Выпуск №7-8(46), 2010

Дневник событий
no image
Право

Как отдельные общественные установления язык и право изучаются в Европе давно и подробнейшим образом. Однако объективная реальность заставила изменить ракурс исследования и обратить внимание на их взаимодействие. Французский язык различает «язык» как целостное виртуальное образование (langue): английский, французский, китайский и...

Как отдельные общественные установления язык и право изучаются в Европе давно и подробнейшим образом. Однако объективная реальность заставила изменить ракурс исследования и обратить внимание на их взаимодействие. Французский язык различает «язык» как целостное виртуальное образование (langue): английский, французский, китайский и другие языки и «специальный язык» (langage*1), например, язык права (langage du droit). От langage du droit – языка законодательных и нормативно-правовых актов, решений администрации и судебных решений отличается langage juridique – язык юристов, анализирующих и описывающих право, язык доктрины*2. Различение правовых систем разных стран заставляет отличать юридический французский язык Франции от юридического французского языка Квебека, Бельгии, Швейцарии и бывших африканских колоний. Отношения между языком и правом описываются юристами, например, langage du droit (язык права) и droit du langage (право языка) включаются отдельными разделами в монографии по праву*3. Различение указанных значений дает разные объекты исследования: langue является предметом исследования общей лингвистики, langage du droit – юридической лингвистики, droit du langage регулируется законодательными и нормативно-правовыми актами, но специально исследуется довольно редко. Даже в истории французского языка нет отдельного исследования ни истории правового дискурса, ни его статуса. По существу речь идет о сближении языка и права как единого объекта исследования. Объединение этих двух общественных установлений мы видим в появлении таких дисциплин как юридическая логика, юридическая риторика и юридическая семиотика, юридическая эпистемология; в этих дисциплинах объект исследования один – правовой дискурс. Язык и право предстают как один объект также и с точки зрения семиотики, а право признается семиотической системой. В этом случае юристы усматривают в правовой системе синтактику, семантику и прагматику, что действительно соответствует ипостасям знака, хотя не очень ясно, что в праве считать знаковой единицей: норму, юридический факт или систему в целом. Язык права (langage du droit) – это общее понятие юридического языка, в зависимости от сфер действия права оно схематично подразделяется на специальные составляющие: langage législatif (язык законодательства), juridictionnel (язык судебной практики), conventionnel (язык договорных отношений), coutumier (язык обычного права) и administratif (язык администрации). Вместе со вспомогательными видами, жанрами дискурса: речами тяжущихся, обвинительными речами, уведомлениями, нормами, судебными решениями, законами, соглашениями, декларациями, докладами, нотариальными документами – они составляют общую основу языка права (fonds commun du langage du droit) и в самом общем виде могут быть названы правовым дискурсом. Некоторые исследователи к ним применяют термин «юридическая стилистика», однако различия между ними институциональные, а значит, преимущественно концептуальные, нежели стилистические. Неотъемлемой частью правового дискурса является также его юридичность, которая характеризует средства доказывания, логику аргументации, юридическое рассуждение и толкование, распределяемые по составляющим права. На этом специализация правового дискурса не заканчивается, она конкретизируется дальше по линии отраслей права и профессий. Каждый из специальных в сфере права языков обладает особыми чертами и терминологичностью, имеющими соответствующую историю развития, собственную природу порождения, цели и близость или удаленность от общелитературного языка. Например, происхождение обычного права идентично происхождению языка и является естественным, в то время как создание законов, позитивное право – это рукотворный, почти искусственный процесс, иначе говоря, развитие права демонстрирует рациональную эволюцию дискурса и письменности. С появлением письменности обычное право записывается, хотя право (особенно обычное), подобно языку, в записи не нуждается. Ведь оно, как и язык, заложено в ментальности, в поведении и памяти людей. Противопоставление устного и писаного характеров права ощущается даже сегодня и в праве, и в языке. Например, в широко употребительном во французском праве выражении textes le gaux et reglementaires (законодательные и иные нормативно-правовые акты) имеются в виду именно писаные документы*4. Фактически язык не «обслуживает» право, он вырастает вместе с ним. Обладая изоморфизмом, он придает праву собственные черты, свою внутреннюю форму, свой дух (son génie). И наоборот, право придает языку собственные черты, свой дух, ибо судьба у них общая. В принципе, язык так себя ведет по отношению к любому отделу знания (имея с ним общую судьбу), но так как право – социальный регулятор, язык приобретает некоторые черты социального регулятора (которые, возможно, он некогда – в период синкретизма – имел), например, перформативность, поэтому юридическая лингвистика заслуживает особого места среди других видов лингвистик: этнолингвистика, нейролингвистика, психолингвистика, социолингвистика, географическая лингвистика и т.д. Пути и время становления и унификации права и языка в разных странах различны. Например, во Франции сначала произошла унификация языка, а потом права, а в Англии – сначала унификация права, а потом языка*5. Не служит ли этот артефакт одним из объяснений различий английского и французского языков и права? Когда речь идет о языке права, юристы оказываются заложниками двух тенденций, идущих в диаметрально противоположных направлениях. С одной стороны, необходимости соблюдения терминологической строгости и точности правового дискурса с тем, чтобы избежать двусмысленностей и искажений. С другой стороны, необходимости обеспечить доступность и эффективность правового дискурса для неспециалистов. Отсюда упреки языку права в том, что он «obscure, désuète, archaïque» (темен, устарел, архаичен), неповоротлив, тяжел и сугубо специален. Этим объясняются «процессы» над французским языком права, создание комиссий по модернизации языка судов, постоянная неудовлетворенность им. Однако изменение правового дискурса в сторону его упрощения, чтобы быть понятным гражданам, рискует повлиять на правовую безопасность, т.е. в отличие от дискурсов других отделов знания имеет прямой выход на действительность и судьбы людей. Этим объясняются особое внимание, уделяемое юристами правовому дискурсу, а также развитие юрилингвистики как дисциплины, ищущей выход из указанных противоречий. Юридическая лингвистика должна также изучать droit du langage – право специального языка. Теперь юристы признают, что единство и сплоченность государства проходят через признание значения и роли языка, причем во всех его составляющих, в том числе орфографии, синтаксисе, грамматике и т.д.*6. Хотя объединяющая роль языка долгое время не осознавалась (в противовес религии или верности королю) и не связывалась с объединением страны, уже в XV-м веке принимались ордонансы, регулировавшие использование французского языка, благодаря которым французский язык вытеснял латынь, становясь языком права и правосудия и облегчая доступ к судам для населения. Благодаря ордонансу Villers-Cotterêts (1539 г.), который до сих пор не отменен, французский язык стал единственным языком судопроизводства. Постепенно судебные термины проникают в другие сферы, например, в религию (в 1629 г. французский язык был введен в церковное судопроизводство), в политику. Например, вплоть до революции 1789 г. суды назывались «парламентами» (parlements – от parler (говорить), подобно jurisdictio – судоговорение), язык этих «парламентов» был более архаичен, чем язык современных судов. С 1635 г. над французским языком начала работать и создавать словарь*7 французского языка (Dictionnaire de l’Académie française) основанная кардиналом Ришелье Французская академия (Académie française) – показатель его институционализации. Постановление Государственного совета от 30.01.1685 г. о том, что на французском языке должны составляться все акты, договоры, судебные решения (в противном случае они признавались ничтожными), закрепило статус французского языка как государственного, обеспечив ему победу над всеми остальными. Когда образование стало светским, бесплатным и обязательным (loi Ferry – Закон Ферри, 1882 г.), французский язык окончательно вышел победителем в конкуренции с другими языками. Кроме реформирования орфографии французского языка, закрепления его статуса, государственные органы власти принимали решения, влиявшие, как пишет Ф.Терре, на сущность французского языка. Декретом от 2 июня 1989 г. был учрежден Высший совет французского языка с целью изучения «вопросов использования, упорядочивания, продвижения и распространения французского языка»*8. Необходимость защищать французский язык вынуждала создавать соответствующие учреждения: Высший комитет французского языка, Верховный совет франкофонии и Верховный совет французского языка. В 1994 г. принят (вслед за Законом 1975 г.) Закон об использовании французского языка ((La loi du 4 août 1994 relative à l’emploi de la langue française), в статье 1 которого французский язык признается основополагающим элементом субъектности и достояния Франции. На национальном уровне политические и правовые решения государства влияют на состояние языка. Например, норма французского языка в Канаде неоднократно менялась под воздействием решений государства: то она следовала модели Франции, то шла по собственному особому пути. Отношения между правом и языком становятся еще более сложными при наличии в стране нескольких государственных языков и нескольких правовых систем, причем возможны разные комбинации. Так как население Канады испытывало трудности в связи с билингвизмом (двуязычием) и «биюридизмом», знанием/незнанием языка и соответственно права, было решено перевести Common Law*9 на французский язык, а Гражданский кодекс на английский язык. Так на практике Канада пришла к проблемам юрилингвистики, ибо в связи с вышеуказанными особенностями это был не простой перевод, а скорее «транспонирование», подобное переложению, например, партитуры в клавир. И действительно, это был не простой перевод источника права ради ознакомления с содержанием. Речь шла о транспонировании (transposition) или, если использовать термин права Европейского Союза, об «имплементации» Гражданского кодекса на английском языке, так как англоговорящие граждане Квебека должны были вписаться в правовую систему Квебека, где царствовали французский язык, континентальное право и его олицетворение – Гражданский кодекс. При переводе правового документа с одного языка на другой проявляются различия между правовыми системами, и чем они больше, тем несовместимость больше. Проблема заключается в том, что каждая отрасль права – закрытая система, и язык с его изоморфизмом пропитывается особенностями этой закрытой системы, и таким образом, речь идет о переводе из одной закрытой системы в другую также закрытую систему с иными характеристиками. А это значит, что, начиная от концептов и до юридического рассуждения, все строго подчинено определенной системе, образует внутреннюю форму (по Гумбольдту) правового дискурса (можно даже сказать внутри каждой системы), и имеет больше различий, чем сходств. Все это напрямую влияет на эффективность перевода и, что еще важнее, на эффективность применения переведенного акта. История развития французского языка права и правовой системы привели к их взаимозависимости и почти отождествлению, так что в Квебеке, например, Гражданский кодекс оказался неразрывно связанным с французским языком, как он и был привезен в Канаду, а английский язык с Common Law. Параллельно в Канаде, как в федерации, развивалось федеральное право, наряду с местным обычным правом, также оказывая влияние на языки, так что они постепенно отходили от норм стран происхождения. Так французский и английский языки стали ассоциироваться в правовой сфере Канады с соответствующей правовой системой. Расхождения между Common Law и Гражданским кодексом являются иллюстрацией и подтверждением более глубоких расхождений в культурах Англии и Франции. При единстве языка и мышления способ юридического рассуждения определяет специфику права*10. Изучая разные правовые системы, ученые приходят к выводу, что различия между ними в способах (индуктивном и дедуктивном) юридического рассуждения при установлении соотношения между фактом, нормой и действительностью. Разные подходы воплощаются в разных дискурсах. Поэтому дискурс юристов континентального права характеризуется «строгостью, устойчивостью и абстрактностью», дискурс юристов Common Law – «malléabilité» (гибкостью, податливостью), «adaptabilité» (адаптивностью)*11. Это дает исследователям возможность охарактеризовать мышление (и план выражения) на английском языке как «конкретное, неясное, «лабиринтное», перечисляющее», а на французском языке как «абстрактное, точное, аналитическое»*12, т.е. различия проявляются не только на уровне концептов (терминов), но и на уровне рассуждения. Объясняя данный феномен, Вандерлинден приводит сведения, которые известны юристам из сравнительного права*13: в течение нескольких веков в Англии действовали рядом местные обычаи, нормандские кутюмы, церковное право, римское право и особенно «то, что говорили судьи». Прецедент еще не сформировался в норму, единственным организующим началом был алфавит, поэтому английский юрист мыслит конкретно и прибегает к перечислениям. В результате вплоть до XX века английское право не знало деления на отрасли, на публичное и частное, а также категорий лиц таких, как имя и домицилий. Все это отличает их от юристов континентального права, для которых правовая система строго структурирована и была полностью доктринальной. Английские же законы с самого начала были предназначены в качестве вспомогательного права для восполнения пробелов Common Law в исключительных случаях. Французское право совершенно иное. Таким образом, английский юрист черпает источники права в судебной практике, французский юрист – в Институциях Юстиниана, римском праве, т.е. в концептуальной системе, в абстракциях. Соответственно в Канаде, где происходит контакт разных систем идей, юридическая ассимиляция (acculturation) приводит к формированию особой правовой системы. Контакт осуществляется, однако не только на уровне правовых систем, но и через влияние языка на право через терминологию (англицизмы). Например, вместо французского термина pacte de préférence используется clause de premier refus, вместо acompte – dépôt, вместо juridiction используется cour de justice, т.е. происходит anglicisation du français juridique. Лингвистика рассматривает эти факты в качестве проблемы языковых контактов, влияния языков друг на друга. В юрилингвистике вопрос поставлен как влияние языка на право и права на язык. Через термины, принадлежащие другой системе, происходит изменение права («неофициальная ассимиляция»). Этот феномен отличается от заимствования, например, заимствование институтов из других систем (официальное окультуривание). Указанные различия между правовыми системами и их планом выражения проявились в Квебеке при составлении Словарей частного права (Dictionnaire de droit privé и Private Law Dictionary), которые отражают специфику юридического французского языка и частного права именно Квебека при разработке позитивного права. (Словарь помогает бороться с отрицательными последствиями «правового окультуривания»). Частное право Квебека питается местным французским языком и проявляет склонность к заимствованиям из французского языка международного права или берутся кальки из английского языка, например, instruments négociables (из английского negociable instruments) вместо titres négociables. В результате в специфике права Квебека ощущается влияние Common Law, а во французском языке – обилие англицизмов. Часто верховенство права связывается с языком, борьба за права осуществляется под предлогом борьбы за язык, от поддержки языка переходят к поддержке права. Между языками в их совместном существовании (cohabitation) идет борьба за первенство, в частности, французского языка в Квебеке. Борьба за чистоту французского языка права Квебека выливается затем в политические требования. Юридическая лингвистика ставит целью изучить все средства, используемые правом (подобно тому, как юристы изучают faits juridiques (правовые факты), предлагается изучать faits linguistiques (языковые факты)), и это вполне правомерная постановка вопроса, ибо право целиком вышло из дискурса и им остается. Языковой факт – это факт культуры, через который происходит «окультуривание» – культурная ассимиляция – acculturation. Когда речь идет о социальном регуляторе, каковым является право, эффективность перевода приобретает особую значимость, она проверяется юридически – эффективностью применения положений на практике и правовыми последствиями для граждан*14. На современном этапе юрилингвистика представляет собой развивающуюся науку в университетах Канады, Бельгии и Швейцарии, где стоят проблемы многоязычия и права. К юрилингвистике относят исследования, посвященные проблемам языка и права, компаративистики, юридического перевода, а также более специальные работы по терминологии. Например, проблеме перевода Common Law на французский язык посвящено несколько исследований. По всем этим причинам вывешенная в Интернете библиография по юрилингвистике насчитывает 40 страниц. Пока юрилингвистика еще не выступает как фундаментальная наука. Однако фундаментальные вопросы сами собой напрашиваются, например, как язык влияет на право, могут ли разные правовые системы эквивалентно быть выражены одним и тем же языком или они должны быть выражены разными языками? Могут ли два разных языка эффективно отразить одну и ту же систему? В свете поставленной проблемы: насколько неразрывны связи между правовой системой и языком? Можно ли найти языковые универсалии права, так чтобы ими воспользоваться в применении к другим правовым системам? Подобные вопросы возникают в связи с тем, что, как показано в выше упомянутой книге Э. Дидье “Общие и специальные языки”, перевод приводит к множеству сбоев, буквализмов, что отражается на правоприменительной практике. В последние десятилетия юрилингвистика приобретает все более и более институциональный характер. В университете Женевы с 2000 г. работает Исследовательская группа в области юрилингвистики и юридического перевода (Groupe de recherche en jurilinguistique et traduction juridique – GREIUT). В Канаде действуют Центр исследований в области частного и сравнительного права Квебека (Centre de recherche en droit privé et comparé du Québec – CRDPCQ), а также Переводческо-терминологический центр при Монктонском университете (Centre de traduction et de terminologie Université de Moncton). В Монреале организуются летние курсы по юрилингвистике, где обсуждаются вопросы права и языка в их взаимоувязанности друг с другом, о чем можно судить по выдвинутым на обсуждение вопросам: •  многоязычность правовых документов •  роль юрилингвистики в законотворческом и нормотворческом процессах •  перевод или написание документов (corédaction) одновременно на нескольких языках •  профессиональная подготовка юристов-лингвистов. Что касается наименования создаваемой дисциплины, в Канаде ее называют юрилингвистикой, во Франции дуайен Жерар Корню ее назвал юридической лингвистикой. Рассматривая опыт моно и мульти-юридизма и моно и многоязычия, Жерар Корню вывел следующие принципы*15: 1. Относительно государственных языков в государстве: а) признание равенства языков и неравенства многочисленных переводов одного и того же правового документа; б) привлечение билингвов к составлению документов (лиц, для которых два или несколько языков являются родными) и соответственно подготовка кадров, владеющих языками как родными; в) сохранение духа каждого языка (его внутренней формы). 2. Относительно правовых систем в государстве: а) повышение роли сравнительного права и соответственно необходимость его глубокого изучения; б) сохранение духа и целостности (esprit et cohérence) транспонируемого права, в частности, при «транспонировании» Common Law на французский язык и гражданского права на английский язык. Для соблюдения вышеуказанных требований необходимо обеспечить сотрудничество юристов и лингвистов, обучить юрилингвистов, а редакторы и переводчики должны владеть правовыми знаниями. При составлении документов на нескольких языках следует использовать не перевод с одного языка на другой, а одновременное составление документа на двух языках – corédaction. На язык оказывает влияние тип государства, политико-правовые рамки, способ порождения источников права, но этот принцип действует только в случае позитивного права. В правопорядке континентального права язык зависит от государства, а там, где действует Common Law, язык проявляет большую свободу, в том числе и в области терминологии. В то же время доктрина не может ассоциироваться с типом государства, а она оказывает влияние на право. В международных организациях государства договариваются об использовании терминов, очерчивающих правовое поле и компетенции, лингвистически определяя правовой дискурс, его внутреннюю форму. В международной организации количество используемых языков обычно ограничено: 3–5. В Совете Европы 2 языка: английский и французский. Основой договоренности служит конвенциональность. Юридическое образование от переводчиков, работающих в международных организациях, не требуется. Французский язык испытывает большое влияние английского языка, и в целом создается некий конгломерат французского и английского языков – franglais. (Неотъемлемая часть права, каковой является обычное право, как правило, отсутствует). В Европе имеется организация, для которой вопросы юрилингвистики являются чрезвычайно актуальными. Это Европейский Союз. Что Европейский Союз представляет собой уникальное явление в области права, известно всем, но что он еще и феномен в сфере языков заслуживает того, чтобы на это обратить особое внимание. В отличие от давно существующих международных организаций типа ООН, ОЭСР, НАТО и др., где выбирают 3–5 рабочих языков, в Европейском Союзе к языкам и переводу на языки отношение дифференцированное. 1-ый аспект проблемы. Статус языков Европейского Союза регулируется рядом статей первичного и вторичного права. В п. 2 ст. 4 (бывшая ст. 6 (3)) Договора о Европейском Союзе говорится, что «Союз уважает национальную самобытность своих государств-членов». Этот принцип проявляется, в частности, в политике «мультилингвизма» Европейского Союза. Языкам, используемым в Европейском Союзе, придается статус официального языка (langue officielle). На национальном уровне термин langue officielle используется в значении «государственный язык». В Европейском Союзе язык признается официальным, если государство-член предложит свой государственный язык в качестве такового. Так, в Ирландии ирландский язык является государственным, поэтому он включен в список языков ЕС, хотя в самой стране на этом языке говорят лишь 5–10% населения. Таким образом, при подаче государством-членом соответствующей заявки статус государственного языка на национальном уровне дает возможность языку получить статус официального языка на уровне ЕС. Кроме волеизъявления государства (например, Люксембург не требовал признания статуса официального языка ЕС для своего третьего государственного языка – люксембургского), необходимо единогласное признание Совета, как об этом гласит ст. 342 Договора о функционировании Европейского Союза (бывшая ст. 290 Договора о Европейском Сообществе): «Le régime linguistique des institutions de l’Union est fixé, sans préjudice des dispositions prévues par le statut de la Cour de justice de l’Union européenne par le Conseil statuant à l’unanimité par voie de règlements» («Лингвистический режим институтов Союза устанавливается единогласным решением Совета без ущерба для положений, предусмотренных регламентом Суда ЕС»). В ст. 55 Договора о Европейском Союзе (бывшая ст. 53) перечислены 23 языка, на которых составлен текст Договора, при этом каждая версия является аутентичной. Следует подчеркнуть, что понятие «перевод» в данном случае не применяется. Самым первым Регламентом, регулирующим языковой режим (régime linguistique), был Регламент №1 от 15 апреля 1958 г. об установлении языкового режима Европейского Экономического Сообщества и Регламент №1 от 15 апреля 1958 г. об установлении языкового режима Европейского Сообщества по атомной энергии. В дальнейшем эволюция сообществ, расширение ЕС (всего их было 6, и каждый раз добавлялись новые языки) заставляли принимать новые акты, отражавшие новые ситуации. Так был принят Регламент (ЕС) №920/2005 Совета от 13 июня 2005 г. об изменении Регламента №1 от 15 апреля 1958 г. об установлении языкового режима Европейского Экономического Сообщества и Регламента №1 от 15 апреля 1958 г. об установлении языкового режима Европейского Сообщества по атомной энергии и о введении мер по временному отступлению от этих регламентов. В Регламенте перечислены официальные и рабочие языки Европейского Союза. В ст. 4 Регламента говорится, что «Регламенты и остальные общие документы составляются на двадцати одном официальном языке»*16. Статья 5 гласит, что «Официальный вестник ЕС публикуется на двадцати одном официальном языке». Статья 2 данного Регламента предусматривает отступление от данного принципа на пять лет для ирландского языка. Процессуальными регламентами Суда Европейского Союза (ст. 29–31), Суда общей юрисдикции (ст. 35–37) и Суда по делам гражданской службы (ст. 29) регулируются языковой режим и порядок назначения процессуального языка (langue de procédure). Подходы Суда ЕС, других институтов и органов ЕС к проблеме использования языков не совпадают. Суд ЕС проводит в отношении официальных языков совершенно оригинальную политику. Прежде всего, в Суде используется только один рабочий язык – французский. Это объясняется историей вопроса. Когда в 1952 г. был создан Суд ЕОУС*17, французский язык был государственным языком трех стран из шести государств-членов: Бельгии, Люксембурга и Франции. Думается, что важным фактором избрания французского языка в качестве рабочего было также и то, что французский язык был языком континентального права. К чести французского языка следует отметить, что в Западной традиции права он считается идеальным средством выражения правовой мысли. Роль французского языка в качестве рабочего заметна и сегодня: даже говоря на английском языке, специалисты в Суде ЕС используют французские термины: juge-rapporteur, avocat général и т.д. Знание французского языка (хотя бы пассивное) является обязательным требованием для всех работников Суда. Кроме французского (как языка, используемого судьями в совещательной комнате – langue de délibéré) в Суде ЕС используют процессуальные языки (langue de procédure), т.е. языки судопроизводства, на которых идет слушание, подаются заявления от государств-членов, пишутся состязательные бумаги, запросы в преюдициальном порядке. На процессуальные языки переводятся ответы Суда государству, подавшему запрос или иск. Это соответствует принципу Договора о функционировании Европейского Союза, который гласит, что любой гражданин может в письменном виде обратиться в любой институт или орган ЕС на одном из языков, предусмотренных в ст. 55, и получить ответ на том же языке. Если раньше все документы Суда ЕС переводились на все языки государств-членов, то теперь в связи с расширением ЕС и соответственно увеличением числа официальных языков политика Суда ЕС изменилась. Когда в 1952 г. в составе ЕС было 6 государств-членов, для обеспечения перевода всех документов было 12 комбинаций языков. В связи с вступлением новых членов в 1973 г. число комбинаций было равно 30, в 1981 г. – 42, в 1986 г. – 72, в 1992 г. – 110, в 2004 г. – 380, в 2007 г. с присоединением Румынии и Болгарии и признанием 22 официальных языков + ирландский, перевод на 23 языка предполагает 506 комбинаций. И это не предел. На пороге Хорватия, Сербия, Албания, Босния и др. До 2004 г. использовался прямой перевод на 11 языков, перед последним большим расширением ЕС на все языки были переведены 50 решений Суда ЕС и 7 решений Суда общей юрисдикции. Теперь же прямой перевод всех судебных решений невозможен, поэтому перешли к смешанной системе перевода: избраны 4 ведущих языка (langues - pivots) самых крупных государств-членов: немецкий, английский, испанский, итальянский + французский язык (langue de travail), на которые осуществляется прямой перевод. Все остальные языки распределяются между первыми четырьмя группами: с немецким объединены польский и эстонский, финский/фламандский + болгарский и турецкий; с английским – чешский и литовский, шведский/датский; с испанским объединены венгерский и латышский, португальский + хорватский; с итальянским – словацкий и словенский, греческий + румынский. С лингвистической точки зрения распределение представленных языков вызывает большие трудности, ибо названные языки принадлежат не только к разным семьям языков, но и к разным группам. Однако отнесение языков к той или иной группе объясняется не лингвистическими и не правовыми соображениями. Так, например, хотя Турция не является членом ЕС, из-за проблем Кипра турецкий язык отнесен к немецкому языку, а также, потому что в Германии много турок, а значит, специалистов, владеющих обоими языками как родными. Это относится и к словенскому языку, который отнесен к итальянскому языку, так как в Италии есть провинция, где говорят на этом языке. В каждой из четырех секций работают по 25–30 юристов-лингвистов, во французской секции работают 60 юристов-лингвистов, ибо на французский язык переводится все. Подчеркнем, что в указанных секциях работают не переводчики, а юристы-лингвисты, дипломированные специалисты в области права со знанием не менее двух языков, кроме родного, диплом переводчика не требуется. Допускается пассивное знание языков, т.к. перевод делается только на родной язык. Понятие «родной язык» предполагает также и то, что на этом языке юрист-лингвист изучал право. В Суде ЕС поощряется изучение и других официальных языков – работают языковые курсы. Постепенно все юристы-лингвисты должны овладеть французским языком. Всего в Суде работают 1927 человек, из них 903 юриста-лингвиста (47%), обеспечивающих письменный перевод. Хотя в указанных секциях работают юристы-лингвисты, представленная классификация языков не основана на правовых подходах. Между тем учет правовых систем, обслуживаемых этими языками (их сходства или различий), может быть, привел бы к иной более оптимистичной классификации, ибо основной трудностью для юристов-лингвистов является именно совместимость правовых систем их родных стран с правом ЕС и нахождение релевантных терминов на родном языке. В свете юрилингвистики более целесообразно  опираться на особенности правовых систем, а не на язык, так как именно они создают их внутреннюю форму. После увеличения числа членов до 27 государств значительно возрос объем работы. Ежегодно он увеличивается на 6,5%, в 2009 г. было переведено более 800 000 страниц. 25% всего объема переводят на подрядной основе внешние специалисты. Суд стремится сократить эти огромные объемы работы. Начиная с Ниццского договора (2001 г.), Суд имеет право не назначать генерального адвоката по делам, в которых не ставится новых вопросов права, а значит, заключения генерального адвоката переводить не надо. Суд ЕС и Суд общей юрисдикции селективно относятся к решениям, которые должны опубликовываться и, значит, переводиться на все языки. Что касается запросов в преюдициальном порядке, то если объем дела превышает 25 страниц, то делается резюме, а не перевод, хотя это решение зависит от характера дела. На 23 официальных языка теперь переводятся, таким образом, не все документы и не полностью, часто ограничиваясь лишь резюме. Полностью документы переводятся только на рабочий и процессуальный языки, ибо масштабы переводческой работы оказывают прямое влияние на сроки судопроизводства. Переводческие отделы Суда ЕС, помимо своей непосредственной работы, создают терминологический тезаурус. Представляется, что они должны четко определить, для кого они делают этот словарь – для специалистов или неспециалистов, иначе есть опасность утонуть в стилистических тонкостях и потерять юридическую строгость содержания. В связи с тем, что ЕС – юридически совершенно оригинальное образование, особенно его статус, организация работы его институтов и органов, можно поставить вопрос, оказывает ли это влияние на языки, по крайней мере, на французский язык. Вопрос можно поставить еще шире: каково юрилингвистическое влияние, каков метаязык права. В свете проведенных исследований юрилингвистика выступает в качестве auxiliaire de la théorie du droit (вспомогательная дисциплина общего учения о праве). Юрилингвистика может выбрать в качестве объекта исследования все то, что уже сделано в плане выражения: в сфере законодательной техники (легистики), нотариата, оформления судебных решений – и использоваться для повышения эффективности права в его прикладном применении, придавая этим наработкам научно-универсальный характер. Это относится к работе с терминами, с правовым дискурсом, составлению и редактированию правовых актов, документов и т.д. Особое место юрилингвистика должна отвести толкованию. Толкование, как неотъемлемая часть права, помогает решить герменевтическое противоречие, в котором правовой дискурс оказывается по отношению к постоянно движущейся действительности. В Суде ЕС нет инструкций, руководств, рекомендаций для юристов-лингвистов относительно того, как преодолевать указанные трудности. Эти вопросы только определены в качестве задач, стоящих, в частности, перед Отделом документации и исследований Суда. Трудности заключаются в переводимости/непереводимости, совместимости/несовместимости правовых понятий и систем со всеми вытекающими последствиями относительно типов рассуждения, точности/размытости дискурса. Некоторые исследователи предлагают решать многие из этих проблем с помощью неологизмов и (corédaction) – параллельного составления текстов одновременно на нескольких языках, а не перевода. Комитет по терминологии и неологии Франции опубликовал свои рекомендации в Официальном вестнике*18.   2-ой аспект проблемы, возникающей при множестве языков и правовых систем, касается нормотворческой деятельности институтов ЕС. Каждая страна в отношении такого важного дискурса, как нормативные акты разрабатывает свои рекомендации*19, однако предмет коммуникации, функции субъекта и адресата, коммуникационные и прагматические установки в принципе являются более или менее идентичными, что определяется целью коммуникации и статусом участников. Наиболее яркое институционально закрепленное влияние на язык законодательства оказывает легистика (légistique) в ее практическом применении. Хотя на русском языке термин «легистика» еще не вошел в широкое употребление, лицам, знакомым с латинским или современными романскими языками, он должен быть понятен (от корней lex – legis, которые маркируют писаный характер языка). На Западе легистика – вспомогательный отдел юрилингвистики. Впервые слово «легистика» было использовано в 1950 г. в работе бельгийских юристов Masquelin и Frey «Légistique formelle». В настоящее время слово légistique уже широко используется юристами Бельгии, Франции и Канады, в том числе и в монографиях (Code-formulaire de légistique, 1960; Traité de légistique formelle, 1982). Государственный совет Франции выложил на сайт Циркуляр формальной легистики (La circulaire de légistique formelle), в новой версии 2001 г., объемом более 90 страниц. В изданном Советом Европы Французско-английском словаре légistique определяется в вышеуказанном значении как «science of preparing lеgislation, legal or parliamentary drafting (draughtsmanship)»*20. В российской традиции в этом значении используются термины: юридическая техника, законотворческая техника, законодательная техника. «…Юридическая техника – это совокупность правил, средств и приемов разработки, оформления и систематизации нормативных актов в целях их ясности, понятности и эффективности»*21. Французским термином technique juridique в более широком смысле обозначаются все средства и методы правового регулирования, русскому понятию «юридическая техника» соответствует скорее французский термин technique législative. Легистика же стала во Франции и учебной дисциплиной, и наукой, и прикладной техникой нормотворчества. Преемственность обеспечивается и через обучение, легистика как учебная дисциплина приобретает особое значение при передаче установок и требований. Развитие законодательной техники приводит к выработке лингвистических требований, предъявляемых к законодательным актам. При анализе законодательных актов мы видим среди прочего и лингвистические элементы, как отражение поставленных задач и требований (задачи поставлены политически, а решаются они лингвистически). Это значит, что при анализе стиля нормативных документов должны учитываться и требования экстралингвистического характера, которые ставятся перед ними и получают воплощение в языке. Именно с этой точки зрения для изучения лингвистических особенностей актов Европейского Союза интересно Общее практическое руководство Европейского Парламента, Совета и Комиссии для лиц, которые участвуют в составлении нормативных актов в институтах ЕС. Анализируя нормативные акты ЕС, следует учитывать, что наряду с вышеуказанными целями и принципами права, каждая отрасль привносит свои особенности с учетом регулируемой действительности. Подобным же образом и право ЕС как совершенно особое право эволюционировало и сформировалось на наших глазах и по определению отличается от национального права не только по своим задачам и принципам, но и потому что регулирует отношения теперь уже 27 стран. Особый характер этого права создан, среди прочего, и благодаря упомянутому Руководству. Руководство показывает, что качество языка и стиля законодательных документов ЕС является существенным для правильного понимания и исполнения: «les actes adoptés par les législations communautaires doivent être formulés de manière intelligible et cohérente… et suivant des principes uniformes de présentation et de légistique»*22 (законодательные акты, принимаемые на коммунитарном уровне, должны быть ясно и логично сформулированы и соответствовать единообразным принципам оформления документов и легистики). Необходимость улучшения нормотворческой деятельности была признана Европейским Советом в Эдинбурге в 1992 г. Для решения этой проблемы институты ЕС стали принимать соответствующие меры. Совет принял Резолюцию от 8 июня 1993 г. о качестве составления коммунитарного законодательства. 18 января 1996 г. Комиссия определила общие направления законодательной политики. Эти два акта были закреплены в Декларации № 39 о качестве составления коммунитарного законодательства (qualité rédactionnelle de la législation communautaire) к Амстердамскому договору. После принятия данной декларации Европейский Парламент, Совет и Комиссия приняли межинституциональное соглашение от 22 декабря 1998 г., в котором были определены общие направления улучшения качества составления коммунитарного законодательства. Руководство отражает основные принципы и состоит из 22 пунктов и комментариев к ним. Более подробные рекомендации содержатся в специальных пособиях: Formulaire des actes établis du Conseil de l’Union européenne; le Code de rédaction interinstitutionnel, publié par l’Office des publications officielles des Communautés européennes, Règles de technique législative à l’usage des services de la Commission ; modèles LegisWrite. В институтах Европейского Союза имеются юридические отделы, которые также обеспечивают работу по составлению и редактированию законодательных актов ЕС. Наряду с общими рекомендациями, касающимися составления правовых документов, в Руководстве имеются требования, предъявляемые к актам ЕС, которые по существу являются юрилингвистическими правилами работы с терминами в условиях многоязычного использования. Это связано с необходимостью переводить акты ЕС на 23 языка*23. Такого требования нет на национальном уровне, где используется один, два, три государственных языка. В связи с опасностью семантического размывания текста следует избегать двусмысленности, неточности, приблизительности, которые могут привести к ошибкам в переводах, а также эллиптических, неполных фраз. Смысл акта нельзя приносить в жертву структурной организации текста. Недопустимы сверхфразовые единства с большим количеством дополнений, обстоятельств, придаточных предложений, вводных предложений, отношения между ними должны быть совершенно прозрачными. Нельзя использовать жаргонные, модные выражения, а также латинские выражения в значении, не соответствующем их обычному юридическому смыслу. Следует учитывать, что некоторые распространенные в одном языке юридические выражения могут не быть таковыми в другом языке или вообще не иметь эквивалента, например, понятие состязательности в англо-саксонском праве. Что касается юридической лексики, нельзя использовать термины, слишком тесно привязанные к национальным правопорядкам, поэтому, например, вместо французского термина service public в коммунитарном праве используется термин service d’intérêt général. Представляемый акт не должен ощущаться как перевод, он должен представать как документ, имеющий некоторый нормативный стиль. Разные заимствования, кальки, трудно понимаемые жаргонизмы способствуют восприятию текста как иностранного. Они провоцируют критику коммунитарного законодательства. Узнаваемость ссылок, аллюзий. Составитель текста должен следить за тем, чтобы переводчик мог узнать источник, на который делается ссылка. Если какой-либо текст взят из существующих правовых источников (регламентов, директив, договоров и т.д.), это должно быть выражено совершенно ясно, иначе при переводе аллюзия потеряется, при этом либо следует сделать ссылку, либо перевод должен быть полным эквивалентом оригиналу. Необходимость осуществлять перевод на 23 языка, а также и сам перевод влияют на используемые термины. Особенно опасны ошибки в переводах. Например, в переведенной на русский язык работе то, что должно быть «регламентом» переведено как «постановление»*24, а это означает, что российский читатель не поймет, о каком документе ЕС идет речь. Использование терминов в рамках одного акта и в рамках одной сферы деятельности, сферы применения, отрасли права должно быть неизменным, единообразным и унифицированным: одно понятие – один термин. Значение термина определяется по отношению ко всему акту в целом. В связи с этим нельзя называть разные понятия одним и тем же термином. В обозначении понятий не может быть ни противоречий, ни двусмысленностей. Эта рекомендация очень важна, так как мы видим ее воплощение, изучая юридические термины: многозначные термины употребляются в рамках одной отрасли только в одном значении. Так как термины могут переходить в общелитературный язык, нельзя допускать двусмысленности, если один и тот же термин используется в одном значении в юридическом языке и в другом значении в общелитературном языке. В терминологии проявляется свободная воля того, кто осуществляет «запуск» термина. Здесь заметно сочетание индивидуального опыта с коллективным. Так, термин la fonction publique в названии созданного в 2005 г. в Европейском союзе суда Tribunal de la fonction publique переведен в учебнике*25 как Суд по делам гражданской службы. Хотя эквивалентом la fonction publique на русском языке является «государственная служба», в отношении институтов и органов ЕС, где нет государственной службы, проявляется тенденция не использовать термин «государственный». Эквивалентом la fonction publique на английском языке является civil service, который переводится на русский язык как «гражданская служба». Налицо сочетание терминологического значения с нуждами перевода. В свете юрилингвистики изложение права Европейского Союза на русском языке создает дополнительную проблему культурологического (правового) характера. Лингвисты увидели бы в этом проблему переводимости/непереводимости. На основе вышеизложенных постулатов это и есть проблема юрилингвистики. Так, Tribunal (général) (бывший Tribunal de première instance – Суд первой инстанции) в работах российских юристов после принятия Лиссабонского договора получил название Суд общей юрисдикции, которое является не переводом, а скорее отражением его места в судебной системе ЕС. Методологически юрилингвистика представляет собой применение фундаментальной лингвистики и принципов права к правовому дискурсу как плану выражения. Юрилингвистическое исследование показывает, что общественные установления нельзя рассматривать разрозненно, между ними существуют взаимосвязь и интерференции. Отношения между общественными установлениями, их взаимовлияние или вытеснение друг друга могут и должны быть предметом специальных исследований. (Напомним в этой связи, например, указание Цицерона на то, что там, где религии становится меньше, права становится больше). По проблемам юрилингвистики проводили международные конференции Университет Париж-Х в 1998 г., Женевский университет – в 2000 г., а также Колледж Европы совместно с Международной организацией франкофонии в Натолине (Варшава) в 2007 г. По результатам коллоквиумов опубликованы сборники статей*26, а также ряд работ по языку ЕС. В России издан многоязычный словарь по праву ЕС. Переходя на более высокий обобщающий уровень, можно сказать, что юрилингвистика выступает как одна из составных частей лингвокультурологии, а также как вспомогательная дисциплина права. Классификация (например, словника) должна делаться по особенностям не языка, а разделов права, ибо юридичность, рассуждение заложены в плане содержания права, а основная функция языка заключается в его изоморфизме – способности воплощения в любом отделе знания. В связи с этим механизмы языка, обеспечивающие его адаптивность, являются объектом когнитивного рассмотрения, а юрилингвистика рассматривает более конкретно механизмы юридического языка по отношению к праву. При изучении плана содержания юрилингвистика должна опираться на сравнительное право, ибо концепция правового дискурса смыкается с проблемами сравнительного права, совместимостью и эффективностью правовых систем, институтов, категорий, концептов. Представленное описание является несколько односторонним (в большей степени сориентированным на юристов), ибо показывает важность юрилингвистики для права. Между тем проблемы взаимовлияния языков давно находятся в поле зрения лингвистики, в частности, в рамках проблемы языковых контактов, интерференции и т.д., в меньшей степени учтен именно правовой аспект этого взаимовлияния для целей лингвистики. Таким образом, юрилингвистика предстает как синергетика разных отделов знания, многих из представленных вполне известных артефактов. Задачи науки или отдела знания собрать их вместе и дать объяснение, определить применение для правовых целей. БИБЛИОГРАФИЯ •  Французская Республика. Конституция и законодательные акты: Пер. с франц. – М.: Прогресс, 1999. – 448 с. •  Керимов Д.А. Законодательная техника. Научно-методическое и учебное пособие. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М), 2000. – 127 с. •  Кузнецов В.Г. Функциональные стили современного французского языка (публицистический и научный): Учеб. пособие для ин-тов и фак. иностранных яз. – М.: Высш. шк., 1991. – 160 с. •  Проблемы общей теории права и государства. Учебник для вузов. Под общ. ред. член-корр. РАН, доктора юрид. наук, проф. В.С. Нерсесянца. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М),1999. – 832 с. •  Европейское право. Право Европейского союза и правовое обеспечение защиты прав человека под ред. проф. Л.М.Энтина, 2-е изд., пересмотр. и доп. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М), 2005 (доп. изд. 2008 г.). •  Справочник по нормотворческой технике. Пер. с нем. 2-е изд., перераб. – М.: Издательство БЕК, 2002. – 296 с. •  Теория государства и права. Учебник для юридических вузов и факультетов. Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М), 1997. – 570 с. •  Шутрина Е.С. Техника юридического письма: Учеб.-практ. Пособие, 3-е изд. – М.: 2001. – 272 с. •  Guide pratique commun pour la redaction des textes legislatifs communautaires. Communautes europeennes, 2003. •  FISCHER Victor. Alaska's Constitutional Convention. – University of Alaska Press, 1975. •  F.H.S. Bridge the Council of Europe French-English Legal Dictionary, Council of Europe, 1994. •  KINGTON Miles. Let's Parler Franglais Again! – Penguin Books, 1980. •  Terre F. Introduction generale au droit. – Paris : Dalloz, 1991. •  CORNU Gerard. Linguistique juridique, 2 e edition. – P. : Montchrestien, 2000. К.Х. РЕКОШ *1 Первое значение данного слова, вытекающее из его морфологического строения - «речевая деятельность» *2 Raymond v ander Elst / Le langage du droit, sous la direction de Leon Ingber. – Bruxelles: Editions Nemesis, 1991. - P. 325. *3 Terre F. Introduction generale au droit. – P. : Dalloz, 1991. – P. 300 – 302. *4 Различение юристами устного и письменного языков находит многочисленные подтверждения в судебной терминологии (лат. jurisdictio – судоговорение – dire le droit фр., procedure orale, salle d'audience, salle de delibere, le prononce) . Устные (вербальные) и письменные контракты в римском праве. *5 Didier E. Langues et langages du droit. – P. 4. *6 Terre F. Introduction generale au droit. – P. 300. *7 С точки зрения компаративистики артефактов следует отметить, что отношение к словарю в Англии и Франции было диаметрально противоположным, англичане включали в словарь все появлявшиеся слова, французы к отбору слов относились крайне строго. *8 Terre F. Introduction generale au droit. – P. 30 1. *9 Французские юристы советуют сохранять английский термин Common Law, чтобы не путать с понятием «общее право», которое относится к внутреннему праву Франции. *10 Jacques Vanderlinden. Du droit et de la langue ou de la langue et du droit ? Propos perplexes d'un juriste egare dans la linguistique / FRANCAIS JURIDIQUE ET SCIENCE DU DROIT. – Bruxelles : Bruylant 1995. – P. 35. *11 Ibid. - P. 36. *12 Ibid. – P. 37. *13 Ibid. – P. 40-41. *14 См. подробнее об этом в монографии Emmanuel Didier « Langues et langages du droit». Etude comparative des modes d'expression de la Common Law et du Droit Civil, en francais et en anglais. - BCL, LLB, DEA. Wilson's Lafleur Ltee, Montreal, 1990 Quebec, Canada. *15 Gerard Cornu. Linguistique juridique, 2 e edition. – P. : Montchrestien, 2000. – P. 14. *16 Вступившие после этого страны прибавили еще два языка. *17 Договор ЕОУС был составлен тогда только на французском языке. *18 См. об этом на сайте FranceTerme. *19 В зависимости от тех, к кому обращена речь, если к специалистам, проблема решается легко – используется строгий юридический язык, если к неспециалистам – трудно, так как они нуждаются в доступном языке. Иногда приходится использовать двойные версии законодательных актов. Так, в 1985 г. в Либерии была принята двойная версия Конституции. *20 F.H.S. Bridge the Council of Europe French-English Legal Dictionary, Council of Europe, 1994. – P. 186. *21 Теория государства и права. Учебник для юридических вузов и факультетов. Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова – М.: НОРМА, 1997. – (570 с.) C. 313. *22 Guide pratique commun pour la redaction des textes legislatifs communautaires. Communautes europeennes, 2003. – P. 5. *23 Наличие большого числа государств-членов международной организации влияет не только на перевод принимаемых нормативных актов, но даже и на их содержание, так как чем больше число участников, тем более общим будет содержание, тем более общим будут термины и язык. *24 Справочник по нормотворческой технике. Пер. с нем., 2-е изд., перераб. – М.: Издательство БЕК, 2002. – (296 с.) С. 100. *25 Европейское право. Право Европейского союза и правовое обеспечение защиты прав человека под ред. проф. Л. М. Энтина, 2-е изд., пересмотр. и доп. – М.: НОРМА, 2005. – С. 205. *26 Francais juridique et science du droit. Textes presentes au deuxieme colloque international du Centre international de la Common law en francais (CICLEF) sous la direction de Gerard Snow et Jacques Vanderlinden. – Bruxelles: Bruylant, 1995; Pupier, Paul et Jose Woehrling, dir. (1989). Langue et droit: Actes du Premier Congres de l'Institut international de droit linguistique compare, 27-29 avril 1988, Montreal: Wilson & Lafleur ; Lamethe, Didier et Olivier Moreteau (2006). «L'interpretation des textes juridiques rediges dans plus d'une langue», Revue internationale de droit compare, N 2; H.Guillorel et G.Koubi, dir., Langues et Droits: Langues du droit, droit des langues. – BruxelleS: Bruylant. Actes du colloque international tenu a l'Universite de Paris-X, a Nanterre, les 22, 23 et 24 octobre 1998; Langues et contribution europeenne B ruxelles. P.I.E. Peter Lang S.A. 2010. Cahiers du College d'Europe N 10; Sophie Cacciaguidi-Fahy, dir., «La linguistique juridique ou jurilinguistique : hommage a Gerard Cornu », decembre 2008 (21 :4) // International Journal for the Semiotics of Law – Revue Internationale de Semiotique Juridique; Lire le droit. Langue, texte, cognition sous la dir de Daniele Bourcier et Pierre Mackay. – Paris, 1992. Данный сборник опубликован после коллоквиума, проведенного в аббатстве Руайомон 28-30 октября 1991г. специалистами в области права и когнитивных наук в рамках программы Cogniscience, осуществляемой лабораториями Канады и C.N.R.S.
no image
Право

Важнейшим событием прошлого года в энергетической политике Европейского Союза (ЕС) стало принятие пакета нормативных правовых актов, регулирующих газовую и электроэнергетическую отрасли ЕС (далее — Третий пакет). Принятию Третьего пакета предшествовали напряженные двухгодичные обсуждения, в ходе которых значительные изменения претерпели первоначальные...

Важнейшим событием прошлого года в энергетической политике Европейского Союза (ЕС) стало принятие пакета нормативных правовых актов, регулирующих газовую и электроэнергетическую отрасли ЕС (далее — Третий пакет). Принятию Третьего пакета предшествовали напряженные двухгодичные обсуждения, в ходе которых значительные изменения претерпели первоначальные предложения Европейской Комиссии (далее — Комиссия), опубликованные в январе 2007 г. Третий пакет включает следующие документы: · Газовая директива ЕС (Directive 2009/73/EC of the European Parliament and of the Council of 13 July 2009 concerning common rules for the internal market in natural gas and repealing Directive 2003/55/EC); · Электроэнергетическая директива ЕС (Directive 2009/72/EC of the European Parliament and of the Council of 13 July 2009 concerning common rules for internal market in electricity and repealing Directive 2003/54/EC); · Регламент о доступе к газовым сетям (Regulation № 715/2009 of the European Parliament and of the Council of 13 July 2009 on conditions of access to the natural gas transmission networks and repealing Regulation (EC) № 1775/2005); · Регламент о доступе к электроэнергетическим сетям (Regulation № 714/2009 of the European Parliament and of the Council of 13 July 2009 on conditions of access to the networks for crossborder exchanges in electricity and repealing Regulation (EC) № 1228/2003); · Регламент об Агентстве по сотрудничеству регулирующих органов (Regulation № 713/2009 of the European Parliament and of the Council of 13 July 2009 establishing an Agency for the Cooperation of Energy Regulators). Все указанные акты приняты совместным решением Европейского парламента и Совета ЕС, но их юридическая природа неоднородна. Директивы адресованы государствам-членам и требуют перенесения (имплементации) в национальные законодательства в установленный срок. Они обязательны для государств-членов в том, что касается срока и требуемого результата, при этом формы и методы достижения результата оставлены на усмотрение государств-членов. Такая модель позволяет, с одной стороны, гармонизировать национальные законодательства, с другой стороны, учесть страновую специфику. Для частных лиц правовые последствия порождают не сами директивы, а имплементирующие их акты национального законодательства. Регламенты в отличие от директив являются актами общего характера, адресованными всем субъектам права ЕС (не только государствам-членам) и наделенными прямым действием (не требуют актов имплементации). Эти свойства делают регламенты похожими на национальные законы. Третий пакет вступил в силу 3 сентября 2009 г., на двадцатый день после официального опубликования, но применяться будет по истечении срока имплементации Газовой и Электроэнергетической директив, который составляет 18 месяцев, т. е. с 3 марта 2011 г. (за исключением отдельных положений, для которых предусмотрен более длительный срок имплементации). В настоящей статье, во-первых, представлен общий обзор новелл Третьего пакета, во-вторых, рассмотрены наиболее дискуссионные нововведения (разъединение вертикально интегрированных предприятий и оговорка о третьих странах), в-третьих, проанализирован вопрос о правомерности последних в контексте европейского и международного права. Полный текст в формате PDF * Впервые опубликовано в журнале «Нефть, газ и право», 3’2010
no image
Право

Рамочное решение о введении европейского ордера на арест (ЕОА)*1 было принято в 2002 году и вступило в силу 1 января 2004 года*2. Европейский ордер на арест был задуман для решения двуединой задачи. Во-первых, он потребовался государствам-членам для того, чтобы ускорить...

