнем безопасности. Да еще не один раз, а несколько – налицо рецидив противоправного поведения. Дело затеяно всерьез: заявитель предоставил данные двух свидетелей, готовых подтвердить его обвинения, да при этом еще ссылается на то, что его слова могут подтвердить архиепископ Фрайбургский Роберт Цолитш, председатель Епископской конференции Германии, премьер-министр Баден-Вюртемберга Винфрид Кречман. Теперь германская Фемида проясняет насущный вопрос: а кто такой этот самый папа в юридическом смысле – гражданин Германии, ничем не отличающийся от прочих смертных, или глава государства, пользующийся дипломатическим иммунитетом. Причиной столь неожиданного шага со стороны заявителя, стал его печальный личный опыт. Он сам стал участником автомобильной аварии, в которой пассажиры погибли из-за того, что не были пристегнуты. Так вот теперь он озабочен безопасностью папы: ведь даже на малой скорости, по мнению бдительного дортмундца, глава римской католической церкви может пострадать. Упор делается еще и на то, что папа-мобиль предусмотрительно оборудован ремнями безопасности. Так вот пусть папа их и пристегивает – как того от всех прочих немцев требует закон.   Налетай, подешевело! Хорошая новость для любителей медвежатины: в Финляндии этот сорт мяса становится все дешевле. За минувшие годы сей охотничий деликатес подешевел почти наполовину. Сейчас за килограмм медвежьего филе вам придется выложить «всего» 75 евро. Для сравнения: аналогичный кусок говядины обойдется вам в 45 евро. Так вот, четыре года назад за медвежатину с покупателя просили 130 евро. Для мясника дело обстоит еще заманчивей – килограмм свежей медвежатины «только что из леса» встанет ему в жалких 10 евро! Так откуда же такое изобилие? А это все произошло благодаря стараниям охотоведов, увеличивших квоты на отстрел косолапых. За два минувших сезона их положили целых двести голов. И при этом оптовики еще жалуются на наплыв дешевой медвежатины из Эстонии и Швеции. Правда, продается она преимущественно на юге Суоми и оттого на севере республики такое мясо стоит заметно дороже.   Заявления надо подавать своевременно С этим утверждением едва ли кто-то будет спорить. Как и с тем, что местные власти, которые напоминают об этом гражданам, поступают разумно. Одна небольшая деталь: перед тем, как давать полезные советы, лучше досконально разобраться в ситуации. Именно этим и пренебрегли коммунальные власти шведского города Эскильстуна, пославшие местной жительнице уведомление о том, что о месте в детском саду надо позаботиться загодя. Одна беда: любезно напоминание было им отправлено почтенной столетней даме, совершенно не настаивавшей на своем праве посещать местное детское учреждение. Оказывается, чиновники не взяли в толк простую деталь: дама родилась еще в начале прошлого века, о чем в её документах и была сделана соответствующая запись. Старательные бюрократы решили, что это описка: дескать, столько не живут. Оказалось, живут. И даже, к вящему удивлению чиновников, не впадают в детство. Причем, того, кто послал даме это письмо, не насторожило даже то, что она проживала в коммунальной квартире для престарелых. Воистину, хрестоматийный случай усердия не по разуму. №12(61), 2011
no image
ТРАДИЦИИ

Каждый новый год – отличная возможность оглянуться назад и попытаться разобраться в своем недавнем или несколько более отдаленном прошлом и заглянуть в будущее. Год дракона – вдвойне или втройне. И дело не в том, что он венчает собой 12-летний или...

Каждый новый год – отличная возможность оглянуться назад и попытаться разобраться в своем недавнем или несколько более отдаленном прошлом и заглянуть в будущее. Год дракона – вдвойне или втройне. И дело не в том, что он венчает собой 12-летний или даже 60-летний цикл по восточному календарю. Это не так. А в том, что утверждение человеческой цивилизации на Земле сопровождалось вытеснением с нее племени драконов. Однако, как мы знаем, история всегда развивается по спирали. Попробуем же взглянуть на нее без предубеждения, широко открытыми глазами. Наверняка, у нас с вами тогда появится возможность сделать немало удивительных открытий. Официальная историография утверждает, что в незапамятные времена длительная кровавая война между людьми и драконами за обладание планетой завершилась миром, по условиям которого драконы взяли себе в жены земных женщин. Для драконов это имело фатальные последствия. Но народившееся племя людей-драконов, тем не менее, очень рассчитывало самостоятельно или, в крайнем случае, совместно властвовать над ней. Хотя их было мало, они были на порядок талантливее и могущественнее людей. Но историю не всегда удается просчитать и предвидеть. Иногда она раскручивается совсем даже непонятным образом. Психологически люди-драконы не выдержали дискомфорта сосуществования с людьми на одной планете и покинули Землю. Все. Или почти все? Это принципиальный вопрос. До недавнего времени археологи и системщики давали на него однозначно положительный ответ. А если не все? Если часть людей-драконов притаились? Если они выжидали подходящего момента? Готовились, надеясь, что их время еще настанет? Если у них, в конце концов, получилось? Тогда… На первых порах, когда большинство людей-драконов покинули Землю, оставшимся показалось, что у них нет никаких шансов. Что им не справиться с обстоятельствами. Не выдержать. Ни о чем другом, кроме выживания, они и помыслить даже не могли. Все свои недюжинные силы они бросили на то, чтобы не выдать себя. Чтобы их не обнаружили. Чтобы на них не набросились вновь, как когда-то. Окончательно не добили. Не затравили. Борьба за выживание занимала все их помыслы. Время для людей-драконов как бы остановилось. Оно перестало течь. Им было не до него. И оно о них тоже забыло. Оно проносилось мимо с колоссальной скоростью, не касаясь их и не затрагивая. Века, тысячелетия сплетались в трудно различимую паутину, истлевали и опадали, как странички отрывного календаря. То тут, то там загорались и гасли цивилизации. Одни за другими. А время по-прежнему для них ничего не значило. Оно скачками мчалось вперед, то убыстряя, то замедляя свой ход. Только где-то к Новому времени оставшиеся на Земле люди-драконы смогли перевести дух. У них получилось. Они сумели превозмочь свою и человеческую природу. Они одержали победу. Все! Вымирание им больше не угрожало. Они выбрались из демографической ямы и расселились по планете. Теперь можно было и окрест себя посмотреть, и более амбициозными планами заняться. Тысячелетия борьбы за выживание, тысячелетия тихой и скромной жизни, когда главное было не высовываться, их многому научили. Они не хотели больше ни покорять, ни властвовать, ни господствовать. Они мечтали теперь только об одном. Чтобы сделать эту планету лучше, чище, свободнее. Вытащить людей из нищеты и беспросветности. Прекратить братоубийственные конфликты и междоусобицы. Чтобы пренебрежение к другим, непохожим на тебя, ненависть и брезгливость остались в далеком прошлом. Чтобы религии не разъединяли, а объединяли. Чтобы наступило время дракона, т.е. такое время, когда разные – не только человеческие цивилизации – мирно уживались бы между собой на нашей общей планете. И люди-драконы принялись за дело. Ведь они могли творить с человеческой политикой и экономикой почти все, что угодно. В их жилах текла человеческая кровь. В груди билось человеческое сердце. Они все чувствовали и понимали, как люди. В головах же прокручивал самые изощренные комбинации неземной разум. В распоряжении людей-драконов были неземные знания, способности и технологии. Они были приучены убеждать, как никто, и гипнотизировать. Могли увлекать и вести за собой. Им было дано обучать других чуть ли не всему – и новым профессиям, и новым технологическим укладам: энергетическим, информационным, любым. Сначала у них, правда, ничего не выходило. Приводимые ими к власти короли и императоры лишь выдавали себя за просвещенных монархов. На деле они вновь и вновь рубили головы и затевали нескончаемые войны. Обученные ими революционеры лишь сотрясали воздух красивыми призывами к свободе, равенству и братству. Дорвавшись до власти, они свирепствовали и уничтожали соперников почище прежних правителей. Даже после Второй мировой войны ничего не изменилось. Люди-драконы помогли создать ООН. Они запустили экономическую реконструкцию Старого континента. Подняли народы на деколонизацию. Утвердили в головах новых лидеров высокие идеалы демократии, прав человека, господства права. Все напрасно. Вопреки всем их усилиям ситуация оставалась безнадежной. И тогда люди-драконы придумали, как сделать все по-другому. Они поняли, что очаг цивилизации надо переносить на восток. Европейцы их надежды не оправдали. Только в Китае, только в ЮВА религия не застила глаза людям. Только там сохранялся культ дракона, культ слова, чести, традиций и почитания старших. Там по-прежнему помнили об общем благе. И люди-драконы решили помочь наследникам Конфуция. Отныне ставку ими решено было сделать на них. Они быстро перебросили основные производства в Китай, превратив его в мировую фабрику. Сначала под предлогом освобождения Европы и США от вредных, грязных, трудоемких и затратных отраслей промышленности. Потом и вовсе без объяснений. Одновременно, наряду с доступом к современным производственным технологиям и менеджменту, люди-драконы дали китайцам также и знание того, как усваивать и воспроизводить их. Не останавливаясь, на одном дыхании они поменяли правящую верхушку и понемногу разобрали идеологические завалы, оставленные старой коммунистической номенклатурой. В голову же ее непререкаемого лидера Ден Сяопина они вложили, как и что надо делать, чтобы преуспеть. Как ни странно, этого оказалось достаточно. Люди-драконы вполне успешно обеспечили преемственность политического и экономического курса страны, водрузив его на прочный цоколь народной поддержки и стабильности. Вскоре за Китаем потянулись другие страны региона. Одна за другой и они перешли в категорию быстро растущих экономик. Усвоив все полезное, что ранее продемонстрировали Япония и Южная Корея. Однако люди-драконы прекрасно понимали: одних лишь позитивных действий будет недостаточно. Чтобы все опять не вернулось на круги своя, надо ослабить конкурентов – тех, кто заказывал музыку на планете раньше. Слабейшим звеном оказался Советский Союз. С ним не пришлось долго нянчиться. Дух стяжательства и неверия давно разъедал советскую империю изнутри. Политическая элита спала и видела, как бы конвертировать власть в собственность. Чтобы СССР развалился, его понадобилось лишь слегка подтолкнуть. Одним соперником на планете стало меньше. Вторыми на очереди были Соединенные Штаты. С ними пришлось разыграть несколько более сложный гамбит. Люди-драконы помогли американцам захватить неограниченную власть в мире. Они превратили их в единственную супердержаву. И как предвидели знатоки человеческих душ, те не выдержали бремени власти. Не справились с испытанием ответственностью. Американцы постарались нахапать все: и что можно, и чего нельзя. Они принялись за осуществление такой нахрапистой безудержной волюнтаристской и авантюристической политики, что их дни оказались сочтены. США не выдержали безумства сверхрасходов и сверхпотребления. Внешне они еще держатся. Но их дни как первой экономической сверхдержавы мира фактически сочтены. Больше всего «забот» со стороны людей-драконов потребовал Европейский Союз. Как-никак, такой красивый благородный проект. Воплощение политической мудрости. Средоточие мягкой силы. И мир в регионе обеспечил, и безопасность, и процветание. Все соседние народы в очередь выстроились, чтобы в ЕС попасть. Слиться с ним в умилительном экстазе. Ему люди-драконы выписали незамысловатый рецепт в виде головокружения от успехов. Сначала убедили, что вместо углубления интеграции им лучше подойдет безудержная экспансия. Потом нашептали, что они лучшие в мире. Что все, что они делают, будто бы правильное и единственно верное. Что все другие должны, просто-таки обязаны брать с них пример. А потом, когда в ЕС совсем потеряли бдительность, привели к власти нерешительных лидеров, усилили расстыковку экономических циклов государств-членов, вынудили всех жить по одним и тем же правилам вне зависимости от того, подходят они им или нет. И когда грянул глобальный экономический кризис, подсказали набрать суверенных долгов. Под ними величественный проект, нареченный ЕС, и закачался. Будет ли он окончательно погребен, мы узнаем буквально через несколько месяцев. Тем не менее, до кончины старого мира еще долгий путь. Если только сильные мира сея из империй недавнего прошлого не ускорят его исчезновение своими необдуманными действиями и новыми авантюрами (как на арабском востоке уже намечается). Но место под солнцем расчищено. Люди-драконы постарались на славу. Это только понимать и ощущать надо. В России, похоже, – что последнее время случается все реже и реже – проинтуичили. На пустом месте из кабинетной мечты, пусть и заоблачной красоты, общемировой политический проект сварганили. Или почти сварганили. БРИКСом называется. Заслуг в его реализации у Москвы не так много. А пользу он ей и всем нам принести может огромную. Люди-драконы к нему отнеслись с большим энтузиазмом. Посчитали, что он в их планы очень хорошо вписывается. Что наступление мира драконов приближает. Теперь бы россиянам и другие шаги дружественные по отношению к восходящей цивилизации людей-драконов предпринять. Перво-наперво из древних былин всякое упоминание о том, как богатыри русские заезжим драконам по три, шесть, а то и двенадцать голов палицами сносили, вытравить. Хоть и за дело, а лучше не вспоминать. Во избежание. Пусть и дальние, а все-таки родственники. Гораздо лучше звучать будет, что, напротив, замерзших согрели, и оголодавших накормили. В стилистике: ты меня сначала накорми, напои, Баба-Яга, да спать уложи, а только потом расспрашивай. И поражаемого копьем Змея из герба московского немедленно убрать нужно. Вообще из всей отечественной символики. Не ко двору нынче. Еще бы очень удачно прозвучало, если бы рядом с бурым медведем всюду бурого дракона рисовать стали. Россия ведь всегда с двуглавым орлом отождествлялась, одна голова которого на запад, а вторая на восток глядит. Вот пускай эмблемой запада медведь останется. А востока – дракон станет. Вполне современно и сбалансировано. Тогда Единую Россию вполне бурый дракон вместо бурого медведя олицетворять бы мог. А на знаменах «Наших» дракошу нарисовать можно. Тоже хорошо сработает. Почему бы людям-драконам приятное не сделать. Только зеленого. Чтобы на поддержку идей превратить Землю из голубой планеты в зеленую намекало. Незатейливо так. Но главное – пришла пора внутри страны потихоньку за установление такой культуры приняться, которая бы у людей-драконов отторжения не вызвала. Которая бы им понравилась. Которая им импонировала. Ведь для возрождения страны помощь людей-драконов нам ой как нужна. Прямо-таки позарез. В этом отношении программу-минимум из пяти пунктов предложить пора пришла. Первое, воровать меньше. Ну, там 3-5% отступных или премиальных. Для интереса и поощрения. Кто же против этого возражать станет. Но под 50-70% многовато. Никакая экономика такого не выдержит. Даже самая передовая. Не то, что наша. А когда под 100%, как в случае со строительством шоссейной дороги в Сколково, это вообще погибель. Можно сразу в гроб ложиться и помирать. Так что в мздоимстве меру установить – это первое к будущей власти требование. И ко всему населению страны тоже. Оно же и напутствие. Второе, работать. То есть не делать вид, что работаешь, а работать по-настоящему. Люди-драконы такое отношение к делу очень ценят. Без него они и цивилизацию себе как-то не представляют. Понятно, конечно, что сразу работать начать после стольких десятилетий симулирования сначала сложно покажется. Ну и пусть. Со временем втянемся. Ведь другие народы, где дела неплохо идут, ничего, работают и не жалуются. Конечно, все установки жизненные менять придется. Но с чего-то ведь начинать нужно. Всем в прошлом через себя переступать приходилось. Третье, делать так, чтобы усилия отдачу давали. Ведь сейчас как. Лозунг в массы бросили и забыли. Потом через какое-то время спохватились, а там по-прежнему и конь не валялся. Как, например, с модернизацией. Непонятно только чего. Или деньги выделили, предположим. А спустя какое-то время вспомнили – глядь, а денег давно уже нет, и на что их выделили, никто не помнит. Да и помнить не хочет. С программами тоже порядок навести придется. Конечно, каждый раз их пересматривать и заново населению и начальству всякому втюхивать проще будет. Только от переписывания программ все равно ни хлеба, ни масла, ни разносолов и шмотья всякого больше не станет. Четвертое, государственный аппарат сложившийся разломать к чертовой матери и на его месте что-нибудь дельное поставить. Он сейчас заточен на то, чтобы ни дай бог у него ничего не получалось. Если вдруг получаться начнет, как же с людей деньги тянуть за те услуги, которые им государство вроде бы бесплатно предоставить обязано. Никак. Как их во все параллельные государственным учреждениям структуры выталкивать. Чтобы они мзду за каждый свой чих платили. Нужен подряд – в такое-то окошечко негосударственное сунь. Требуется разрешение – в другое. Хочешь права получить, машину оформить, титул на собственность заиметь, да что угодно получить, – милости просим в такую-то организацию, рядом с властью притулившуюся. Покончить бы с этим вторым контуром государства в государстве, глядишь – и плечи распрямить можно будет. И вздохнуть полной грудью, из этого зазеркалья вылезши. Пятое, хамство повсеместное, в печенки въевшееся, прекратить и человека за человека почитать начать. Чтобы приятно ему в своей собственной стране жить сделалось. Чтобы никто его с грязью не мешал. В душу не плевал. И делом любимым заниматься не препятствовал. А еще бы за сделанное время от времени приличную зарплату выплачивать. Или лучше, не мешать честно заработанным с другими делиться. Рецепт неподъемный. Неожиданный. Но простой. Хоть и трудно осуществимый. Зато как программу-минимум выполним, сами в быстро растущую экономику превратимся. Даже без помощи людей-драконов. А, может, и сами людьми-драконами заделаемся. Где наша не пропадала! © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
ТРАДИЦИИ

Мы в Европе совсем обленились душой. Сделались какие то серенькие, приземленные, занудливые. Перестали верить в чудо. А в него надо верить. Особенно под Новый год. Тогда оно обязательно произойдет. Гоша на полной скорости мчался в Университет. Шансов попасть вовремя на...

Мы в Европе совсем обленились душой. Сделались какие то серенькие, приземленные, занудливые. Перестали верить в чудо. А в него надо верить. Особенно под Новый год. Тогда оно обязательно произойдет. Гоша на полной скорости мчался в Университет. Шансов попасть вовремя на утреннее занятие оставалось не так много. Поэтому он все прибавлял и прибавлял прыти. Расталкивая прохожих и попутчиков. Не глядя по сторонам. Сметая все на своем пути. И понятно, обходить преграды ему было не с руки. Это потребовало бы дополнительной концентрации сил. А они все уходили у него на то, чтобы то и дело разлеплять склеивающиеся глаза. Еще бы пару часов здорового детского сна, и все было бы в порядке. Но садисты из деканата все сделали для того, чтобы этих нескольких часов у бедных студентов не осталось. Спрашивается, зачем. Ну, чтобы изменилось, если бы лекция начиналась не в 8.30, а в 10 или, еще лучше, в 11.00. И лекторов слушали бы совсем иначе. И настроение было бы другое. И на дорогу бы меньше времени уходило. Придаваясь этим нехитрым мыслям, Гоша почти уже добрался до цели, и оставалось сделать последний рывок, когда он вдруг остановился как вкопанный. Перед ним стояла Она. Он сразу понял, что это Она. Именно Она, и никто другой. Он мечтал о ней всю жизнь. Он видел ее во сне. Сотни и тысячи раз. Он спасал ее из разных передряг, героически жертвуя своей шкурой – эти сотни и тысячи раз. Вытаскивал из беды. Носил на руках. Завоевывал сердце. Однако все это были только мечты. А тут Она стояла перед ним, возникнув ниоткуда, и спокойно ждала, вглядываясь в него. Ее глаза лучились. В них была такая загадочная глубина. От нее шло такое тепло. Она была вся такая удивительно родная. Простая. Близкая. Что Гоша… Ему бы подойти к ней, взять за руки и сказать: «Это я. Вот мы и встретились». А он как-то смутился. Замешкался. Стал перебрасывать рюкзачок на грудь. Попытался из него что-то достать, хотя прекрасно знал: нет в нем ничего заслуживающего ее внимания. Когда же он поднял глаза, ее уже не было. То есть, вообще не было. Нигде не было. Гоша закрутился на месте как волчок. Бросился направо. Бросился налево. Что-то закричал дурным голосом. Но ее не стало. То ли она исчезла, пока он ротозейничал. То ли Она вообще никогда не появлялась. Это было ужасно. Несправедливо. Чудовищно. Непоправимо. В душе Гоши все перевернулось. Свет померк. Мир вокруг утратил краски и сделался бесцветным. Время остановилось. Жизнь утратила смысл, и он больше не возвращался. Как можно было отыскать ее, свою Любовь, свою Мечту, и где искать, Гоша совершенно не представлял. Но он решил не сдаваться. Дудки. Не на того напали. Он все равно ее обязательно найдет. Он своего добьется. Ведь теперь он твердо знает, он совершенно уверен, что Она где-то есть. Что Она существует. Сначала наш рыцарь принялся прочесывать район, где он ее увидел. Утром и вечером. Методично. Не прерываясь ни на один день. Не отчаиваясь и не ослабляя хватку. И удача почти ему улыбнулась. В какой-то момент Гоше показалось, что он ее увидел. Ее облик мелькнул на автобусной остановке. Гоша бросился к ней со всех ног. Он почти успел. Но перед самым носом водитель захлопнул двери и отъехал. Гоша стал колотить в них кулаками, орать, чтобы ему открыли, попытался забежать под колеса, повиснуть на огромном боковом зеркале. Все напрасно. Автобус скрылся в потоке автомашин, увозя с собой его Счастье. Его Надежду. Его Все. – Бывает, – решил Гоша. – Ничего. А, может, это была не Она. Попробую покараулить ее на остановках. Занятие это, однако, показалось ему намного муторнее, чем прочесывать район. И наш сильно осунувшийся и похудевший влюбленный надумал сменить тактику. Ведь ей и ее родителям, наверняка, надо что-то есть. Для этого – заходить в продуктовый магазин или магазины. Вот там-то ее и можно будет дождаться. Сказано-сделано. Гоша тут же установил для себя в продуктовых магазинах постоянное дежурство. Но загвоздка состояла в том, что их развелось в округе слишком много. Хорошо было, когда он был маленьким. Одна точка на углу, и вся недолга. А сейчас и Квартал, и Пятерочка, Ашан, Алые паруса, Азбука вкуса и прочее. Ну, с Алыми парусами или Азбукой вкуса все попроще – бросил взгляд сквозь витрину, и все сразу видно: посетителей там раз-два и обчелся. А в Ашане пойди попробуй кого-нибудь отыскать. Нереально. Тем не менее, Гоша все равно не отступился. Упорства ему было не занимать. Как и силы воли. Только до него дошло, наконец, что одному не справиться. Тогда он собрал всех своих друзей, сначала школьных, а потом университетских, и попробовал поставить перед ними задачу. Результат его обескуражил. Друзья подняли его на смех. Одни посоветовали ему лечиться. Другие – дать объявление в газетах, а еще лучше – по телевидению. Третьи – обратиться в частное сыскное агентство. Четвертые – переключиться на других баб. Тем более что их вокруг море. Оголодавших и ждущих с нетерпением, чтобы он их только пальчиком поманил. Гоша сначала рассвирепел. Со всеми сухарями, насмешниками и себялюбцами переругался. А потом сообразил, что в их словах есть рациональное зерно, и некоторым советам вполне можно последовать. Первым делом он обратился то ли к психологу, то ли к психиатру. Тот его встретил с распростертыми объятьями. Ласково и доброжелательно. Усадил, уложил, обо всем расспросил. Только вопросы показались Гоше не о том. Чем он болел в детстве. Чем болели родители, бабушка с дедушкой и совсем уж отдаленные родственники. И от чего лечились. А так же не было ли в семье стрессов. Кого из ее членов он больше любит. Или, может быть, обожает. Или ненавидит. И еще, насколько большая нагрузка в Университете. Удается ли ему хотя бы немного поспать и другими вещами заниматься. Так что эскулап заранее подготовил Гошу к последовавшему диагнозу и рекомендациям. То ли странным. То ли вполне ожидаемым. – Молодой человек, – сказал доктор. – У вас сильное переутомление на фоне авитаминоза и какой-то там недостаточности. Вам бы поменьше в Университет ходить и фентези перед сном читать, и побольше времени проводить на воздухе, в бассейне, тренажерном зале. Плюс к этому хорошо бы рацион разнообразить. Поменьше мучного, и побольше фруктов и овощей с соками. В частном сыскном агентстве Гошу вообще поджидало фиаско. Встретили его, само собой, приветливо и гостеприимно. Как он им все рассказал, быстренько с ним контрактик заключили. Спокойно так. Уверенно. Он его подписал, естественно, не глядя. Типовой ведь. А в нем черным по белому было сказано, что обязательство найти человека выполняется только в случае предоставления относящихся к нему данных, его фотографий или, на худой конец, достоверного описания. А с этим-то у Гоши был швах. Попробовал он ее описать. Тут-то и вышел конфуз. Все, что он мог сказать, было восторженным блеянием. Солнечная. Сказочная. Воздушная. Изысканная. Неповторимая. Родная. Удивительная и т.п. Ничего другого работникам агентства из него выжать не удалось. Ни каков овал лица и его черты. Ни какого вида носик и ушки. Какого цвета глаза и волосы. Как ходит. Во что одета. Что предпочитает. Так что натерпелся Гоша стыда, и с позором был выставлен из частного сыскного агентства. Хотя и с выражением сочувствия и всеми необходимыми теплыми словами, полагающимися за уплаченные деньги. Можете себе представить, в каком Гоша находился состоянии. Гибель империи. Крушение всех надежд. Конец света. Все это слегка напоминало те чувства, которые он испытывал. Гоша рвал и метал. Колотил кулаками в стену. Впадал то в ярость, то в пучину тоски. На всех дико огрызался. Ни с кем не хотел разговаривать. Но от своей Мечты, от своей Любви все равно не отказывался. Для себя он твердо решил, что будет ее искать вечно. Пока не найдет. Наверное, чтобы ее найти, Гоше, действительно, потребовалась бы вечность. Если бы не чудо. Ведь в чудо надо верить. Особенно под Новый год. Тогда оно обязательно случится. Было 31 декабря. На занятия в Университет можно было не ходить. Поэтому Гоша по-быстрому перекусил, оделся и выскочил на улицу, чтобы привычно прочесать квартал за кварталом, потоптаться на остановках и заглянуть в продуктовые. И… остолбенел. Перед ним стояла Она. Любящая. Искренняя. Домашняя. Единственная. Та, о которой он всю жизнь мечтал. Та, без которой и жизни своей помыслить не смел. Та, к которой были устремлены все его помыслы. Она тоже его искала. Не с меньшим упорством, чем он сам. Но только она сумела его найти. Так что, дорогие читатели, ищите и обрящите. Это еще древние советовали. И уж если поставили перед собой цель, добивайтесь ее, не покладая рук. Тогда и судьба будет к вам благосклонна. Ведь это она распоряжается чудесами. Особенно под Новый год. © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
ТРАДИЦИИ

Вместо эпиграфа. Мне рассказали эту историю как историю «чисто европейскую». Приезжает старушка из глубинки внучка навестить. А старушке говорят: «Сидит. Не скоро выйдет». Она погоревала. Поплакала. Домой уехала. Через полгода снова пытается внучка повидать. Только на дворе уже зима. Мороз лютый....

Вместо эпиграфа. Мне рассказали эту историю как историю «чисто европейскую». Приезжает старушка из глубинки внучка навестить. А старушке говорят: «Сидит. Не скоро выйдет». Она погоревала. Поплакала. Домой уехала. Через полгода снова пытается внучка повидать. Только на дворе уже зима. Мороз лютый. Вот, она для него вещи теплые неприхотливые и собрала. А ей снова объясняют: «Сидит. Дожидаться придется». Ну, надо так надо. Но сердце-то болит. Вот, по весне она вновь приезжает. Однако все как прежде. Без изменений. Тут старуха не выдерживает и спрашивает: «А срок-то какой дали? Свидание разрешат, если попросить?» «Ну, что Вы, – ей в ответ. – Какой срок! У него на работе аврал. Фирма же айтишная. Сидит, не вылезая. И днюет, и ночует. Мы в этом смысле. Ничего другого. Извините. Не протумкали». О политических системах, формах правления, механизмах принятия решений в нашем обширном евразийском ханстве – Большая Европа называется – сполна написано. Монографий, сборников и статей всяких научных. Мол, чрезвычайно сложные. Непохожие. Разнообразные. Многоуровнево устроенные. Ничего подобного. Элементарный примитив. На пальцах объяснить можно. Посреди каждой деревни (страны, если по-современному) на центральной площади сборщик податей сидит и с народа за каждый чих деньги получает. И богач, и бедняк, и хозяин, и смерд – все в казну от доходов своих и собственности отстегнуть должны. На общее благо. Добровольно. Преисполненные патриотических чувств. Могут, конечно, зажать. Домой, не уплатив, пронести. Награбленное упрятать. На этот случай при сборщике тьма служивых состоит. Где, кто, как, разведают. Нагрянут. Раскулачат. В доход деревне все обратят. А самого татя в кутузку. Надолго. С понижением в правах. Опять-таки, ради справедливости. Общего блага. Другим в назидание. Мол, не по правилам не воруй. И общество уважай. И закон. Всеми сообща установленный. Вот, и все устройство. Чего может быть проще. И нагляднее. Элементарно, Ватсон. Правда, в каждой деревне свои украшения выдумывают – рюшечки да оборочки. Чтобы выпендриться и свою особость показать. В одних местах на этой площади и вокруг сборщика хороводы водят и песни народные распевают. В других на подскок попсу выпускают, поскольку народ от современной эстрады легче балдеет. В-третьих, на изысканность претендующих, классику крутят. А в-четвертых – вообще тяжелым роком пробавляются. Только все это громыхание суть системы не меняет. И ее ничуть не затрагивает. Ну, уровень поборов в деревнях может быть разным. В одних побольше берут. В других – поменьше. Как где сложилось. Но от экстремальщины все отказались. Были попытки у всех все отобрать и меж остальными разделить. Не выгорело. То есть сначала выгорело, но потом такие ужасы начались. Не дай бог. Так, что от эксперимента пришлось отказаться. Пытались также поборы и подати совсем упразднить. Но только в самом начале. На заре нашей цивилизации. Потом как отрезало. Однако в некоторых деревнях себя в грудь бьют. Дескать, мы образцовые. Мы лучше всех. Другие с нас пример должны брать. У нас все по справедливости. У нас демократия. Правление народа. И для народа. Избранники народа, а то и сам электорат напрямую законы устанавливают. И все потом, включая даже сборщика податей и служивых, что вокруг него, эти законы всячески блюдут. В отличие от расплодившихся повсюду варваров. Которых еще учить и учить. Если надо, насильно. Чтобы они уму-разуму набрались. И за ними во всем следовали. Может, оно и так. Во всяком случае, пока в этих деревнях зажиточнее живут, и денежные потоки из всех других мест к ним сами собой перетекают, как бы там ни вкалывали. Только сути дела это все равно не меняет. И в преуспевающих деревнях, и в обездоленных, в хорошо управляемых, и кое-как, все равно все в пользу богатеев устроено. Все законы под них написаны. Это им сладко живется. Все остальные же подбирают крохи с барского стола. Просто, в одних деревнях среднему человеку побольше перепадает. В других – поменьше. В одних этому среднему человеку получше живется. В других – похуже. Плюс, им еще помыкают. В одних побольше воруют. В других – поменьше. В одних с особым цинизмом и жестокостью. В других – под прикрытием закона. А в остальном – и там социальное неравенство. Глубочайшее. Непреодолимое. И бесправие, с ним связанное. И там. Тем не менее, тем деревням, где демократии нет, про это слушать обидно. И им бы хотелось фасад покрасивее иметь. Чтобы за ним те, кто могут, спокойнее жировать могли бы да честной народ грабить и над ним измываться. Поэтому и они себя под адептов демократии чистят, всякие красивости у себя институциональные устанавливают и выборы регулярные проводят. Поелику считается, что выборы – главное. Они мерило цивилизованности и продвинутости. Однако как выборы проводить – вот, где собака зарыта. Там, где оппозицию внесистемную, за социальное равенство ратующую, давно придавили, выборы чудо какие образцовые. Каждому голосующему один бюллетень на руки выдается. Чистенький. Голосуй – не хочу. А там, где сборщик налогов и служивые, что вокруг него, слабину чуют, чуть иначе. Там по два бюллетеня выдают. Один чистый, а во втором напротив правящей партии уже галочка нарисована. Чтобы неожиданностей ненужных не случилось. Где не просто боятся за себя, а прямо трясутся, там и по три, и по четыре бюллетеня выдают. И все уже заполненные. Во имя стабильности и национального примирения. Есть варианты и похитрее. Нарезкой избирательных округов называются. В тех округах, где фокус не пройдет, по одному бюллетеню выдают. В других – сколько надо и даже больше. А потом избирательную арифметику задействуют. Только это все от лукавого. И во имя него. И лишь до той поры, пока народ спит. Ведь, никто в толк взять не хочет. Главное – не сборщик налогов, ни сколько у каждого отбирают и в кубышку складывают. Главное – на какие цели эти деньги расходуются. Ведь, их можно на помощь обездоленным и на развитие деревни пустить. А можно по карманам распихать. Или еще – в рулетку проиграть. Можно на то, чтобы хоть чуточку пропасть между бедными и богатыми закидать. А можно им же на откуп отдать. Как все случится – это, как раз, от выборов зависит. От того, как они организованы. Значит, и от тебя, мил человек. Все в твоих руках. Теоретически… © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
Открываем старый свет

Причем бизнес, как мы увидим, весьма выгодный. Речь идет о торговцах, в любую погоду терпеливо поджидающих покупателей на рождественских базарах, без которых не обходится ни один уважающий себя германский город. А как же кризис, а как же строгая экономия на...

Причем бизнес, как мы увидим, весьма выгодный. Речь идет о торговцах, в любую погоду терпеливо поджидающих покупателей на рождественских базарах, без которых не обходится ни один уважающий себя германский город. А как же кризис, а как же строгая экономия на самом необходимом? Ну, уж нет! На чем угодно, но только не на таком излюбленном развлечении, как поход на вайнахтсмаркт. Тут уж скупиться – в разумных, надо понимать, пределах – не будет никто. Даже давно и бесповоротно вышедший из детского возраста дядя и тот может, спеша по нескончаемым делам, на минутку забежать в это средоточие деревянных домиков, чтобы пройтись по рядам, поглядеть на разные диковинки и, что уж греха таить, хлопнуть стаканчик глинтвейна с ромом. Однако мы отвлеклись: вернемся к теме бизнеса. Говорят, что тот, кто однажды вошел в этот гешефт, скорее всего не расстанется с ним до смерти. Ветераны рождественских рынков видели и пережили многое. Им приходилось в считанные минуты сворачиваться и убегать после того, как полиция получала предупреждение о возможном теракте. Они стойко выдерживают нуднющий непрекращающийся дождь – обычная декабрьская погода в Германии. Они переживают даже снежные завалы – случается и такое, хотя и редко. И все это в продувной дощатой будочке, обогреваемой в лучшем случае маленьким бытовым калорифером. А Германия, заметим, никак не Сибирь: народ там к морозам не особо привычен. Но терпят: бизнес есть бизнес. Забавно, что даже всезнающая германская статистика, умудряющаяся, казалось бы, пересчитать все шерстинки на кошачьих хвостах, не дает ответа не вопрос о том, сколько в этом году в стране будет раскинуто вот таких вот ярмарок. Приходится довольствоваться обтекаемым «многие тысячи». К числу наиболее известных, на которые, порой, приезжают издалека, относятся вайнахтсмаркты в Ахене, Дрездене, Франкфурте-на-Майне, Лейпциге, Мюнхене, Нюрнберге, Штутгарте… Для торговцев игрушками это золотая пора: в предрождественские недели они получают до трети годового дохода. Не очень отстают от них торговцы часами, книгами и разными электронными забавами: они наторговывают в это время около 25% годового объема. В этом году нет никаких оснований ожидать чего-то худшего, утверждают эксперты. Можно даже спрогнозировать рост в 1,5 процентных пункта. Для розничных торговцев это весьма отрадно, поскольку они пережили несколько не самых лучших лет и стремятся отыграться за все тяготы. Но рекордный уровень 2006 года превзойти, конечно, не удастся. И все же торговцы с рождественских базаров – народ оптимистичный, полный надежд на лучшее: профессия обязывает. В Лейпциге и Нюрнберге, к примеру, в этом году ждут не меньше посетителей, чем в прошлом, то есть порядка двух миллионов. С ними солидарны и организаторы дрезденского Штрицельмаркта. Они готовы даже превзойти прошлогодний уровень – если погода не подгадит. В прошлом году на саксонскую столицу зима навалилась так быстро и неожиданно, что, говорят, кое-кого из потенциальных посетителей даже напугала. Мюнхенцы солидаризируются с коллегами по профессии и уверяют, что сделают все возможное, чтобы дело шло без сучка и задоринки. Между прочим, городские власти от всей души поддерживают эту коммерцию. Оно и понятно: приехавшие в город, пусть даже и на один день, туристы пополняют его доходы: там поедят, здесь выпьют, а устанут так и вовсе ночевать останутся. Скажем, во Франкфурте исходят из того, что каждый такой «однодневный» турист все равно оставит в городе на Майне свои 35 евро. А перемножив их на «количество голов», можно получить вполне весомый итог – 105 миллионов евро. В Нюрнберге власти думают заработать от 80 до 100 миллионов. Ушлые мюнхенцы запланировали получить аж 202 миллиона евро: они предусмотрительно собирают вайнахтсмаркт на Мариенплац, окруженной множеством крупных универмагов. К тому же в баварской столице решили попробовать избавиться от сугубо гастрономического привкуса всех мюнхенских народных праздников вроде Октоберфеста. В этом году под кулинарные изыски отвели только каждую пятую будку. Правда, что касается глинтвейна, то перспективы его продажи как всегда отменные. Конечно, продавцы держат в строгом секрете все цифры, касающиеся объемов сбыта. Даже хорошо информированные германские журналисты не могут назвать точных параметров, ограничиваясь указанием на «миллионные суммы», которые может выручить будка, установленная в правильном месте. В это, надо заметить, легко верится, поскольку в промозглую осеннюю погоду мало что примиряет с действительностью так же как стаканчик глинтвейна – а уж с ромом, с амаретто или с вайнбрандом – выбирайте сами: мы же, в конце концов, в демократической стране, не так ли? Кстати, в Нюрнберге (да-да, именно оттуда родом глинтвейн «Кристлькинд», предлагаемый в наших супермаркетах по совершенно непотребным ценам) за аренду будки торговец глинтвейном будет платить всего по 904 евро с погонного метра, причем установят ему это строение за счет города. Понятно, что сбыт этого излюбленного в столице Франконии – да и не только там! – напитка прямо зависит от температуры окружающей среды – чем, холоднее, тем больше. То же самое относится и к фигурным пряникам – лебкухенам, без которых не обходится ни одно рождество. Вышеприведенную информацию можно считать достоверной, ибо сообщена она Штефани Герстакер, хозяйкой одноименного нюрнбергского винного погребка, признанного лидера по части глинтвейна. Идеальная температура для этого сегмента предрождественского бизнеса – плюс пять градусов. Будет теплее – ничего страшного, в январе и феврале продавцы свое возьмут все равно. А больше неких – опять-таки не разглашаемых, но подтвержденных многолетним опытом – объемов продать так и так не удастся: покупателей с двумя желудками пока еще не изобрели. А как обстоит дело с конкуренцией? В общем-то о-го-го как, что подтверждает пример баварской столицы. Кроме уже упоминавшегося центрального вайнахстмаркта перед ратушей, его соперники распределены по всей центральной части города. Есть «средневековый» рынок на Виттельсбахерплац, «Пинк кристмас» в окрестностях Гэртнерплац – района, облюбованного приверженцами нетрадиционных взаимоотношений между полами, ну и еще 17 рождественских рынков. Но места пока, вроде бы, хватает всем. Сами не едят и другим мешают! Представьте себе, есть у рождественского кулинарно-развлекательного великолепия и противники. Кто же они? Сторонники здорового питания, люди, словно специально созданные для того, чтобы отравлять жизнь тем, кого злодейка-судьба не наградила гастритом, диабетом, гипертонией или панкреатитом. Ну, какие тут диеты, когда облако ароматов, поднимающихся над вайнахтсмарктом способно пробудить аппетит даже у недавно пообедавшего человека? Ах, сахарная вата, братвурсты и яблоки в карамели это нездорOво? Ну, так и не ешьте, а нам не мешайте! И пожалуйста, подсчитывайте эти ваши килокалории где-нибудь подальше от жаркого из шампиньонов. Любому нормальному человеку совершенно все равно, больше там витаминов, чем в брокколи, или меньше и сколько там калия, йода и фтора. Это вкусно, понимаете вы или нет? А если еще использовать их как закуску для… Ну, ладно, ладно, не стану оскорблять вашу ранимую и истощенную диетами душу рассказами о столь прозаических вещах. Купите лучше кулек жареного миндаля! Да отстаньте вы, наконец, от меня с вашими насыщенными жирами! Хотя бы в канун Рождества я не хочу ничего слышать о том, что способствует отложению жира, а что ему препятствует. В грецких орехах много мелатонина? Да хоть бы его там и совсем не было, вы лучше попробуйте заесть ими рюмочку… Ладно, не буду, не буду. А яблоки-то в карамели чем вам помешали? Смотрите, какие нарядные, красно-малиновые и на удобную палочку насажены. Карамель – это калорийная бомба? Опять вы о своем… Ладно, возьмите бананы в шоколадной глазури. Это же шоколад, генератор хорошего настроения! После этого придется отказаться от ужина? Ну, и ладно, ради собственного здоровья можно и пострадать немного. Зато завтра поплотнее позавтракаете, а? Ну, съешьте хотя бы пончик, не беда, что он жарился во фритюре. Там зато внутри шиповниковый джем – просто кладезь этого вашего витамина С, который озабоченный собственным здоровьем люди поглощают просто так, в виде драже. А тут все-таки джем, а? Смотрите – печеные каштаны уютно пощёлкивают на жаровне. Там как раз эти, как их, ненасыщенные жиры. Сорок процентов сахара? Ну, знаете, на вас не угодишь! Все едят и радуются, а вам главное – 40%… Так, пошли лучше к пряникам. Вот уж истинно здоровое питание: в средние века монахи их в аптеках продавали. Типичное надувательство? А вот и нет! Знаете сколько там корицы? А она, между прочим, действует как природный антибиотик. К тому же корица – а также анис и гвоздика – есть во многих напитках, предлагаемых на вайнахтсмарктах. Да, знаю, что там еще и алкоголь, ну так надо держать себя в руках, не наливаться так, чтобы из ушей капало. И тогда вам не будут страшны ни глинтвейн, ни грог, ни пунш. Вообще меру полезно знать во всем, в том числе и в поглощении еще одного рождественского лакомства – штолле, традиционного саксонского кекса. Как он ни вкусен, но нельзя забывать, что это все же не хлеб, а сладость, и потреблять его надо соответственно. Марципан для бедных В последние годы на германских рождественских рынках, среди неисчислимого разнообразия сладостей стала появляться некая новинка, претендующая на то, чтобы составить конкуренцию еще одному предрождественскому хиту – марципану. Но если классическое изделие состоит из бланшированного миндаля и сахара, то эрзац, носящий название персипан, состряпан из немыслимой смеси – измельченные персиковые и абрикосовые зернышки, соя, бобы, горох и даже люпин! И к тому же – крахмал, хотя и немного. Да, из ядрышек персика и абрикоса предварительно извлекается амигдалин, который, во-первых, слишком горек, а, во-вторых – в смеси с водой выделяет синильную кислоту. Но присутствие крахмала легко установить классическим, со школы известным способом – с помощью йода. Правда, изготовители подделок, говорят, нашли способ обходиться без крахмала, что затрудняет обнаружение подделки. Из этого «марципана для бедных» изготавливают и популярные уже много десятилетий конфеты «Домино», и персипановый «хлеб» и персипановые штолле. При этом наживают немалые деньги, поскольку марципан – лакомство недешевое. Но поскольку оно неразрывно связано с рождественскими праздниками, то в эти недели на нем не экономят даже самые скаредные родители. Чем и пользуются фальсификаторы.
no image
Демография

Французов становится больше и они, скорее, довольны качеством жизни в своей стране. Таков один из выводов, который можно сделать из ежегодного обзора социально-демографического положения во Франции Национального института статистики и экономических исследований. Прежде всего, в стране растет численность населения. С...

Французов становится больше и они, скорее, довольны качеством жизни в своей стране. Таков один из выводов, который можно сделать из ежегодного обзора социально-демографического положения во Франции Национального института статистики и экономических исследований. Прежде всего, в стране растет численность населения. С 1981 по 2011 год оно увеличилось на 10 миллионов человек – с 55 миллионов до 65 миллионов. За это тридцатилетие прирост числа жителей у других крупнейший стран ЕС был значительно скромнее: +4 миллиона у Италии, +3 миллиона у Германии. Главными факторами таких темпов прироста населения Франции стало вступление в фертильный период поколения, родившегося в ходе послевоенного «бэби-бума» (+5 миллионов человек) и иммиграционные процессы (+3 миллиона человек). Одновременно отличное состояние эффективной медицинской системы способствовало увеличению средней продолжительности жизни (+7 лет за этот период), снижению смертности. Например, в сравнении с более отсталой в части общественного здравоохранения Великобритании во Франции зарегистрировано за этот период на 2 миллиона смертей меньше и на миллион рождений больше. Нельзя сбрасывать со счетов и фактор иммиграции. В 2008 году среди проживающих во Франции иммигранты составляли 8,4%, или 5,3 миллиона человек в абсолютных цифрах. Из них 20% живут в стране более 40 лет, а 30% перебрались туда менее 10 лет назад. В социальной сфере увеличилось неравенство между слоями французского населения за последние 20 лет. За это время доходы 20% наименее оплачиваемых французов сократились на 400 евро, а 20% наиболее высокооплачиваемых выросли на 680 евро. Средняя зарплата составляет 19,3 тысячи евро в год. Трудовой доход рос на 0,8% в год в период 1995-2009 годов. Зарплаты наиболее высокооплачиваемых наемных работников в стране (1% общего числа со средним годовым доходом свыше 79 тысяч евро) за этот период росли быстрее, кроме кризисного периода 2008-2009 годов (-3,7%). Однако неравенство в доходах наемных работников несколько нивелировалось с помощью государственной социальной и налоговой политики. Налоговое бремя сократилось, выросли социальные выплаты. Оба эти фактора способствовали росту уровня жизни, хотя последний обеспечил 2/3 этого роста. Не будь во Франции такой практики, разрыв между наименее и наиболее обеспеченными социальными категориями вырос бы в два раза больше. В целом, французы довольны качеством жизни в своей стране. В исследовании этот вопрос изучался особо. Оказалось, что по специально разработанной 10-балльной шкале средняя оценка по этому показателю оказалась высокой – 7,3 балла. Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ №12(61), 2011
no image
Только факты

Самые худые люди в Европейском Союзе живут в Румынии, а самые толстые – в Великобритании. Такой вывод можно сделать из данных, опубликованных Европейским статистическим ведомством («Евростат»). Они касаются 19 из 27 стран Союза. В целом доля европейцев, страдающих ожирением, колеблется...

Самые худые люди в Европейском Союзе живут в Румынии, а самые толстые – в Великобритании. Такой вывод можно сделать из данных, опубликованных Европейским статистическим ведомством («Евростат»). Они касаются 19 из 27 стран Союза. В целом доля европейцев, страдающих ожирением, колеблется от 8 до 25%. При этом число женщин и мужчин среди них примерно одинаково. Тем не менее, повсеместно отмечена тенденция у женщин набирать вес с возрастом, а также среди наименее обеспеченных социальных слоев. Самое стройное население проживает, как уже сказано, в Румынии. Там число толстых составляет 8% среди женщин и 7,6% среди мужчин. На втором месте – итальянцы (9,3% женщин и 11,3% мужчин), личным примером опровергающие ошибочное мнение, что от макаронных изделий полнеют: нет, если их есть по-итальянски, то есть изготовленные из твердых сортов пшеницы и не в качестве гарнира, а как отдельное блюдо. Среди худых европейцев значатся также болгары и французы. На противоположном конце этой шкалы – британцы (23,9% женщин и 22,1% мужчин). Это приближает их к американскому показателю, который принято считать антипримером ожирения, что в значительной мере вызвано неправильным питанием и некачественным продовольствием – 26,8% женщин и 27,6% мужчин. Среди европейских толстяков значатся и жители бывшей британской колонии – Мальты (21,1% и 24,7% соответственно), а также Венгрии, Латвии и Эстонии. Андрей СЕМИРЕНКО №12(61), 2011
no image
Только факты

Долговой кризис, обернувшийся в Греции социально-политической напряженностью, не привел к сокращению притока иностранных туристов. Напротив, отмечен стабильный рост иностранных гостей, которых привлекли пляжи и культурно-исторические ценности этой страны. С января по сентябрь 2011 года их число выросло на 10,6% по...

Долговой кризис, обернувшийся в Греции социально-политической напряженностью, не привел к сокращению притока иностранных туристов. Напротив, отмечен стабильный рост иностранных гостей, которых привлекли пляжи и культурно-исторические ценности этой страны. С января по сентябрь 2011 года их число выросло на 10,6% по сравнению с тем же периодом предыдущего года. В абсолютных цифрах иностранных туристов за первые девять месяцев в Греции насчитали более 14,2 миллиона человек. Поступления от этой отрасли составили 7,6 миллиарда евро. Больше всего туристов приехало из Германии – 1,9 миллиона человек, а также из Великобритании – 1,4 миллиона. В обоих случаях прирост превысил 12%. Однако самым динамичным поставщиком туристов в Грецию оказалась Россия. Число россиян, побывавших в Элладе в первые три квартала 2011 года, выросло на 58% и составило 961 тысячу человек. Такие показатели вызваны несколькими факторами. Среди них – падение цен из-за кризисных явлений, переключение туристических потоков из охваченной беспорядками Северной Африки на более спокойные и обустроенные средиземноморские страны. К сожалению, выигрыш греческой туристической отрасли на международном туризме испорчен снижением внутреннего туризма, вызванного последствиями финансового кризиса. Традиционно греки мало путешествуют за пределами своей страны, предпочитая отдыхать на сотнях бесконечно разнообразных островов Эгейского моря. Наряду с торговым флотом туризм считается локомотивом греческой экономики. Он обеспечивает немногим менее пятой части ВВП страны. Светлана ФИРСОВА №12(61), 2011
no image
Только факты

Австрийская юстиция начала расследование против Роланда М., предпринимателя из Форарльберга, который через Интернет торговал вином и шнапсом, украшенным этикетками с изображением Адольфа Гитлера и свастики. Пока все находится на стадии выяснения вопроса о том, был этим человеком нарушен какой-либо австрийский...

Австрийская юстиция начала расследование против Роланда М., предпринимателя из Форарльберга, который через Интернет торговал вином и шнапсом, украшенным этикетками с изображением Адольфа Гитлера и свастики. Пока все находится на стадии выяснения вопроса о том, был этим человеком нарушен какой-либо австрийский закон. Первой шум по этому поводу подняла партия «зеленых». По её мнению в этой ситуации налицо, как минимум, нарушение закона, запрещающего использование национал-социалистической символики. Роланд М. считает, что он просто использовал «ностальгические бутылки с изображениями исторических лидеров». Антон ЧАРКИН №12(61), 2011
no image
Только факты

Поистине чудовищный случай: на двух берлинских рождественских рынках предпринята попытка отравления посетителей. В центре германской столицы, на рождественской ярмарке у Гедэхтнис-кирхе неизвестный мужчина предложил 26-летнему студенту и его спутнице по «мерзавчику» шнапса. Дескать, давайте выпьем за здоровье моей новорожденной дочери....