Рамочное решение о введении европейского ордера на арест (ЕОА)*1 было принято в 2002 году и вступило в силу 1 января 2004 года*2. Европейский ордер на арест был задуман для решения двуединой задачи. Во-первых, он потребовался государствам-членам для того, чтобы ускорить процедуру передачи лиц, подозреваемых в совершении преступления, из одной страны в другую. Во-вторых, с его помощью они хотели укрепить взаимодействие стран ЕС в уголовно-правовой сфере на основе «краеугольного камня» сотрудничества – взаимного признания решений национальных судов. ЕОА заменил для стран ЕС Конвенцию Совета Европы 1957 года об экстрадиции с двумя протоколами к ней, а также ряд двусторонних соглашений, основанных на принципе «запросов». В соответствии с ним запрос об экстрадиции направлялся министерству государства-члена, которое пользовалось широкими возможностями отказа в выдачи разыскиваемого, часто по политическим мотивам. Переход к ЕОА означал отказ во всех странах ЕС от применения территориальной юрисдикции при выдаче в пользу принципа взаимного признания судебных решений. Это дало основание исследователям заговорить о «настоящей смены парадигмы» судебного сотрудничества государств-членов и даже «революции» в данной сфере*3. Однако опыт первых лет применения ЕОА показал, что «историю успеха» ордера омрачает низкий уровень доверия между государствами-членами, который необходим для реализации принципа взаимного признания судебных решений. Установлению доверия мешали различия национального уголовного и процедурного права, слишком сильные для того, чтобы безоговорочно признавать судебные решения. В результате национальные законодательства устанавливали всевозможные оговорки, дающие возможность не выдавать разыскиваемых по ордеру. Судьи стремились препятствовать исполнению ордера, если его положения не соответствовали национальным стандартам. Попробуем проанализировать проблемы и препятствия на пути развития практики использования ордера на основе существующей статистики, полученной в результате мониторинга исполнения соответствующего рамочного решения. Мониторинг применения европейского ордера на арест В 2005 году, через год после вступления в силу рамочного решения о ЕОА во всех странах ЕС, Комиссия решила провести мониторинг состояния соответствующего национального законодательства государств-членов и практики применения ордера. Еще через два года проверка повторилась, что дало возможность не только получить статистические данные относительно применения ордера, но и выявить тенденции и проблемы. Комиссия установила, что ЕОА распространялись главным образом через Интерпол (58%) и Шенгенскую информационную систему (52%), в остальных случаях одно судебное ведомство отсылало ордер непосредственно в другое*4. В 2005 году суды выписали 6900 ордеров на арест (вдвое больше по сравнению с 2004 годом); 1770 человек было объявлено в розыск на основании ордера и арестовано, а 1532 из них (86%) переданы запрашивающему государству. В 2007 году количество ордеров возросло до 9413, больше всего их было выписано во Франции, Германии и Польше*5. Арестовано же в 2007 году было 3368 человек, из них передано непосредственно одним государством-членом другому – 2067 (около 62%). По данным Комиссии, на основании ЕОА больше всего арестованных выдали Великобритания и Финляндия, а меньше всего – лишь одну десятую часть лиц, на которых был выписан ордер, Испания и Польша. Латвия и Литва исполнили предписанные ордером правила полностью, выдав 100% задержанных, впрочем, их было очень мало. Ирландия и Люксембург, напротив, оказались самыми недисциплинированными странами по результатам применения ЕОА, выдав соответственно 50,5% и 52,9%. Комиссия отметила, что половина задержанных в 2005 году были переданы с их согласия; в 2007 году число согласных выросло до 56,6%*6. На основании докладов Комиссия сделала вывод о том, что в первые годы ордер на арест еще проходил экспериментальную стадию, в которой участвовали не все страны. Однако, к 2007 году ситуация наладилась, и распространение ЕОА на всю территорию Евросоюза, несмотря на трудности в ряде стран, дало основание Комиссии назвать ЕАО «успешной историей»*7. Проверка применения ордера, осуществленная в мае 2009 года по требованию Совета ЕС, казалось бы, подтвердила вывод Комиссии: в 2008 году государства-члены выписали уже 11681 ордер. Тем не менее, согласиться с оценкой «успешности» введения ЕОА можно лишь с некоторыми оговорками. Количество ордеров увеличивается из года в год, чего нельзя сказать о проценте их исполнения, который, напротив, немного снижается (в 2008 году было исполнено 25% ордеров)*8. Суды стран Евросоюза охотнее выписывают ордера, чем исполняют их, при этом сохраняются значительные различия в практике отдельных государств. Однако стоит отметить, что экстрадиция в принципе не относится к массовым процессам, поэтому почти каждый ее случай вызывает повышенный интерес у СМИ. Кроме того, ордер на арест не может быть исполнен, если подозреваемый в преступлении скрывается, так что количественные показатели применения ЕОА подтверждают выводы Комиссии: самое главное, что количество ордеров растет, и они применяются во всех государствах-членах, что с самого начала было проблематично. В то же время, чтобы дать оценку качественным показателем действия ордера и изменениям в процедуре экстрадиции, необходимо проанализировать трудности его применения в разных государствах-членах ЕС. Комиссия отметила ряд недостатков в действиях государств-членов, прямо нарушающих положения рамочного решения. Так в ряде стран – Дании, Австрии, Швеции, окончательное решение о передаче принимает не суд, а министерство юстиции. Тем самым вопрос все же выносится на правительственный уровень, что противоречит самому главному принципу процедуры ЕОА. Пожалуй, больше всего нарушений допускается при обосновании решений об отказе в исполнении ордера. В этом вопросе государства-члены пытаются изыскать всяческие возможности, например, внести в национальные законы как можно больше причин для отказа. Очень часто страны ЕС стремятся уклониться от выдачи собственных граждан, мотивируя свои решения опасениями в нарушении их прав, что также противоречит положениям рамочного решения о ЕОА. Особенно отличаются нежеланием выдавать своих граждан Польша и Австрия. С другой стороны, проверки выявили непропорциональное применение ЕОА. Ордер выписывали за хранение полграмма марихуаны, кражу двух автомобильных шин и молочного поросенка. С точки зрения имеющихся проблем в практике применения ЕОА или их отсутствия, страны ЕС условно можно разделить на три группы. Некоторые из них столкнулись с трудностями конституционного характера в применении ордера и вынуждены были изменить ряд положений национальных конституций. Другие государства согласились применять ордер, но внесли изменения в содержание имплементирующих законов для того, чтобы избежать противоречий с национальными системами. Наконец, третья группа стран начала применять ЕОА без каких-либо оговорок, тем самым не предоставив Комиссии повода для негативных комментариев. Конституционные и законодательные поправки: практика Германии, Польши и Кипра Некоторые страны, например, Португалия и Словения, вынуждены были внести поправки в национальные конституции с тем, чтобы сделать возможным передачу собственных граждан в другое государство ЕС по европейскому ордеру на арест. Тем не менее, этот процесс прошел довольно гладко и безболезненно. Свои возражения пытались высказать Греция и Чешская республика, но особенно настаивать не стали. Только в Германии, Кипре и Польше возражения относительно передачи своих граждан по ордеру в другое государство ЕС достигли стадии рассмотрения конституционными судами правомерности национальных законов о европейском ордере. В сентябре 2004 года испанский судья Бальтазар Гарзон выдал ордер на арест германского гражданина, сирийца по происхождению, по обвинению в поддержке террористических организаций сразу в нескольких странах ЕС. Подозреваемый был арестован в Германии и, по решению Высшего регионального суда, должен был быть передан в Испанию. Однако арестованный подал жалобу в Федеральный конституционный суд Германии, который нашел, что германский национальный закон об имплементации рамочного решения по ЕОА противоречит Конституции (Основному закону) и нарушает права экстрадируемого. Жалоба была удовлетворена. А через год Германии пришлось принять новый закон, на этот раз не противоречащий Конституции. В Польше европейский ордер на арест без каких-либо осложнений был введен в 2004 году соответствующим национальным законом. Однако, впоследствии Конституционный трибунал, рассмотрев заявление польской гражданки, подлежащей передаче в Нидерланды по ордеру, постановил внести изменения в Конституцию и уголовно-процессуальный кодекс, для того, чтобы устранить противоречия в национальном законодательстве относительно выдачи собственных граждан. Таким образом, ордер беспрепятственно начал применяться в стране лишь с 2006 года. Аналогичная ситуация рассматривалась и на Кипре в 2005 году. Ордер был выдан Великобританией на арест обвиняемого в финансовых махинациях киприота, который имел также и британское гражданство. Верховный суд Кипра не нашел положений в Конституции, на основании которых передача в Великобританию гражданина Кипра была бы возможна. Мало того, суд заявил, что рамочное решение о ЕОА, принятое в рамках «третьей опоры» ЕС и не имеющее прямого действия, не может быть выше Конституции государства-члена ЕС. Тем не менее, в конечном итоге поправки в Конституцию все же были внесены, и ЕОА заработал на Кипре с 2006 года*9.   Таким образом, несмотря на имеющиеся возражения ряда государств-членов относительно нарушения прав граждан процедурой передачи на основании европейского ордера на арест, решение высших судебных инстанций было в пользу ордера, хотя и потребовались изменения национальных законов, а в случае с Кипром и Польшей – конституций. Важно подчеркнуть, что во всех трех случаях решение суда было направлено не против самого ЕОА, а лишь национального закона, вводящего его. В то же время, многие страны, где вопросы имплементации законодательства об ордере не дошли до разбирательства высшими судами, тем не менее, были очень недовольны отсутствием в рамочном решении достаточно серьезных положений относительно защиты прав человека. В частности, оппоненты введения ордера полагали, что среди причин отказа в передаче граждан должны быть опасения относительно возможных нарушений прав экстрадируемого. В этой связи представляет интерес нашумевшее дело «Advocaten voor de Wereld», некоммерческой бельгийской ассоциации, которая в 2004 году подала в арбитражный суд Бельгии иск об аннулировании национального закона о европейском ордере на арест на том основании, что само рамочное решение нелегитимно. Интерес к делу был вызван тем, что иск был направлен не против национального бельгийского закона об имплементации ордера, а против сути самого рамочного решения. Ассоциация подвергла сомнению правомерность отмены принципа “двойной преступности” относительно тяжких преступлений, подчеркнув, что 32 преступления лишь перечислены в списке без гармонизации соответствующих национальных законодательств, что может нарушить принцип законности, равенства прав и привести к дискриминации граждан. Бельгийский суд обратился за толкованием соответствующих положений рамочного решения в Суд ЕС, которому в заключении от 3 мая 2007 года пришлось дополнительно разъяснять смысл рамочного решения и доказывать, что оно не нарушает законности и прав человека*10. Благодаря заключению Суда ЕС, дело «Advocaten voor de Wereld» стало хрестоматийным для анализа применения рамочного решения в государствах ЕС путем разработки национальных законов, от содержания которых зависит эффективность действия ордера. После вступления в силу Лиссабонского договора возможности судебной системы ЕС контролировать применение ЕАО существенно возросли. Приведенные примеры действий стран Евросоюза по выполнению рамочного решения позволяют оценить еще один аспект значения ЕОА для углубления сотрудничества государств-членов в уголовно-правовой сфере, построении пространства свободы, безопасности и правосудия, а, следовательно, и в политической интеграции. Первые годы применения ордера показали, что взаимные решения судов стран ЕС по уголовным делам возможны без гармонизации соответствующих законодательств, без создания европейского уголовного кодекса. Однако для этого многим странам ЕС пришлось существенно менять национальные законы, принимать конституционные поправки. Практические результаты применения ЕОА дали возможность сделать еще один шаг в направлении взаимного признания судебных решений – разработать европейский ордер на передачу доказательств, который начнет действовать в ЕС с 2011 года. Европейский ордер на арест – инструмент борьбы с терроризмом? Будучи задуман под влиянием событий 11 сентября 2001 года, ЕОА изначально представлялся государствам-членам одним из главных инструментов ЕС в борьбе с терроризмом. Традиционная процедура экстрадиции позволяла государствам Евросоюза не выдавать террористов, мотивируя отказ политическими мотивами преступления, введение же европейского ордера на арест покончило с данной практикой, что дало ощутимые результаты. Так, в 2007 году по ордеру, выписанному судом Великобритании, удалось задержать Хусейна Османа, подозревавшегося в организации взрыва в Лондоне в 2005 году: с помощью ЕАО процедура передачи обвиняемого Италией в Великобританию была осуществлена в предельно короткие сроки. В то же время ан ализ статистических данных показывает, что ордер применяется гораздо шире – практически по всему списку тяжких преступлений. Против терроризма ордер используется главным образом в тех странах, где эта угроза традиционно выше, чем в других государствах-членах. Например, в Испании в списке применения ЕОА терроризм стоит на первом месте, на основании ордера ведется борьба против баскских террористов, а также исламских террористических групп, виновных в организации взрывов в Мадриде в марте 2003 года. В целом же среди случаев выписки ордера во всех странах Евросоюза чаще всего встречается наркотрафик и торговля людьми, убийства и нанесение тяжелых телесных повреждений, финансовые махинации. Однако есть и другие примеры самых разнообразных преступлений, на которые распространяется действие ордера. В феврале 2009 года в Дании были арестованы и переданы в Германию для судебного разбирательства двое злоумышленников – гражданин Дании и гражданин Германии. Их обвинили в распространение нацистских символов, дисков с песнями нацистского содержания, а также в участии в преступной организации. Случай очень показателен для наглядной демонстрации действия европейского ордера на арест. Адвокат обвиняемых надеялся, что они предстанут перед судом в Дании, где законы за преступления подобного рода значительно либеральнее по сравнению с очень суровыми германскими. Однако дело будет рассматриваться в германском суде, после чего осужденные вернутся в Данию отбывать назначенное им наказание. Стоит упомянуть и еще об одном аспекте значения европейского ордера на арест – вовлечении правоохранительных ведомств ЕС – Евроюста и Европола – в практику применения ордеров. Евроюст играет роль координатора в расследовании сложных случаев, которые касаются более двух государств-членов и, соответственно, предполагается выписка нескольких ордеров на арест. Евроюст может оценить, какому государству следует взять на себя основные обязанности по выписке ордеров в случае появления конкурирующих запросов. Учитываются такие факторы как место совершения преступного действия, степень его тяжести, если обвиняемый разыскивается за преступления, совершенные сразу в нескольких странах, и т.д. В ежегодных отчетах Евроюст приводит интересные случаи применения ордера. В 2005 году ему удалось урегулировать конфликт между Испанией и Португалией по случаю, связанному с наркотрафиком. Выписанный в Испании европейский ордер на арест был отвергнут португальским судебным ведомством, которое выразило сомнения в правомочности подобных действий со стороны Испании. Расследование преступления, которое попало под действие ордера, проводилось одновременно в обеих странах, и они не могли решить, где именно будут судить обвиняемого. По рекомендации Евроюста Португалия уступила обвиняемого Испании, куда он и был выслан по выписанному Испанией ордеру. В феврале 2007 года Евроюст оказал содействие нескольким странам в расследовании деятельности преступной сети в Румынии, занимавшейся мошенничеством с кредитными картами. Государствам-членам удалось договориться о передаче сразу нескольких преступников на основании ЕОА. В том же году в результате расследования преступлений по подделке медицинских препаратов, которое проводилось в Испании с участием Швеции, Великобритании, Дании и Нидерландов при координирующей роли Евроюста, преступники были арестованы в Швеции по европейскому ордеру, выписанному во Франции. Хотя Европол не обладает правовыми полномочиями в розыске и аресте преступников, его поддержка вместе с Евроюстом оперативно-розыскной деятельности национальных государств также способствует применению европейских ордеров на арест. Большую известность приобрела операция “Балтико”, направленная против вооруженных ограблений. Она была проведена в 2007 году итальянскими карабинерами и Европолом. В результате одновременно были выписаны и исполнены 35 ЕОА по всему Европейскому Союзу – в Италии, Эстонии, Латвии, Финляндии, Испании, Франции и Германии. В июне 2007 года Европол и Евроюст поддерживали и координировали проводимое Бельгией расследование преступлений албанской криминальной сети, охватывающей несколько государств – Бельгию, Францию, Германию, Италию и Великобританию. Преступная организация специализировалась на наркотрафике и торговле людьми. ЕОА, одновременно выписанные в нескольких государствах, позволили арестовать сразу нескольких членов группировки и захватить большие партии наркотиков и оружия. * * * Учреждение единого европейского ордера на арест при всех существующих проблемах его применения – значительный прорыв в сотрудничестве государств ЕС, так как вынуждает их полагаться на законодательства друг друга. Европейский ордер был задуман, чтобы стереть национальные границы в сфере судебного сотрудничества, установить “свободу движения”, единый рынок судебных решений. Для того чтобы краеугольный принцип правового сотрудничества – взаимное признание решений судов – был воплощен, была разработана система передачи подозреваемых при полноценном контроле над процессом, осуществляемым судами государств-членов. В то же время, история создания и применения ордера выявляет классическое противоречие сотрудничества государств Европейского Союза в сфере внутренних дел и правосудия: объективная потребность более тесной интеграции для противостояния новым вызовам и угрозам, с одной стороны, и нежелание государств-членов ЕС поступаться национальным суверенитетом, с другой. Эту дилемму частично разрешил вступивший силу Лиссабонский договор, однако и он целиком не устранит существующее противоречие. Борьба с терроризмом и организованной преступностью будет осуществляться национальными государствами при усилении наднациональной составляющей данного сотрудничества. Европейский ордер на арест способен существенно укрепить взаимодействие полицейских и судебных ведомств в Евросоюзе на основе взаимного доверия. Он служит одним из важных инструментов в достижении “высокой степени безопасности” путем противодействия тяжким преступлениям, включая терроризм. Ольга ПОТЕМКИНА *1 Европейский ордер на арест – решение суда одного из государств-членов ЕС, направленное другому государству с целью задержания и передачи разыскиваемого лица для уголовного преследования или тюремного заключения. *2 Рамочное решение Совета от 13 июня 2002 г. о европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами. Перевод и примечания А.О. Четверикова, МГЮА, Кафедра права Европейского Союза, Центр права ЕС – http://eulaw.edu.ru/documents/legislation/law_defence/euro_order.htm *3 См., например: Peers S. Mutual Recognition and Criminal Law in the European Union: Has the Council got it Wrong? // Common Market Law Review, vol.41, No5, 2004. – P. 5; Sievers J. Too Different to Trust? First Experiences with the Application of the European Arrest Warrant / Guild E., Geyer F. (eds.) Security versus Justice? Police and Judicial Cooperation in the European Union. – Asgate, 2006. – P. 109 *4 В сумме эти данные составляют более 100%, так как ордера могли быть распространены сразу по нескольким каналам. *5 Выписанных ордеров на арест обычно бывает больше, чем арестованных в итоге, так как суд может выписать сразу несколько ордеров и разослать их в разные страны. *6 Implementation of the European Arrest Warrant and Joint Investigation Teams at EU and National Level. – P. 13. *7 Report from the Commission on the implementation. – P. 2. *8 Bulletin Quotidien Europe, №9956, 6.8.2009. *9 Report from the Commission on the implementation. – Р.2. *10 European Court of Justice. Advocaten voor de Wereld  (case C-303/05. 3 May 2007). Подробнее см.: Fennely N. The European Arrest Warrant: Recent Developments // ERA Forum, V.8, №4, December 2007. – P. 528.
no image
Право

For the majority of human rights protection issues, Russia takes a very similar – or identical – approach to that of other European countries, including the EU Member States. Nuances and diversities have their roots in history, the social and...

For the majority of human rights protection issues, Russia takes a very similar – or identical – approach to that of other European countries, including the EU Member States. Nuances and diversities have their roots in history, the social and economic situation of the country, with a great detriment caused by the social experimenting of the last decades. The Soviet Union, to which Russia is a legal continuator, made important, though often now underestimated contribution to the development and advancement of social and economic rights. Under its influence all countries changed their positions towards regulation of relationship between labour and capital. When the U.N. Charter was being developed and during the work on the content of the two Covenants later on, it was the Soviet Union that insisted on including civil, political, economic and social rights into a single document. That is to say that the people of the USSR greatly contributed to shaping the contemporary understanding of human rights protection. The last twenty years have been hard times for the country. Finally Russia was through with the Cold War, communist and totalitarian ideology. However this victory was far from easy to win. The country faced the free fall of economy, tremendous drop in living standards, a loss of guidelines and unpreparedness of the vast majority of population to live in the market economy conditions. Coincidently, it was the time when the democratic institutes were being shaped and references to human rights became popular and topical slogans. That is why, the notions of democratic developments and human rights are associated for too many with chaos, devastation and crime permissive environment. During the last two years Russia has evidenced a kind of renaissance. It is slow and not easy going, but it makes itself felt in everything – a change in political lexis, the quality of standard-setting and task-setting, and a variety of substantiated views in the mass media. It is also reflected in the dozens of newly adopted liberalizing legislative acts and in actions taken to implement them. Again there emerge preconditions for implementing the concept of human rights, which Russia shares with other leading countries, in the day-to-day life, reality and enforcement practices. Universality Speaking from the international law point of view the question of universality of fundamental rights has been clearly answered in the mid-XX century. Through the ongoing work of United Nations and documents adopted by them the universality of human rights has been clearly established and recognized in international law. Disputes on that issue or controversial assertions that might arise and do arise in practice should be addressed having in mind international documents and legally binding treaties. According to the U.N. Charter the U.N. Member States are committed to advancing and promoting of “universal respect for, and observance of, human rights and fundamental freedoms”. Russia fully shares convictions that fundamental rights are universal and shall be protected in any society. By neglecting its obligation to protect universal human rights, a state harms its own population and denies its citizens proper respect and opportunities of personal development. It is only if the human rights are respected and protected in a country there could be reached political stability and due development of society. The wording of the Universal Declaration of Human Rights itself affirms the universal nature of human rights. The Declaration is asserted to be a “common standard of achievement for all peoples and all nations”. The common standards were embodied in further documents through the ongoing work of the United Nations. The International Covenant on Civil and Political Rights and the International Covenant on Economic, Social and Cultural Rights are the legally binding treaties based on the Universal Declaration. Around 150 countries that ratified them have formally committed to the common understanding that political, civil, cultural, economic and social human rights are of equal value and apply to everyone. According to the Vienna Declaration “the universal nature” of human rights is “beyond question”. It further reaffirms the obligation of States to promote and protect human rights. Though margins and borderlands between the rights are diminishing, they preserve their specificities. There are fundamental rights, the relativisation of which is inadmissible. And there are rights that can be guaranteed as the society achieves the certain level of development. A state cannot take upon itself more than it can implement. An impossible burden on national authorities, given a lack of legislative capacity or undeveloped implementation procedures, could result in the loss of authorities' credibility. In this situation the state will also find itself lacking the possibility of economic maneuver. Human Rights as a Dynamic Concept The tool to be used while interpreting the scope of human rights shall be their dynamic interpretation. The assumption is that human rights provisions must be construed with regard to contemporary realities. The principles of effective interpretation, used by the European Court of Human Rights, are to be applied in order to protect human rights in a practical way, and most effectively. The understanding of human rights should evolve under the influence of new conditions of life. This evolution of the scope of protected rights will allow society and state to properly address risks emerging as a result of change of the environment, scientific and technical progress. Human rights shall be implemented in line with contemporary representations, the current level of development of the society, new challenges that it faces and new demands of democratic development. The European Court of Human Rights uses the determination of the European Convention on Human Rights as a “living instrument” to construe its clauses “in light of present day conditions”. The Court applies social, legal and political developments in European countries as additional means of interpreting provisions of the Convention, which ensures that these provisions are relevant to the contemporary human rights issues, problems and challenges. The scope of a certain right is extended to address concerns previously non-existent. The change in understanding shall be reflected in the change of legislative basis and law-enforcement practices. Consequently the European Court could find, and often has found, the states that failed to keep up with new trends in violation of the Convention. Approach towards obligations of state Just as other countries, Russia approaches obligations of the modern state in a way that they could be negative and positive. A state shall obviously abstain from measures violating human rights, but it also shall take actions to provide for the enjoyment of the rights. Human rights entitle individuals to benefit from a good which is at the essence of a right in question, to demand that an enjoyment of a right is not obstructed or interfered with by other individuals and state bodies, to seek assistance from the state body when the fulfillment of a right is impossible without interference of the authorities, and ask for protection of a state authorities when other individual or a state body infringe a right or obstruct its exercise. In accordance with the concept of positive obligations, citizens have a right to demand protection from crime and violence, adoption of legislation safeguarding their rights as well as creation of effective structures to implement them. Involvement of the state into guaranteeing human rights is required by the society as concerns material support and the creation of necessary institutions. The concept is well developed in the jurisprudence of the international bodies for protection of human rights. The European Court and Inter-American Court of Human Rights both agree that the state has the duty to adopt positive measures to fully ensure the effective exercise of the rights, and quote each other in judgments and opinions. Thus, in its advisory opinion on Juridical Condition and Human Rights of the Child (2002) the Inter-American Court that states “have the duty ... to adopt any positive measures that ensure protection of children against mistreatment, whether in their relations with public authorities or in interrelationships with individuals or nonstate entities” . In support of his opinion the Court quoted among other legal documents judgments of the European Court of Human Rights regarding the obligations of states to protect children against violence, including in the family*2. International treaties and mechanisms The primary responsibility to protect rights of an individual in their jurisdiction is rested upon the states themselves rather then on international bodies and mechanisms. The latter shall play a subsidiary role. Collective work of states to improve international cooperation and exchange of legal expertise, as well as adaptation of the international legal order to the realities of today serves national interests of the countries to ensure high level of protection for its own citizens and in the world scale. Russia is a party to numerous international treaties, including those aimed at protecting, promoting and advancing human rights, and one of the original members of the Human Rights Council, an inter-governmental body within the U.N. system consisting of 47 States “responsible for strengthening the promotion and protection of human rights around the globe”. In this connection Russia believes that the U.N. human rights architecture shall be reinforced, avoiding politisation of the issues of human rights to be able to provide assistance to countries. Russia's approach is to offer cooperation initiatives rather than passing judgments upon another country. Taking decisions that criticise situations in other countries does not contribute to establishing constructive dialogue. Joint work on finding solutions to problems which are common for all societies is seen as an essential feature of international cooperation, beneficial for all counterparts. As regards the response of the global community to peace-threatening situations, humanitarian challenges and accomplished facts of peace violations, Russia insists on strict observance of the exclusive rights granted by the U.N. Charter to the U.N. Security Council as a main body responsible for maintaining international peace and security. The capacity of the United Nations in this regard should be fostered through more efficient cooperation with regional and sub-regional partners. An effective response to the human rights problems of domestic origin and the global challenge of international terrorism can only be ensured on the basis of the U.N. Charter and in strict compliance with it, as well as with other rules of international law. The U.N. Member Countries shall make all efforts to ensure the maximum use of the consensus-driven U.N. Counter-Terrorist Strategy. The United Nations sanctions are considered to be a major instrument for diplomatic settlement of conflict situations and tensions. They should be targeted, proportionate and imposed with caution. The scope of respective resolutions of the U.N. Security Council should never be extended or widely interpreted. Russia actively promotes the development of inter-civilization dialog within the U.N. and supports facilitation of activities of the Alliance of Civilizations by taking active part in the work of the Group of Friends of the Alliance of Civilizations and within its framework. The priority is also given to collaboration with UNESCO. Russia has contributed to strengthening its role and plays an active part in implementing its goals and projects. Russia promotes further development of the organization and stands for transforming it into an effective tool for the realization of the U.N. goals. Humanitarian intervention The difference of Russia's approach towards humanitarian intervention from the positions of other countries has nothing in line with what this difference is often perceived to be by foreign observers. What is usually written or spoken about Russia's position toward humanitarian intervention is a misunderstanding. The approach may differ but not as concerns the essence of the problem. Russia identifies with those who consider that the world community or a single state cannot abstain in the cases of: the systematic and gross violation of humanitarian rights of thousands of people; genocide committed by the state authorities against peoples living in the country; and war waged towards the country's population or a part of population. There is no difference or dispute on this point. It is impossible, however, to bring an end to violations of international humanitarian law by actions contrary to the Charter of the United Nations. The decision to intervene in the domestic situation of another state must not be taken unilaterally. The effective responses to the humanitarian challenges should be searched for collectively. In the case of mass-scale violations of basic human rights the international community should respond jointly and on the basis of the decision taken by U.N. Security Council. Otherwise the basics of international cooperation, legal foundations of the modern world order and United Nations Charter are undermined. When it happens that some countries take leave to judge and act in circumvention of the internationally agreed mechanisms and without taking into account positions of others, it results in an atmosphere of permissiveness rather then in effective help and assistance to a population, or the establishment of peace and stability. The assessment of a given situation in all aspects, its' scale and seriousness, risks for the population and perspectives of development, shall be made by a duly authorized international body. The standards on the basis of which decisions to employ military force are taken, and high thresholds for the Security Council authorization, shall not be lowered. They serve important aims, such as to minimize the resort to force as a means of conflict resolution and thereby promote stability, to protect state sovereignty and political societies within a state from violent external interference. Therefore humanitarian intervention without a United Nations mandate is illegal under the rules of the U.N. Charter, and also inpermissible for the abovementioned reasons. Regional Instruments The overwhelming majority of European countries are Member States of the Council of Europe with its extensive system of legal instruments, effective implementation mechanisms and procedures of monitoring. Interpretation of the Council of Europe Charter and European Convention of Human Rights leads to a conclusion that the European Human Rights protection System is designed for legal rapprochement and integration of the countries of Greater Europe, and therefore to the creation of a common European legal and humanitarian space. In 1996 the Russian Federation became the 39th Member State of the Council of Europe and committed itself to joint efforts of the European countries to ensure greater unity of the Europeans by promoting human rights protection, pluralist democracy and the rule of law. Political dialog between Russia and the Committee of Ministers of the Council of Europe has been established since May 1992 when Russia applied to join the Council. Since then the country took part in various activities of the Council of Europe through participation in intergovernmental cooperation and assistance programmes in the fields of legal reforms and human rights. Prior to the accession in 1996 a number of legislative acts were prepared with international consultations and on the basis of Council of Europe values, principles and standards, such as new criminal code, criminal procedure code, civil code and civil procedure code, as well as the new law on penitentiary system. At the present time Russia is a party to a long list of 54 CE legal instruments, including its most important conventions*3. Russia takes part in five out of thirteen autonomous organizations of the Council of Europe system and plays active role in cooperation though Pompidou Group aiming at combating drug abuse and illicit drug trafficking and the GRECO (Group of States against Corruption). The main motive to enter the CE was the Convention on Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms. It was also one of the commitments undertaken by the country to be admitted to the Council of Europe. The European Convention entered into force for Russia on May 5, 1998. Apart from the ratification of the ECHR, the Opinion of the CE Parliamentary Assembly on Russia's accession*4 laid down a long list of 24 other obligations. Some of them are more specific, like accessing to Protocol No. 6 to the ECHR on the abolition of the death penalty in time of peace, the European Convention for the Prevention of Torture and Inhuman or Degrading Treatment or Punishment, the European Framework Convention for the Protection of National Minorities, the European Charter of Local Self-Government and the European Charter for Regional or Minority Languages. Among these obligations are those that have been fulfilled and those that are still due, like accession to the Protocol № 6 and the Charter for Regional or Minority Languages. Notwithstanding the non-ratification of the death penalty Protocol, which is still at question, the executions were stopped in 1999, and in December 2009 the Russian Constitutional Court, addressing the issue of the death penalty, in fact made the return to execution of death penalty an impossibility. Though under the Russian Constitution of 1993, the International Treaties of the Russian Federation automatically form part of the Russian law (Article 14), and human rights and freedoms are guaranteed in accordance with generally recognized principles and norms of international law (Article 17), the real transfer of the European Convention norms into the legal system of the Russian Federation has not been easy to achieve and has not fully achieved yet. The Constitutional Court of the Russian Federation and the Supreme Court consistently stress the obligatory nature of the Convention and jurisprudence of the ECHR and the obligation of the state to comply with them by not only ensuring execution of the ECHR judgment but also by taking general measures aiming at prevention of the violations of the Convention rights. Accordingly the obligation to bring the national law, administrative practices and organization of justice to conformity with the high standards of the Convention, and case-law of the ECHR is based upon the subsidiary principle. It has been emphasized in the point B, Implementation of the Convention at the national level, by the action plan of the Interlaken Declaration of 19 February 2010*5. The drawbacks of the Russian legal system and law-enforcement practices are reflected in more then 800 judgments on violations of Convention rights by the Russian authorities delivered by the European Court so far. Judging by the number of applications on alleged violations that continue to increase, there are many serious problems which are still not fully addressed. The proportion of the applications against Russia among all claims directed to all State Parties of the Convention is the highest one (28.1% out of 119 300 pending applications at the end of 2009)*6. However the growing number of applications reflects not only the existing problems but also the active position of the population and the readiness of individuals to protect their rights, going if necessary to international institutions. This is also one of the criteria to assess the integration of society into the European human rights protection system. It should not be forgotten also that though the judgments of the Courts are aimed at protecting individual rights, they give impetus to the development of the national legal system, the integration into the common legal space of European countries, and the establishment of the same level of human rights protection allover Europe. Reforms launched by the Russian Federation to satisfy the standards of the Convention involve fundamental changes in judicial system, including administration of justice in commercial, civil and criminal courts, as well as the penitentiary system, social security policy and counter-terroristic regulation, etc. Followed by unambiguous commitment voiced at the highest political level to change the unacceptable situation as regards the number of detained persons being suspected or accused of offences of low or medium gravity, important legislative initiatives were launched to ensure effective use of alternative preventive measures. Among important and long-awaited reforms are humanizing amendments to the Criminal Code inserted by several federal laws, abolishing detention on remand for alleged crimes of an economic nature and imprisonment for certain minor offences. By one of this laws a house arrest was introduced as a new type of liberty restrain. Following numerous judgments of the ECtHR, including one pilot judgment, stating violations of a right to fair trial arising from excessive length of court proceeding, and non-execution of domestic judgments mainly in social protection filed, a revolutionary law was adopted in April 2010 laying down the guarantees and procedures for obtaining compensation for wiggery and non-execution. Russia's commitment to the core values has been reaffirmed by the recent ratification of the European Social Charter, which complements ECHR to guarantee social and economic rights in a practical way and covers such issues as housing, health, education, employment, legal and social protection, free movement of persons and non-discrimination. It took 9 years for Russia to harmonize national legislation regulating social policy, which made it possible to ratify the Social Charter in October 2009. Human rights issues and integration The globalisation is perceived to promote trans-border movement of capital and the pursuit of business activities. The drawback of globalization process is that the problem of harmonization of individual status is not addressed. Theses issues are left overboard. Globalization tends to turn into competition rather than cooperation for the benefit of promoting human rights. However, respectful treatment for human rights is an impetus, a means and at the same time a result of integration. Orientation towards developing and implementing common human rights standards could be secured though international cooperation instruments. The main effect of the recent years' developments in Russia on the sphere of the Russian external politics is that Russia has strengthened its role in international affairs. It goes in line with Russian political tradition and history. Russia is intended to fully contribute to solutions of global problems, and the development of a more democratic world order, based on international law and the principle of collective adoption of measures. Integration processes in which Russia is involved are going within the Commonwealth of Independent States, within Greater Europe and within other regions. The EU-Russia relations are being developed within the framework of Four Common Spaces mechanisms for sectoral dialogues. Cooperation between Russia and the EU in the area of Freedom, Security and Justice has been carried out on the basis of the respective road map adopted at the Moscow Russia-EU summit in May 2005, which defines freedom of movement of persons, the fight against terrorism, organized crime, drug trafficking, money laundering, corruption, trafficking in human beings and judicial matters as key cooperation fields. Human rights and values The set of values inherent to each society is never absolutely identical. Human rights are underlain by traditional values, and cultural and civilization diversity. Therefore the classical rights may hold different places in the list of rights included into national package, and this diversity must certainly be respected. Upset of balance may have negative effects on society's capabilities to adapt to contemporary standards and requirements. As was noted by the Minister of International affairs Sergey Lavrov, to claim validity of the common values, the European civilization should become truly inclusive for all who live here and consider Europe to be their home. This means tolerance in the first place, and respect for identity, including religious feelings*7. It is virtually impossible to bring a society to accept the set of rights which is not compatible with traditional or ancestorial life pattern. The way of life is worthy of respect and must be used for the benefit of development of the society, and relied upon in achieving modernization. As for Russian society the list includes not only classical human rights but also family values, morality and ethics, including perceptions formed under the influence of Orthodoxy, Islam and other main religions. The social experimenting of the recent years as concerns family, and all the other elements of the package, provokes rejection and a more critical approach towards the classical concept of human rights. The values conflict The conflict of values has been very actively discussed in foreign mass media sources. International observers called into question the extent of the shared values between Russia and the West. Diversities were explained to result from mismatch in the systems of values. The conversations finally resulted in nothing; but the misperceptions about the alleged conflict remain. The values that are shared by others were never challenged or denied by Russia, they are common to Russia as well. But what have always been, and will further be, refused by Russia is a self-entitlement of a single country or several countries to pass judgments on others from a position of an innocent. As far as values are concerned Russia believes that there are no grounds for conflict. To explain the differences by inconsistency of values is a very unproductive and dangerous approach, since it makes a conflict as such a permanent feature in the relations. As the Chairman of the International Affairs Committee of the Russian Federation State Duma Konstantin Kosachev put it responding to publications in the foreign mass media in 2006-2007, alleging the values gap between Russia and the West, the “Conflict of values is a matter of propaganda, rather than ideological, civilizational or psychological realities; so the issue should be resolved from this point of view, instead of using this sensitive topic as a political weapon”*8. The way to solve this contrived conflict lies again in deepening and extending of cooperation. It is important to engage partners in a focused, systematic discussion of positions on sometimes sensitive questions and difficult realities of a modern world. The efforts must be invested into the creation of conditions for joint discussion based on trust and cooperative attitude, where decisions would be taken and voiced collectively rather then unilaterally. To create effective dialogue based on shared understanding of the values to be protected against common challenges requires effort from all sides. It requires Russia to voice and explain grounds for certain assumptions, if they are different, as well as “It requires Western partners who are willing to re-evaluate their stereotypes about Russian political culture and, ultimately, willing to embrace Russia as a necessary and vital part of the Western community”*9. Problem of double standards To the above discussed issue of the “conflict of values”, it is closely related the problem of double standards. Traditionally, the Russian individual and the society as a whole have had an innate sense of fairness and tend to hunt truth and justice. The notion of justice and fairness are perceived as essentially embracing equal treatment, as well as consistency in one's assessments and conduct. Therefore in some respects the countries of Western Europe and the United States have lost, from the point of view of the Russian population, the role of moral leaders. When the high standards of human rights protection are guaranteed on the national levels and for their own population, the violent use of force, such as aggressive bombings, outside the national territories would be regarded as violation and denial of the same standards of protection and same principles. Double standards violate the impartiality principle inherent to justice. Justice and impartiality demand that the same approach and equal treatment be applied to all peoples and countries. Even if historically they have not evolved and developed in a same way.   The use of human rights as a political weapon, as a pretext to interfere in the internal affairs of other countries in order to pressure the authorities to help the achievement of different goals, or as a cover to gain the control over certain markets shall be condemned as being a real discredit to human rights and to the political forces employing double standards principles. Different groups of population One of the main directions of the advancement of human rights is support to groups of people that are objectively in a less advantageous position compared to others, such as children, elderly people, and invalids. In the Soviet Union times in the conditions of socialism, the state system was designed to support socially vulnerable groups of the population. During the period of “wild capitalism”, the respective social institutions were undermined. First they suffered from inertia and lack of policy on the part of the authorities in the first years, secondly from the unsuccessful social experimenting during the times of development of a market economy. In the conditions of economic boom, the institutions and structures for social support have started to be developed and improved. But again they were hit hard by the world economic crisis. However, the experience of creating and putting into life effective mechanisms has been gained, and the tasks are set, which are clear. These tasks have to be implemented. International cooperation in these directions has always been much appreciated. Russia supports further development of practical measures aimed at implementing the “global partnership” concept provided for in 24th special session of the General Assembly, the Millennium Declaration and decisions of the World Summit for Social Development. In 2008 the Russian Federation signed the Convention on the Rights of Persons with Disabilities, applying international human rights standards to this category of population without discrimination, the elaboration of which the country has greatly contributed. The ongoing work is also conducted in the other directions of international cooperation in the social and non-discrimination initiatives. Russia has recently ratified the Optional Protocol to the Convention on the Rights of Child on the involvement of children in armed conflict, and was one of the initiating countries of the U.N. Declaration on the rights of Indigenous Peoples, used as a basis for a national concept of sustainable development of indigenous peoples living in the Russian regions. © Daria TRENINA and prof. Mark ENTIN from the European Studies Institute at the MIGMO-University *1 Done for the World Congress of Comparative Law, USA, July 2010. *2 Inter-American Court H.R., Juridical Condition and Human Rights of the Child. Advisory Opinion OC-17/02 of August 28, 2002. Series A No.17, paras. 87 and 91, Committee on the Rights of the Child, General Comment N°8, The right of the child to protection against bodily punishment and other forms of cruel and degrading punishment, CRC/C/GC/8, August 21, 2006, para. 24. *3 Among most important are Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms and all protocol with exception of Protocols № 6 (on Abolition of Death Penalty, which is signed but not ratified) and Protocol № 12 (Prohibiting Discrimination), European Cultural Convention, European Conventions on Extradition, Mutual Assistance in Criminal Matters, Academic Recognition of University Qualifications, Conventions on Suppression of Terrorism and on the Prevention of Terrorism, Convention on Transfer of Sentenced Persons, European Convention for the Prevention of Torture and Inhuman and Degrading Treatment and Punishment, Framework Convention for the protection of Minorities and European Social Charter. *4 PACE Opinion 193(1996) of 25 January 1996. *5 Interlaken Declaration, www.interlakenconf.admin.ch *6 European Court of Human Rights, Annual Report 2009 *7 Sergey Lavrov, the Future of European Cooperation: a view from Moscow, in Discussion paper series, 2008.3, August 2008. *8 Konstantin Kosachev. Russia and the West: Where the Differences Lie // Russia in Global Affairs, №4, October - December 2007. *9 Russia is part of the West. Honest, By Nicolai N Petro, SPEAKING FREELY // Asia Times Online, 8 June, 2006.
no image
Право

On June 1st, Protocol 14 to the European Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms (the Convention) entered into force its long-awaited ratification by the Russian Federation, the last member-State of the Council of Europe to do...

On June 1st, Protocol 14 to the European Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms (the Convention) entered into force its long-awaited ratification by the Russian Federation, the last member-State of the Council of Europe to do so. As a result of the promulgation of the law on the ratification of Protocol 14, the President of the Russian Federation made an important speech stating that: "Our task is to create a national system, effectively ensuring justice in Russia+so as to make it effective and to create an environment where our citizens do not need to resort to international courts or, at the very least, will need to do so much less often." This statement implies that the Protocol 14, which enables the start of much needed reform of the European Court of Human Rights (ECHR), will require important reform of the Russian Federation judicial system. This is also confirmed by a series of legislative initiatives and actions aimed at improving the transparency and responsibility of Russian judges in their administration of justice. In the first place, the Presidential Council on Civil Society Institutions and Human Rights, joined by the Council of Judges of the Russian Federation and the Council of Journalists of the Russian Federation underwent a significant initiative to start a dialogue on the question of judicial reform in Russia and improved cooperation between the judiciary and civil society. As a result of this initiative, on 15 April 2010, the Presidium of the Council of Judges of the Russian Federation endorsed the creation of a Discussion club on urgent issues such as relations between the state and the civil society. Moreover, the Council of Judges recommended that similar events be held at the regional level with the support of councils of judges, ombudsmen, and non-governmental organisations in the different regions of the country. This initiative is timely a the Federal Law No 262-FZ of 22 December 2008 "On Securing Access to Information on the Activity of Courts in the Russian Federation." comes into force on 1 July 2010. The purpose of this law, as its title indicates, is to improve accessibility to information regarding the courts' functioning, as well as their decisions, taking into account contemporary developments such as broad internet access. Indeed, this law prescribes that information on the courts' activity be publicly available through their web-sites, in particular with regard to the decisions of all Russian courts. This is an unusual step for a country where there is civil law such as Russia, where, until recently, the only judgments accessible to the public were decisions by the Constitutional Court and partial decisions by the supreme courts. Hence, although some courts are ready for the implementation of such a law, in terms of the online publication of their judgments (system of arbitrazh courts, Constitutional Court and Supreme Court of the Russian Federation the press appears to indicate that there seems to be a certain unwillingness on the part of some district courts and justices of the peace in the matter. Nevertheless, under the initiative previously described, the Council of Judges of the Russian Federation (a non-governmental organisation) distributed a document which explains to judges in what manner and following which norms their judgments should be published online, for instance, names of the parties should not be published. Previously, on 25 March 2010, the President of the Russian Federation submitted a draft federal law "On Compensation to Citizens for Violation of the Right to a Fair Trial within a Reasonable Time or the Right to Execution of a Judgement within a Reasonable Time." This new bill was drafted in order to comply with an ECHR ruling which established an obligation to "set up an effective domestic remedy or combination of such remedies which secures adequate and sufficient redress for non-enforcement or delayed enforcement of domestic judgements in line with the Convention principles as established in the Court's case-law". (Burdov. v. Russia (No. 2), of 15 January 2009, para 6 of the resolution part of the judgement). The law entered into force on 4 May 2010, after which, the courts started receiving applications based on its provisions. However, the attention of the President of the Russian Federation isn't merely focused on the compliance of the Russian Federation with its international obligations regarding the norms of fair trials and consideration of cases and execution of courts decisions within a reasonable time. There is evidence that his attention is also directed towards more general measures, aimed at , the country's international obligations in the area of human rights, in particular , the execution of ECHR judgments, as well as decisions of the Constitutional Court of the Russian Federation. In reality, Russian legislature does not provide mechanisms for carrying out state obligations inherent to the ratification of the Convention, as understood in the light of the ECHR's case-law. AsI write, a draft edict (ukaz) has been presented by the Russian President "On the Monitoring of Law Enforcement Process in the Russian Federation." This draft introduces changes to the regulation of the Ministry of Justice and introduces a regulation on the process of law enforcement in the Russian Federation. The latter assigns the Ministry of Justice of the country and other federal organs, as well as organs of the subjects of the Russian Federation, to carry out adequate monitoring of the implementation of ECHR judgments and decisions of the Constitutional Court, which requires the promulgation of federal laws and other normative acts by Russian legislative authorities. Moreover, this draft edict demands that the Russian Supreme Court and the Supreme Arbitrazh Court take into account the results of their monitoring of the law endorsement practices when adopting binding regulations on issues of judicial practice (regulations by the plenums of these supreme courts). Thus, the edict requires the introduction of legal principles developed by an international court, the ECHR, into national judicial practice. This Presidential Edict could be a significant step in the execution of ECHR judgments by Russia with the introduction of general measures. Indeed, while there have been no difficulties in payment of compensation when ordered by an ECHR judgment delivered against Russia, a very different situation arises when provision measures of general character is needed. As pointed out by Anna Demeneva, "the best effect in the area of carrying out by the state its international obligation under the Convention is achieved if two types of juridical consequences of ECHR judgments are met: undertaking measures of execution of judgments in particular cases, and regularly orienting activity of all organs on legal provisions of the ECHR in the framework of national law enforcement and legislative procedures" Today, there is no statute devoted specifically to the execution of Russia's obligations under the Convention and the ECHR's judgments. Therefore, the following question remains unanswered: what place is there for ECHR judgments in the national legal system, the procedure of their official publication, the order of their execution, and most importantly, the personal responsibility of state officials? It is of the utmost importance that the Presidential Edict is followed by an adequate federal law and the effective enforcement of its provisions. Anton BURKOV, 29 June 2010
no image
Иммиграция

ЧМ позволил исламским иммигрантам почувствовать себя немцами Никогда прежде столь четкого водораздела и такой жирной демаркационной линии не возникало в германском обществе: по одну сторону оказались иммигранты из стран арабского Востока и Турции, а по другую – левые радикалы, троцкисты...

ЧМ позволил исламским иммигрантам почувствовать себя немцами Никогда прежде столь четкого водораздела и такой жирной демаркационной линии не возникало в германском обществе: по одну сторону оказались иммигранты из стран арабского Востока и Турции, а по другую – левые радикалы, троцкисты и подобные им маргиналы. Поводом распри стала демонстрация иммигрантами во втором, а то и в третьем поколении своей лояльности к новообретенной родине. А спровоцировал прилив патриотизма чемпионат мира по футболу. Флаги Федеративной Республики Германии, вывешенные над лавками с халяльной пищей, магазинчиками всякой всячины и жилищами натурализованных немцев с неевропейскими корнями, должны были выразить поддержку национальной сборной. Такая манифестация верноподданнических чувств со стороны некоренных граждан стала заметным явлением. Канцлер Ангела Меркель назвала это признаком давно ожидавшейся «позитивной интеграции» иммигрантов. Но германский триколор стал черно-красно-желтой тряпкой для анархистов. Начались эксцессы: т.н. «анархистские коммандос» срывали и рвали государственные флаги с ожесточением и остервенением. Ибрагим Бассал, владелец магазина сотовых телефонов в одном из многонациональных районов Берлина, вывесил на своем здании полотнище длиной 17 метров. Его сдергивали многократно. Однажды под утро даже подожгли. Чуть ранее к нему заявилась группа из 16 юнцов, одетых во все черное, обвинивших Бассала в «разжигании симпатий к нацистам» (?!). Немец с арабской родословной был потрясен: «Мы живем в Германии уже не одно десятилетие, наши дети здесь родились. Естественно, мы поддерживаем Германию. Но при чем тут нацисты? В чем проблема?» Леваки утверждали, что публичная демонстрация флага «поощряет опасные националистические тенденции». Почему? Ответа дано не было. Между тем перед самыми ответственными матчами иммигранты выходили на люди, завернутыми в национальный флаг. Среди них было немало турок (вся турецкая диаспора насчитывает в Германии более 1,7 миллиона человек), и они бурно, но не агрессивно выражали свой полный восторг нынешним составом сборной. Дело в том, что впервые почти половина игроков – не этнические немцы. Одним из бомбардиров, отметившимся на мундиале знаковым голом, стал турок Месут Озыл. Чуть более десяти лет назад, отмечают местные комментаторы, все, кого числили «не немцами» по принципу крови, не могли бы выступать за Германию. Закон ныне изменен, и большой спорт прирастает теперь талантами без оглядки на происхождение. После всех инцидентов Ибрагим Бассал и соседи организовали добровольческую дружину, которая несла вахту, чтобы никто не посягнул на выставленные ими напоказ флаги. «Мы не позволим, чтобы растоптали нашу гордость», – сказал Бассал. Гордость быть частью германского общества. Вадим ВИХРОВ
no image
РАСШИРЕНИЕ ЕС

но не желает кормиться только обещаниями Европейские аналитики по вполне объяснимым причинам беспокоятся: куда движется Турция под водительством динамичной команды Реджепа Тайипа Эрдогана: на Запад, то есть в направлении Европейского Союза? На Восток – в объятия Ирана? В свое ближнее...

но не желает кормиться только обещаниями Европейские аналитики по вполне объяснимым причинам беспокоятся: куда движется Турция под водительством динамичной команды Реджепа Тайипа Эрдогана: на Запад, то есть в направлении Европейского Союза? На Восток – в объятия Ирана? В свое ближнее зарубежье? Как расценивать новые акценты во внешней политике тех, кого британская «Файнэншл таймс» называет, прибегая к упрощенным стереотипам, «неоисламистами»? Беспокойство продиктовано вескими доводами. После провозглашенной политики «ноль проблем с соседями» произошло замирение с Сирией, увенчанное безвизовым режимом, тактическое сближение с Ираком, демонстративное закапывание топора «холодной войны» с Арменией, пусть затем и застопорившееся, а также налаживание многопрофильного сотрудничества с Ираном. Если следовать за вектором челночных поездок неутомимого министра иностранных дел Ахмета Давутоглу и за стрелками на диаграммах торгового оборота, можно прийти к выводу: расширение зон взаимных интересов с ближайшими соседями невольно происходит за счет прежней строгой ориентации Турции на страны Евросоюза. Отсюда возникают разбегающиеся в крайности комментарии в европейской прессе: Турция, мол, мстит за обиду – за десятилетия долгостояния в предбаннике Евросоюза, и только поэтому она развернулась вполоборота к Старому Свету и начала отстраивать систему альянсов в своем регионе. Как резюмировал обозреватель Филип Стивенс на страницах «Файнэншл таймс», многие полагают, что Турция «замещает у себя дома западную демократию исламизмом и обращает свои взоры на восток, чтобы восстановить свое лидерство на пространстве бывшей Османской империи». Знаковым событием стала сделка, заключенная в мае Турцией и Бразилией, с одной стороны, и Ираном, – с другой, об обмене иранского обогащенного урана на турецкой территории. Все документы были переданы в МАГАТЭ. В Анкаре тогда объявили, что договоренность снимает остроту с опасений по поводу того, а не замыслил ли Тегеран атомную бомбу, а потому переговоры о санкциях против Ирана следует приостановить на 30 дней (кстати, Бразилия и вовсе категорично отказалась уже тогда обсуждать проект резолюции, составленный западными державами). Хотя идея лишить «режим мулл» обогащенного урана, пригодного для изготовления боевого атома, принадлежала изначально Америке, администрация Барака Обамы была шокирована тем, что у нее перехватили инициативу и спутали планы по усилению давления на Иран с помощью международных санкций. «Тот факт, что против воли США пошли не какие-то смутьяны, а две крупные державы, слывущие друзьями Америки, – примета новой эпохи», откомментировал действия тандема (Эрдоган-Лула) Грэм Фуллер, бывший вице-президент Совета по национальной разведке ЦРУ. Барак Обама в интервью итальянской «Коррьере делла сера» обвинил в смене приоритетов во внешней политике Турции страны Евросоюза, которые «сопротивлялись» приему этой евразийской державы в члены сообщества. Темнокожий Кеннеди, как часто воспринимают президента США, объяснил, почему такая политика близорука: Турция являет собой «критически важную модель (для подражания – В.М.) для других исламских стран в регионе». Фактическим ответом на эту публикацию стало заявление Ахмета Давутоглу для «Файнэншл таймс» с расставленными точками над «i» и категорическим неприятием тезиса о смене внешнеполитической ориентации. «Это чепуха», – сказал, как отрезал глава турецкой дипломатии, а затем объяснил сомневающимся и заблуждающимся, что «интеграция в Европу является для Турции стратегической целью. Никто не может обвинить Турцию в том, что она затягивает этот процесс». Отвечая на вопрос, не стал ли кульминацией разворота Турции от Запада инцидент с убийством турецких граждан израильскими коммандос на борту судов из «Флотилии мира», Давутоглу перевел разговор в правовую плоскость. По мнению Анкары, отказ Тель-Авива провести независимое расследование с приглашением международных экспертов и утверждение, что Израиль сам во всем разберется, не может не огорчать: «Нельзя быть одновременно и обвиняемым, и прокурором, и судьей». Эпизод с абордажем «Флотилии мира» полон противоречий, и требует тщательного расследования. Что не мешает понять редкое единодушие в турецком обществе по поводу случившегося: впервые со времен Первой мировой войны гражданские лица из числа граждан Турции были убиты чужими военными. Вместе с тем, многих настораживает, что при Эрдогане наметились интенсивные контакты Турции с палестинцами, причем в последнее время благотворительность в адрес блокированного израильтянами сектора Газы приобретает политические обертона. И в этом примере также усматривают доказательство «смены вех» и переориентации Турции на усиление своего влияния в региональных делах и конфликтах. Роберт Гейтс, министр обороны США, недавно развил тезис Обамы: единые европейцы сами виноваты в том, что так долго и так упрямо отталкивали Турцию. Главная вина, по его мнению, лежит на Франции и Германии. Как следствие, даже убежденные еврофилы в Турции теряют терпение. Упоминавшийся выше Филип Стивенс побывал на конференции в Стамбуле, организованной Чэтэм хаус, то есть лондонским Королевским институтом международных отношений, и выявил для себя неожиданные нюансы в позиции Турции. Один из членов кабинета Эрдогана, по британской терминологии, «неоисламист», заявил, что они в правительстве считают: Европейский Союз есть «величайший проект построения мирного будущего в истории человечества». Анкара не рада тому, что была подвергнута западными странами критике за сделку с Ираном, но, во-первых, Турция никогда не претендовала на то, что эта договоренность полностью разрешит конфликт, а, во-вторых, разве ее инициатива не открывала возможность для более конструктивного диалога с Тегераном? На стамбульском форуме турецкие аналитики растолковывали западным коллегам: не следует опасаться более энергичной дипломатии Анкары на окружающем пространстве, ведь повышение политического веса Турции в одном отдельно взятом регионе повышает ее шансы вступить в Евросоюз. Для Филипа Стивенса, видимо, эта система аргументов показалась убедительной, и в своей статье в «Файнэншл таймс» он ее развил и пришел к масштабному переосмыслению перемен. «Через 20 лет после окончания «холодной войны» Турция решила, что она иногда может сама определять свою внешнюю политику. Одно время принадлежность к Западу означала делать все, что скажут в Вашингтоне. Теперь у Турции есть свои интересы, свое мнение и собственные права, – отмечает Стивенс. – Для многих американцев и для некоторых европейцев это сильный раздражитель. В их представлении Турция – всегда в долгу и всегда признательна за любое место, предоставленное ей за столом Запада». Геополитическая ситуация изменилась, но – изменилась к лучшему, утверждает автор, поскольку «новая, уверенная в себе Турция может больше предложить Западу, чем ее уступчивая предшественница… И такую Турцию мы на Западе не должны потерять». Судя по контексту, автор под понятием Запад понимает в первую очередь Евросоюз. Владимир МИХЕЕВ
no image
В фокусе

К концу сентября, в преддверии октябрьского саммита ЕС, Олли Рен, член Еврокомиссии, отвечающий за экономику, намерен отточить шесть предложений, призванных навести повальную финансовую дисциплину для всех без исключения 27 стран сообщества. Сверхзадача: не допустить, чтобы национальные правительства раздували расходные статьи...

К концу сентября, в преддверии октябрьского саммита ЕС, Олли Рен, член Еврокомиссии, отвечающий за экономику, намерен отточить шесть предложений, призванных навести повальную финансовую дисциплину для всех без исключения 27 стран сообщества. Сверхзадача: не допустить, чтобы национальные правительства раздували расходные статьи бюджета. Подается эта мера в рамках стремления к повышению «управляемости» Евросоюза в экономической сфере. Не скрывается, что застрельщиками выступили Германия и Франция, без меры огорченные беспечальным расточительством Греции, что привело ее на грань банкротства. Неудивительно, что правительственная коалиция британских консерваторов и либеральных демократов сильно насторожилась. В течение 18 лет Британия стоит особняком от зоны евро, и готова оставаться в качестве аутсайдера еще, как минимум, лет пять. И не хочет следовать строгим правилам финансовой дисциплины, составленным в Брюсселе, тем более что предполагается набор «стимулов» и «санкций» в одном флаконе для удержания национальных бюджетов в рамках, определенных в ЕС. Как объясняют составители новых регулирующих инструкций, нарушители финансовых установок будут подвергаться наказанию. Денежному наказанию. ЕС урежет дотации, выдаваемые из казны сообщества бедным регионам для выравнивания уровней социально-экономического развития, и сократит субсидии для фермеров. Для Британии это обернется, соответственно, потерей 1,9 миллиарда и еще 3,6 миллиарда фунтов стерлингов. В момент скрипуче-нудного выхода британской экономики из рецессии недостача (в пересчете) почти 6,6 миллиарда евро станет ударом наотмашь. Анонимный британский дипломат, процитированный газетой «Телеграф», призывает не пугаться раньше времени, напирая на то, что речь идет только о предложении, а не о конкретном законопроекте, и что по ходу, как всегда, долгих переговоров с поиском компромисса от оригинального замысла мало что останется. Тем не менее, Стивен Бут из организации «Открытая Европа» возмущен тем, что Британию, не входящую в зону евро, собираются штрафовать люди со стороны. Лондон, напоминает Бут, потому и не стал отказываться от фунта и переходить на евро, чтобы сохранить суверенный контроль за своей экономической и фискальной политикой. Бут назвал идею вводить штрафы «непропорциональной» мерой воздействия. По сути, комментирует будущий расклад сил консервативная газета «Телеграф», наднациональные институты власти Евросоюза получат право вмешиваться в процесс свёрстывания и утверждения в парламенте бюджета Британии. Что это, как не право вето? И как быть в таком случае с клятвой премьер-министра Дэвида Кэмерона не допустить дальнейшего перераспределения полномочий в пользу Евросоюза? Британские обозреватели подают эти последние инициативы Еврокомиссии как шаги по пути к созданию более жесткой вертикали власти в экономической области, что едва ли приемлемо для местных евроскептиков, имя которым легион. Прогноз таков: если Олли Рен будет последовательно осуществлять задуманное, то в середине осени может возникнуть первый крупный конфликт интересов между островом и материком после смены караула на Даунинг-стрит, 10, что станет испытанием на прочность правящей коалиции. Вадим ВИХРОВ
no image
В фокусе

В 2009 году в водах Мирового океана зарегистрировано 406 пиратских нападений на суда, шедшие под флагом самых разных стран. Сорок девять судов и 1052 члена их команд были захвачены в плен нападавшими. Обстрелу подверглись 120 торговых судов. Даже у военных...

В 2009 году в водах Мирового океана зарегистрировано 406 пиратских нападений на суда, шедшие под флагом самых разных стран. Сорок девять судов и 1052 члена их команд были захвачены в плен нападавшими. Обстрелу подверглись 120 торговых судов. Даже у военных флотов великих морских держав явно не хватает возможностей, чтобы обеспечить безопасность мореплавания. Тем более что посылать боевые корабли на ловлю надувных лодок – это все же сильно смахивает на стрельбу из пушки по воробьям. Вот и приходится применять, как говорится, соразмерные средства самообороны. Одно из решений проблемы предложила германская инженерная компания, специализирующаяся на создании автоматизированных систем пожаротушения. Название его «Отомэтик пайрэт дифенс систем» – «Автоматическая система защиты от пиратов». На борту монтируются инфракрасные видеокамеры, обеспечивающие круглосуточный обзор с охватом в 360 градусов. Стоит только пиратам проникнуть в контролируемую зону, как срабатывает сигнал тревоги. Центр слежения определяет точное местоположение нападающего и передает сигнал мощным автоматическим водометам или, если угодно, водяным пушкам, установленным по бортам судна. Каждая из них способна вылить на пиратское суденышко до пяти тонн воды за минуту. Таким образом, всего за несколько секунд атакующих можно затопить. При давлении в 10 атмосфер пушка бьет на расстояние 90 метров, что позволяет остановить агрессоров уже на дальних подходах к цели их атаки. Это способ самообороны считается «несмертельным» для нападающих, лодки которых сделаны, как правило, из дерева или стекловолокна, а потому после выполнения «поворота оверкиль» могут служить спасательным средством. Дальнейшее зависит от того, как скоро подойдут военные моряки, которым надлежит позаботиться о том, чтобы пираты были переданы в руки правосудия. Один из создателей системы защиты – Александр Платтер – утверждает, что она полностью работоспособна и днем, и ночью, и даже в сильный туман. Причем, в отличие от ныне существующих, не нуждается в участии человека: никаких часовых, вахтенных и тому подобного совершенно не требуется. Первые испытания система уже прошла в Бремерхафене, и теперь можно приступать к оборудованию всех желающих торговых судов. Откровенно говоря, А.Платтер надеется, что после одного-двух случаев холодного душа из водомета у пиратов сильно поубавится желание нападать на надежно защищенные торговые суда. От пиратских обстрелов водяные пушки, по его мнению, достаточно надежно гарантированы тем, что они дальнобойны: нанести им ущерб с большого расстоянии в условиях даже небольшой качки может только весьма опытный снайпер. Андрей ГОРЮХИН
no image
В фокусе

У молодых немцев все чаще проявляется безотчетный страх перед своим финансовым будущим. Трое из четырех человек в возрасте между 14 и 25 годами, по данным исследования, проведенного «Дойче банком», сейчас испытывают серьезные опасения в том, что их финансовые перспективы весьма...

У молодых немцев все чаще проявляется безотчетный страх перед своим финансовым будущим. Трое из четырех человек в возрасте между 14 и 25 годами, по данным исследования, проведенного «Дойче банком», сейчас испытывают серьезные опасения в том, что их финансовые перспективы весьма мрачны. В минувшем году таких людей насчитывался 61%. Причем, особенно скверным представляются виды на будущее представительницам прекрасного пола (79%), а мужчины демонстрируют несколько большую (66%) стойкость характера. Впрочем, может быть это всего лишь юношеская беззаботность, кто знает… На практике это выражается в том, что молодые люди теперь куда меньше чем прежде стали вкладывать средства в различные фонды и в приобретение акций. А вот экономят они куда жестче, чем это принято в средних немецких семьях. Школьники, студенты и работающие молодые люди сейчас запасают на черный день до одной пятой своего дохода, сообщает «Дойче банк». Сравните: в среднем немецком домохозяйстве в прошлом году доля откладываемого дохода не превышала 11,3%. Среднестатистический молодой гражданин ФРГ в месяц располагает 480 евро и 98 из них экономит. Так поступают четыре из пяти представителей подрастающего поколения Германии. А вот инвестированием этих средств было озабочено не более 10%. Этот показатель по сравнению с прошлым годом снизился на 5%, что откровенно беспокоит банкиров, относящих это к негативным последствиям финансово-экономического кризиса. Молодые немцы (66%) просто откладывают часть имеющихся денег, не особенно заботясь о том, чтобы воспользоваться другими возможными финансовыми инструментами. Лишь четверть из них заключает так называемый баушпарфертраг – договор, в соответствии с которым банк помогает им финансировать строительство или приобретение жилья. Ну а взносами в пенсионные фонды могут похвастаться не более 15%. Оно и понятно, в молодости всем кажется, что старость никогда не наступит. Да и страхованием жизни озабочены всего лишь 11%. А как юноши и девушки распоряжаются своими сбережениями? Чаще всего они расходуются на исполнение таких насущных желаний, как получение водительских прав, приобретение автомобиля или путешествие. Таковы наиболее часто встречающиеся чаяния молодых немцев (49%). Лишь 33% поступают осмотрительнее, копя деньги на получение образования. Ну, а 26% и вовсе являют пример необычайной добродетели и предусмотрительности, утверждая, что откладывают на старость. Причем, благоразумие куда чаще демонстрируют девушки, нежели юноши. Соотношение таково: 37% представительниц прекрасного пола копит на образование (у юношей – 29%), а 29% – на старость (у юношей – 24%). Андрей ГОРЮХИН
no image
Дневник событий

Или брал? Правящая партия «Союз за народное движение», рассчитывающая снова победить на предстоящих через два года выборах, пребывает в смущении и растерянности – обвинение в получении незаконных подношений в адрес президента Пятой республики Николя Саркози, «их человека», пришлись как нельзя...

Или брал? Правящая партия «Союз за народное движение», рассчитывающая снова победить на предстоящих через два года выборах, пребывает в смущении и растерянности – обвинение в получении незаконных подношений в адрес президента Пятой республики Николя Саркози, «их человека», пришлись как нельзя некстати. Впрочем, когда компрометирующие сведения оказывались кстати для тех, кого они непосредственно касались? Утверждение Клер Тибу, бывшего казначея Лилиан Бетанкур, наследницы империи «Л'Ореаль», что самая богатая женщина Франции и всей Европы подкармливала правые силы и лично молодого амбициозного политика, подстегнули полицейское расследование, способное самым брутальным образом перечеркнуть шансы президентской партии сохраниться у власти. На фоне углубляющегося кризиса доверия к их ставленнику, скандальные подробности о щедротах, проступавших из швейцарских сейфов самой богатой вдовы, рейтинг Саркози съехал еще на три процента, превратив его в самого непопулярного президента за последние 30 лет. Правда, скоро Клер Тибу открестилась от своих слов и возложила ответственность за подлог на журналистов с сайта Mediapart, которые  «просуфлировали» ей дату 26 марта 2007 года, когда нынешнему министру труда Эрику Вёрту, занимающему также пост казначея партии, был якобы передан конверт со 150 тысячами евро для ведения предвыборной кампании Саркози. На самом деле, говорит Тибу, она никогда не присутствовала при передаче денег лидерам партии от имени Лилиан Бетанкур и в беседе с прессой даже не упоминала имени Николя Саркози. Выходит, скандал построен на домыслах и раздут искусственно? Вывод преждевременен, поскольку, как пишет французская «Фигаро», коллеги из Mediapart твердо стоят на том, что не солгали. В доказательство они ссылаются на то, что откровения Клер Тибу были «скрупулезно записаны, в ходе двух бесед, в присутствии третьего свидетеля, каждый раз нового». К тому же и после «манифеста отречения» от своих слов, подчеркивает главный редактор Mediapart Эдви Пленель, суть не меняется – «основное содержание этих заявлений подтвердила сама Клер Тибу». В изначальной версии состав преступления был живописан госпожой Тибу в таких выражениях: «Николя Саркози часто бывал в особняке Бетанкур. Он тоже получал свои конверты, это происходило всегда в маленьком зале на первом этаже, рядом со столовой. Как правило, это происходило после ужина, все в доме знали, что Саркози тоже приходил к Бетанкур, чтобы получить деньги. В день его прихода, как, впрочем, и перед приходом других гостей, меня просили принести плотный конверт, с которым он уходил». Сумма подношений колебалась, по словам Тибу, от 100 до 200 тысяч евро. В этой политизированной благотворительности не было ничего удивительного, поскольку Лилиан Бетанкур, чье личное состояние оценивается от 17 до 23 миллиардов евро (она унаследовала 27% акций империи «Л'Ореаль»), тяготела к правым партиям и подкидывала деньжат бывшему премьеру Эдуарду Баладюру (который уступил в президентской гонке Жаку Шираку). Правдоподобность идейного меценатства 87-летней вдовы, дочери отца-основателя концерна Эжена Шулера, велика, но вина требует веских улик. Если сам факт и размер пожертвований будет доказан, это мгновенно отольется в приговор, поскольку закон во Франции однозначно регулирует поступления денег из частного источника: в течение одного года нельзя внести в фонд партии более 7,5 тысячи евро, а в фонд конкретного кандидата на избираемую должность – не более 4,6 тысячи евро. Не обошлось и без усугубляющих обстоятельств (если следовать исходной посылке о правонарушении). Эрик Вёрт в свое время был министром финансов и позиционировал себя как правдолюбца, карающего нечестивых богатеев, укрывающих свои доходы от налоговой службы. Но как в этом случае быть с утверждениями (опять повторюсь, в первой редакции), что подъемные для Саркози были сняты с секретного счета в швейцарском банке? Патрис де Мэстр, который управляет финансами мадам Бетанкур, якобы не смог получить от Клер Тибу более 50 тысяч евро и якобы разразился гневной и разоблачительной тирадой: «Но, в конце концов, это же на финансирование президентской кампании Саркози! Я должен передать эти деньги тому, кто распоряжается финансированием кампании, Эрику Вёрту. И 50 тысяч недостаточно!» Недостающие 100 тысяч евро сыскали в Женеве. Подверстываются еще два пикантных момента: Флоранс, жена Вёрта, работала в принадлежащей Патрису де Мэстру компании «Климен», управляющей финансовыми активами наследницы империи. А лондонская «Таймс» сообщает, что на записях разговоров в доме деятельной вдовы (более 20 часов записал по явно не бескорыстным мотивам Паскаль Боннефуа, дворецкий) слышен голос де Мэстра. Он упрашивает мадам Бетанкур купить ему яхту…   Клубок обвинений, опровержений, домыслов и слухов создал нервозную обстановку в политическом классе. Саркози взял высокую ноту, чтобы оказаться выше того, что он называет инсинуациями: «Я был бы очень рад, если бы страна начала заниматься реальными проблемами, такими, как здоровье, пенсии или повышение демографического уровня, вместо того, чтобы позволять вовлекать себя в скандалы, имеющие единственную цель: без единого слова правды разочаровать людей». И подкрепил слово действием: уволил двух министров низового звена за нецелевое использование казенных денег. В свою очередь Эрик Вёрт отправился судиться с теми, кто замарал его имя, обвинив их в диффамации, она же клевета. Он назвал и заказчиков кампании в прессе: это «политическая интрига, оркестрованная Социалистической партией». Доказательств Вёрт не привел. Впрочем, нет нужды доказывать, что тень подозрения на правящую партию оттеняет достоинства оппозиции. Не удивительно, что соперница Саркози на президентских выборах в 2007 году от социалистов Сеголен Руаяль заявила: записи из дома Бетанкуров свидетельствуют о том, что «режим Саркози коррумпирован». Невозможно оценить, каким будет в итоге репутационный ущерб для «Сарко» и «Союза за народное движение», поскольку Клер Тибу может пойти еще дальше в отрицании своих прежних показаний. Если окажется, что президент не при чём, а вся история высосана из пальца охочими до грязных сенсаций журналистами, то папку с деланным делом можно запихнуть в самый пыльный угол архива. Но если выяснится, что дело пахнет не одеколоном от «Л'Ореаль», а крысиным помётом, то рейтинги партии и главы государства и дальше будут проседать, окрыляя оппонентов. Владимир МИХЕЕВ
no image
Дневник событий

Страшные наводнения, поразившие Польшу с конца мая двумя волнами, вызвали тревогу в Брюсселе. Европейская Комиссия потребовала от властей в Варшаве проинформировать, какие ими приняты меры для предотвращения последствий стихийного бедствия. В противном случае она оставила за собой право обратиться в Суд...

Страшные наводнения, поразившие Польшу с конца мая двумя волнами, вызвали тревогу в Брюсселе. Европейская Комиссия потребовала от властей в Варшаве проинформировать, какие ими приняты меры для предотвращения последствий стихийного бедствия. В противном случае она оставила за собой право обратиться в Суд ЕС. Страны ЕС обязаны информировать Комиссию о существующих рисках наводнений и принимаемых мерах, в том числе превентивных. «Наводнения ставят под угрозу человеческие жизни, ведут к человеческим трагедиям и экономическим убыткам, – говорится в коммюнике исполнительного органа власти Союза. – Последствия этого природного явления, его частота могут ограничиваться за счет принятия необходимых мер». В ЕС создан специальный фонд для оказания помощи странам-партнерам, пострадавшим от водной стихии. Однако право на нее дается только тем, кто соответствует принятым в Союзе нормам в этой области. Польша была обязана это сделать еще до конца 2009 года, однако этого не произошло. Теперь ей надо отчитаться перед Брюсселем под угрозой судебного процесса. В результате наводнений, по официальным данным, в Польше погибли 22 человека, материальный ущерб достиг 2,5 миллиарда евро. Власти страны возложили основную ответственность на… бобров, которые, по этой версии, нанесли ущерб дамбам и плотинам, оказавшиеся в результате неспособными сдержать напор стихии. Светлана ФИРСОВА
no image
Дневник событий

Всемирный фонд дикой природы призвал Румынию восстановить естественное русло Дуная, что способно предотвратить повторение наводнений, ставших там слишком частыми. С конца июня в результате сильных дождей в некоторых районах страны произошли сильные паводки, что привело к гибели 25 человек. По оценке...

Всемирный фонд дикой природы призвал Румынию восстановить естественное русло Дуная, что способно предотвратить повторение наводнений, ставших там слишком частыми. С конца июня в результате сильных дождей в некоторых районах страны произошли сильные паводки, что привело к гибели 25 человек. По оценке Фонда, одна из причин столь масштабных последствий наводнений состоит в том, что дунайской воде стало часто некуда деваться после достижения определенного уровня. Раньше она разливалась в существовавшие вдоль русла долины. Теперь они заняты сельскохозяйственными угодьями. Это относится к 70% таких участков. Директор Дунайского проекта Фонда Ориета Уля считает, что деятельность человека в этих районах «увеличила частоту наводнений и ущерб, который они наносят». Организация призвала румынские власти к 2015 году хотя бы разработать соответствующий план. Ранее с этой проблемой столкнулись Нидерланды. В конечном счете, власти страны и эксперты решили, что нельзя бесконечно наращивать высоту дамб и предусмотрели возможность естественного выхода избытков воды из рек и каналов. Светлана ФИРСОВА
no image
Дневник событий

В условиях финансового кризиса во всех странах ЕС должен быть увеличен возраст выхода на пенсию, считает Европейская Комиссия. Без этого невозможно поддерживать нынешнюю систему пенсионного обеспечения и проводить оздоровление государственных финансов, считают в Брюсселе. Пенсии в странах ЕС построены на...

В условиях финансового кризиса во всех странах ЕС должен быть увеличен возраст выхода на пенсию, считает Европейская Комиссия. Без этого невозможно поддерживать нынешнюю систему пенсионного обеспечения и проводить оздоровление государственных финансов, считают в Брюсселе. Пенсии в странах ЕС построены на системе взносов, которые делают работающие. Сейчас, считает Комиссия, демографическая ситуация ставит простую, с точки зрения арифметики, задачу: сохранить нынешнюю пропорцию между временем, которое человек проводит на пенсии, и временем, в течение которого он делает взносы в пенсионный фонд. «Это означает, что необходимо увеличить пенсионный возраст, – говорится в подготовленном Комиссией документе. – Увеличение срока, в течение которого человек работает, с учетом роста продолжительности жизни позволит достичь двух целей – улучшить условия жизни и сохранить жизнеспособную пенсионную систему». За последние полвека продолжительность жизни в странах ЕС выросла в среднем на 5 лет. По прогнозам, до 2060 года она может возрасти еще на 7 лет. Одновременно уровень рождаемости низкий. В результате в настоящее время в Европе на одного человека старше 65 лет приходится четверо активных людей, а через полвека это соотношение сократится вдвое. Средний по ЕС возраст выхода на пенсию в 2008 году составлял 61,4 года. В ряде стран этого объединения, в том числе, в крупнейших, пенсионный возраст планируется увеличить, или это уже сделано. Светлана ФИРСОВА
no image
Дневник событий

Одна из болезненных реформ, входящих в пакет антикризисных мер греческого правительства, принята в Афинах. Речь идет об увеличении возраста выхода на пенсию – 65 лет вместо нынешних 60. Это относится как к мужчинам, так и к женщинам. Кроме того, увеличивается срок,...

Одна из болезненных реформ, входящих в пакет антикризисных мер греческого правительства, принята в Афинах. Речь идет об увеличении возраста выхода на пенсию – 65 лет вместо нынешних 60. Это относится как к мужчинам, так и к женщинам. Кроме того, увеличивается срок, в течение которого, работая, надо выплачивать взносы в пенсионный фонд – не 37 лет, как сейчас, а 40. Объясняя необходимость принимаемых мер, премьер-министр Андреас Папандреу напомнил, что без этого система пенсионного обеспечения страны могла рухнуть, государство оказалось бы не в состоянии выплачивать пенсии. Он напомнил, что размер этих выплат уже достигал 13,5% ВВП Греции и в скором времени мог достичь 26%. Проведение реформы было одним из условий выделения кредитов Греции, в частности, Международным валютным фондом.
no image
Нововведения

Станет ли это двойным ударом по соседям и Евросоюзу? Контуры «Великой Венгрии» вновь возникли на политической карте Европы – впервые после приснопамятного для этого древнейшего этноса Трианонского договора стран-победительниц в Первой мировой войне. В конце мая парламент принял закон о...

Станет ли это двойным ударом по соседям и Евросоюзу? Контуры «Великой Венгрии» вновь возникли на политической карте Европы – впервые после приснопамятного для этого древнейшего этноса Трианонского договора стран-победительниц в Первой мировой войне. В конце мая парламент принял закон о двойном гражданстве, что уже в ближайшей перспективе позволит «прирастать» численно за счет репатриантов и качественно за счет всех, кто осознает себя частью венгерского социо-культурного мира. В итоге человеческий потенциал потомков иллирийских племен будет существенно умножен. Напомним точку отсчета: 4 июня 1920 года в Большом Трианонском дворце Версаля был вынесен приговор – от побежденной Венгрии отторгались огромные земли, составлявшие две трети ее территории, которые отходили соседям. Помимо утраты 88% лесных ресурсов, 83% производства чугуна и 67% ресурсов банковско-кредитной системы, страна недосчиталась трех миллионов этнических венгров. В новейшие времена более двух с половиной миллионов венгров проживают в румынской Трансильвании, сербской Воеводине, Словакии (каждый десятый ее гражданин), а также в Австрии, Хорватии и на Украине. Теперь перед ними стоит дилемма: воспользоваться или нет правом обрести гражданство исторической родины. Ходатайствовать о получении гражданства, согласно закону, могут все, кто сумеет доказать свои венгерские корни и знание языка своих предков. Если вдобавок будет установлено, что они не были осуждены в судебном порядке за криминальные проступки и не представляют собой угрозы для государственной безопасности и общественного порядка Венгрии, то ничто более не препятствует обретению второго гражданства. Таким образом, по словам нового премьер-министра Виктора Орбана, лидера правоцентристского Венгерского гражданского союза («Фидеш»), будет устранена «вопиющая несправедливость». Строго говоря, премьер Орбан подразумевал результаты не Первой, а Второй мировой войны, приведшей к тому, что «миллионы венгров оказались вне пределов этнической родины». Понимать это надо так, что определяющим мотивом правоцентристов служит если не собирание земель, то собирание вместе соотечественников. История, похоже, снова идет по закрученной спирали, повторяясь в своих лейтмотивах: после Трианонского вердикта в стране ввели бессрочный траур – флаги были приспущены вплоть до 1938 года, когда творцы Третьего рейха стали перекраивать Европу по собственным лекалам и брали в союзники всех обиженных Версальским и ему подобными договорами. Венгерские школьники в период между двумя войнами открывали учебный день молитвой за воссоединение родины. При диктатуре Миклоша Хорти проповеди реваншистских устремлений считались признаком хорошего тона. Сегодня венгерские консерваторы не ведут разговор о прямом пересмотре последней по времени бойни в Европе и демаркации новых границ. Речь только о легальной возможности выдачи венгерских паспортов словацким, румынским, сербским и украинским сородичам. Еще в 2004 году Виктор Орбан инициировал референдум на эту тему, но акция провалилась – явка оказалась низкой, лишавшей мероприятие какой-либо легитимности. В прошлом году партия «Фидеш» включила свою идею двойного гражданства в список предвыборных обещаний. Как объяснял Виктор Орбан, «речь идёт об объединении нации». Это почти стало лозунгом дня. После победы на парламентских выборах, что позволило кандидатам от партии Орбана получить 70% мандатов, в исходе голосования по законопроекту можно было не сомневаться: 344 депутата – «за», три – «против» и пять воздержались. Легко было предугадать, что в вопросе об «объединении нации» единомышленники Орбана стакнутся с впервые прошедшими в законодатели представителями ультраправой партии «Йоббик», что переводится «За лучшую Венгрию». Программа-максимум тех, кого именуют «йоббиками», вызывает неловкие ассоциации: «Венгрию – венграм», ради чего надлежит вымести из страны сотни тысяч цыган, мотивируя это их криминогенной природой, а также приструнить внутренних врагов нации, коими объявлены зарубежные банковско-финансовые структуры и евреи. Пропагандистско-рекламный слоган «йоббиков» не отличается ни новизной, ни толерантностью, провозглашенной одной из высших приоритетов в Евросоюзе: «Оздоровить нацию и вернуться к истинно венгерским ценностям». В риторике Виктора Орбана таких двусмысленных оборотов не встречается, но в его действиях проглядывает та же логика. «Закон может вызвать конфликты с тремя соседними государствами, где есть венгерские меньшинства, полагают аналитики», – отмечает испанская газета «Паис». Роберт Фицо, бывший председатель правительства Словакии, где проживает 600 тысяч этнических венгров, расценил законодательный шаг Будапешта как «исключительную угрозу», причем не только для добрососедских отношений двух стран, но и для всей Европы. В интервью австрийской газете «Курир» он назвал этот закон «глупой и очень опасной инициативой, а также «бомбой замедленного действия». Буквально через несколько дней, 31 мая, словацкий президент Иван Гашпарович подписал поправку к Закону о государственном гражданстве, которая предполагает: если кто возьмет себе второе гражданство, то утратит первое и не сможет занимать ни государственные должности, ни служить в словацкой армии. Мгновенно Партия венгерской коалиции осудила собственные власти, назвав их реакцию «истерией», которая «неуместна и преувеличена». Зато эта политическая надстройка венгерской диаспоры воздала хвалу парламентариям в Будапеште. Такая солидарность подкрепила опасения соседей: двойное гражданство для этнических венгров – только первый шаг. Была ли это осознанная или неловкая оговорка, непонятно, но только депутат от правящей партии «Фидеш» Золт Немет заявил: «Двойное гражданство и автономия – две стороны одной медали». Не случайно Венгрия одной из первых признала независимость «второй Албании» – Косово, этого исконно сербского края, колыбели сербской нации. Потенциальные требования к Словакии, Румынии, Сербии и другим странам с компактным проживанием венгерского меньшинства предоставить соотечественникам автономию (сперва узкую, потом широкую) будут равносильны разрыхлению почвы под перекройку государственных границ. Именно так воспринимают решение Будапешта соседи, подозревая, что с принятием в Венгрии нового закона началась ползучая аннексия. Реакция была болезненной. На заседании парламента Словакии вице-спикер Анна Белоусова заявила, что «эта пороховая бочка взорвет всю Европу».  Не исключено, что возникновение нежданной угрозы извне и изнутри сыграло свою негативную роль в поражении социал-демократов на  парламентских выборах. Дело еще в том, что в правящий альянс входила и Партия венгерской коалиции. Теперь вместо Роберта Фицо премьером стала представительница Словацкой демократической и христианской унии, 53-летняя профессор социологии Ивета Радичова. Сумеет ли ученая дама найти золотую середину и не начать подыгрывать местным ультра, возникшим, как считали метафизики, словно мыши в гнилом сене? Лидер политизированных радикалов Ян Слота обвиняет венгерское меньшинство в дискриминации словацкого большинства и призывает «двинуть на Будапешт танки и сравнять его с землей». Словацкие скинхеды скандируют «Венгры, убирайтесь за Дунай», а в Венгрии их идейные близнецы-братья также дают волю эмоциям, возглашая: «Мы ненавидим тебя, Словакия!» и «Словакия – это не страна!».   …Закон о двойном гражданстве вступает в силу 20 августа – в день Святого Иштвана – и начнет применяться с 1 января 2011 года. В оставшиеся месяцы не только Венгрии и сопредельным странам, но и соответствующим полномочным ведомствам Евросоюза придется оценивать возникшие риски «нестроения» в регионе и угрозу конфликта на этнической почве. Владимир МИХЕЕВ №7-8(46), 2010
no image
Нововведения

Впредь британская дипломатия будет характеризоваться двумя эпитетами: «гибкая» и «твердая». Так пообещал Уильям Хейг, бывший лидер тори, проигравший всеобщие выборы 2001 года, которого ныне премьер Дэвид Кэмерон взял в свой кабинет в качестве министра иностранных дел. В июньской программной речи...

Впредь британская дипломатия будет характеризоваться двумя эпитетами: «гибкая» и «твердая». Так пообещал Уильям Хейг, бывший лидер тори, проигравший всеобщие выборы 2001 года, которого ныне премьер Дэвид Кэмерон взял в свой кабинет в качестве министра иностранных дел. В июньской программной речи выпускник Оксфорда (родился в 1961 году), где он штудировал политические науки, экономику, философию, раскрыл свое кредо: превыше всего стоят национальные интересы. Однако с прилагательным – «просвещенные», что означает готовность Британии служить не только своей нации, но и всем остальным. Расшифровки этого альтруистического порыва не последовало, но Хейг объяснил, что на своем посту будет стремиться вдохнуть новую жизнь в старые альянсы и образовывать новые союзы, особенно с выходящими на авансцену геополитики зародившимися вчера державами: Китаем, Индией и Бразилией, а также с набирающими вес будущими крупными игроками, такими как Турция и Индонезия. Не оставит Хейг без пристального внимания и Содружество наций, ранее именовавшееся британским, поскольку состоит из бывших колоний, доминионов и зависимых территорий. Заодно Хейг сделал широкий жест доброй воли, объявив, что в отношениях с Россией «дверь остается открытой», хотя и воздержался от приглашения в адрес Москвы произвести «перезагрузку» вслед обамовскому почину. Тем не менее, масштаб обозначенных перемен сродни американскому размаху. Уильям Хейг обвинил прежнее лейбористское руководство в неспособности понять «широкие стратегические потребности страны» и проводить внешнюю политику, которая бы «обеспечивала нам международное влияние и приносила доходы в быстро меняющемся мире». Хейг посетовал, что лейбористы при его предшественнике Дэвиде Миллибенде проглядели момент, когда вылупился многополярный мир, а в итоге Британия экспортирует сегодня товаров и услуг в соседнюю Ирландию «больше, чем в Индию, Китай и Россию вместе взятые». Между тем, прогнозы указывают на то, что к 2050 году экономическая мощь новоявленных лидеров, сердцевину которых составят страны БРИК, будет на 50% превышать потенциал «семерки» наиболее развитых держав. Более того, как ожидается, уже в 2015 году Британия утратит членство в привилегированном клубе 10 самых развитых экономик мира. На наших глазах, проповедовал Хейг, рождается дивный новый мир, который он предпочел назвать не многополярным, а «сетевым» («networked world»). При этом видный тори не стал шарахаться в крайности, выправив крен: многовекторности – да, но отношения с Соединенными Штатами по-прежнему останутся приоритетными. Как сказал Хейг, союз с Америкой это – «нерушимый альянс». Хотя и без пиетета с придыханием, равносильным, как выразился Хейг, «рабской покорности». В этой дерзкой оговорке, вопреки тесным связям тори с американскими неоконами, явно угадывалось желание сыграть на контрасте со сподвижником Джорджа Буша экс-премьером Тони Блэром. Последний понес невосполнимые имиджевые потери от прицепившегося к нему прозвища «пудель Белого дома». По ходу избирательной кампании Хейг частенько перефразировал фразу Уинстона Черчилля о том, что этот хранитель имперских традиций не для того возглавил правительство, чтобы председательствовать при распаде Британской империи. В интерпретации Хейга эта крылатая мысль звучала не менее пафосно: я не для того провел столько лет в оппозиции, чтобы «председательствовать при упадке Британии». Каким образом избежать или отсрочить или смягчить падение? Из речи Хейга следует один наиболее очевидный вывод: становиться частью различных стратегических объединений государств (как своего рода социальных сетей). Как быть в этом случае с членством в единой Европе? Для начала министр намекнул, что перестанет ориентироваться на тандем Франции и Германии, а займется налаживанием диалога со странами Центральной и Восточной Европы, примкнувшими к ЕС в 2004 году. Заставляет задуматься еще одно обстоятельство: Уильям Хейг написал свою версию биографии выдающегося политического деятеля конца XVIII и начала XIX века Уильяма Питта-младшего, пробывшего на посту премьера в общей сложности почти 20 лет. К слову: впервые он встал во главе кабинета в возрасте 24 лет. Уильям Питт-младший был духовным отцом первых трех антифранцузских коалиций и сделал немало для выхода страны из изоляции на европейском континенте. Его управленческий талант способствовал тому, что необыкновенно вырос негласный статус первого министра. Можно ли в увлечении Хейга этим историческим персонажем найти ключ к его тайным мыслям? Возможно. «Нужно смотреть дальше и шире», – объяснил свои замыслы Хейг, призвавший быть «креативным» при выработке новых подходов в ответ на вызовы во внешней политике. Формулировка европейской политики Лондона, ставшая результатом компромисса тори со своими партнерами по правительственной коалиции либеральными демократами, известна: Британия будет активным и полным энтузиазма членом семьи народов. Однако потребует к себе должного уважения. Лейбористы «не смогли гарантировать причитающееся Британии влияние внутри европейских институтов», заявил министр. Но все изменится, пообещал он следом, указав на вопиющую несправедливость: хотя население Британии составляет целых 12% от общего числа жителей сообщества, доля британских подданных, делегированных и принятых на службу в структурах власти Евросоюза, не превышает и двух процентов. Означает ли готовность делегировать своих управленцев в высшие органы ЕС намерение правительства тори энергично включиться в интеграционные процессы? Едва ли. В ближайшие пять лет решено даже не заикаться о вхождении в еврозону. А если транснациональные руководящие органы Евросоюза начнут ратовать за передачу им дополнительных полномочий от национальных правительств, то Кэмерон и Клегг вынесут этот вопрос на общенациональный референдум, где его благополучно, памятуя об исконном островном евроскептицизме, похоронят. Более того, имеется немало признаков нежелания тори участвовать во внешнеполитических и военных инициативах Евросоюза, за исключением разве что миротворческой операции в Боснии. В этом контексте пока не приходится говорить о «креативном» подходе новой лондонской команды. Скорее, нужно буквалистски воспринимать слова главы МИДа о том, что он будет проводить «отчетливо пробританскую внешнюю политику». В целом, манифест Хейга вызвал язвительную улыбку у его идейных оппонентов и откровенных недоброжелателей. Таких почему-то хватает: в свое время португальская газета «Диариу ди нотисиаш» нарисовала его оскорбительный словесный портрет: «Лысый гном с младенческим лицом и обезьяньими ушами». Правда, сейчас обозреватель либеральной «Гардиан» Саймон Тисдал счел возможным сравнить его с лордом Пальмерстоном, крупнейшим государственным деятелем и дипломатом XIX века. Кстати, за Пальмерстоном официальная британская историография закрепила титул «самого английского министра» за миссионерские усилия по превращению Лондона в административный центр новоявленной Римской империи в эпоху, не без оснований прозванную Pax Britannica. Впрочем, Саймон Тисдал не проводит параллелей с академической бесстрастностью, поскольку полон снисходительной иронии в адрес Уильяма Хейга. «Тот пыл, с которым он видит себя в новой роли и оценивает открывшиеся ему возможности, впечатляет, – пишет автор «Гардиан». – Но он должен понимать, что времена Пальмерстона, когда Британия была хозяйкой собственной судьбы, давно миновали. Должен, но понимает ли?» Владимир МИХЕЕВ №7-8(46), 2010
no image
Нововведения

В швейцарском Цюрихе, известном всему миру городе банкиров, могут легализовать… торговлю марихуаной! Во всяком случае, в конце июня местный парламент одобрил соответствующий законопроект, который направлен в мэрию. Постановление об открытом использовании дурманящей «травки» давно и упорно пробивает один из местных лидеров...

В швейцарском Цюрихе, известном всему миру городе банкиров, могут легализовать… торговлю марихуаной! Во всяком случае, в конце июня местный парламент одобрил соответствующий законопроект, который направлен в мэрию. Постановление об открытом использовании дурманящей «травки» давно и упорно пробивает один из местных лидеров «зеленых», он же депутат парламента Цюриха Маттиас Пробст. Он и его единомышленники считают, что марихуаной могут торговать аптеки, правда, под присмотром неких специалистов. Выручка, по его словам, должна идти… на борьбу с наркоманией. Между тем, опросы общественного мнения показывают, что все больше швейцарцев выступают за ужесточение уголовного преследования тех, кто хранит, употребляет или торгует наркотическими средствами. №7-8(46), 2010
no image
Нововведения

В центральных берлинских районах Фридрихсхайн и Кройцберг введена новация, вызвавшая весьма противоречивую реакцию: во все городские парки и ряд других мест отныне запрещен вход с собаками. И никаких исключений! Тот, кто рискнет не придерживаться вновь установленных правил, будет вынужден заплатить...

В центральных берлинских районах Фридрихсхайн и Кройцберг введена новация, вызвавшая весьма противоречивую реакцию: во все городские парки и ряд других мест отныне запрещен вход с собаками. И никаких исключений! Тот, кто рискнет не придерживаться вновь установленных правил, будет вынужден заплатить 50 евро. Причем, под запрет попали такие популярные места как Вебервизе, Боксхагенерплац, Мэрхенбруннен и Бахлауф в парке Фридрихсхайн. Надо заметить, что кое-куда с собаками не пускали и раньше, но по сравнению с закрытыми ныне территориями это были сущие пустяки. Как отнеслись к этому решению берлинцы? Жительнице Фридрихсхайна Джессике Кёльцер оно совсем не нравится, более того, кажется «немного глупым». Прежде она каждый день гуляла на Боксхагенерплац с сыном, дочкой и собакой – пятилетним ши-цу. «Мои дети куда чаще наступают на осколки стекла или окурки, чем на собачий кал», – говорит она. А вот Андреас Клиппе, напротив, вполне согласен с запретом и прекрасно понимает побудительные мотивы его инициаторов. «Вокруг вполне достаточно специально организованных собачьих площадок и мест для выгула», – говорит он. Причем, сам он тоже владелец собаки и даже однажды был вынужден заплатить штраф в 20 евро за то, что, занимаясь бегом трусцой, забыл взять на поводок свою хаски Мисс Марпл. Следующие районы, где могли бы ввести аналогичные запреты – это окраинные Марцан и Хеллерсдорф. Если бы это зависело только от Кристиана Грэффа, возглавляющего районный совет по экономике, подземному строительству, гражданским службам и общественному порядку, то они бы уже давно вступили в силу. «Такие правила я только приветствую», – говорит он. А Моника Тимен, бургомистр района Шарлоттенбург-Вильмерсдорф, не видит в устрожении существующих правил никакой необходимости. «У нас на самом деле много мест, где собаки могут порезвиться, никому не мешая. Это и парк Вильмерсдорф, и Юнгфернхайде, и Бундесаллее, и окрестности Райхштрассе». Она предпочитает работать над тем, чтобы расширить и дополнительно обустроить существующие собачьи площадки и места выгула. Томас Блезинг, советник района Нойкёльн, расположенного в непосредственной близости от Кройцберга, тем не менее, не слышал о том, что у соседей возникли какие-то проблемы с собаками. Но в эффективности подобного запрета он позволил себе сильно усомниться. «Я опасаюсь, что, в конце концов, следить за соблюдением этого установления будет просто некому», – уверяет он. Что же, герр Блезинг хорошо знает то, о чем он говорит. Репортер газеты «Берлинер моргенпост» побывал на Боксхагенерплац и зафиксировал типичную картину: компания молодых бездельников с несколькими собаками уютно устроилась на газоне, попивая пиво и бренча на гитарах. И никто даже не предпринял попытки взять с них положенный штраф… Андрей ГОРЮХИН №7-8(46), 2010
no image
Политика

After lengthy debates that dragged on for several months, Catherine Ashton, the High Representative, and members of the European Parliament reached agreement on the future structure of the European External Action Service (EEAS). As soon as the European Parliament and...

After lengthy debates that dragged on for several months, Catherine Ashton, the High Representative, and members of the European Parliament reached agreement on the future structure of the European External Action Service (EEAS). As soon as the European Parliament and the EU foreign ministers have given their assent, Lady Ashton can begin to make appointments to fill the EEAS vacancies. But what are the tasks to which the EEAS will be devoting its attention? How can it do justice to the very different expectations of the European Parliament, the Commission and the member states? In our current Spotlight, "The European External Action Service: Much Ado About Nothing," Stefani Weiss of the Bertelsmann Stiftung shows that the new EEAS certainly does not signify the advent of a new dynamism in the EU's common foreign policy. There are too many differences between the interests of the various countries, and between the positions adopted by the EU institutions. It is clearly a drawback, Weiss believes, "that when the EEAS was introduced, conceptual and strategic ideas on how the service can be beneficial for both the member states and the EU as a whole were not deemed to be important." In the long term all that remains is the hope that the EEAS will have the effect of a large socialization structure. "Since Commission civil servants, Council civil servants and national diplomats will be forced to work together under one roof in the EEAS, the differences which are still so noticeable today, and the question of where someone comes from and to whom he has to be loyal, may in the long term be overcome to make way for a European esprit de corps." Полный текст в формате PDF №7-8(46), 2010
no image
Персона

По итогам второго тура досрочных выборов, ставших необходимостью после трагической гибели Леха Качиньского в авиакатастрофе под Смоленском 10 апреля, новым президентом Польши стал кандидат от правящей партии «Гражданская платформа», спикер Сейма Бронислав Коморовский. Победа была одержана с трудом: 58-летний бывший...

По итогам второго тура досрочных выборов, ставших необходимостью после трагической гибели Леха Качиньского в авиакатастрофе под Смоленском 10 апреля, новым президентом Польши стал кандидат от правящей партии «Гражданская платформа», спикер Сейма Бронислав Коморовский. Победа была одержана с трудом: 58-летний бывший диссидент сумел опередить брата ушедшего в мир иной президента всего на пять процентов. Разрыв незначителен – за Коморовского проголосовали 8 миллионов 933 тысячи избирателей, за брата-близнеца покойного и лидера партии «Право и справедливость» Ярослава Качиньского – 7 миллионов 919 тысяч, а значит, разница составила всего один миллион. Показательно, что вопреки судьбоносному характеру этих форс-мажорных выборов явка составила 55,31%, чуть более половины, то есть более 44% предпочли, по разным причинам, не мучиться вопросом, терзавшим народ на площади в пушкинской драме: «О Боже мой, кто будет нами править? О горе нам!» Оставим разбирательство избирательского абсентеизма на потом, а прежде представим нового правителя сопредельного государства: России с ним, как минимум, сосуществовать, а как максимум, выстраивать отшелушенные от предрассудков и застарелых обид содержательные отношения. Не менее важно, какой стиль и формат взаимодействия с Евросоюзом будет предложен командой единомышленников – правых либералов из «Гражданской платформы», которые контролируют парламент, сформировали правительство, а теперь получили еще и своего президента. Для поклонников евгеники будет немаловажным то обстоятельство, что новый президент Третьей Речи Посполиты – потомственный аристократ. Он является единственным сыном графа Зигмунта Леона Коморовского, умершего в 1992 году, который был социологом, антропологом, специалистом по Африке, дипломатом и попутно поэтом. Более того, Бронислав приходится дальним родственником графине Анне Марии Коморовской – матери принцессы Матильды, супруги наследника бельгийского престола герцога Брабантского. Родители Коморовского были вынуждены покинуть Литву после Второй мировой войны. Родился он в городе Оборники-Слёнске в южной Польше. Позднее семья перебралась в рабочие кварталы Варшавы. Будучи подростком, Бронислав состоял в пионерской организации. Однако правоверным коммунистом не стал, а постепенно превратился в убежденного противника режима, восприняв с юношеским задором бунтарский дух студенческой революции во Франции в марте 1968 года (ему было тогда почти 16). По его признанию, приведенному британской газетой «Телеграф», «я все узнал о полицейских дубинках и как ими пользуются». После окончания в 1977 году исторического факультета Варшавского университета пошел в журналистику, как на баррикады: несколько лет работал в журнале «Слово Повшехне», издавал подпольный диссидентский журнал «Глос». Все биографы отмечают как знаковую веху участие 11 ноября 1979 года в протестном действе, организованном «Движением в защиту прав человека и гражданина». За что провел месяц в тюрьме. Затем стал активистом «Солидарности», был зачислен на работу в Центр социальных исследований при этом боевом профсоюзе. После объявления военного положения снова попал за решетку. После чего вплоть до бескровной революции – выборов в июне 1989 года, которые он почему-то бойкотировал, Коморовский затворился в академической башне из слоновой кости – преподавал историю в семинарии при католическом санктуарии Непокалянув. Нетрудно догадаться, что во всех анкетах и при всех расспросах Коморовский подчеркивает, что он католик (к слову, у него пятеро детей София, Тадеуш, Мария, Петр и Елизавета, и внук Станислав), а, следовательно, обладает достаточно четко очерченными моральными убеждениями, что импонирует «мейнстриму». Помимо этого, Коморовский опирался на поддержку бизнес-кругов, к которым благоволят политики из его партии, а также либеральной интеллигенции, также голосующей за консервативные ценности, особенно за патриотизм. На стороне бывшего историка незримо выступили и влиятельные силы в наднациональных структурах власти в Европе – в Евросоюзе и НАТО, где нередко нервно воспринимали разудалую евроскептическую риторику братьев Качиньских. Таким образом, победа Коморовского, пусть и с минимальным перевесом голосов, является победой евроэнтузиастов. Есть ли у формального лидера половины поляков слабые места? Естественно, есть. Консервативная по духу британская газета «Телеграф» отмечает, что Коморовский и Туск – «ближайшие союзники», однако есть существенная разница: у президента отсутствует обаяние, присущее премьер-министру. Совсем неделикатен в оценке личностных свойств обладателя «голубой крови» обозреватель газеты «Речь Посполита» Пётр Семка: «У Бронислава Коморовского – харизма табуретки». Невольно удивляешься такому нелицеприятному приговору. Каким образом, если это соответствует действительности, Коморовский с годами стал профессиональным политиком со стажем и опытом? Как ему удавалось околдовать избирателей, которые, начиная с 1991 года, помогали ему победить на шести парламентских выборах подряд? Скорее всего, объяснение этому феномену дал экс-президент Польши Александр Квасьневский, который назвал Коморовского «идеальным человеком центра, что делает его политиком, быть может, не вызывающим сильные эмоции, но способным на компромисс. Его победа, несмотря на слабую кампанию, свидетельствует о большой политической силе». Квасьневский, который, по выражению итальянской газеты «Коррьере делла сера», «привел Польшу в ЕС и НАТО», убежден, что в настоящий момент именно Коморовский востребован на политической авансцене: «Варшаве нужен человек, который может идти на компромиссы». Для Москвы подтверждением этой лестной для любого политика аттестации могут служить слова экс-маршала Сейма по поводу первой трагедии в Катыни, унесшей жизни нескольких тысяч польских офицеров: «Мы отдаем себе отчет в том, что в Катынском лесу покоятся также останки тысяч россиян, белорусов, украинцев и представителей других народов. Трагический опыт тоталитаризма XX века должен объединять, а не разделять наши народы». В аналитическом портрете Бронислава Коморовского уже упоминавшаяся британская «Телеграф» называет его «резким антикоммунистом в молодости, который превратился в авторитетного политика, умеющего находить консенсус». Сумеет ли новый президент при таком расколе польского общества на две почти равные половины найти срединный путь, который объединит вокруг него социальные страты и властные элиты? Если удастся, то вчерашнему диссиденту и сегодняшнему прагматику достанутся лавры государственного мужа, заслуживающего пантеона (быть может, даже в сакральном краковском Вавеле) и благодарной памяти потомков. Владимир МИХЕЕВ
no image
Персона

Генеральный совет юридической власти Испании временно отстранил судебного следователя Бальтасара Гарсона от исполнения его функций. Таким образом, самый знаменитый в мире служитель Фемиды стал ее жертвой: против него возбуждено дело по обвинению в «злоупотреблении властью». Причиной такого поворота судьбы стала...

Генеральный совет юридической власти Испании временно отстранил судебного следователя Бальтасара Гарсона от исполнения его функций. Таким образом, самый знаменитый в мире служитель Фемиды стал ее жертвой: против него возбуждено дело по обвинению в «злоупотреблении властью». Причиной такого поворота судьбы стала попытка Б.Гарсона провести исчерпывающее расследование преступлений франкистского режима, который был амнистирован после смерти диктатора, как и его противники в гражданской войне 1936-1939 годов (Подробнее см. «Фемида против своего слуги. Карьера Бальтасара Гарсона идет под откос» – «Вся Европа.ru», №43). Б.Гарсон пытался избежать столь унизительного для него решения Совета, выразив готовность поработать в течение семи месяцев консультантом Международного Гаагского суда. Однако участники Совета предотвратили этот маневр, созвав свое заседание еще до того, как поступил официальный запрос от судебного следователя. Теперь 54-летний супер-дознаватель оказался под угрозой отстранения от должности на 20-летний срок – фактически пожизненно. Ему вряд ли поможет солидарность многочисленных испанских и зарубежных коллег, заявляющих, что преступления против человечности не подлежат амнистии, и что соответствующий испанский закон противоречит международному праву. Б.Гарсон получил всемирную известность в 1998 году, когда смог добиться ареста в Лондоне бывшего чилийского диктатора Аугусто Пиночета. До этого он сделал себе имя в Испании благодаря смелой борьбе с коррупцией, террористами, финансовыми мошенниками и контрабандистами наркотиков. Андрей ВОРОНЦОВ
no image
РАСШИРЕНИЕ ЕС

Европейский Союз согласен начать с Исландией переговоры о ее приеме в свои ряды. Эта островная северная страна подала соответствующую заявку в июле 2009 года, находясь на гребне глобального кризиса, в который она вошла одной из первых. Исландская финансовая система рухнула....

Европейский Союз согласен начать с Исландией переговоры о ее приеме в свои ряды. Эта островная северная страна подала соответствующую заявку в июле 2009 года, находясь на гребне глобального кризиса, в который она вошла одной из первых. Исландская финансовая система рухнула. Тогда правительству и обществу показался спасительным берег ЕС. Больше формального участия в организации Исландию интересовала единая европейская валюта – евро: представлялось, что эта денежная единица, войди в зону евро Исландия, помогла бы избежать финансовых потрясений. С тех пор много воды утекло, а после греческого долгового кризиса и подвешенности ряда других экономик зоны евро, этот зонтик перестал казаться панацеей. Опросы населения показывают, что исландцы стали гораздо осторожнее относиться к участию в ЕС. Политическое решение Рейкьявика по этому вопросу может еще оказаться неожиданным. Ведь правительству придется заручиться поддержкой населения, которое должно будет высказаться на референдуме. По состоянию на данный момент сторонники вступления в ЕС в Исландии находятся в явном меньшинстве. В Союзе еще не забыли, как дважды (в 1972 и 1994 гг.) норвежские избиратели в последний момент отказались от вступления своей страны в это объединение, а швейцарцы в 1992 году отклонили перспективу присоединения к Европейскому экономическому пространству, конструкции, которая рассматривалась как прихожая перед полноценным вступлением. С не меньшей осторожностью подходят и страны ЕС к перспективе приема Исландии, подчеркивая отсутствие у этой страны былого энтузиазма. Как бы то ни было, переговоры между сторонами могут начинаться. Они всегда проходят по стандартной схеме. Существует 35 областей («глав», если пользоваться брюссельским жаргоном), по которым ЕС и страна-кандидат должны договориться. По каждой главе проводятся отдельные переговоры, завершающиеся конкретным соглашением. Когда это сделано по всем главам, страна-кандидат должна привести свое внутреннее законодательство в соответствие с нормами ЕС и достигнутыми соглашениями. После этого различные инстанции Союза принимают соответствующие решения, окончательный вердикт выносят главы государств и правительств на своей встрече. Формально в случае с Исландией большинство глав могут быть закрыты очень быстро, поскольку исландское законодательство (в отличие от восточноевропейских претендентов) и другие нормы давно соответствуют принятым в ЕС. Она участвует в некоторых программах Союза, например, входит в Шенгенскую зону со всеми вытекающими последствиями. Тем не менее, две проблемы считаются деликатными. Во-первых, рыболовство, поскольку Исландия, для которой этот промысел является одной из важнейших отраслей экономики, требует для себя особых условий. Эти условия находятся в противоречии с нормами ЕС. Достаточно сказать, что страна продолжает китобойный промысел, давно запрещенный в большинстве стран, включая ЕС. Во-вторых, могут возникнуть трения с правительствами Великобритании и Нидерландов. Многие подданные этих двух государств держали до кризиса часть своих сбережений в разорившемся исландском банке «Айсейв» и потеряли их. Лондон и Гаага компенсировали согражданам эти потери, а Исландия не торопится возвращать деньги британскому и голландскому правительствам. Теоретически Исландия имеет все шансы войти в состав ЕС в качестве 29-го участника, следом за Хорватией, которая, как ожидается, должна сделать это не позднее 2012 года. Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ
Тенденции & прогнозы
no image
Тенденции & прогнозы

Летняя пора дает политикам необходимую паузу, которую они могут использовать для подготовки будущих решений. Говоря простым языком, у них появляется время подумать и не торопиться. Европейским политикам есть, о чем думать. ЕС в очередной раз находится на распутье. Имеющийся механизм...