Поистине чудовищный случай: на двух берлинских рождественских рынках предпринята попытка отравления посетителей. В центре германской столицы, на рождественской ярмарке у Гедэхтнис-кирхе неизвестный мужчина предложил 26-летнему студенту и его спутнице по «мерзавчику» шнапса. Дескать, давайте выпьем за здоровье моей новорожденной дочери. Молодые люди, которым родители, видимо, никогда не объясняли, что с незнакомыми лучше не пить, согласились. И спустя непродолжительное время были без сознания доставлены в больницу. Следующими жертвами отравителя стали три молодые женщины на вайнахтсмаркте на Александерплац. Сценарий тот же – рассказ о новорожденной дочери, предложение выпить, тошнота, потеря сознания и так далее, вплоть до попадания в больницу. Пока неясно, что же было подмешано к этой водке. О преступнике тоже известно немного: речь идет о человеке лет сорока, с коротко стриженными темно-русыми волосами. Прямо скажем, не густо… Надо заметить, что в весьма продолжительной истории берлинских рождественских ярмарок ничего подобного случившемуся не зарегистрировано. Разумеется, полиция обратилась к гражданам со всеми необходимыми предупреждениями, усилены меры безопасности, обо всех подозрительных субъектах предложено немедленно сообщать куда следует, причем – не опасаясь перестараться. Полиция уверяет, что лучше её лишний раз дернут попусту, чем случится что-либо непоправимое. Екатерина КОЛЫЧЕВА №12(61), 2011
no image
Ноу-Хау

Причалы, сигнальные буи и набережные в венецианской лагуне вскоре смогут освещаться электроэнергией, получаемой непосредственно в её водах. Группа итальянских инженеров представила на выставке в городе Римини два типа морских турбин, вырабатывающих электричество под воздействием движения волн. Один образец генератора уже...

Причалы, сигнальные буи и набережные в венецианской лагуне вскоре смогут освещаться электроэнергией, получаемой непосредственно в её водах. Группа итальянских инженеров представила на выставке в городе Римини два типа морских турбин, вырабатывающих электричество под воздействием движения волн. Один образец генератора уже испытывается в водах лагуны, другой скоро будет установлен в открытом море. Они не наносят никакого ущерба экосистеме и даже не являются источником электромагнитных волн. При этом производительность одного из них – 12 тысяч, а другого – 35 тысяч киловатт-часов в год. Этот возобновляемый источник энергии значительно удешевит также получение водорода и процесс опреснения солёной воды, обещают изобретатели. Новый метод получения электроэнергии не случайно найден в Венеции: местные жители испокон веков умели приспосабливаться к морской стихии и приспосабливать её к своим нуждам. Впрочем, аналогичные работы ведутся сейчас и в Великобритании – Шотландии и Северной Ирландии. №12(61), 2011
no image
Ноу-Хау

Ну, если точнее, то не только парламентарии, а еще и главы городов и регионов. Для них с первого января малина заканчивается, и их щедрые доходы будут приведены к европейскому стандарту. Скажем, итальянский народный избранник, получавший в среднем 11 тысяч евро в...

Ну, если точнее, то не только парламентарии, а еще и главы городов и регионов. Для них с первого января малина заканчивается, и их щедрые доходы будут приведены к европейскому стандарту. Скажем, итальянский народный избранник, получавший в среднем 11 тысяч евро в месяц, теперь должен будет удовольствоваться половиной этой суммы. В среднем по Европейскому Союзу доходы члена парламента составляют 5300 евро и, честно говоря, совершенно непонятно за какие такие свершения итальянские депутаты получали аж вдвое больше. Так что нового премьера Марио Монти вполне можно понять, тем более, что сам он подал хороший пример – вообще отказался от зарплаты, целиком пожертвовав её в пользу государства. Можно считать это популистскими выкрутасами, воля ваша. Но я бы распространил эту практику возможно шире: доуправлялся до кризиса – шиш тебе, а не зарплата! А если серьезно, то так же не раз поступали и менеджеры крупных компаний, становившиеся у руля, чтобы вывести корабль из бури в спокойные воды. Правда, наладив дела, они с лихвой компенсировали все недополученное щедрыми бонусами. Но это так, в скобках. Что касается членов римского кабинета министров, то они последовали примеру главы правительства лишь частично, оставив себе основное жалование и пенсионные выплаты. То есть, надо понимать так, что согласились не брать бонусы? Ну да, родина переживает трудные времена, каждый должен принести свою жертву на алтарь отечества… Поскольку предстоит сэкономить 24 миллиарда евро, то каждый цент на счету. Однако вернемся к парламентариям. Не стоит думать, что они пришли в восторг от открывающейся перед ними перспективы. Сразу зашла речь о том, что нарушается автономия парламента, ибо лишь он сам уполномочен решать все вопросы, касающиеся денежного содержания народных избранников. Надо полагать, мы еще услышим возмущенные речи противников такого покушения на права депутатов самим назначать себе щедрое содержание. Есть у итальянского премьера намерение отобрать у парламентариев и пенсионные льготы. Дело это, безусловно, хорошее и будет встречено согражданами с полным пониманием. Возможно, мы скоро узнаем о том, что сам Марио Монти в результате решит отказаться от пожизненного сенаторского оклада, но пока об этом что-то не слышно. Простым же членам парламента хотят отныне не выплачивать государственного пенсиона, если они украшали собой законодательный орган всего один срок. Правда, новые правила будут распространяться только на новых же депутатов, а ветеранов законотворчества не тронут. Дескать, кто не успел – тот опоздал. Интересно, только мне одному видится в этом некоторая несправедливость – пощадить тех, кто загнал страну в тяжелейший кризис, и приструнить тех, кто её должен из этого кризиса вытаскивать? Ах да, о чем это я: Европа, правовая государственность, закон обратной силы не имеет и так далее. А если перевести все это на язык цифр, то на парламентариях предполагается сэкономить до 200 миллионов евро в год. Весомо, что и говорить. Вообще на Апеннинах при политике из государственной казны кормится 500 тысяч человек. Парламентариев и членов различных региональных, провинциальных, районных и общинных советов из них даже не половина, а всего-то 180 тысяч. А остальные три с лишним сотни тысяч – их советники и сотрудники. Неплохо устроились ребята? Усекновения здесь тоже решено начать с самого верха. В соответствии с проектом реформ, от 315 сенаторов оставят только 250, а депутатам достанется еще больше: с 630 их число сократят до тех же 250 человек. Но экономить, как и воевать, можно не числом, а умением. И поэтому в стране, славной своими уникальными кулинарными традициями будет применен новый метод экономии – гастрономический. Начиная с 2012 года, законодатели должны будут довольствоваться, страшно сказать, буфетом, в котором им предстоит обслуживать себя самим. Видимо, в прошлое уйдут и сказочные цены, вроде «Пенне алль'аррабьята» за 1,6 евро или «Карпаччо из говядины» за 2,67 евро. Я уж не говорю о рыбе-мече, запеченной на гриле, которая относилась в этом меню к дорогим блюдам – 3,55 евро! На фоне таких тяжелых утрат лишение права бесплатно летать на реактивных самолетах «по служебным надобностям» выглядит, право же, пустяком. Сергей ПЛЯСУНОВ №12(61), 2011
no image
ТРАДИЦИИ

Нет лучше времени в Европе, чем рождественские и новогодние праздники. Вокруг ярмарки. Гулянья. Елки, ярко украшенные. Иллюминация. Глинтвейн черпаками на каждом углу. Обмен подарками. Шутки. Веселье. Без удержу. Вот, без удержу на год дракона особенно получилось. Города и села разнесли...

Нет лучше времени в Европе, чем рождественские и новогодние праздники. Вокруг ярмарки. Гулянья. Елки, ярко украшенные. Иллюминация. Глинтвейн черпаками на каждом углу. Обмен подарками. Шутки. Веселье. Без удержу. Вот, без удержу на год дракона особенно получилось. Города и села разнесли так, что мало не покажется. Дракоша сидел дома и страдал. Все друзья ходили на митинги и демонстрации. И знакомые тоже. Развлекались. Протестовали. Выражали гражданскую позицию. А ему жена и дети не давали. Говорили: – Тебя там только не хватало. Дракоша обижался: – Ну, почему? – Да, потому, – отвечали родственники, – что характер у тебя заводной. Личность ты харизматическая. Начнешь балагурить, а народ решит, что ты всерьез. И за тобой увяжется. Мы же с тобой как договаривались? Что будешь жить тихо. Скромно. Спокойно. Не высовываться. Как драконам положено. – Ну, это когда было, – отмахивался Дракоша, – тысячелетия назад. Сейчас нравы совсем другие. Никому до нас дела нет. Всем электронные СМИ верховодят. Моего появления никто даже и не заметит. Вы мне по существу скажите, почему держите взаперти, как Илью Муромца в погребе. Почему не даете к народу присоединиться? – А потому, что нечего тебе на улице делать. На улицу кто рвется – кто к себе внимание привлечь хочет. Тебе же это совершенно ни к чему. Еще кто – кого никуда не пускают. Кто ничего другого не может. Кто никаким влиянием не пользуется. А ты же ведь у нас голова. Ты программы умные пишешь. Советы мудрые кому нужно и кому не нужно раздаешь. Ну, не надо тебе из тени вылезать. Не надо высовываться. Просим. По человечески. – Э, дорогие, вы совсем от жизни отстали. Это раньше внесистемщики от отчаянья и по глупости на улицы лезли, да властей задирали. А сейчас они на коне. То бишь, на волне. Протестной. Вместе со всеми. С правыми. И левыми. С умеренными. И радикалами. Со всеми недовольными. А недовольны все. И я со всеми хочу. – Но, ведь, дело абсолютно бесполезное. Зачем только и себя, и других обманывать. Ничего сборища уличные не дадут. Никто на них внимания не обратит. Никому они не нужны. Участники только идиотами да молодняком безмозглым себя выставляют. – Да ну, вас, право, – Дракоша огрызается. – Напрочь вы притчу про того, кто руки не опускал, забыли. Давайте напомню. … Давно это было. Человеческое племя в раю обреталось. Хорошо тогда жили, беззаботно. А потом лафа неожиданно кончилась. Солнце так же жарко как раньше греть перестало. Поля оскудели. Живность пропала. Решили вожди племени на Юг податься. Единодушно. Почти. Потому как один диссидент нашелся, против выступил. Нельзя, говорит, на Юг. Там еще хуже. Там все солнцем выжжено. Там пустыня. Нам либо западнее, либо восточнее надо. Чтобы поближе к морю попасть. – К какому морю! – подняли его на смех. – Какое в раю, к чертовой матери, море может быть. Отродясь такого не слыхивали. – Не хочешь с насиженного места сниматься, не хочешь ничего делать, так и говори. А нас путать не надо. – Нет тебе до других дела, дома оставайся. Пожалуйста. Никто тебя не неволит. Только молчи. И другим не мешай. Однако диссидент, само собой, молчать не захотел. На то он и диссидент. Тогда его все дружно побили. Для куража. И другим в назидание. После чего дружно на Юг двинулись. Диссидент, тем не менее, от своего призвания, от роли Кассандры, отказываться не стал. И, когда оклемался чуток, за ними последовал. Бредет в отдалении и занудствует: – Братья и сестры, – возглашает, – не туда идете. Там, куда вас ведут – погибель. Ну, первое время его еще терпели. А потом он всем надоел. Начали люди останавливаться, камни подбирать и в диссидента кидать. И так день за днем. Останавливаются, подбирают и швыряют. Кто точно, а кто не очень. Кто послабее, а кто изо всех сил. Однако диссидент только кровь с губ, камнями иссеченных, и с тела, всего в ушибах и кровоподтеках, обтирает. И снова к ним присоединяется. Когда же остальных догонит, снова им про маршрут объяснять пытается. Его вновь и вновь камнями осыпают. Уже привычно. Без стеснения. Ну, много ли, мало ли времени прошло, добралось племя человеческое до иной райской долины. Без диссидента, правда. Все же добили они его по дороге. Добрались и радуются. Как хорошо, как правильно мы все сделали. Какие мы умные, что не слушали этого ублюдка-диссидента. Хорошо, что он нам здесь вонять не будет. Только как остановились, все люди племени человеческого бросились в море окунуться. Мужчины-охотники – на мелководье рыбу дротиками бить. Женщины – из сушняка, на берег выкинутого, огонь разводить. Останавливаясь, подбирая камни с земли и швыряя их в диссидента, люди племени человеческого все дальше и дальше отклонялись от первоначального маршрута и, избежав гибели в пустыне, выбрались в райскую долину у берега моря. А вы, родственнички, говорите, будто бы все зря. Как видите, не совсем так. – Идеалист ты, – втолковывают Дракоше остальные драконы. – Неисправимый. Будто не знаешь, как всегда бывает. Протестовать на улицу выходят одни, а пользуются этим другие. И сейчас так будет. Поверь. – Либо гайки закрутят под предлогом обеспечения порядка и спокойствия. Либо совсем уж отморозки до штурвала государственного дорвутся. Откликаясь, якобы, на зов народа. – Несносные вы, – печалится Дракоша. – Во всем только плохое видите. Да беду чуете. Все лишь черными красками рисуете. Поспорил Дракоша еще немного с родственниками для отвода глаз и сделал вид, что со всем согласился. А сам сбежал: – Дудки. Не удержите. Сколько можно. Совсем я по свободе истосковался. Вот на место общего сбора приходит, куда потоки людские стекаются, да там оцепление стоит. Спокойно так стоит. Тихо. Ни к кому не пристает. Никому не мешает. Даже в матюгальники никого не предупреждает. Однако у Дракоши слишком наружность представительная. На общем фоне выделяется. Его, вестимо, за грудки: – Кто такой? – допытываются. – Зачем пожаловал? А документы какие-либо, личность подтверждающие, имеются? И аккуратненько его так от других отделяют. Руки заламывают. В машину с решеточками тащат. Но не на того напали. Дракоша плечи распрямил и давай удаль молодецкую, в крепком теле настоявшуюся, показывать. По одному ряду оцепления кулачком бронированным прошелся. По второму. И дальше бы мог. Только народ ему не дал: – Вот он – наш лидер, – завопил. – Наконец-то, объявился. Теперь нам ничего не страшно. И потащили Дракошу вперед. В руку флаг дали. Во главе колонны поставили. На площадь вынесли и на трибуну водрузили. Ну, а Дракоша чего? Ему только давай: – Народ! – он к народу обращается. – Друзья, граждане, соплеменники! Власть у того быть должна, кто этой власти достоин. У кого она уже есть. Кто ею распорядиться по справедливости может; – Чтобы слова незабвенного Лившица о том, что делиться надо, нашей повседневностью стали. Чтобы все у всех было; – Чтобы, как китайские товарищи обещают, одни лишь чуть раньше других состоятельными сделались. Остальные же за ними уже вскоре потянулись. Народ-то, ясное дело, о чем Дракоша говорит, все правильно понял. Однако на площадь, помимо продвинутых, немало людей, все буквально воспринимающих, набилось. Как услышали речь Дракоши, за призыв ее приняли. И давай витрины крушить. Благо, в самом центре города. И что там, в витринах и внутри, в глубине торговых рядов, конвейером выносить. Да только не такие сопляки застенчивые в оцеплении стоят и им, родимым, командуют. Как увидели, к чему дело идет, сразу своих развернули и повсюду грузовики баррикадами поставили. Тем не менее, для толпы с Дракошей во главе это уже детские забавы. Народ железные прутья похватал. Тем более, было среди него кому. Дракоша же принялся все, что на пути стояло, расшвыривать. Веселье тут пошло. Всем на зависть. Властям на удивление. Толпа в полноводную речку превратилась. Не остановить и в сторону силу такую не отвести. Но начальство и к появлению «зачинщиков» подготовилось. Из снайперских по Дракоше как саданули! Паче его издалека видно, и человеческие тела его не прикрывают. Глупость, конечно, несусветная. И провокация. Для Дракоши пули и зажигалки – так, комариный укус. Он ведь весь в броню одет. И все же провокация есть провокация. От неожиданности, как пули по нему застучали, Дракоша не удержался и столб огня в небо пустил. Резиновые или настоящие – откуда он знает. Столб же огня, что он выбросил, ни с чем спутать нельзя. Его, этого сигнала, ждали. Так на него рассчитывали. Как в небе его драконы увидели, решили: все – пора. Час «X» настал. Их на настоящее дело зовут. Наконец-то. И со всех сторон к Дракоше на подмогу слетаться стали. Все по дороге огню предавая. Происходящее, однако, не только драконам сигналом послужило. Все обыватели, которые фейерверками, шутихами, ракетами и прочими игрушками палящими обзавелись, тоже, как по команде, наружу высыпали. Почему бы не популять в небо голубое, как в копеечку, когда другие вон как развлекаются. Что тут в городе началось! Деревья как свечки горят, драконами, да и не только ими подожженные. Деревянные лотки пылают. Магазины, особенно яркие и нарядные, к Рождеству украшенные, толпа грабит. Повсюду – на улицах, площадях, в парках и палисадниках выстрелы грохочут, и пальба раздается. Так что веселье неудержимое. К тому же прибыльное. Всего, чего дома не хватает, враз натаскать можно. Оцепление, то бишь люди в форме и без формы, держались-держались, да не выдержали: – Что мы, хуже других? – решили. И давай в первых рядах, благо удачно расположены, все, что плохо лежит, растаскивать. Подход верный: все на демонстрантов списано будет. Спектакль, раздольем называемый, в Центре начался. Да только им не ограничился. Век IT -технологий ведь. Вокруг журналистов стая через спутники все, что происходит, транслирует. Молодежь ретивая свои видеозаписи в фейсбуки, твиттеры и другие сети выкладывает. Всей стране пример показывают. Мол, друзья дорогие, не опоздайте. Чтобы к шапочному разбору не попасть. Эффект предсказуемый. Вся страна к веселью рождественско-новогоднему пробудилась. Как положено, безудержно. По-молодецки. От души. Поутру, как все проснулись и проспались, глядь, а города и села в пепелище и развалины превратились. Чтобы отстроить и восстановить – десятилетия понадобятся. Зато повеселись на славу. Надолго запомнится. Навсегда. Если только в той стране, где все разбито и разграблено, те, кому помнить, останутся. Вы меня спросите: – Да что это за страна такая свободных людей постмодернистская? Как называется, где все это случилось? – Граждане, дорогие, разве в названии дело! Да, в любой стране подобное сейчас приключиться может. К тому дело идет. Всюду, во всех странах, ситуация – дрянь. Куда ни плюнь. Вся и разница, что под разными лозунгами народ на улицы выходит. В одних – требуя диктат континентальных держав прекратить. В других – чтобы выборы переиграть. В третьих – чтобы правительство мер экономии в отставку отправить. В четвертых – чтобы вообще за справедливость и свободы разные побороться. Дракоша и драконы ведь всюду есть. Им только дорваться дай. Тем более – год дракона. Не успеем оглянуться, поди-ка, все мы уже в райской долине. У самого синего моря. Так-то вот. На ус мотайте, любители праздников. И те, кто о благе народа пекутся… © Н.И. ТНЭЛМ №12(61), 2011
no image
Круглая дата

и конференция ЕУИ по региональной истории В июне 2011 г. прошла относительно незамеченная и «негромкая» в нашем общественном контексте круглая дата – 400-летие взятия Смоленска поляками в ходе войны начала XVII века. Тем не менее, эта дата добавила новое историческое...

и конференция ЕУИ по региональной истории В июне 2011 г. прошла относительно незамеченная и «негромкая» в нашем общественном контексте круглая дата – 400-летие взятия Смоленска поляками в ходе войны начала XVII века. Тем не менее, эта дата добавила новое историческое измерение городу, который в средние века и раннее новое время несколько раз переходил из рук в руки между Речью Посполитой и Россией. Позднее, уже в новейшей истории, Смоленск дважды стал местом трагедии для Польши – сначала в связи с Катынью, а затем – с авиакатастрофой Президента Л. Качиньского. Фраза «Проклятая Смоленская земля», вырвавшаяся у одного из крупных польских политиков сразу после крушения самолета, на самом деле демонстрирует всю остроту психологического и исторического восприятия места Смоленска в российско-польских отношениях. Вот почему, проводя в июне 2011 г. в Смоленске очередную, третью, конференцию в рамках организованного Европейским учебным институтом при МГИМО международного проекта «Смоленск-Минск-Белосток» при поддержке Администрации Смоленской области и Смоленского филиала Академии права и управления, мы решили посвятить ее главным образом истории. В ходе этой конференции в Смоленске начала работу специальная секция по истории данного региона, нацеленная на изучение исторических корней современных политических и общественных процессов в отношениях России, Беларуси и Польши. Ее проведение также рассматривалось как один из элементов по реализации большого исторического проекта МГИМО «Восточная Европа: опыт системного подхода». В настоящем издании представляются первые результаты работы данной секции. Статья О.Н. Барабанова посвящена идеологически острым вопросам средневековой истории региона и новым междисциплинарным инструментам для их решения, связанными с данными исторической популяционной ДНК-генетики. Статьи А.В. Якутина и З.М. Дашдамирова затрагивают сложный и малоизученный период немецкой оккупации Смоленска в годы Великой Отечественной войны. Статья Л.Е. Кохановской посвящена исторической специфике Ошмянского района Беларуси, находящегося на пограничье этой страны и Литвы. №12(61), 2011
no image
Круглая дата

и новые данные популяционной генетики для ее изучения В рамках международного исследовательского проекта «Смоленск-Минск-Белосток», проводимого Европейским учебным институтом при МГИМО, одной из ключевых тем является изучение истории данного региона. По понятным политическим причинам, в связи с образованием в 1991 г....

и новые данные популяционной генетики для ее изучения В рамках международного исследовательского проекта «Смоленск-Минск-Белосток», проводимого Европейским учебным институтом при МГИМО, одной из ключевых тем является изучение истории данного региона. По понятным политическим причинам, в связи с образованием в 1991 г. новых независимых государств Украины, Белоруссии и Литвы, проблема исторических корней этой территории приобрела особую идеологическую остроту. Формирование новой национальной историографии в этих республиках привело к появлению многих политически детерминированных концепций истории, причем истории не только недавней, но и средневековой. Попытки соотнесения с существующими нациями раннесредневековых этнических образований стали полем не только для исторического анализа, но и для современной политической идеологии. Эти тенденции в новых независимых государствах привели к ответным шагам со стороны экспертного сообщества «старых» историографических школ России и Польши. В результате и в науке, и в популярной литературе появилось большое число взаимно исключающих друг друга концепций, посвященных этнической истории региона. Одной из таких идеологически заостренных исторических проблем стал вопрос о соотнесении с современными нациями этноплеменных групп, входивших в состав Древней Руси и упомянутых в летописных источниках: кривичей, радимичей, полян, вятичей и др. Из всех этих групп, пожалуй, именно кривичи оказались в центре разнонаправленных идеологических подходов. Ключевой вопрос здесь – считать ли кривичей славянами или балтами. Одна из причин этого – нечеткость в понимании того, относились ли кривичи стопроцентно к славянским этническим группам в «Повести временных лет». С одной стороны, кривичи как этнос не были указаны отдельно от руси в начальных строках русских летописей при перечислении разных народов, населяющих ареал Древней Руси в «землях Иафета» после всемирного потопа: «В Афетове же части седит русь, и чюдь, и вси языци: меря, мурома, весь, мордва, заволоцкая чюдь, пермь, печера, ямь, литва, зимегола, корсь, сетгола, либь. Ляхове же, и пруси, и чюдь приседят к морю Варяжскому»*2. В этом списке, пожалуй, с наибольшей подробностью перечислены все невосточно-славянские этнические группы, населявшие или саму территорию Древнерусского государства, или приграничные с ней земли. Кривичей (как и всех других восточнославянских групп) нет в этом списке, что позволяет предположить, что здесь они подразумевались этнически как часть руси*3. С другой стороны, далее летопись сообщает о расселении славянских племен с Дуная по различным областям. Этот список также очень подробен, но кривичей в нем нет, а есть другая этническая группа – полочане: «По мнозех же временех сели суть словени до Дунаеви, где есть Угорьская земля и Болгарская земля; и от тех словен разидошася по земли и прозвашася имены своими, где седши на котором месте; якоже пришедше, седоша на реце именем Морава и прозвашася морава, а друзии чеси нарекошеся; а се ти же словене же; хорвате белии, и сербь, и хорутане. Волохом бо нашедшим на словены на дунайскыя. и седшим в них, и насилящи им, словени же они пришедше, седоше на Висле и прозвашася ляхове, а от тех ляхов прозвашася поляне, ляхове друзии лютичи, инии мазовшане, инии поморяне. Тако же и тии словене, пришедше и седоша по Днепру и нарекошася поляне, а друзии деревляне, зане седоша в лесех, а друзии седоша межи Припятью и Двиною и нарекошася дрегвичи, инии седоша на Двине и нарекошася полочане, реки ради, яже течеть в Двину, именем Полота, от сея прозвашася полочане. Словене же седоша около озера Ильменя и прозвашася своим именем, и сделаша город и нарекоша Новгород. А друзии седоша по Десне. и по Семи, и по Суле и нарекошася севера. И тако разыдеся словенскый язык, тем же и прозвася грамота. Поляном же живущим особь по горам сим, и бе путь из Варяг в Грекы, а из Грек по Днепру...»*4. Кривичи же впервые появляются в летописи в другом перечислении вместе с полочанами, но из которого неясно, идентичны ли они полочанам или же представляют отдельный этнос. После того, как в летописи приводится рассказ о братьях Кие, Щеке и Хориве и основании Киева, говорится следующее: «И по сеи братии почаша держати род их княженье в полях, а в деревех свое, а дрегвичи свое, и словени свое в Новегороде, а другое на Полоте, иже полочане, от них же и кривичи седят на верх Волгы, и на верх Двины, и на верх Днепра, их же град есть Смоленск. Ту бо седят кривичи, таже севера; от них на Белеозере седят весь; и на Ростове озере меря»*5. Ключевой вопрос в понимании источника состоит во фразе «от них». Следует ли понимать ее, что кривичи произошли от полочан, или же «от них» означает не более, чем географическое перечисление, и от полочан автор летописи переходит к следующему племени. Именно в таком контексте, как мы видим, фраза «от них» использована в том же фрагменте летописи применительно к северянам и веси – здесь, очевидно, речь идет о двух разных этнических группах, лишь занимавших соседние территории. Сразу же после этой фразы в летописи идет перечисление племен, говорящих по-славянски, в отличие от племен, использующих другие языки. Кривичей здесь нет ни в том, ни в другом списке. Полочане же приводятся в числе славян, а в числе иных языков упоминается литва: «Се бо токмо словенскый язык в Руси: поляне, деревляне, новгородци, полочане, дрегвичи, северо, бужане, зане седять по Бугу, последи волынци. И се суть инии языцы, иже дань дают Руси: чюдь, весь, меря, мурома, черемиса, ямь, мордва, печера, литва, зимегола, корсь, нерома, ливь, суть свои язык»*6. Затем, уже в первых хронологически определенных известиях летописи о призвании варягов кривичи упоминаются наравне как со славянскими племенами (словенами новгородскими), так и финно-угорскими (чудь и меря). Здесь также нет однозначной идентификации кривичей со славянами: «В лето 6367 (859). Имаху дань варязи из замория в чюди, на словенех, на мерях и на всех кривичех. А козаре имаху на полех, и на севере, и на вятичех, имаху по беле и девеци от дыма»*7. «В лето 6370 (862). Бывша варягы из заморья, и не да им дани, и почаша сами в собе володети, и не бе в них правды, и восташа род на род, и быша в них усобици, воевати почаша сами на ся, и реша сами в себе: «Поищем себе князя, иже бы володел нами и рядил по праву». И идоша за море к варягом к руси, сице бо тии звахуся варязи русь, яко се друзии зовуться свеи, друзии же урмяни, ингляне, друзии и готе. Тако и си. Реша руси чюдь, и словене, и кривичи, и вси: «Земля наша велика и обилна, а наряда в ней нет. Да поидете у нас княжити и володети»*8. Таким образом, племенное объединение, призвавшее варягов, носило полиэтничный характер, и включало в себя в т.ч. и такие этнические группы (чудь), чья территория, как правило, позднее не воспринималась как часть непосредственно Древнерусского государства. Затем летопись упоминает об основании Рюриком города Полоцка и о том, что его первыми жителями, наряду с варягами, стали кривичи: «И пришед (Рюрик) ко Илмерю, и сруби городок над Волховом, и прозва Новгород, и седе ту княжа, раздая волости мужем своим, и городы рубити: овому Полтеск, овому Ростов, другому Белоозеро. И по тем городом находници суть варязи, а первии населници в Новегороде словени, в Полоцку кривичи, в Ростове меряне, в Белеозере весь, в Муроме мурома, и теми всеми обладаше Рюрик»*9. «В лето 6390 (882). Поиде Олег, поим вои многы: варягы, чюдь, словене, мерю и все кривичи, и прииде к Смоленьску и с кривичи, приа град и посади мужи свои... Сеи же Олег нача городы ставити, и устави дани словеном, и кривичем, и мерям, и устави варягом дань даати от Новагорода гривен 300 на лето, мира деля, еще и до смерти Ярославле дааша варягом»*10. Важно отметить, что северные племена (как славянские, так и финноугорские), которые еще до призвания Рюрика были варягскими данниками, разводятся в летописи с южными восточно-славянскими племенами, которые до Олега платили дань хазарам и находились в зависимости от них. В определенной степени это показывает, что к моменту призвания Рюрика территория будущей Руси не была единой и была разделена на два не связанных друг с другом протогосударственных образования: одно (северное) – под протекторатом варягов, а другое (южное) – под протекторатом хазар. Рюрик в своей политике практически не выходил за пределы северного объединения, и только Олег совершил походы на южный хазарский протекторат, переподчинил входящие в него племена себе, и сделал Киев столицей уже объединенного государства (или, если уж совсем точно следовать тексту летописи, сделал всю территорию восточных славян своим, варяжским, протекторатом). Кривичи в числе других племен участвовали в походе Олега на Византию в 907 г.*11 После похода, когда Олег добился от греков уплаты дани основным русским городам, в их числе указан Полоцк, но не указан Смоленск: «И реша греци: «Чего хощеши, дам ти». И заповеда Олег дати воем на 2000 корабль по 12 гривен на ключ и потом даяти углады на рускиа грады: первое на Киев, таже на Чернигов, на Переаславль, на Полтеск, на Ростов, на Любеч и на прочаа городы; по тем бо городом седяху велиции князи, подо Олгом суще»*12. Далее, кривичи упомянуты в числе племен, участвовавших в походе князя Игоря на Византию в 944 г. После первого похода Игоря на Константинополь в 941 г., когда он потерпел поражение, «Игор же, пришед (назад в Киев), нача совокупляти вои многы, и посла по варяги за море, вабя их на грекы и паки хотя поити на них... В лето 6452 (944) Игорь совокупи вои многи: варягы, и русь, и поляны, и словены, и кривичи, и тивереци, и печенегы наа, и тали у них поя, и поиде на грекы в лодьях и на конех, хотя мьстити себе»*13. Интересно, что противопоставление кривичей варяжским правителям Полоцка прослеживается и во времена князя Владимира, т.е. через сотню с лишним лет после призвания Рюрика, т.е. полного слияния элит и ассимиляции варягов в местной среде за этот период так и не произошло. В 980 г. в период борьбы братьев Ярополка и Владимира Святославичей за киевский престол, Владимир сватается к дочери полоцкого князя Рогволода. Летопись характеризует его так: «Бе бо Рогволод пришел из замория, имяше власть свою Полтеск, а Туры в Турове, от него же и туровци прозвашася». Дочь Рогволода оскорбительно отказывает Владимиру, и тогда «Володимир же собра вои многы: варягы, и словены, и чюдь, и кривичи, и поиде на Рогволода... и прииде Володимер на Полтеск и уби Рогволода»*14. Эти летописные сведения составляют основу, которую дают нам письменные источники об истории кривичей. С другой стороны, значительную информацию о них предоставляют археологические источники. Поселения и могильники как собственно кривичей, так и предшествовавших им племен, уже с XIX в. находятся в фокусе внимания археологов. Материалы раскопок конкретных памятников затем были подвергнуты более широкому анализу в обобщающих работах по преемственности и этнической принадлежности археологических культур данного региона вокруг Смоленска и Полоцка. К числу наиболее известных (и резонансных в научной дискуссии) работ такого рода следует отнести исследования П.Н. Третьякова, Д.А. Авдусина, Л.В. Алексеева, В.В. Седова, И.И. Ляпушкина. В фокусе внимания послевоенной советской археологии была дискуссия о противопоставлении кривичей и варягов. На материалах обширного курганного мобильника в Гнездове под Смоленском, исследовавшегося экспедицией истфака МГУ в течение нескольких десятилетий, ее руководитель Д.А. Авдусин подчеркивал славянский характер захоронений и делал вывод об отсутствии массового норманнского присутствия в этом регионе – ключевой транзитной зоне между Днепром и Западной Двиной на пути «из Варяг в Греки»*15. В 1949 г. в одном из курганов Гнездова была найдена амфора-корчага с древнейшей русской надписью, которая была датирована Д.А. Авдусиным первой четвертью X в.*16 Во второй половине 1960-х гг. в Гнездове проводил параллельные раскопки ленинградский археолог И.И. Ляпушкин, который поставил под сомнение исключительно славянскую принадлежность данного памятника и и сделал акцент на норманнском присутствии в Гнездове*17. Его раскопки стали основой для критики подходов Д.А. Авдусина и выстраивания альтернативной концепции «норманнского Гнездова», предпринятых другими ленинградскими историками В.А.Булкиным, И.В.Дубовым и Г.С. Лебедевым*18. Встроенная в существовавшую тогда общую борьбу исторических школ МГУ и ЛГУ по изучению Древней Руси, эта дискуссия придала ей новое, «гнездовское», измерение. В ходе этой полемики по линии «славяне-норманны» в советской историографии немного отошла в тень другая разделительная линия – «славяне-балты» применительно к кривичам. Несмотря на наличие балтского субстрата, кривичи большинством советских археологов признавались полностью славянским племенем. Ситуация резко изменилась в связи с формированием белорусской национальной историографии в начале 1990-х гг. В ней достаточную распространенность получило этническое самовосприятие белорусов не как славян, а как славянизированных балтов*19. Это проистекало, с одной стороны, из идеологической полемики между новыми историографиями Белоруссии и Литвы и положения белорусских историков о том, что ядро элиты Великого княжества Литовского в XIII-XIV вв. составляли не будущие литовцы (жемайты и аукштайты), а будущие белорусы (с которыми отождествляли «литвинов»)*20. С другой стороны, это наложилось на социально-психологическое стремление дистанцироваться от России и «русскости», которое было характерно для ряда белорусских интеллектуалов в «долукашенковский» период, а затем – уже в рамках белорусской оппозиции как признак изначальной «европейскости» Белоруссии*21. Тем самым, балтами признавались не только сами белорусы, но и кривичи, которые по этой логике выступали как одна из составных частей белорусской нации. В итоге, археология и средневековая история кривичей стала в последнее время очень идеологизированной и политически востребованной. Археологически, ключевые моменты этой дискуссии состоят в следующем. В период примерно до рубежа III-II вв. до н.э. – до сарматского нашествия – археологическая и этническая картина Восточной Европы выглядела стабильной. В этот период не только собственно Прибалтика, но и большая часть современной Белоруссии, а также верховья Днепра были заселены племенами днепро-двинской культуры, которая признается прото-балтской*22. На востоке с ними граничили племена дьяковской культуры, которая относится уже к финно-угорскому ареалу*23. На юго-западе прото-балтские племена соприкасалась с племенами пшеворской культуры в Польше, которую большинство археологов считает прото-славянской*24. На юге же, в лесостепной полосе Среднего Днепра, находились племена зарубинецкой культуры, которые под натиском сарматов стали переселяться на север, в лесную полосу верховьев Днепра – т.е. на территорию днепро-двинской культуры. Соответственно, основной вопрос здесь – это этническая принадлежность зарубинецкой культуры. В советской историографии в большинстве работ считалось, что зарубинецкая культура является несомненно славянской. Этой точки зрения придерживались столь разные по общей тональности работ исследователи, как Б.А. Рыбаков и П.Н. Третьяков*25. Другие точки зрения состоят в том, что зарубинецкая культура была окраинно-скифской*26, т.е. иранской, или окраинно-балтской*27. Это положение о славянском характере зарубинецкой культуры соединялось в ряде работ в советской историографии с тем, что именно она представлялась как системообразующая основа для формирования всех будущих восточно-славянских племен, которые были упомянуты в летописи. Т.о., и кривичи, и поляне, и радимичи с вятичами выводились непосредственно из зарубинецкой культуры. Отсюда делался вывод о своего рода «зарубинецкой автохтонности» восточных славян, о том, что все они расселились на территории будущей Киевской Руси еще со времен зарубинецкой культуры, и именно эта эпоха является точкой разделения между западными и восточными славянами*28. Другая концепция состояла в том, что значительная часть восточно-славянских племен была сформирована гораздо позднее, в эпоху Великого переселения народов, и была вызвана уходом части западно-славянских племен с территории будущих Польши и Чехии, а также Среднего Подунавья на Восток из-за притеснений со стороны гуннов и особенно аваров в ходе создания Аварского каганата в Паннонии. Именно этим объясняется феномен распространения на территории восточно-славянского ареала пражско-корчакской археологической культуры. Тем самым, по этой логике, значительная часть восточно-славянских племен не являлась автохтонной с зарубинецкой эпохи, а пришла с Запада в VI-VII вв., т.е. всего за пару столетий до возникновения Древнерусского государства и летописания*29. Соответственно, племя кривичей, расселившееся в междуречье Верхнего Днепра и Западной Двины, имеет в своей этнической «стратиграфии» слой балтского субстрата, слой зарубинецкого времени и слой эпохи Великого переселения народов. Такова ситуация и с рядом других восточно-славянских племен, но поскольку именно кривичи оказались на непосредственной границе Древнерусского государства и известных по письменным источникам балтских племен IX-XI вв. (ятвягов, пруссов и литвы (как бы ее ни понимать)), то именно в отношении кривичей предположения о том, что балтский элемент в них превосходит славянский, были особенно распространены и стали активно использоваться в современной белорусской историографии. К слову говоря, восприятие балтских коннотаций как белорусов, так и кривичей, нашло свое отражение и в современных балтских языках. В литовском языке Белоруссия звучит как «Балторусия», а в латышском языке до сих пор восприятие и России, и Белоруссии идет через кривичей. Россия по-латышски звучит как «Кривия», а Белоруссия – как «Балтокривия». В религиоведческом плане связь кривичей с балтами прослеживается и в том, что этноним их племени связывается с именем балтского бога Криве/Кривейтиса, а одним из изначальных центров кривичей представляется полулегендарный город Кривгород на месте современного Вильнюса. Как мы видели в летописях, есть и еще один спорный момент – как соотносить два этнонима «полочане» и «кривичи». Именно полочане упоминались в летописи в первых перечислениях племен, населяющих территорию Древнерусского государства, кривичи же там не упоминались вовсе. О многозначности предлога «от них же» в летописной фразе «полочане, от них же кривичи» мы писали выше. Возможно, если использовать концепцию балтского субстрата, то логичным будет предположение, что изначально, на заре письменной древнерусской истории речь шла о двух разных племенах – славянских полочанах и балтских прото-кривичах, которые затем слились в одно. Эта разница получила свое развитие и в чувствующейся по летописным источникам конкуренции между двумя главными городами, заложенными в кривичской земле, – основанным Рюриком Полоцком и основанным/перестроенным Олегом Смоленском. Полоцк находился непосредственно в земле полочан, а про кривичей летопись говорит: «Их же град есть Смоленьск». Это противопоставление городов, к слову, также активно используется в идеологических целях в историографии. В белорусской историографии (которая, надо отдать ей должное, очень аккуратно и политкорректно не настаивает на «белорусскости» земель за пределами территории современной Белоруссии) всю историю кривичей концентрируют вокруг Полоцка, а Смоленск воспринимается как второстепенный центр. В смоленской же краеведческой и археологической литературе, а так же и в ряде московских работ, ключевой акцент в истории кривичей делается именно на Смоленске, а роль Полоцка принижается*30. Таковы основные спорные моменты в истории кривичей, которые сейчас стали объектом идеологизации. Помимо кривичей, есть еще два племени, этническая история которых вызывает несовпадающие интерпретации в различных национальных историографиях. Это радимичи и вятичи. Показательно то, что в вышеприведенном первоначальном перечислении расселения славянских племен в «Повести временных лет» эти два племени не упоминаются вовсе. Затем же в летописи сообщается следующее: «Радимичи бо и вятичи от ляхов. Бяста бо 2 брата в ляхах: Радим а другии Вятко, и пришед, седоста: Радим на Сожю, и прозвашася радимичи, а Вятко с родом своим седе по Оце, от него прозвашася вятичи»*31. Таким образом, летопись недвусмысленно указывает на польское происхождение этих двух племен, а также на то, что вполне вероятно, их переселение с Запада на Восток произошло позднее, чем у других племен. Несмотря на это, в большинстве как исторических, так и археологических работ в советской историографии это свидетельство летописи отбрасывается, и делается вывод об исконно восточно-славянском происхождении радимичей и вятичей*32. С другой стороны, поскольку часть ареала рассления радимичей приходится на территорию современной Белоруссии, и наряду с кривичами и дреговичами радимичи воспринимаются в белорусской национальной историографии как составная часть будущего белорусского этноса, то в рамках той же тенденции дистанцирования «белорусской» триады племен от племен «великорусских» и «украинских» в ряде белорусских работ сейчас приводятся аргументы в пользу западного, польского происхождения радимичей – по той же логике, по какой в части белорусской историографии поддерживается балтское происхождение кривичей. С другой стороны, у белорусских авторов можно встретить и стремление полностью отделить радимичей от вятичей (не входивших в «белорусский» ареал), и представить вятичей не как славянское, а как финно-угорское племя. Что касается летописных упоминаний о радимичах и вятичах, то помимо первого известия о происхождении от ляхов, из «Повести временных лет» мы выше привели сообщение, что до призвания Рюрика и радимичи, и вятичи платили дань не варягам, а хазарам и т.о. входили в южный, хазарский протекторат. Перемена в этой зависимости от хазар к варягам произошла у радимичей при князе Олеге. «В лето 6393 (885). И посла (Олег) к радимичем, река: «Кому дань даеть?». Они же реша: «Козаром». И рече им Олег: «Не даите козаром, но мне даваите». И даша Олгови по шълоягу, якоже и козаром даяху. И бе Олег обладаа поляны, и деревляны, и северяны, и радимичи, а с уличи и тиверци имеаша рать»*33. И радимичи, и вятичи участвовали в походе Олега на Византию в 907 г.*34 Несмотря на это, вятичи продолжали платить дань хазарам вплоть до времени князя Святослава, и только после его походов 964 и 966 гг. стали платить дань Киеву и вошли под его протекторат. До этого, очевидно, вятичи либо вообще находились вне пределов Киевского государства, либо были в поочередном подчинении Киева и хазар: «В лето 6472 (964). Князю Святославу взрастишю и возмужавшю, нача совокупляти вои многи и храбры, и легко ходя, аки пардус, воины многы творяше... И иде на реку оку и на Волгу, и налезе вятичи, и рече вятичем: «Кому даете дань?». Они же реша: «Козаром по щелягу от рала даем». В лето 6473 (965). Иде Святослав на козары... и одоле Святослав козаров... В лето 6474 (966). Победи Святослав вятичи и дань на них взложи»*35. В 981 г. князь Владимир повторил поход на вятичей и снова возложил на них дань: «В сем же лете и вятичи победи, и взложи на нь дань от плуга, якоже отець имаше. В лето 6490 (982). Варатишася вятичи, и иде на ня Володимер, и победи я второе»*36. В 984 г. настала очередь радимичей: «Иде Володимер на радимичи; и бе у него воевода Волчеи Хвост, и посла Володимер пред собою Волчьа Хвоста; и срете на реце Песщане, и победи радимичи Волчеи Хвост; тем и русь коряться радимичем, глаголюще: «Пищанци волчьа хвоста бегают». Быша радимичи от рода ляхов, и пришедше ту ся вселиша, и платять дань Руси, и повоз везут и до сего дне»*37. Показательно, что здесь летопись не только повторяет сведения о польском происхождении радимичей, но и недвусмысленно отделяет их от руси. Применительно к этим походам Владимира надо отметить, что князь Святослав в последние годы своего правления практически не занимался делами Киевской Руси, проводя большую часть времени в низовьях Дуная вокруг города Переяславца, воюя там с болгарами и византийцами: «В лето 6477 (969). Рече Святослав матери своеи и бояром своим: «Не любо ми есть в Киеве быти, хощу жити в Переяславци и на Дунаи, яко то есть средина земли моей, яко ту вся благая сходиться, от Грек паволокы и злато, и вина, и овощи розноличныи, из Чех, изо Угр сребро и кони, из Руси же скора, воск, и мед, и челядь»»*38. Правление на самой Руси было разделено между его тремя сыновьями – Ярополк был поставлен править в Киеве, Олег – в древлянах, и Владимир – в Новгороде*39. Очевидно, что в этот период ослабления центральной княжеской власти (и отсутствия на Руси княжеского войска) многие земли, входившие под протекторат Киева, стали стремиться к большей автономии. Видимо, в этот период вятичи и радимичи перестали платить дань Киеву, а в Полоцке и Турове получили власть приехавшие из-за моря новые дружины варягов во главе с Рогволодом и Туром, соответственно. Наконец, еще одно племя, которое в различных национальных историографиях получает несовпадающие интерпретации, это поляне. Жившие на Среднем Днепре, они оказались в центре Древнерусского государства после того, как князь Олег сделал расположенный на территории полян город Киев своей столицей и объявил, что Киев «буди мати градом руским»*40. После этого, этноним «поляне» постепенно стал синонимом слова «русь», фразу летописи «поляне, иже ныне зовомая русь» мы уже приводили выше. В советской историографии, прежде всего благодаря трудам академика Б.А. Рыбакова, история полян получила глубокую проработку, начиная с VI в., с князя Кия и его братьев. Поляне в этой концепции воспринимались как ядро Древнерусского государства и «русской земли» в узком смысле слова (по Б.