Летняя пора дает политикам необходимую паузу, которую они могут использовать для подготовки будущих решений. Говоря простым языком, у них появляется время подумать и не торопиться. Европейским политикам есть, о чем думать. ЕС в очередной раз находится на распутье. Имеющийся механизм взаимодействий, институты управления, долгосрочные цели – все, что с таким трудом строилось десятилетиями, решительно не соответствует уровню новых задач. Эти задачи поставила глобализация. С начала нового века эти проблемы, правда, оставались на уровне ожиданий, ощущений. Ясно, что рынок стал глобальным, глобальной стала и конкуренция. Не будем брать для сравнения пример Китая, что требовало бы особого разговора. Возьмем более скромную Южную Корею. Если в этой стране работники имеют 2 недели отпуска в год, и сравнительно недавно суббота еще была там рабочим днем, то это задает определенный уровень себестоимости южнокорейской продукции. Если же во Франции, например, в некоторых случаях работник может иметь до 8 недель оплачиваемого отпуска (5 недель – минимум), то это совершенно иначе сказывается на себестоимости французской продукции. У чьей продукции на глобальном рынке конкурентоспособность будет выше? Заметьте, что мы рассмотрели только один фактор… Европейские политики это давно поняли и пытались что-то сделать, частично демонтируя отдельные элементы некогда очень щедрого социального государства. В этом мало кто преуспел. Больше других – бывший канцлер Германии Герхард Шредер в самом начале столетия. В обмен на ограничение некоторых социальных достижений, позволившее удержать конкурентоспособность германского экспорта, предприниматели пообещали сохранить занятость и сдержали слово. Именно благодаря последствиям тех болезненных реформ, стоивших канцлеру и его партии поражения на очередных выборах, сейчас Германия не теряет позиций на мировых рынках, ее экспорт тянет экономику. У других политиков в странах ЕС особых успехов в социальных (точнее антисоциальных?) реформах не было. В той же Франции при нынешнем и предыдущем президентах попытки свернуть те или иные достижения в социальной сфере, ставшие финансово обременительными для экономики, встречали столь мощное противодействие в обществе, что от них, по сути, отказывались. В этом положении ЕС застиг глобальный же кризис, который со второй половины 2008 года продолжает перекраивать экономическую карту планеты. Европейцам отступать некуда. Они, как кажется, даже рады свалить все на кризис (и заодно на греков!), оправдывая принимаемые и готовящиеся мало популярные меры. Их набор и темп осуществления меняются от страны к стране, но общий курс очевиден. Наиболее ярким явлением, пожалуй, становится волна увеличения пенсионного возраста, о чем давно говорили, но не смели сделать. Однако не над этим должны ломать голову европейские политики – их нынешние действия в социальной сфере можно считать реализацией отложенных решений. Теперь надо определить, как дальше вести экономическую и политическую интеграцию и вести ли ее вообще. Эти две темы тесно переплетены и в свою очередь состоят из множества отдельных элементов. Возьмем экономику. Параметры проблемы заданы глобальным кризисом, как из него выходить? Как преодолевать трудности, возникшие вокруг евро? Пока в ЕС сталкиваются две школы. Условно их можно назвать германской и французской. Есть, конечно же, британская, но пока она остается островным явлением, как островными остаются экономические проблемы Соединенного Королевства. Немцы выступают за бюджетную строгость, за жизнь по средствам и подают пример. Им легче это сделать – Германия остается самой богатой страной в ЕС. Французы полагают, что надо продолжать стимулировать экономическое развитие, что поможет восстановлению темпов роста. У каждого есть своя правда, но кошелек держат немцы, и поэтому не следует удивляться, что Берлин в большей мере навязывает партнерам свои правила игры. Здесь тоже не все просто и линейно. Многие эксперты обращают внимание на внутреннюю противоречивость германской финансово-экономической модели. Рассуждают так. Германия и ее экономика живут за счет экспорта. Главным экспортным рынком являются страны ЕС, прежде всего, страны еврозоны. Богатая Германия вводит для себя жесткие программы экономии и бюджетные ограничения, требуя такого же подхода от партнеров. Если они на это пойдут (а они идут, вынуждены идти), то их собственный рост замедляется, не увеличиваются и финансовые возможности как рядовых потребителей товаров, так и компаний этих стран. Следовательно, сокращается платежеспособный спрос на тот же германский импорт. Круг замкнулся. Показательна в этом плане судьба французской идеи так называемого экономического правительства для стран, где имеет хождение евро, которое призвано было бы определять основные векторы общего движения. Немцы увидели в этом стремление ограничить их самостоятельность в этой области, возможность распространять германскую модель на партнеров, хотя бы на зону евро. Формально стороны договорились. Но французы предлагали этот механизм только для 16 стран зоны евро, а немцы согласились при условии, что он распространится на все 27 стран Союза. Тем самым возрастет в нем влияние Германии, снизится влияние Франции. Париж хотел видеть эту структуру со своим секретариатом, постоянно действующим, а Германия отвергла эту перспективу, заодно выдвигая предложение об исключении из зоны евро нарушителей дисциплины. В качестве примера для подражания Берлин выдвигает себя, полагая, что все должны вести себя бережливо и экономно. Париж призывает немцев одновременно стимулировать внутренний спрос, без которого окажутся под вопросом перспективы восстановления роста экономики в ЕС. Однако странное дело, эта франко-германская парочка. Кажется, все у них идет криво, да и лидеры друг друга недолюбливают, но все-таки они находят возможности для компромисса. «Франция и Германия редко занимают изначально близкие позиции, – писал недавно тонкий дипломат, бывший французский министр иностранных дел Юбер Ведрин. – Ныне разногласий многовато. Однако нет в Европе альтернативы франко-германской Антанте». В подтверждение этой оценки, летом постепенно стали просматриваться контуры этой общей позиции. Что сыграло здесь решающую роль – внутриполитические проблемы президента Франции и канцлера Германии? Как бы то ни было, Париж все же поддержал германский курс на борьбу с государственными долгами и бюджетным дефицитом. Берлин готов к совместным действиям с французами в рамках «группы 20», в том числе в области противодействия эксцессам финансовых спекуляций. Трения между руководителями двух стран и их правительствами оказались менее убийственными, нежели внутренние склоки в обеих правительственных коалициях… Неужели за лето Германия и Франция проведут работу над ошибками и осень принесет новое лидерство двух стран в ЕС, без которого это объединение, ставшее таким размытым, буксует? Андрей СЕМИРЕНКО
no image
Тенденции & прогнозы

… Дэвид Стронг рассчитывает скоро получить ученую степень магистра и затем собирается возвращаться из страны зеленого трилистника, своей исторической родины, на чужбину, в Британию, чтобы найти работу, связанную с инфраструктурными проектами в энергетике. «Ирландия еще лет 10-15 не будет заниматься...

… Дэвид Стронг рассчитывает скоро получить ученую степень магистра и затем собирается возвращаться из страны зеленого трилистника, своей исторической родины, на чужбину, в Британию, чтобы найти работу, связанную с инфраструктурными проектами в энергетике. «Ирландия еще лет 10-15 не будет заниматься своей инфраструктурой. Поэтому нужно искать те места, где есть работа», – объясняет свои мотивы молодой специалист. В 2006 году в разгар экономического бума он вернулся из соседнего королевства, чтобы «отломить свою долю» в нежданно привалившем благополучии. Хорошая жизнь дома продлилась недолго, всего год, затем, как выражается Дэвид, «всё начало проседать». Сегодня на посиделках с друзьями в пабах и в гостях размножившийся за годы преуспеяния средний класс, ныне соскальзывающий вниз по социальной лестнице, обсуждает три болевые темы: куда ведет кривая безработицы? Кто виноват? Что делать? В стране с населением 4,5 миллиона человек более 13% не имеют работы, что неудивительно – за прошлый год национальная экономика съежилась на 7,1%. Прогнозы неутешительны, завтра не будет «лучше, чем вчера», скорее будет хуже. «Нет легких способов сократить дефицит, – признает премьер-министр Брайан Коуэн. – Те, кто утверждают обратное, живут в придуманном мире». Невыдуманная статистика действительно пуще прежнего огорчает жителей страны, некогда горделиво принявшей на себя титул «кельтского тигра»: после бюджетных профицитов 2006 и 2007 годов расходы превысили в прошлом году доходы на 14,3% ВВП, так что Греция и рядом не лежала. Пришлось брать в долг, а это к концу года может привести к тому, что долговые обязательства составят 77% ВВП. Правительство спасло проблемные банки, зараженные «токсичными» невозвратными кредитами (в один только Англо-Ирландский банк влили 30 миллиардов евро), а теперь не знает, как и когда сможет выпростать голову из долговой петли. Тем более что клятвенно пообещало Евросоюзу не превратиться во вторую Грецию, а для этого планирует уменьшить дефицит до 3% к 2014 году. Надо отдать должное решимости правительства, предписавшего и экономике, и гражданам скудный рацион и жестокую диету. Бюджетникам, а среди них институтские преподаватели и больничные медсестры, урезали зарплату на одну пятую. Повысили налоги. Секвестровали расходные статьи бюджета. Словом, застегнулись на все пуговицы и затянули пояса. Экономисты, как теоретики, так и практики, поют осанну управленческой мудрости и гражданскому мужеству кабинета Коуэна, положившего свою голову на гильотину будущих парламентских выборов. Кеннет Рогофф, бывший главный экономист Международного валютного фонда, а ныне профессор в Гарварде, постулирует: «Европа зажата в тиски. Если она хочет избежать дефолта, единственный верный путь – ирландский путь». Однако самим ирландцам эта философия что пластырь для отмороженного. Дебби, державшая ранее лавку со всякой всячиной, своего рода магазин «тысячи мелочей», после обвала рынка превратила ее в съестную лавку: думала, мол, кризис кризисом, а люди есть не перестанут. Но все дело в том, что она оказалась в недобром месте в недобрый час: на территории дублинских доков, где жизнь если не замерла, то только теплится. Клиентов нет, денег нет, перспектив тоже. «Это так ужасно, – огорчается Дебби. – Живем одним днем. И не знаем, изменится ли все к лучшему». Она числится индивидуальным предпринимателем. Оказавшись у разбитого корыта, Дебби не может надеяться на помощь: ей даже пособие по безработице не полагается. Однако глава ирландского Центробанка Патрик Хонохан настроен оптимистично: через два года экономика оправится и продемонстрирует рост в три процента. Прогноз подкрепляется очевидными ссылками на то, что снизились издержки для транснациональных корпораций, этого мотора энергичного развития Ирландии в последние двадцать лет. Да, снизились тарифы на энергию, усохли зарплаты, евро обесценивается, однако одни эти факторы едва ли снова привлекут инвесторов со стороны. «Экспортно-ориентированные отрасли не создадут большого числа рабочих мест», – авторитетно заявляет Пол Даффи, вице-президент ирландского филиала западноевропейского медицинского концерна «Пфайцер». Не менее тревожно, что впервые за многие годы вернулся призрак исхода квалифицированных кадров. Снова может случиться утечка мозгов и рук. Счет отъезжающих уже идет на тысячи. Случись худшее, явление примет массовый характер, и это обескровит экономику, сделает проблематичным ее восстановление на докризисный уровень. Хотя необходимо воздать должное рассудительности и гражданской зрелости наемных работников: правительству удалось быстро договориться с профсоюзами по всем, естественно, непопулярным, но необходимым мерам по режиму экономии. Заголовок в «Нью-Йорк таймс» резюмирует происходящее: «Ирландия – высокая цена самоограничения». Автор, ознакомившись с ситуацией на месте, сообщает, что ирландцев предупредили: «будет еще больнее». Пример Ирландии – другим наука, считают многие обозреватели, в том числе от академической науки, поскольку подтверждает реальность «кризисного управления» в условиях общенациональной солидарности. Как бы то ни было, выход накопившейся фрустрации должен быть, и его находят, хотя это не принимает характер протестных действий, как в Греции. В районе Бэллиман, где в свое время прошлись бульдозером по трущобным жилищам, чтобы построить дешевое жилье, теперь гуляет ветер. На полпути к сдаче объекта деньги иссякли. И вот недостроенные бетонные коробки возвышаются как окаменевшие монстры, а на их боках красуются обидные граффити, по типу: «Добро пожаловать в ад!» Кстати, в правительстве подумывают о том, чтобы снести этот сюрреалистический некрополь и засеять площадь газонной травой. Для страны, называемой еще «зеленым островом», – идея смотрится логично. Тем не менее, находясь, по брюсовскому выражению, «под гнетом горьких бед», ирландцы не теряют присутствия духа. Нация, чья история представляет собой череду испытаний голодом, бескормицей, оккупацией, унижением, дефолтами и прочими напастями, нынешний аскетизм, пришедший на смену слегка легкомысленному расточительству, только способствует возрождению стоицизма и тонкой самоиронии. Владимир МИХЕЕВ
no image
Тенденции & прогнозы

Власти Италии начали подготовку к празднованию в будущем году 150-летия объединения страны. Однако ушатом холодной воды для многих политиков стали результаты опроса общественного мнения, показавшего, что каждый десятый итальянец считает сегодня объединение разрозненных карликовых государств на Апеннинском полуострове в единую...

Власти Италии начали подготовку к празднованию в будущем году 150-летия объединения страны. Однако ушатом холодной воды для многих политиков стали результаты опроса общественного мнения, показавшего, что каждый десятый итальянец считает сегодня объединение разрозненных карликовых государств на Апеннинском полуострове в единую страну в 1861 году серьезной ошибкой. А два министра объявили, что будут бойкотировать торжества. Более того, значительная часть избирателей полагает, что следовало бы отделить развитую северную часть Италии от «ленивой и отсталой» южной, а половина опрошенных заявила, что итальянцы не являются единым народом. В утешение политикам почти 90% респондентов признались, что гордятся своей страной, поскольку она красива, обладает богатейшим культурным наследием и великолепной кухней.
no image
Тенденции & прогнозы

В крупных странах Европы (за исключением Польши) стремительно падает потребление спиртных напитков населением. Несмотря на тяжелое экономическое положение и растущую безработицу, жители ведущих государств ЕС отнюдь не намерены, как это принято в России, «топить горе в вине». Правда, среднее потребление...

В крупных странах Европы (за исключением Польши) стремительно падает потребление спиртных напитков населением. Несмотря на тяжелое экономическое положение и растущую безработицу, жители ведущих государств ЕС отнюдь не намерены, как это принято в России, «топить горе в вине». Правда, среднее потребление алкоголя на душу населения – 9 литров в год – европейцы считают чрезмерно высоким и весьма озабочены этим. Однако сегодняшний показатель даже в таких винных странах, как Италия и Франция, примерно на треть меньше цифры 30-летней давности. Причина, как считают социологи, не только в несомненном повышении уровня культуры. Положительную роль, особенно на юге Европы, играет распространение фаст-фудов, где, в отличие от традиционных ресторанчиков, не принято пить вино за обедом, а тем более за завтраком. Эта тенденция, особенно среди молодежи, вызывает тревогу у производителей вина и пива. Правда, в Великобритании наблюдается обратный тренд: молодые британцы все больше предпочитают вино традиционному ячменному напитку. №7-8(46), 2010
no image
Тенденции & прогнозы

Германия предлагает Европе новый экономический порядок. Планы Берлина предусматривают возможность банкротства европейских государств, исключение должников из еврозоны и даже введение в кризисных государствах внешнего управления. Европейцы пока сопротивляются. Коллаж и фото: Сергей Жегло, АР «Если компания терпит банкротство, то кредиторам приходится...

Германия предлагает Европе новый экономический порядок. Планы Берлина предусматривают возможность банкротства европейских государств, исключение должников из еврозоны и даже введение в кризисных государствах внешнего управления. Европейцы пока сопротивляются. Коллаж и фото: Сергей Жегло, АР «Если компания терпит банкротство, то кредиторам приходится смириться с тем, что они теряют часть своих денег. То же самое должно происходить при банкротстве государств», – заявление министра финансов ФРГ Вольфганга Шойбле, сделанное им незадолго до визита в Брюссель на встречу министров финансов стран Евросоюза, стало очевидным началом европейского наступления немецкого кабинета министров. Европейские страны должны разработать единую для всех процедуру банкротства, в том числе принудительного, – такая позиция немецких чиновников стала серьезной заявкой Германии перед брюссельской встречей, на которой должны были обсуждаться пути стабилизации европейской экономики. К тому же она прозвучала на самом высшем уровне – в том или ином виде этот тезис повторили пресс-службы министерства финансов и администрации канцлера ФРГ. Обычное дело Все чаще и чаще немецкие экономисты повторяют, что банкротство государства – это естественный, а иногда даже желательный механизм стабилизации мировой экономики. «Процесс банкротства государств не может происходить в безвоздушном пространстве. Он всегда является лишь последней ступенью в продуманном и действенном антикризисном механизме. В рамках такого механизма подобный процесс может иметь огромный потенциал и способствовать тому, что кризисные государства будут заранее заинтересованы в том, чтобы завоевать доверие инвесторов своей надежной бюджетной политикой. Процесс банкротства государств усиливает доверие инвесторов. Они знают правила игры и могут заранее просчитать убытки от банкротства. Потому это помогает и самой затронутой кризисом стране», – сказал «Эксперту» аналитик Deutsche Bank Research Николаус Хайнен. С ним согласен и эксперт Центра европейских экономических исследований (ZEW) Михаэль Шрёдер. «В банкротстве европейских государств нет ничего необычного, ведь страны Европы – Германия, Италия, Греция – переживали банкротства в прошлом. Скорее наоборот, исключением стал недолгий период последнего времени, когда банкротства европейских стран казались немыслимыми», – говорит г-н Шрёдер. Банкротства государств действительно не являются чем-то исключительным. Речь идет не только о недавних событиях вроде российского дефолта 1998 года или аргентинского 2002 года. Всего чуть больше полувека назад, в 1949 году, самостоятельный британский доминион Ньюфаундленд пережил мощный долговой кризис. В итоге Ньюфаундленд был вынужден расстаться со своей независимостью и перейти под управление соседнего доминиона – Канады – на правах десятой провинции (основной объем долга Ньюфаундленда приходился на два канадских банка). А раньше даже великие державы спокойно продавали части своей территории, чтобы рассчитаться с долгами. Одной из самых крупных таких сделок была продажа Францией в 1803 году за 60 миллионов франков своей американской провинции Луизианы – гигантской территории, охватывающей 14 современных штатов США. Хотя история полна и других подобных примеров. Основное же отличие исторических банкротств от последней кризисной волны состоит в том, что сегодня мы имеем дело с угрозой банкротства одного из государств мощного валютного союза, объединяющего крупнейшие экономики мира. Причем одна из главных целей существования этого союза – поддержание экономической стабильности. Именно сохранение стабильности евро традиционно приводилось в качестве главного аргумента, оправдывающего экономическую помощь кризисным государствам Европы, и именно этот аргумент сегодня подвергается самой жесткой критике со стороны экономистов. «То, что Греция была спасена, равно как и перспектива спасения других стран, не поддерживает, а ослабляет евро. Евро превращается в слабую валюту, а греческая проблема размазывается по всему Евросоюзу на ближайшие десять лет. А ведь то, что инвесторы ошибаются и теряют деньги, – абсолютно нормальное явление. К сожалению, политики путают спасение страны со спасением банков, держащих облигации данной страны. При этом забывается, что после банкротства страна может восстановиться», – говорит Михаэль Шрёдер из ZEW. Экономисты предупреждают Впрочем, взгляды политиков радикально меняются на наших глазах. Это особенно отчетливо видно по резкому заявлению министра Шойбле. Речь Вольфганга Шойбле – это первый случай, когда высокопоставленный немецкий политик (и ближайший соратник канцлера Ангелы Меркель, полностью разделяющий ее взгляды на европейскую политическую и финансовую архитектуру) во всеуслышание объявил, что банкротство европейских государств ничем по своей сути не отличается от банкротства компаний. Еще совсем недавно такие мысли были для немецких политиков табу. То, что сегодня эти резкие высказывания исходят именно от министра финансов Германии, чье ведомство непосредственно ответственно за участие страны в «защитном зонтике» европейского стабилизационного фонда объемом 750 миллиардов евро (120 миллиардов из которых – взнос Германии), лишь подчеркивает смену вектора немецкой европейской экономической политики. Когда призыв воспринять банкротства европейских стран как обычное дело исходит из уст главного казначея Германии (а не, допустим, вице-канцлера Гидо Вестервелле, играющего в правительстве роль анфан-террибля и экстравагантного неолиберала), это становится отчетливым сигналом: немцы действительно готовы закрутить для соседей по Европе вентили солидарного финансирования. Степень серьезности немцев, которая выразилась в заявлении немецкого Минфина о кардинальном реформировании европейской финансово-политической архитектуры, стала по-настоящему очевидна лишь недавно. 18 июня на страницах авторитетнейшей немецкой газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung (FAZ) четверо именитых экономистов – глава Ммюнхенского экономического института Ifo Ханс-Вернер Зинн, глава Института Макса Планка по изучению общественных благ Мартин Хелльвег, председатель экспертного экономического совета федерального правительства Германии Вольфганг Франц, а также оксфордский профессор Клеменс Фюст – обратились к правительству ФРГ с открытым письмом. В нем они в самых резких выражениях потребовали пересмотреть подход к европейской экономической политике. По мнению экономистов, корнем проблем еврозоны стал доступ периферийных экономик к дешевым кредитам, оказавшийся возможным после их перехода на евро. Если в 1995 году периферийные экономики размещали государственные облигации по ставкам, превышающим ставки по немецким бумагам на 2,6 процентных пунктов, то после введения евро эта разница практически исчезла. Периферийные экономики получили, таким образом, широкий доступ к незаслуженно дешевым кредитам. Поток денег, обрушившийся на эти страны, вызвал не столько экономический рост, сколько надувание пузырей, прежде всего на рынке недвижимости. Сегодня этот пузырь лопается, а усилия развитых экономик ЕС по спасению кризисных стран не дают рынку оздоровиться. «Мы – убежденные европейцы и приветствуем дальнейшую интеграцию Евросоюза. Но мы твердо убеждены, что европейская модель потерпит неудачу, если мы не сможем повысить личную ответственность стран Европы, – написали экономисты в своем письме. – В ходе спасения европейскими странами Греции и, возможно, других европейских стран от банкротства была отменена норма Маастрихтского договора, запрещающая бейл-аут. До того момента, как пакеты помощи закончат свое действие, политики должны выработать работающую концепцию будущих фискально-политических правил для Европы. Эта концепция должна содержать два элемента: более жесткие политические ограничения долгов и прежде всего процедуру банкротства для государств. Процедура банкротства служит не только борьбе с будущими кризисами. Она способствует тому, чтобы государства-члены держали под контролем свою задолженность, а игроки финансовых рынков проявляли большую осторожность». Угроза банкротства должна стать сдерживающим фактором как для правительств, так и для инвесторов. В качестве последнего средства против должников авторы письма к правительству ФРГ предлагают ввести процедуру исключения страны из еврозоны простым большинством голосов стран – участников валютного союза. По мнению подписавшихся экономистов, в случае отказа от реформы европейцев неминуемо ожидают новые финансовые, а затем и политические потрясения. В первую очередь они будут связаны с главным на сегодня экономическим и политическим актором Евросоюза – Германией. «Немецкое население не станет и дальше терпеть безграничную поддержку (своим правительством. – “Эксперт”) других стран. Режим, обязывающий Германию нести на себе долги других государств, закладывает взрывчатку под евро, если не под саму европейскую интеграцию», – констатировала четверка экономистов. То, что обычно крайне сдержанные аналитики посчитали возможным нарисовать самую пугающую из всех возможных перспектив, ранее рассматривавшуюся лишь маргинальными публицистами, показывает всю серьезность трансформации, происходящей в Германии и Европе в целом. Недовольное тяготами солидарности немецкое население ставит крест на евроинтеграции – к такому повороту событий объединенная Европа вплотную подошла этой весной. Небольшая стрижка Фото: AP Пессимистичный прогноз экономистов уже было начал сбываться. 9 мая в самой густонаселенной федеральной земле Германии, Северном Рейне – Вестфалии, прошли выборы в местный парламент, по итогам которых власть в регионе перешла от консервативно-либеральной коалиции ХДС–СвДП к союзу социал-демократов и «зеленых». Таким образом, правящая на федеральном уровне коалиция ХДС/ХСС–СвДП, возглавляемая Ангелой Меркель, потеряла большинство в бундесрате – палате земель, критически важной для утверждения законов, принятых бундестагом. Более того, впервые в истории ФРГ вице-спикером парламента западной федеральной земли стала представительница партии «Левые» – радикальной партии, прямой наследницы и правопреемницы СЕПГ – правящей партии ГДР. Фактически стал сбываться октябрьский прогноз той же FAZ, предупреждавшей, что «в кризисы по Европе начинают бродить всякие призраки». Очевидно, что такой результат выборов в Северном Рейне – Вестфалии стал возможен во многом потому, что всего за два дня до них немецкое правительство одобрило выделение Греции помощи объемом более 8 миллиардов евро. Избиратели восприняли такое решение правящей коалиции как настоящую пощечину. Ангелу Меркель, приехавшую в сильно затронутый экономическим кризисом город Вупперталь, дабы поддержать Юргена Рюттгерса – действующего премьера Северного Рейна – Вестфалии, – собравшиеся на площади избиратели просто освистали, чуть не заставив ее сойти с трибуны. Немецкие телеканалы показывали, как любая попытка Меркель сказать хоть слово немедленно прерывалась криками и свистом собравшихся. А на лице канцлера играли желваки, и выражение беспомощности сменялось гримасой ярости. Сегодня очевидно, что исход выборов в Северном Рейне – Вестфалии, определенный не только в Берлине, но и в Афинах, вполне может стать лишь прологом для еще более напряженного внутринемецкого конфликта. Оплеуха, полученная честолюбивой Ангелой Меркель от возмущенных избирателей Северного Рейна – Вестфалии, очевидно, оказалась последним аргументом, убедившим ее в необходимости пересмотреть взгляды на экономические взаимоотношения стран Евросоюза. Неудивительно, что тезисы, предложенные на страницах FAZ именитыми экономистами, нашли горячую поддержку у канцлера и ее правительства. Итогом этой смены европейской парадигмы Меркель стал разработанный Минфином документ, предполагающий создание для государств еврозоны двухступенчатого сценария банкротства. В случае, если некое европейское государство начинает испытывать проблемы с обслуживанием своего долга, в действие вступает первая, мягкая, ступень плана. Она предусматривает так называемую стрижку – в рамках процедуры держатели долговых бумаг кризисной страны отказываются от части стоимости этих бумаг, облегчая таким образом долговое бремя государства. В концепции, текст которой попал в руки журналистов «Шпигеля», особо подчеркивается, что «частный сектор должен быть включен в процесс (проведения банкротства – “Эксперт”), чтобы финансовое бремя не ложилось на одних лишь налогоплательщиков», – очевидный реверанс в сторону избирателей из Вупперталя. Размеры «стрижки», от которой пострадают инвесторы, устанавливаются заранее и едины для бумаг любых европейских стран – таким образом, инвесторы могут оценить свои риски еще на этапе покупки бумаг. Если обслуживание долга невозможно и после «стрижки», начинается вторая фаза плана. Для ее реализации предлагается создать независимую организацию – в планах немецкого Минфина она фигурирует под названием Берлинский клуб. Новый порядок В отличие от Парижского клуба, сосредоточенного на решении проблем внешнего госдолга самых разных стран мира и взаимосвязи долговой проблемы с развитием, Берлинский клуб должен заниматься вопросами финансовой стабильности в Европе. Клуб будет включать в себя страны ЕС, а возможно, еще и представителей «большой двадцатки». Его бюджет должен формироваться из взносов европейских государств-участников, а также финансовых игроков. Именно за счет этих денег Берлинский клуб возьмет на себя выплаты части госдолга, оставшейся после «стрижки». В обмен на помощь по погашению долга Берлинский клуб делегирует в банкротящееся государство кризисного менеджера или группу менеджеров, «знакомых с региональными особенностями», – фактически переведет страну под внешнее экономическое управление. Именно последние два элемента немецкого плана – создание новой организации, претендующей на звание независимого европейского арбитра, но при этом четко привязанной уже одним своим названием к немецкой столице, а также возможность назначения этой организацией внешнего управляющего в любую страну – вызвали наибольшее отторжение у государств, отчетливо примеряющих на себя роль скорого объекта разрабатываемой в Берлине процедуры банкротства. Неудивительно, что в Брюсселе немецкий проект встретил жесткое противодействие соседей по Европе. Председатель рабочей группы и президент Европейского совета Херман ван Ромпей добился, что рассмотрение плана реформы было отложено как минимум до октября. И с явным намерением обсуждать осенью не радикальный немецкий план, а более мягкие варианты. Не увенчалась успехом и попытка немецкой делегации провести хотя бы часть своих предложений по ужесточению мер в отношении стран, грубо нарушающих Маастрихтский договор. Например, лишать страны-должники голоса в совете министров или ввести систему автоматических штрафов за нарушение бюджетной дисциплины (пока что для каждого такого штрафа нужно отдельное решение европейских властей). Между тем нынешнее тактическое поражение немцев вряд ли означает, что финансовая архитектура Евросоюза сохранится в прежнем виде. Идея реформирования отношений внутри ЕС прочно захватила умы не только немецкой элиты. Необходимость реформ витает в воздухе. Уже в сентябре Евросоюзу предстоит осуществить второй стабилизационный транш поддержки экономики Греции. Параллельно вполне может возникнуть необходимость поддерживать и другие страны, например Португалию, чей рейтинг агентство Moody's понизило сразу на два пункта. Если расходы на спасение кризисных экономик будут расти, то правительство Германии, до сих пор являющееся главным спонсором программ поддержки кризисных государств, может получить мощный аргумент для защиты своей позиции. «Пока кризисная страна не просит помощи, она может делать, что считает нужным. Но как только она заявляет, что ей нужно помочь деньгами, тут уже кредиторы должны иметь право ставить условия. Такой организацией, диктующей условия, может стать валютный фонд или еще какой-то независимый фонд, но условия должны ставиться», – сказал в разговоре с «Экспертом» аналитик Института мировой экономики университета Киля (IfW) Хеннинг Клодт. По его мнению, «валютный союз находится на пороге трансформации. Европейский Центробанк уже нарушил правила, продолжая выкупать ненадежные гособлигации. Правила еврозоны оказались правилами для хорошей погоды. Они развалились при первом шторме. Теперь нужно создать новые. Нам нужны правила, четко описывающие процедуру банкротства страны, являющейся членом валютного союза. Процедура банкротства страны еврозоны необходима в первую очередь для защиты других стран, стран со здоровой экономикой, а не для защиты страны-банкрота». Новое немецкое видение европейской экономики фактически означает создание куда более жесткой и прагматичной европейской экономической модели. Разделение евроэкономики на лидеров и аутсайдеров, давно произошедшее в реальности, может быть впервые закреплено формально. Как и любая реформа, это изменение статус-кво одновременно и придаст европейскому развитию новые импульсы, и поставит крест на ряде сторон европейской интеграции – в первую очередь на идее европейского равенства. Очевидно одно: нынешний расклад сил, нестабильный и вызывающий неудобство для большинства европейских лидеров, будет изменен. По немецкому или по иному сценарию. Сергей СУМЛЕННЫЙ, собственный корреспондент журнала «Эксперт» в Германии Берлин №7-8(46), 2010
no image
Саммит

Подготовка к встрече на высшем уровне – любой, вне зависимости от ранга сторон – всегда идет в бешеном темпе. Аврал следует за авралом. Но вот встреча проходит, и, как ни странно, наступает затишье. Все как будто успокаивается. До следующего раза....

Подготовка к встрече на высшем уровне – любой, вне зависимости от ранга сторон – всегда идет в бешеном темпе. Аврал следует за авралом. Но вот встреча проходит, и, как ни странно, наступает затишье. Все как будто успокаивается. До следующего раза. Вроде бы, все должно быть до наоборот. Когда как не после нее, браться за работу, засучив рукава. Однако нет. Наступает пора заслуженного отдыха. Получится ли все также как всегда и после саммита Россия-ЕС в Ростове-на-Дону, большой вопрос. Поживем – увидим. А пока время подводить промежуточные итоги. Этому был посвящен, в частности, 15-й Форум Россия-ЕС на тему «Взаимность в партнерстве для модернизации Россия-ЕС», организованный Германским советом по внешней политике в сотрудничестве с российскими и французскими мозговыми центрами. С учетом предстоявшего бельгийского председательства в Европейском Союзе, его было решено провести в Брюсселе. Он состоялся 15 июня при большом стечении народа в самом сердце европейской столицы, в знаменитой библиотеке Сольвей. На него съехались представители официальных кругов и многие известные эксперты из России и других европейских стран. Но повышенный ажиотаж объяснялся, прежде всего, тем, что среди его участников был заявлен бывший президент Польши Александр Квасьневский. В целом позитивный баланс С обзором повестки дня саммита и полученных на нем результатов выступили замдиректора Департамента общеевропейского сотрудничества МИД России Михаил Евдокимов, сотрудник Генерального директората Европейской Комиссии по внешним связям Свен-Олоф Карлссон и представитель Германии в Комитете ЕС по политике и безопасности Ганс-Дитер Лукас. М.Н. Евдокимов дал широкую панораму тем, обсуждавшихся на встрече в верхах. Среди них фигурировали вопросы выхода из нынешнего мирового экономического кризиса и преодоления его последствий, важнейшие глобальные проблемы, все узловые моменты двусторонних отношений. О саммите он говорил спокойно, уверенно, взвешенно. Чувствовалось, что для него это далеко не первая встреча такого уровня, и ему есть, с чем сравнивать. Российский дипломат предложил в целом позитивную оценку результатов, полученных на саммите. Он упомянул совпадение позиций между лидерами России и ЕС по широкой повестке мировой политики, подписание соглашения о защите секретной информации, запуск двусторонней инициативы «Партнерство для модернизации». Дал краткую характеристику новаторских элементов в отношениях между Москвой и Брюсселем. Акцентировал новый формат саммита. К его относительным неудачам он отнес в основном лишь тупик на переговорах о введении безвизового режима. Представитель ЕС попытался поставить встречу в несколько более широкий международный контекст. Сразу же после нее президент России Дмитрий Медведев провел успешные переговоры с канцлером Германии. В Турции состоялась широко разрекламированная встреча лидеров ближневосточных государств. Далее в насыщенной программе международных мероприятий на высшем уровне стояли встреча Г-20 в Торонто и многие другие. Саммит в Ростове-на-Дону вписался в нее очень удачно. Он дал возможность сверить часы, согласовать позиции в преддверии принятия важных политических решений. На саммите обсуждались узловые вопросы международной повестки и двусторонних отношений. Лидеры России и ЕС, как подчеркнул многоопытный чиновник, не только оперативно отреагировали на последние события в развитии международной ситуации, пробежались по глобальным проблемам, требующим приоритетного внимания, но и внесли существенный вклад в конструирование отношений стратегического партнерства. Этот вклад заключался, прежде всего, в запуске инициативы «Партнерство для модернизации». С одной стороны, это очень перспективная концепция. С другой стороны, она идет в развитие того, что уже делается в рамках реализации дорожных карт построения общих пространств. Особо им было выделено то, что ее обязательным элементом, как видится из Брюсселя, должно стать утверждение правового государства в России. Несколько в другом ключе, не прибегая к дипломатическим изыскам, построил свое выступление высокопоставленный представитель Германии. Он нарисовал мрачную картину стагнации и экономической разрухи в России. Объяснил, насколько насущной является для нас политика модернизации. Подчеркнул, что помощи в модернизации, если исключить ЕС и США, Москве ждать неоткуда. В традиционных для западного истеблишмента терминах заключил, что сердцевиной модернизации, конечно же, нужно сделать утверждение верховенства закона, укрепление правовых установлений, развитие гражданского общества. Особенно много германский дипломат говорил о необходимости в наращивании усилий, о придании двусторонним и многосторонним отношениям большей эффективности. По его мнению, после саммита чрезвычайно важно было бы сразу, без раскачки приступить к насыщению инициативы «Партнерство для модернизации» конкретным содержанием. Берлин непременно будет этого добиваться. Всем нужен быстрый и осязаемый практический успех. И по одну сторону границы, и по другую. Но добиться его будет не так просто. В отношениях между Россией и ЕС накопился большой взрывной материал. Камнем преткновения служат Южная Осетия и Абхазия. Есть и другие проблемы, которые Москве и Брюсселю видятся по-разному. И все же в последнее время наметилась позитивная динамика. Подписано долгожданное соглашение с США по ограничению и сокращению стратегических наступательных вооружений. Неплохо развивается сотрудничество в области кризисного регулирования. Новые перспективы откроет формализация взаимодействия в этой области – на саммите было объявлено о том, что стороны приступают к работе над соответствующим соглашением. К наиболее перспективным направлениям сотрудничества в кризисном регулировании Ганс-Дитер Лукас, в частности, отнес поиски урегулирования Приднестровской проблемы. Этим, по его мнению, в первую очередь мог бы заняться Комитет РФ-ЕС, с совместной инициативой создания которого спустя какое-то время выступили министры иностранных дел Германии, Польши, России и Франции. Среди центральных проблем европейской политики он назвал также углубление диалога по европейской архитектуре безопасности. Сначала предложение Д.А. Медведева было встречено без энтузиазма. К тому же оно страдало некоторой недосказанностью. Однако теперь заложенный в нем большой потенциал начинает появляться все в большей степени. Эти обзорные комментарии послужили неплохим вступлением к общей дискуссии. Ее начала директор Центра европейских политических исследований ИМЭМО Надежда Арбатова. Как она отметила, саммит в Ростове-на-Дону, может быть, и не принес ощутимых результатов, но был по-настоящему многообещающим. Он прошел в совершенно иной международной обстановке. Реализуется политика перезагрузки в отношениях между Россией и США. Новая динамика заметна в политической жизни России. По-новому воспринимают потребность в сотрудничестве Москва и Брюссель. Это наложило на встречу в верхах вполне ощутимый отпечаток. Саммит показал: возможностей для сотрудничества между Россией и ЕС сейчас больше. Условия для него лучше. Среди других суждений, прозвучавших в ходе дискуссии, обратила на себя внимание интерпретация инициативы «Партнерство для модернизации», предложенная директором Европейского учебного института при МГИМО М.Л. Энтиным. По его мнению, ей изначально дали не совсем точное и верное истолкование. Она подается Брюсселем и западным экспертным сообществом как разработанная в помощь России, как направленная на ее модернизацию. В действительности она призвана служить прогрессу как России, так и Европейского Союза и его государств-членов. Ведь они нуждаются в модернизации, в приспособлении к требованиям времени, повышении наукоемкости производства и сферы услуг и наращивании конкурентоспособности ничуть не в меньшей степени. Недаром столь большое место на саммите заняли разъяснения со стороны Хермана ван Ромпея и Мануэля Баррозу того, что ЕС предпринимает для спасения зоны евро и отдельных экономик, зашатавшихся под тяжестью суверенных долгов. К тому же достаточно беспристрастно проанализировать содержание инициативы, упоминаемые в ней приоритеты, предложенный инструментарий ее реализации для того, чтобы убедиться: в ней кровно заинтересованы обе стороны. Наиболее характерный пример – планируемое присоединение России в качестве ассоциированного члена к семилетней рамочной программе ЕС в области исследований и коммерциализации полученных результатов. Естественно, что оно даст отдачу для всех участников, а не только российских. ЕС и государства-члены от присоединения России получат не меньше, если не больше. На пользу бизнесу Вторая секция Форума была построена по аналогичному сценарию. Сначала в дискуссионном стиле выступили докладчики, выставленные устроителями. Потом завязалось свободное обсуждение. Представители ОАО «Газпром» и энергетической компании «Вингаз» соответственно Сергей Комлев и Герхард Кёниг затронули, скорее, частные проблемы. Возглавляющий Институт современного развития Игорь Юргенс и Лючио де Суза из Генерального директората Европейской Комиссии по экономическим и финансовым вопросам постарались дать несколько более широкую панораму. Сергей Комлев говорил в основном о том, что политики России и ЕС, властные органы обеих сторон должны вести себя в области энергетики намного более ответственно. Потенциал взаимовыгодного сотрудничества очень велик. Но он разбазаривается. Европейский Союза и его исполнительный орган – Европейская Комиссия, оперируя абстракциями о чрезмерной зависимости от России, проводят деструктивную и дискриминационную политику. Она бьет по интересам хозяйствующих субъектов, действующих на любых из затрагиваемых рынков. Возлагает на бизнес совершенно излишние расходы. Ложится на его плечи непосильным бременем. В итоге подрывает конкурентоспособность и отдельных компаний, и всех национальных экономик. Брюссель во многом виноват в том, какую форму принял конфликт по вопросам транзита между Россией и ЕС. Если бы не отстраненная позиция Брюсселя, он был бы задушен уже в зародыше. Ведь Украина и ЕС обязаны были придерживаться положений Договора к Энергетической Хартии. Если даже на секунду отвлечься от императивности соблюдения двусторонних межгосударственных договоров и коммерческих контрактов. О них даже не вспомнили. Сейчас будет уточняться многосторонняя правовая база сотрудничества в энергетической сфере. Переговоры одновременно могут вестись сразу по нескольким трекам – об этом шла речь на саммите. Важно, чтобы Москва и Брюссель и в первую голову Брюссель вновь не упустили открывающиеся возможности. В отличие от предыдущего оратора выступление Г. Кёнига было выдержано в сугубо мажорном тоне. Он рассказал о том, как его компания успешно действует на рынке. Привел конкретные цифры. Объяснил, в чем причина успеха этого совместного проекта российского и немецкого бизнеса. Несмотря на все препятствия и не слишком благоприятную правовую, политическую и административную среду. И подвел всех к выводу о том, что имеющемуся примеру могут следовать все желающие. Ничего эксклюзивного в нем нет. И. Юргенс предложил посмотреть на условия хозяйствования российских фирм в ЕС и еэсовских фирм в России в более широкой перспективе. Развитие отношений между Россией и ЕС идет неровно. В нем четко прослеживается цикличность. Медовый месяц сменяется разочарованием. Взаимными претензиями и замораживанием связей. Потом отношения нормализуются… И все повторяется сначала. Хотелось бы, подытожил руководитель Института современной политики, чтобы на этот раз Москва и Брюссель вырвались из порочного круга. Инициатива «Партнерство для модернизации» дает на это надежды. В России для того, чтобы переломить ситуацию, предпринимаются конкретные меры. Шаг за шагом ликвидируются административные препятствия, мешающие отечественному и иностранному бизнесу. Сокращаются сроки прохождения бумаг на реализацию больших экономических проектов. От властей республик и областей требуют создания благоприятного инвестиционного климата. Упрощается таможенный режим, а вслед за ним и налоговое администрирование. Таможенный союз с Казахстаном и Белоруссией призван привести не к усложнению, а к упрощению ведения бизнеса, причем на гораздо более емком рынке. Наводится порядок в подключении новых производств к энергетическим сетям. Плата за подключение будет включаться в тарифы. Все станет на порядок прозрачнее. Намного проще будет получать разрешения на работу в России. Европейским бизнесом эта мера оценивается сугубо позитивно. Хотя надо будет, конечно, проследить за надлежащей имплементацией принятых нормативных решений. Все эти меры, суммировал И. Юргенс, создают неплохие или, по крайней мере, более благоприятные условия для ведения бизнеса. В качестве же того, что российским и иностранным компаниям нужно делать на практике, он привел несколько конкретных примеров, которые могли бы служить ориентиром. В их числе – подписание концессионного соглашения между РЖД и фирмами из ЕС о строительстве новой скоростной магистрали Хельсинки-СПб-Москва, проект чистый Дон и некоторые другие. Эти и подобные им пилотные проекты российский политик призвал тиражировать. Главное, по его мнению, – чтобы был результат. Чтобы его могли почувствовать простые люди. Чтобы постепенно создавалась основа для более конструктивных отношений между Россией, ЕС и его государствами-членами. Москва готова к тому, чтобы идти именно таким путем. К тому чтобы добиваться этого на практике. Идеология инициативы «Партнерство для модернизации» в том и заключается. Лючио де Суза попробовал взглянуть на отношения между Россией и ЕС с макроэкономических позиций. Оснований для этого более чем достаточно. Последний пример – при подготовке набора мер по спасению Греции и в ходе их осуществления, а равно и всего финансово-экономического пакета по стабилизации зоны евро эмиссары Европейского Союза на регулярной основе «честно и тщательно» объясняли Министерству финансов и Центральному банку России, как и что делается. В ЕС понимали, что за пределами еврозоны в России сконцентрированы крупнейшие авуары в евро. Запасы евро в России выше, нежели бюджеты 6 из 27 членов ЕС. В Россию из ЕС и в ЕС из России идут колоссальные капиталы. Но это позитив. Есть и негатив. В расчете на одного жителя или единицу продукции Россия получает из ЕС очень мало инвестиций. В Россию вкладывается меньше денег, чем из нее уходит. Рейтинг России по показателю благоприятного инвестиционного климата – один из самых низких в мире. По всем оценкам, конкурентоспособность российской экономики на протяжении всего последнего десятилетия неуклонно снижалась. Москва утрачивала свои естественные преимущества. Даже по сравнению с другими странами СНГ. Не говоря уже о Китае или Бразилии. То же касается структуры национальной экономики. Хотя не стоит сгущать краски и рисовать картину в одних только мрачных тонах. По каким-то аспектам ситуация улучшается. Это касается, например, снижения налогового бремени. Есть подвижки и в других областях. Как бы то ни было, по целому ряду причин в Брюсселе поменяли административные параметры управления отношениями с Россией. Ими теперь занимаются другие подразделения Европейской Комиссии, чем раньше. Из отдела экофина по СНГ Россия переведена в ведение отдела по Г-20. В Брюсселе решили также пристальнее следить за развитием экономических связей между Москвой и Пекином. Здесь приняли к сведению, что за последние пять лет объем продаж товаров, поступающих в Россию из Китая, увеличился в те же пять раз. Представленные доклады вызвали оживленную дискуссию. Повышенное внимание ее участники обратили на растущую взаимозависимость России и ЕС, причем не только в энергетической области. Они солидаризировалась с выводами о важности совершенствования правовой базы отношений между Москвой и Брюсселем. Поддержали призыв воспользоваться вновь открывшимся «окном возможностей» и «ренессансом» в отношениях между Россией, ЕС и его государствами-членами для того, чтобы закрепить позитивные тенденции, наметившиеся в глобальной политике. Амплитуда высказываний была очень большая – от выставления счетов Европейскому Союзу за неспособность преодолеть односторонность и предвзятость своих подходов к взаимодействию с Россией до увещеваний превратить Россию во второе плечо, на которое бы, наряду с Соединенными Штатами, ЕС мог бы опереться. Но в основном главенствовали взвешенные оценки. Что убедительно подтвердила почти часовая речь бывшего Президента Польши. На благо всех А. Квасьневский выступал ярко и убедительно. Чувствовалось: он предельно искренен. Он верит в то, о чем говорит. В хорошие перспективы развития отношений между Россией и Польшей, Россией и ЕС. В возможность реализации благоприятного сценария развития событий на европейском континенте. Речь выдающегося польского политика была тщательно продумана. Обстоятельна. Хорошо структурирована. Каждая высказанная им мысль подробно обосновывалась. Иллюстрировалась многочисленными примерами, подтверждающими ее достоверность. В тезисном виде сказанное им сводилось в основном к следующему. За истекшие 20 лет Европа прошла большой путь. Она сильно изменилась. Очень эволюционировала. Но Россией и странами Центральной и Восточной Европы пройденный путь и характер изменений оцениваются совершенно по-разному. Сейчас общий политический климат на континенте гораздо лучше, чем он был еще несколько лет назад. Появилась реальная возможность перевернуть страничку историю и приступить к написанию новой, которая бы отвечала интересам и чаяниям всех народов. Поменялись и общие рамки международных отношений. Несущими опорами нарождающегося нового миропорядка все в большей степени становятся Китай, Индия, Бразилия и Россия. Все громче заявляют о себе и некоторые другие игроки. Взаимозависимость государств существенно возросла. Она приобрела невиданный ранее характер. Но ею надо управлять. Управлять грамотно и умело. Принимая во внимание продолжающуюся научно-техническую революцию. Будущее мира – за процессами интеграции. У них нет альтернативы. Они должны возобладать над процессами дезинтеграции. Крупный вклад в позитивное развитие событий способны внести Россия и ЕС. От того, как будут складываться их взаимоотношения, многое зависит. В долгосрочной перспективе они станут намного ближе. Объективно в этом заинтересованы и они сами, и внешние силы. Рассматривать Россию в качестве независимого центра силы было бы неверно. Она не является самодостаточной. Последние события, похоже, Москву в этом убедили. Выбор в пользу сближения с ЕС является для нее оптимальным. По целому ряду оснований. Конкурирующие политические и экономические проекты вряд ли кого-либо могут устроить. В 2010 году наметилась многообещающая динамика. Как в политическом развитии России, так и в ее взаимоотношениях с ЕС и его государствами-членами. Колоссальным позитивным потенциалом обладает постановка вопроса о модернизации страны. Она давно назрела. Выдвижение целей модернизации открывает принципиально новые перспективы. Важно, чтобы модернизация носила системный характер. Чтобы она затрагивала самые разнообразные стороны жизни общества. И в этом плане интересы Россия и ЕС могли бы совпадать. В том, что касается экономического развития, Россия нуждается в современных технологиях, развитии передовых отраслей, реструктуризации. ЕС – в российском рынке. В том, что касается политического развития, Россия нуждается в укреплении гражданского общества и демократизации. Все предпосылки для решения подобных задач у нее имеются. И высокая культура. И образованное население. Но потребуется время. ЕС должен быть терпеливым. Одних лишь увещеваний о том, что без них модернизация не пойдет, будет недостаточно. В том, что касается обеспечения господства права, эту задачу тоже надо вписывать в долгосрочную перспективу. Нужны не только доводка и совершенствование действующего законодательства. Потребуются неустанные усилия по искоренению правового нигилизма. Такого рода комплексную модернизацию Брюссель обязан всемерно поддерживать. Он должен сделать все, что в его силах, для того, чтобы она состоялась. Это проект на 5–10 ближайших лет. Если он будет реализован, Европейскому Союзу надо вести дело к глубокому сближению с новой Россией. Своеобразным мостиком к такому будущему может послужить деполитизированное партнерство и сотрудничество в энергетической сфере. Предложив свое видение оптимального сценария развития ситуации в евро-атлантическом регионе и развития отношений между Россией и ЕС, А. Квасьневский перешел к анализу других сюжетов. Сначала его выступление оставило острое ощущение неудовлетворенности и недосказанности. Это ощущение лишь в небольшой степени было связано со стандартной реакцией на извечное желание соседей нас учить и объяснять, что нам нужно делать. Более важным показалось то, что бывший Президент Польши поставил точку в своем сценарии будущего слишком рано. Ну, хорошо. Все это будет сделано. В той или иной степени. А во имя чего? Что дальше? Как сближение будет оформлено? В чем оно будет выражаться? Как изменится Европейский Союз? Какие встречные шаги будут им предприняты? Какую политическую карту евро-атлантического пространства мы получим? Однако по прошествии какого-то времени подумалось, а, может, ответы на все эти вопросы нужно продумать нам самим. Наши партнеры ничего серьезного предложить просто не в состоянии. Может, пора обнародовать свое видение их решения и выступить с соответствующими концепциями и инициативами. Жизнь сама подскажет, насколько они реалистичны. А пока нужно просто двигаться по избранному пути – по пути модернизации, и от общих слов переходить к конкретным делам. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России
no image
Проблема

Половина сосчитанных в Британии лиц «без определенного места жительства» предпочитает обитать в Лондоне. Их всего-то 4000 (три года назад эта социальная группа насчитывала 2500 человек), причем каждый четвертый своей исторической родиной назовет одну из 10 стран Центральной или Восточной Европы,...

Половина сосчитанных в Британии лиц «без определенного места жительства» предпочитает обитать в Лондоне. Их всего-то 4000 (три года назад эта социальная группа насчитывала 2500 человек), причем каждый четвертый своей исторической родиной назовет одну из 10 стран Центральной или Восточной Европы, принятых в Европейский Союз в 2004 году. Мигранты с востока континента, пишет столичная «Гардиан», стали основным источником пополнения этой категории жителей после того, как экономика вошла в штопор и выдавила ставшие ненужными излишки рабочих рук. Роман Мачиевский, 39-летний санитар из госпиталя в Познани, перебрался на берега Темзы год назад, перебивался случайным заработком, а теперь вынужден христарадничать. Надо сказать, что попрошайничать у Романа получается: «За несколько часов с протянутой рукой можно насобирать на булку». Дотошные бритты подсчитали: за час можно сколотить сумму около одного фунта стерлингов. Спит Роман под брезентовым тентом прямо на берегу могучей реки и, будучи склонным, видимо, к философскому взгляду на жизнь, находит в том утешение: «У меня квартира на открытом воздухе с видом на Темзу. К тому же в Польше климат посуровее». Как рассказывает глава благотворительной организации «Броудвэй» Говард Синклер, кто-то из бомжей нового призыва ночует на ступеньках церкви, обследует контейнеры с мусором у городских рынков или собирает отходы. Жизнь у них не сахар. «Позор, что такое творится в Лондоне в XXI веке». Коренные островитяне испытывают к этому интернационалу бомжей смешанные чувства. Одни подозревают, что они перетягивают одеяло на себя, выцарапывая средства из социальных фондов, складывающихся из налоговых поступлений. Но это заблуждение: мигранты, не проработавшие одного года в Британии, не имеют право на что-либо претендовать. К тому же эти пособия довольно скромные. Как заметил польский депутат Европарламента Кшиштоф Лысек, помогающий бездомным соотечественникам на Британских островах, если бы они во главу угла ставили социальные льготы, то «предпочли бы страны Северной Европы». Власти используют законные способы избавиться от малопривлекательных квартирантов. С июня 2007 года правительство оплатило дорогу в один конец, на восток, более 1000 новобританских бомжей. Климат суровее, но там всё же дом. А как иначе лондонскому мэру Борису Джонсону выполнить свое лихое обещание очистить Лондон от бомжей к 2013 году? Между тем, сообщает «Гардиан», для тех, кто навсегда становится невольным любителем ночевки под открытым небом, перспектива грустная: их средняя продолжительность жизни не превышает 42 лет. Вадим ВИХРОВ
no image
Проблема

Призрак Косово бродит по Пиренейскому полуострову Такое наваждение не могло возникнуть даже в самом кошмарном сне испанского премьера Хосе Луиса Родригеса Сапатеро, последовательного сторонника «единой и неделимой» отчизны. Полтора миллиона горячих каталонских жителей вышли в едином протестном порыве на улицы...

Призрак Косово бродит по Пиренейскому полуострову Такое наваждение не могло возникнуть даже в самом кошмарном сне испанского премьера Хосе Луиса Родригеса Сапатеро, последовательного сторонника «единой и неделимой» отчизны. Полтора миллиона горячих каталонских жителей вышли в едином протестном порыве на улицы Барселоны 10 июля, чтобы выразить свое гневное «фи» в связи с решением Конституционного суда об автономном статуте Каталонии. Суд прикрутил фитиль разгоравшегося наиболее активно в последнее десятилетие сепаратистского энтузиазма каталонцев – ради сохранения единства нации. В сухом остатке оказалась, во-первых, отмена 14 статей в статусе расширенной автономии, полученной Каталонией после референдума в 2006 году (одобрено большинством – 75% граждан провинции проголосовали тогда «за»), а во-вторых, более строгое толкование 27 положений этого документа. Ключевой момент: каталонцы могут рассматривать себя как «нацию» в культурно-историческом измерении, но не в юридическом плане. Суд дал свое определение этой спорной ситуации: «Конституция не признает иной нации, кроме испанской». При этом каталонский не может иметь приоритет перед кастильским диалектом испанского языка. Тем самым судьи признали обоснованность иска, поступившего к ним от оппозиционной «Народной партии». А заодно и утверждений критиков, что наделение Каталонии особыми привилегиями (статус полу-автономии в 1979 году и статус расширенной автономии в 2006 году) было равносильно «скрытой конституционной реформе» и даже существованию в стране «параллельной конституции». Выходит, что противники дальнейшей федерализации (можно назвать это и «балканизацией») Испании одержали маленькую, но многозначительную победу. Едва ли такой вывод уместен. Манифестанты, а в их рядах оказался каждый шестой житель Каталонии, шли с говорящими, вернее, кричащими лозунгами: «Мы – нация, и мы принимаем решения» и «Мы не испанцы, мы – каталонцы». Под этими программными установками подписались активисты 500 организаций: от политических партий, контролирующих девять десятых местного парламента, до профсоюзов. Никто из этих легальных структур не ставит сверхзадачу – выйти из состава королевства и добиться такой степени автономности, что это будет сродни формулировке старой советской конституции – «вплоть до отделения». Каталонские автономизаторы – не чета боевикам террористической организации басков ЭТА. У них иные цели и другие методы, хотя находятся свои радикалы. В толпе на улице Пасео-де-Грасиа были заметны провокационные плакаты со словами «Прощай, Испания». Некий студент сказал корреспонденту Агентства Франс Пресс: «Эта демонстрация – начало получения независимости для нашей страны (Каталонии)». Объяснение дню гнева прозвучало в устах Риты Марсоа, руководительницы общественного движения Каталонии Omnium Cultural, выступившего в роли координатора этого массового улично-площадного действа: «Решение суда для нас оскорбительно само по себе, поскольку оно игнорирует волю народа, высказанную в свое время на референдуме, ставит какой-то государственный институт и его мнение выше воли и решения целого народа». Обратимся к хронологии сепаратистских потуг в нулевые годы нашего века. В ноябре 2002 года бывший депутат парламента (Кортесов) Франсеск Сану в доходчивых образах представил большую каталонскую мечту: «Мы чувствуем себя отвергнутыми, подвергнутыми ограничениям, забытыми, подчас униженными, а потому очень и очень разочарованными. Почему мы не можем иметь автомобильные номера с буквой «К», обозначающей наш регион, как это принято у немцев, итальянцев и других? Почему у нас не может быть собственной команды, как в Уэльсе или Шотландии? Почему мы не можем сами посылать команду на Олимпийские игры, как это делает Палестинская автономия?» Все претензии, легко заметить, касаются сугубо вопроса об идентификации каталонцев, закрепления за ними «лица необщего выражения», подтверждения в различных символах их «самости». Ряд политиков, например, бывший глава автономии Жорди Пужоль, утверждают, что «борьба» за признание Каталонии особой частью Испании ведется уже три столетия. Наибольший успех случился после обретения широкой автономии, означавшей пересмотр системы налогообложения: Каталония получила право распоряжаться собираемыми местными налогами и половиной налогов, предназначенных для общегосударственного бюджета. Заодно каталонские власти смогли оперативно распоряжаться инфраструктурой, в частности, воздушными гаванями и морскими портами. В декабре 2009-го Антони Кастеллс, министр финансов в правительстве Каталонии, сообщил, что по итогам года перераспределение финансовых потоков, закрепленное новым статусом, обернется дополнительными доходами в размере двух миллиардов евро. Не забудем, что Каталония одна из самых зажиточных провинций, в ней создается более четверти ВВП страны. Похоже, что команда Сапатеро сумела нейтрализовать многих потенциальных сепаратистов, согласившись на то, чтобы Каталония продолжала процветать на фоне бедных областей по принципу «деньги – к деньгам». Остается проблема самоидентификации, в частности, через сохранение и распространение языка. Примечательно, что четыре пятых населения Каталонии знает и пользуется в повседневном обиходе каталанским, а не испанским. Иммигрантам, прибывающим сюда из других районов страны, а также из Северной Африки, местное правительство предоставляет шанс выучить каталанский на курсах, причем бесплатно. Хочешь учить испанский – пожалуйста, но тогда плати сам. Чувству национальной гордости великокаталонцев потрафляет и отсвет гения Антонио Гауди (мюзикл на сюжет о жизни архитектурного фантазера поют на каталанском), и футбольный клуб «Барселона», называемый здесь каталонской армией без оружия. Из фотохроники барселонской манифестации печатные и интернет-издания выбрали для иллюстрации плакат с написанным почему-то на английском языке (в расчете на внешнюю аудиторию?) прогнозе-предостережении: «Каталония – следующая страна Европы». Следующая – после Косово. Кстати, недавно Европейская Комиссия призвала ряд стран сообщества более не медлить с дипломатическим признанием этой «второй Албании». Сомнительно, что аналогичные призывы ЕК прозвучат в том случае, если в перспективе Каталония не удовлетворится нынешним статусом и начнет рвать постромки, чтобы устроить на Пасео-де-Грасиа парад суверенитета с элементами карнавала. Уже сегодня можно быть уверенными, что полтора миллиона человек, как минимум, не пожелают пропустить такое событие. Владимир МИХЕЕВ
no image
Проблема

Тот, кто живет в ЕС и по нескольку раз в неделю ест рыбу, оказывается, поступает неправильно. Во всяком случае, именно такой вывод следует из доклада двух авторитетных организаций – «Нью экономикс фаундэйшн» и «Пью энвайронмент групп». Согласно проведенным расчетам, граждане...

Тот, кто живет в ЕС и по нескольку раз в неделю ест рыбу, оказывается, поступает неправильно. Во всяком случае, именно такой вывод следует из доклада двух авторитетных организаций – «Нью экономикс фаундэйшн» и «Пью энвайронмент групп». Согласно проведенным расчетам, граждане Европейского Союза едят рыбы ровно вдвое больше, чем того заслуживают. «Рыболовный флот ЕС кружит по всему миру в поисках улова, – говорит Майк Уокер, представляющий «Пью энвайронмент групп». – Это приводит к своего рода экологической задолженности граждан Союза. Вот поэтому-то и надо принципиально и основательно реформировать рыболовное право ЕС и поставить дело так, чтобы эта отрасль жила по средствам». Действительно, существование рыболовецкого флота стран ЕС все больше и больше зависит от того, сколько рыбы будет поймано за границами Старого Света. Эта тенденция все больше усугубляется. «В принципе, мы отнимаем рыбу у других. Но особенно драматично то, что и мировые запасы при этом в значительной степени истощены», – уверяет М.Уокер. Оспорить эту позицию непросто. Действительно, рыбный рынок стран ЕС – самый крупный в мире и заинтересован в импорте из развивающихся стран. Это приводит к тому, что и там все чаще очень сильно истребляют свои запасы, эксплуатируя их сверх всяких возможностей. Добавьте сюда еще и призывы медиков – сколь бы обоснованны они ни были – есть поменьше мяса и налегать на рыбу. Все это дополнительно повышает и без того немаленький спрос на ценный пищевой продукт. Вот почему, по мнению М.Уокера, европейцам уже давно пора было нажать на тормоз и потреблять рыбы не больше, чем составляет объем ее воспроизводства в экономической зоне ЕС. Иначе даже самые радикальные меры могут непоправимо запоздать. Эксперт считает, что только после этого обитатели Старого Света смогут с чистой совестью покупать в супермаркетах излюбленные рыбные деликатесы, не терзая себя мыслями о том, что этот кусок вырван у кого-то изо рта. Вот только много ли найдется в Европе желающих последовать этому прекраснодушному совету?
no image
Проблема

Генетически модифицированные растения, в частности пшеницу, активно рекламировали и рекламируют как средство спасения человечества от неминуемого голода. Однако что же выходит при столкновении красивых обещаний с реальностью? Вот какие данные получили исследователи из Цюрихского университета. В идеальных, то бишь тепличных условиях...

Генетически модифицированные растения, в частности пшеницу, активно рекламировали и рекламируют как средство спасения человечества от неминуемого голода. Однако что же выходит при столкновении красивых обещаний с реальностью? Вот какие данные получили исследователи из Цюрихского университета. В идеальных, то бишь тепличных условиях генетически модифицированная пшеница демонстрирует хорошие приросты и даже активно противостоит грибковым заболеваниям. Здорово? Возможно, но как будут обстоять дела в открытом грунте? Оказывается, совсем не так радужно… Тут она продемонстрировала куда более скверные результаты, оказавшись сильно подверженной заболеванию спорыньей. А в результате урожаи оказались ниже на 50%! Эксперты указывают на проблему, являющуюся общей для всех генетически модифицированных растений: при попадании в стрессовые условия они испытывают сильнейшие нарушения обмена веществ со всеми вытекающими последствиями. Как правило, весьма печальными. Вот почему Кристоф Тен, руководитель «Тестбиотеха» – института, занимающегося независимым изучением последствий применения генной инженерии – уверен, что «безответственно так поспешно рекомендовать генетически модифицированные растения для выращивания в открытом грунте». «Мы требуем, чтобы прежде чем это будет сделано, были проведены серии так называемых стрессовых тестов. Мы до сих пор не имеем представления о том, как поведут себя эти растения в изменчивой ситуации естественного произрастания. Они вполне могут оказаться совершенно нестабильными», – говорит он. Андрей ГОРЮХИН
no image
Проблема

Водород сейчас считается горючим будущего. Он есть в достатке, экологически безопасен, поскольку при горении образует пары воды, словом – преимуществ у него и в самом деле немало. Но, увы, есть и недостатки, причем серьезные. Самый легкий из химических элементов обладает...

Водород сейчас считается горючим будущего. Он есть в достатке, экологически безопасен, поскольку при горении образует пары воды, словом – преимуществ у него и в самом деле немало. Но, увы, есть и недостатки, причем серьезные. Самый легкий из химических элементов обладает способностью увеличивать хрупкость металлов. И поэтому изготовленные из них детали двигателя могут отказать в самый неожиданный момент. Вот почему исследователи из фрайбургского Института материаловедения занялись пристальным изучением этого свойства водорода. Один из этих ученых – Николас Винцер – с самого начала разочаровывает оптимистов: решить эту задачу не удастся, скорее всего, никогда. Можно вести речь только о том, чтобы возможно более полно контролировать увеличение хрупкости. Кстати говоря, проблема эта затрагивает не только автостроителей, она встает и в других отраслях. Н.Винцер считает, что уже сейчас есть возможность с помощью лабораторного оборудования определить, в каких местах той или иной детали и сколько именно накапливается водорода. Таким образом, можно определить своего рода зоны риска, что особенно важно для движущихся частей механизмов и тех элементов, которые работают под повышенной нагрузкой, в условиях высокой температуры и давления. Затем полученные данные обсчитываются с помощью компьютерных моделей, что позволяет выяснить, какие именно металлы и сплавы более всего подходят для работы в контакте с водородом.
no image
Ситуация

Патентное дело в рамках Евросоюза нужно упростить и тем самым сэкономить, убежден Мишель Барнье, член Европейской Комиссии, ответственный за функционирование внутреннего рынка. По его предложению, все делопроизводство в связи с патентованием открытий, инноваций и рационализаторских предложений следует вести на одном...

Патентное дело в рамках Евросоюза нужно упростить и тем самым сэкономить, убежден Мишель Барнье, член Европейской Комиссии, ответственный за функционирование внутреннего рынка. По его предложению, все делопроизводство в связи с патентованием открытий, инноваций и рационализаторских предложений следует вести на одном из трех языков – английском, французском или немецком. Это позволит уйти от неуютного сравнения с Соединенными Штатами, где аналогичная процедура обходится компаниям или частным лицам в 10 раз дешевле. Сейчас патентное бюро сообщества, расположенное в Мюнхене, вынуждено переводить тексты почти на все языки стран, входящих в ЕС. Наиболее ретиво относятся к таким документам в Испании и Италии: на чужом языке бумаги не примут, что дает работу местным юристам-консультантам и нотариальным конторам. По этой причине авторы патентуют свои изобретения только в ограниченном числе государств Европы. Тема обсуждается уже три десятка лет, а воз и ныне там. Появились и радикальные предложения, как например, у профессора Брюссельского свободного университета Бруно ван Поттелсберге: свести всю канцелярию к одному-единственному языку, а именно – к английскому. «Нет смысла дублировать на французском и немецком, все равно никто это не будет никогда читать, а если и будет, то очень нечасто», – говорит профессор. Цена вопроса? При переводе текстов с техническими терминами гонорар переводчику за одну страницу может доходить до 85 евро. Отсюда и общая стоимость подтверждения патента в 13 странах ЕС: 20 тысяч евро. Для начинающих инновационных компаний и общественных организаций это внушительная сумма. Но в случае принятия правительствами 27 стран Евросоюза пакета предложений Мишеля Барнье о трех обязательных языках на этом ценнике будет стоять другая, скромная цифра: 6200 евро. Вадим ВИХРОВ
no image
Страна-председатель

Двенадцатое по счету полугодовое председательство Бельгии в Европейском Союзе, стартовавшее 1 июля, станет, несомненно, самым сложным для этой страны. Мало того что она приняла бразды правления во время самого тяжелого финансово-экономического кризиса в Европе за последние 60 лет, это произошло в период,...

Двенадцатое по счету полугодовое председательство Бельгии в Европейском Союзе, стартовавшее 1 июля, станет, несомненно, самым сложным для этой страны. Мало того что она приняла бразды правления во время самого тяжелого финансово-экономического кризиса в Европе за последние 60 лет, это произошло в период, когда в Бельгии действует временное правительство, которое должно смениться в октябре – в середине председательского мандата Брюсселя в ЕС. Ситуация во многом напоминает крайне неудачное председательство Чехии в первом квартале прошлого года, когда в Праге разразился правительственный кризис, и эта страна практически лишилась влияния на ход европейских событий. Не повторится ли теперь подобный сценарий? В Бельгии политическая нестабильность вызвана, как об этом неоднократно рассказывала «Вся Европа.ru», обострением противоречий между франкоязычной Валлонией и говорящей по-голландски Фландрией. Правда, одним из объединяющих эту страну факторов служит как раз приверженность большинства жителей королевства проекту дальнейшего единения Европы. Однако не только это должно облегчить Бельгии исполнение нелегкой роли председателя «двадцати семи» в соответствии с принципом шестимесячной ротации. Согласно Лиссабонскому договору, вступившему в силу в декабре 2009 года, учрежден пост фактического президента ЕС, и первым его занял именно бельгиец Херман ван Ромпей. Этот опытный политик, бывший премьер-министр Бельгии, рулит Евросоюзом, а страна-председатель теперь служит скорее вторым пилотом, нежели командиром экипажа, как было раньше. Это впервые продемонстрировало председательство предшествовавшей Бельгии Испании: поначалу Мадрид рьяно взялся за исполнение своей роли, однако обострившиеся домашние проблемы привели к тому, что испанские руководители с явным облегчением фактически переложили лидерство на плечи Х. ван Ромпея и главы дипломатии ЕС Кэтрин Эштон. По оценке одного из депутатов Европейского Парламента, «отныне роль председателя ЕС, назначаемого в ротационном порядке, фактически сводится к поиску компромиссов в отношении досье, решение по которым зависит в равной мере от Европарламента и Европейского Совета». Как бы то ни было, бельгийцам все-таки придется заниматься многими незавершенными общеевропейскими досье. Главные из них – попытка восстановления экономической стабильности в ЕС и ускорение создания условий для регулирования финансового рынка, завершение формирования общеевропейской дипломатической службы, выполнение основных пунктов Стокгольмской программы, предусматривающей образование европейского пространства безопасности и юстиции, а также подготовка ЕС к международной конференции по глобальному климатическому изменению, которая состоится в декабре в Канкуне (Мексика). Брюсселю предстоит также провести саммиты ЕС с Россией, Украиной, Индией, Китаем, Южной Кореей и Африкой, организовать встречу с президентом США Бараком Обамой. Игорь ЧЕРНЫШОВ Руководители «Тройки» – предыдущего полугодового председателя Евросоюза (Испании), действующего (Бельгия) и следующего (Венгрия) договорились совместными усилиями прививать жителям стран ЕС интерес к интеграционным процессам в Европе. Это вызвано низким уровнем участия избирателей в недавних общеевропейских выборах. Представители трех стран разработали «дорожную карту» мероприятий, направленных на пробуждение интереса к ЕС и ознакомление с теми возможностями, которые созданы для простых граждан в Большой Европе. Вопрос в том, приведет ли «дорожная карта» к активизации избирателей, остается открытым до следующего голосования. Кстати Бельгийцы заживут гораздо счастливее, если страна будет разделена не на две части, что почти неизбежно, а на четыре самостоятельных региона в составе федерации, уверен председатель парламента Немецкоязычного сообщества Бельгии Карл-Хайнц Ламберц. По его словам, немецкоязычная община в Валлонском округе страны, образующая 0,7% населения Бельгии, тоже стремится получить больше полномочий.
no image
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ

Европейский союз пересматривает свои отношения с теми соседними странами, с которыми он граничит на востоке и юге. «Зеленый свет» подобной политике был дан на последней перед летними каникулами встрече министров иностранных дел стран-членов Евросоюза, которая состоялась в конце июля. Новый...

Европейский союз пересматривает свои отношения с теми соседними странами, с которыми он граничит на востоке и юге. «Зеленый свет» подобной политике был дан на последней перед летними каникулами встрече министров иностранных дел стран-членов Евросоюза, которая состоялась в конце июля. Новый курс впервые будет осуществляться в рамках всестороннего исследования параметров, определяющих политику «соседства» Евросоюза. Эта концепция была принята в 2004 году с целью продвижения экономической интеграции и сотрудничества в политической сфере с шестью странами к востоку от ЕС – Арменией, Азербайджаном, Беларусью, Грузией, Молдавией и Украиной, а также десятью странами Южного Средиземноморья. В рамках исследования будут учтены произошедшие за последние шесть лет изменения, в том числе принятие Декларации пражского саммита по вопросам Восточного Партнерства в мае 2009 года – почти год спустя после создания Средиземноморского Союза в июле 2008 года. Идея последнего всячески продвигалась Швецией и Польшей с целью углубить двусторонние отношения и укрепить многосторонние договорные отношения между ЕС и шестью соседними странами на востоке. Решение о начале исследования было принято всего через несколько дней после того, как в середине июля Еврокомиссия начала вести переговоры по соглашению об ассоциации с Арменией, Азербайджаном и Грузией. Также во внимание будет принято влияние, оказываемое новым Лиссабонским договором, которое, в свою очередь, после создания новой должности Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности и европейского дипкорпуса, поспособствовало тому, что внешняя политика Союза стала более стабильной и последовательной. Одновременно в договоре особо подчеркивается важность соседских контактов между Евросоюзом и его партнерами. Статья 8 обязывает Союз развивать особые отношения с соседними странами «с целью создания территории процветания и хорошего добрососедства». В то же время приступивший к исполнению своих обязанностей в начале этого года новый состав Еврокомиссии сейчас завершает организационный период и разрабатывает приоритетные направления политики на ближайшие четыре года. Штефан Фюле, Комиссар ЕС, отвечающий за политику соседства, сыграет основную роль в этом исследовании, а учитывая его прошлый опыт и знание русского языка, вероятнее всего он будет уделять особое внимание шести странам к востоку от ЕС. Он будет действовать под политическим руководством Кэтрин Эштон, Верховного представителя ЕС, с кем он и его офис наладили крепкие и конструктивные рабочие отношения. Разработка исследования займет остаток года, а любое расширение существующей политики должно быть поддержано правительствами стран-членов ЕС. Намеренно были расширены и полномочия баронессы Эштон и Комиссии благодаря выданному министрами иностранных дел мандату. На основании доклада Комиссии о прогрессе, который был выпущен в мае, они обратились с просьбой «обдумать вопрос будущей интеграции Европейской политики соседства (ЕПС) и провести консультации внутри Евросоюза и со странами-партнерами ЕПС, учитывая всестороннее обсуждение в Совете, намеченное на первую половину 2011 года». Майский доклад Комиссии подтверждает, что в сфере отношений ЕС и его ближайших соседей произошел очевидный прогресс. В докладе отмечается, что увеличилась интенсивность политических контактов, а также их уровень; вдвое выросли объемы торговли – это способствовало стабилизации процесса либерализации и регулятивному сближению стран-партнеров с ЕС; кроме того, на треть вырос объем помощи Союза, оказываемой им партнерам в рамках проведения реформ. Однако в докладе также сделан вывод о том, что «еще многое остается сделать для того, чтобы достичь целей ЕПС – общей стабильности, безопасности и благосостояния». В рамках партнерской программы соседства Евросоюз работает над серьезными и содержательными соглашениями о свободной торговле со странами-партнерами, в то время как они приводят свои стандарты в соответствие со стандартами ЕС; вводят законодательные нормы ЕС, регулирующие международный рынок и постепенно интегрируют свои экономики в экономику Западной Европы. В рамках этой политики также проводится постепенное упрощение визового режима, принимаются меры по решению проблемы нелегальной иммиграции, продвигаются нормы демократии и хорошего управления, поощряется налаживание контактов между людьми, усиливается энергетическая безопасность и защита окружающей среды, оказывается поддержка экономическому и социальному развитию. Так как Европарламент не признает легитимность выборов в Белоруссии, в настоящее время заблокирован вопрос формирования парламентской ассамблеи Восточного Партнерства, которая должна была состоять из представителей 27 стран-членов ЕС и шести государств, включенных в программу Восточное партнерство. Но между представителями гражданского общества постепенно налаживаются контакты, а на конференции в Берлине в ноябре будут приняты рекомендации в отношении дальнейшего развития партнерства. Евросоюз рассматривает способы вовлечения России в участие в некоторых начинаниях Восточного Партнерства, хотя любое решение о вовлечении третьих сторон в рамках определенных мероприятий требует единогласного одобрения со стороны 27 представителей ЕС и шести стран-партнеров, а это является потенциальной проблемой. Как бы то ни было, осенью чиновники решат, как претворить в жизнь два предложения – одно практическое, другое – политическое. Первое – академическая инициатива контактов между школами и преподавателями. Это программа Евросоюза, истоки которой датируются 2002 годом. На встрече, намеченной на начало сентября, станет понятно, насколько России интересно участвовать в схеме, которая привязывает школы к различным странам-членам ЕС и странам Восточного Партнерства (необязательно ко всем). Вторая инициатива основана на предложении поляков сформировать группу друзей Восточного Партнерства. Чиновники высшего звена изучат эту идею на встрече, которая состоится в конце сентября в Брюсселе. Это может привести к вовлечению еще большего количества крупных игроков в регионе, таких как США, Россия, Турция, МВФ и ЕБРР. Данное предложение не ставит под собой цель поспособствовать чрезмерному вмешательству извне, наоборот, – улучшить обмен информацией, чем занята каждая сторона в регионе, скоординировать донорскую деятельность, дабы избежать дублирования и расширить контакты с соседями. Одной из главных тем обсуждения в рамках этого процесса будет вопрос о том, какие страны, не являющиеся членами партнерства, должны быть вовлечены в проводимые мероприятия. Также может оказываться давление с целью разделения политики на два направления с потенциальным разделением планов мероприятий отдельно для восточных и южных соседей Союза, хотя последствия подобного шага абсолютно неясны. Без сомнения, усилия будут предприниматься по увеличению объемов финансирования со стороны ЕС, чтобы поддержать реформы, проводимые в соседних с восточной стороны странах, этот процесс может занять от 20 до 25 лет. Это неизбежно приведет к столкновению с ужесточением бюджетной политики, грозящему ЕС и всем правительствам. © Рори УОТСОН, свободный журналист, специализирующийся на вопросах ЕС, базирующийся в Брюсселе * Первоначально статья опубликована Центром «ЕС-Россия» (Брюссель) 06.08.2010: http://eu-russiacentre.ru/our-publications/column/evrosoyuz-akcentiruet-vnimanie-na-otnosheniyax-so-svoimi-vostochnymi-i-yuzhnymi-sosedyami.html
no image
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ

European Union is reassessing relations with neighbouring countries on its eastern and southern borders. The green light to do so was given by EU foreign ministers at the end of July at their last meeting before the summer recess. The...

European Union is reassessing relations with neighbouring countries on its eastern and southern borders. The green light to do so was given by EU foreign ministers at the end of July at their last meeting before the summer recess. The exercise will be the first in depth re-examination of what is termed the European Neighbourhood Policy (ENP) since it was launched in 2004 as a way to promote economic integration and political association with the six countries – Armenia, Azerbaijan, Belarus, Georgia, Moldova and Ukraine – on the EU’s eastern borders and ten along the Mediterranean. The exercise will focus on the developments which have taken place over the past six years. These include the launch of the Eastern Partnership in Prague in May 2009, almost a year after the creation of the Union for the Mediterranean in July 2008. The former was strongly promoted by Sweden and Poland to deepen bilateral relations and strengthen multilateral contractual relations between the EU and its Six Eastern neighbours. The assessment comes just days after the European Commission began association agreement negotiations in mid-July with Armenia, Azerbaijan and Georgia. It will also take into consideration the impact of the new Lisbon Treaty which, through the creation of the new post of High Representative for Foreign and Security Policy and an external diplomatic corps for the EU, provides greater continuity and stability in Union foreign policy. At the same time, the treaty specifically recognises the importance of these neighbourly contacts between the EU and its partners. Its Article 8 commits the Union to the development of a special relationship with neighbouring countries “aiming at establishing an area of prosperity and good neighbourliness”. It also comes at a time when the new European Commission is ending its running-in period since taking up office at the beginning of the year and is developing its policy priorities for the next four years. Štefan Füle, the European Commissioner for Enlargement and Neighbourhood Policy, will pay a key role in the exercise, and, given his background and command of Russian, is likely to pay particular attention to the six countries on the EU’s eastern border. He will do so under the overall political authority of Cathy Ashton, the High Representative, with whom he and his staff are developing a solid and constructive working relationship. The reflection exercise is likely to take the best part of a year and any extension of the existing policy will need to be endorsed by EU governments. The mandate EU foreign ministers gave Baroness Ashton and the Commission is deliberately broad. On the basis of the progress report the Commission produced in May, they are asked “to initiate a reflection on the future implementation of the ENP and conduct consultations to this end inside the Union and the ENP partners, in view of a comprehensive discussion by the Council in the first half of 2011”. The Commission’s report from May confirms that clearly visible progress is being made in relations between the EU and its immediate neighbours. It notes that political contacts have increased in profile and intensity, that trade has risen at double digit rates, aided by a steady process of liberalisation and regulatory convergence between the EU and its partners and that Union aid to help its partners with their reforms has increased by almost one third. Yet, at the same time, it concludes that “much remains to be done if the ENP’s goals of shared stability, security and prosperity are to be achieved”. Under the neighbourhood partnership programme, the EU is working towards deep and comprehensive free trade agreements with its partners as they align their standards with the Union’s, implement the EU’s wide range of internal market legislation and gradually integrate their economies with Western Europe’s. The policy also includes gradual visa liberalisation, measures to tackle illegal immigration, promotion of democracy and good governance, encouragement for people to people contacts, strengthened energy security and environmental protection and support for economic and social development. The creation of a parliamentary assembly with representatives from the EU-27 and the Six, as envisaged by the Eastern Partnership, is currently blocked because the European Parliament does not recognise the validity of the elections in Belarus. But contacts between civil society are being forged and a conference in Berlin in November will adopt recommendations on ways in which the partnership can be further developed. The EU is looking at ways to include Russia in some of the Eastern Partnership initiatives, although any decision to involve third countries in particular activities requires the unanimous approval of the EU-27 and the Six – a potentially daunting obstacle. After the summer, however, officials will examine how to turn two proposals – one practical, the other political – into reality. The first is an academic e-twinning initiative between schools and teachers – an EU programme that dates back to 2002. A meeting in early September will determine how much interest there is in Russia in participating in a scheme that links schools to different, but not necessarily all, EU and Eastern Partnership members. The second is based on a Polish suggestion to create a group of friends for the Eastern Partnership. The idea will be explored at a meeting of senior officials in Brussels at the end of September and could lead to greater involvement of the major players in the region, such as the US, Russia, Turkey, the International Monetary Fund and the European Bank for Reconstruction and Development. The initiative is not intended to facilitate undue outside interference, but to improve the exchange of information on what each party does in the region, to coordination donor activity to avoid duplication and increase neighbourly contacts. The extent to which countries which are not members of the neighbourhood policy should be involved in its activities will be one of the many themes considered during the review process. There may also be pressure to split the policy into two with potentially separate agendas for the Union’s eastern and southern neighbours, although the consequences of such a move are still far from clear. There will undoubtedly be efforts in some quarters to increase EU funding to support the reforms its Eastern neighbours are making, particularly as the process could last up to 20 or 25 years. However, these will inevitably run up against the budgetary constraints the EU and all governments are facing. © Rory WATSON, Brussels-based freelance journalist specialising in EU affairs * First published 05.08.2010 by the “EU-Russia Centre” at: http://www.eu-russiacentre.org/our-publications/column/eu-focuses-eastern-southern-neighbours.html
no image
Без перевода

A few weeks ago the foreign ministers from the member states of the Eastern Partnership have met in Sopot, Poland, to discuss the future of the Eastern Partnership. Exactly one year after the establishment of the Eastern Partnership, a Polish-Swedish...

A few weeks ago the foreign ministers from the member states of the Eastern Partnership have met in Sopot, Poland, to discuss the future of the Eastern Partnership. Exactly one year after the establishment of the Eastern Partnership, a Polish-Swedish proposaladopted as an EU strategy on 28 May 2009 during the EU-summit in Prague, the ministers opened the Eastern Partnership for supporters from other countries founding "the Group of Friends". What does this mean for the Eastern Partnership? The purpose of the Eastern Partnership was to redefine relations between the enlarged EU and its eastern neighbouring states in conceptual terms. The war in Georgia broke out in August 2008 whilst the strategy was still being formulated, and this changedthe whole framework of the EU's Eastern Policy. In January 2009 Russia interrupted gas deliveries to Ukraine, which led inexorably to a freeze in relations with the EU. The latter reacted by adopting the Eastern Partnership at the summit in Prague. However,a year later the situation has changed completely, and relations with Russia are improving steadily, albeit rather slowly. In Ukraine there were democratic presidential elections, and a few months after the elections the new incumbent concluded a treaty with Russia which will lead to greater links with the Russian Federation. There do not seem to be measures in the offing in any of the other neighbouring states, with the exception of Moldova, which seem to point to a greater degree of interaction with the EU. Underthese circumstances it is legitimate. Полный текст в формате PDF
no image
Без перевода

Вступление Программа «Jean Monnet Action», названная в честь одного из отцов-основателей Европейских Сообществ, была создана Европейской Комиссией в 1989 г. для признания заслуг, поощрения и объединения ученых, посвящающих всю свою деятельность исследованиям и преподаванию различных измерений европейской интеграции. На настоящий момент более...

Вступление Программа «Jean Monnet Action», названная в честь одного из отцов-основателей Европейских Сообществ, была создана Европейской Комиссией в 1989 г. для признания заслуг, поощрения и объединения ученых, посвящающих всю свою деятельность исследованиям и преподаванию различных измерений европейской интеграции. На настоящий момент более 3500 проектов по программе реализуется в 62 странах земного шара, в них участвуют более 1500 ученых из 740 университетов, выигравших конкурс на присвоение их деятельности «знака качества» им. Жана Монне. В рамках программы возможна подача нескольких видов заявок: на присвоение статуса Европейского центра качественного образования («European Centre of Excellence»), статуса кафедры им. Жана Монне («Jean Monnet Chair») и кафедры им. Жана Монне ad personam («Ad personam Jean Monnet Chair»), а также на проведение Европейского модуля («European Module»). Программа также может финансировать совместные исследовательские и образовательные проекты профессоров из нескольких вузов, информационно-образовательные мероприятия (многосторонние исследовательские группы, ассоциации преподавателей и ученых, конференции и семинары). Статус «European Centre of Excellence» может быть присвоен виртуальной междисциплинарной университетской структуре, объединяющей ученых и преподавателей, занимающихся разными аспектами европейской интеграции. Статус «Jean Monnet Chair» – ученому и преподавателю, посвящающему всю свою работу исследованиям и преподаванию тех или иных измерений европейской интеграции (права, экономики, политики, истории и т.д.), грант закрепляется за университетом и может переходить от одного профессора к другому в течение трехлетнего срока действия программы. Статус «Ad personam Jean Monnet Chair» может быть присвоен лично ученому и преподавателю, после окончания действия программы «Jean Monnet Chair». «European Module» – это программа одного короткого ежегодного учебного курса по любым аспектам европейской интеграции для определенной целевой группы. В презентации Директора департамента образовательных программ Агентства ЕС по образованию и культуре Ральфа Радерса речь идет о месте программы им. Жана Монне среди сходных образовательных проектов ЕС, бюджете всей программы и ее отдельных направлений, детально раскрываются критерии, которым должны отвечать заявка, а также приоритеты, на которые ориентируется оценочная комиссия при отборе проектов. Презентация в формате PowerPoint (англ. яз.) Presentation “Jean Monnet Programme” Foreword The Jean Monnet Programme named after Jean Monnet, one of the ‘architects' of the European Union, was launched in 1989 with the aim of facilitating the introduction of European integration studies in universities by means of start-up subsidies. The actions supported under Jean Monnet programme shall be aimed at stimulating excellence in teaching, research, reflection and debate in European integration studies in higher education institutions within and outside the Community as well as at organising high level reflection on current issues in European integration such as conferences and working groups among professors, policy makers, civil society representatives. The Jean Monnet Programme is now present in 62 countries throughout the world and more than 740 universities offer Jean Monnet courses as part of their curricula.  The Jean Monnet Programme brings together a network of 1,500 professors, reaching audiences of 250,000 students every year. The types of actions covered by the Programme are Jean Monnet Chairs , Centres of Excellence and Modules, focusing on teaching activities and support for Associations of Professors and Researchers, for Information and Research Activities relating to European integration and for Multilateral Research Groups. Jean Monnet Centre of Excellence is a clearly labelled multi-disciplinary structure pooling scientific, human and documentary resources for European integration studies and research within one or more universities. Jean Monnet Chair – is a symbolic term corresponding to a full-time teaching post with a specialization in European integration studies. “Ad personam” Jean Monnet Chairs are teaching and research posts with a specialization in European integration studies, reserved for former Jean Monnet Chair holders with evidence of high-level international teaching and/or professors with a distinguished background as former high-level practitioners in the field of European integration. European Module is a short programme of European integration study. The Power Point presentation provided by the Head of Unit Mr. Ralf Rahders covers place and structure of the Jean Monnet Programme, main types of the actions supported under the Programme and their funding, as well as award and eligibility criteria. Презентация в формате PowerPoint (англ. яз.)
no image
Ситуация

Нет, это не ремейк знаменитого фильма Хичкока. Летом, в самом центре Берлина, на Александерплац, агрессивно настроенные вороны принялись нападать на прохожих. Два участка обширной площади сотрудникам природоохранного ведомства даже пришлось закрыть для прохода, чтобы мирно гуляющие берлинцы и гости германской...

Нет, это не ремейк знаменитого фильма Хичкока. Летом, в самом центре Берлина, на Александерплац, агрессивно настроенные вороны принялись нападать на прохожих. Два участка обширной площади сотрудникам природоохранного ведомства даже пришлось закрыть для прохода, чтобы мирно гуляющие берлинцы и гости германской столицы не стали жертвами неспровоцированных нападений. Похожая ситуация повторилась и около станции городской электрички на Фридрихштрассе. В чем причина агрессии? Эксперты пояснили, что пернатые инстинктивно защищают свое потомство до тех пор, пока оно не станет на крыло. При этом атакуют все, что движется в зоне, которую они считают закрытой для всех прочих, кроме своей родни. К тому же проблемы создает и то, что «летающие волки» расплодились в Берлине сверх всякой меры: их сейчас в городе насчитывается от 5 до 6 тысяч. Причем, феномен этот отнюдь не исключительный: обильное питание создает для пернатых комфортные условия жизни почти во всех больших городах Германии. А селиться эти птицы предпочитают в непосредственной близости от мест кормежки. То есть там, где много туристов, прохожих и прочих праздношатающихся, которые то и дело перекусывают чем-нибудь на ходу, щедро жертвуя остатки пернатым. И вороны отлично умеют заграбастать даже то, что им совершенно не предназначалось. Мудрено ли, что этим птицам жизнь в городах весьма нравится? Где еще можно так легко раздобыть хлеб насущный! Даже если это не собственно хлеб, а кожура от сосисок, крошки вафель или остатки мороженого. А ведь зачастую перепадает и кое-что посущественней. Как говорится, для пикника вполне достаточно. Ну а уж застолье в мусорном контейнере можно смело приравнивать к посещению ресторана. Вот почему специалисты советуют не бросать объедки в открытые урны, а стараться получше упаковывать их и препровождать в закрытые баки, где воронам труднее поживиться ими. Тем более что остатки человеческих пиршеств привлекают не только пернатых, но и еще менее желательных нахлебников – городских крыс. Относительно численности их поголовья существует эмпирическое правило: длиннохвостых в городе обычно живет вдвое больше, чем людей. И значит, Берлин может считаться домом для 8,5 миллионов крыс…
no image
Ситуация

Перечень новейших болезней технического века, кажется, пополнился еще одной хворью. Во всяком случае, британская исследовательница Дженни Кэррол не сомневается, что открыла причину заболевания, вызывающего у пациентов слуховые галлюцинации, развивающего комплекс неполноценности, а в итоге приводящего даже к разрушению личности. Причем,...

Перечень новейших болезней технического века, кажется, пополнился еще одной хворью. Во всяком случае, британская исследовательница Дженни Кэррол не сомневается, что открыла причину заболевания, вызывающего у пациентов слуховые галлюцинации, развивающего комплекс неполноценности, а в итоге приводящего даже к разрушению личности. Причем, жертвой этого недуга становятся чаще всего подростки, особенно те из них, которые злоупотребляют общением с сотовым телефоном, отправляя за день несметное количество СМС-сообщений. Заболевание получило название синдром пост-текстового стресса, и его распространению способствует лавинообразное увеличение числа этих, зачастую совершенно бессмысленных, обрывков информации, которыми обмениваются тинэйджеры. Надо сказать, что не все медики разделяют точку зрения Дж.Кэррол. Специалист в области психологии подростков из клиники Гамбургского университета Михаэль Шульте-Маркворт без обиняков назвал подход своей коллеги «полной чушью». Он соглашается с тем, что есть родители, которых беспокоит излишнее внимание, уделяемое подростками СМС-общению, но считать это болезненной зависимостью нет никаких оснований. Надуманными изобретениями называет он и другие открытия британки. В частности, текстафрению – уверенность в том, что телефон только что просигналил о получении новой СМС, хотя на деле трубка безмолвствовала. По мнению гамбургского эксперта, подростки, остро переживающие недостаток внимания со стороны близких и сверстников, просто пытаются поднять свою самооценку, создавая иллюзию востребованности и наличия у них широкого круга общения. И записывать их на этом основании в число страдающих болезненной зависимостью М.Шульте-Маркворт находит совершенно излишним.
no image
УГОЛОК НАУКИ

В кишечнике здорового взрослого человека находится от 10 до 100 миллиардов бактерий, занимающихся расщеплением поглощаемого нами продовольствия, предоставляя тем самым организму возможности для полноценного питания. Они же участвуют в том, чтобы обеспечить должный уровень иммунитета. Итальянские ученые решили определить, как...

В кишечнике здорового взрослого человека находится от 10 до 100 миллиардов бактерий, занимающихся расщеплением поглощаемого нами продовольствия, предоставляя тем самым организму возможности для полноценного питания. Они же участвуют в том, чтобы обеспечить должный уровень иммунитета. Итальянские ученые решили определить, как влияет рацион на самочувствие этих столь необходимых партнеров – кишечных бактерий. Для этого они сравнили принципы питания детей, живущих в деревне в Буркина-Фасо – государстве в Западной Африке, и их сверстников из Флоренции. И если первые ели в основном зерновые, фрукты и овощи, то вторые проглатывали несравненно больше жиров, сахара и мяса. Каковы же последствия? В кишечнике у юных жителей Черного континента оказалось значительно меньше микробов, но при этом больше жирных кислот, препятствующих образованию различных воспалений. Ученые пришли к выводу, что рацион, содержащий продукты, богатые жирами, сахаром и мясом, приводит к уменьшению разнообразия кишечной флоры. А это в свою очередь, вызывает увеличение заболеваний аллергического типа.
no image
УГОЛОК НАУКИ

Команда, в которую входили ученые из разных стран мира, провела широкое исследование, определив 95 генов, отвечающих в человеческом организме за содержание холестерина в крови. О том, насколько вреден его избыток, способный привести к серьезным нарушениям деятельности сердечнососудистой системы, знают сейчас...

Команда, в которую входили ученые из разных стран мира, провела широкое исследование, определив 95 генов, отвечающих в человеческом организме за содержание холестерина в крови. О том, насколько вреден его избыток, способный привести к серьезным нарушениям деятельности сердечнососудистой системы, знают сейчас даже дети. Правда, сами исследователи считают свою работу не более чем промежуточным этапом, ярко демонстрирующим, насколько сложна биология человеческого организма. Ведь предстоит еще немало потрудиться, чтобы точно установить, какие именно функции выполняет каждый из почти сотни генов и как именно они взаимодействуют. И только после этого может зайти речь о попытках контролировать содержание холестерина в крови.  
no image
УГОЛОК НАУКИ

Некоторые германские ученые и инженеры уверены, что малые и средние города их страны буквально уже сейчас могут на 100% обеспечить себя энергетическими ресурсами из возобновляемых источников. Мало того, они могут даже производить избыточное количество энергии и поставлять ее далеко за...

Некоторые германские ученые и инженеры уверены, что малые и средние города их страны буквально уже сейчас могут на 100% обеспечить себя энергетическими ресурсами из возобновляемых источников. Мало того, они могут даже производить избыточное количество энергии и поставлять ее далеко за свои пределы. Утопия? Исследователи уверяют, что нет, а все, дескать, основано на точном расчете. Для этого надо только развязать руки местным властям, которые должны потребовать от сограждан резко повысить эффективность использования энергоресурсов, утеплив должным образом свои жилища. Власти должны разработать и внедрить все необходимые нормы, дабы расставить акценты, учитывающие местные условия. В некоторых случаях может оказаться полезной приватизация энергетических компаний, а в других – совершенно обратные шаги. Например, Амстердам недавно приобрел городское энергопредприятие, приватизированное два десятилетия назад. По тому же пути пошли в Палермо, где собираются сохранить контроль городских властей за энергоснабжением. Да и в Гамбурге, где несколько лет назад вся эта отрасль была распродана в частные руки, город все активнее вмешивается в ситуацию, создавая предприятия по производству энергоресурсов из возобновляемых источников. Александр ВАРВАРИН
Финансы & банки
no image
Энергетика

Шведские эксперты из Стокгольмского института по изучению будущего предостерегают: трагедия, разыгравшаяся в Мексиканском заливе после выброса нефти на буровой «Дипуотер хоризон», может оказаться далеко не последней. Прежде всего, по их мнению, это может случиться в тех государствах, в которых существует...

Шведские эксперты из Стокгольмского института по изучению будущего предостерегают: трагедия, разыгравшаяся в Мексиканском заливе после выброса нефти на буровой «Дипуотер хоризон», может оказаться далеко не последней. Прежде всего, по их мнению, это может случиться в тех государствах, в которых существует очень тесная связь между нефтегазовым лобби и правительством. Дело еще и в том, что вновь открываемые месторождения располагаются во все более труднодоступных местах, и условия бурения и эксплуатации скважин там чрезвычайно сложные. В некоторых случаях требуется разработка принципиально отличной от ныне существующей техники и внедрение новых технологий, что многократно увеличивает риск ошибки. В то же время велик соблазн попробовать поймать птицу удачи за хвост, обойдясь уже имеющимися возможностями. Большую проблему, по мнению исследователей, представляет и то, что информация о происшедших утечках зачастую до последнего замалчивается, и на поверхность вся эта история всплывает только вместе с нефтяным пятном. Скверно и то, что технологии, позволяющие бороться с последствиями столь масштабных экологических катастроф, развиваются куда медленнее, чем бурильное и иное добывающее оборудование. Выходом из положения должно стать налаживание широкого международного сотрудничества, предусматривающего систему мониторинга и взаимного оповещения, интенсификация исследований в области природоохранных технологий и введение более строгих норм контроля за деятельностью международных нефтегазовых концернов. Андрей ГОРЮХИН
no image
Валюта

Министры финансов стран ЕС 13 июля дали зеленый свет переходу Эстонии на единую европейскую валюту – евро. Это стало последней формальностью на пути балтийской страны в еврозону. До этого все инстанции дали свое положительное заключение по этому вопросу. Эстония переходит...

Министры финансов стран ЕС 13 июля дали зеленый свет переходу Эстонии на единую европейскую валюту – евро. Это стало последней формальностью на пути балтийской страны в еврозону. До этого все инстанции дали свое положительное заключение по этому вопросу. Эстония переходит на евро 1 января 2011 года. Она станет 17-й страной, которая сделает это. Зафиксирован обменный курс эстонской кроны на этот момент: один евро будет стоить 15,6466 кроны. Последними по времени странами, перешедшими на евро, стали Словения (2007 год), Кипр и Мальта (2008 год) и Словакия (2009 год). Условия для этого шага («Маастрихтские критерии») жестки, они касаются соблюдения определенных параметров по уровню инфляции, обменного курса национальной валют, размера бюджетного дефицита и государственного долга. Расширение зоны евро имеет большое символическое значение для еврозоны, испытывающей в последние месяцы значительные трудности, поводом для которых стала финансовая хрупкость ряда стран-участниц. Некоторые из них не выдерживают всех параметров, поэтому им приходится принимать жесткие меры по нормализации положения. Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ
no image
Экономика

Левоцентристские правительства завинчивают гайки; население затягивает пояса Минимум два неожиданных парадокса проявляются по мере углубления финансово-экономического кризиса в странах зоны единой европейской валюты. Парадокс первый: наиболее жесткие, даже драконовские меры для большинства населения своих стран принимают под нажимом Европейской Комиссии,...

Левоцентристские правительства завинчивают гайки; население затягивает пояса Минимум два неожиданных парадокса проявляются по мере углубления финансово-экономического кризиса в странах зоны единой европейской валюты. Парадокс первый: наиболее жесткие, даже драконовские меры для большинства населения своих стран принимают под нажимом Европейской Комиссии, партнеров по ЕС и Международного валютного фонда (МВФ), именно левоцентристские, социалистические правительства. Особенно это очевидно на примере Испании, в отношении которой высказывается озабоченность по поводу того, что она может «заразиться греческой болезнью». Правительство Хосе Луиса Родригеса Сапатеро приняло и жестко выполняет план суровой экономии, дополняя его все новыми непопулярными мерами. Более того, он пошел на очевидный политический риск, проводя их через парламент ради экономии 15 миллиардов евро. Во время голосования 27 мая поддержку соответствующему закону-декрету выразили 169 депутатов, 168 высказались против, а 11 националистически настроенных парламентариев из Каталонии воздержались. Итоги голосования продемонстрировали, что кабинет социалистов сейчас поддерживает только их партия, и что он висит на волоске: если бы не минимальное преимущество, то в Испании пришлось бы проводить досрочные всеобщие выборы в момент, когда страна переживает тяжелейший кризис. Это стало бы ощутимым потрясением и для всей еврозоны, ведь Испания – одна из крупнейших ее участниц. Как бы то ни было, но рейтинг поддержки лидера соцпартии достиг минимального уровня за все шесть лет его непрерывного пребывания у власти. Столь очевидный переход от любви к ненависти, как полагают испанские политологи, вызван не только вводимыми жесткими мерами, но и самим фактом вынужденного отказа Х.Л. Родригеса Сапатеро от собственных убеждений, не говоря уже о предвыборных обещаниях. Ведь еще недавно он клялся, что ни в каких обстоятельствах не тронет завоевания трудящихся в социальной области. Но объявленный им план суровой экономии предусматривает ради сокращения дефицита государственного бюджета к 2011 году с нынешних 11 до 6%, в частности, такие меры, как урезывание зарплаты государственным служащим на 5%, сокращение выплат по бюллетеню, повышение возраста выхода на пенсию с 65 до 67 лет, увеличение НДС, отказ от ежегодной автоматической индексации пенсий на величину инфляции, а также прекращение выплат единовременных пособий на рождение ребенка в размере 2500 евро. Кроме того, объявлено о прекращении ежегодной помощи Испании развивающимся странам в объеме 600 миллионов евро. Из важных социальных мер сохранены, пожалуй, лишь расходы на образование, включая стипендии студентам, и пособия по безработице (ее уровень в Испании превысил 20%, и пособия получают около 4,5 миллиона человек, что тяжелой гирей лежит на бюджете). План правительства был встречен в штыки ведущими профсоюзными объединениями. В крупных городах прошли многотысячные манифестации протеста с требованием отставки правительства. Профсоюзные лидеры критикуют главу кабинета министров, в том числе, за его отказ увеличить налоги на прибыль крупного бизнеса – финансовых корпораций и различных компаний. Достается ему и за «уступки грубому давлению Брюсселя и МВФ»… В соседней Португалии дела обстоят ненамного лучше. Однако правительство социалистической партии во главе с премьер-министром Жозе Сократишем сумело договориться с главной оппозиционной силой – социал-демократической партией – о принятии плана жесткой экономии. Предусмотренные меры должны обеспечить поступление в казну дополнительно одного миллиарда евро за счет увеличения налогов, и еще 1,1 миллиарда евро в результате сокращения государственных расходов. Решено уменьшить на 5% жалованье министрам, депутатам парламента, мэрам, менеджерам государственных компаний, и даже управляющему Банком Португалии. На доходы свыше 150 тысяч евро в год вводится 45-процентный налог. Предусмотрена широкая программа приватизации, заморожено строительство нового лиссабонского аэропорта. Многие аналогичные, хотя и менее жесткие меры принимают власти Австрии, Нидерландов, Франции, Германии, Италии и даже не входящих в зону евро Великобритании и Румынии. Пугалом явно служит Греция, ведь этой стране одни авторитетные экономисты предрекают дефолт по огромным долгам, а другие, настроенные более оптимистично – длительную глубокую рецессию. Парадокс второй: еще сравнительно недавно не вызывало сомнения, что жестокий финансово-экономический кризис, одной из причин которого стало чрезмерное доверие к стихийному саморегулированию финансового рынка и рынка недвижимости, неизбежно придаст импульс левоцентристским и левым силам, поскольку объективно подтверждает правоту их идеологии. Однако до сих пор этого не произошло. Как видим, именно левоцентристским правительствам сейчас приходится принимать наиболее болезненные меры, противоречащие собственной доктрине. Это происходит в ряде стран еврозоны, население которых привыкло пользоваться большими социальными завоеваниями. Словом, кризис пока не только не привел к росту популярности левых идей, но и напротив, вынудил социалистов принимать непопулярные меры, невольно подготавливая, тем самым, почву для прихода правой оппозиции к власти. Евгений РЯЗАНЦЕВ На экономию для бюджета 80 миллиардов евро за четыре года замахнулись власти ФРГ, обнародовавшие в первой декаде июня соответствующий план урезывания государственных расходов. Главная цель – уложить дефицит бюджета в трехпроцентные рамки, установленные властями ЕС. Между тем, к концу года он может превысить пять процентов. В этих условиях группа наиболее совестливых германских миллиардеров и мультимиллионеров изъявила желание ежегодно в течение десятилетия жертвовать по 10% своих доходов, чтобы подсобить Отечеству в трудный период. Тем временем автомобильная промышленность ФРГ вновь начала играть роль локомотива, вытаскивающего страну из кризиса. С еще более трудной проблемой столкнулось новое правительство Великобритании: бюджетный дефицит страны, не входящей в зону евро и потому игнорирующей финансовое требование Брюсселя, превышает 11%! Премьер-министру, консерватору Дэвиду Кэмерону неизбежно придется принимать очень непопулярные жесткие меры по сокращению государственных расходов, в том числе, и на социальные нужды. Кстати Кризис – кризисом, но привычка щедро расходовать деньги на сомнительные цели в ЕС, похоже, неистребима. Например, фермеры германской земли Нижняя Саксония запросили у Брюсселя крупную компенсацию за ульи, разрушенные дикими волками, которые были завезены в этот регион защитниками природы несколько лет назад. У пострадавших пчеловодов хорошие шансы получить деньги, разумеется, помимо тех 55 миллиардов евро, которые ежегодно выделяет ЕС в виде субсидий в рамках Единой сельскохозяйственной политики. А в связи с падением цен на молоко Европейская Комиссия разрешила правительствам направить в виде помощи каждому производителю этого полезного продукта по 15 тысяч евро. Кстати, в той же Германии правительство продолжает субсидировать производителей угля, ежегодно расходуя на это 2 миллиарда евро. Тем самым власти поддерживают использование энергоносителя, сильно загрязняющего окружающую среду. Но при этом из того же казенного кармана они выделяют огромные суммы на разработку и использование технологий экологически чистой, возобновляемой энергии. Ведь борьба с изменением климата остается одной из главных задач ЕС. Тем временем жители европейских стран ждут, когда же власть имущие начнут жить скромнее и бережливее относиться к средствам налогоплательщиков. Во Франции газеты с ностальгией вспоминают скромного до аскетизма президента Шарля де Голля: будучи главой государства, генерал из собственного кармана оплачивал то, что сегодня в России называется услугами ЖКХ. Этот пример разительно контрастирует с расточительностью государственных средств на личные нужды рядом министров французского правительства, которым из-за возникшего скандала пришлось уйти в отставку. №7-8(46), 2010
no image
Экономика

The European Commission has published a working document on the EU sectoral social dialogue (Brussels, 23 July 2010). The report aims at revealing main achievements at the European-level social dialogue and review the sector’s functioning. It highlights the dynamics, concrete...