А. Рыбакову)*41. В постсоветской украинской историографии племя полян стало восприниматься как основа украинской нации, и Киевская Русь как пример древнеукраинской государственности. Если же буквально следовать тексту летописи, то поляне, находившиеся под хазарским протекторатом, были подчинены князем Олегом в 882 г. и вошли в его собственный варяжский протекторат (или «русский» протекторат в норманистском смысле этого слова): «И седе Олег княжа в Киеве, и рече Олег: «Се буди мати гродом руским». И беша у него варязи, и словене, и прочии, прозвашася русью»*42. Варяжская дружина Олега осталась вместе с ним в новой столице и оттуда начала управлять подчиненной страной. Для характеристики элиты Киевской Руси того времени весьма показателен список киевских послов, которые вместе с Олегом договаривались о мире с византийцами в Константинополе. В походе 907 г. это «Карл, Фарлоф, Вельмуд, Рулав и Стемид»*43 , в переговорах 912 г. послы представляются так: «Мы от рода рускаго; Карл, Инегелд, Фарлоф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руал, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид, иже послани от Олга. великого князя рускаго»*44. Подавляющее большинство этих имен этнически – скандинавы. Поэтому отождествлять Киевскую Русь первого столетия ее существования с полянами было бы большой натяжкой. В вышеприведенном перечислении племен, участвовавших в походе князя Игоря на Византию в 944 г. русь и поляне упомянуты отдельно друг от друга, в числе послов Игоря в Константинополе в 945 г. также большинство составляют скандинавские имена*45. Лишь ко времени Владимира к концу X в. скандинавские имена перестают доминировать в киевской элите. Все отличие полян от других племен в этот период состоит только в том, что они жили непосредственно вокруг новой столицы князя Олега. Но для нас важны не только идеологические акценты в четырехугольнике поляне-варяги-русские-украинцы. Применительно к этнической истории полян большую значимость приобретает еще один аспект. Дело в том, что в «Повести временных лет» этноним «поляне» применяется не только к племени, жившему на Среднем Днепре, но и к одному из славянских племен, расселенных на территории Польши. Вышеприведенный список славянских племен из летописи это подтверждает. Традиционно, в советской историографии превалировала точка зрения, что это два абсолютно разных племени, которые получили одинаковое название из-за того, что оба жили «в полях», т.е. на территории, свободной от леса. «Поляне же прозвани быши, зане в поли седяху»*46, – пишет летопись. В то же время, в «Повести временных лет» неоднократно имеются упоминания о том, что территория вокруг Киева как раз была характерна лесами, а не полями. Вот фрагмент о том, как Кий с братьями строят Киев: «Поляном же живущим особе и володеющим роды своими, яже и до сеа братья бяху поляне, и живяху кождо с родом своим на своих местех и володея родом. И быша 3 братья, единому имя Кии, другому Щек, а третьему Хорив, и сестра их Лыбедь... И сотвориша городок в имя брата их старшаго и нарекоша Киев. И бяше около града лес и бор велик, и бяху ловяще зверь, бяхут бо мудри и смыслены, и нарецахутся поляне»*47. Другой фрагмент о том же – когда хазары потребовали с полян дань и те дали им «от дыма меч», то когда хазарский каган спросил воинов, где они взяли такую дань, те ответили: «В лесех, на горах, над Днепрьскою рекою»*48. В такой ситуации самоназваться полянами для племени, живущего посреди лесов, выглядит не очень логично. Помимо этого, по контексту летописи не исключена и интерпретация, что Кий с братьями не жили изначально на месте будущего Киева, а приплыли туда из других земель. В этой связи не менее логичным выглядит предположение и о том, что днепровские поляне изначально были частью польского племени полян и могли переселиться на Днепр в ходе одной из волн славянского переселения с Запада на Восток, либо в период притеснений славян со стороны Аварского каганата, либо по иным причинам. Дополнительным подтверждением возможности этого служит то, что совсем рядом с ареалом расселения польских (ляшских) полян (живших по Варте и в междуречье Варты и Средней Вислы вокруг Гнезно и Познани), один из близлежащих регионов называется Куявия (что очень сходно с Киевом, называемым в арабских источниках Куява). Сразу два похожих названия заставляют задуматься, что это не простая случайность. Таким образом, днепровские поляне, так же, как и радимичи с вятичами, могут происходить из западнославянского ареала, с территории Польши.   На этом фоне идеологизации средневековой истории, с рубежа 1990-2000-х гг. у историков появился принципиально новый источник, который может в гораздо большей степени прояснить корни этнических процессов в регионе. Это данные популяционной генетики. Эта научная дисциплина существовала и раньше, но в этот период она вышла на принципиально более высокий и точный уровень анализа. Раньше она занималась исследованием групп крови, цвета волос и т.п. в различных этнических популяциях (то, что на современном биологическом сленге называется «классическая популяционная генетика»). А с 1990-х гг., благодаря новым открытиям в сфере генома человека, основным предметом исследования данной дисциплины стали мутации ДНК в Y-хромосоме и митохондриальной ДНК, позволяющие с высокой степенью точности проследить родство, соответственно, по мужской и женской линии. Одним из пионеров этих исследований стал итальянский генетик, работавший в Стенфорде, Луиджи Лука Кавалли Сфорца. Его книга 1994 г. стала своего рода итогом исследований «классического» периода и заложила основы популяционной ДНК-генетики*49. Ключевым популяризатором этого направления на широкую аудиторию стал один из аспирантов Л.Л. Кавалли Сфорцы Спенсер Веллс, организовавший специальный проект по ДНК-генетике популяций с Национальным географическим обществом США*50. Поскольку сообщество популяционных ДНК-генетиков, как, увы, и многие другие научные школы, сразу же оказалось раздроблено на несколько конкурирующих и неприязненно относящихся друг к другу направлений, то еще одним важнейшим популяризатором этой дисциплины стал противник школы Кавалли Сфорцы Брайан Сайкс, опубликовавший наиболее широко распространенный бестселлер по исторической ДНК-генетике «Семь дочерей Евы»*51. Базовым открытием данной дисциплины стало доказательство того, что все ныне живущее население Земли произошло от одной конкретной женщины, жившей в Африке по разным оценкам 140-200 тыс. лет назад, которую называют «Митохондриальная Ева», и от одного конкретного мужчины, жившего также в Африке по разным оценкам 80-140 тыс. лет назад, который получил имя «Y-хромосомный Адам». Их генетический код (или точнее говоря, последовательность нуклеотидов в ДНК) является базовым для всего существующего человечества. А от них, с постепенным накоплением мутаций в ДНК в Y-хромосоме и митохондриях, можно проследить разделение изначально единого вида Homo sapiens на отдельные прото-этнические группы и их миграцию из Африки на другие континенты. Постепенно учеными было сформировано генетическое древо мутаций как по мужской, так и по женской линии, по которому можно проследить генетические корни современных этносов. Большие сообщества людей с одинаковым набором накопленных мутаций получили в генетике название «гаплогруппы». Внутри них в ДНК-анализах по мужской линии более мелкие подгруппы называются «гаплотипы». Этот ДНК-анализ проводился как по найденным археологами останкам древних людей, так и у ныне живущих популяций. В последнем случае, с применением затем статистического и картографического анализа стало возможным выделить регионы преобладания той или иной гаплогруппы, и тем самым этническая карта мира могла быть сопоставлена с картой генетического происхождения популяций. Поскольку ДНК-генеалогия – наука точная, а гаплотип средневекового человека передается всем его прямым потомкам по мужской линии практически без изменений вплоть до сегодняшнего дня, то это позволило с достаточной статистической четкостью выделить те самые иноэтничные субстраты в ныне существующих этносах (например, финно-угорский субстрат среди русских), о которых по данным археологии и лингвистики можно было только догадываться. За годы проведения данных исследований былы созданы значительные по объему базы данных гаплотипов. На их основании стало возможным выделить наиболее часто встречающиеся гаплотипы у современных наций, а также сопоставлять их друг с другом у соседних или родственных этносов. Применительно к гаплотипам русских, а также других европейских народов, подобная работа была проведена А.А. Клёсовым. Систематизированные им гаплотипы русских являются крайне важным новым источником для историков, археологов и этнографов. Эти новые данные позволяют нам получить дополнительную информацию и по летописным племенам, которые стали предметом рассмотрения в данной статье. Интересующие нас гаплотипы принадлежат к Y-хромосомной гаплогруппе R1a1 (или по новой классификации Международного общества генетической генеалогии, введенной с 2008 г. – R1a1a), которую в ДНК-генеалогии считают «индоевропейской». Ее носители принадлежат к индоевропейской семье языков, она распространена в Северной Индии, в Иране, в Европе. К этой гаплогруппе принадлежит и значительная часть современных славянских и балтских народов, т.н. «чистые» индоевропейцы (а не те мужчины, которые хотя самоидентифицировали себя с одним из славянских/балтских народов, но по данным ДНК-анализа произошли от угро-финского (гаплогруппа N3, по новой классификации N1c), палеоевропейского (гаплогруппа I) или иного прародителя по мужской линии). Гаплотипы внутри гаплогрупп определяются по изменению количества т.н. «коротких тандемных повторов» (англ. short tandem repeat, STR) пар нуклеотидов ДНК на определенном участке Y-хромосомы (англ. DNA Y-chromosome segment, DYS). Анализ STR проводится по различным сегментам ДНК (обычно по 6, 12, 17, 25, 37 или 67 различным участкам). Одним из наиболее распространенных и стандартизированных анализов является анализ по 17 выбранным сегментам, который получил название «Y-файлер», и который включает в себя следующие участки ДНК Y-хромосомы: DYS 19, DYS 385 a, DYS 385 b, DYS 389-1, DYS 389-2, DYS 390, DYS 391, DYS 392, DYS 393, DYS 437, DYS 438, DYS 439, DYS 448, DYS 456, DYS 458, DYS 635, Y-GATA-H4. Один из гаплотипов, который А.А. Клёсов называет «гаплотипом западных славян», представляет собой следующие значения STR в формате Y-файлера: 17-10-14-13-30-25-10-11-13-14-11-10-20-16-16-х-11*52. По статистике, приведенной А.А. Клёсовым, этот гаплотип имеется у 34% обследованных чехов гаплогруппы R1a1a и у 27% поляков этой гаплогруппы*53. Далее, А.А. Клёсов анализирует гаплотипы русских гаплогруппы R1a1a в европейской части России. Из них он выделяет девять основных гаплотипов, которые он называет «девять племен», и высказывает предположение, что их современные носители могли соотноситься с одним из летописных племен восточных славян*54. А.А. Клёсов сам не высказывает никаких предположений насчет соотнесения этих гаплотипов с конкретными племенами, также не проводит он и сравнительного анализа русских и зарубежных гаплотипов группы R1a1a. На основании проведенного нами исторического исследования попробуем сопоставить эти новые генетические данные с материалами письменных и археологических источников. Из девяти указанных гаплотипов для нас прежде всего важна «шестая ветвь» по классификации А.А. Клёсова. В формате Y-файлера она выглядит так: 17-10-14-13-30-25-10-11-13-14-11-10-20-16-16-23-12*55. Если мы сравним ее с приведенным выше «гаплотипом западных славян», мы увидим лишь одно отличие от него (в последнем сегменте Y-GATA-H4 12 STR вместо 11). А это значит, что один из девяти базовых восточно-славянских*56 гаплотипов практически совпадает с ключевым польским гаплотипом. А это значит, что одно из восточно-славянских племен должно было иметь польские корни и быть несомненно польского происхождения. Если мы обратимся к летописным источникам, то «братские» племена радимичей и вятичей как раз отвечают этому условию. И на основе генетических данных мы должны теперь будем с гораздо большим доверием отнестись к сообщению летописи, что радимичи и вятичи «из ляхов», несмотря на многолетнюю традицию советской археологии отрицать это и говорить об их «зарубинецкой автохтонности». Почти совпадающий гаплотип означает, что разделение поляков и этого восточно-славянского племени произошло не так давно в исторической ретроспективе. Радимичи и вятичи, чей уход из Польши четко зафиксировался в исторической памяти летописца и произошел не за так много поколений до фиксации этого, отвечают этому условию в большей степени, чем, скажем, днепровские поляне, которые, если и были одним целым с полянами польскими, то отделились от них гораздо раньше радимичей с вятичами.   Другой интересный нам восточно-славянский гаплотип – это «пятая ветвь» из классификации А.А. Клёсова. В формате Y-файлера она выглядит так: 16-11-14-13-30-25-10-11-13-14-11-10-20-16-15-23-13*57. Ее будет крайне интересно сравнить с еще одним западным гаплотипом в рамках гаплогруппы R1a1a – тем, что А.А. Клёсов называет «балто-карпатской ветвью». По статистке современных популяций, эта ветвь получила наибольшее распространение на территории Литвы и пограничного с Литвой польского Поморья*58. Тем самым, ее можно считать базовой ветвью для балтских этносов внутри индоевропейского ареала. Ее гаплотип в формате Y-файлера следующий: 16-11-14-13-30-25-10-11-13-14-11-10-20-16-15-х-11*59. Здесь также мы видим, что кроме двух накопленных мутаций в сегменте Y-GATA-H4 (последний сегмент в данном формате, где наблюдается 11 STR в «балто-карпатской ветви» и 13 STR в «пятой ветви» восточных славян), гаплотип этих двух ветвей представляется полностью идентичным. А это приводит нас к крайне важному выводу, что одно из восточно-славянских (в традиционном понимании) племен по данным ДНК-генетики на самом деле является балтским, или по крайней мере, имеет выраженное балтское происхождение. Из всех древнерусских племен под это определение подпадают именно кривичи. В результате, в вышеприведенной дискуссии об их балтском или славянском происхождении, данные генетики свидетельствуют в пользу балтского происхождения кривичей. Поэтому термин «балтокривичи» получает свое право на существование. Важно отметить и то, что по данным А.А. Клёсова, «балто-карпатская ветвь» за исключением мутации в DYS 458*60 очень похожа на выделенный им базовый индоевропейский гаплотип в целом, распространенный главным образом в Индии*61. Это позволяет объяснить отмеченную лингвистами ярко выраженную древность происхождения литовского языка и параллели между литовским и санскритом. Тем самым, ДНК-генетика подтверждает то, что и балты, и балто-кривичи являются одними из самых древних индоевропейских родов. Далее, что касается предыстории полян, то здесь ситуация менее определенная, и здесь есть два возможных варианта идентификации. Один из них связан со «второй ветвью» восточно-славянских индоевропейских племен по классификации А.А. Клёсова. Ее гаплотип в формате Y-файлера следующий: 16-11-14-13-29-25-10-11-13-14-11-11-20-16/17*62 -17/16-23-12*63. Этот гаплотип, как правило, на две мутации отличается от «гаплотипа Центральной Европы» по классификации А.А. Клёсова (в последнем DYS 456=17, DYS 458=16, Y-GATA-H4=11). К этому гаплотипу по современной статистике принадлежит более 30 % чехов, значительное количество поляков, а также 24% восточных славян*64. Второй вариант – это «восьмая ветвь» восточно-славянских племен по классификации А.А. Клёсова. Ее гаплотип следующий: 16-11-14-13-30-25-11-11-13-14-11-10-20-16-15-23-13*65. Этот гаплотип за исключением одной мутации (Y-GATA-H4=11) очень сходен с гаплотипом т.н. «Центральной ветви евразийских гаплотипов», к которой принадлежит до 20% поляков и 27 % восточных славян*66. Неоднозначность ситуации здесь дополняется и тем обстоятельством, что оба референтных гаплотипа не имеют четко выраженной этнической привязки в отличие от предыдущих случаев (где речь шла практически определенно о западных славянах и балтах). К «гаплотипу Центральной Европы» помимо указанных славянских народов, принадлежит 35% жителей Германии*67. С одной стороны, можно попытаться объяснить это тем, что они являются потомками средневековых полабских славян. С другой стороны, эта ситуация может характеризовать изначальное германо-славянское единство, отмеченное лингвистами. Второй вариант, «центральная ветвь евразийских гаплотипов», является еще более разбросанным. Помимо славян, к нему принадлежит 29% современных индоевропейцев Шотландии и около 50% индоевропейцев Индии*68. Очевидно, что он отражает еще более древние пласты изначального индоевропейского единства. Тем не менее, поскольку в первом случае вектор движения «гаплотипа Центральной Европы» с большой долей очевидности был направлен с Запада на Восток, то сформированная под его влиянием «вторая ветвь» восточно-славянских племен также, очевидно, имеет западные корни. Если гипотетически отождествить с ней днепровских полян, то тогда концепция об их едином происхождении с полянами междуречья Варты и Вислы получит подтверждение и на уровне ДНК-генетики. Далее, развивая эту концепцию, опять же гипотетически можно предположить, что «восьмая ветвь» восточно-славянских племен, связанная с более древним индоевропейским пластом, в этом контексте может быть рассмотрена как «дополянский» субстрат Среднего Поднепровья, который действительно можно считать автохтонным с зарубинецкого времени, и который в последующей этнической истории Древней Руси может быть условно отождествлен с древлянами или северянами. Естественно, данная гипотеза еще отнюдь не верифицирована и требует дополнительной проверки. Но в любом случае очевидно, что ДНК-генетика привносит в этот исторический и археологический анализ новое важное измерение. Два же других вывода из сопоставления генетики со средневековой историей и археологией представляются более определенными: это свидетельства ДНК в пользу происхождения радимичей и вятичей от западных славян, а кривичей – от балтов. Эти материалы добавляют новые нюансы для изучения средневековой истории данного региона. Олег БАРАБАНОВ, д.п.н., к.и.н., профессор, заведующий кафедрой политики ЕС Европейского учебного института при МГИМО, выпускник кафедры истории средних веков исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова   *1 Автор использует термин Л.В. Алексеева «Западнорусские земли» применительно к изучаемому в статье региону. О его обосновании см.: Алексеев Л.В., Богданов В.П. Западные земли домоногольской Руси в историко-археологическим осмыслении. М.: Наука. 2009. С. 4. Как часть средневекового государства, называемого «Русь», этот термин представляется автору гораздо более нейтральным, чем, скажем, «Древняя Беларусь» или «Древняя Украина». *2 Полное собрание русских летописей (далее: ПСРЛ). Т. 38. Л.: Наука. 1989. С. 11. *3 Отметим, что для целей нашей статьи не так важно, с какого момента в русских летописях происходит отождествление руси как этноса со славянским населением вместо возможных изначальных трактовок руси как этнического клана Рюрика, призванного в славянские земли. Эта тема уже в течение нескольких веков находится в фокусе противоречий вокруг «норманнской теории» происхождения Древнерусского государства. В разных местах летописи есть противоречащие друг другу указания на эту тему. В любом случае, в итоге хронологической череды событий IX-X вв. «Повесть временных лет» начинает отождествлять русь с племенем полян на Среднем Днепре вокруг Киева («поляне, иже ныне зовомая русь» (ПСРЛ. Т. 38. С. 18)). Наиболее развернутую критику «норманистских» подходов к восприятию руси как этнической группы см. в: Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М.: Наука. 1982. С. 55-107. В фокусе же нашего внимания в любом случае находится противопоставление не по линии «славяне-варяги», а по линиям «славяне-литва» и «славяне восточные – славяне западные». *4 ПСРЛ. Т. 38. С. 12. *5 ПСРЛ. Т. 38. С. 13. *6 ПСРЛ. Т. 38. С. 13. *7 ПСРЛ. Т.38. С. 16. *8 ПСРЛ. Т. 38. С. 16. *9 ПСРЛ. Т. 38. С. 16. *10 ПСРЛ. Т. 38. С. 17. *11 ПСРЛ. Т. 38. С. 19. *12 ПСРЛ. Т. 38. С. 20. *13 ПСРЛ. Т. 38. С. 25. *14 ПСРЛ. Т. 38. С. 38. *15 Авдусин Д.А. Отчет о раскопках Гнездовских курганов в 1949 г. // Материалы по изучению Смоленской области. Вып. 1. Смоленск: Смолгиз. 1952. С. 322-324. *16 Авдусин Д.А. Отчет цит. С. 334-340. *17 Ляпушкин И.И. Новое в изучении Гнездова // Археологические открытия 1967 г. М. 1968; Он же. Гнездово и Смоленск // Проблемы истории феодальной России. Л. 1971. *18 См. напр.: Булкин В.А. Гнездовский могильник и курганные древности Смоленского Поднепровья. Дис. к.и.н. Л. 1973; Булкин В.А., Лебедев Г.С. Гнездово и Бирка // Культура средневековой Руси. Л. 1974; Булкин В.А., Дубов И.В. Тимерево и Гнездово // Из истории феодальной Руси. Л. 1978; Булкин В.А., Дубов И.В., Лебедев Г.С. Археологические памятники Древней Руси. Л.: Изд-во ЛГУ. 1978. Общее изложение дискуссии см. в: Алексеев Л.В., Богданов В.П. Западные земли домонгольской Руси в историко-археологическом осмыслении. М.: Наука. 2009. С. 252-256. *19 См. напр.: Предыстория беларусов с древнейших времен до XIII в. / ред. А.Е. Тарас. Минск: Харвест. 2010. С. 3-7. *20 Там же. С. 8-9. *21 Общее описание данного направления см. в: Петриков П.Т. Очерки новешей историографии Беларуси (1990-е – начало 2000-х годов). Минск: Белорусская наука. 2007. С. 5-9. *22 См.: Третьяков П.Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. Л.: Наука. 1966. С. 113-145: Авдусин Д.А. Основы археологии. М.: Высшая школа. 1989. С. 168-170. *23 См.: Третьяков П.Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. Л.: Наука. 1966. С. 145-156: Авдусин Д.А. Основы археологии. М.: Высшая школа. 1989. С. 170-173. *24 Кухаренко Ю.В. Археология Польши. М.: Наука. 1969. С. 108-114. *25 См.: Третьяков П.Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. Л.: Наука. 1966. С. 200-230; Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М.: Наука. 1982. С. 30-33; Он же. Язычество Древней Руси. М.: Наука. 1988. С. 12-18. *26 О влиянии скифской культуры на зарубинецкую и идеях эволюции зарубинецкой культуры из скифской см. напр.: Тереножкин А.И. К вопросу об этнической принадлежности лесостепных племен Северного Причерноморья в скифское время. // Советская археология. 1955. Вып. XXIV ; Он же. Предскифский период на днепровском Правобережье. Киев. 1961; Петренко В.Г. Культура племен правобережного Среднего Приднепровья в IV-III вв. до н.э. // Материалы и исследования по археологии СССР. М.-Л. 1961. Т. 96. *27 Фактурные данные для отождествления зарубинецкой культуры с балтами берутся главным образом из связи между зарубинецкой и милоградской культурами, по итогам раскопок Ю.В.Кухаренко и Л.Д. Побаля: Кухаренко Ю.В. Зарубинецкая культура. // Свод археологических источников. М.-Л. 1965. Вып. Д1-29; Он же. К вопросу о происхождении зарубинецкой культуры. // Советская археология. 1960. № 1; Побаль Л.Д. Пасяленнi i могiльник зарубiнецкай культуры у Чаплiне. // Весц i Акад. навук БССР. 1959. № 3, хотя сам Ю.В. Кухаренко считал зарубинецкую культуру славянской. Ключевой вопрос здесь состоит в этническом отождествлении милоградской культуры. М. Гимбутене считает ее несомненно балтской (Гимбутас М. Балты. Люди янтарного моря. М.: Центрполиграф. 2004), П.Н. Третьяков – хотя и очень своеобразной, но в целом балтской (Третьяков П.Н. Ук. соч. С. 124), Б.А. Рыбаков – праславянской (Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси цит. С. 15). Д.А. Авдусин указывает, что вопрос о славянском или балтском характере зарубинецкой культуры не решен: Авдусин Д.А. Основы археологии. М.: Высшая школа. 1989. С. 230. *28 Б.А. Рыбаков указывал на отличия зарубинецкой культуры, подвергшейся сарматскому нашествию, от пшеворской культуры, не испытавшей его последствий, как на ключевой момент в обособлении восточного славянства от западного: Рыбаков Б.А. Киевская Русь цит. С. 31-33. *29 См. напр.: Новик Е.К., Качалов И.Л., Новик Н.Е. История Беларуси. С древнейших времен до 2010 г. Минск: Вышэйшая школа. 2011. С. 15-18; Кравцевич А., Смоленчук А., Токть С. Белорусы: нация Пограничья. Вильнюс: ЕГУ. 2011. С. 11-12. *30 См. напр.: Маковский Д.П. К вопросу о происхождении северных славян (кривичей). // Материалы по изучению Смоленской области. Вып. 1. Смоленск: Смолгиз. 1952. С. 66, 73-74. *31 ПСРЛ. Т. 38. С. 14. *32 См. напр.: Рыбаков Б.А. Киевская Русь цит. С. 258-284. *33 ПСРЛ. Т. 38. С. 18. *34 ПСРЛ. Т. 38. С. 19. *35 ПСРЛ. Т. 38. С. 33. *36 ПСРЛ. Т. 38. С. 40. *37 ПСРЛ. Т. 38. С. 41. *38 ПСРЛ. Т. 38. С. 34. *39 ПСРЛ. Т. 38. С. 35. *40 ПСРЛ. Т. 38. С. 17. *41 Рыбаков Б.А. Киевская Русь цит. С. 55-90. *42 ПСРЛ. Т. 38. С. 17. *43 ПСРЛ. Т. 38. С. 20. *44 ПСРЛ. Т. 38. С. 20. *45 ПСРЛ. Т. 38. С. 25-26. *46 ПСРЛ. Т. 38. С. 19. *47 ПСРЛ. Т. 38. С. 13. *48 ПСРЛ. Т. 38. С. 15. *49 Cavalli Sforza L.L., Menozzi P., Piazza A. The History and Geography of Human Genes. Princeton: Princeton University Press. 1994. *50 Wells S. The Journey of Man: A Genetic Odyssey. NY: Random House. 2002; Idem. Deep Ancestry: Inside the Genographic Project. Washington: National Geographic Society. 2006. *51 Sykes B. The Seven Daughters of Eve. L.: Bantam Press. 2001. *52 «Х» означает отсутствие данных по этому сегменту. К сожалению, несмотря на молодость ДНК-генеалогии, в ней, отчасти из-за коммерческой конкуренции, распространилось несколько несовпадающих форматов исследования DYS. Данный гаплотип был приведен в книге А.А. Клёсова в конкурирующем с Y-файлером формате Family Tree – DNA (FTDNA). Мы перевели его в формат Y-файлера для последующего удобства сопоставления с русскими гаплотипами, но один из сегментов ДНК (DYS 635), который представлен в Y-файлере, в формате FTDNA не анализируется. *53 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 601-603. *54 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 664-666. *55 Клёсов А.А. Гаплотипы восточных славян: девять племен // Вестник Российской академии ДНК-генеалогии. 2009. Т.2. №2. С. 245. *56 Следует подчеркнуть, что А.А. Клёсов подчеркивает неразрывность гаплотипов современных восточно-славянских народов (см. напр. Клёсов А.А., Тюняев А.А. Ук. соч. С. 521), и потому в генетической ретроспективе термины «русский» и «восточно-славянский» являются у него синонимами. *57 Клёсов А.А. Гаплотипы восточных славян: девять племен // Вестник Российской академии ДНК-генеалогии. 2009. Т.2. №2. С. 244-245. *58 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 612. *59 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 613-617. *60 15 STR в DYS 458 в «балто-карпатской ветви» и 16 STR в базовом индоевропейском гаплотипе. *61 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 650-652. *62 В этой ветви А.А. Клёсов выделяет две подветви с соответственно разным числом STR в DYS 456 и DYS 458. *63 Клёсов А.А. Гаплотипы восточных славян: девять племен // Вестник Российской академии ДНК-генеалогии. 2009. Т.2. №2. С. 241-242. *64 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 590-594. *65 Клёсов А.А. Гаплотипы восточных славян: девять племен // Вестник Российской академии ДНК-генеалогии. 2009. Т.2. №2. С. 246-247. *66 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 628-630. *67 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 590. *68 Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии. Бостон-Москва: Белые альвы. 2010. С. 628. №12(61), 2011
no image
Круглая дата

Ведя широкомасштабную захватническую войну против СССР, немецко-фашистское командование понимало, что такое огромное государство, как Советский Союз, победить, а в дальнейшем контролировать можно только изнутри, а это означало, что необходимо строить оккупационную политику таким образом, чтобы расколоть советское общество, выделив тех...

Ведя широкомасштабную захватническую войну против СССР, немецко-фашистское командование понимало, что такое огромное государство, как Советский Союз, победить, а в дальнейшем контролировать можно только изнутри, а это означало, что необходимо строить оккупационную политику таким образом, чтобы расколоть советское общество, выделив тех людей, которые согласятся служить интересам рейха. В этих целях с первых дней войны на бойцов и командиров Красной Армии, мирных жителей обрушился поток фашистской пропаганды*1. В целях поддержания должного правопорядка и минимальной законности на оккупированной территории захватчикам пришлось создать соответствующие правоохранительные структуры. Таким образом, были организованы сыскные, полицейские и карательные органы: гестапо, части СС, полицейские батальоны, дивизии охраны тыла, полевая жандармерия, тайная полевая полиция, охранная полиция, но большей части немецкоязычная, и созданная вспомогательная русскоязычная полиция, которая подчинялась сельскому старосте или бургомистру, а в городах и крупных населенных пунктах – городской управе. Фактически же вспомогательная полиция работала по заданиям и под контролем германских военных комендатур, гестапо и др. Полиция называлась в разных областях по-разному: «стража порядка», «служба порядка» или «организация самозащиты». В ее функции входило наведение внешнего порядка, надзор за выполнением различных запрещений, ограничений и фашистских приказов, слежка за антинемецкими элементами, участие в борьбе против партизан, в проведении репрессий и погромов. Как уже было отмечено, немецко-фашистские захватчики отлично осознавали, что только при активном содействии местного населения, можно максимально использовать потенциал оккупированной территории*2. Порядок формирования полицейских подразделений происходил разными способами. Так в одном из немецких приказов говорится, что «…в новообразованных районах для учета мужского гражданского населения провести следующие мероприятия: а) всех мужчин 1922-1925 гг. рождения немедленно привлечь к работе в Рейхе или прифронтовом районе. Исключение составляют мужчины, подходящие для «добровольной помощи» или изъявившие желание вступить в легионеры; принимая во внимание потребности местного хозяйства и управления, оставить в этих районах всех абсолютно пригодных для этой цели гражданских лиц мужского пола и будущих «добровольных помощников» и легионеров по пункту «а»….»*3. На первом этапе летом-осенью 1941 года формирование органов полиции зачастую проводилось формально. В частности, после вступления захватчиков в г.Боровск, ими было согнано неэвакуированное население на городскую площадь. Оккупанты приказали собравшимся жителям, чтобы из их числа вышли те, кто служил в чине офицера в царской армии. Вышло 15-20 человек. «Вот ваша полиция!» – заявили захватчики жителям Боровска*4. Этот пример свидетельствует о том, что первоначально никакой оккупационной полиции, как государственной структуры, не было и действовала она только как формальная организация, не имевшая реальной силы и власти. Однако с продвижением фашистских войск вглубь территории СССР, структура полиции была упорядочена, и она стала представлять реальную силу. Таким образом, предпосылками создания оккупационной полиции на захваченных территориях послужил ряд обстоятельств: невозможность контроля силами вермахта оккупированной территории, необходимость осуществления правопорядка и выявления граждан, помогающих советскому государству; противоборство с действующими партизанскими отрядами, которые воевали на всей захваченной фашистами территории. Что касается порядка формирования оккупационной полиции на Смоленщине, то инициатива ее создания принадлежала немецкому военному командованию, которое в дальнейшем и руководило деятельностью русскоязычной полиции в Смоленской области. Но не во всех районах Смоленской области мирные жители самостоятельно по своей инициативе начинали служить в новой полиции. Так, бургомистр Кузьмечевский волости п.Ершичи направил письмо начальнику полиции поселка, в котором сообщал, что подобрать достаточное число полицейских в количестве десяти человек не представилось возможным в связи с отказом последних от службы*5. Для устройства на службу в новую полицию была необходима характеристика кого-либо из уже действующих сотрудников или хотя бы из числа людей, пользовавших доверием у немецкой стороны. Так в частности, бургомистр п.Ершичи поручался за гражданина Воинского Анатолия, прося зачислить его на службу полицейским, заверяя немецкую комендатуру в благонадежности последнего*6. Это был один из критериев отбора мирных жителей на службу в оккупационную полицию. Деятельность русскоязычной полиции на Смоленщине регламентировалась приказами и директивами, принятыми немецким командованием. Оккупационная полиция как государственная структура имела свою систему управления, вела документацию, располагала материально-технической базой, а также штатом сотрудников, получавших денежное и иное вознаграждение за свою службу*7. В самом Смоленске помимо фашистских военных комендатур в организации работы «русской» оккупационной полиции принимали участие и иностранные подданные третьих стран. В частности, в конце июля 1941 г. из Варшавы прибыли «деятели белоэмигрантских кругов» Брандт, Сорокин, Шлыков, Алферчик и другие эмигранты. Всего в Смоленск приехало около 60 белоэмигрантов, имевших рекомендации из ведомств Геббельса и Розенберга*8. Белоэмигранты Космович, Витушко и Данич стали организаторами окружной полиции Смоленска, занимались формированием карательных отрядов для борьбы с партизанами*9. Начальником городской полиции стал бывший белогвардейский офицер Сверчков. Под его командованием находилось по разным подсчетам около 200 человек*1. Задачи сформированной полиции в Смоленске подразделялись по четырём направлениям: а) уголовно-полицейское (пресечение и преследование всех уголовных проступков, охрана важного хозяйственного производства и складов); б) государственно-полицейское (раскрытие и преследование всех стремлений, направленных против германских властей); в) охрана общественного порядка (надзор за дисциплиной уличного и дорожного движения, пожарная охрана, надзор за содержанием в чистоте улиц крупных населённых пунктов, караульная служба); г) особого назначения (содействие в борьбе с партизанами, воздушно-десантными отрядами и парашютистами РККА, сопровождение продовольственных транспортов из крестьянских общин на сборные пункты)*11. Последнее из названных направлений, являлось наиболее приоритетным в деятельности оккупационной полиции. В обязанности состава порядковой службы (на сегодняшний день аналог патрульно-постовой службы) входило строгое подчинение вышестоящему начальнику, а также всему немецкому руководству. Русские полицейские не имели права производить служебные действия для личной выгоды или в пользу третьих лиц. Состав службы порядка не имел права возлагать наказания и штрафы*12. Другими словами, служащие порядковой службы не обладали возможностью самостоятельно принимать важные решения, связанные с осуществлением правопорядка. Существенной составляющей работы русской полиции являлось доносительство, так в соответствии с «наставлением об организации службы порядка», каждый, «принадлежащий к личному составу службы порядка, обязан был доносить о доходящих или предполагаемых, подлежащих наказанию действиях, направленных против государственного строя». В случае упущения информации полицейского за укрывательство могли привлечь к ответственности по законам военного времени*13. Что касается уголовно-полицейской деятельности, то сотрудники службы порядка имели право производить аресты только гражданских лиц, исполняя исключительно приказы своих вышестоящих начальников. Что касается применения оружия, полицейским разрешалось его применять: при поимке лиц на месте преступления, лица, находящегося под «слежкой», бегство подозрительного, при невозможности установить личность человека; при защите лица, которого «следует арестовать» или же при нападениях и оскорблениях служащих службы порядка, чтобы не допустить повторного правонарушения. Оружие и иные вещи, которые могли быть использованы в качестве орудия совершения преступления, у арестованного изымались. О факте ареста гражданина полицейские обязаны были незамедлительно сообщить своему непосредственному начальнику, который в свою очередь сообщал охранной полиции. До решения, которое принималось немецкой стороной, арестованный находился под стражей*14. Такие следственные действия, как обыски и конфискация имущества полицейскими, производились только с разрешения охранной полиции или немецких воинских частей. Результат обыска или конфискации должен был быть немедленно письменно доложен начальствующему лицу, давшему разрешение на производство данных действий. В случаях подозрения лица в совершении преступления, при укрывательстве преступника, а также угрозе уничтожения следов преступления разрешение на производство обысков и конфискацию имущества давалось начальником городской управы*15. В русскоязычной полиции применялась система взысканий и поощрений, так, например, за самовольное производство обыска полицейскому служащему мог быть объявлен выговор и штраф в размере, как правило, ста рублей*16. Это отличалось от той системы взысканий, которая применялась в советской милиции того времени. Дело в том, что по законодательству СССР за один проступок могло быть применено только одно взыскание. В оккупационной полиции это делалось с целью ужесточения контроля немецко-фашистских властей над деятельностью русскоязычной полиции. Ведь в основной своей массе, как известно, в личный состав полиции входили горожане и крестьяне, не имевшие никакого опыта службы в правоохранительных органах СССР. По мере создания постоянно действующих оккупационных администраций, формирование полицейских подразделений оккупантами на территории Смоленской области было упорядочено. Руководство по организации работы полиции было изложено захватчиками в «Наставлении бургомистрам». В соответствии с положениями данного документа, бургомистрам надлежало создавать службу полиции (Ordnungsdienst) на территории целого района, либо крупного города. Полицейские при исполнении своих служебных обязанностей носили белые, пронумерованные по порядку нарукавные повязки. Кроме того, им выдавались специальные удостоверения, в которых был вписан номер их нарукавной повязки, и стояла гербовая печать. Эти удостоверения выдавались местным немецким комендантом*17. Новобранцы оккупационной полиции в обязательном порядке проходили первоначальную профессиональную подготовку в созданных с этой целью специальных школах. Учёба проводилась под руководством офицеров-инструкторов германской армии. Одна из таких школ была создана оккупантами на территории бывшего совхоза «Высокое» в пригороде г. Смоленска. В этом специализированном учебном заведении, на протяжении двух месяцев, оккупанты обучали новоиспечённых полицейских стрелковому делу, читали им лекции о перспективах «Великой Германии» и о задачах полиции в текущий момент. Внимание слушателей школы акцентировалось на том, что главной задачей полицейских является уничтожение партизан, путём проникновения в партизанские отряды и разложения их изнутри. Внедрённый в партизанский отряд полицейский был обязан принимать меры к срыву боевых операций народных мстителей, создавать панику и передавать оккупантам данные о расположении отрядов, их численности и вооружении. После выявления лиц, заподозренных в нелояльности нацистскому оккупационному режиму, полицейские производили их аресты и обыски и препровождали в жандармерию и военную немецкую комендатуру, предварительно проведя расследования по поступившим материалам. Для этих целей был создан следственный отдел горполиции. Комендатура и жандармерия, получив арестованного и материалы на него, решали его судьбу: его или расстреливали, или отправляли в лагерь, или освобождали*18. Прошедшим первоначальную подготовку полицейским немецкие офицеры в торжественной обстановке перед строем вручали оружие*19. За службу в полиции оккупантами было установлено вознаграждение её чинам, выплачивавшееся районным, либо городским управлением в виде должностного оклада. В частности, «служащие службы порядка» получали заработную плату по следующей ставке: начальник службы порядка – 10 рублей в день; заместитель – 7,50 рублей; страж – 5 и менее рублей*20. Это рассчитывалось из того, что начальник полиции приравнивался к начальнику отдела соответствующего районного или городского управления, а заместитель начальника – к заместителю начальника такого же отдела. Сверх этого руководящие чины полиции обеспечивались районным, либо городским управлением бесплатным питанием*21. В том случае, если полицейскому поручалось выполнение задач, связанных с непосредственной опасностью для жизни, то за каждый день несения такой службы ему можно было предоставлять дополнительный оклад в размере 10 рублей в сутки*22. Подобная оплата полицейских применялась не во всех районах Смоленской области. Так, например, в Тихвинском сельсовете Пречистенского района, оккупантами был организован полицейский отряд. Данное формирование на протяжении 4-х дней захватчики снабжали белым хлебом и консервами, а затем заявили, что продукты питания они должны добывать сами у местного населения*23. В Монастырщинском и Хиславичском районах, на содержание полиции вводился специальный налог с деревень в размере 6 пудов хлеба с деревни в месяц, а сена по потребности. Кроме того, каждый полицейский в этих районах получал ежемесячно 150 рублей советскими деньгами, а так же по 30 кг хлеба на себя и 15 кг на членов семьи*24. Таковы были основные особенности организации полиции на оккупированной территории Смоленщины в период Великой Отечественной войны. З.М. ДАШДАМИРОВ, адъюнкт кафедры теории государства и права Московского университета МВД России *1 Ковалев Б.Н. Нацистская оккупация и коллаборационизм в России 1941-1944гг. М. 2004. С. 275. *2 Ковалев Б.Н.. Ук. соч. С. 118 *3 Документ №5 №11/5546/43 СС от 20 апреля 1943 г. Экз. №5, http://militera.lib.ru. *4 Якутин А.В. Деятельность местной полиции на оккупированной территории Смоленской области в 1941-1943 годах://Проблемы социально-политического развития российского общества. Международный сборник научных трудов. Выпуск 17. Воронеж. 2008. С.139-143 *5 Государственный архив Смоленской области (далее: ГАСО). Ф. 2740. Оп. 1. Д.16. Л.14. *6 ГАСО Ф. 2740,. Оп. 1. Д.16. Л.192. *7 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1. Д. 11. *8 Котов Л. Смоленское подполье. М.1966.С.4. *9 Там же. *10 Там же. С.5. *11 Якутин А.В. Ук.соч. С.139-143 *12 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1 Д. 11. Л.8 (об.). *13 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1 Д. 11. Л.8 (об.). *14 Там же. Л. 9. *15 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1. Д. 11. Л.9 (об.). *16 Там же. Д. 2. Л. 50. *17 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1. Д. 11. Л. 26 (об.). *18 Якутин А.В. Ук. соч. С.139-143 *19 Там же. *20 ГАСО Ф. 2574. Оп. 1. Д. 11 Л. 10(об.). *21 Там же. *22 Ковалев Б.Н. Ук. соч. С. 129 *23 Якутин А.В. Ук. соч. С.139-143 *24 Якутин А.В. Ук. соч. С. 139-143. №12(61), 2011
no image
Круглая дата

В первые два года военной кампании против СССР вермахт захватил достаточно большую и густонаселенную территорию европейской части нашей страны. Оккупанты, прилагая усилия к организации экономической эксплуатации захваченных районов, не обошли своим вниманием и проблему занятости населения, в том числе, подрастающего...

В первые два года военной кампании против СССР вермахт захватил достаточно большую и густонаселенную территорию европейской части нашей страны. Оккупанты, прилагая усилия к организации экономической эксплуатации захваченных районов, не обошли своим вниманием и проблему занятости населения, в том числе, подрастающего поколения. С этой целью оккупантами была разработана система образования детей на занятой территории. Открытие учебных заведений на оккупированной территории делалось с целью отвлечения от освободительной борьбы советских детей и подростков, внушения им новой идеологии и системы ценностей, подготовки квалифицированных кадров для работы в сельском секторе производства и в промышленности. Открывшиеся на территории Смоленской области учебные заведения должны были удовлетворить экономические потребности оккупантов. Захватчики не стремились дать полного образования детям, что предусматривала советская школа, а преследовали сугубо утилитарные цели. Так, к примеру, представитель немецкого военного командования в посёлке Сычёвка прямо заявил местным учителям: «Мы должны подготовить квалифицированных сельскохозяйственных рабочих, и только»*1. Этими словами выражалась суть деятельности образовательных учреждений на оккупированной территории. Для претворения планов работы школ в жизнь немецкими властями в каждой из оккупированных районов области были созданы отделы просвещения. Для работы в них захватчики подыскивали союзников среди местного населения, имевших специальное педагогическое образование. Так, в г. Смоленске такой отдел возглавил профессор Ефимов. Созданные отделы просвещения начали подготовительную работу к открытию учебных заведений. Прежде всего ими была проведена регистрация детей школьного возраста и учителей, составлены учебные планы и программы, которые в сравнении с советскими были значительно упрощены. Некоторые предметы вообще не предполагалось изучать, другие значительно сокращались. Больше внимания уделялось трудовым дисциплинам и прилежанию. К началу учебного 1942 г., приуроченного к июлю, в Смоленском районе было зарегистрировано 12 724 ребёнка школьного возраста и 340 учителей. Подготавливалось к открытию 40 начальных школ и 12 народных (семилеток). Во все школы немецким и комендатурами были назначены заведующие и инспектора. Обучение в школах объявлялось бесплатным*2. По данным отдела просвещения, на конец 1942 г. в Смоленском округе работало 248 начальных и 82 народные школы. Всего 330 школ с 1636 учителями и 39 167 учащимися. Кроме того, в округе было открыто 3 учительских семинарии (Соболево, Смоленск, Красный), 4 сельскохозяйственные школы (Возновка и Сож в Смоленском районе, Кардымово, Монастырщина) и 3 ремесленные школы (2 в Смоленске и 1 в Монастырщине)*3. Для более ясного представления работы школ в период оккупации, остановимся подробнее на деятельности самой первой школы-семилетки, открывшейся в Смоленске 15 июля 1942 г. в помещении бывшей школы на 3-ей Краснинской улице. Инспектором данной школы был М.А. Зарудин, смоленский преподаватель с 29-летним стажем педагогической работы. В школе на момент открытия учились 250 человек и работали 12 преподавателей. Занятия проводились в 2 смены. Классы с 1 по 4 включительно занимались в первую смену, с 8 часов утра до 12 часов дня, а классы с 5 по 7 занимались во вторую смену, с 13 до 18 часов. Ощущался недостаток школьной мебели, ограничивающий приём в школу, поэтому не все дети прилегавшего к школе № 1 района, желавшие учиться, были приняты в неё. Но в течение учебного года проводился дополнительный приём учащихся, осуществлявшийся по мере ремонта и изготовления школой классной мебели. Журналист оккупационной газеты «Новый путь», побывавший в школе в день открытия, описывая её читателям в своей статье, отмечал удивившую его чистоту коридоров и тишину, царившую в школе во время уроков. Делая оптимистическое резюме, журналист приводит в статье фрагмент урока: «Дети заучивали стихотворение. Сначала учительница читала две стихотворные строчки, потом их хором повторял весь класс. Сорок детских голосов, дружно, немного нараспев, говорили вслед за своей учительницей: «Под сосной большой, пушистой из ветвей построен дом». Лица детей серьёзны и напряжены от внимания. Каждый старался запомнить стихотворение как можно лучше. Поражала прекрасная дисциплина урока. Никакой возни, никаких разговоров – ничего, что было самым обычным явлением в советской школе. У каждого ученика на парте лежала тетрадь, аккуратно обёрнутая в газетную бумагу. Около тетради стояли пузырьки с чернилами»*4. Хваля дисциплину и старания учеников в изучении предлагаемого им материала, журналист «Нового пути» ни слова не пишет о том, какими мерами всё это достигалось. Из других источников известно, что для «активизации учебного процесса» в школах широко применялись телесные наказания за мало-мальски серьёзный проступок, дети всячески запугивались и избивались наиболее ретивыми учителями. После войны было установлено, что за время существования оккупационных школ «3/4 всех учащихся получали различные (телесные) наказания»*5. Несмотря на войну, трудные условия жизни, тяга к школе у советских детей была велика. Заявлений о приеме в школу подавалось больше, чем их можно было удовлетворить. Учащиеся школ принимали активное участие в сборе сохранившихся от пожаров учебных пособий и школьной мебели. Родители детей помогали ремонтировать классы. В 1-ой народной школе к концу первой четверти насчитывалось 26 классов. Учителями и учениками было собрано всё, что могло пригодиться на занятиях. Учениками была перенесена в школу и приведена в порядок коллекция музея природы и коллекция Пржевальского, хранившаяся в сыром помещении соборного двора. Кроме того, из разрушенных советских школ в школу № 1 было собрано следующее: коллекция местных и перелётных птиц в количестве 250 экземпляров, коллекция млекопитающих (бобр, выхухоль, выдра, барсук, два бурых медведя и т.д.), паразитические черви, амфибии и др. Также юннатами было собрано большое количество ботанических и зоологических таблиц, уцелевший гербарий, коллекция минералов, микроскоп. На базе этих материалов и был организован кружок юннатов и живой уголок, в котором находились аквариумы, ежи, мыши и крысы. В планах кружка юннатов предполагалось проведение ряда научных экскурсий. Этой школе в пропагандистских целях оказывали помощь и оккупанты. Так, одной из немецких частей в распоряжение школы было предоставлено 1 50 экземпляров заспиртованных животных и растений, которые были приведены в порядок членами кружка юннатов. Другой немецкой частью был сохранён и передан школе скелет человека. Но эта помощь была не значительна. Учениками собирался классный мел и стекло для окон, проводились экскурсии для сбора наглядного материала. Для кабинета химии было собрано не которое количество реактивов и химических приборов для проведений наглядных уроков. В этой школе был открыт кабинет физики и мастерская при нём для ремонта и изготовления физических приборов школам всего Смоленского округа. Для этой мастерской школа приобрела токарный и сверлильный станки, тиски и комплект слесарных инструментов. Существовали связи школы и с культурными центрами города. Так, в городском театре для учеников школы № 1 читались переведённые с немецкого языка сказки «Красная шапочка», «Ганс и Маргарита», «Золушка» и др.*6 Смоленская школа № 1 являлась образцовым учебным заведением, на её примере оккупационные власти стремились показать свою заботу о советских гражданах. Открытие оккупантами школ проходило как правило торжественно. Инспектор а школ, происходившие в большинстве своём из антисоветских элементов, старались показать свою преданность оккупантам, благодарность советских детей немецким властям, за то, что они заботятся о них. Так, оккупационная газета «Новый путь», освещая открытие сельской школы в деревне Нивище, сообщала читателям следующее: «Ровными рядами стоят новые скамейки, которые заполнены сияющей, весёлой, нарядно одетой детворой. Собрались ребята со всех прилегающих к школе деревень на свой праздник – первый день открытия занятий в школе. Тут же стоит группа недавно прибывших в школу учителей. Рядом стоит учительский стол, уставленный цветами. К нему подходит инспектор школы. Все приветствуют его вставанием. Лицо инспектора не покидает радостная улыбка сознания того, что несмотря на все трудности, ему удалось приготовить школу к занятиям. Он приветствует учащихся, желая им успехов в учёбе. В ответ из среды учащихся выходит девочка с большим букетом полевых цветов, которые передаёт инспектору. Она от лица всех учащихся даёт обещание любить знания и труд, уважать старших и помогать им в работе. Заканчивает эту маленькую речь ученицы хор исполнением немецкой песенки под аккомпанемент молодой учительницы пения… После этого хор учениц исполнил ряд русских народных песен. Раздаётся звонок, извещающий о начале 1-го часа занятий, и весёлая шумная толпа ребятишек под руководством учителей пошла в классы на занятия»*7. Для подготовки учителей к работе в новых условиях, разъяснения им фашистской идеологии, оккупационными властями была создана группа лекторов, выезжавшая в районы области для проведения учительских семинаров с местными учителями. В задачу лекторов входило введени е учителей в круг новых политических и педагогических проблем, вытекавших из произошедших мировых перемен, переориентация учителей от «большевизма и советчины» к немецкой идеологии. Темы семинаров были разнообразны: «Новая Европа под руководством Германии», «Сущность национал-социализма», «Опровержение марксизма», «Проблема расы», «Еврейский вопрос», «Новая Европа и путь России к включению в неё». Педагогические семинары проводились в основном на тему: «Общие вопросы школьного дела». Лекторами также излагались вопросы строения и дух германской школы. Особенно подробно лекторы рассматривали два вопроса: 1) совместное обучение, 2) меры физического воздействия на учеников. Мнения советского учительства в отношении физического воздействия на учеников расходились с немецкими методами и были разными. «В Красном, аудитория большинством голосов высказалась против телесного наказания, а в Монастырщине почти единогласно высказались за него. Лекторами было сообщено учителям демагогическое обещание германского командования наделить каждую школу участком земли в 10 – 15 га, который должен был служить не только для целей преподавания естествознания и элементов сельского хозяйства, но и материальной опорой работников школы. Это сообщение в большинстве районов встречалось аплодисментами»*8. Захватчики не скупились на подобные обещания, стараясь привлечь население на свою сторону. Используя известную политику «кнута и пряника», оккупанты с одной стороны запугивали население репрессиями, расстрелами, с другой - стремились отвлечь население от разных форм сопротивления, в том числе и вооружённой борьбы, раздавая обещания, иногда делая показательные «рыцарские жесты» отдельным общественным организациям и своим прислужникам. Кроме выездных семинаров, с 15 по 23 июля 1942 г. работали курсы для учителей города и Смоленского района. На них приехало 232 учителя. Слушатели курсов разделились на две группы: предметы, общие для всех групп и специальные по роду предметов. В первой группе, все учителя проходили переподготовку. Изучаемыми предметами были: •  Вопросы педагогики и задачи современной школы. •  Задачи физического и художественного воспитания в школе. •  Общие вопросы школьного дела. •  Организация школьной работы в современных условиях. Кроме этих общепедагогических предметов, в учебный план курсов были включены два вопроса общеполитического характера, имевшие особое значение для оккупантов: «Новая Европа под руководством Германии» и «Новый порядок землепользования в освобождённых областях». Специальными предметами являлись методика преподавания отдельных предметов, а также критический разбор и просмотр советских учебников, которые использовались для преподавания в школе до тех пор, пока германскими властями не составлены и изданы новые учебники. Первые же учебники для 1–4 классов по русскому языку и арифметике были изданы в Риге в 1943 г.*9 Из советских учебников, допущенных к использованию, были тщательно удалены статьи о жизни и деятельности Ленина, Сталина, героев и учёных СССР. Общая установка, данная оккупантами учителям, гласила: «Изъять из программ и учебников всё, что большевизирует школьника, что формирует в нём чувство советского патриотизма»*10. В связи с нехваткой учителей, которые были бы подготовлены по стандарту и идеологии фашистской Германии для занятых территорий, оккупационные власти открыли учительские семинарии. Остановимся более подробно на работе самой большой из них – Смоленской учительской семинарии, начавшей свою деятельность 3 ноября 1942 г. По данным на декабрь 1942 г., в ней проходили обучение 206 человек. Преподавательский состав насчитывал 10 человек, в их числе 3 профессора и 2 бывших преподавателя высших учебных заведений*11. Семинарией осуществлялась подготовка учителей для старших 5–7 классов народной школы по специальностям: русский язык и литература, математика и физика, естествознание и география, а также по немецкому языку. Кроме общеобразовательных предметов, в семинарии преподавались: педагогика с психологией, методика русского языка, а также курс садоводства, огородничества и пчеловодства. Из иностранных языков обязательно изучался немецкий. В семинарию принимались по экзамену лица с образованием не ниже 1 курса высшего учебного заведения. Слушателей обеспечивали хлебными карточками (250 гр. хлеба в сутки) и пропуском на получение за наличный расчёт обедов в городской столовой. Обучение в семинарии было бесплатным. Окончившим семинарию выдавались соответствующие свидетельства. Для повышения образовательного уровня учителей и расширения их кругозора, оккупационными властями с мая 1943 г. издавался педагогический журнал «Школа и воспитание» под редакцией профессора Д. Сошальского. Этот журнал вводил читателей в курс проблем переживаемого момента, знакомил с новшествами, вводимыми в образование и воспитание подрастающего поколения. Вместе с тем, журнал предоставлял свои страницы читателям для обсуждения вопросов, возникавших в связи со строительством нового школьного дела. Журнал планировалось выпускать один раз в 2 месяца. В его содержание входили следующие отделы: 1) Наука – культура – просвещение. 2) Проблемы преподавания и воспитания. 3) Жизнь школы. 4) Письма читателей. 5) Информация. Для образования детей в рамках фашистской идеологии и привития им новых жизненных стереотипов, а также воспитания в них чувства благодарности и уважения к захватчикам за избавление русских людей от «большевистского гнёта», оккупационными властями в областном центре издавался специализированный детский журнал «Школьник». На обложке журнала изображался портрет Гитлера с надписью: «А. Гитлер – фюрер (вождь) германского народа, освободитель от «большевистского ига»*12. На его страницах печатались работы, посвящённые биографии Гитлера, германским праздничным традициям, статьи о «мрачных» советских временах и «благодетелях» в лице немецко-фашистских захватчиков. За время оккупации вышло несколько номеров этого журнала. Таким образом, захватчики рассчитывали основательно закрепиться на территории СССР. Соответственно, открытые ими учебные заведения были призваны обеспечить экономику III Рейха квалифицированной рабочей силой, уровень образования которой мог бы позволить лишь усердно трудиться на благо захватчиков, и ни в коем случае не имевшей широкого кругозора, а тем более самостоятельных политических взглядов. В целом, оккупантами осуществлялась политика онемечивания советских граждан и превращения СССР в колонию фашистской Германии, и одним из направлений этой политики должна была являться образовательная система, воспитывающая послушных подданных. А.В. ЯКУТИН, к.и.н., преподаватель Смоленского филиала Московского университета МВД России   *1 Государственный архив новейшей истории Смоленской области. ( ГА НИСО). Ф 6. Оп. 1. Д 1281. Л 21. *2 Новый путь. Смоленск. 1942. 17 сентября. *3 Новый путь. Смоленск. 1942. 26 ноября. *4 Новый путь. Смоленск. 1942. 19 июля. *5 Государственный Архив Смоленской области. (ГАСО). Ф. 2355. Оп 3. Д 20. Л. 16. *6 Новый путь. Смоленск. 1942. 5 ноября. *7 Новый путь. Смоленск. 1942. 13 сентября. *8 Новый путь. Смоленск. 1942. 17 сентября. *9 ГА НИСО. Ф.6. Оп.1. Д 1281. Л. 22. *10 ГА НИСО. Ф.6. Оп.1. Д 1299. Л. 70. *11 Новый путь. Смоленск. 1942. 20 декабря *12 Школьник. Смоленск. 1942. № 4, С. 1. №12(61), 2011
no image
Круглая дата

Ошмянский район – уникальный в своем роде. Издавна здесь живут в мире и согласии белорусы и литовцы, русские и украинцы, евреи и поляки, представители католичества, иудаизма, ислама и православия. Причин этому несколько. Во-первых, сказывается приграничное положение района. Во-вторых, на протяжении...