The European Commission has published a working document on the EU sectoral social dialogue (Brussels, 23 July 2010). The report aims at revealing main achievements at the European-level social dialogue and review the sector’s functioning. It highlights the dynamics, concrete impact and possible improvements of the sectoral social dialogue and identifies possible improvements in the negotiation processes. Key words: EU Social Policy, Social Dialogue, European social market economy Since 1998, the Commission has created 40 sectoral social dialogue committees. They cover 145 mln workers in the EU and include key economic sectors, e.g. transport, energy, agriculture, construction, trade, fisheries, public services, metal, shipyards and education. European sectoral social dialogue European social dialogue refers to discussions, consultations, negotiations and joint actions involving organisations representing the two sides of “social relations”, i.e. employers' and workers' representatives, the so–called "EU social partners". The sectoral social dialogue brings together the trade unions and employers' organisations in a specific sector, for example, construction, textiles or hospitals; the negotiations are conducted through sectoral social dialogue committees. The EU recognises social dialogue as one of the focal points of the so-called European social market model, and as a tool for social cohesion and resilience. The new Lisbon Treaty (art. 152, TFEU) highlights the Union's commitment to support European social dialogue and underlines the autonomy of the European social partners. In addition to cross-industry social dialogue, sectoral social dialogue is an increasing part of this European governance. Practical work European sectoral social dialogue committees are performing a basic forum for consultations among employers and workers’ unions in European sectoral policies. They allow European social partners to develop joint actions and conduct negotiations on issues of common interest in the corresponding sectors, thereby contributing directly to shaping EU labour legislation and policies. EU social partners are more and more involved in the EU decision-making process. They are consulted by the Commission on the principles and the contents of any social initiative prior to other decision-making partners and are closely involved in the impact assessment on social matters. The European sectoral social dialogue committees work on issues such as health and safety at work, vocational training, skills, equal opportunities, mobility, corporate social responsibility, working conditions and sustainable development. The EU member states have to implement the following five Directives as a result of legal agreement between social partners in the sectoral social dialogue committees: to prevent injuries and infections to healthcare workers, estimated to be 5 million, from sharp objects such as needles– one of the most serious health and safety threats in European workplaces and estimated to cause 1 million injuries each year; to improve working conditions for the estimated 300,000 maritime workers across the EU, incorporating internationally-agreed standards into EU law; to set minimum standards for working hours and rest periods for maritime workers; to set minimum standards for working hours and rest periods for aircraft crews; and   to ensure satisfactory conditions (such as driving times, breaks, daily and weekly rest periods) for people working in cross-border rail services – estimated at around 10,000 workers and projected to rise to 20,000 by 2020. Sectoral committees Sectoral committees can be created in a given sector at the joint request of the European social partners if they meet the following conditions, or capacities: they have national affiliate members in several countries who are themselves recognised as national social partners (being representative at the national level); they are able to negotiate and to adopt agreements at European level (capacity to negotiate); they have adequate structures and ensure effective participation (administrative capacity). The European Commission supports the creation and functioning of the European sectoral social dialogue in terms of legal and logistic assistance (meetings organisation, reimbursement of experts and interpretation).   Practical achievements The European social dialogue has produced already more than 500 different legal texts, ranging from joint opinions and responses to consultations to agreements that have been implemented as EU legislation. In this way, the European sectoral social partners have contributed to improving European employment and social policies, as well as working conditions in Europe. They have contributed to modernising industrial relations and to adopting new social standards. They will also contribute to the EU-2020 strategy, thereby strengthening its implementation.   In addition to formal agreements, social partners take other concrete measures at national or company level to raise awareness, support social dialogue at national/regional or company level or influence policy-making. Joint opinions and presentations of good practices or involvement in common projects (seminars, conferences, studies, workshops) offer opportunities for social partners to learn from one another and build trust. The following examples can be mentioned: a framework agreement to reduce musculoskeletal disorders, such as back problems, for agricultural workers; recommendations on avoiding fictive self-employment in the construction sector; guidelines for promoting gender equality in local and regional government; a handbook for fishermen to help prevent accidents at sea; recommendations on better anticipating and managing restructuring in the textile industry. Further improvements Despite the overall success of these committees, there is plenty of room for improvements. The European Commission intends to encourage the European and national sectoral social partners to make full use of their capacity to negotiate, reinforce their administrative capacity and “representativeness”, and creating synergies between sectors. The EU will continue to foster integration of new players as well as better participation of new member states' representatives. This assessment of European sectoral social dialogue over the last 12 years shows the value of its contribution to the European social market economy model. It shows that there is a direct correlation between the effectiveness of national social dialogue and the corresponding effectiveness at the European level; these two levels greatly assist each other. The sectoral dialogue highlights the need for sectoral social dialogue committees to face up to the need to adapt to new challenges and changes in development policies. The current economic crisis has confirmed the importance of European social dialogue at both cross-industry and sectoral level, as well as the relevance of social partner initiatives tailored to the realities of companies and sectors. Further information on: - European Commission’s working document: SEC(2010)964 - European social dialogue: http://ec.europa.eu/socialdialogue Eugene ETERIS, 26.07.2010, from Copenhagen
no image
Экономика

Научно-концептуальные основы геоэкономической политики России Научно-аналитический доклад Введение Базовые постановки проблемы конкурентоспособности и геоэкономические пути и методы её решения Конкурентоспособность России! Если посмотреть на огромный массив публикаций как мировой, так и нашей экономической прессы, то мы убедимся, что сама категория...

Научно-концептуальные основы геоэкономической политики России Научно-аналитический доклад Введение Базовые постановки проблемы конкурентоспособности и геоэкономические пути и методы её решения Конкурентоспособность России! Если посмотреть на огромный массив публикаций как мировой, так и нашей экономической прессы, то мы убедимся, что сама категория конкурентоспособность очень объемная, очень чувствительная на ценностные приоритеты того или иного исторического периода. Но, несмотря на огромный разброс содержательного наполнения этого понятия, мы убеждаемся в единстве его сердцевины, а именно: рациональная (синонимум — «реальная»), то есть экономическая составляющая была и есть движущая, мотивационная сила этой категории. Ведь изначально это открытие античного человека на тысячилетия закрепило содержательную часть конкурентоспособности, а именно: рациональное ведение своего хозяйства — «домашнего хозяйства» — и составляет смысл и суть экономики: так рассуждал древний эллин и передал нам в неизменном виде эту категорию, которой мы не устаем пользоваться. Вот почему в этой подсветке мы внимательнейшим образом исследуем систему, через которую Россия смотрит на внешний мир, а именно — внешнеэкономический сектор страны и ее экспортную специализацию. Состояние исследования проблемы Экспортная специализация страны за прошедшие после распада СССР не изменилась и сохранила свою сугубо сырьевую ориентацию. Отечественные товаропроизводители в большинстве отраслей за исключением нефтегазового сектора, металлургии и пищевой промышленности пока не смогли полностью адаптироваться к ужесточению конкуренции как на внутреннем, так и на внешних рынках. Изменить ситуацию возможно на путях, во-первых, принципиально нового подхода к «конкурентоспособности страны», а, во-вторых, наполнения этого понятия инновационными содержаниями. Дальнейшее развитие внешнеэкономического сектора российской экономики и его экспортного сегмента предопределено повышением конкурентоспособности национальной экономики по широкому кругу сфер функционирования. Речь идет о комплексном преобразовании в целом народохозяйственного комплекса и повышения его эффективности. Это во многом связано с перенесением центра тяжести во взаимоотношениях с мировой хозяйственной системой на геоэкономический (инновационно-производственный) вектор развития. Сейчас это одна из важнейших стратегических задач государства, решение которой позволит не только преодолеть сложившиеся структурные деформации в экономике, но и во многом затрагивает вопросы безопасности нашей страны. Такая постановка вопроса вытекает из государственно-доктринальных стратегических установок, во-первых, послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации: «Остро встает вопрос разработки и принятия новой национальной внешнеэкономической доктрины и стратегического арсенала ее реализации, перехода на геоэкономическую (производственно-инвестиционную) модель внешнеэкономических связей». Во-вторых, перед Россией четко обозначились контуры исторических вызовов. Среди основных и масштабных вызовов России названы: «вызов технологический», «вызов геоэкономический... Россия должна эффективно действовать в геоэкономическом пространстве» (Политический доклад «План Путина — достойное будущее великой страны» на VIII съезде партии «Единая Россия», см. http://www.edinros.ru/news.html?id=124222). И, наконец, рельефно проявил себя контур «новой внешней политики» России. Вопрос стоит предельно жёстко: либо мы вновь ввяжемся в изматывающую геополитическую разборку «всех со всеми», либо успеем уйти в геоэкономические горизонты развития, используя гигантские возможности «мирного!» внешнеэкономического взаимодействия с передовым инновационным комплексом в целях модернизации страны на базе взаимовыгодных инициатив и технического и технологического перевооружения народохозяйственного комплекса. * * * Поворот на модернизационно — инновационный путь развития, уход от сырьевой структуры российской экономики предельно ясно и четко сформулирован Президентом РФ Д.А. Медведевым в целом ряде программных документов, в том числе, в статье «Россия, вперед!», а также выступлении на Международном Ярославском форуме 14 сентября 2009 г. В период индустриализации промышленности — особенно догоняющей индустриализации — государственная политика обычно фокусировалась на поддержке развития крупнейших (структурообразующих) предприятий, деятельность которых должна была преобразить и региональную экономику, и национальное хозяйство в целом, создавая спрос на промышленные товары и одновременно их предложение. В качестве ключевой отрасли, предприятия которой получали исключительную поддержку, обычно выступало машиностроение (включая оборонную промышленность, автомобилестроение, приборостроение и т.д.). Поддержка развития структурообразующих производств в данных отраслях была характерна почти для всех стран, осуществлявших индустриализацию экономики уже в XX веке, — России, Японии, Франции, позднее — для Южной Кореи и новых индустриальных стран, практически в наши дни — для Китая. Такая селективная поддержка практически всеми доступными для правительств (независимо от их идеологической ориентации) способами соответствовала потребности перехода к новому индустриальному укладу экономики. Однако после перехода стран к новому технологическому укладу оказалось, что ядром эффективного экономического развития выступают не крупнейшие структурообразующие предприятия, а кластеры компаний. Необходимо отметить, что экпортная политика, нацеленная на поддержку кластеров компаний, существенно отличается от экономической политики, нацеленной на поддержку отдельных структурообразующих предприятий. Селективные методы государственной помощи и государственной поддержки уступают место общим мерам по развитию инфраструктуры кластеров. Для кластеров компаний именно наличие инфраструктуры — в том числе специально обученного персонала, приспособленного к потребностям кластера, «совмещение» каналов делового сотрудничества с геоэкономическими векторами — является ключевым фактором конкурентоспособности. Полный текст в формате PDF * Геоэкономика и конкурентоспособность России: Научно-концептуальные основы геоэкономической политики России: Научно-аналитический доклад / М.Ю. Байдаков, Н.Ю. Конина, Э.Г. Кочетов, Е.В. Сапир, В.Л. Сельцовский, Н.С. Столярова, Е.Д. Фролова; Под науч. ред. Э.Г. Кочетова; Обществ. ак. наук геоэкономики и глобалистики. М.: Книга и бизнес, 2010. 388 с. Печатается с любезного разрешения авторов. №7-8(46), 2010
no image
Экономика

Все страшно устали от глобального экономического кризиса. Измучены им. Слышать о нем больше не хотят. Но с его последствиями жить придется еще долго. Последние статистические данные свидетельствуют об этом весьма убедительно. Сопротивляемость кризису в Европе оказалась ниже, чем в некоторых...

Все страшно устали от глобального экономического кризиса. Измучены им. Слышать о нем больше не хотят. Но с его последствиями жить придется еще долго. Последние статистические данные свидетельствуют об этом весьма убедительно. Сопротивляемость кризису в Европе оказалась ниже, чем в некоторых других регионах планеты. Ситуация здесь хуже. И перспективы не радуют. Кому густо… Особенно по сравнению с Китаем. Согласно предварительным оценкам Национального бюро статистики, ВВП Китая за 2009 год должен был вырасти на 8,7% и достичь 33,54 триллионов юаней. 2 июля Бюро внесло уточнения. Окончательные цифры оказались намного выше. Темпы роста в 2009 году составили 9,1%. ВВП достиг 34,05 триллионов юаней. В пересчете по официальному курсу на американские доллары – 4,98 триллионов. Национальное бюро статистики пересмотрело в сторону повышения и все остальные показатели экономики Китая. Промышленное производство выросло на 9,9%, а не на 9,5%, как первоначально было объявлено. Объем предоставления услуг – на 9,3%, а не на 8,9%. Такими же, как прежде Бюро оставило лишь данные по сельскохозяйственному производству. Оно увеличилось на 4,2%. В результате продолжила меняться структура китайской экономики. По сравнению с 2008 годом доля промышленного производства в ВВП страны сократилась с 48,6% до 46,3%. Сельскохозяйственного производства с 11,3% до 10,3%. Доля сектора услуг, наоборот, подскочила с 40,1% до 43,4%. Ила даже очень густо… Ожидается, что в 2010 году экономика Китая будет развиваться даже еще стремительнее. С апреля власти начали предпринимать жесткие меры по предотвращению ее перегрева. До этого инвестиционный банк «Голдман Сакс» предсказывал, что темпы роста ВВП в 2010 году достигнут 11,4%. По несколько более консервативному прогнозу французского банка «БНП Париба», они ожидались на уровне 10,5%. После того, как Китай ввел ограничения на выдачу кредитов и операции с недвижимостью, они поспешили понизить прогнозные цифры. «Голдман Сакс» – до 10,1%. «БНП Париба» – до 9,8%. Коррекция очень существенная. Но цифры все равно впечатляют. Даже если бы они были ниже, Китай в 2010 году обогнал бы по ВВП Японию. В 2009 году разница (в пересчете по официальному курсу на американские доллары) составила 120 миллиардов. ВВП Японии в 2009 году равнялся 5,1 триллиона долларов. Принимая во внимание прогнозные данные, Китай должен был нарастить недостающую сотню с небольшим миллиардов уже к весне. Это значит, что Китай стал второй в мире крупнейшей экономикой. Его отрыв от наиболее мощных экономик Европейского Союза увеличился. Разрыв с «двадцатью семью» в целом сократился. И будет, судя по всему, и дальше стремительно сокращаться. А кому пусто Европейцы за годы кризиса этому сильно поспособствовали. И проблема не столько в разовом сжатии экономики большинства европейских стран в период рецессии. Очень опасно то, что рынок труда в ЕС никак не восстановится. Безработица будет оставаться слишком высокой, по экспертным оценкам, и в дальнейшем. А ведь увеличение покупательной способности населения напрямую влияет на возможности обеспечения стабильного экономического роста. Даже минимального. Пока, к сожалению, статистические выкладки не радуют. В мае уровень безработицы в зоне евро, в которую пока по-прежнему входят 16 государств-членов ЕС, замер на отметке в 10%. По сравнению с апрелем количество безработных увеличилось всего на 35 тысяч человек и достигло 15,789 миллионов. На основании этого многие экономисты поспешили заключить, что период быстрого и продолжительного роста безработицы, похоже, наконец-то, завершился. Будем надеяться, что дело обстоит именно так, и возобновление экономического роста развернет тенденцию в положительном направлении. Но ведь это все равно самый высокий показатель за последние 12 лет. Кроме того, нужно учитывать, что повсеместно принятые меры по урезанию бюджетных расходов и другие меры жесткой экономии могут ударить и по рынку труда, а соответственно и по реальному сектору экономики. В целом же ситуация с безработицей в различных странах очень разнится. В Италии и Франции, по данным Евростата, она стабилизировалась. В Германии безработица сократилась с 7,1% до 7%, что, с учетом масштабов германской экономики, сразу прибавило оптимизма. В Испании, Ирландии и Португалии она продолжала ухудшаться. Так, в Испании безработица выросла с уже итак умопомрачительных 19,7% до 19,9%. Как следует из прогнозных данных, серьезных изменений к лучшему в 2010-2011 годах не предвидится. А, значит, надеяться на устойчивый экономический рост тоже не приходится. А жаль… © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России №7-8(46), 2010
Открываем старый свет
no image
Привычки и Нравы

Правительства стран Европейского Союза правомочны самостоятельно решить, запрещать ли женщинам-мусульманкам ношение чадры в общественных местах, объявила член Еврокомиссии Сесилия Мальстрём. К запрету этого обычая на своей территории готовятся сразу несколько стран ЕС, в частности, Бельгия, Франция и Испания. Их власти...

Правительства стран Европейского Союза правомочны самостоятельно решить, запрещать ли женщинам-мусульманкам ношение чадры в общественных местах, объявила член Еврокомиссии Сесилия Мальстрём. К запрету этого обычая на своей территории готовятся сразу несколько стран ЕС, в частности, Бельгия, Франция и Испания. Их власти ссылаются на то, что чадра служит символом бесправия женщин, а это недопустимо в современном демократическом обществе. Ранее возмущение обывателей вызывало купание мусульманок в верхней одежде в бассейнах и на морских пляжах. В Бельгии полиция уже получила право под предлогом борьбы за безопасность останавливать людей, чьи лица скрыты чадрой, для проверки. Вскоре нарушители общественного порядка, «полностью или частично скрывающие свое лицо», будут подвергаться штрафу или аресту сроком на неделю. Между тем, массовый приток иммигрантов с юга способствует распространению в Европе еще одной деликатной проблемы – многоженства. Полигамия официально запрещена, например, во Франции, но в эту страну переселяется все больше арабов и африканцев, женатых или открыто сожительствующих с тремя-четырьмя женщинами. Французы считают это грубым нарушением принципа равенства полов. А в Италии продолжают кипеть страсти вокруг распятий, точнее, их запрета на использование в школах. В конце прошлого года Европейский суд по правам человека запретил размещать распятия в классных комнатах, расценив это как наступление на свободу вероисповедания. Однако итальянское правительство подало апелляцию на вердикт. За возможность размещать в школах этот символ веры выступают около десяти европейских стран. №7-8(46), 2010
no image
Привычки и Нравы

В самом сердце Европы, может быть, чуточку южнее или западнее от ее географического центра, жило удивительное племя. Оно разительно отличалось от всех окружающих. Остальные с воинственными криками носились по всему континенту, нередко делая вылазки за его пределы. Нападали друг на...

В самом сердце Европы, может быть, чуточку южнее или западнее от ее географического центра, жило удивительное племя. Оно разительно отличалось от всех окружающих. Остальные с воинственными криками носились по всему континенту, нередко делая вылазки за его пределы. Нападали друг на друга. Убивали, Грабили. Насиловали. Умыкали в полон. И тем жили. А члены этого племени ни на кого не нападали. Ни на кого не охотились. Никого не обижали. Их душам было омерзительно насилие. В любых формах. Чем бы оно ни оправдывалось. Это о таких же, как они много веков спустя начали говорить: «они не приемлют насилие», «они не от мира сего», «они странные», «они не такие как все». И они действительно были не такими как все. И поэтому были обречены. Удивительно, как они вообще просуществовали так долго. Как они сохранились. Ведь их окружали кровожадные, воинственные соседи. Со всех сторон. Их гибель была лишь вопросом времени. Сказать, что они этого не понимали, было бы неверно. Конечно, понимали. Но что же они могли поделать. Что придумать. Ведь они навсегда отказались от насилия. Развязка приближалась. Их жизненный ареал сужался. Круг врагов сжимался. «Родичи» были готовы в любой момент накинуться на беззащитных. Ведь у них было чем поживиться. Мирное племя состояло из скотоводов, ремесленников и хлебопашцев. Они умели и любили работать. И поэтому жили в достатке. У них все было. А у соседей только алчность, ненависть, зависть и умение воевать, не давая никому пощады. Странных, непохожих на других могло спасти только чудо. И тогда, как по команде, они бросились на колени и воззвали: - Отец небесный! Смилуйся! Помоги нам! Заступись! И защити! Тот, к кому они обратились, не заставил себя долго упрашивать. Он спустился на Землю в огненном шаре и сказал им: - Я хотел бы помочь вам, ибо люблю вас, ибо вы дороги мне. Но я могу сделать только то, что вы сами пожелаете. То, что сами предложите. Наступило молчание. И тогда он продолжил: - Хотите, я сделаю вас такими же воинственными, как все остальные, только более умелыми? Хотите, одарю вас силой, которая будет превосходить ту, которой обладают ваши «родичи?» Хотите? Странные, непохожие на других ненадолго задумались, а потом ответили: - Нет, отец небесный, не хотим. Так решили наши предки. Очень и очень давно. Мы будем верны их выбору. Мы не откажемся от него. Никогда рука ни одного из нас не возьмется за оружие. Никогда мы не станем убивать. Даже, если это понадобится для спасения наших жизней, для защиты детей и стариков. - Чем же я тогда смогу помочь вам, – повторил Призванный. – У меня нет других рецептов. Предлагайте сами. Говорите. Может, вы хотели бы переждать смутное время и вернуться на Землю тогда, когда на ней воцарится закон и порядок. Когда сильный не будет поедать слабого. Когда во всем будет торжествовать справедливость. Только учтите, рай на Земле вряд ли возможен. Обещать не возьмусь. Если он и утвердится, то не скоро. Очень не скоро. Человеческую природу не переделать. Знаю не понаслышке. - И все же, – сказали старейшины племени, – стоит попробовать. Мы готовы рискнуть. Готовы подождать. Мы верим в тебя. В твой замысел. Надеемся, что когда-нибудь злоба уйдет из человеческих сердец, и нам удастся вернуться. Поэтому надели нас способностью, если «родичи» начнут нас уничтожать, раствориться в природе. Дай нам возможность войти в вековые деревья, перевоплотиться в них – мы хотим все-таки оставаться среди людей. Быть с ними. Следить за происходящим. Делиться с ними мудростью. Нашептывать им о вечном. - Так тому и быть, – сказал Всевышний и исчез. А вскоре – жернова истории неумолимы – все не от мира сего, спасаясь от истребления, перевоплотились в деревья. Они и сейчас здесь, среди нас. Сколько раз пытались они вернуться в мир людей. Но каждый раз из этого ничего не получалось. Некоторым, наивным, казалось: вот оно, свершилось. Люди стали чище, лучше, возвышеннее. Они научились уважать друг друга. Они обрели способность ценить человеческую жизнь. Они написали умные, правильные законы. Еще чуть-чуть и они будут их соблюдать. Наше время пришло. Но опять на Земле разгорались пожары войн, мировых, региональных или локальных. Страх, ненависть и безнадежность уничтожали все достигнутое. Смерть собирала обильную жатву безвременно ушедших. И наивные люди-деревья, обманутые в своих чаяниях, вновь прятались под вековой корой. Разбитые. Потерявшие надежду. Другим, которые послабее духом, вообще не хотелось выходить. Чем больше текло времени, тем сильнее их пугал мир людей. Им начинало казаться, что к лучшему никогда ничего не изменится. Извне многое виделось яснее. Выглядело очевидным. Иезуитство, фарисейство, ложь и обман все больше истончали человеческое общество. Несправедливость и неблагодарность пустили в нем слишком глубокие корни. Их было не выдрать. Или не выросли те, кто был бы на это способен. А все что изобреталось человеком, придумывалось только для того, чтобы белое назвать черным, а черное – белым. Чтобы люди разучились видеть и бороться с неравенством. Чтобы смирились с господством и подчинением. С правом одних диктовать свою волю другим. Если понадобится, уничтожая ни в чем не повинных людей десятками и сотнями тысяч, сгоняя их с насиженных мест, бросая в объятия голоду, мучениям, неприкаянности и безнадежности. Не видеть происходящего люди-деревья не могли. Помочь были не в состоянии. И им оставалось лишь еще упорнее затворяться в избранной ими спасительной зеленой обители. Века, проведенные так, на них никак не повлияли. Они по-прежнему оставались добрыми, умными и работящими. За время ожидания они придумали так много нужного, полезного человечеству, так много того, в чем оно особенно нуждается. Вот если бы они поняли, что дожидаться бессмысленно. Что без их помощи и участия у людей самих ничего не получится. Что нужно вернуться к активной жизни. Может, тогда перелом бы и наступил. А пока важно, чтобы такая возможность хотя бы теоретически оставалась. Необходимо, чтобы мы не прошли ненароком точку невозврата. Поэтому, люди, умоляю: не рубите вековые деревья! Не уничтожайте их! Не подтачивайте корни! Это наша общая надежда на лучшее будущее… © Н.И. ТНЭЛМ №7-8(46), 2010
no image
Привычки и Нравы

Быть этого не может. Уму непостижимо – в благополучной Европе. В самом, как утверждают некоторые, центре цивилизованного мира. В Мекке для просвещенных людей, которые стремятся быть для всех маяком – примером, которому другие хотели бы подражать. Крае, который олицетворяет светлое...

Быть этого не может. Уму непостижимо – в благополучной Европе. В самом, как утверждают некоторые, центре цивилизованного мира. В Мекке для просвещенных людей, которые стремятся быть для всех маяком – примером, которому другие хотели бы подражать. Крае, который олицетворяет светлое будущее человечества или, по крайней мере, его части. И надо же – в наше время, когда все стали такими правильными и праведными. Когда без политкорректности и шага ступить нельзя. Когда все поклоняются постмодерну – возьми, да и приключилось такое. В крупнейшей европейской державе – не какой-то там мелочи пузатой, а одной из самых-самых, которая у всех на слуху – взял да и поселился ЛЮДОЕД. Вы уж, наверное, сильно подзабыли, кто такие людоеды. Фильмы про них больше не снимают. Документальные ленты не делают. В Интернете не обсуждают. Из учебников вымарали. Даже по искусствоведению, истории литературы и сравнительной политологии. Выясняется, что зря. Не перевелись на Земле людоеды. Видимо, от суеты, смрада и копоти, которые люди на планете учинили, где-то в таежных местах схоронились. Однако, как с этим полегче стало – где из-за спада производства и потребления, где по причине стремления к зеленой экономике – возвращаться стали. Вот один из них (а то и целое семейство, и, скорее всего, именно оно) в этой большой европейской стране и объявился. Людоеды же – это вам не суслики какие-нибудь, не ангелочки с крылышками, а бич небесный. Прежде всего, питаются они людьми – хобби у них такое. И супчики из бедолаг варят, с морковкой, петрушкой и разной другой зеленью. И жаркое делают, с яблочками зелеными и картошечкой свеженькой, на медленном огне, не спеша, чтобы со всех сторон ровненько доходило. Но могут и, не цацкаясь, живьем проглотить, особенно, когда не в духе или сильно оголодали. Причем, не одного кого-нибудь, а с десяток за раз, если не больше. Кроме того, нрав у них уж очень злобный. Видимо, жестокостью и кровью взлелеянный. На просьбы и уговоры их не возьмешь. Куда там. Да и слова человеческие они вряд ли понимают. Во-первых, те им без надобности, как и газеты с телевидением, – пищеварению они не помогают. Во-вторых, какая речь человеческая в лесах да болотах, в которые им, спасаясь от смрада, шума и грязи, податься пришлось. Как-то иначе же к ним подступиться, чтобы, допустим, к порядку призвать и вакханалию прекратить, и вовсе не реально. Людоеды ведь сродни великанам. Из-за примитивного своего устройства ни бога, ни черта не боятся. И силой обладают недюжинной. Против силы же только воля да ум что-то сделать могут. А где же их взять, тем более, в современной Европе. Так что, если вовремя заграждения не выставили, если не доглядели и на свою территорию пустили, то все – только и остается, что ноги уносить. Вот так в нашей очень крупной европейской стране и получилось. И если вы думаете, что людоед тихонечко притаился где-то в уголочке, и на этом все закончилось, то глубоко ошибаетесь. Принялся он людей сразу же поедать. И в большом количестве. На то он и людоед. Его появление обрушилось на страну как проклятье. Как сглаз кого-то страшного и очень могущественного. Дела в ней не просто пошли наперекосяк. Они вообще остановились. Наступило безвременье. Оно на все наложило свой отпечаток. Абсолютно на все. На все стороны жизни. На то, что люди делают и как. На то, как они друг к другу относятся. На то, чего хотят. О чем мечтают. О чем думают. А, значит, и на то, что творится вокруг них. Самое страшное – люди исчезать стали. И стар, и млад. Выходит человек из дома – в детский сад, школу, на работу, государственную службу или в свой офис – и не возвращается. Его ищут. С ног сбиваются. Всю страну на ноги поднимают. Но куда там. И если раньше на уличную преступность, бандитов, террористов, всякие там техногенные катастрофы грешили, то теперь твердо знают – это он людоеду в лапы попался. Но от этого не легче. Даже наоборот. Так что плач и стенания по всем весям разносятся. Больше и больше женщин головы платками темными повязывают. А мужчины от безнадеги руки опускают. Что сделать-то можно. Молодежь, которая побогаче, посообразительней и посноровистей, слыша обо всем об этом, да на своих родителей понаглядевшись, за кордон подалась. И раньше от армии косили. В поисках лучшей доли и образования классного уезжали. Но все-таки штучно. А тут валом повалили. Обидно, конечно, особенно старикам и государственникам. Но, с другой стороны, молодежи посочувствовать можно. Кому же захочется, чтобы его на обед людоеду скормили, или того горше – чтобы привиделось, будто он у людоеда между зубами застрял и дожидаться был вынужден, когда тот его колом вместо зубочистки себе в глотку пропихивать примется. Дороги, понятное дело, в запустение пришли. И раньше-то по ним слабонервным противопоказано ездить было. А тут настоящий кошмар начался. Люди куда-либо ездить перестали. Боятся. Избегают. Хотя, может быть, и ездили бы, если бы плату за проезд не ввели, и тарифы не задрали. К тому же и с деньгами туго стало. Да и сами дороги не приведи господи. Яма на яме, как после ковровой бомбежки. Колеи в асфальте, как если бы запутались, когда его клали, скоростное шоссе или железную дорогу прокладывают. А, может, когда трудились, о сдвоенной трассе для бобслея мечтали. Какие-то дороги чертополохом заросли. Какие-то просто, не достроив, бросили. Едешь себе по шоссе спокойненько, песенку для храбрости напеваешь, с картой сверяешься, на которой все так здорово начертано, а тут бабах – впереди проселок грунтовый или мост через водоем очередной на одной опоре висит. Но чиновники и гаишники, или как они там в этой стране называются, и тут изгильнулись. Всюду знаки дорожные повесили, которые сами и изобрели. Дескать, дальше нельзя. Впереди людоед живет. Объезд. Как будто людоеды плодиться быстрее кроликов и мух дрозофил пустились. За дорогами и все остальное туда же, в негодность пришло – автодорожные и железнодорожные вокзалы, придорожная торговля и закусочные всякие симпатичные, аэропорты и просто порты – всего и не перечесть. И подвижной состав, и суда подводные, надводные и воздушные. Все покривившееся, покосившееся и заржавевшее стоит. И настолько по ним и на них ездить и летать стало опасно, и вообще к ним приближаться и с ними дело иметь, что даже новый стиль жизни или мода такая новая появились. Вскакивают люди ранехонько по будильнику, завтракают, детей в школу снаряжают, из дома на работу выходят, а потом, вокруг дома походив, возвращаются. Или в авто свое любимое, ухоженное и вылизанное садятся, мотор заводят, музыку приятную включают, от дома отъезжают, убеждаются, что дорога стоит, что никуда не пробиться, и с чистой совестью обратно к себе возвращаются. Правда, может, оно и к лучшему. Не тащат на работу свои обиды, фобии и дурное настроение. Не подвергают расшатанные нервы коллег и высокого начальства дополнительным нагрузкам. У тех стрессов и без того хватает. К тому же, какая от них польза на работе. Ну, выпьют на пару чашечек кофе меньше. Да на несколько анекдотов бородатых меньше расскажут. Опять же и нагрузка на обветшавшую дорожную сеть полегче. Правда, вы в газетах прочитать или по телевизору услышать можете, будто бы все объясняется кризисом и безработицей. Не верьте. Частично, конечно, неумелым и бездарным управлением экономикой и безответственностью менеджеров. Но главным образом – боязнью людоеда, глубоко в душу въевшейся, и страхом перед мученьями, с дорогой и с бюрократами от дороги связанными. А коли никто на работу из-за людоеда не ходит, а если и ходит, то ничего не делает и только людоеда и его новые жертвы обсуждает, то и экономика разваливаться стала. Хотят что-нибудь с ней сделать, чтобы она новой, чистой, зеленой, диверсифицированной сделалась, да ничего не получается. Ведь, чтобы получилось, что-то еще, кроме слов красивых и правильных и заклинаний шаманских, надобно. В первую очередь дело делать. Не покладая рук. Из года в год. А как делать-то, когда на горизонте людоед маячит и на всех страх наводит. Опять-таки для модернизации экономики, или хотя бы поддержания ее на плаву капиталовложения нужны. А кто же деньги давать будет, когда все дрожат и людоеда боятся. В общем, куда не кинь, всюду клин. И не подумайте, что с людоедом бороться не пытались. Очень даже пытались. Только издалека. Потому что близко подойти стрёмно. Вдруг и тебя проглотит. А издалека, сами понимаете. И указов сколько всяких правильных, законов и конвенций, людоеда запрещающих, принято было, не счесть. Комиссий также бесконечное количество создано было. И на экспертном, и на высоком государственном, и межгосударственном, и наднациональном уровнях. Чтобы изучали, советовали, политику вырабатывали. Загвоздка только в том, что причины, по которым людоед вернулся, мало вскрыть и верную политику выработать. Ее, родную, еще и осуществлять кому-то нужно. А как осуществлять ее начинают, людоед себя лишь еще вольготнее чувствует. И еды у него разнообразной прибавляется. Не только на завтрак, обед и ужин, но и на полдник, второй завтрак и поздний ужин хватает. Так что лучше уж, чтобы ничего не делали, не разрабатывали и, упаси господи, не осуществляли. А у меня для той страны очень большой, добрый совет припасен. Неординарный совет, и несколько неожиданный. Только не спешите от него отмахнуться, как от насекомого назойливого. Попытайтесь паузу взять и в него вдуматься. Зачем против людоеда бороться, если никто этого не умеет, да и бороться некому. Зачем на него ополчаться, когда все равно ничего не получается. Лучше умом пораскинуть и на пользу себе ситуацию обратить. Ведь такого людоеда другого ни у кого нет. Ведь, чтобы им обзавестись, сколько всего сломать и разрушить нужно было. А тут вот он сидит, уже готовенький – уникальное конкурентное преимущество. С его помощью туризм развернуть можно такой, какой никому и не снился. Ведь ни у кого такой диковинки нет. По крайней мере, из европейских стран. Народ полетит и поедет дивиться на него миллионами. Отбоя от туристов не будет. Конечно, с дорогами швах. Но и это на пользу обернуть можно. Мол, в туры посещение дорог XIX-го века входит. Тогда они именно такими были. Туризм расцветет. А за ним и многое другое поднимется – и промыслы, и ресторанное дело, и сервис, вообще весь сектор услуг. На одних только обманках, людоеда копирующих, тысячи хитрованов состояния сколотят. Мелкий и средний бизнес в рост пойдет. Всех благ и не перечислишь. Другое направление – образование. «Людоедоведение» ведь нигде не читают. Не знают. И не изучают. А тут на поток запустить можно будет. Экономика людоедоведения. Политика людоедоведения. Право. Даже международные отношения привязать можно будет, при желании. Молодежь со всего мира гарантированно потянется. Она всегда на все новое, неожиданное, незнакомое откликается. Из других европейских стран сами примчатся, таща за собой родителей, дедушек и бабушек и других родственников. А с лидерами стран Азии, Африки и Латинской Америки договориться можно будет о создании грантов на разных условиях и запуске специальных программ оказания помощи. Ну и главное – инвестиции. Утверждения о юридической определенности, политической и социальной стабильности, предсказуемости как предварительных условиях прихода инвестиций – глупости. Настоящие деньги только на страхе и опасениях делаются. И всеобщем обмане, самообмане и невежестве. Все финансовые пирамиды на них зиждутся. А людоеда и индустрию людоедоведения в этом отношении никто переплюнуть не сможет. Так что, людоед – никакое не проклятие, а благословение, манна небесная. Проникнуться только этим нужно. И на пользу себе и другим европейским народам обратить. Континенту тогда кризисы всякие глобальные и катаклизмы – трын-трава. Куда они по сравнению с людоедом! © Н.И. ТНЭЛМ №7-8(46), 2010
no image
Привычки и Нравы

или Что бывает, когда жертвуют всем ради политического выживания На биржах Европы оживление. Бизнес воспрянул. Запасы распродаются. Портфель заказов растет. Кредиты вновь выдаются в изобилии. Безработица потихоньку отступает. Решения о неослабном контроле над финансовыми рынками и институтами приняты. Проблемные страны...

или Что бывает, когда жертвуют всем ради политического выживания На биржах Европы оживление. Бизнес воспрянул. Запасы распродаются. Портфель заказов растет. Кредиты вновь выдаются в изобилии. Безработица потихоньку отступает. Решения о неослабном контроле над финансовыми рынками и институтами приняты. Проблемные страны призваны к порядку. Они ужали государственные расходы. Ввели режим жесткой экономии. Обязались хозяйствовать рачительнее. Те, кто и раньше не транжирил, показывают им пример. В них и восстановление идет бойчее. Все худшее, казалось бы, позади. Однако первый по счету глобальный экономический кризис еще долго будет напоминать о себе отвратительными видениями. Он пробудил к жизни спавшие до того чудовища. Призраки, некогда бродившие по древнему, много повидавшему континенту, вроде бы навсегда зализавшему старые раны. Былые страхи. Жуткие. Леденящие кровь. Вгоняющие в ступор. Подавляющие волю. Оказывающие гипнотическое воздействие даже на самых стойких. Заставляющие бессильно опускать руки. Отделаться от них не получилось. Прогнать – тем более. Чтобы задобрить обнаглевшие чудовища, Николя Саркози, Александр Лукашенко, Ангела Меркель, Владимир Путин, Сильвио Берлускони и примкнувшие к ним пошли на большие жертвы. Тех, кто запоздал, смыло волной. Принципами они поступились в первую очередь. Но не ими одними. В расход пошли незыблемые постулаты постмодернизма, радикального либерализма, социального государства, народного капитализма и социализма, партиципарной демократии, свободы рынка, мирового лидерства, особого пути, общества всеобщего благоденствия. И много чего другого. Всего не перечесть. А вместе с ними колоссальные денежные вливания, списанные долги и народные накопления. И еще – моральное (или аморальное) лидерство, вера в собственную непогрешимость и обязательства перед собственными гражданами. Только как бы принесенные жертвы не оказались чрезмерными. Хуже того, напрасными или просто опасными. Подсказанными политической конъюнктурой с четырех- или пятилетним горизонтом планирования. Потребностями политического выживания. Необходимостью хоть что-то делать. Не обязательно действительно нужное и безальтернативное. Как бы эти жертвы не вышли боком. Ведь жизнь не допускает пустоты. Ни политической. Ни социальной. Ни нравственной. Как бы за все уступки, подачки и заигрывания с «животными» не пришлось расплачиваться еще горшими потерями. Если есть хоть малейшие сомнения, пока еще не поздно сменить галс. Переставить паруса. Развернуть судно. Отойти от рифов. После кораблекрушения кусать себе локти будет поздновато. Чтобы не повторилась вот эта давнишняя и, похоже, напрочь забытая история. Где она случилась, с кем, и когда произошла, значения не имеет. Один раз у потомков некогда процветавшей цивилизации выкарабкаться получилось. В случае чего, может, и во второй раз выгорит. Но за все придется платить. Климат Бессейский был молод и пригож. Природа дала ему величавую стать. Родители наградили пытливым умом. Учителя поделились энциклопедическими знаниями. Несколько лет при дворе позволили закончить обучение. Служба его выпестовала. Позволила обрести бесценный опыт плетения интриг и управления. Накопленный опыт восполнил все пробелы, какие только могли быть у молодого человека. В воспитании. Образовании. Умении разбираться в людях. Способности властвовать над собой и своими эмоциями. К своим двадцати годам Калм, как передразнивала его тетка, был прекрасно подготовлен к тому, чтобы сесть на отцовский престол. Бес – так прозвали его враги и недоброжелатели, а ведь у столь достойного везунчика обязательно должны быть завистники, – обладал всеми качествами, необходимыми для того, чтобы стать идеальным правителем. Данным ему прозвищем они откровенно намекали на то, что он продал душу дьяволу. Иначе, откуда было чему взяться у создания, выращенного в «оранжерейных» условиях. Он знал цену всему. Видел людей насквозь. Молниеносно придумывал многоходовки, ведущие к выигрышу. Прекрасно чувствовал, за какие ниточки дергать. Будь то в отношениях с людьми или при решении самых запутанных государственных дел. И друзей да соратников – для них он был просто Климтом – у него было предостаточно. Фрейлины в нем души не чаяли. Они, в свою очередь, ласково называли его Климтушкой, искусно пряча в этом прозвище самые разные намеки. На то, что он обладает лебединой красотой и достоинством. На то, что он умеет быть столь же нежным и обходительным, как эта благородная птица. На то, что, несмотря на все свои нескончаемые измены, он остается, как и она, чистым и белоснежным. А также на то, что он столь же неутомим и плодовит, как Зевс, который не погнушался в таком виде явиться к своей избраннице. И это притом, что у него, как и положено в мало-мальски уважающей себя монархии, естественно была жена. Столь же молодая и обворожительная, как и он сам. Народ, опять-таки, как и предписано, в ней души не чаял. Ради нее люди и, особенно гвардия, были готовы на все. И было за что. Помимо ее принадлежности к королевскому роду. Было в ней что-то чарующе неуловимое. Заставляющее ею любоваться, ее почитать и за нею следовать. Но это даже второстепенно. Ее любили за простоту обращения, умение всех, с кем она встречалась, виделась или даже просто беседовала, возвысить и поднять до своего уровня. И, что особенно ценилось, за внимание к людям, за помощь, которую она постоянно всем и всегда оказывала. Будущая королева лично следила за тем, чтобы школы ни в чем не нуждались, и чтобы в них могли учиться все, кто только пожелают. Она создала сеть благотворительных заведений и привлекла преуспевающих банкиров и предпринимателей к управлению ими. Она заботилась о том, чтобы богоугодные заведения, общественные бани, театры и библиотеки хорошо работали и были общедоступными. То есть делала все то, что так до сих пор и не сумели наладить современные министерства, агентства и службы культуры, образования и социального обеспечения. Кто же такую да любить не станет. Поэтому, когда спустя какое-то время Климат с женой взошли на престол, все в королевстве ликовали. Никто и ничто не омрачали празднество дурными предчувствиями. Все были преисполнены самыми радужными ожиданиями. И молодая королевская чета постаралась никого не разочаровать. Они оставили на свободе своих противников и недоброжелателей, дали им престижные должности и обратили в союзников. Снизили налоги. Создали фонды венчурного капитала. Повелели казне выкупать авторские права и перспективные изобретения, чтобы сделать их доступными и ускорить их коммерциализацию. Потребовали от бизнеса быть социально ответственным. Повели борьбу с мздоимством, пьянством и подрывающим здоровье табакокурением. Приняли программу солидарности и преодоления бедности. Завершили культурную революцию, в результате которой на авансцену политической жизни в королевстве обещал выдвинуться образованный класс. Все государственные дела у них получались и ладились. И в семье у них все спорилось. Понимали они друг друга с полуслова. И в любви были неутомимы и изобретательны. В общем, во всем у них царила гармония. Перспективы выглядели сугубо оптимистическими. Так бы продолжаться и продолжаться. Ведь ничего не предвещало беды. Как вдруг, буквально в одночасье все рухнуло. Последняя неделя выдалась какой-то чертовски суетливой. Пришлось много разъезжать. Проводить бесконечные встречи. Дорабатывать законопроекты и выслушивать отчеты. Присутствовать на светских раутах. Поэтому в тот день они договорились пораньше закруглиться, чтобы, отвлекшись от всего и никуда не спеша, провести вечер вместе. И это, как заведено, у них получилось. Они уединились подальше от придворных в своей опочивальне. Широкая уютная королевская кровать призывно манила их. Вот уже все изысканные предметы королевского гардероба в изящном беспорядке расшвыряны по полу. Молодая поудобнее устроилась под высоким балдахином, ожидая возлюбленного мужа и выбирая позы пособлазнительнее. Он же решил на всякий случай перепроверить, что охрана выставлена через залу, и что никто и ничто их не потревожит. Прикрыв поплотнее и заперев двери, он обернулся к кровати…, когда между ним и супругой возникла темная тень. Она была особенно черной и зловещей на фоне ожидавших его прелестей королевы. Перед ним стояла Смерть. Она выглядела точно так, как он привык видеть ее на картинках. В длинной чернильного цвета сутане до пят с глубоким капюшоном, ниспадающим далеко вперед и полностью закрывающим все то, что под ним пряталось. Единственно, косы в ее руке не было. Видимо, не случайно. Но и без нее ошибиться было невозможно. Король застыл на месте как парализованный. Его обуял непередаваемый ужас. Ни разжать губы, ни двинуть рукой или ногой он не мог. Тело его не слушалось. Оно ему больше не повиновалось. Все мускулы свело. И даже нутряной крик, рвущийся наружу, застрял у него в горле. Сердце бешено колотилось. Его удары отдавались в голове так сильно, что из-за грохота в ушах он ничего больше не различал. Когда же они немножко ослабли, он услышал вкрадчивый голос, почти шепот. Только голос этот возникал непосредственно у него в мозгу. - Я за тобой, – сказал Смерть. – Твое время пришло. Ты должен знать мой обычай. Я появляюсь тогда, когда человек особенно счастлив. Когда его начинания в расцвете. Когда ему есть, что терять. - Не надо, – возопил молодой король. – Дай мне отсрочку. Я сделаю все, что ты пожелаешь. Абсолютно все. Все, все, все. Клянусь всеми святыми. Поверь моим обещаниям. Клянусь собой, женой, королевством. Всем. Только дай мне еще немножко пожить. - Очень хорошо, – молвила Смерть. – Я ждала этих слов. Я здесь не случайно. Я давно за тобой, за вами наблюдаю. Приглядываюсь. Вы пробудили во мне какие-то неведомые мне чувства. Вы возбудили во мне желание. Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью. – Она подождет, – продолжила Смерть и пренебрежительно повела плечом в сторону застывшей на ложе молодой женщины. – Начинай же. Поцелуй мне руку. И Смерть протянула к нему пустой рукав. Как завороженный, он поймал его за кончик и завернул, содрогаясь. В робкой, в последней надежде, что ему откроется женская ладонь, а не ужасные ледяные костяшки, и он не умрет с перепугу. Каково же было его облегчение, когда из рукава выпростались тонкие изящные пальчики, к которым он прильнул с восторгом и упоением. А дальше, как будто от его поцелуев, зловещий рукав истончился и растаял в воздухе. Перед ним сияла рука обворожительной белизны. Выполненная самым искусным мастером в поднебесной, как с восхищением подумал король, который с каждым мгновением приходил во все большее и большее неистовство. Бархатистая кожа, созданная из самого нежного, самого мягкого, самого теплого в мире материала, манила. Она притягивала, как магнит. Устоять, и при других обстоятельствах, было невозможно. Вслед за рукавом истончилась вся верхняя часть сутаны, мягкими снежинками пуха опадая на пол, – Смерть легко перевоплощалась, мгновенно усваивая самые обольстительные образы, проносившиеся в его воспаленном мозгу. Глазам короля предстали несравненной величавости плечи и точеные груди, по красоте превосходящие все, что он когда-либо видел. Он прильнул к ним без каких-либо понуканий со стороны соблазнительницы и покрыл горячими истовыми лобзаниями. - Хватит, – через какое-то время напомнила ему Смерть. – Теперь ножки. Королю не надо было указывать дважды. Он и сам бы, спустя еще пару секунд распластался бы перед ней ниц. Перед этой богиней женской красоты, жрицей любви, постепенно открывающейся его взору. Король бросился на колени, завернул подол сутаны и припал губами к самому совершенству. Он поднимался выше и выше, сантиметр за сантиметром, прикосновение за прикосновением. Одновременно все в нем продолжало воспламеняться. Его охватывали безудержной мощи чувства, которые он в себе не мог даже заподозрить. Куда там банальный восторг и упоение. Как ему повезло. Безумно. Безмерно. Ведь большей красоты, большего совершенства, большей любви в мире просто не существует. И все это отныне принадлежит или будет сейчас принадлежать ему и только ему. Когда всю сутану как паутинку сдуло с упоительной красавицы, он подхватил ее на руки и понес к постели. Как вы, наверное, уже догадались, кровать давно опустела. Молодой королевы и след простыл. Она исчезла из опочивальни намного раньше, чем преображавшаяся Смерть избавилась от своего мрачного одеяния. Никто никогда и нигде ее больше не видел. А к королю навстречу из-под капюшона потянулись такие любящие губы, что весь мир для него перестал существовать. И никакая это не метафора: что мир пропал для него и для всех не только в переносном смысле, вы поймете буквально через несколько строк. Они предавались любви так, как молодой король не представлял себе этого раньше. Он никогда не испытывал ничего подобного. Даже отдаленно. Он чувствовал себя богом любви и всеми богами Олимпа вместе взятыми. Он мог все. И все его самые сокровенные желания мгновенно исполнялись. Король упивался страстью. Он наслаждался ею. И ему все было мало. Хотелось еще и еще. Сильнее и сильнее. И так без конца. Время тоже перестало существовать. Оно исчезло. Оно растворилось в воздухе, как до этого молодая королева, а затем сутана Смерти. Но время перестало течь только для него. Все же остальные смертные продолжали жить как обычно. Утром охрана постучала в двери. Смерть забрала их чисто рутинно, автоматически – чтобы не мешали. Затем в покои устремились придворные. Их постигла та же участь. И всех курьеров. Нарочных. Гвардейцев. Людей государевых. Всех, у кого было какое-либо дело к королю. Не избежали предательской судьбы и его друзья, и близкие соратники. Очень скоро публичная жизнь в королевстве замерла. Государственная машина остановилась. Все перестало работать. Начались бунты и волнения. Ходоки двинулись во дворец. Но и они исчезли. Толпы народа попытались его штурмовать. И они сгинули. Страх и отчаяние охватили население. С надеждой пришлось расстаться. Страна пропадала. Она разваливалась на глазах. Что-то делать было бессмысленно. И народ бросился бежать из падающего государства. Караваны беженцев заполнили водные пути, тракты и проселки. Вскоре его оставили все. Только дворец продолжал возвышаться среди других построек своего времени. Но окрест людей уже нигде не было. Их не осталось. И внутри дворца, и за его стенами царствовала Смерть. Любой, кто случайно забредал в тамошние места, приезжал по какой-то надобности или отправлялся, чтобы что-то разведать, исчезал навсегда. Как и ватаги бандитов, и армии завоевателей. Связь между Землей и другими сферами, между прошлым и будущим, между материальным и нематериальным, жизнью и смертью нарушилась. И тогда, чтобы восстановился баланс в мире, проклятое королевство ушло на дно океана. Человечество, хвала богам, не отыскало его до сих пор. Может, и не отыщет. Что-то еще случится, когда и если оно на него в результате чьей-то настырности или недосмотра все же наткнется. От этого нас пока судьба бережет. А вот с непродуманными, неподготовленными, своекорыстными политическими глупостями, опрометчивыми экспериментами и фантазиями дело обстоит неизмеримо хуже. Их слишком много. До критической массы еще, вроде бы, далеко. Но кто знает. Будущее, в отличие от прошлого, от нас сокрыто. Остановиться, охолонуть и задуматься над последствиями, тем не менее, время еще есть. © Н.И. ТНЭЛМ №7-8(46), 2010
no image
Привычки и Нравы

или Проверка на вшивость Казалось бы, у других европейских стран и России одна культура, выпестованная общей историей, традициями и взаимопроникновением. Ан нет, различия есть. Причем чувствительные. И нюансов предостаточно. Все же близость к Востоку сказывается. Как каждый Новый год подходит,...