Ошмянский район – уникальный в своем роде. Издавна здесь живут в мире и согласии белорусы и литовцы, русские и украинцы, евреи и поляки, представители католичества, иудаизма, ислама и православия. Причин этому несколько. Во-первых, сказывается приграничное положение района. Во-вторых, на протяжении столетий территория района входила в состав Великого Княжества Литовского (далее: ВКЛ), Речи Посполитой, Российской империи, Польши, БССР. Эти обстоятельства научили жителей района толерантности, умению строить добрососедские отношения с людьми вне зависимости от того, к какой этнической группе и к какой религиозной конфессии они принадлежат. Белорусов, литовцев, русских и поляков, издавна живущих по соседству, объединяет многое: общая история, менталитет, культурные и родственные связи. Уже само название города Ошмяны указывает на так называемый «балтский след». Некоторые ученые считают, что оно возникло от литовского слова «акмянес» - острие. Ошмянская крепость, по их мнению, была острием меча, которое неоднократно останавливало захватчиков. О том, что у белорусов и балтов наблюдалось тесное соседство, свидетельствует и топонимика. Наиболее характерными литовскими являются названия населенных пунктов с окончаниями -ишки (Новошишки, Хоронжишки), -яны (Ошмяны, Жупраны) и многие другие. Кроме этого балтизмы есть и в антропонимии, в фамилиях. Среди преобладающих белорусских фамилий у белорусского католического населения встречаются и, несомненно, литовские: Мачель, Юркатис, Бортис, Микшта и многие другие. Роль Ошмян в общей истории белорусов, поляков, литовцев достаточно велика. Считается, что в древности раздел между балтами и славянами как раз и проходил по реке Ошмянке. Ошмяны были одним из ближайших к Вильнюсу населенных пунктов из важнейших административно-торговых и военных трактов ВКЛ, который соединял столицу с восточными землями «Виленской половины» (Вильно-Медники-Ошмяны-Боруны-Крево-Минск). С 1413 года он был самым крупным среди пяти уездов Виленского воеводства и стоял на пути, который связывал ВКЛ с русскими княжествами, а потом и с российским государством. Такое географическое положение Ошмян способствовало тому, что город находился в центре всех политических событий. Именно ошмянская земля (местечко Гольшаны) была родной для королевы Польши, жены Ягайлы, основательницы рода Ягеллонов Софьи Гольшанской, которая дала миру королей Польши, Венгрии и Литвы. Вместе с мужем она добивалась закрепления польского трона за своим сыном Владиславом. В 1440 году Владислав стал также королём Венгрии, а младший сын Казимир – великим князем литовским. Софья Гольшанская внесла вклад в развитие культуры как белорусов, так и поляков: она выступила инициатором первого перевода Библии на польский язык (так называемая «Библия королевы Софьи»). Именно в Ошмянах в ночь на 1 сентября 1432 года группа заговорщиков лишила власти великого князя Свидригайло и посадила на трон Жигимонта Кейстутовича. Именно в Гольшанах производилась бумага высокого качества с водяными знаками, которая использовалась для написания грамот, указов. На протяжении столетий Ошмянский уезд становился то частью Польши, то России, то Литвы. После раздела Речи Посполитой Ошмянский уезд (по некоторым документам – только его часть) вошел в состав России после второго раздела (1793 году) и на короткое время был отнесен к Минской губернии. Но после третьего раздела он перешел в Виленскую губернию, в составе которой и оставался до самой ее ликвидации в 1920 году. По имеющимся в архивах данным, население Ошмянского района говорило на белорусском языке с использованием литовских, русских и польских слов, а в материалах П.И Кеппена имеются сведения о шести деревнях Ошмянского уезда, в которых «употребляется не только польско-русский, но настоящий литовский язык». Хочется акцентировать внимание на том факте, что у трех соседних народов – белорусов, литовцев и поляков - общее и культурное наследие. Не буду останавливаться на характеристике литературных памятников, которые считаются основой и польской, и белорусской, и литовской литератур. Только замечу, что впервые Ошмяны упоминаются в 1341 году в «Хронике Литовской и Жамойтской», общем памятнике литературы как для литовцев, так и для белорусов и отчасти для поляков и русских (город принадлежал Гедимину, по наследству перешел к его сыновьям Явнуту (с 1341 года), потом Альгерду (с 1345), с 1382 стал собственностью великого князя Ягайлы). Поляки, белорусы, и литовцы считают многих поэтов, ученых, художников, композиторов по-настоящему «своими». К примеру, родина белорусского, как говорят у нас, «мужыцкага» поэта конца 19 столетия Франтишка Богушевича находится сегодня на территории Литвы, а его могила – в Жупранах в Ошмянском районе. Его память чтят как литовцы, так и белорусы. Польский химик, врач, философ и просвятитель Анджей Снядецкий похоронен в Ошмянском районе, в деревне Городники. Родился Анджей Снядецкий в Польше, работал в Вильнюсском университете, так что его достижениями гордятся все три соседних народа. Кстати, в 2008 году учащиеся Кольчунской школы кропотливо собирали материал про своего известного земляка Анджея Снядецкого. Итогом научно-поисковой деятельности было не только открытие школьного музея, но и установление тесных взаимосвязей с учеными Литвы, где работал Анджей, а также организация международной конференции, посвященной 240-летию со дня рождения ученого, гостями которой стали литовцы из Шальчининкая. Польский писатель, поэт, историк, журналист Чеслав Янковский родился в деревне Поляны Ошмянского района. Своей родной ошмянской земле он посвятил труд «Ошмянский повет. Материалы для истории земли и людей». К большому сожалению, эта его работа до сих пор не переведена на русский язык. В Гольшанах родился и учился Константин Стриевский. Он – участник трех русских революций, комиссар Петроградского продовольственного комитета. Возвращаясь к истории Ошмянской земли, хочется отметить, что в Первую мировую войну территория была занята германскими войсками, в 1919-1920 годах – польскими, Красной Армией. В 1919 году она - в составе БССР, в 1920-1922 годах – Средней Литвы, с 1922 по 1939 год - Ошмянского повета Виленского воеводства Польши. В 1939 году вошла в состав БССР. Вхождение территории в состав Белорусской ССР привнесло новый виток в отношения между литовцами и белорусами на нашей территории. Учитывая, что Ошмяны и Вильнюс разделяют 50 километров, население приграничья тесно контактировало и сотрудничало. Между Вильнюсским районом и Ошмянским проводилось социалистическое соревнование. Сегодня в краеведческом музее Ошмян хранится большое количество сувениров того времени, которыми обменивались делегации двух районов во время визитов и дружеских встреч. В 60-70 годы 20 века в Ошмянах открывается филиал Вильнюсского радиозавода, ошмянцы устраиваются работать на вильнюсские предприятия, получают квартиры, литовцы приезжают работать к нам. Укрепляются культурные связи. В Ошмянском районе стали традиционными Дни Литвы, когда на открытых площадках выступали творческие коллективы из соседней республики. Ошмянцы не только активно посещали театры, концертные площадки Вильнюса, но и наши самодеятельные артисты выступали на сценах литовских городов. К примеру, 70-80 годы были годами тесного сотрудничества редакции районной газеты «Красное знамя» и вильнюсской районной газеты «Дружба». Журналисты устраивали совместные «летучки», обменивались идеями, проводили совместные семинары и дружеские встречи. Конечно, с распадом Советского Союза и появлением таможенных границ взаимодействие литовского и белорусского населения несколько уменьшилось, но не прекратилось. На протяжении десятилетия нам трудно было перемещаться по некогда общей территории. Главными оставались прежде всего родственные связи – ошмянцы посещали родственников в Литве, поскольку за годы тесного соседства было заключено огромное количество литовско-белорусских браков, посещали могилы умерших предков. На современном этапе Беларусь в целом и в частности наш Ошмянский район заинтересованы в продолжении и укреплении тех добрососедских отношений, которые сложились на протяжении столетий, в налаживании контактов со своими соседями как в сфере производства и промышленности, так и в сферах туризма, культурного обмена, обмена опытом по многим вопросам. Отсюда и новый импульс в отношениях, новые связи, новые контракты и новые визиты. За последние несколько лет заключены соглашения о сотрудничестве между Ошмянским районным исполнительным комитетом и администрацией Вильнюсского района Литовской Республики, Белорусским культурным центром Шальчининкайского района Литовской Республики, Укмергского района Литовской Республики, с Кондопожским районом Республики Карелия, с гминой Сувалки Республики Польша, с районом Северное Тушино в Москве. В 2010 году стартовал новый проект – региональная выставка «Северный вектор Гродненщины». Именно ему и надлежит стать новой объединяющей наши соседние народы силой. Интерес к мероприятию проявили представители дипломатических миссий и бизнес-кругов целого ряда стран – Литвы, Латвии, России, Украины, Польши, Молдовы, Азербайджана, Словакии. Зарубежные гости знакомились с продукцией наших предприятий, изучали предложения, налаживали контакты. Приглашенные высоко оценили организацию данного мероприятия и определили его итоги для укрепления путей сотрудничества и взаимодействия. Среди конкретных предложений – совместный проект с делегацией Кондопожского района Республики Карелия о строительстве предприятия по выращиванию форели. С Укмергским районом Республики Литва заключен договор о сотрудничестве, разработан проект по безопасности дорожного движения, в соответствии с которым планируется установить светофоры и камеры наблюдения в Ошмянах. Два проекта с Вильнюсским районом предусматривают организацию информационного центра для туристов в музее, издание презентационной печатной продукции. Два симметричных проекта с гминой Сувалки направлены на развитие сотрудничества в области спорта и формирование принципов здорового образа жизни. Гмина Сувалки – один из главных туристических регионов Польши, поэтому в данном направлении видится поле для взаимовыгодных предложений. Много внимания важно уделить и налаживанию контактов между школами Ошмянского района и гмины Сувалки, чтобы наши дети и молодежь смогли сотрудничать в дальнейшем. В рамках трансграничного сотрудничества районов ведутся переговоры о проблеме охраны вод бассейна Балтийского моря: литовские делегации ученых – частые гости в нашем районе. Поскольку река Ошмянка впадает в Вилию, которая, в свою очередь, несет воды в Балтийское море, Европейский Союз заинтересован в очистке вод. Благодаря новому проекту возможно частичное финансирование реконструкции очистных сооружений г. Ошмяны. Несколько слов хотелось бы сказать о межконфессиональных отношениях. Доминирующее положение в районе сегодня занимает католицизм, хотя Ошмяны на протяжении долгого времени считались еврейским местечком. По данным последней переписи населения, католики составляют около 80 процентов, православные 15 процентов. Интересным представляется тот факт, что сегодня православный храм Воскресения Христова стоит на том месте, где раньше располагался деревянный костел святой Троицы. На главной площади Ошмян, согласно инвентарю 1668 года, находился Доминиканский монастырь с костелом Святой Троицы. В 1849 году по причине своей ветхости костел был разобран, рядом был построен новый каменный костел. Местные торговцы стали ходатайствовать о том, чтобы место, где стоял деревянный костел, передали под рынок. В это время настоятелем Богоявленского храма стал Даниил Петровский, который решил, что негоже место христианского храма отдавать под рынок, и получил разрешение на постройку в центре города Спасо-Воскресенской церкви. Подчеркну, что уже давно никого не удивляет соседство в наших населённых пунктах храмов разных религий – православных и католических. Люди с уважением относятся к вере соседей, а во многих семьях отмечаются и почитаются традиции, праздники и памятные даты одновременно двух религий. Лучшим доказательством добрососедства различных религий в нашем городе является, что на центральной площади города – площади 17 сентября – рядом стоят православный храм Воскресения Христова и католический костел Архангела Михаила, а ста метрах от них - синагога. Так что Ошмянский район по праву можно считать примером мирного сосуществования представителей различных конфессий и народов. Лариса КОХАНОВСКАЯ журналист газеты «Ошмянский вестник», г. Ошмяны, Гродненская обл., Беларусь №12(61), 2011
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

Para Rusia, la principal dificultad en la estructuración de unas relaciones sólidas y fiables con la Unión Europea no consiste en unas contradicciones ideológicas – es que no las hay – ni en la diferencia de los intereses que, de...

Para Rusia, la principal dificultad en la estructuración de unas relaciones sólidas y fiables con la Unión Europea no consiste en unas contradicciones ideológicas – es que no las hay – ni en la diferencia de los intereses que, de por sí, es una cosa normal; los intereses de los países miembros de la Unión son bastante diferentes. Para Rusia, esta dificultad radica en buscar un equilibrio óptimo de sus relaciones con la UE y sus Estados-miembros. Ritmo insatisfactorio de aproximación entre Rusia y la UE A Rusia le cuesta mucho trabajo resolver este problema muy difícil al tratar con cualquier tercer país. Pues en Moscú hasta ahora no han llegado a entender, qué ente o individuo tiene tal o cual responsabilidad. Desde la capital rusa se mira de un modo preconcebido a las instituciones comunitarias. Se apuesta por el desarrollo de contactos bilaterales con las grandes potencias de la región. La UE tiene la misma actitud respecto a Rusia y manifiesta una opinión muy preconcebida sobre la política tanto interior como exterior del Kremlin acusándolo de todos los pecados mortales. Se reprueba siempre la profundización de las relaciones bilaterales entre Rusia y los Estados más influyentes de la UE. Prevalece la opinión de que el Kremlin pretende escindir los países de la Unión Europea aprovechando las contradicciones que existen entre ellos con miras a alcanzar sus objetivos que nadie conoce, pero que son a ciencia cierta censurables. Por esta razón precisamente hay que ponerle toda clase de impedimentos en este camino (como en cualquier otro). Como resultado de ello no se consigue establecer unas relaciones armoniosas con la UE y sus Estados-miembros. Los últimos acontecimientos prueban que la situación sigue siendo desfavorable a pesar de que prácticamente todos los países comunitarios que miraban a Rusia con gran desconfianza que rayaba en unas fobias, han empezado a suavizar la política que aplicaban y han pasado a revisar los conceptos. Se han hecho un poco más cálidas las relaciones ruso-polacas. Gran Bretaña ha empezado el “reinicio”. Suecia se queda a la sombra. Algo ha empezado a cambiar en los países del Báltico. Pero no ha cambiado nada en el enfoque coordinado por parte de la UE. En particular, la Unión sigue firme en cuanto y al acceso de compañías rusas al mercado interno, incluyendo el energético, de la UE. Siguen en suspenso las conversaciones sobre el nuevo acuerdo base. Está en un impasse la iniciativa rusa de concluir un tratado de seguridad europea. Se sigue dando largas a la creación de un consejo conjunto de política exterior y de política de seguridad. Se resiste a pasar al régimen sin visado al efectuar los viajes recíprocos, etc. Resulta, pues, que no son las dificultades en las relaciones con algunos países de la UE, problemáticos para ella, lo que viene a ser el elemento más débil en la organización de una colaboración plena en el marco de la Gran Europa y en la creación de espacios comunes, tanto económico y político, como jurídico, social, cultural y humanitario. Obstaculiza este proceso, en primer lugar, todo el complejo de relaciones con la propia Unión. En estas condiciones poco pueden ayudar los adelantos logrados por Rusia con la mayoría de los países comunitarios. Si la situación es así, hay que cambiarla en todos los aspectos, de la manera más radical y cuanto antes. Los propios países de la UE deberían sugerir, por lo visto, lo que habría que hacer en concreto y en primer lugar para ello. Desde este punto de vista, las relaciones que existen hoy entre Moscú y Madrid, buenas y ejemplares, no serían autosuficientes. Éstas son importantes no sólo de por sí y no sólo en relación con el posible aporte al desarrollo de las multifacéticas relaciones entre Rusia y la UE, sino también en el sentido de una labor conjunta cuyo objetivo podría ser un equilibrio óptimo de las relaciones de variado nivel en el triángulo Rusia–UE–Estados-miembros de ésta, con la finalidad de habilitar de mancomún una Gran Europa. Estas relaciones podrían desempeñar un papel ponderable en activar a toda la UE a fin de cimentar sobre una base nueva todo el sistema de relaciones a escala de todo el continente. Examinemos uno a uno los problemas planteados. Hemos agrupado los problemas en cinco apartados no muy extensos a fin de hacer más precisa esta exposición. Cada apartado lleva un subtítulo llamativo que evoca unos fenómenos, acontecimientos, imágenes e ideas bien conocidas en Rusia. Lo hemos hecho premeditadamente, para que las alusiones que hagamos impriman a los razonamientos expuestos un sentido no siempre evidente, oculto, descifrándolos, dándoles más relieve para percibirlos más fácilmente y con mayor integridad. En nuestra casa se ha instalado un vecino original Titulamos este apartado con una cita de una canción rítmica y alegre de autores rusos, que hace muchos años irrumpió en nuestra vida cotidiana y fue aprendida entonces por todos. Se hizo hit en un instante. Se la escuchaba por doquier; la interpretaban en todas las pistas de baile. La canturriaban todos, de niños a ancianos. Es una canción que irradia temperamento, es atractiva y fue de moda. Pero la letra de la canción dice que a una casa de vecindad se mudó un individuo que toca la trompeta día y noche, revolviendo la vida de los inquilinos. Todo cambió en la casa con su llegada. La reciente ampliación de la UE que se produjo como un salto, elevando hasta veintisiete el número de los Estados-miembros, ha revuelto la vida política en el continente. Todo ha cambiado y ha perdido la configuración que tenía antes. Rusia y la Unión Europea tienen ahora una frontera común más larga. Ahora somos vecinos “inmediatos” por así decir, y tanto Rusia como la UE pretenden tener relaciones especiales con los estados que las rodean. Es natural que Moscú y Bruselas hayan afrontado un amplio espectro de retos derivados de la transformación radical del mapa político de Europa. Al mismo tiempo han aparecido colosales posibilidades. Pero primero había que comprenderlas para tener conciencia hecha de ellas, interpretarlas adecuadamente y aprender a aprovecharlas. Tanto Rusia como la UE no estaban preparadas en absoluto para esta nueva realidad, pues no sabían a ciencia cierta cómo había que abordarla y cómo debían actuar. La UE sigue hasta hoy sin una política consensuada respecto a Rusia. Moscú, por su parte, no ha definido qué significa Bruselas para él. Las estrategias oficiales que se aplicaban en aquel entonces ya eran inviables y en las nuevas condiciones siguieron siendo papel mojado. Por eso las descartaron sin lamentar. Hubo prisas para llenar el vacío con nuevas concepciones, esto son las de partenariado estratégico, de espacios comunes y de hojas de ruta destinadas a crear dichos espacios, así como el Acuerdo de Partenariado y Colaboración 2 entre otros. Pero ninguna concepción fructificó. En aquel mismo tiempo la UE y Rusia procuraron realizar unas políticas cualitativamente distintas respecto a la vecindad común. Bruselas empezó a desarrollar la política de vecindad, de Partenariado del Este, de Sinergia del Mar Negro y de presencia en el Asia Central. Rusia llevó a cabo la política de plasmar nuevos proyectos regionales de integración y proyectos políticos extrarregionales, mucho más consistentes que los de antes. En cierto sentido, la actividad de los dos actores se proyectó en diferentes direcciones e incluso se equilibraban en algunos aspectos. Como resultado de ello tanto Rusia como la UE han caído en la trampa de una competencia directa, mejor dicho, se hicieron aprisionar por ella. En suma, un día menos pensado Rusia se despertó descubriendo, más allá de su frontera oeste, un enorme imperio fuerte y seguro de sí mismo, moderno. democrático y progresista que no por ello deja de ser imperio. O sea, un ente político que está dispuesto y tiende a imponer a otros estándares y reglas de juego ventajosas para él. Además, se trataba de un ente incomprensible del todo, postmodernista y supranacional que por ello resultaba peligroso e impredecible. A pesar de que sólo tenía “fuerza blanda”. Por su parte, la UE también ha descubierto, inesperadamente para sí, que ha terminado por oponerse directamente a Rusia. La UE había absorbido el tapón que la separaba de Rusia y se quedó a solas con ella sin estar preparada para ello. Bruselas trató de hacer la vista gorda evitando de diversas maneras resolver los problemas ya maduros e incluso evitando tocarlos. La Unión ha procurado escudarse con unas críticas e incluso aislarse de Rusia sin que esta actitud le haya disminuido el sentimiento de falta de confort. Agrava esta situación desfavorable en las relaciones entre Rusia y la UE y, por ende, en el continente en general, el hecho de que los partenaires y vecinos tengan por fuerza una “banquillo de suplentes” de muy poca cabida. Tienen muy poca gente que entiende lo que ocurre “al otro lado de la frontera”. En Rusia solo hay unos cuantos centros docentes donde se enseñan sistemáticamente las bases de funcionamiento de la UE, el derecho, la economía y la política comunitarios. Hay contados europeístas profesionales, es decir, especialistas que se dedican al estudio de la UE y a los estudios europeos en general. En la UE se han perdido muchos conocimientos acerca de cómo funciona la economía rusa, cómo se hace la política y cómo es la sociedad civil en Rusia. La generación de los sovietólogos ya han abandonado su oficio, sin que hayan venido a sustituirlos especialistas en estudios de Rusia. Ha disminuido el interés por Rusia. Los estudios rusos han degradado. La falta de personal preparado, su escasez no pueden menos que rebajar la calidad de las soluciones políticas y económicas tomadas tanto en Rusia como en la UE y en sus Estados-miembros, la de las soluciones concernientes a los intereses de cada parte y que influyen en las relaciones entre ellas. Se imponen por sí mismas las conclusiones que siguen. 1. Rusia y la UE tienen que entenderse mejor. Es una cosa totalmente necesaria. Sería muy difícil esperar que sin semejante entendimiento se optara por un escenario positivo. 2. Rusia y la UE deberían aplicar, una respecto a la otra, una política íntegra, bien pensada y de cara al futuro. 3. Para Rusia y la UE es de suma importancia tener una visión común del futuro de Europa. Sería deseable que dicha visión se formara teniendo en cuenta las concepciones de la Gran Europa y de la Unión de Europa. 4. Tanto Moscú como Bruselas deberían empezar, por fin, a formar sobre una base permanente y estable, personal que se encargaría de aproximarlas una a la otra. La creación del Instituto Docente Europeo adjunto a la MGIMO(U) de Moscú es un paso dado en una dirección correcta. Pero deberían darse otros pasos más. Pero sería insuficiente formular unas conclusiones hechas. Es preciso que éstas sean acogidas y de hecho tengan demanda real. Crítica a una crítica crítica Para ello se necesita una actitud benévola respecto a ellas por parte de la sociedad, así como un clima político correspondiente. Es que hoy sentimos una falta absoluta y acuciante precisamente de estas dos cosas. Impide garantizarlos la crítica destructiva recíproca que ambas partes despliegan en los media, acabando todo respeto y confianza entre ellas. Se trata de una crítica peyorativa y desmedida. La filosofía clásica (alemana) y la sociología de los siglos precedentes se basaban muchas veces en la negación y derrocamiento de las especulaciones teóricas de los antecesores. La crítica, por definición, tenía un carácter crítico. Para establecer unas opiniones nuevas había que hacer ver los puntos débiles, la inconsistencia e incongruencia de las que se desechaban. En la espira siguiente surgía la necesidad de proceder de la misma manera con la descripción ya establecida del cuadro del mundo. Otra variante era difamar el método usado hasta entonces. Recurriendo, a decir la verdad, a los mismos procedimientos y herramientas. De ahí que se proceda a la crítica de la crítica crítica. Así pues, en lo que Rusia y la UE realmente han logrado éxito es la difamación mutua. Se dedican a ello instintivamente, sin pensar y con pasión. Incluso con una especie de obstinación maníaca. Sin darse cuenta, en absoluto, de que están causando un colosal daño mutuo, destruyendo los fundamentos mismos del partenariado y la cooperación, condenando las relaciones entre las dos partes de Europa a un estancamiento sin fin. En los tiempos de la Unión Soviética, los países occidentales necesitaban una imagen de enemigo que les ayudaba a asegurar su unidad y afianzamiento interno, consolidar la sociedad y fomentar la disposición a seguir realizando el proyecto de integración postmodernista. Desaparecido el enemigo, resultó imposible especular con su imagen, por eso se formuló un nuevo “encargo” social. Empezaron a pintar a la Rusia contemporánea prodemocrática con los mismos colores que a la URSS, cambiando un poco, de una u otra manera, el hincapié, silenciando al máximo sus adelantos, sus sacrificios y su integración en Europa y en la civilización europea. La resentan como a un salvaje. Atrasada. En extinción. Sin cultura. Con los pecados heredados del pasado, incluyendo la manía de grandeza imperial y el desdén hacia los países y pueblos menores. Confiando solo en la fuerza brutal. Profesando el nihilismo jurídico. Solo capaz de imitar las disposiciones democráticas. Despreciando a los ciudadanos de a pie y sus derechos. Y eso no es todo. En Rusia pululan bandas. En el país, sumido en la corrupción, nepotismo, favoritismo, concusión, engaño, mentira y fraude, inventa un modo singular de lucro: repartir el dinero público, el de cualquier fondo financiero. Se podría continuar esta larga lista tan impresionante y sucia… Además, para crear semejante imagen en la opinión pública occidental los periodistas, políticos y comentaristas europeos no tienen nada que inventar. La prensa doméstica y los medios de comunicación electrónicos rusos les brindaban abundante información para reflexionar y sacar conclusiones. Pero esta es otra historia. Pero en Rusia escriben sobre sus vecinos del continente con igual “benevolencia”, aunque sin llegar a los extremos sucios. A decir verdad, esto se hace con un matiz de envidia y ofensa de que el resto de Europa y América gocen de la vida a su cuenta todos los últimos años y prácticamente la hubieran traicionado cuando atravesaba el periodo de transición, duro y doloroso, y necesitaba muchísimo su ayuda y comprensión de parte de Europa. Los éxitos de la integración europea, siendo evidentes, son subestimados. Y al contrario, cualquier fallo mínimo, sin hablar de los fracasos y errores, se resalta al máximo, como si los países de la Unión Europea se hubieran convertido en “seudoestados” que solo piensan en sí, preocupados por su bienestar. No les interesan los demás. Si bien sus riquezas acumuladas no son fruto exclusivo de su labor sino también de la absorción del trabajo del resto del mundo incluyendo Rusia. Semejante actitud no es honesta ni justa. La Unión Europea es un enano político autosuficiente que quiere enseñar a todos. Sus pretensiones de ocupar las principales posiciones políticas en el mundo son infundadas. En la mayoría de los casos se porta como un lacayo de EEUU siguiéndole como pez que se pega a una ballena. No desempeña un papel independiente. Y si para la UE tiene sentido actuar conjuntamente con alguien es con Washington. La Unión Europea es incapaz de contraer acuerdos. Es inútil acordar los enfoques comunes: jugará una mala pasada. Por regla general, no hay ninguna seguridad de que los siga. Para lograr algunos acuerdos comunes con ella hay que comer mucho guisantes. Quince en el pasado, los veintisiete en la actualidad difícilmente se ponen de acuerdo sobre unas posturas comunes en las negociaciones de las que es prácticamente imposible obtener algo que favorezca la búsqueda de unas decisiones mutuamente ventajosas o aunque sea admisibles. Es más facil no tener nada que ver con ellos. La UE interviene en todo, se mete en todas partes tratando de apropiarse de todo, aplastándolo y transformándolo a su manera. No le importa si otros lo necesitan o no. Defiende exclusivamente sus intereses egoístas encubriéndose con palabras altisonantes sobre la democracia, los principios del estado de derecho, los derechos humanos. La UE se hace cada vez más burocratizada. En vez de tomar decisiones económicas bien pensadas se inclina a menudo a las conyunturales y politizadas imponiéndolas a los demás. Según sus enfoques, su actitud ante los que la rodean y los métodos de actuación se hace cada vez más parecida a la Unión Soviética derrumbada. Cabe suponer que la espere la misma suerte. Existen solo dos variantes. Primero: su autoliquidación por las divergencias más profundas de los intereses de sus Estados-miembros que no soportarán la carga de las deudas soberanas y las disproporciones en la economía y entre las regiones. Segundo: convertirse en un museo vivo en el cual se guardarían minuciosamente los testimonios de la antigua grandeza. Sería un museo de lujo, acogedor, confortable, acomodado, pero solamente un Museo. Tanto de parte de la UE como de Rusia todas estas evaluaciones y juicios, que se repiten activamente por los políticos, expertos y comunidad mediática, no son nada más que unas especulaciones, a menudo muy denigrantes, difamatorias y de mala fe, porque se basan sobre reticencias, semiverdades y amaños. Es necesario dejar tal enfoque poco conciente de los procesos que se dan en Rusia y la UE. Este es el primer imperativo de la construcción de buenas relaciones normales. La percepción mutua benévola por la opinión pública es el fundamento obligatorio de colaboración, partenariado y de posible salida a compromisos mutuos de aliados en el futuro. Será extremadamente difícil crear tal fundamento. La opinión falsa de una parte sobre la otra está araigada profundamente, a lo que todo el mundo está acostumbrado hace mucho. Además la inercia en la presentación de la información es demasiado fuerte. Mas no podemos caernos de ánimo. Es el campo de batalla principal por un nuevo formato de relaciones en el continente, por la aproximación de la perspectiva de vivir en el futuro no tan lejano en una Gran Europa o una Unión de Europa. El problema es ¿cómo ganar esta lucha? La respuesta a esta pregunta podrían sugerirla los países de la UE, los amigos de Rusia tales como España. Podrían servir de ejemplo los políticos que, para empezar, renunciarían a las acusaciones falsas, a las opiniones y resoluciones prematuras que permiten caer bien a las capas más conservadoras de la población. Sin embargo no es suficiente tal reserva. Es indispensable la voluntad sociopolítica para informar con benevolencia la opinión pública y llenar constantemente con la información respectiva todo el espacio mediático. De hecho se trataría del despliegue de un trabajo planificado de esclarecimiento persistente sin encubrir los problemas existentes de ninguna manera, de una información equilibrada, sea negativa o positiva. Realmente hay muchas cosas positivas, proyectos conjuntos exitosos de verdad, muchos ejemplos de cooperación fructífera, política coordinada, iniciativas comunes. Es importante no silenciar lo positivo sino centrar la atención en este aspecto con mayor frecuencia. Aprender a “venderlo”, organizar la publicidad y de tal modo ganar el capital politico tan necesario para Rusia, la UE y sus Estados-miembros. La propiedad privada de los medios de comunicación, la tendencia de la prensa hacia lo negativo, los escándalos y las obscenidades no es un obstáculo. En los primeros meses después del atentado del 11 de Setiembre de 2001 contra las Torres Gemelas en EEUU y la creación del amplio frente antiterrorista con la participación de Rusia los artículos que acusaban su política interior y exterior desaparecieron de los diarios y revistas. Los medios de comunicación electrónicos mundiales se depuraron. Tuve la oportunidad de observarlo personalmente trabajando en Estrasburgo. Dentro de un rato todo volvió a sus andadas. El episodio mencionado demuestra que la hostilidad puede desaparecer por más tiempo y tal vez para siempre. Si esto ocurre, lo que hace falta, mucha falta, que ocurra, surgirá un clima politico que es tan necesario para Rusia y la UE, favorable a su acercamiento no solo en palabras, sino real y de hecho, para formar espacios comunes, realizar grandes proyectos comunes orientados hacia el futuro. Es importante que dichos proyectos sean realistas al máximo. Maldita herencia soviética: amor por las consignas huecas Esto tampoco sale bien. No podemos acabar con la costumbre heredada de la época soviética de proclamar algo y luego, al no salir nada, dejarlo en abandono y plantear una consigna nueva no menos hueca. Sería bueno deshacerse de esta costumbre. Viene a la mente un cuento muy viejo, con la barba muy larga, de los tiempos soviéticos. Un magnífico barco turístico blanco y grande zarpa del malecón. Por la cubierta pasea el público bien vestido. Todo el mundo está de buen humor. El ambiente es festivo, todos están en espera de algo bueno y agradable. El barco se aleja de la orilla y de repente empieza a tocar la sirena, fuerte, larga, impresionante. Luego otra y ota vez… Después la nave se para en alta mar balanceando pacíficamente en las olas. El asombrado público pregunta al capitán: - “Señor, ¿qué pasa, por qué estamos parados?” El capitán responde a la pregunta preguntando: -”¿Qué tal la sirena? ¡Es fantástica! ¿verdad? ¡Un sonido profundo, poderoso, magnífico! ¡Cómo suena! ¡Es la mejor de todas las sirenas! -“Sí, – confirma la gente-, la sirena es estupenda, nos ha gustado mucho, ha sido un placer, pero ¿por qué estamos parados?” -“ Es que hemos gastado toda la fuerza en hacer sonar la sirena y no nos queda nada “. Una anécdota exagerada, claro está, pero así es este género. No obstante, Rusia y la UE lo hacen en la práctica. Primero, Rusia, la UE y los Estados-miembros de ésta concertaron el Acuerdo de Colaboración y Cooperación (en la isla de Corfú,1994). Era un buen acuerdo, fundamental, orientado a la integración, multifacético, con todos los regímenes jurídicos necesarios, con las normas de acción directa, dirigido a la perspectiva, con que se había formado una base sólida para la formación de todo el complejo de los vínculos bilaterales y multilaterales. ¿Por qué no desarrollar las relaciones de partenariado?¿Cuál es el problema? Pues no. Nada de eso. La UE y sus Estados-miembros en seguida trataron de usarlo como instrumento de presión. Moscú reaccionó adecuadamente. Muchas de sus cláusulas resultaron en suspenso. Al pasar el tiempo el Acuerdo fue calificadocomo caduco, sin tener en consideración la evolución rápida que experimentaban las partes. Así pues, no se logró establecer relaciones de partenariado fuertes o por lo menos normales. Entonces Moscú y Bruselas declararon amistosamente que desde aquel entonces tenían relaciones del partenariado estratégico. A decir verdad, la asociación estratégica tampoco funcionó bien. Nadie y nunca pudo conocer qué tipo de compromisos estratégicos mutuos asumían los socios estratégicos y qué cosa era el partenariado estratégico como tal. Pero la consigna proclamada no aminoró las críticas al Kremlin, ni las divergencias profundas ni la feroz competencia. Las partes no tardaron en proponer lo nuevo: la formación de los espacios comunes en el campo de la economía, la seguridad exterior e interior, la ciencia y la educación. Más tarde con estos fines fueron adoptadas las hojas de ruta de su construcción y formación. Pero a las hojas de ruta se les atribuyó un carácter no vinculante. La abstracción de espacios comunes no se llenó en gran parte con un contenido concreto. A pesar de varios éxitos locales, nada cambió significativamente después de emprenderse su construcción. O sea, el resultado es de siempre. Cuando los interminables discursos sobre los espacios comunes y las hojas de ruta fastidiaron hasta la coronilla, las partes inventaron una cosa de moda. Presentaron la iniciativa del “Partenariado para la modernización”, la que fue discutida en la Cumbre de Estocolmo y adoptada seis meses después en la Reunión Cumbre de Rostov del Don. Luego se dedicaron a componer un plan de trabajo renovable regularmente para materializar la iniciativa. Suena muy hermoso, es indudable. Está de moda, es impactante y actual. Además, responde a las exigencias reales de desarrollo de las relaciones entre Rusia y la Unión Europea. Aunque las anteriores tampoco sonaban mal. Al mismo tiempo, presentaban una visión clara de cómo tendría que ser su futuro común. De tal modo, lo principal es tomar en cuenta los errores del pasado y no aceptar la iniciativa como consigna, sino una tarea concreta a realizar. Pues, es de reconocer, es mucho más constructiva. Libro de cocina para los políticos Contiene todo lo necesario para abordar al fin de cuentas la resolución práctica de los problemas que preocupan a Rusia y la UE, a nuestros pueblos, la sociedad europea. Incluye todas las recetas que se necesitan. Como en un buen libro de recetas, que si uno las cumple puede convertirse en un excelente culinario. En Rusia prácticamente en cada hogar se guarda el Libro de comida saludable y útil editado por primera vez en los años 50 del siglo pasado. No conozco otro libro de cocina que sea mejor. Es sencillo, refinado, comprensible, práctico. Con su ayuda uno puede preparar cualquier plato sabroso: entremeses, primer plato, segundo plato y el postre. Lo único que se requiere son las ganas. El “Partenariado para la modernización” se parece mucho a ese Libro. La iniciativa y el plan de trabajo de su realización no rompen nada. Nada abolen. Nada borran. Son continuación de las hojas de ruta de la formación de espacios comunes y proponen hacer más exitosos los mecanismos y las estructuras organizativas creados para su materialización. Las ventajas del “Partenariado para la modernización” son, como mínimo, varias. Primero, ofrecen la lectura más actualizada del contenido de las relaciones entre Rusia y la UE y de las necesidades a las que deberían responder. Segundo, priorizan las tareas a las que Moscú y Bruselas deberían dedicarse. Tercero, orientan hacia el logro del resultado concreto necesario a la sociedad, el Estado y el negocio en los plazos establecidos. Cuarto, permiten construir un techo común para albergar diferentes programas, proyectos y líneas de la actividad. Quinto, es ventajoso para Rusia y la UE. Con su ayuda es posible plantear y resolver tareas del mejoramiento de la competitividad de Europa en general. Sexto, es formidablemente concreto. No da cabida a las abstracciones y consignas (¡ojalá!). El “Partenariado para la modernización” contiene todo lo principal. La plasmación de la iniciativa permitirá concluir el proceso de la incorporación de Rusia en la economía global. Por ello, las conversaciones sobre la pronta formalización de la adhesión de Rusia a la OMC se convierten en uno de los elementos del plan de acción para llevarla a cabo. El “Partenariado para la modernización” orienta al trabajo conjunto para el paso de Rusia a la vía de la “economía verde”. Por consiguiente, el hincapié particular en el plan de trabajo se hace en la colaboración en el sector energético: el ahorro energético, el uso activo de las fuentes renovables de la energía, las producciones y tecnologías concretas o la proyección conjunta de desarrollo del sector hasta el año 2050. El “Partenariado para la modernización” apoya la realización de los proyectos industriales e innovadores de grandes dimensiones mutuamente beneficiosos importantes a los que Rusia, la UE y sus Estados miembros prestan una especial atención. Entre ellos, el lanzamiento de los vehículos espaciales rusos del cosmodromo francés en el ecuador, el acoplamiento de los sistemas espaciales de posicionamiento diseñados en Rusia y la Unión Europea, etc. El “Partenariado para la modernización” incluye la renovación tecnológica de muchos sectores de la producción industrial que la dirección rusa considera como los campos posibles de la especialización de la economía nacional. Entre ellos, la farmacéutica, las nanotecnologías, empresas de construcción de maquinaria, etc. La iniciativa supone el desarrollo de la cooperación en el perfeccionamiento de los diferentes sistemas de gestión: la optimación de los sistemas tecnológicos, del mercado de trabajo, apoyo a las pymes y el acceso a la información o reciclaje del personal. No se le escapan los temas del perfeccionamiento de las estructuras públicas e instituciones de la sociedad civil. En el plan de trabajo se mencionan muchos proyectos significativos incluyendo la reforma del sistema judicial, la lucha contra la corrupción, el fomento de los contactos entre las personas, etc. De tal modo, el potencial es enorme. Todo va a depender en qué grado la realización de este potencial se podrá ponerla al servicio de la sociedad y convertir en el instrumento de acercamiento de Rusia, la CEI y sus estados miembros. Formateo del problema eterno: en vez de ¿qué hacer?, ¿cómo hacer? Para la historia rusa son tradicionales dos preguntas: quién es el culpable y qué hacer. La iniciativa del “Partenariado para la modernización” da la respuesta a la más importantes de ellas en lo que se refiere a la agenda de relaciones entre Rusia, la UE y sus estados miembros. Y lo hace de una manera pluriforme, diversificada y convincente. Pero han llegado los nuevos tiempos. La pregunta qué hacer ya ha dejado de ser autosuficiente. Sirve como preludio de los más complejo e inunívoco: cómo hacer. Pero la iniciativa y el plan de trabajo no dan respuesta a ella. Es una gran insuficiencia del “Partenariado para la modernización”. Es su defecto innato. Es posible que sea un error cometido por sus artífices. Ni la renovación de la base jurídica de la asociación y la cooperación entre Rusia, la UE y sus estados miembros, ni la formalización del “Partenariado para la modernización” están previstas en esa iniciativa. Se prevé que serán implementadas en cierta medida en un nuevo acuerdo básico. Pero sus perspectivas son indefinidas. Además, el Kremlin apuesta por una variante limitada del acuerdo en el que muchos elementos de principio de carácter regulatorio sean omitidos. La práctica muestra que si están ausentes el acercamiento y la armonización de la legislación y la práctica jurídica y si no se usan los métodos obligatorios y vinculantes, la cooperación no se da, la asociación no se construye. Fue designado como responsable por el plan de trabajo de la realización de la iniciativa el Ministerio de Desarrollo Económico. Está generalizando las solicitudes de otras entidades públicas y el negocio, acuerda las posiciones con la Comisión Europea y realiza la coordinación. Pero no quiere ni puede hacer frente a los grupos de presión sectoriales. No se dedica a marcar prioridades internas. No dispone de herramientas analíticas. Las funciones de control las ejerce ocasionalmente. No está vinculado directamente con la ejecución del plan. Como resultado el plan de trabajo se convierte en una combinación variopinta de programas y proyectos heterogéneos, de diferentes niveles, no interrelacionados, incomparables. La gestión y la realización de la iniciativa se han trasladado al terreno de los diálogos y los grupos de trabajo constituidos en el marco de las hojas de ruta de construcción de los espacios comunes. Tales diálogos y grupos son casi cincuenta, pero no lograron cumplir los objetivos asignados. Si, el conocimiento mutuo, el debate, las investigaciones los logran efectuar. Pero no han aprendido a tomar decisiones e insistir en su cumplimiento. No gozan de los poderes correspondientes. Una total discordancia. No toman en consideración las experiencias de uno y otros. Sigue siendo un gran misterio cómo podrán hacerse eficaces repentinamente para implementar el “Partenariado para la modernización”. A la cabeza del mecanismo de coordinación están los altos cargos del Ministerio de Desarrollo Económico y de la Comisión Europea. Deben ejer с er la función de conductores directos de la voluntad de la alta dirección de Rusia y la Unión Europea, asegurar el respaldo político de la iniciativa, controlar el proceso de coordinación y, en general, favorecer el resultado. Pero no se les dotó de poderes de mando suficientes. No han creado su propio órgano especializado. No han estipulado en ninguna parte cómo controlar la ejecución y el mecanismo de retroalimentación en los documentos constitutivos del “Partenariado para la modernización”. Como resultado, todo queda en el aire. Se ha perdido el principal eslabón de la iniciativa: no en cuanto a su concreción en el plan de trabajo sino la realización. Todas las posiciones mencionadas, que ponen al descubierto las debilidades de la iniciativa, necesitan una minuciosa reflexión. Es bien evidente que hay que cambiar la gestión de la iniciativa. Sería más correcto decir que hay que crearla de modo profesional, con alta calidad y en términos reales. ¿Cómo? En este caso nos podrían ayudar las relaciones bilaterales con varios estados-miembros de la Unión Europea más amigos de Rusia. Según los datos de mediados del verano de 2011, Rusia tenía programas de modernización con 19 países de la región. Algunos de ellos podrían convertirse en programas piloto para probar en ellos los sistemas óptimos de gestión. Puesto que sólo la aplicación de las experiencia de los países en materia de la cooperación y la combinación de los programas de modernización de esos países con el “Partenariado para la modernización” entre Rusia y al UE permitirá asegurar el avance que tanto necesitamos. © Mark ENTIN, doctor en Derecho, catedrático, director del Instituto Docente Europeo adjunto al Instituto Estatal de Moscú de Relaciones Internacionales (Universidad)del MAE de la Federación de Rusia *1 Воспроизводится с любезного согласия редакторов сборника “Rusia y Espana en el mundo multipolar" (Россия и Испания в многополярном мире). M.: Изд-во ИЛА РАН, 2012. №12(61), 2011
no image
ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

Несколько лет назад мировая экономика вступила в период нестабильности. Иначе говоря, в период стремительной трансформации. К настоящему времени нестабильность приобрела системный характер. Ее частным проявлением стал кризис суверенных долгов. От того, с какими потерями его удастся преодолеть, зависит будущее ЕС.*2...

Несколько лет назад мировая экономика вступила в период нестабильности. Иначе говоря, в период стремительной трансформации. К настоящему времени нестабильность приобрела системный характер. Ее частным проявлением стал кризис суверенных долгов. От того, с какими потерями его удастся преодолеть, зависит будущее ЕС.*2   Черты эпохи Предсказать по какому сценарию будет развиваться в дальнейшем мировая экономика, крайне сложно. В единый поток объединились разнонаправленные тенденции. Сливаясь в одну гремучую смесь, они взрывают любые эвристические прогнозы и суждения. Слишком много нестыкующихся между собой факторов надо принимать во внимание. Уж очень новой и неординарной является быстро эволюционирующая ситуация. Основных тенденций несколько. Это частичная утрата управляемости международными и внутригосударственными процессами. Управляемость мировыми процессами всегда была низкой. Но на тех или иных отрезках истории государства и группы государств, по крайней мере, умели поддерживать статус кво. Сейчас, похоже, такие навыки утрачены. Да и с внутригосударственным развитием дело в большинстве случаев обстоит не лучше. Это накопление дисбалансов в мировой экономике. Причем, практически по всем направлениям и во всех областях. Одни тратят больше, чем они могут себе позволить. Другие аккумулируют колоссальные средства. Одни еле-еле преодолевают стагнацию. Другие продолжают наращивать экспорт. Одни уповают на рыночные силы и дерегуляцию. Другие выступают за жесткий контроль и монопольный доступ к ресурсам. Всего и не счесть. Это разбазаривание развитыми странами той мягкой силы, которой они так недавно безоговорочно обладали. Причины столь уж большого значения не имеют. Частично в результате допущенных промахов и просчетов, а также авантюристического курса, проводившегося ими во внешней политике, и пренебрежения к остальным. Частично из-за эксцессов казино-капитализма. Но факт остается фактом. Западная модель социально-экономического развития, будь то в исполнении США или ЕС, уже не завораживает так, как раньше. Ее слабые стороны проступили наружу. Это восхождение быстро растущих экономик. Все они переживают свои трудности. И все же их успехи очевидны. Они не вызывают сомнений. Быстро растущие экономики перетасовали всю колоду карт современной политики и экономики. Они подтвердили, что достигнутое ими не случайно. И, что особенно важно, они продемонстрировали высокую степень устойчивости к внешним факторам.   Переосмысление основ В сложившейся непростой обстановке представители политических кругов и экспертного сообщества разных стран дружно бросились искать объяснение происходящего. Только не частичное, фрагментарное, сомнительное, а по-настоящему целостное. Но не нашли его… Они попробовали себе представить будущее равновесное состояние, в которое мировая экономика могла бы перейти по окончании эпохи трансформации. Но и здесь их поджидало фиаско. Целостной программы выхода из кризиса, купирующего его повторение в будущем, никто предложить не смог. Хотя отдельных благих пожеланий и дельных рекомендаций, не подкрепленных, однако, разъяснением того, как их реализовать, высказано немало. В том, что касается причин нынешнего бедственного положения, указываются обычно, как минимум, следующие. Спонтанный, хаотичный процесс глобализации, приведший к расстыковке различных уровней управления и многочисленным злоупотреблениям. Даже ведущие, наиболее мощные и влиятельные державы лишились прежнего контроля над тем, что происходит внутри и, тем более, за пределами их территории. Перелив информации, финансовых потоков, кризисных явлений по своим скоростным параметрам намного превысил возможности мировых игроков за ними уследить, а, значит, и на них своевременно реагировать. Неверная, искаженная, ошибочная оценка глобализации. В основу разработки практической политики отдельных государств, групп государств и международных структур легли устаревшие, а зачастую и откровенно порочные представления. Как следствие, в чем убедило последующее развитие событий, стал проводиться откровенно нежизнеспособный курс, приведший ко многим дополнительным искажениям и перекосам в функционировании мировой экономики и течении глобальных политических процессов. Опаснейшие ошибки стратегического планирования национального, наднационального и международного развития, допущенные политическими элитами, политическим руководством отдельных государств, групп государств и международных структур. Их результаты мы теперь пожинаем. Частичное исчерпание возможностей по-старому или, иначе, ущербно организованной рыночной экономики самостоятельно обеспечивать развитие, переходить с одного технологического уровня на другой, заботиться о поддержании конкурентоспособности, входить после регулярно случающихся сбоев в новое равновесное состояние. Ни национальные, ни наднациональные и международные регуляторы не смогли или не сумели подкорректировать действие рыночных сил. Сбой, который последовал, по своим масштабам намного превысил способности рыночной экономики самостоятельно преодолевать порожденные им последствия. Зачастую в список причин включаются и многие другие. Однако они все же второстепенны. Системными или системообразующими для понимания нынешних реалий мировой политики и экономики являются только перечисленные. С точки зрения мировой экономики, не говоря уже о пострадавших регионах, все они породили и стимулировали негативные процессы. Хотя нельзя сказать, что все от этого только проиграли. Те нарождающиеся экономические гиганты и некоторые другие страны, которым удалось остаться вне действия общих факторов, напротив, оказались их бенефициарами. Напрашивающийся вывод из анализа указанных причин – необходимо усиливать роль регуляторов на всех уровнях управления, исправлять допущенные ошибки и перекосы, и совместно договариваться о том, как приводить мировую экономику в новое качественно иное равновесное состояние. Но этого пока откровенно не получается. С одной стороны, все мировые игроки придерживаются различных или даже разнонаправленных интересов, их отстаивают и продвигают. С другой стороны, каким должно быть качественно новое равновесно