или Проверка на вшивость Казалось бы, у других европейских стран и России одна культура, выпестованная общей историей, традициями и взаимопроникновением. Ан нет, различия есть. Причем чувствительные. И нюансов предостаточно. Все же близость к Востоку сказывается. Как каждый Новый год подходит, это с особой силой чувствуется. У нас все прилавки уставлены фигурками зверей и домашних животных, олицетворяющих наступающий Новый год по китайскому календарю. Такая фигурка обязательно на столе стоять должна, чтобы будущее задобрить. Из гжели или чего попроще. Изображениями тех же зверюшек все стены в магазинах увешаны. А к западу от нас ничего этого нет. Напрочь. Бедность какая-то интеллектуальная, труднообъяснимая. Ни в гороскопах восточных, ни в символике они ну ни бельмеса не смыслят. И про драконов ничего не понимают. Только настоящих, а не из сказочек про парки Юрского периода. Хотя когда надо, не подкачают. Проверено. У Верховного правителя Земли издревле так заведено было. Не того, который человечество никак воспитать не мог и регулярно то морами, то наводнениями наказывал. И сейчас продолжает. И не того, который у древних греков и римлян своим взрывным нравом и любовными похождениями прославился. А того, который к Поднебесной неровно дышал. Раз в тысячу лет выпускал он из галактического заказника драконов – только не игрушечных, белых и пушистых, и не мифических, сладко-сладко так улыбающихся, а самых что ни на есть свирепых – и посылал к разным народам с проверкой. Поручал он им огнем и мечом выяснить, как там они, что собой представляют, стоит ли их на Земле оставить или на кого другого заменить время пришло. Германскую пунктуальность он не любил и посылал, как ему вздумается. Иногда в конце, чаще в середине, а бывало и в начале тысячелетия. К нам, если по былинам отсчет вести, посылал, когда на Руси еще богатыри не перевелись. Когда Илья-Муромец, Алеша Попович, Добрыня Никитич и другие добрые молодцы своими свершениями ратными и любовью к Руси-матушке края наши оберегали да славили. Былины эти так о тех событиях сказывают. Налетит четырехглавый змей, чтобы поля, избы и терема пожечь, мужиков извести, женщин и детей малых в полон увести, да не тут-то было. Кто-нибудь из богатырей ему обязательно эти головы отрубит. Причем играючи. В одиночку. Не прибегая ни к чьей помощи. Налетит вновь дракон, теперь уже восьмиглавый. Еще более наглый, ершистый и кровавый. Но и от него только мокрое место останется. Примчится тогда двенадцатиглавый, чтобы самую страшную атаку психическую провести. Она окончательную точку изуверскую в отчете небесном должна поставить. Ан и ему славные защитники отечества «но пасаран» устраивают. Как перевелись богатыри былинные, много зла драконы нашим людям причинили. Чудовищно много. Не счесть. Покуражились, ироды. Всласть нашей кровушки попили. Но и тогда наши предки выстоять сподобились. Поднимутся они всем миром, обязательно всем миром, соберутся с силами вновь и вновь – и с драконами самыми жуткими управятся. Хотя, конечно, каждый раз по-разному складывалось. Об одном таком более-менее мирном вояже инспекторов-гастролеров Михаил Булгаков, про то, не ведая, в своем нетленном шедевре свидетельствует. Тогда все без катастроф и больших разрушений обошлось, и за рамки приличий не вырвалось, поскольку глубокоуважаемый маэстро Воланд лично в гости к нам пожаловал. Драконов же он привык на коротком поводке держать. И всех вместе. И чтобы без глупостей. А дабы людей попусту не пугать, он на них сообразно времени личину серенькую, незаметную надел. Такие симпатяги получились, что на их фоне другие больше на драконов смахивать стали, те, с которыми им столкнуться пришлось, да поладить не привелось. Сидели они себе на шкафу тихо-смирно, примусы починяли, ни к кому не приставали. А если что из-под контроля и вышло, дотла выгорело и человеческие судьбы покалечило, так не их в том вина. Тогда нас от большой беды совсем другие силы спасли. Не былинные, богатырские, но нисколько не меньшие и ничуть не менее достойные. Силами духа, творчества, прозрения, любви и жертвенности называются. Оказалось, что тогда у нас ими, вопреки всему, вопреки господству армии ничтожеств и тотальной ненависти к себе подобным, все существование нечеловеческое пропитано было. А Мастеру и Маргарите за пример и спасение от пришедших после них на века признание, благодарность и почитание. Только не всем народам так «везло», как нашему. Многие нашествия драконов не выдержали. Пали под их ударами. Среди них такие великие, как цивилизации ацтеков, инков. О некоторых мы ничего и по сию пору не знаем. Как говорится, и слыхать не слыхивали, и видеть не видывали. О других догадываемся, потому что на их взлет и падение рукописи старинные указывают. Вот, например, что они про одну из таких цивилизаций рассказывают. Была она, может, и не самой древней, но тысячелетнюю историю за спиной имела. К числу самых мощных и плодовитых принадлежала. В пору расцвета чуть ли не на полмира свои владения и подконтрольные территории раскинула. На жизнь и самосознание всех иных цивилизаций очень сильно повлияла. И своей культурой, и своим примером, своими свершениями, и своими лишениями. Только время пришло, к закату клониться стала. Из-за того, что надорвалась – легко ли путеводной звездой для всех так долго быть, а потом за горизонт обрушиться. Из-за того, что привлекательность потеряла – ведь в человеке человеческое она никогда не ценила. Людей лишь как строительный материал для истории использовала. Условиями их существования пренебрегала. Из-за того, что ее предали – те, кто ее холить и лелеять призван был, кто во главе стоял, и кто ею кормился, получили возможность от других прелестей вкушать и от нее отвернулись. Вот прилетел туда самый первый, самый слабенький дракон. Считайте, почти дракоша. Прилетел, трепеща. С грустью про всех своих погибших предков вспоминая. Прибыл, как ему думалось, на заклание. Так, без определенных целей. Только чтобы, согласно графику, ситуацию прощупать. Ну, как положено, пожег все, что подвернулось. Потравил. Попортил. Только чуть-чуть. Без души. Самую малость. Поскольку откуда энтузиазму взяться, когда слезами горькими обливаешься, да о смерти своей близкой кручинишься. Только его «подвигов» никто не замечает. Нуль внимания. То есть народ стонет. Люди гибнут. Поля, избы да терема горят. А никто ничего не делает. Остановить его и осиновым колом в землю навечно вогнать даже не пытаются. Лишь головешки из лукошка водой заливают, и то, что не дотла сгорело, в сторону откладывают. Обрадовался дракоша. К Верховному правителю воротился. Рапортует, от восторга захлебываясь. Удивился Верховный. Мол, что за наваждение. Никогда такого не было. Насторожился – нет ли в этом подвоха какого. Хотел было дракошу обратно отправить, докладу не поверив. А потом передумал. Пускай будет, как всегда, – решил. – По заведенному порядку. И послал теперь уже восьмиглавого дракона. Злющего. Бесшабашного. Добычей нежданной распаленного. Налетел второй дракон супостатом, аки смерч огненный. Одновременно в десятки мест разных разит. Людей, кто зазевался, живьем, угоревших, заглатывает. Под ним земля стонет. За ним лишь пепелище стелется. Летит, все на своем пути уничтожая, а сам к битве великой готовится. На нее себя настраивает. Вот сейчас его остановят, и головы чешуйчатые рубить станут. Или по старинке на вилы поднимут. А то, как с братьями его старшими уже случалось, ракетами с ядохимикатами закидают и еще изуверскими лазерами там или мазерами всего искромсают, на мелкие кусочки изрежут. Но ничего такого не происходит. Внизу народишко простой суетится. Технику какую-то смешную, игрушечную нагоняют. А от него усиленно глаза отводят. Как будто и нет его вовсе. И в газетах тамошних, и по телевидению о нем ни слова. Только сводки какие-то странные в изобилии, на полных дебилов рассчитанные. О числе пострадавших. Масштабах бедствия. Размерах ущерба. И еще рекомендации медицинские всякие – о том, как в условиях таких экстремальных, экологически «неблагоприятных», выживать научиться. Ну и заявления популистские, им же, по-видимому, адресованные, как специально, тень на плетень наводящие. О том, что все всем компенсируют. Или заново отстроят. Что перевооружением служб компетентных займутся. И денег на все на это видимо-невидимо выделят. Если бы не на службе у Верховного, дракон, видя реакцию такую смешную и бездарную, дал бы себе волю – от смеха бы животики надорвал. Но нельзя. Надо сугубо по инструкции действовать. То бишь, жечь и уничтожать. Жечь и уничтожать. По максимуму. Чтобы там внизу не оправились. Так он и действовать продолжил. А как боекомплект расстрелял, вернулся к Верховному, чтобы тому, кто пострашнее, место уступить. Ну, уж как двенадцатиглавый за дело взялся, тоже, вслед за братьями не встречая сопротивления, все вокруг на сотни миль заполыхало. Небосвод от жара плавится. Реки и озера пересыхают. Огонь столбом идет. Никого и ничего не щадит. Ни баз военных и центров слежения, на произвол судьбы брошенных. Ни объектов гражданских и инфраструктурных, как выясняется, никому не нужных. Ни урожая, с таким трудом выращенного, который все равно бы налево ушел. Земля в огне, города в дыму, и вся экономика стремительно в одно черное дымное облако обращается. Правители же тамошние по-прежнему лапшу развесистую на уши народу, якобы их избравшему, вешают. Мол, с нас-то какой спрос. Мы за катастрофы природные не отвечаем. Они же не каждый день, а раз в тысячелетие случаются. Вот если бы каждый – другой разговор. И вообще, все напасти из-за кордона пришли. Мы же то, что за границами нашими творится, не контролируем. Вот кабы на нашей территории зло свои корни пустило, мы бы их вмиг выкорчевали. А так, мы без понятия. И, как один, в отпусках безвременных, как в окопах отсиживаются. Пресса тамошняя, видимо, запах свежего мяса почуяв, вместо того, чтобы в набат бить и народ поднимать, разборками, привычно, занялась. Кто виноват и в какой степени, предположения строит, и в истерике праведной бьется. Всех непричастных орденов лишить требует и от кормушки отстранить. И вообще наказать по самое не балуйся. Чтобы другим впредь неповадно было. А что неповадно-то, когда все не о том. Когда бы всем миром навалиться и справиться с драконом. Однако уже не одним. Потому что все остальные, по команде Верховного, со всех запасных аэродромов примчались. Но, если всем миром, все равно никакая орда драконов не устоит. Всем головы посечь можно. Только куда там. Народ, вместо того, чтобы в ополчение, за границу подался. Во главе со средним классом, у которого с деньжатами повольготнее. Туда, где все хорошо. Где все благополучно. Где ни с кем и ни за что сражаться не надо. Где все и так давно уже есть. Глядь, а правители всех опередили. Давно там сидят, и в ус не дуют. Они ведь предусмотрительные: детей еще раньше туда отправили. Обучили по-тамошнему. В фирмы нехилые пристроили. Все имущество на них переписали. Недвижимость на их имя приобрели. Живи – не хочу. Какая разница, что на родине творится. Бизнесу же компрадорскому – попытался одно время национальным сделаться, да не вышло, который в огне не горит, и вовсе раздолье. Пилит себе и пилит. И пропавшее, на спасение которого, якобы, немеренно потрачено было. И компенсации, в разы завышенные, чтобы не только по усам и бороде текло, и все сыты-пьяны были. И новое строительство, по таким ставкам подсчитанное, будто из чистого золота и платины воздвигнуто будет и каменьями драгоценными инкрустировано. Нам доподлинно не ведомо, что с цивилизациями инков и майя приключилось. А эта цивилизация, судя по летописям, вот именно так канула в лету. И не жалко – на что планете и Верховному правителю такая цивилизация апофегистская, когда людям ничего не надо. Когда каждый за себя. Когда против дракона и выйти некому. Такая вот история назидательная. Хорошо все-таки, что сейчас совсем другие времена. Эра солидарности, взаимопомощи и взаимозависимости. Тут намедни дракон в южные страны Европейского Союза сунулся. Там сначала струхнули, а потом так дракона отделали, о-го-го. И огромную-преогромную дубинку из евриков, общих институтов финансовых и нового законодательства для любого, кто вновь осмелится, заготовили. Только вот беда, схлопотав по всем головам чешуйчатым в Евросоюзе, поводырь Верховного, хитрая бестия, к соседям полетел. Вдруг в их отношении что выгорит… © Н.И. ТНЭЛМ №7-8(46), 2010
no image
Привычки и Нравы

Куда бы вы ни заехали в Европе, в числе достопримечательностей вам обязательно назовут краеведческий музей или что-то похожее. Есть такой и в деревушке Друскининкай. Только называется он чуть-чуть иначе – музей народных приколов. В советские времена в деревушку народ валом...

Куда бы вы ни заехали в Европе, в числе достопримечательностей вам обязательно назовут краеведческий музей или что-то похожее. Есть такой и в деревушке Друскининкай. Только называется он чуть-чуть иначе – музей народных приколов. В советские времена в деревушку народ валом валил. Чаще всего по профсоюзным путевкам, если кто помнит. Минералку попить, подлечиться, отдохнуть, развеяться. Друскининкай считался одним из трех популярных направлений, наряду с Кисловодском и Трусковцами. Сейчас он несколько потускнел – слишком уже выбор расширился. Но остался таким же милым, тихим, домашним, как и в былые времена. Даже стал поуютнее, подешевле и поухоженнее. Попал я туда совершенно случайно. Дочка заехала к подруге. Погостить и насладиться природой, которой у нас все меньше и меньше остается. Поплавать в озерах, покататься по дорожкам вдоль Немана на велосипеде, побродить по лесу, поесть чернику и бруснику, полакомиться лисичками. И о музее узнал ненароком. Стал я хозяина нашего местного подкалывать. Дескать, нехорошо родной язык забывать. Уже акцент характерный обозначился. С трудом нужные слова подыскиваются. Да и детям можно было бы чуть-чуть побольше из классики в головы чугунные вдолбить. А то никакого диалога не получается. Я им одну присказку из «Двенадцати стульев», другую – из «Золотого теленка», и все впустую. У них же на лбу написано плохое знание родной культуры, что я приравниваю к почти полному отсутствию интеллекта. Мол, не читали. Не понимаем. Кто такие дорогие моему сердцу Ильф и Петров, в первый раз слышим. Хозяин же взял и обиделся. Может, мы, – говорит, – чего и не дочитали. Может, мы чего и не доучили и детям не передали. Зато, в отличие от московских, у наших девок голова на плечах есть. Они в местном музее народных приколов не красуются, и красоваться не будут. Поскольку у них, не чета вашим, сообразиловка работает, и в глазах не только денежные знаки мерцают. Тут уже я заинтересовался. Стал тормошить и расспрашивать. Он мне все секреты местные бесхитростно и выложил. Вот, сказывает, как коллекция пополняется. И никакого тут вранья нет. И преувеличений. Что никакого вранья, могу засвидетельствовать. Поскольку тамошняя жизнь его напрочь отторгает. Все друг другу верят на слово. И словом своим дорожат. И к нему очень серьезно относятся. Если все шутки и прибаутки, для нашего слуха немножечко непривычные и чересчур соленые, убрать, такая вот история получится. Если какие-то детали и нюансы существенные упустил, не обессудьте. По памяти восстанавливал. Представьте себе настоящий сосновый бор. Высоченные корабельные сосны. Никакого подлеска. Только мох да поляны, кустиками черники и брусники усыпанные. Те, кого, кроме «все включено», ничего больше не интересует, и те, кто из-за клещей, дико после развала лесного хозяйства расплодившихся, за пределы своих дач носы больше не высовывают, могут по Интернету посмотреть. Представили? Тогда делаем следующий шаг. Убираем из той картинки, которая у вас перед глазами появилась, бурелом, деревья поваленные, в изобилие на земле гнить брошенные, и ветки попадавшие. Убрали? Теперь добавляем аккуратные чистенькие асфальтовые дорожки, между соснами вьющиеся, по которым так приятно на велосипедах колесить или пешком вышагивать. С привалами из лакированного дерева на каждом шагу. Только совершенно пустынные. Потому что местные жители на работе заняты. Им не до праздных прогулок. Отдыхающие же почти что до смерти процедурами лечебными измотаны. Они и без них еле-еле на ногах держатся. Те же, которые держатся, по ресторанам сидят и с национальной кухней знакомятся. После знакомства, какие же прогулки. Добавили? Если да, то для последующей истории декор готов. Можно приступать. Идет по этой дорожке асфальтовой между сосен девушка. Одна. Наверное, как-то случайно от стаи отбилась. По всему видно – москвичка. Собой хороша. Не ах-ах-ах как, но миловидна. Одета стильно. И все при ней. Только носик, к небу задранный, воротит. На лице ее легко читается: как это я по ошибке сюда попала. Ну и вляпалась. Хорошо хоть дорожка асфальтированная. Иначе совсем тоска. И когда я, наконец, до мест цивилизованных доберусь? Топает, ничего вокруг не замечая. Лишь губки пухленькие надувает. Как вдруг на пути старичок с ноготок, борода с локоток. Точь-в-точь как в сказках народных описано. В шляпе соломенной широченной. В светлых шароварах. Все как положено. Единственно, старичок вполне такой крепенький, кряжистый и даже не очень-то старенький. Но девица-красавица, нос задрав и подбородок вперед выставив, его стороной обходит, даже не замечая. Ладно. Проходит она еще несколько сот шагов, глядь – снова тот же самый старичок сказочный на дорожке асфальтовой стоит. Только шляпу безразмерную с головы своей сивой, но вполне аккуратно подстриженной и ухоженной, сдернул и приветственно так помахивает. Девица-красавица направо налево, вперед назад посмотрела, кому это он помахивает, но никого, кроме себя, в лесу не обнаружила. Тем не менее, крепыша корпусом отодвинула, слова не вымолвив, и дальше пошла. Но когда спустя очередные пару сотен шагов она снова старичка на дорожке углядела, у нее в голове шарики-подшипники заржавевшие со скрипом в движение пришли. А как пришли, озарение случилось. Старичок-то, что перед ней только что шапку какую-то странную, дурацкую ломал, похоже, волшебник. И не хилый. Он черти что может, если к нему в доверие втереться, и прихоти его нехитрые выполнить. Типа там загадки отгадать. Или перины взбить. Или обедом приличным накормить. Хотя зачем ему харчи домашние, когда столько кафе, забегаловок и ресторанов фирменных на каждом углу. Но тут старичок уверенно прервал течение ее хаотичных, взбалмошных мыслей. – Да, – сказал он, – сеньорита. Я кудесник. Я дух. Я эманация тутошних мест. Однако, увидев, насколько тупое выражение появилось на этой в остальном такой обаятельной мордашке, он взял на несколько регистров ниже. – Я, – продолжил он, – хозяин, властитель тутошних мест. И вообще всех. По-вашему значит олигарх. Только моя власть – не миллиарды неизвестно чего, паршивые, на воровстве и обмане замешанные, которые в любой момент отобрать могут, а волшебная. Вечная. Богом данная. Она вне пространства. Вне времени. Я все могу. Все, что пожелаешь. Понравишься мне, любое твое желание исполню. И не одно. Только он все это вымолвил, как девица-красавица враз вспомнила, что за неуспеваемость ее почти что из университета выперли. Последний шанс дали. В сентябре, на худой конец, в октябре все хвосты досдать надо будет. Вот если бы… – Да это само собой, – догадался боровичок. – Это мы в момент. За эти пустяки не беспокойся. Что посущественнее заказывай. – Хочу яхту. Огромную. Белую. С кучей кают. Быстроходную. С вертолетной площадкой. Как у Абрамовича, – освоилась обрадованная девица. – Не проблема, – сказал величественный волшебник, блюститель равновесия в мире и по совместительству хозяин тамошних мест. – Будет тебе яхта. Пятипалубная. Грандиозная. Такая, что все члены королевских семейств по всему свету и сама Алла Пугачева тебе завидовать станут. Только есть малость, которую отрегулировать надо. Чудеса за просто так не делаются. Сама понимаешь. Не маленькая. Делиться надо. То есть, что-то и со своей стороны дать, чтобы чудо случилось. Ну, в этом отношении у москвички голова очень хорошо устроена была. Она тут же не своим голосом завизжала: «Спасите! Насилуют!» Однако никто на ее вопли душераздирающие не откликнулся. Старичок подождал, пока она угомонится, и разъяснил ей популярно, что сейчас не те времена. Что такого товару, как она, на каждом углу за полтинник. К тому же что-то в этом деле соображающих. Так что, никто, тем более диво лесное, на нее не позарится. Себе дороже – потом всю жизнь алименты плати. Но вот загвоздка. Волшебство – дело тонкое. Его подпитывать нужно. Энергией нематериальной накачивать. Что-то в плавильню волшебную кидать. И только ей принадлежащее. – Но ведь у меня ничего нет, – огорчилась наивная студентка. – Понятное дело, что нет, – вздохнул лесной лиходей. – Может, босоножки или платье от Версаче, – робко предложила столичная жительница. – Или белье нижнее. Тонкого шелка. Почти что неодеванное. Для ритуалов каких вполне сгодится. – Ну, ты скажешь, – начальник над лешими презрительно скривил губы. – Да кому этот китайский ширпотреб нужен. Кого ты обмануть хочешь. Для колдовства вещи настоящие, только твои, надобны. Девица-красавица готова была расплакаться. Счастье таяло на глазах. Ускользало из рук. – Да бери, что угодно, – разрыдалась она. – Только выполни, как уговорились. Боровичок как будто ждал этих слов, уверенный в том, что крепость падет, падет быстро и к его ногам. Он достал примитивный цифровичок, сделал пару фоток и протянул дурочке-красавице откуда ни возьмись взявшиеся ножницы. – Дать ты действительно ничего не можешь, ну абсолютно ничего, совсем ничегошеньки, – скорчив кислую мину, разъяснил лесной начальник. – Толку от тебя никакого. Но не портить же нам все из-за твоей несостоятельности. Ладно, обойдемся чушью собачей. Давай, отхватывай себе косу. Какая она там у тебя, русая, рыжая – не важно. Хоть что-то для отчетности будет. Девица-красавица схватила ножницы и в один присест, не колеблясь, уверенно состригла все, что у нее на голове росло, и хоть чуть-чуть ей видимость интеллекта придавало, и передала лесному насмешнику. Тот взял, сделал еще пару фоток и сунул в большую кожаную сумку, стоявшую у его ног. – Где яхта, – капризно спросила невеста. – Я уговор выполнила. Теперь твой черед. – Яхта в лесу, среди сосен, – неподдельно удивился маховичок. – Да ты чего. Яхта пришвартована к молу в Ницце. Купчая тебя дома ждет. Мы фирма надежная. Никакого обмана. Вернешься к себе, и пользуйся. Девчушка представила себе Ниццу, белоснежную яхту, пришвартованную в одной из гаваней. И сердце у нее защемило. – Ой, – сказала она подобострастно. – А можно было бы еще виллу, ну какую-нибудь, ну хотя бы малюсенькую по соседству. Я на многое не претендую. Но вилла. Это так мило. Это так хорошо с яхтой сочетается. Без нее и яхта как-то не так смотрится. – Ладно, – сказал колдун-соблазнитель, на глазах наливаясь важностью и значительностью. – Только теперь придется «ню» для отчетности на фоне сосен сняться. Это как для глянцевого журнала. А чтобы позы поизящнее и поэротичнее получились, можешь журнальчик недвижимости на Лазурном берегу одновременно перелистывать. Фотки получились отменные. Если бы в Интернет попали, народ только бы на эту страничку заходил. Все остальные коммерческие сайты бы обанкротились. Потом сообразительная штучка выторговала себе к яхте и вилле в Ницце еще и французское гражданство. Действительно логично. Ну как же яхтой и виллой без гражданства в свое удовольствие пользоваться. Какую цену за эту безделушку она уплатила, наш местный хозяин умолчал. Но коса ее, фотки до встречи с потешником, после и вся фотогалерея в местном музее народных приколов красуются. С кратким комментарием. На литовском языке. Без перевода. Деньги, в нем говорится, или жажда денег или черная зависть, похоже, последние мозги у наших друзей и подруг, некогда самых близких, что восточнее живут, отбили. Так что, если кто нам про интеллект и плохое знание классики в харю свинью совать будет… Обидно, конечно, и даже очень, но против музейных экспонатов ничего не скажешь. С ними не поспоришь. © Н.И. ТНЭЛМ №7-8(46), 2010
no image
БИЛЕТ В ЕВРОПУ

Точнее, не хочет их признавать Российских туристов в Европе сопровождает восхищенно-завистливо-презрительный ореол безоглядных транжир, которых стремятся заполучить в свои заведения владельцы отелей, ресторанов, торговцы недвижимостью, прокатчики дорогих автомобилей, хозяева ювелирных лавок… Местных бизнесменов уже не пугают ужастики про русскую мафию,...

Точнее, не хочет их признавать Российских туристов в Европе сопровождает восхищенно-завистливо-презрительный ореол безоглядных транжир, которых стремятся заполучить в свои заведения владельцы отелей, ресторанов, торговцы недвижимостью, прокатчики дорогих автомобилей, хозяева ювелирных лавок… Местных бизнесменов уже не пугают ужастики про русскую мафию, поскольку ее боссы, несмотря на препоны в виде въездных виз и видов на жительство, давно обосновались в Западной Европе и ведут себя как добропорядочные бюргеры и заботливые отцы семейств. Финансово-экономический кризис заставил даже тех владельцев туристических компаний, которые настороженно относились к гостям с востока, заговорить о необходимости увеличить приток щедрых россиян. И первым шагом на пути стимулирования посещений должна стать если не отмена виз, то хотя бы значительное упрощение их выдачи. Пример таких стран, как Израиль, успешно переманивающих к себе десятки тысяч гостей из России, похоже, вызвал откровенную зависть в Западной Европе. Но в последнее время заклинания владельцев турбизнеса – а он весьма влиятелен в ЕС, поскольку его обороты оцениваются многими миллиардами евро в год – услышала, наконец, Европейская Комиссия. Во всяком случае, принимая в самом конце июня стратегию развития этой отрасли, Брюссель особо указал на необходимость привлекать туристов из России, Китая, Бразилии и Индии. Очевидно, что это в перспективе предусматривает если не отмену такого анахронизма современного мира, как визовый режим, то хотя бы сильное его облегчение. Кое-где, правда, местные власти ворчат, что русские нувориши на корню скупят всю недвижимость и курорты. Им следовало бы посетить «русский город» – чешские Карловы Вары, который, как шутят местные жители, уже давно принадлежит россиянам. Однако чехи не могут нарадоваться тому, что значительная часть недвижимости и торговых точек знаменитого курорта принадлежит этим иностранцам: они обеспечивают их стабильным притоком валюты и постоянной работой. Не в последнюю очередь поэтому Карловы Вары превратились едва ли не в самый процветающий город Чешской Республики. Александр СОКОЛОВ
no image
Калейдоскоп

Пока Эндрю Торнтон, хозяин магазина на севере Лондона, продает за неделю мясо 12 этих животных. Но через несколько лет, по его мнению, оно станет в британской столице столь же популярно, как и кроличье. Описать возмущение зоозащитников можно только в самых...

Пока Эндрю Торнтон, хозяин магазина на севере Лондона, продает за неделю мясо 12 этих животных. Но через несколько лет, по его мнению, оно станет в британской столице столь же популярно, как и кроличье. Описать возмущение зоозащитников можно только в самых жестких выражениях, но мистер Торнтон остается безучастным к их протестам. Он считает, что беличье мясо, во-первых, экологически чистое, во-вторых, этих зверьков и так развелось слишком много, а, в-третьих, они находят себе пропитание сами, а не поглощают тонны зерна и других кормов, как коровы. Словом, сплошная выгода… Оказывается, в былые времена беличье мясо было вполне привычным для британской кулинарии, а потом как-то отошло на задний план. Но вот уже несколько лет как оно переживает своего рода ренессанс, появившись на прилавках магазинов для гурманов и любителей дичи. В Британии даже обсуждается вопрос, а не уничтожить ли «пришлых» серых белок, которые вытесняют местных красно-коричневых. Защитники животных уже объявили это «планируемой бойней», а людей вроде Торнтона обвиняют в том, что они собираются нажиться на предстоящей трагедии.   Дресс-код для супермаркета Похоже, у некоторых британцев появилась привычка посещать супермаркеты в весьма неподходящем облачении. Да еще и босиком. Проще говоря, они отправляются за покупками, только что вылезши из постели и не потрудившись сменить ночные рубашки и пижамы на что-нибудь более приличествующее случаю. Вот почему один из супермаркетов в Кардиффе был вынужден ввести подобие дресс-кода, хотя и не такого строгого, который принят в элитных увеселительных заведениях. Покупателей просто попросили приходить в торговый зал обутыми и не в ночном белье.   Опоздал на венчание «Он разрушил нашу мечту. С нами произошло самое худшее, что могло случиться», – в таких выражениях описывает Ирис Тобиас свое несостоявшееся венчание и приуроченное к нему крещение 14-ти месячного сына Фабиана. Нет, не зря поговорка гласит, что свадьбы без невесты не бывает. Но ведь не бывает и венчания без священника. А именно его, Йозефа Липперта, безуспешно прождали 130 человек, собравшихся в назначенный день и час у церкви в венском районе Флоридсдорф. Святой отец не только не явился, но и упорно не отвечал на телефонные звонки. Что же произошло? Священник не стал отрицать, что он попросту забыл о назначенном событии, объяснив это тем, что один из прихожан его общины в это время был при смерти, и он утешал его близких, а все остальное вылетело у него из головы. Разумеется, он принес все необходимые извинения, да к тому же за него попросил прощения еще и вышестоящий пастырь. Предложили провести и венчание, и крещение в удобное для новобрачных время. Утверждают, что разочарованной паре даже была предложена компенсация в 500 евро – так сказать, возмещение напрасных расходов. Но Ирис Тобиас откровенно признается, что больше не может «представить себя невестой в белом платье, идущей в церковь». Хотя свадьбу сыграть она все же не прочь.   По улицам ходил зеленый крокодил Такая добыча не каждый день выпадает на долю германских полицейских. А вот в городе Гросс-Рорхайме на юге земли Гессен событие, доселе зафиксированное, прежде всего, в детских стишках, стражам порядка пришлось повстречать в повседневной жизни. Метровая рептилия вырвалась на волю и темной ночью преспокойно шествовала по тротуару, где обычно миссисиппского аллигатора встретить весьма трудно. По совести говоря, это был крокодиленок, который, тем не менее, уже в этом возрасте может представлять угрозу для детей. К слову, выросший крокодил достигает четырех с половиной метров в длину и опасен даже для взрослых. С некоторыми ухищрениями полицейским удалось связать пасть незваному гостю и отправить его обратно в цирк. Между прочим, в свете этой истории, начинаешь понимать, почему германские зоозащитники из года в год упрямо требуют запретить участие в цирковых представлениях диких животных. Только в этом году зафиксирован целый ряд побегов из шапито. На свободу удалось вырваться бегемоту, носорогу, кенгуру, двум слонам и тигру. Слава богу, обошлось без жертв.   Турки становятся все толще Как утверждает турецкая газета «Заман», избыток веса становится для жителей Турции все большей проблемой. Примерно четверть мужчин и треть женщин весят излишне много, уверяют местные эксперты. Одним из последствий этого становится то, что для похорон приходится выбирать все более обширные гробы. Об этом можно судить по данным похоронных отделов городских управ: именно они отвечают в республике за организацию ухода граждан из жизни. До недавнего времени стандартная «домовина» представляла собой ящик 190 сантиметров длиной, 53 сантиметра шириной и 24 сантиметра глубиной, пишет газета. Сейчас же во многих районах страны такого гроба уже недостаточно, поэтому длина его, как правило, превышает два метра, ширина – 70 сантиметров, а глубина 35 сантиметров.   Будь неладен этот кошелек! Когда житель германского города Франкфурта не нашел дома своего кошелька, он решил, что случайно выбросил его вместе с мусором в близлежащий контейнер. Отправившись на поиски, он просунулся в люк, перегнулся через край, потерял равновесие и соскользнул в тошнотворно пахнущую массу… При этом бедолага умудрился основательно порезать ногу и утратил способность самостоятельно выбраться из бака на свет божий. К счастью, за всем этим наблюдала охрана расположенного неподалеку консульства США. Когда стало очевидно, что незадачливому искателю кошелька не вылезти, они вызвали пожарных, на которых в ФРГ возлагают разруливание подобных ситуаций. С помощью трехгранного ключа мусорный контейнер удалось открыть, а объятого зловонием горемыку – препроводить в больницу для оказания надлежащей помощи. Но кошелька он так и не нашел…   Автомобиль – хорошо, а автобус лучше Британские ученые опубликовали исследование, из результатов которого однозначно следует, что гораздо полезнее для здоровья ездить на автобусе, чем на автомобиле. Для того чтобы прийти к такому выводу, им пришлось на протяжении года пристально наблюдать за теми, кто ежедневно отправлялся на работу на одном из упомянутых средств личного или общественного транспорта. Так вот, пассажиры автобуса худели за это время минимум на три килограмма, чего нельзя сказать о любителях передвигаться на собственном авто. К тому же, тот, кто едет в автобусе, легко может позволить себе роскошь почитать газету или книгу, чем тот, кто за рулем, понятное дело, заняться не в состоянии.   В Британию – против своей воли Представьте себе ситуацию: пассажиры семи автомобилей субботним утром решили отправиться из Лондона в Париж, согласившись воспользоваться для этого услугами известной транспортной компании «Евротуннель». Всех их погрузили в специальный вагон и отправили в путешествие. А по прибытии в Кале… забыли разгрузить. И благополучно отправили обратно – на ту сторону Английского канала, как предпочитают называть этот пролив упорные островитяне. На другом берегу – в Фолкстоне – спохватились и, признав свою ошибку, вновь направили путешественников на французский берег. Справедливости ради надо признать, что такой прискорбный случай произошел в «Евротуннеле» первый раз за 16 лет работы.   Так дышат растения Германский ученый Кристиан Беер из Йенского института биогеохимии имени Макса Планка впервые в мире точно подсчитал количество углекислого газа, вдыхаемого растениями планеты. Этот газ необходим им для осуществления фотосинтеза, обеспечивающего нормальную жизнедеятельность земной флоры. Так вот, наши зеленые друзья потребляют в год 123 миллиарда тонн двуокиси углерода, сообщает американский журнал «Сайенс». Больше всего – 34% – вдыхают растения тропических лесов. За ними следуют обитатели саванн – 26%. Стоит учесть, что площадь, занимаемая саваннами, почти вдвое больше, чем та, что покрыта тропическими лесами. К слову, растениями заселено 40% поверхности Земного шара. Очень большую роль в процессе потребления двуокиси углерода играют и осадки. Чем их больше, тем активнее протекает процесс фотосинтеза.   Готовьтесь к встрече с волками После того, как в Тироле снова поселились волки, австрийские зоозащитники принялись громко жаловаться, что республика совершенно не готова к возвращению серых хищников. Пока, правда, особенно опасаться нечего, ведь, по подсчетам охотоведов, зверей этих все еще немного. Скажем в трех федеральных землях – Нижней Австрии, Штирии и Каринтии – все их поголовье исчисляется цифрами от трех до пяти единиц. И, тем не менее, эксперты предлагают заранее «подстелить соломки», чтобы встретить зверей из Восточной Европы – именно оттуда они в основном и проникают в Альпийскую республику – во всеоружии, не вызвав ненужных конфликтов. Специалисты согласны с тем, что волки, как умелые и безжалостные охотники, играют важную роль в поддержании экологического равновесия. Без их помощи потравы, учиняемые в лесу теми же дикими кабанами, были бы куда масштабнее. Однако на самотек дело пускать все же нельзя, поэтому эксперты уверены, что надо срочно вносить необходимые изменения в законодательство, дабы предусмотреть размеры и порядок выплат компенсаций за урон, который волки могут нанести домашним животным. Кроме того, нужно применять и отрабатывать международно признанные методики защиты стад, организовывать мониторинг перемещения волков, вести информационные кампании, направленные на облегчение совместного проживания волка и человека. Вот как, оказывается, все непросто. №7-8(46), 2010
no image
Только факты

Глобальный кризис побудил правительства европейских стран экономить на себе. Парижская газета «Фигаро» систематизировала эти меры, и вот что получилось. Ряд из них решили сократить зарплаты министрам. Вилка – от 5% (Великобритания и Португалия) до 15% (Ирландия и Испания). Греция отменила...

Глобальный кризис побудил правительства европейских стран экономить на себе. Парижская газета «Фигаро» систематизировала эти меры, и вот что получилось. Ряд из них решили сократить зарплаты министрам. Вилка – от 5% (Великобритания и Португалия) до 15% (Ирландия и Испания). Греция отменила все необлагаемые налогами премии министрам. В Италии предлагается заморозить расходы министерств на три года. Сокращениям будет подвергаться численность служебных автомобилей. До сих пор самой щедрой в этом плане в ЕС была Италия, где каждый министр имел несколько машин, в том числе, бронированных и с охраной. В Риме ожидаются сокращения. В Испании государственный автопарк (правительство, местные органы власти, госпредприятия) насчитывает 3 тысячи единиц. Но в Греции уже решено: объем двигателей автомобилей для слуг народа не может превышать 1,6 литра. Британское правительство на треть сократило расходы по автомобильной статье. Кроме исключительных случаев министры лишены машины с водителем, а депутаты должны передвигаться по стране на поезде во втором классе. Подавая пример, премьер-министр Дэвид Кэмерон проделал путь в 200 метров от своей резиденции до Вестминстерского дворца, где работает парламент, пешком, в сопровождении трех телохранителей. Германские министры должны летать обычными рейсами и лишь в крайних случаях пользоваться одним из трех представительских самолетов ВВС. Служебные машины у членов правительства не отобрали, но за их использованием установлен строгий надзор. Однако это произошло еще прошлым летом, когда тогдашний министр здравоохранения Улла Шмидт отправилась в отпуск в Испанию со своим бронированным «Мерседесом», который у нее там… угнали. Еще один элемент сладкой министерской жизни – служебное представительское жилье. Французские министры традиционно располагали им буквально в зданиях своих ведомств. Теперь после серии скандалов в Париже вводятся строгие ограничения. Как далеки времена генерала Шарля де Голля, который платил за то, что ему подавали в Елисейском дворце, из президентской зарплаты! В Великобритании только несколько ключевых членов кабинета располагают служебной жилплощадью, начиная с премьера, проживающего по знаменитому адресу Даунинг-стрит, 10. Германский канцлер Ангела Меркель имеет служебное жилье на предпоследнем этаже здания своей канцелярии, но предпочитает жить в своей прежней 3-комнатной квартире в Берлине. А в Италии и Греции никто даже не слышал про казенное жилье для членов правительства. Светлана ФИРСОВА Кто сколько получает? Данные о ежемесячных зарплатах членов правительства некоторых стран ЕС: Германия 21.800 тысячи евро – канцлер 12.860 тысячи евро – члены правительства Франция 18.197 евро – премьер-министр 12.075 – 12.928 евро – члены правительства Швеция 14.700 тысячи евро – премьер-министр 11.750 евро – члены правительства Великобритания 14.583 евро – премьер-министр 13.750 евро – члены правительства Испания 6.515 евро – председатель правительства 5.748 евро – члены правительства Греция 6.200 евро – премьер-министр 4.900 – 6.400 евро – члены правительства Италия Данных нет Источник: газета «Фигаро» (Франция)
no image
Только факты

Расположенная в Силиконовой долине венчурная компания «Хосла венчурс» с огромным удовлетворением сообщила о новом приобретении: ее «стратегическим советником» по вопросам долгосрочных инвестиций стал бывший британский премьер Тони Блэр. Фирма из Калифорнии, основанная в 2004 году Винодом Хослой, соавтором корпорации «Сан...

Расположенная в Силиконовой долине венчурная компания «Хосла венчурс» с огромным удовлетворением сообщила о новом приобретении: ее «стратегическим советником» по вопросам долгосрочных инвестиций стал бывший британский премьер Тони Блэр. Фирма из Калифорнии, основанная в 2004 году Винодом Хослой, соавтором корпорации «Сан микросистемс», занимается перспективными разработкам в области возобновляемых источников энергии: солнечной и ветровой, а заодно и ядерной, не считая поддержки инноваторам, двигающим за горизонт технологии в области Интернета и мобильной связи. Какая связь с миром хай-тека у Тони Блэра? Коммюнике от имени компании поясняет: бывший политик привнесет «свой вес» для продвижения всей тематики дружественных к окружающей среде и климату технологий. Сам Блэр высказался так: климатический кризис является «абсолютным приоритетом» и требует «инноваций, творческого подхода и дерзновений». За соучастие в этих «дерзновениях» в качестве советника отставной премьер будет получать вознаграждение, исчисляемое шестизначной цифрой, сообщает британская «Индепендент». В общей сложности, подсчитали в газете, за три минувших года экс-юрист, ушедший затем в большую политику, сумел аккумулировать приличное состояние в размере 23,7 миллиона евро. Сумма складывается из вознаграждений за его не бесплатные советы, аванса за будущую книгу и гонораров за публичные выступления. Разбивка по статьям доходов выглядит таким образом. Два крупнейших в мире банка – «Джей-Пи Морган Чейз» и «Цюрих файнэншл сервисиз» платят политику в общей сложности 4,7 миллиона евро в год. Еще 1,8 миллиона евро ему приносят советы руководителям нефтебогатого Кувейта. Явно не менее прибыльно консультировать южнокорейскую энергетическую компанию UI Energy Corporation (эти данные из зарплатной ведомости не раскрываются). Впрочем, это трудоустройство Блэра вызвало парламентский запрос одного из депутатов от тори: ведомо ли Блэру, что эта бизнес-структура вкладывает средства в иракский Курдистан, считающийся не вполне благополучным объектом для инвестиций? Не стоит забывать, что прежние заслуги на госслужбе обернулись для Тони Блэра ежегодной пенсией в размере 177 500 евро. Однако эта цифра меркнет на фоне гонораров за каждое «золотое слово», оброненное им публично. Как пишет «Индепендент», во время поездки на Филиппины в апреле Тони Блэр дважды высказался вслух. Каждый раз его речь длилась не более получаса. Но выписанный ему гонорар потянул на 473 тысячи евро. Не стоит удивляться: накопленная с годами мудрость государственного мужа востребована по полной – желающие услышать его живьем в качестве оратора должны записаться на «лист ожидания» и стать в конец очереди, которая растянулась на два года вперед. Французская «Монд» констатирует, что среди именитых записных ораторов, собирающих щедрый урожай своими платными выступлениями, включая Михаила Горбачева, экс-премьер Блэр не имеет себе равных. У него самый высокий тариф. Откровений Блэра ждут многие, иначе вряд ли бы ему заплатили аванс в 5,44 миллиона евро за книгу мемуаров, которая выйдет в свет в сентябре. Повышенная активность бывшего премьера на ниве консультаций и просвещения, получившая глобальный охват, вызвала ревнивую реакцию дома – парламентарий от либеральных демократов Норман Бейкер утверждает, что экс-лидера лейбористов ничего больше не волнует в этой жизни, кроме денег. Впору, язвительно замечает депутат, налепить Тони Блэру на грудь и на спину плакат: «Продается». Владимир МИХЕЕВ
no image
Только факты

В Западной Европе в роли сексуальных рабынь используются около 140 тысяч женщин, утверждает ООН. В большинстве своем это девушки и несовершеннолетние девочки, обманутые проходимцами или даже проданные своими родителями в дома терпимости, главным образом, Германии, Нидерландов и Испании. В первом...

В Западной Европе в роли сексуальных рабынь используются около 140 тысяч женщин, утверждает ООН. В большинстве своем это девушки и несовершеннолетние девочки, обманутые проходимцами или даже проданные своими родителями в дома терпимости, главным образом, Германии, Нидерландов и Испании. В первом докладе ООН на эту тему говорится, что подпольный рынок этого вида «бизнеса» оценивается примерно в 2,5 миллиарда евро в год. Его жертвами ежегодно становятся около 70 тысяч женщин, в основном, жительниц балканских стран (32%), прежде всего, из Румынии и Болгарии. На государства бывшего Советского Союза приходится 19% контрабандных пленниц, и здесь печальное лидерство принадлежит Украине. Новой тенденцией стал «импорт» китаянок в европейские бордели, массажные салоны и сауны. Торговцы живым товаром обычно заманивают девушек и подростков обещаниями предоставить хорошую работу и обеспечить участие в конкурсах красоты, отмечается в докладе.
no image
Открываем старый свет

или Один день в Амальфи Будет возможность, наказывали друзья, побывай в итальянской Кампанье. Неаполь, Капри – это само собой. Но обязательно выберись также в Амальфи. Не пожалеешь. При этом словосочетание «амальфитанское побережье» они произносили с каким-то особым придыханием. Я послушался...

или Один день в Амальфи Будет возможность, наказывали друзья, побывай в итальянской Кампанье. Неаполь, Капри – это само собой. Но обязательно выберись также в Амальфи. Не пожалеешь. При этом словосочетание «амальфитанское побережье» они произносили с каким-то особым придыханием. Я послушался их совета. О чем ничуть не жалею. И теперь вполне разделяю их восторги. Как по поводу тамошних красот, так и радушия и гостеприимства итальянцев. Дорожные приключения, или их отсутствие На то чтобы собраться, мне дали минимум времени. В 6.30 машина уже ждала у подъезда. Решили добраться до места по холодку. Голову – под контрастный душ, дабы проснуться. Несколько быстрых дирижерских взмахов помазком и бритвой. Плавки, шорты, кепку, защитные очки, деньги и документы – в рюкзачок. И мы уже в пути. Но каком! Дух захватывает в прямом и переносном смысле. Конечно, от яркости солнца, голубизны моря, бездонности неба и сочности зелени. Однако не только. Итальянцы без устали болтают. Я же крепко держусь за спинку сиденья. Узенькая дорога вьется вдоль скал, перепрыгивая с уступа на уступ, с террасы на террасу. Внизу отвесный обрыв и блики по воде. Вверху стена зарослей, украшенная тут и там роскошными южными цветами. Машины идут лоб в лоб. На приличной скорости. Ощущение все время, что, по крайней мере, бампер или боковое зеркало нам оторвут. Но легковушки и грузовички проносятся мимо. А водитель – наш друг и влиятельный адвокат – лишь бьет по тормозам перед каждым следующим поворотом, сразу же вновь вдавливая педаль газа в пол. И так каждые несколько минут или секунд. В зависимости от серпантина – тому, кто отваживался пробираться по дорогам Памира или старой ялтинской дороге, такой стиль езды должен быть хорошо знаком. Не переставая при этом клаксонить, балагурить, ругаться и потягивать отменно душистую сигару. С видимым наслаждением. Выбрасывая в воздух клубы дыма не хуже стреляющей сзади выхлопной трубы. Ругаться, кстати, есть за что. Вроде бы серпантин. Не разъехаться. Но итальянцы беззаботно бросают свои дредноуты чуть ли не посередине дороги. В самых неподходящих местах. С завидным безразличием к их судьбе и чинимым ими неудобствам. Если им нужно разгрузиться. Поболтать со знакомыми. Или выпить чашечку кофе. Все это вызывает у нашего звездного водителя только беззлобные выкрики «идиоты» – с ударением на первом слоге. Ими он прерывает свои бесконечные рассказы и рассуждения. За их внутренней логикой, правда, в таких условиях иногда сложно уследить. Но его «идиоты» с ударением на первом слоге звучат намного веселее и приветливее, нежели наши – с ударением на последнем. Следуя примеру других путешественников, предлагаю тоже выпить по чашечке. На рогалик не надеюсь – надо спешить. Движение по серпантину пока вполне приемлемое. А у сопровождающего нас адвоката через несколько часов слушание в суде по какому-то важному делу. Наверняка, связанному с мафией. Тут они в большинстве случаев с ней связаны. Итальянцы с удовольствием соглашаются. Вообще, надо признаться: они все делают с удовольствием. Останавливаемся у симпатичного кафе на центральной площади. За столиками уже чинно вдыхают пока еще свежий утренний воздух местные жители. В основном пожилого возраста. Пока еще рано, поэтому народу не много. Проходим внутрь и устраиваемся за барной стойкой. Ничего лишнего говорить не надо. Все происходит как бы в автоматическом режиме. Обмениваемся лишь улыбками и традиционными приветствиями. Мгновенно перед нами появляются обязательные стаканы с ледяной водой и чуть позже – малюсенькие керамические чашечки, чуть больше наперстка, с ароматным напитком. Запах – закачаешься. Вкус – отменный. В приготовлении кофе итальянцы – признанные мастера. Хозяева опрокидывают чашечки ловким отточенным движением. Больше похоже на то, как если бы они пропускали по рюмашке. Повторяю движение вслед за ними. Действительно, потягивать нечего. Ровно на полглотка. Зато какого. Нектар. Амброзия. Ощущение такое, будто в тебе вмиг подзарядили севшую батарейку. С таким кофе главное – не переборщить. Теперь можно ехать дальше. Мгновение – и мы снова в пути. Стараюсь из проплывающего мимо ничего не упустить. Мы приближаемся к пункту назначения. Сзади остаются небольшие городки или деревеньки. Их можно называть и так, и так. Зависит от ваших личных пристрастий и предпочтений. Деревянного почти ничего нет. Все из камня, внешне много повидавшего на своем веку. Итальянцы называют деревеньками. Расположены они в глубине бухт. И от воды уступами поднимаются до самого верха. Где более древние сооружения, радующие глаз в гораздо большей степени, чем современная архитектура, – внизу или наверху – сказать сложно. Для этого нужно знать прошлое края. Или хотя бы проштудировать путеводители. Вчитываюсь в рекламные щиты и указатели. Как правило, они небольшого размера. Расположены в хаотичном беспорядке. Все на итальянском. Английский не в ходу. Если не отвлекаться на призывающие обратить внимание именно на этот отель, а не сотни расположенных поблизости, из них можно почерпнуть много интересного. О том, как пройти или проехать к католическим церквям или соборам разной исторической ценности – не обладающих ею здесь просто не водится. Где можно поглазеть на остатки римских развалин – представители великой империи первыми здесь все обустроили, но пригодного к жизни пространства было, к сожалению, слишком мало. И что веселого и занимательного приготовили специально к вашему приезду. В Амальфи, например, – отличную программу вечерних концертов симфонической и оперной музыки, для посещения которых было бы очень неплохо задержаться. Тем более, зная неподражаемость итальянских оперных голосов. Наконец, еще один поворот, спускаемся к воде как на бреющем полете – и мы у цели. Крепкие рукопожатия. Не менее крепкие объятия. Наш водитель разворачивается и уезжает, а мы остаемся. Сначала пища для тела План наших действий обдуман до мельчайших деталей. Под номером первым числится заплыв. У нас с собой почти ничего нет. Но и с этим почти расставаться не хочется. Поэтому не без некоторого душевного трепета оставляем свои скромные пожитки под присмотром вездесущих бабушек, и бросаемся в воду. Однако, оказавшись в воде, забываем обо всем на свете. Вода ласковая. Нежная. Теплая. Ровно настолько, насколько нужно, чтобы дарить ничем не омрачаемое удовольствие от купания. Она позволяет лежать на спине, блаженствуя, подставляя мокрое лицо солнцу и любуясь окрестностями. И в то же время заставляет двигаться. Хрустальная – продолжаешь видеть дно даже тогда, когда уже прилично отплыл от берега. Чистая – свободная от мути и взвесей. Секрет, наверное, прост. Хотя не все им в состоянии воспользоваться. Видимо, сам городок очень чистый, и никакая гадость в бухту не сбрасывается. Пыли почти нет. Берег в мелкой гальке. По ней приятно ходить. В нее приятно зарывать ступни ног. К тому же людей в это утреннее время еще мало. Хотя сказать, что почти нет, было бы преувеличением. Но публика, бегающая друг за дружкой, играющая в мяч и предающаяся стандартному набору пляжных развлечений, еще, видимо, до моря не добралась. Она появится несколько позже. Хозяева яхт, стоящих в некотором отдалении, также либо еще не проснулись, либо не вернулись с берега, и спокойствия вод не портят. Любопытно, что я к яхтам отнесся как к дополнительному украшению побережья. Мои же итальянские друзья на них моментально окрысились. Мол, плавают тут всякие. Откуда же чистоте взяться. Одни от них неприятности. В виде мазутных пятен и всякой другой мерзости. Особенно, когда небольшое волнение, и все моментально прибивает к берегу. Хорошо бы все яхты с движками на углеводородах взять и запретить. И углеводороды вместе с ними. На мои робкие возражения и неуклюжие попытки заступиться за белоснежных красавиц мне было сказано: пускай пересаживаются на парусники. Против них ничего не имеем. Когда прилично отплыли от берега, держа курс на большие яхты, к уже испытываемым добавилось еще одно удовольствие: открылся вид на все взморье. Жмущиеся друг к другу бухточки. Вроде бы ужасно похожие и в то же время такие разные. Каждая со своим лицом. Достопримечательностями. Своим неподражаемым очарованием. Видны стали и этажи уходящего вверх городка, опоясывающего лагуну, по которым нам еще предстояло карабкаться. И этажи эпох, через которые ему довелось пройти. Часа интенсивного купания нам не хватило. Соблазн был слишком велик. Обсохнув, согревшись и наговорившись, мы снова устремились в воду. Зачарованные ее хрустальной теплой чистотой и радушием. Тем более что теперь мы не опасались заплыть по-настоящему далеко. В первый раз никто на наши пожитки не позарился, и можно было надеяться, что они останутся в сохранности. К тому же до нас никому дела не было. Ни мелким спекулянтами цивилизованного пляжа, втюхивающим многодетным матерям пластмассовые шезлонги и пляжные зонтики. Ни спасателям, какое-либо присутствие которых в эти утренние часы нами установлено не было. Однако теперь, выходя из воды, мы поняли, что по чашечке кофе вместо полноценного завтрака для здоровых мужиков явно недостаточно. Пора было подзаправиться. Для этого мы устремились вглубь городка, искусно увертываясь от подстерегающих нас достопримечательностей. Их-то обойти было можно. Уличную торговлю – намного сложнее. Настолько она была живописной и притягательной. Эти места славятся своей вручную сделанной керамикой. Ремесла процветают здесь с незапамятных времен. Изделиями из керамики – веселыми, жизнерадостными, в основном цвета солнца, зелени и моря – торгуют на каждом шагу. И в маленьких магазинчиках, наряду со всем остальным. И в роскошных художественных галереях. Огромными блюдами. Кувшинами. Вазами. Столовой утварью. И всякой всячиной. Конкурировать с этими аляповатыми жизнерадостными поделками могут только изделия национальной кухни. Во-первых, они очень вкусные. Во-вторых, не менее красочные. В-третьих, здорово упакованные. Среди них бесконечные пасты. Иначе говоря, макароны. Несусветных сортов и расцветок. Потом всякие пряности. И, конечно, оливки и все, что только можно из них вытворить. Еще один товар, притягивающий покупателей, относится к совершенно другой категории. Это вина. Выбор великолепен. Глаза разбегаются. Так и подмывает попробовать. Вина свезены со всей Италии. А Италии есть, чем похвастаться. Имеются и местные сорта. Но их лучше заказывать в тавернах, пиццериях, тратториях, ресторанах и ресторанчиках – вино свежее, домашнее, в каждом месте разное, отличающееся своим букетом и почти бесплатное. Наконец, нельзя не упомянуть о мороженом. Вот уж что вкусно, так вкусно. Без малейших преувеличений. Мороженое здесь в огромных количествах поглощают стар и млад. Понятное дело – лето, жара, солнце, хочется. И кафешки на каждом углу. Как у нас аптеки. И все прельщают. Завлекают. В том числе самых упертых. Устоять невозможно. Расплавляя волю на пару с солнцем. И она течет, как то же самое слегка подтаявшее мороженое, оставляющее разноцветные разводы на платьях модниц, сумках и сумочках. Что-нибудь купить очень хотелось. Особенно что-нибудь совершенно ненужное. В подарок. Для друзей. На память. Чтобы сердце согревало. Или просто так. Но пересиливать себя, вспоминать, что это еще везти надо будет и того хуже – сдавать в багаж, не потребовалось. И силу воли демонстрировать тоже. Мы сели за столик прямо там, среди всего этого великолепия. Нам моментально поставили по полной кружке холодного местного бочечного пива и принесли по здоровенному шматку пиццы. И проблема была решена. Внимание полностью переключилось на то, как слаженно и алчно заработали наши вкусовые рецепторы. Пицца после почти двухчасового заплыва пришлась очень кстати. И какая пицца! Не какое-нибудь зачерствевшее заледеневшее издевательство над посетителями с надкусанными остатками от более ранней трапезы, выдаваемое за национальное итальянское кушанье, а то, что доктор прописал – плавящееся под пальцами или на тарелке (как кому больше нравится) вкусовое великолепье. Пальчики оближешь. Оторваться невозможно. Тем более под соответствующую тематике еды застольную беседу. Из нее я узнал всю правду о моцарелле. Сейчас ее можно купить во всех российских супермаркетах и специализированных магазинах. Это большой или много маленьких кусков рыхлой мякоти неправильной шарообразной формы. Они плавают в сырной сыворотке, никогда не бывают заветревшимися или заскорузлыми и напоминают по вкусу все и самые разнообразные молочные изделия. Однако, как выяснилось, весь фокус в том, что продают не ее, а нечто похожее на моцареллу. Настоящую моцареллу делают только в Кампанье. Потому что только здесь, на тучных пастбищах вокруг Везувия – вы должны хорошо знать гору и вулкан по учебникам истории Древнего мира, а еще лучше, из истории культуры, искусства и архитектуры – разводят буйволов. И моцареллу должны делать только из молока буйволиц. Не коровьего, а буйволиного. А это, как по старинке все еще говорят в Одессе, несмотря на все случившиеся в недавнем прошлом политические катаклизмы, две большие разницы. Вкус совершенно иной. Цена, правда, тоже. Но игра стоит свеч. Так что даже ради того, чтобы только понять и почувствовать разницу между истинной вещью и подделкой, между тем, что мы обычно едим под брендом моцареллы и настоящим «деликатесом», и то стоит разориться и приехать в Кампанью. Правда, утренняя трапеза нам встала отнюдь не дорого. В среднем по пять евро на брата. Три с полтиной за свежайшее бочковое пиво и от одного до двух евро за огромные шматы пиццы. Вполне по-божески. Особенно учитывая место, где мы сидели, и экзотику окружающего. Теперь мы вновь были в хорошей спортивной форме. Хлеб насущный нас больше не отвлекал. Можно было всем вместе набрасываться на пищу духовную. Чем мы и поспешили этим заняться. Потом для души Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, куда мы после этого направились. Конечно, в собор Амальфи – мы же в Италии, где все состоит из развалин великой империи и соборов. Настоящее местные жители как-то пытаются всовывать между ними. Иногда получается. Итак, мы поспешили в собор Амальфи, где искусство, история и религия слились в неразрывном объятии. Где под одним благозвучным названием «собор» объединились совершенно разные архитектурные и культурные ансамбли, каждый из которых уходит своими корнями в различные пласты прошлого. Где взаимное влияние и переплетение культур Запада и Востока ощущаются в каждой фреске, каждой колоннаде, каждой реликвии. Оказавшись внутри, мы, прежде всего, были поражены богатством и разнообразием увиденного. Мои итальянские провожатые, по всей видимости, в меньшей степени. Такого явно не ожидаешь от маленького провинциального местечка. Тем более, если сравнить внутреннее убранство со средневековым примитивизмом окружающих зданий. Чтобы понять, откуда все взялось, надо вспомнить, что собой представляло раннее Средневековье. Насколько деградировал Запад после падения Рима, а затем Трира (куда была спешно перенесена столица Римской империи) под ударами варваров. Насколько большое цивилизаторское влияние оказали на Европу культура Восточного и Южного Средиземноморья. Откуда вглубь континента двинулись волны возрождения и просвещения. Богатство культурного наследия, доставшегося потомкам тех, кто творил собор Амальфи, объясняется тем, что на несколько веков объединение маленьких амальфитанских городков утвердилось в качестве независимой торговой республики, самостоятельно способной себя защитить. О том времени напоминают, кстати, неплохо его характеризуя, на удивление небольшие крепости, наглухо запиравшие вход в бухты. С 839 по 1135 годы она поддерживала теснейшие связи с Византией и арабским миром. Вместе с еще тремя торговыми республиками она переправляла на Запад, не без выгоды для себя, все, о чем мечтали тамошние непритязательные королевские дворы и аристократия, не имевшие ничего сколько-нибудь похожего у себя под рукой. Из ее рук воинственные соседи получали все, в чем, они нуждались для роскошной жизни. За это они сумеют впоследствии отомстить и Византии, и арабам при первой же подвернувшейся возможности. Ее дадут крестовые походы. Они проложат путь к утверждению величия тех, кто растерял интеллектуальные богатства великой империи, а потом, чтобы все переиначить, таким образом расплатился с теми, кто их сохранил. Кафедральный комплекс Амальфи состоит из четырех частей. В него входят Внутренний райский двор аббатства, Базилика распятия, Подземная часовня Святого Андрея и собственно Собор как наиболее позднее культурное наслоение. Но начинается все, как и положено, с крутой парадной лестницы. Как ни странно, несмотря на кризис, – а в Италии он чувствуется очень сильно – попрошаек нет. На ступеньках вместо нищих восседают ценители искусства. Больше всего любят их из себя изображать американские туристы. Из толпы их всегда легко выделить. Даже тогда, когда они хранят молчание – что случается крайне редко. Поэтому лестница смотрится вполне экзотически. Вместе с тем, она подает сигнал: осторожно! Это вам не Северные моря. Прыгать по ступеням или взбегать вверх не рекомендуется. Надо беречь дыхание. Поспешать медленно. Мы не прислушались к этому предупреждению, и вы узнаете, чуть позже, что из этого получилось. Небольшая пауза, чтобы заплатить символическую цену за вход в три евро, и мы внутри. Буквально несколько шагов, и вновь останавливаемся. Только теперь в зачарованном недоумении. Перед нами утопающий в зелени райский дворик. Но только не аббатства. Какое к черту аббатство! Какое эта красота вообще имеет отношение к католицизму! Тонкие легкие стрельчатые колоннады, лепной орнамент, до боли знакомая роспись стен, вернее то, что от нее осталось – все это напоминает совсем другое: то, во что Восток переплавил первоначально христианскую культуру, а потом вернул ее обратно. Нагляднее всего движение по спирали можно проследить в испанской Кордобе (ударение на первом слоге и долгое грассирующее «р»). Крупнейшая из сохранившихся там башен, вознесшихся над Гвадалахарой, превращена в музей исламского нравственного превосходства. В нем очень доступно показано, как все процветало в этом крупнейшем и богатейшем городе торговли, ремесел, всеобщей терпимости и благоденствия при прошлых хозяевах. Утверждается даже, что он был первым миллионником в Европе. Известнейшей достопримечательностью Кордобы является «церковная мечеть». Правильнее было бы сказать «мечетевая церковь». Но русскому языку такое словосочетание неизвестно. Оно для него чуждо. В отличие от испанского. Арабы, утвердившие свое господство, в том числе, над этой частью нынешней Испании, возвели под сводами базилики уходящие к горизонту бесконечные стрельчатые колоннады из подручного материала, оставшегося от римлян. Вернувшись, католики ограничились тем, что обратно вписали в мечеть часовни, алтари, соборную архитектуру пространственного распятья. Маленький внутренний райский двор аббатства из 120 колонн вызывал те же исторические и архитектурные реминисценции. Тем более что, приспособив двор под захоронения в 1266–1268 годах, тогдашняя аристократия вполне органично вписала в него и греческие мраморные надгробия с великолепнейшими барельефами II -го века н.э., и византийские мотивы, и мавританскую роскошь. Базилика распятия датируется 596 годом. Когда началось повальное увлечение барокко, ее разукрасили также выспренно и аляповато. В 90-ые годы прошлого века ей вернули прежний вид – строгий и возвышенный. Сейчас христианский храм превращен в музей. Развернутая там экспозиция по количеству хранящихся предметов не может тягаться с дворцовыми коллекциями. А вот по значимости вполне. Хотя выставлено только то, что принадлежало Церкви, украшало ее или использовалось ею. Чего стоит, например, епископская шапка семейства герцогов Анжуйских XIII-го века. Она считается наиболее значимым из всех культовых предметов такого рода европейского Средневековья. Ее изготовили для епископа Тулузского Людовика, сына короля Карла II. Она вышита золотом, увешана драгоценными камнями и украшена 19 330 мелкими жемчужинами. Не считал. Верю на слово. Или точеная церковная чаша XIV-го века, способная составить ей конкуренцию отделкой и величиной вмонтированных в нее драгоценных камней. Нельзя не упомянуть также золотое руно – высший знак отличия Великого магистра мальтийского ордена, основанного уроженцем тутошних мест, амальфитанином, братом Джерардо Сессо де Скало. Однако по-настоящему завораживает из всех четырех только Подземная часовня. Вот уж действительно святилище из святилищ. В нем хранится прах святого Андрея, согласно Библии, первого из соратников Иисуса. Да, да, того самого. Одного из 12 апостолов. Которому Он сказал: «Следуй за мной». Который Ему поверил и бросил все, что ему принадлежало. Который впоследствии, как утверждают, обратил в христианство значительную часть нынешних Балкан. Чтобы перевезти его останки из Константинополя, потребовался 4-ый крестовый поход. Всем лично занимался кардинал Пьетро Капуано. Будучи легатом понтифика, он переправил их в Амальфи. Событие датировано 8 мая 1208 года – так что то, что днем победы во Второй мировой войне наши союзники считают именно 8 мая, вполне символично. Под них он выбил, соорудил и украсил часовню. И в ней год за годом верующим и тем, чей дух нужно укрепить, является чудо. На гробнице имеется маленькая стеклянная ампула. Накануне дня святого и по другим религиозным праздникам в ней год за годом на протяжении веков появляется манна – плотная жидкость божественного происхождения. Нынешний вид часовне придал король Испании Филипп III. С XVII-го века ее украшают работы самых известных художников и скульпторов того времени. Современный собор в стиле барокко XVIII-го века, закрывший ранний романский, выглядит на порядок роскошнее, красочнее и величественнее остальных частей комплекса. Но мы задержались в нем только для того, чтобы присесть на скамейку, отдохнуть и перевести дух. Если бы было больше времени, можно было бы прийти сюда снова и поискать ответы на загадки, в изобилие разбросанные по соборному комплексу. Может, в следующий раз… Двойное испытание Следующим по плану моих итальянских друзей было посещение городка Равелло, возвышающегося над Амальфи. Оно должно было состоять из осмотра Виллы Руфоло, прогулки по окрестностям и знакомства с прелестями местной кухни. Но сначала в городок нужно было попасть. Поэтому к запланированным добавились незапланированные «развлечения». Городок был вот он – рукой подать. Почти по прямой над головой. Как «ласточкино гнездо». Но добирались мы до него свыше получаса. Я, правда, время не засекал. Могли и больше. Вернувшись к набережной, накупили кучу билетов на автобус стоимостью в один евро, забрались в комфортабельный экипаж с нормально работающим климат-контролем и стали карабкаться в горы. Надо сказать, что общественный транспорт – спасение для этих мест. Коллеги разъяснили мне все детали быстро и толково. Дороги слишком узкие. Их не расширить и не проложить новые – бухты слишком изрезанные, и скалы безумно крутые. Технически это почти нереально. Или будет безумно дорого и экономически неоправданно. Стоит возрасти потоку частных авто, и все будет парализовано. Произойдет транспортный коллапс. Конкурирующий проект мог бы состоять в том, чтобы всюду добираться по морю. Но на совсем малые расстояния получается мученье. Проблему внутренних сообщений не решает. Для населения неподъемно в финансовом отношении – а деньги здесь, если это не туристы, считать умеют. В том, что призывы убрать частный и пользоваться только общественным транспортом – не теория, а насущная необходимость, убедился на практике уже через несколько минут. Причем у меня происходящее вызвало неподдельный интерес. Коллеги же мгновенно вытащили заготовленные на этот случай (или чтобы сооружать импровизированные сидения) толстенные фолианты итальянских газет. Автобус, урча и покряхтывая, полз в гору. Он то прибавлял скорость, то почти замирал, вписываясь в очередной зубодробительный поворот. И тащился бы себе спокойно, убаюкивая пассажиров прохладой, выгодно отличающейся от наружного зноя, если бы вдруг, несмотря на душераздирающие всхлипывания предупредительных сигналов, навстречу не выскочил большой экскурсионный автобус. Его водитель сообразил, что машинам не разъехаться слишком поздно. Удачный участок для маневра, вопреки убедительным жестам нашего, он проскочил. А пока пытался вжаться в отвесную стену, предлагая нам, видимо, повисеть над обрывом и насладиться всей остротой ощущений, снизу и сверху начали накапливаться легковушки. Не забывайте, за рулем экспрессивные и нетерпеливые итальянцы. Для того, чтобы сделать ситуацию совершенно непереносимой, они принялись забивать встречные полосы и пробираться между автобусами. Те пятятся, пытаются маневрировать, ударяются о стены и выступы рогами огромных внешних боковых зеркал, а малыши, гнусно отравляя воздух выхлопами, закупоривают все свободное пространство. Не знаю, сколько бы продолжалось это развлечение, может быть, до появления грузового вертолета или хотя бы кого там – дорожной полиции или карабинеров, которых, как известно, днем с огнем не сыщешь, когда они особенно нужны – если бы за работу не взялись несколько вменяемых мужиков. Они вылезли из своих машин и стали отгонять, строить, втискивать сгрудившийся сзади и спереди автотранспорт. Поверьте, к приезду в Равелло в политэкономии здешних мест я разбирался уже более-менее прилично. К тому же с местными фольклорными выражениями познакомился гораздо лучше. И еще я с облегчением вздохнул, увидев, что последний туннель, ведущий в городок, перегорожен, и транспорт туда не пускают. Ура, иногда и в его отсутствии есть свои преимущества. За проход на Виллу с нас содрали уже по пять евро. Я вспомнил о расценках внизу и недоуменно поднял бровь – в рекламке значилось, что некогда постройки были сказочно богаты, вызывали восторг гармоничным сплавом арабской, сицилианской и северной архитектуры и искусства, но от них почти ничего не осталось. Итальянские патриоты, а итальянцы не могут не быть патриотами, отреагировали очень живо. Они стали объяснять мне, в чем разница между элитным отдыхом и ординарным, между элитной культурой и, по всей видимости, культурой для народа. Честно признаться, не понял. Может, они так путано объясняли. А, может, что намного вероятнее, мои способности усваивать сложно структурированную инокультурную информацию временно притупились. Как я и предполагал, в постройки можно было не заглядывать. А вот благоухающий сад не обманул наших ожиданий. Но главное – вид. Ради него было ничего не жалко (как потом выяснилось, он открывался и с любой обзорной площадки городка). Вы стояли под цветущими деревьями, источающими сладостные запахи, наслаждались легким прохладным бризом, и взор не могли оторвать от простирающейся перед вами панорамы. Попробуйте закрыть глаза и представить себе бескрайнее море, заливаемое солнечным сиянием, бесконечное небо, девственная голубизна которого не нарушается ни малейшим намеком на облака, игрушечные яхты, домики и почти неразличимые фигурки людей далеко-далеко внизу – и вы поймете. Уходить не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Только обмениваться восторженными впечатлениями. Чем мы и принялись заниматься, переходя с места на место. Недаром именно здесь выбросили над пропастью площадку, поставив на стальные опоры, соорудили среди цветущих деревьев ярусы скамеек и принялись, как стемнеет, устраивать концерты. Видимо, чтобы подчеркнуть элитный статус владения. Столь яркие впечатления надо было залить славным местным вином, на поиски которого, наохавшись и налюбовавшись, мы отправились. Сразу же открою еще один секрет нашей «маленькой компании». Нам нужно было не абы какое едально-питейное заведение, а вполне определенное. Поскольку, чтобы до него дойти, потребовалось пересечь несколько площадей со всевозможными памятниками старины, мы, не сговариваясь, решили, что с остальными достопримечательностями городка уже познакомились. Приземлились мы во внешне ничем не примечательном ресторанчике с простенькими столиками, колченогими стульями и непритязательным орнаментом. Но нам навстречу сразу выскочила хозяйка. Она расплылась в улыбке. Сказала что-то приветственное. Щелкнула пальцами. И моментально, как из-под земли, появились откровенно нелюбезные, плохо выбритые, однако, хорошо накаченные верзилы, в которых, при наличии хорошо развитого воображения, можно было заподозрить официантов. Следом за ними у нас на столике возник огромный кувшин доброго местного вина и стаканы, в которые обильно потекла золотистая жидкость. Обжигающе прохладная – не забывайте, снаружи все-таки за 30 градусов по Цельсию. Со слегка различимой кислинкой. Вызывающая только одно желание – пить, пить и пить. Снова. И еще. И не переставая. А потом на столике возникли необъятные блюда, заменившие обычные плоские тарелки. Достаточно вместительные, чтобы на них удобно расположились самые разные дары моря. Даров было много. Посередине на листах салата возлежала гора осьминогов. По бокам устроились их жареные, вареные, копченые, соленые и т.д. сородичи. Распознал только сардины. О других рыбах и рыбешках даже не стал спрашивать. С одной стороны, не запомнить – так зачем себе попусту забивать голову. С другой стороны, удовольствие заключается не в том, что ты знаешь, что ешь, а в том, чтобы было вкусно. Об этом же лучше любых слов свидетельствовала скорость, с которой калейдоскоп даров моря исчезал в стремительно разевающихся отверстиях между длинными мясистыми носами и бородатыми или гладко выбритыми подбородками. В рекордно короткие сроки все было съедено и выпито, и с чувством исполненного долга я откинулся на спинку стула. Уф, теперь можно было передохнуть и предаться пищеварению. Не тут-то было. На столике столь же мгновенно образовался следующий необъятный кувшин белого вина. И еще один. Следом за ними – очередное поколение тарелок, страдающих гигантоманией. В них молчаливые громилы принялись накладывать различные виды паст. Не сбиться со счета было невозможно: круглые, плоские, овальные, тонкие, толстые, непонятные. Купающиеся в разных соусах. Кашице. Приправах. Смотрел на происходящее со страхом и ощущением безнадежности. Есть уже не хотелось. И дары моря-то с трудом осилил. Но я понимал, что от меня ждут похвал по поводу каждой маленькой порции, каждой разновидности, каждого «специалитета». Потом еще долго с удивлением взирал на то, как мои до этого тихие и непритязательные итальянские друзья поглощают фрукты и другие десерты и заливают их аккуратными глотками кофе – меня на это уже не хватило – и думал о том, насколько внешность обманчива. Мое удивление еще больше усилилось, когда пришло время расплачиваться. По моим прикидкам, памятуя о том, что значилось в меню, с нас должны были содрать где-то по сотне евро. Это как пить дать. Однако хозяйка сообщила, что сделала нам небольшую скидку. И по 30 евро с брата будет достаточно. Эх, мне бы такой ресторанчик под боком с московской квартирой. Желательно, с такой же радушной хозяйкой. Все знакомые собирались бы у меня там. Из ресторанчика мы выходили намного медленнее и осторожнее, чем в него заваливались. Желание не расплескать разделяли все участники трапезы. И тут меня осенила безумная мысль. Она могла прийти в голову только чужаку. Только дикому северянину. Не знающему, что такое Юг. Не понимающему, что можно, а чего нельзя. Не чтящему традиций. Но я-то ладно. Вот как с этим согласились итальянцы, ума не приложу. Может, дурную шутку сыграло традиционное гостеприимство и стремление исполнить даже дурную прихоть гостя. А, может, они переоценили мое здравомыслие. Или побоялись, что будут выглядеть в глазах чужестранца недостаточно мужественно. Как бы то ни было, мы не стали дожидаться автобуса, который бы отвез нас вниз к набережной, и принялись спускаться по каменной лестнице в том же направлении. Это с такой-то поднебесной высоты! Насмотревшись видов с птичьего полета! Зная крутизну скал! Мне показалось, что кто-то из местных упомянул, будто бы ступенек всего где-то 360 или 560. Наверное, я не расслышал предваряющую эту цифру тысячу или две. Первый пролет мы прошли достаточно браво. Ступени были метровой длины. Наклон небольшой. Идти было удобно. Мы только стартовали. Сил было много. Справа и слева нас окружали сады и цветники. Второй, третий, четвертый пролеты мы также преодолели на одном дыхании. Дальше дело пошло сложнее. Солнце пекло немилосердно. Жара усиливалась. В горле пересохло. Съеденное и выпитое давило дополнительным грузом. Но вокруг все еще были виллы. Окружающие стены давали обильную тень, в которой можно было спрятаться и перевести дух. То тут, то там указатели призывали заглянуть в церковь или часовенку. На небольшом расстоянии друг от друга располагались маленькие фонтанчики, в которых можно было омочить лицо. Открывающиеся виды давали возможность позубоскалить над предпочитающими «грошовой уют», а разбивающиеся о камни зрелые лимоны – посетовать на стариков, пренебрегающих наемными работниками. Хуже стало чуть ниже. Ступени сделались круче. Синхронизировать с ними шаг не получалось. Тень исчезла. Жажда давала себя знать все сильнее. Ноги подгибались. Боковые дороги, на которых теоретически можно было дождаться попутку, остались наверху. Пришло понимание того, что мы ввязались в авантюру. Что сил на возвращение вверх к цивилизации нет, что придется идти до конца. И это были только цветочки. Мы шли уже свыше получаса. Пот застил глаза. Все тело стало влажным и ватным. Разжать слипшиеся губы, чтобы что-то сказать, было почти невозможно. Ноги предательски дрожали. Боль в коленях, на которые при спуске приходилась вся нагрузка, нарастала. Добавьте к этому, что в руках пришлось нести плотно набитые рюкзаки с купальным и иным обмундированием и снятую одежду, без которой нас не пустили бы в храм, и вы получите всю картину. Круги перед глазами поплыли тогда, когда пошел ничем не смягченный обрыв к морю. Каждый шаг давался с трудом. Он требовал напряжения воли и сил. Солнце испепеляло. Сравнение с выброшенной на сушу рыбой не казалось таким уж неподходящим. Сердце колотилось в груди немилосердно. В голове копошилась единственная мысль – когда это мучение кончится. А ведь надо было еще делать вид, будто бы мы чудо какие молодцы. Как мы это все здорово придумали. По возвращении домой, а раз вы читаете эти строки, то значит, мы все-таки спустились, и за нами даже не потребовалось высылать спасателей, – правда, выбрались из сооруженной нами же самими западни уже ближе к вечеру – мечталось только об одном: упасть в постель на недельку и забыться сладким сном. Ну, пусть не сладким, каким угодно, лишь бы забыться. Увы. В этот день было не до простых человеческих радостей. Южное гостеприимство есть южное гостеприимство. Мне дали время только на то, чтобы принять душ и влезть во все свежее. Внизу уже снова ждала машина. На вечер тоже что-то было запланировано. Причем загодя. Послевкусье Солнце зашло. На Землю опустилась вечерняя прохлада. Пахло свежестью, дикой мятой и дымом от очага. Внизу огоньки обрамляли шоссейные дороги, пересекающиеся между собой и устремляющиеся к морю. Оно казалось огромным безбрежным чернильным пятном, окружающим нас со всех сторон. Мы сидели под тентом высоко в горах в еще каком-то удивительном культовом месте. По легенде, когда внизу свирепствовала чума, люди поднялись вверх, основали обитель и так спаслись. Мы расположились у ее стен. Вид опять-таки был феерический. Однако на это раз меня занимал не столько он, сколько окружавшие меня итальянцы – ни туристов, ни иностранцев не было. Я не в счет. Проходил по категории «своих». Ресторан был переполнен. Снаружи свободных столиков не осталось. За ними чинно сидели пожилые итальянцы. Оживленно жестикулировали мужчины помоложе. Предпочитали не встревать в беседу женщины. Между столиками носилась детвора. Все это живо напоминало пасторальную идиллию. Тамадой за нашим столиком как-то естественно заделался глава местных журналистов. Невольное сравнение усиливали стоящие на столике кувшины на этот раз с красным вином. Вполне логично: утром – белое, вечером – красное. На ротационной основе. Важно только, чтобы без перерыва. На мой вопрос по поводу кризиса он пустился в подробнейшие разъяснения. На посещаемости популярных ресторанов и вообще на образе жизни итальянцев он не сказывается. К тому же лето, детей вести в школу не нужно, опять же вечерняя прохлада и т.д. А вот по обществу в целом кризис ударил очень болезненно. Как он еще скажется на всем остальном, пока не ясно. Однако оплот экономики страны – мелкое хозяйство, мелкий бизнес – кризис подорвал основательно. Доходы упали. Рынок сжался. Заказы сократились. Власти почти не помогают. Да и чем они могут помочь. Как обычно бывает, больше других пострадали те, на ком все держится. Потеряли они – потеряли все остальные. Резко сократился рынок труда. Безработица зашкаливает. Сказывается, прежде всего, на молодежи. Ей податься некуда. Чувствует себя потерянной. Нет перспектив у молодежи – нет их и у всего общества. В одиночку не справиться. Нужна дальнейшая интернационализация. Всего. Большая Европа. Партнерство с Россией. Эффектная наднациональная бюрократия. Многонациональные проекты. Самые разные. Выгодные всем. Объединяющие людей, силы, ресурсы. Разговор, как всегда бывает, когда за хорошо сервированным столом собираются те, кому не безразлично, зашел о политике. Моих собеседников интересовало все. Как складываются отношения между президентом и премьер-министром в нашей стране. Кто будет главой государства после 2012 года. Что вообще творится. Как с американцами. Что думаем по поводу Обамы. Кому понадобился по-голливудски разыгранный шпионский скандал. Каково в России влияние юридического и журналистского сообщества и местных властей. В какой степени на нас можно положиться. Ни за ответами, ни за вопросами я в карман не лез – но об этом уже в следующий раз, чтобы не перебарщивать. Единственно, похоже, перегнул палку, когда упомянул о премьере Берлускони. Итальянцев моментально закоротило, и они погрузились в получасовую перепалку. Расставались глухой ночью – гурманы там вообще бы остались до утра. Лакировали граппой. Обнимались. Мощно хлопали друг друга по плечам. Клялись регулярно встречаться. Обещали сделать репортажи обо всем, о чем не договорили, и «дружить странами» (!). Через несколько часов поезд уносил меня от гостеприимного амальфитанского взморья совершенно «мертвым». В голове вертелись две нехитрые мысли. Первая – приезжать в Амальфи к друзьям на один день есть форменное преступление. По отношению к ним. К себе. К Амальфи. Вторая – все-таки у нас с итальянцами чертовски много общего. И будет здорово, если станет еще больше. © Марк ЭНТИН, д.ю.н., профессор, директор Европейского учебного института при МГИМО (У) МИД России
no image
Ноу-Хау

В ветеринарной хирургии произошла революция: британским медикам удалось впервые в истории создать протезы двух задних лап для Оскара – кота, которому отрезало конечности газонокосилкой. Поскольку речь шла о беспрецедентной операции, врачи долго выжидали, чтобы ее результаты стали полностью очевидны. Так...

В ветеринарной хирургии произошла революция: британским медикам удалось впервые в истории создать протезы двух задних лап для Оскара – кота, которому отрезало конечности газонокосилкой. Поскольку речь шла о беспрецедентной операции, врачи долго выжидали, чтобы ее результаты стали полностью очевидны. Так вот представьте себе: спустя десять месяцев Оскар, которому сейчас уже больше двух с половиной лет, вполне доволен жизнью и даже позволяет себе весело и игриво прыгать с помощью новообретенных лап. Еще одно из удивительных достижений хирургов состоит в том, что дельфину по кличке Винтер спротезировали хвостовой плавник, отрубленный винтом яхты.
no image
Ноу-Хау

Осы, тучами слетающиеся на сладкое, способны испортить настроение даже самой миролюбивой компании. Но убивать этих инсектов не стоит: они уничтожают множество вредных насекомых. Что же делать? Энтомологи советуют просто положить на столе половинку лимона и воткнуть в нее несколько целых...

Осы, тучами слетающиеся на сладкое, способны испортить настроение даже самой миролюбивой компании. Но убивать этих инсектов не стоит: они уничтожают множество вредных насекомых. Что же делать? Энтомологи советуют просто положить на столе половинку лимона и воткнуть в нее несколько целых пряных гвоздичек. Второй вариант: украсить стол пучком базилика. Это отпугивает незваных гостей. А вот сладкие духи, равно как и наряды голубого, желтого и белого цвета их, напротив, привлекают. Не стоит думать, что кусачих насекомых можно отогнать с помощью струи воздуха, нагнетаемого вентилятором: от этого они становятся только агрессивнее. Лучше всего налетевших ос просто не трогать, исходя из того, что вы им совершенно не интересны, а укус – как правило, реакция на вашу попытку их отогнать или прижать. Атаковать осы будут только тогда, когда вы попытаетесь разрушить их гнездо. Сладкие напитки во время осиных налетов лучше всего пить через соломинку, чтобы по оплошности насекомое не попало в рот: вот тут уж оно ужалит так, что мало не покажется. Несмотря на болезненность, укусы ос безвредны для всех, кроме аллергиков, которым они могут доставить серьезные неприятности.
БИЛЕТ В ЕВРОПУ
no image
БИЛЕТ В ЕВРОПУ

Точнее, не хочет их признавать Российских туристов в Европе сопровождает восхищенно-завистливо-презрительный ореол безоглядных транжир, которых стремятся заполучить в свои заведения владельцы отелей, ресторанов, торговцы недвижимостью, прокатчики дорогих автомобилей, хозяева ювелирных лавок… Местных бизнесменов уже не пугают ужастики про русскую мафию,...

Точнее, не хочет их признавать Российских туристов в Европе сопровождает восхищенно-завистливо-презрительный ореол безоглядных транжир, которых стремятся заполучить в свои заведения владельцы отелей, ресторанов, торговцы недвижимостью, прокатчики дорогих автомобилей, хозяева ювелирных лавок… Местных бизнесменов уже не пугают ужастики про русскую мафию, поскольку ее боссы, несмотря на препоны в виде въездных виз и видов на жительство, давно обосновались в Западной Европе и ведут себя как добропорядочные бюргеры и заботливые отцы семейств. Финансово-экономический кризис заставил даже тех владельцев туристических компаний, которые настороженно относились к гостям с востока, заговорить о необходимости увеличить приток щедрых россиян. И первым шагом на пути стимулирования посещений должна стать если не отмена виз, то хотя бы значительное упрощение их выдачи. Пример таких стран, как Израиль, успешно переманивающих к себе десятки тысяч гостей из России, похоже, вызвал откровенную зависть в Западной Европе. Но в последнее время заклинания владельцев турбизнеса – а он весьма влиятелен в ЕС, поскольку его обороты оцениваются многими миллиардами евро в год – услышала, наконец, Европейская Комиссия. Во всяком случае, принимая в самом конце июня стратегию развития этой отрасли, Брюссель особо указал на необходимость привлекать туристов из России, Китая, Бразилии и Индии. Очевидно, что это в перспективе предусматривает если не отмену такого анахронизма современного мира, как визовый режим, то хотя бы сильное его облегчение. Кое-где, правда, местные власти ворчат, что русские нувориши на корню скупят всю недвижимость и курорты. Им следовало бы посетить «русский город» – чешские Карловы Вары, который, как шутят местные жители, уже давно принадлежит россиянам. Однако чехи не могут нарадоваться тому, что значительная часть недвижимости и торговых точек знаменитого курорта принадлежит этим иностранцам: они обеспечивают их стабильным притоком валюты и постоянной работой. Не в последнюю очередь поэтому Карловы Вары превратились едва ли не в самый процветающий город Чешской Республики. Александр СОКОЛОВ
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ
no image
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ

Европейский союз пересматривает свои отношения с теми соседними странами, с которыми он граничит на востоке и юге. «Зеленый свет» подобной политике был дан на последней перед летними каникулами встрече министров иностранных дел стран-членов Евросоюза, которая состоялась в конце июля. Новый...

Европейский союз пересматривает свои отношения с теми соседними странами, с которыми он граничит на востоке и юге. «Зеленый свет» подобной политике был дан на последней перед летними каникулами встрече министров иностранных дел стран-членов Евросоюза, которая состоялась в конце июля. Новый курс впервые будет осуществляться в рамках всестороннего исследования параметров, определяющих политику «соседства» Евросоюза. Эта концепция была принята в 2004 году с целью продвижения экономической интеграции и сотрудничества в политической сфере с шестью странами к востоку от ЕС – Арменией, Азербайджаном, Беларусью, Грузией, Молдавией и Украиной, а также десятью странами Южного Средиземноморья. В рамках исследования будут учтены произошедшие за последние шесть лет изменения, в том числе принятие Декларации пражского саммита по вопросам Восточного Партнерства в мае 2009 года – почти год спустя после создания Средиземноморского Союза в июле 2008 года. Идея последнего всячески продвигалась Швецией и Польшей с целью углубить двусторонние отношения и укрепить многосторонние договорные отношения между ЕС и шестью соседними странами на востоке. Решение о начале исследования было принято всего через несколько дней после того, как в середине июля Еврокомиссия начала вести переговоры по соглашению об ассоциации с Арменией, Азербайджаном и Грузией. Также во внимание будет принято влияние, оказываемое новым Лиссабонским договором, которое, в свою очередь, после создания новой должности Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности и европейского дипкорпуса, поспособствовало тому, что внешняя политика Союза стала более стабильной и последовательной. Одновременно в договоре особо подчеркивается важность соседских контактов между Евросоюзом и его партнерами. Статья 8 обязывает Союз развивать особые отношения с соседними странами «с целью создания территории процветания и хорошего добрососедства». В то же время приступивший к исполнению своих обязанностей в начале этого года новый состав Еврокомиссии сейчас завершает организационный период и разрабатывает приоритетные направления политики на ближайшие четыре года. Штефан Фюле, Комиссар ЕС, отвечающий за политику соседства, сыграет основную роль в этом исследовании, а учитывая его прошлый опыт и знание русского языка, вероятнее всего он будет уделять особое внимание шести странам к востоку от ЕС. Он будет действовать под политическим руководством Кэтрин Эштон, Верховного представителя ЕС, с кем он и его офис наладили крепкие и конструктивные рабочие отношения. Разработка исследования займет остаток года, а любое расширение существующей политики должно быть поддержано правительствами стран-членов ЕС. Намеренно были расширены и полномочия баронессы Эштон и Комиссии благодаря выданному министрами иностранных дел мандату. На основании доклада Комиссии о прогрессе, который был выпущен в мае, они обратились с просьбой «обдумать вопрос будущей интеграции Европейской политики соседства (ЕПС) и провести консультации внутри Евросоюза и со странами-партнерами ЕПС, учитывая всестороннее обсуждение в Совете, намеченное на первую половину 2011 года». Майский доклад Комиссии подтверждает, что в сфере отношений ЕС и его ближайших соседей произошел очевидный прогресс. В докладе отмечается, что увеличилась интенсивность политических контактов, а также их уровень; вдвое выросли объемы торговли – это способствовало стабилизации процесса либерализации и регулятивному сближению стран-партнеров с ЕС; кроме того, на треть вырос объем помощи Союза, оказываемой им партнерам в рамках проведения реформ. Однако в докладе также сделан вывод о том, что «еще многое остается сделать для того, чтобы достичь целей ЕПС – общей стабильности, безопасности и благосостояния». В рамках партнерской программы соседства Евросоюз работает над серьезными и содержательными соглашениями о свободной торговле со странами-партнерами, в то время как они приводят свои стандарты в соответствие со стандартами ЕС; вводят законодательные нормы ЕС, регулирующие международный рынок и постепенно интегрируют свои экономики в экономику Западной Европы. В рамках этой политики также проводится постепенное упрощение визового режима, принимаются меры по решению проблемы нелегальной иммиграции, продвигаются нормы демократии и хорошего управления, поощряется налаживание контактов между людьми, усиливается энергетическая безопасность и защита окружающей среды, оказывается поддержка экономическому и социальному развитию. Так как Европарламент не признает легитимность выборов в Белоруссии, в настоящее время заблокирован вопрос формирования парламентской ассамблеи Восточного Партнерства, которая должна была состоять из представителей 27 стран-членов ЕС и шести государств, включенных в программу Восточное партнерство. Но между представителями гражданского общества постепенно налаживаются контакты, а на конференции в Берлине в ноябре будут приняты рекомендации в отношении дальнейшего развития партнерства. Евросоюз рассматривает способы вовлечения России в участие в некоторых начинаниях Восточного Партнерства, хотя любое решение о вовлечении третьих сторон в рамках определенных мероприятий требует единогласного одобрения со стороны 27 представителей ЕС и шести стран-партнеров, а это является потенциальной проблемой. Как бы то ни было, осенью чиновники решат, как претворить в жизнь два предложения – одно практическое, другое – политическое. Первое – академическая инициатива контактов между школами и преподавателями. Это программа Евросоюза, истоки которой датируются 2002 годом. На встрече, намеченной на начало сентября, станет понятно, насколько России интересно участвовать в схеме, которая привязывает школы к различным странам-членам ЕС и странам Восточного Партнерства (необязательно ко всем). Вторая инициатива основана на предложении поляков сформировать группу друзей Восточного Партнерства. Чиновники высшего звена изучат эту идею на встрече, которая состоится в конце сентября в Брюсселе. Это может привести к вовлечению еще большего количества крупных игроков в регионе, таких как США, Россия, Турция, МВФ и ЕБРР. Данное предложение не ставит под собой цель поспособствовать чрезмерному вмешательству извне, наоборот, – улучшить обмен информацией, чем занята каждая сторона в регионе, скоординировать донорскую деятельность, дабы избежать дублирования и расширить контакты с соседями. Одной из главных тем обсуждения в рамках этого процесса будет вопрос о том, какие страны, не являющиеся членами партнерства, должны быть вовлечены в проводимые мероприятия. Также может оказываться давление с целью разделения политики на два направления с потенциальным разделением планов мероприятий отдельно для восточных и южных соседей Союза, хотя последствия подобного шага абсолютно неясны. Без сомнения, усилия будут предприниматься по увеличению объемов финансирования со стороны ЕС, чтобы поддержать реформы, проводимые в соседних с восточной стороны странах, этот процесс может занять от 20 до 25 лет. Это неизбежно приведет к столкновению с ужесточением бюджетной политики, грозящему ЕС и всем правительствам. © Рори УОТСОН, свободный журналист, специализирующийся на вопросах ЕС, базирующийся в Брюсселе * Первоначально статья опубликована Центром «ЕС-Россия» (Брюссель) 06.08.2010: http://eu-russiacentre.ru/our-publications/column/evrosoyuz-akcentiruet-vnimanie-na-otnosheniyax-so-svoimi-vostochnymi-i-yuzhnymi-sosedyami.html
no image
ВЗГЛЯД ИЗ БРЮССЕЛЯ

European Union is reassessing relations with neighbouring countries on its eastern and southern borders. The green light to do so was given by EU foreign ministers at the end of July at their last meeting before the summer recess. The...

European Union is reassessing relations with neighbouring countries on its eastern and southern borders. The green light to do so was given by EU foreign ministers at the end of July at their last meeting before the summer recess. The exercise will be the first in depth re-examination of what is termed the European Neighbourhood Policy (ENP) since it was launched in 2004 as a way to promote economic integration and political association with the six countries – Armenia, Azerbaijan, Belarus, Georgia, Moldova and Ukraine – on the EU’s eastern borders and ten along the Mediterranean. The exercise will focus on the developments which have taken place over the past six years. These include the launch of the Eastern Partnership in Prague in May 2009, almost a year after the creation of the Union for the Mediterranean in July 2008. The former was strongly promoted by Sweden and Poland to deepen bilateral relations and strengthen multilateral contractual relations between the EU and its Six Eastern neighbours. The assessment comes just days after the European Commission began association agreement negotiations in mid-July with Armenia, Azerbaijan and Georgia. It will also take into consideration the impact of the new Lisbon Treaty which, through the creation of the new post of High Representative for Foreign and Security Policy and an external diplomatic corps for the EU, provides greater continuity and stability in Union foreign policy. At the same time, the treaty specifically recognises the importance of these neighbourly contacts between the EU and its partners. Its Article 8 commits the Union to the development of a special relationship with neighbouring countries “aiming at establishing an area of prosperity and good neighbourliness”. It also comes at a time when the new European Commission is ending its running-in period since taking up office at the beginning of the year and is developing its policy priorities for the next four years. Štefan Füle, the European Commissioner for Enlargement and Neighbourhood Policy, will pay a key role in the exercise, and, given his background and command of Russian, is likely to pay particular attention to the six countries on the EU’s eastern border. He will do so under the overall political authority of Cathy Ashton, the High Representative, with whom he and his staff are developing a solid and constructive working relationship. The reflection exercise is likely to take the best part of a year and any extension of the existing policy will need to be endorsed by EU governments. The mandate EU foreign ministers gave Baroness Ashton and the Commission is deliberately broad. On the basis of the progress report the Commission produced in May, they are asked “to initiate a reflection on the future implementation of the ENP and conduct consultations to this end inside the Union and the ENP partners, in view of a comprehensive discussion by the Council in the first half of 2011”. The Commission’s report from May confirms that clearly visible progress is being made in relations between the EU and its immediate neighbours. It notes that political contacts have increased in profile and intensity, that trade has risen at double digit rates, aided by a steady process of liberalisation and regulatory convergence between the EU and its partners and that Union aid to help its partners with their reforms has increased by almost one third. Yet, at the same time, it concludes that “much remains to be done if the ENP’s goals of shared stability, security and prosperity are to be achieved”. Under the neighbourhood partnership programme, the EU is working towards deep and comprehensive free trade agreements with its partners as they align their standards with the Union’s, implement the EU’s wide range of internal market legislation and gradually integrate their economies with Western Europe’s. The policy also includes gradual visa liberalisation, measures to tackle illegal immigration, promotion of democracy and good governance, encouragement for people to people contacts, strengthened energy security and environmental protection and support for economic and social development. The creation of a parliamentary assembly with representatives from the EU-27 and the Six, as envisaged by the Eastern Partnership, is currently blocked because the European Parliament does not recognise the validity of the elections in Belarus. But contacts between civil society are being forged and a conference in Berlin in November will adopt recommendations on ways in which the partnership can be further developed. The EU is looking at ways to include Russia in some of the Eastern Partnership initiatives, although any decision to involve third countries in particular activities requires the unanimous approval of the EU-27 and the Six – a potentially daunting obstacle. After the summer, however, officials will examine how to turn two proposals – one practical, the other political – into reality. The first is an academic e-twinning initiative between schools and teachers – an EU programme that dates back to 2002. A meeting in early September will determine how much interest there is in Russia in participating in a scheme that links schools to different, but not necessarily all, EU and Eastern Partnership members. The second is based on a Polish suggestion to create a group of friends for the Eastern Partnership. The idea will be explored at a meeting of senior officials in Brussels at the end of September and could lead to greater involvement of the major players in the region, such as the US, Russia, Turkey, the International Monetary Fund and the European Bank for Reconstruction and Development. The initiative is not intended to facilitate undue outside interference, but to improve the exchange of information on what each party does in the region, to coordination donor activity to avoid duplication and increase neighbourly contacts. The extent to which countries which are not members of the neighbourhood policy should be involved in its activities will be one of the many themes considered during the review process. There may also be pressure to split the policy into two with potentially separate agendas for the Union’s eastern and southern neighbours, although the consequences of such a move are still far from clear. There will undoubtedly be efforts in some quarters to increase EU funding to support the reforms its Eastern neighbours are making, particularly as the process could last up to 20 or 25 years. However, these will inevitably run up against the budgetary constraints the EU and all governments are facing. © Rory WATSON, Brussels-based freelance journalist specialising in EU affairs * First published 05.08.2010 by the “EU-Russia Centre” at: http://www.eu-russiacentre.org/our-publications/column/eu-focuses-eastern-southern-neighbours.html
РАСШИРЕНИЕ ЕС
no image
РАСШИРЕНИЕ ЕС

но не желает кормиться только обещаниями Европейские аналитики по вполне объяснимым причинам беспокоятся: куда движется Турция под водительством динамичной команды Реджепа Тайипа Эрдогана: на Запад, то есть в направлении Европейского Союза? На Восток – в объятия Ирана? В свое ближнее...

но не желает кормиться только обещаниями Европейские аналитики по вполне объяснимым причинам беспокоятся: куда движется Турция под водительством динамичной команды Реджепа Тайипа Эрдогана: на Запад, то есть в направлении Европейского Союза? На Восток – в объятия Ирана? В свое ближнее зарубежье? Как расценивать новые акценты во внешней политике тех, кого британская «Файнэншл таймс» называет, прибегая к упрощенным стереотипам, «неоисламистами»? Беспокойство продиктовано вескими доводами. После провозглашенной политики «ноль проблем с соседями» произошло замирение с Сирией, увенчанное безвизовым режимом, тактическое сближение с Ираком, демонстративное закапывание топора «холодной войны» с Арменией, пусть затем и застопорившееся, а также налаживание многопрофильного сотрудничества с Ираном. Если следовать за вектором челночных поездок неутомимого министра иностранных дел Ахмета Давутоглу и за стрелками на диаграммах торгового оборота, можно прийти к выводу: расширение зон взаимных интересов с ближайшими соседями невольно происходит за счет прежней строгой ориентации Турции на страны Евросоюза. Отсюда возникают разбегающиеся в крайности комментарии в европейской прессе: Турция, мол, мстит за обиду – за десятилетия долгостояния в предбаннике Евросоюза, и только поэтому она развернулась вполоборота к Старому Свету и начала отстраивать систему альянсов в своем регионе. Как резюмировал обозреватель Филип Стивенс на страницах «Файнэншл таймс», многие полагают, что Турция «замещает у себя дома западную демократию исламизмом и обращает свои взоры на восток, чтобы восстановить свое лидерство на пространстве бывшей Османской империи». Знаковым событием стала сделка, заключенная в мае Турцией и Бразилией, с одной стороны, и Ираном, – с другой, об обмене иранского обогащенного урана на турецкой территории. Все документы были переданы в МАГАТЭ. В Анкаре тогда объявили, что договоренность снимает остроту с опасений по поводу того, а не замыслил ли Тегеран атомную бомбу, а потому переговоры о санкциях против Ирана следует приостановить на 30 дней (кстати, Бразилия и вовсе категорично отказалась уже тогда обсуждать проект резолюции, составленный западными державами). Хотя идея лишить «режим мулл» обогащенного урана, пригодного для изготовления боевого атома, принадлежала изначально Америке, администрация Барака Обамы была шокирована тем, что у нее перехватили инициативу и спутали планы по усилению давления на Иран с помощью международных санкций. «Тот факт, что против воли США пошли не какие-то смутьяны, а две крупные державы, слывущие друзьями Америки, – примета новой эпохи», откомментировал действия тандема (Эрдоган-Лула) Грэм Фуллер, бывший вице-президент Совета по национальной разведке ЦРУ. Барак Обама в интервью итальянской «Коррьере делла сера» обвинил в смене приоритетов во внешней политике Турции страны Евросоюза, которые «сопротивлялись» приему этой евразийской державы в члены сообщества. Темнокожий Кеннеди, как часто воспринимают президента США, объяснил, почему такая политика близорука: Турция являет собой «критически важную модель (для подражания – В.М.) для других исламских стран в регионе». Фактическим ответом на эту публикацию стало заявление Ахмета Давутоглу для «Файнэншл таймс» с расставленными точками над «i» и категорическим неприятием тезиса о смене внешнеполитической ориентации. «Это чепуха», – сказал, как отрезал глава турецкой дипломатии, а затем объяснил сомневающимся и заблуждающимся, что «интеграция в Европу является для Турции стратегической целью. Никто не может обвинить Турцию в том, что она затягивает этот процесс». Отвечая на вопрос, не стал ли кульминацией разворота Турции от Запада инцидент с убийством турецких граждан израильскими коммандос на борту судов из «Флотилии мира», Давутоглу перевел разговор в правовую плоскость. По мнению Анкары, отказ Тель-Авива провести независимое расследование с приглашением международных экспертов и утверждение, что Израиль сам во всем разберется, не может не огорчать: «Нельзя быть одновременно и обвиняемым, и прокурором, и судьей». Эпизод с абордажем «Флотилии мира» полон противоречий, и требует тщательного расследования. Что не мешает понять редкое единодушие в турецком обществе по поводу случившегося: впервые со времен Первой мировой войны гражданские лица из числа граждан Турции были убиты чужими военными. Вместе с тем, многих настораживает, что при Эрдогане наметились интенсивные контакты Турции с палестинцами, причем в последнее время благотворительность в адрес блокированного израильтянами сектора Газы приобретает политические обертона. И в этом примере также усматривают доказательство «смены вех» и переориентации Турции на усиление своего влияния в региональных делах и конфликтах. Роберт Гейтс, министр обороны США, недавно развил тезис Обамы: единые европейцы сами виноваты в том, что так долго и так упрямо отталкивали Турцию. Главная вина, по его мнению, лежит на Франции и Германии. Как следствие, даже убежденные еврофилы в Турции теряют терпение. Упоминавшийся выше Филип Стивенс побывал на конференции в Стамбуле, организованной Чэтэм хаус, то есть лондонским Королевским институтом международных отношений, и выявил для себя неожиданные нюансы в позиции Турции. Один из членов кабинета Эрдогана, по британской терминологии, «неоисламист», заявил, что они в правительстве считают: Европейский Союз есть «величайший проект построения мирного будущего в истории человечества». Анкара не рада тому, что была подвергнута западными странами критике за сделку с Ираном, но, во-первых, Турция никогда не претендовала на то, что эта договоренность полностью разрешит конфликт, а, во-вторых, разве ее инициатива не открывала возможность для более конструктивного диалога с Тегераном? На стамбульском форуме турецкие аналитики растолковывали западным коллегам: не следует опасаться более энергичной дипломатии Анкары на окружающем пространстве, ведь повышение политического веса Турции в одном отдельно взятом регионе повышает ее шансы вступить в Евросоюз. Для Филипа Стивенса, видимо, эта система аргументов показалась убедительной, и в своей статье в «Файнэншл таймс» он ее развил и пришел к масштабному переосмыслению перемен. «Через 20 лет после окончания «холодной войны» Турция решила, что она иногда может сама определять свою внешнюю политику. Одно время принадлежность к Западу означала делать все, что скажут в Вашингтоне. Теперь у Турции есть свои интересы, свое мнение и собственные права, – отмечает Стивенс. – Для многих американцев и для некоторых европейцев это сильный раздражитель. В их представлении Турция – всегда в долгу и всегда признательна за любое место, предоставленное ей за столом Запада». Геополитическая ситуация изменилась, но – изменилась к лучшему, утверждает автор, поскольку «новая, уверенная в себе Турция может больше предложить Западу, чем ее уступчивая предшественница… И такую Турцию мы на Западе не должны потерять». Судя по контексту, автор под понятием Запад понимает в первую очередь Евросоюз. Владимир МИХЕЕВ
no image
РАСШИРЕНИЕ ЕС

Европейский Союз согласен начать с Исландией переговоры о ее приеме в свои ряды. Эта островная северная страна подала соответствующую заявку в июле 2009 года, находясь на гребне глобального кризиса, в который она вошла одной из первых. Исландская финансовая система рухнула....

Европейский Союз согласен начать с Исландией переговоры о ее приеме в свои ряды. Эта островная северная страна подала соответствующую заявку в июле 2009 года, находясь на гребне глобального кризиса, в который она вошла одной из первых. Исландская финансовая система рухнула. Тогда правительству и обществу показался спасительным берег ЕС. Больше формального участия в организации Исландию интересовала единая европейская валюта – евро: представлялось, что эта денежная единица, войди в зону евро Исландия, помогла бы избежать финансовых потрясений. С тех пор много воды утекло, а после греческого долгового кризиса и подвешенности ряда других экономик зоны евро, этот зонтик перестал казаться панацеей. Опросы населения показывают, что исландцы стали гораздо осторожнее относиться к участию в ЕС. Политическое решение Рейкьявика по этому вопросу может еще оказаться неожиданным. Ведь правительству придется заручиться поддержкой населения, которое должно будет высказаться на референдуме. По состоянию на данный момент сторонники вступления в ЕС в Исландии находятся в явном меньшинстве. В Союзе еще не забыли, как дважды (в 1972 и 1994 гг.) норвежские избиратели в последний момент отказались от вступления своей страны в это объединение, а швейцарцы в 1992 году отклонили перспективу присоединения к Европейскому экономическому пространству, конструкции, которая рассматривалась как прихожая перед полноценным вступлением. С не меньшей осторожностью подходят и страны ЕС к перспективе приема Исландии, подчеркивая отсутствие у этой страны былого энтузиазма. Как бы то ни было, переговоры между сторонами могут начинаться. Они всегда проходят по стандартной схеме. Существует 35 областей («глав», если пользоваться брюссельским жаргоном), по которым ЕС и страна-кандидат должны договориться. По каждой главе проводятся отдельные переговоры, завершающиеся конкретным соглашением. Когда это сделано по всем главам, страна-кандидат должна привести свое внутреннее законодательство в соответствие с нормами ЕС и достигнутыми соглашениями. После этого различные инстанции Союза принимают соответствующие решения, окончательный вердикт выносят главы государств и правительств на своей встрече. Формально в случае с Исландией большинство глав могут быть закрыты очень быстро, поскольку исландское законодательство (в отличие от восточноевропейских претендентов) и другие нормы давно соответствуют принятым в ЕС. Она участвует в некоторых программах Союза, например, входит в Шенгенскую зону со всеми вытекающими последствиями. Тем не менее, две проблемы считаются деликатными. Во-первых, рыболовство, поскольку Исландия, для которой этот промысел является одной из важнейших отраслей экономики, требует для себя особых условий. Эти условия находятся в противоречии с нормами ЕС. Достаточно сказать, что страна продолжает китобойный промысел, давно запрещенный в большинстве стран, включая ЕС. Во-вторых, могут возникнуть трения с правительствами Великобритании и Нидерландов. Многие подданные этих двух государств держали до кризиса часть своих сбережений в разорившемся исландском банке «Айсейв» и потеряли их. Лондон и Гаага компенсировали согражданам эти потери, а Исландия не торопится возвращать деньги британскому и голландскому правительствам. Теоретически Исландия имеет все шансы войти в состав ЕС в качестве 29-го участника, следом за Хорватией, которая, как ожидается, должна сделать это не позднее 2012 года. Валерий ВАСИЛЬЕВСКИЙ
УГОЛОК НАУКИ
no image
УГОЛОК НАУКИ

В кишечнике здорового взрослого человека находится от 10 до 100 миллиардов бактерий, занимающихся расщеплением поглощаемого нами продовольствия, предоставляя тем самым организму возможности для полноценного питания. Они же участвуют в том, чтобы обеспечить должный уровень иммунитета. Итальянские ученые решили определить, как...

В кишечнике здорового взрослого человека находится от 10 до 100 миллиардов бактерий, занимающихся расщеплением поглощаемого нами продовольствия, предоставляя тем самым организму возможности для полноценного питания. Они же участвуют в том, чтобы обеспечить должный уровень иммунитета. Итальянские ученые решили определить, как влияет рацион на самочувствие этих столь необходимых партнеров – кишечных бактерий. Для этого они сравнили принципы питания детей, живущих в деревне в Буркина-Фасо – государстве в Западной Африке, и их сверстников из Флоренции. И если первые ели в основном зерновые, фрукты и овощи, то вторые проглатывали несравненно больше жиров, сахара и мяса. Каковы же последствия? В кишечнике у юных жителей Черного континента оказалось значительно меньше микробов, но при этом больше жирных кислот, препятствующих образованию различных воспалений. Ученые пришли к выводу, что рацион, содержащий продукты, богатые жирами, сахаром и мясом, приводит к уменьшению разнообразия кишечной флоры. А это в свою очередь, вызывает увеличение заболеваний аллергического типа.
no image
УГОЛОК НАУКИ

Команда, в которую входили ученые из разных стран мира, провела широкое исследование, определив 95 генов, отвечающих в человеческом организме за содержание холестерина в крови. О том, насколько вреден его избыток, способный привести к серьезным нарушениям деятельности сердечнососудистой системы, знают сейчас...

Команда, в которую входили ученые из разных стран мира, провела широкое исследование, определив 95 генов, отвечающих в человеческом организме за содержание холестерина в крови. О том, насколько вреден его избыток, способный привести к серьезным нарушениям деятельности сердечнососудистой системы, знают сейчас даже дети. Правда, сами исследователи считают свою работу не более чем промежуточным этапом, ярко демонстрирующим, насколько сложна биология человеческого организма. Ведь предстоит еще немало потрудиться, чтобы точно установить, какие именно функции выполняет каждый из почти сотни генов и как именно они взаимодействуют. И только после этого может зайти речь о попытках контролировать содержание холестерина в крови.  
no image
УГОЛОК НАУКИ

Некоторые германские ученые и инженеры уверены, что малые и средние города их страны буквально уже сейчас могут на 100% обеспечить себя энергетическими ресурсами из возобновляемых источников. Мало того, они могут даже производить избыточное количество энергии и поставлять ее далеко за...

Некоторые германские ученые и инженеры уверены, что малые и средние города их страны буквально уже сейчас могут на 100% обеспечить себя энергетическими ресурсами из возобновляемых источников. Мало того, они могут даже производить избыточное количество энергии и поставлять ее далеко за свои пределы. Утопия? Исследователи уверяют, что нет, а все, дескать, основано на точном расчете. Для этого надо только развязать руки местным властям, которые должны потребовать от сограждан резко повысить эффективность использования энергоресурсов, утеплив должным образом свои жилища. Власти должны разработать и внедрить все необходимые нормы, дабы расставить акценты, учитывающие местные условия. В некоторых случаях может оказаться полезной приватизация энергетических компаний, а в других – совершенно обратные шаги. Например, Амстердам недавно приобрел городское энергопредприятие, приватизированное два десятилетия назад. По тому же пути пошли в Палермо, где собираются сохранить контроль городских властей за энергоснабжением. Да и в Гамбурге, где несколько лет назад вся эта отрасль была распродана в частные руки, город все активнее вмешивается в ситуацию, создавая предприятия по производству энергоресурсов из возобновляемых источников. Александр ВАРВАРИН